Запас карман не тянет. (джен)

Но всё же, всё же. МЫ МОЛОДЦЫ, хвалите нас. Примерно так прикинул Шепард логику Гильдии.

Примерно так Гильдия всех обвела вокруг пальца. Примерно так Альянс получил свою программу обучения магов (состоящую из одного злого командира и одного мигренозного лейтенанта), и не «примерно», а точно так Шепард получил на шею геморрой размером с Цитадель. Но Джон...

Это Джон. «Врагу не сдается наш гордый варяг», — сказал он и резко перевернул вычурный, тисненый золотом пергамент. Схватил самую дешевую шариковую ручку с логотипом Альянса и, не стесняясь в нажиме, начал царапать ответ прямо на оборотной стороне документа государственной важности.

«Многоуважаемый Совет Гильдии! Безмерно рад оказанной мне чести и с восторгом принимаю возложенную ответственность…» — вывел он и, злорадно ухмыляясь...

Приступил к любимому занятию. Созданию трэш-документации для чиновников и, в особенности, для кладовщиков.

Прижатый обстоятельствами к стене Шепард — зверь весь из себя особенный и вертеться как уж на сковородке склонный. Да так заковыристо и опасно вертеться, что и стены извиняться начинают, не то что люди живые. Каковые и вовсе слезно о пощаде да о прощении за наглость свою безмерную молят и щедрые откупные дают, последнюю рубашку с себя же снимая. Шутка. Шепард не такой, наверное.

А вот гильдия такая-такая наглая, и потому... Коли она хочет обучения по совести да по правилам всей Высшей Магии — она его получит. Но счет за это обучение и гоблинов заставит рыдать кровавыми слезами. И дварфов хвататься за сердце от острой финансовой недостаточности. И гномов искать укрытия от нашествия жаб с хомяками — тотемных зверей их прижимистого народа. И даже бедного разумного филина до мыслей о сеппуку доведет!

Бедный разумный почтальон, который сидел уже не на ящике с боеприпасами, а на книжном шкафу в каюте Шепарда (посланник Гильдии не мог улететь без ответа — магия контракта обязывала), вытянул шею и тяжело глотнул. Птица была умной. Птица, к собственному сожалению, умела читать.

И по мере того как Шепард строчил список необходимого, глаза филина, и без того немаленькие, начали расширяться, выходя за пределы, дозволенные не то что анатомией, но просто здравым смыслом!

Ведь Шепард... Шепард не жадничал. Наоборот! В его солдафонской, прижимистой, экономной душе открылись шлюзы изобилия и безудержной щедрости — щедрости за чужой счет! Спустя всего три минуты Джон уже не стеснялся и прямо вслух, со вкусом, зачитывал свой «скромный» перечень:

— Так, для обучения «гения стихийной магии» нам потребуется… — Шепард на секунду задумался, глядя в потолок. — Полное собрание сочинений Мерлина в оригинале. Издание до четырнадцатого века, переиздания не предлагать, там опечатки в формулах.

(Филин ощутил, как его перья на груди начинают стремительно седеть от финансового шока Гильдии).

— Далее. Кровь дракона. Двенадцать пинт… Нет, бери двадцать. Вдруг разольем или Аленко решит ею умыться?

(Священный трепет в душе птицы сменился экзистенциальным ужасом).

— Пыль рога единорога. Килограмм.

(Леденящий трепет. Птица начала прикидывать, сколько поколений гонцов должны будут пахать бесплатно, чтобы покрыть этот запрос).

— Нулевой элемент высшей очистки, зачарованный гоблинской ковкой. Килограмма два, — Джон прищурился. — Нет, три. Люблю, когда блестит.

(Мысли о том, что сеппуку — это не так уж и больно, стали казаться Филину удивительно соблазнительными).

— Слез феникса... Ну, хотя бы пол-литра. Для снятия похмелья… То есть, я хотел сказать, для обеспечения душевного спокойствия обучающего персонала в лице меня.

(Филин окончательно понял: неграмотность — это не проклятие предков, а благословение Мерлина, которого он, гонец, был несправедливо лишён).

— И вишенка на торте, — Шепард довольно оскалился. — Официальное признание, что Торфан — это не «кровавая баня», а несчастный случай, произошедший по причине тектонических сдвигов пород. С печатью Визенгамота и документом о том, что мастер Джон Шепард является лишь случайным свидетелем этой геологической катастрофы.

Филин ушёл в аут, но Шепард и не подумал останавливаться — как ни в чём не бывало продолжил писать дальше. Он писал всё. Всё, что приходило в голову: ингредиенты, запрещённые в двенадцати системах; артефакты, числящиеся в розыске; учебники, которые в последний раз видели в Александрийской библиотеке до пожара — и то по слухам.

Шепард просил по старому солдатскому принципу: проси столько, сколько позволяют жадность, совесть, фантазия и муза, пашущие в унисон, — получишь ровно сколько надо. А если повезёт — ещё и сверх нормы. Запас карман не тянет. Вот капитан и не стеснялся.

Он просил ВСЁ. Всё необходимое. Всё «не очень-то» необходимое. Всё, что теоретически может пригодиться при апокалипсисе, массовой эпидемии, на войне и на мирной конференции; на официальном рауте и в самой грязной дыре галактики — от глубоких болот до знойных пустынь и леденящих пустошей. И, на всякий случай, просто всё, что дорого стоит и сложно достать.

Глядя на сей неприкрытый грабёж, даже в своём убитом состоянии Филин тихо, жалобно ухнул. Понимал бедный птиц, какой груз ему предстоит нести — не в клюве, нет. На этот раз — исключительно на собственной несчастной душе.

Гильдейский почтальон сидел на ящике с термозарядами и думу думал горькую. С ужасом следил за скрипом дешёвой шариковой ручки — будто за пилой палача. И в мудрых, магически усиленных глазах, сквозь марево отчаяния, читалось ясное, отчётливое понимание: если он доставит в Совет подобное послание — да ещё и на обороте официального приказа, да ещё и с таким содержанием, — то увольнение с позором, причём с гарантией, останется лишь сладостной мечтой.

Вестник Гильдии прекрасно знал: за ТАКИЕ новости гонцов не просто убивают. Их сначала ощипывают — до последнего пера, — а потом варят из них бульон. Наваристый, со специями. И подают лично главе Гильдии на обед — благо старый вурдалак такое любит. Похлёбка из страданий… Что может быть вкусней для древней нечисти?

Бр-р-р… Филина аж передёрнуло. Инстинкт самосохранения победил устав. Отсроченные охранные заклятия на лапе, призванные беречь тайны Гильдии, под напором агрессивного эпистолярного мастерства коммандера Джона Шепарда были вынуждены с треском сдать позиции.

И — что уж тут скрывать — под напором простого, искреннего желания ВОЛШЕБНОЙ птицы ЖИТЬ.

С возмущённым клекотом, специально привлекая внимание, гильдейский пернатый работник яростно закопошился клювом в густом оперении на груди. Секунда борьбы с невидимым карманом — и…

На стол перед Шепардом, прямо поверх уже изгаженного пергамента, лёг плотный, сияющий лист.

Не просто бумага. И даже не золотой стандартный бланк запроса ресурсов — что само по себе уже редкость.

Платина.

Платиновый, чтобы черти этого солдафона побрали, бланк Поставок Высшего Приоритета.

Для лучших мастеров. Для элиты, которая спасает мир. Для тех, чьи запросы исполняются немедленно — без очереди, без вопросов, без робкого «а бюджет?..».

Меньшее этого зверя в обличии человека, похоже, и правда не удовлетворилобы вовсе!

Филин — а если уж совсем честно, Леонард Франциско Четвёртый, посол Гильдии в пятом поколении — молился. Молился всем, что у сов вообще считается небом, богом, святым духом и дьяволом на всякий случай. Молился, чтобы этому потомку нормандских чудовищ хватило платины. Чтобы он согласился. А не заставил его тащить обратно, де-факто и де-юре, ультиматум, написанный на обороте государственного приказа и пахнущий прямым объявлением едва ли не войны!

Франциск выразительно постучал клювом по платиновой кайме — раз, второй, третий.

Мол, пишите вот здесь, уважаемый сэр.

— О-о-о-о-о-о-о… — протянул Шепард, и ухмылка его стала шире, чем Галактический Рукав. — А вот это уже другой разговор. Видишь, можем же договориться.

Он смахнул в сторону исписанный черновик. Платиновый бланк манил своей белизной и магической, по-настоящему колдовской аурой вседозволенности. Если на простом пергаменте творчество командира Шепарда выглядело всего лишь как список требований безумца, то здесь — на платине — тот же самый текст, ничуть не менее наглый, волшебным образом превращался в смету расходов на обеспечение безопасности Галактики. Ни больше ни меньше.

И Шепард начал переписывать.

Аккуратно. Каллиграфическим почерком — насколько это вообще возможно для боевого мага. Тут же добавляя пункты, которые раньше считал бесперспективными к получению:

Индивидуальный накопитель маны класса «Звезда» — 2 шт…

Он задумался, прищурился.

Нет. 3 шт.

Комплект ритуальных кинжалов из небесной стали

(для тонкой ритуальной нарезки колбасы из врагов во время практики тёмных ритуалов).

Переносная алхимическая лаборатория модели «Мерлин-Походная-Люкс»

с функцией самоочистки.

Обязательно именно с ней.

(Уж кому, как не Шепарду, знать, что такое грязный котёл.)

И, наконец, детская мечта.

«Молния-3030 Космос Плюс, гигант-эдишн» — 2 шт.

Для повышения манёвренности мастера и ученика во время практики.

…и ещё напоследок.

Спустя полчаса документ перестал быть издевательством.

Он стал официальным, санкционированным и полностью легальным ограблением Гильдии — с соблюдением всех протоколов, печатей и формальностей. И с практически гарантированным последующим банкротством.

Филин, глядя на завершённый список, обречённо прикрыл глаза.

Бульон, по крайней мере, отменялся.

Зато вечная каторга за перерасход бюджета Гильдии ему светила почти наверняка.

Впрочем… каторга всё же лучше, чем духовка — за оскорбление Главы Гильдии, — подумал птиц.

И тут…

Увидев крохотную ошибку в восьмом пункте четвёртого подпункта пятой строфы восьмого блока обоснования необходимости пункта поставки номер сорок семь — того самого, где фигурировал Индивидуальный накопитель маны класса «Звезда», — филин сначала тихо обрадовался.

А потом увидел ещё одну.

Потом — ещё.

А затем начал различать мелкие недочёты почти в каждой строчке.

И вот тогда Леонард Франциско Четвёртый, Посол Гильдии в пятом поколении, понял:он может,он должен,и он БУДЕТ злорадно ликовать.

Ибо официальная бумага Гильдии — особенно Платинового уровня — имела одну маленькую, но исключительно подлую особенность.

Защитный механизм от дурака.

И от наглеца.

(Да благословит Мерлин гения, который её изобрёл.)

Начиная с серебряного уровня, бланки обладали встроенной функцией

«Магической оптимизации и гармонизации запросов в соответствии с рейтингом конкретного мастера и рангом конкретного бланка»,

основанной на предположительном переводе желаний мастера в допустимый перечень поставок.

Проще говоря: бланк думал сам.

А Джон…

Джон, который прежде имел дело максимум с бронзой, об этом — к своему глубочайшему сожалению — не знал.

И потому натворил, не стесняясь. Так, как умел. И, надо признать, умел он неплохо: в Альянсе оформлять документы учили на совесть. Очень на совесть.

Но сейчас, опьянённый возможностью легально ограбить Гильдию, он слишком увлёкся.

Писал с размахом крогана,

с поэзией азари

и с жадностью волуса-банкира.

Полностью игнорируя мелкий шрифт.

И пункты о соразмерности, адекватности, обоснованности

и точном указании наименований в соответствии с гильдейским каталогом № 35879АК-12-Z3.

Чем больше «оформленных» пунктов видел филин, тем радостнее ему становилось.

Потому что Джон нарушил примерно тридцать параграфов Устава о снабжении.

И это — навскидку.

Когда коммандер, перечитав написанное с мстительной улыбкой, поставил жирную точку в конце последней строки, птиц среагировал быстрее саларианца под кофеином.

Взмах крыльев —

и, прежде чем Джон успел убрать руку,

когтистая лапа с силой припечатала специальную руну-печать в углу листа.

ЩЁЛК.

Бланк вспыхнул мягким, но неумолимым светом канцелярской магии.

Все «хотелки» Джона мгновенно отформатировались.

Текст поплыл, будто живой.

Лишние нули исчезали.

Эпитеты «Люкс» и «Элитный» стирались, заменяясь на скучное:«стандартный, уставной».

Список, занимавший весь лист мелким почерком, схлопнулся до одной трети.

«Тонна нулевого элемента» превратилась в*«Контейнер малый экранированный — 1 шт.»*.

«Лаборатория Мерлина» мутировала в*«Набор юного алхимика полевой, расширенный»*.

Список, конечно же, остался в тех самых рамках, что зовутся «неприлично много».

Больше, чем иному мастеру выдавали за всю жизнь.

Но стал уже гораздо скромнее. Носить гордое звание и ужасного Разорителя Гильдии, грозящего ей банкротом, больше не мог.

Филин удовлетворился.

Он будет жить.

И даже, возможно, без каторги.

Шепард даже моргнуть не успел.Только рот открыл, глядя, как его грандиозный план грабежа скукоживается прямо на глазах, потянулся поправить — но было поздно.

Филин, не дожидаясь, пока в него полетит «Авада» или табельный пистолет, хищно выдрал пергамент прямо из-под носа ошарашенного мага. А в следующую секунду пернатый курьер стартовал с места, как ракета класса «Цитадель-Терра», буквально размазавшись в воздухе.

Он не искал ни двери, ни вентиляции.Он просто вошёл в переборку корабля, как сверло, оставив после себя лишь лёгкое сияние телепорта и пару рыжих пёрышек, которые тут же сгорели. А ведь Джон уже потянулся — через вуду проклясть засранца!

Коммандер остался сидеть перед пустым столом с протянутой рукой, хватающей пустоту.

Скрипнув зубами так, что эмаль запросила пощады, Джон захлопнул саквояж. Точнее, сначала открыл, убедился, что внутри бардак, и только потом захлопнул.

Его душа требовала компенсации.Его жадное нутро всё ещё очень хотело кого-нибудь ограбить.

А поскольку грабёж магической Гильдии сорвался из-за одной слишком умной птицы, Джон перевёл хищный взгляд на цели более приземлённые.

Оснащение десантной группы.

Вот что следовало поправить.Вот где зияла дыра размером с масс-реле.

Два человека.Тестовый полёт, который, как пить дать, прикрывает какую-нибудь тяжёлую, грязную миссию.

Времени — двенадцать часов.Найти наёмников? Нереально.Дождаться спецназа N7, который хотя бы наполовину соответствует его темпу? Смешно. Бюрократия Альянса работает медленнее, чем элкор читает рэп под седативами.

Увеличить количество пушечного мяса — не вариант. Командование засудит, да и не найдёшь его нынче.

А значит…

Значит, нужно повысить выживаемость того отряда, что уже есть.

Инвалида и Сопляка следовало одеть так, чтобы они выдержали прямое попадание из танкового орудия. Или хотя бы не сдохли от сквозняка в вакууме. А в идеале — подобрать такое снаряжение, чтобы оно воевало за Сопляка и саппортило за Инвалида.

СА-МАС-ТО-Я-ТЕЛЬ-НО.

Джон снова нырнул рукой в недра расширенного магией пространства саквояжа.На свет появились флаконы.

— Так… немного обаяния… — пробормотал он.

*Елей Григория Льстецa.*Густая, маслянистая субстанция. Пара капель на воротник, растереть за ушами — и каждый его голос теперь звучит для собеседника как голос любимой бабушки, зовущей на пирожки.Или как шёпот дьявола, предлагающего сделку.Или как глас ангела небесного — кому что ближе.

Сверху — щедрый пшик парфюма «Доверие Абсолют».Запрещён в семи магических юрисдикциях, но кто тут будет проверять ауру?На военной базе.

Благоухая, как клумба-убийца, и излучая ментальную угрозу, Джон направился к главному складу базы «Арктур».

Ему нужно было самое лучшее.Самое новое.Экспериментальное.

То, что лежит в закрытых секциях с пометкой**«Только для Спектров»или«Не выдавать никому. Даже Господу Богу»**.

Дверь склада открылась с жалобным скрипом, словно предупреждая хозяина об опасности.

Шепард вошёл.

На его лице сияла улыбка Ганнибала Лектера, зашедшего в мясную лавку перед званым ужином.

— Доброе утро, старшина! — пророкотал он.

За стойкой сидел шестидесятилетний интендант. Человек, который в этой жизни видел всё. Человек, мечтавший лишь об одном: дослужить полгода, получить пенсию и уехать на Землю — выращивать тюльпаны.

Он поднял глаза.Увидел шрамы.Увидел глаза.Увидел эту улыбку.

И судорожно сглотнул тугой, колючий комок страха.

Каждый раз, когда лейтенант-коммандер (или как там его теперь?) Шепард заходил к нему с таким выражением лица, смена заканчивалась вызовом кардиобригады.

Потому что магия, официально запрещённая к применению на маглах под страхом Азкабана, была возмутительно — восхитительно — незаметна для систем безопасности.Сканеры Альянса исправно искали оружие, взрывчатку, вирусы, наркотики, презервативы, АЛКОГОЛЬ…Но у них отсутствовала функция, как правило, искать «Зелье Подчинения» или «Чары Харизмы».

— Мне нужно переодеть двух бойцов, — мягко сказал Шепард, опираясь на стойку.

Запах его парфюма накрыл старика плотным облаком — тёплым, уверенным, успокаивающим. — И я знаю, что у вас на третьем уровне, в секторе «Б», вчера была поставка прототипов от «Киншаса Фабрикейшн».

— Но… это же… резерв Адмиралтейства… — слабо пискнул интендант.

Он чувствовал, как воля тает, словно мороженое на солнцепёке.Мозг кричал: *«Гони его! Сейчас же!»*А губы уже растягивались в подобострастной, почти счастливой улыбке.

— Нельзя же столько просить…

— Можно, — ласково перебил Шепард.

Его зрачки, казалось, расширились, заполняя собой всё пространство. — Мы же друзья, верно? А друзьям нужно самое лучшее.Вы ведь не хотите, чтобы мои люди пострадали из-за плохой экипировки?Это бы разбило мне сердце.

Он сделал паузу. — И вам тоже.

Инфаркт, — обречённо подумал интендант, чувствуя, как рука сама тянется к планшету и снимает блокировку с особо ценных ящиков. Точно будет инфаркт.

Но, боги…

Как же он хотел отдать этому человеку эти чёртовы бронекостюмы.

И пушки.

И пистолеты.

И НОВЕЙШИЕ ВИЗОРЫ!

На моём бусти https://boosty.to/viktorcloudwalker больше глав, там аж 10 глав уже.