Цикл "Призраки прошлого" (джен)

Алайя, Алайя Прима, 876.M30

Тянулся очередной день из тех мерзких дней, что бывают лишь поздней осенью. Вроде бы на улице было тепло, но при этом дул такой ветер, что продувало насквозь даже в плотном кителе. Небо затянули густые облака цвета половой тряпки, смешивавшиеся с чёрным дымом заводов. Шёл то ли дождь, то ли снег, то ли вообще град — понять было невозможно. На улицах лежали кучи какой-то грязно-белой растекающейся массы, по странному недоразумению называвшейся "снегом". Бурые лужи были настолько глубоки, что машины, ехавшие по улицам, вздымали огромные буруны, напоминая небольшие речные катера. Из репродуктора на стене здания Администратума играла какая-то заунывная торжественная музыка.

Энио снова шла в Дворцовый Комплекс. Опять звали для какого-то очередного занудного заседания, на котором ей даже и говорить-то было нечего. Какое дело командиру СПО и резервного флота до отчётов об общей площали посева картошки, объёме посевной на следующий квартал и прочей подобной чуши ? Десятину губернатор уже давно сдал, а последний крупный мятеж был лет тридцать назад. Пираты и контрабандисты на Алайе вообще никогда не бывали — планета лежала настолько далеко от торговых путей и была настолько бедной, что не интересовала вообще никого. Даже в имперских финансовых отчётах Алайя упоминалась раз на тысячу, а немногочисленные солдаты-алайцы распределялись по большим полкам как добровольцы от сектора.

В общем, хотелось пожелать всем подорваться на гранате и пойти хоть в заводские кварталы. Там хотя бы поинтереснее будет. И заодно одеться по-нормальному.

Неизвестно, какой недоумок делал парадную форму для алайских офицеров. Для начала, форма была совершенно чёрной. Нет, на смотрах это смотрелось безусловно эффектно, но зато любое пятнышко грязи становилось на чёрной ткани очень заметным, так что китель и брюки приходилось стирать после каждого выхода на улицу. Одежда была слишком узка и жала почти везде, где жать в теории могла — создателям внешний вид был явно важнее удобства ношения. Вместо берцев или на худой конец сапог полагались лакированные ботинки, при хоть сколько-нибудь сырой погоде превращавшиеся в миниатюрные аквариумы. И, будто бы этого было мало, поверх одежды необходимо было носить бронзовый нагрудник и длинный бело-голубой плащ. Если нагрудник был ещё терпим (хотя бы не мешал, пусть практический смысл от него и стремился к нулю), то вот плащ был вершиной издевательства над человеком. Слишком тонкий для того, чтобы защитить от ветра, зато быстро намокающий и теряющий всякую эффектность и привлекательность после любой прогулки в плохую погоду.

И в этом-то трудноносимом кошмаре Энио приходилось ходить последние несколько месяцев чуть ли не круглосуточно.

Репродуктор внезапно прекратил по Варп его знает какому кругу проигрывать одну и ту же занудную мелодию и начал низким бездушным голосом зачитывать новостную сводку:

— Сегодня, в двадцать второй день Месяца Последних Урожаев 876.М30 по локальному солярному циклу, доблестные войска Империума Человечества заняли планетарные системы Хэрэв, Никта, Сильвания, Сеннаар...

Энио захотелось пустить из пистолета пару бронебойных в этот варпов репродуктор, чтобы тот наконец заткнулся. Каждая захваченная планета, каждая особо отличившаяся ауксиларная когорта, каждый экспедиционный флот будто бы напоминал Энио про отца. Там, за тысячи световых лет, воюют её братья; они покрыты вечной славой, люди уже восхваляют их так, как и не снилось богам Древней Терры. Они, так же как и она, родились из пробирки. Для двадцати одного полубога в Великом Крестовом Походе Император нашёл место. Но вот ей почему-то места не нашлось. Она одной с ними крови, но именно её отец просто прогнал с глаз долой. Пока Он со своими сыновьями покорял Вселенную, она должна была прозябать в этой глухомани. Он просто забыл о её существовании. Выкинул в мусор, как неудачный черновик. Энио хотела бы начать мятеж и наконец доказать Императору и Малкадору, что те ошиблись в ней. Но, увы, в жизнь это не удалось бы воплотить. Что какие-то там три миллиона ополченцев и несколько полков атмосферной авиации смогут сделать бесчисленным армиям Империума? Да и где взять нормальное снаряжение и хоть какую-то относительно новую технику?...

-...Слава Империуму Человечества! Per aspera ad astra! А теперь перейдём к локальным новостям...

Энио будто проснулась после лихорадочного сна. Она убрала обратно в кобуру невесть как оказавшийся в руке болт-пистолет и быстрым, почти маршевым шагом зашла в резной каменный портал главного входа Дворцового Комплекса. Император ещё подождёт, а вот губернатор...

* * *

Заседание, как всегда, было невероятно скучным. За те почти сто двадцать лет, что Энио провела на Алайе, она так и не смогла привыкнуть к этому. Опять управляющий учебными заведениями и министр сельского хозяйства что-то не поделили. Опять тот сухой маразматичный старикашка, который исполнял обязанности министра финансов и приглашался на все заседания просто из уважения к его роду, который был то ли самым древним на всей Алайе, то ли самым богатым на всей Алайе, то ли Варп его знает каким ещё на всей Алайе (этого Энио так и не запомнила), зачитывал торжественно завывающим голосом с длинного листа тридцатиминутную речь о важности добычи угля для экономики субсектора. Речь эта повторялась на каждом заседании, все знали её уже наизусть вплоть до интонаций на каждом слове, но старикашку ни разу не обрывали — тот был крайне обидчив, а терять крупный аристократический дом в качестве союзника губернатор не хотел. Представитель Коллегия Астропатика опять не пришёл из-за эпилептического припадка за пять минут до собрания, так что последние надежды на сколько-нибудь интересное времяпрепровождение пропали окончательно.

Энио уже потеряла счёт времени. Казалось, она уже несколько дней сидит в этом полутёмном зале в сени мешкоподобной туши губернатора. Голоса говоривших сливались в единый неприятный гул, из которого лишь иногда выбивался то глухой бас губернатора, то визгливый фальцет министра финансов, то сипение министра сельского хозяйства. Очень сильно хотелось спать, но Энио изо всех сил старалась держать себя в руках — уважение к выступающим надо было проявлять даже если те были невероятно скучны и занудны...

— Так что же вы думаете на этот счёт, леди Энио? — раздался почти над её ухом чей-то голос. Вроде бы управляющего учебными заведениями.

Энио тут же привстала со стула.

— Несомненно, реализация намеченных планов обеспечит широкому кругу специалистов дальнейшие направления развития в формировании прогрессивных направлений. Не следует, однако, забывать, что новая модель организационной деятельности требует от нас анализа дальнейших направлений развития.

В который раз Энио благодарила все божественные силы, какие только были в этом мире, за ту древнетерранскую методичку для составления пропагандистских речей, найденную в губернаторской библиотеке. Уже в который раз она помогала ей выкручиваться из подобных ситуаций. А что, ты сказал всё, но при этом ничего и не сказал. Удобно, однако.

— Прекрасно. Садитесь, леди Энио. А теперь перейдём к вопросам падения цен на рекаф за прошлый квартал...

...Ещё через пару часов, показавшихся Энио целой вечностью, губернатор наконец объявил о завершении собрания.

* * *

Первое же, что Энио сделала по возвращении в свои покои — наконец-то сменила парадную форму на полевую. Та, хоть и была будто сшита из мешков от картошки, сидела повольнее. А ещё можно было наконец-то переобуться в нормальные сапоги вместо этих идиотских ботинок.

Весь оставшийся день прошёл как обычно, то есть в полнейшем ничегонеделании. Десятину уже собрали, так что возня с военными документами сошла на нет на ближайшее десятилетие; Отдел по Противодействию Контрабандной Торговле закрыли за ненадобностью ещё в прошлом столетии; война даже не намечалась; резервный флот как-то самоуправлялся и вроде как пока был в порядке; в общем, система работала как всегда тихо и стабильно, что Энио и раздражало. Нет, жизнь на Алайе была неплохой — какой-нибудь имперский ветеран, наверное, всё бы отдал, лишь бы пожить на этом тихом, далёком от всех фронтов мире, ни на каплю не меняющемся в течение столетий, на котором в обязанности командира СПО входило лишь еженедельное сидение на собраниях и иногда подтверждение губернаторских указов. Но Энио считала, что она всё же была создана для чего-то большего, чем бессменного руководства кучкой оборванцев с полусломанными стабберами. И если бы не Император, она бы это "большее" имела...

* * *

В середине пятой стражи дня запищал коммуникатор. Вызывал начальник охраны — видимо, пришёл посетитель.

Энио включила приёмник.

— Кто там?

— Какой-то старый механикус. Не из наших. Говорит, что прилетел с другого конца Империума, чтобы поговорить с леди Энио.

— Оружие при нём есть?

— Ничего, кроме посоха и инструментов.

— Впустите.

Как ни странно, Энио была даже рада этому. Конечно же, опять стигийцы пришли скандалить из-за срыва производства аккумуляторов для лазганов семьдесят с чем-то там лет назад. Всё никак не успокоятся. Но хоть что-то начинало происходить, пусть и не слишком приятное.

Дверь со скрипом открылась, и в зал вошёл техножрец.

Не без удовольствия Энио отметила, что гость был явно не со Стигии — его ряса была не чёрно-синяя, а бело-голубая. Был он ростом где-то под два метра, если бы не сутулился. Тем не менее, держался он очень уверенно и с невероятным чувством достоинства — будь он одет не в рясу механикуса, а в синий с золотом мундир, а лицо не состояло бы почти полностью из аугментики, мог бы сойти за какого-нибудь алайского аристократа. Он был настолько тощим, что казалось, будто на скелет просто натянули кожу, забыв добавить всё остальное. Дряблая кожа была настролько бледна, что издали сливалась с рясой.

— Я Магос Техникус Феодор Филиппид с мира-кузни Аврелия-Секунда. Вы, я так понимаю, леди Энио?

Голос Феодора, как ни странно, был чётким и громким.

— Да, магос. Какое у вас дело к военному ведомству Алайи?

— Не к военному ведомству. К вам лично.

— Какое же?

— Вы можете помочь моему господину в организации мятежа против Империума.

— И кто же твой господин? Кто-то из здешней аристократии?

— Нет. Анфелион Критиад, примарх Сынов Посейдона.

У Энио начали зарождаться сомнения в адекватности Феодора. Странно было, что один из сыночков Императора вдруг пошёл против любимого папочки. Судя по тем сводкам, которые каждый день крутили по оповещению, примархи были абсолютно лояльными солдатами, не способными восстать против воли своего Повелителя. А что, если Император просто захотел так с ней разделаться? Обличить в измене и убрать? Скорее всего. Ну ничего, она его переиграет. Пусть Феодор подразболтает все эти "тайны", а она просто арестует его за измену Империуму. Всё же Император оказался не так умён, как ей казалось.

— А почему же, магос, ты говоришь об этом так открыто? Ты не боишься прослушки?

— Во-первых, в приёмных высших военных и административных чинов системы наблюдения и записи не устанавливаются. "Либер Лексиканум Империалис", редакция 3.26.1 от 871.М30, статья 20072.3. Во-вторых, все три диктофона, стоящие в данной комнате, сломаны уже примерно двадцать пять лет.

— А если ты ошибаешься?

— Ноосфера не ошибается. "Не верь глазам своим, ибо глаза твои несовершенны; верь лишь Машине, ибо лишь Машина совершенна в своём восприятии". "Заповеди святого Торквата Металликанского", свиток 3202, статия 44.

— А почему же он сам не явится?

— Личное явление примарха на Омниссией покинутый мир, находящийся на расстоянии примерно в девяносто семь тысяч восемьсот тридцать три световых года от линии активных боевых действий, вызвал бы лишние вопросы и подозрения. А я всё же не настолько заметный человек. И к тому же он псайкер.

— Ну псайкер и псайкер, что с того?

— Проблема в том, что вы, леди Энио — пария. Думаю, вы слышали о таком явлении, будучи при дворе Императора на Терре.

— Да, что-то такое я слышала. Более того, из-за этого меня с Терры и выперли. Только так и не поняла, что это такое.

— Коротко говоря, вы не связаны с Варпом, то есть ваша псионическая аура нулевая. Кроме того, что, скажем так, в вашей голове никто не сможет покопаться, вы ещё и опасны для почти любых достаточно сильных пси-активных субъектов. Возможно, я слишком сильно упрощаю это, лучше поговорите об этом с Магосом Биологис Клавдианом Ноксом с Аврелии-Секунды, он лучше меня всё это знает. Кстати, вас никогда не удивлял тот факт, что все придворные астропаты уже третье поколение страдают эпилепсией, причём именно с того года, когда вы прибыли на Алайю?

— Никогда не изучала их историю.

— Странно, что вы не смогли сопоставить два столь простых компонента. И знаете, можете мне доверять.

— О чём это ты, магос?

— Как я понимаю, вы, леди Энио, считаете меня исполнителем какого-то плана Императора. Могу сказать, что зря. Если бы Он действительно пытался бы вас убить, ему проще и логичнее было бы сделать так, чтобы вы "случайно" отравились "некачественной" едой, попали бы в "автокатастрофу" или что-нибудь ещё. Напомню, никто здесь не знает того, что вы родня примархам, все считают вас просто чудом природы. Да и политическим весом вы не обладаете. "Не плоди лишней логических сущностей". "Основы логических умопостроений" святого Виллема, глава 19.3.

— Но...Но как ты это понял?

— Изменение биотоков мозга, незначительные изменения сердечного ритма. "Лишь Машина открывает путь к Познанию". "Семтексийские  размышления", глава 5. Учитывая ваши, скажем так, сложные взаимоотношения с Императором и ограниченность вашего знания о реальном положении дел за пределами сектора, вполне логично, что вы посчитали меня посланником Императора, пытающимся вас обмануть. "Недостаток знания рождает ошибочные построения". "Апокрифы магоса Авентуса", свиток 42, статия 840.

А ведь правдоподобно. Не стал бы Император поднимать шум вокруг неудачного эксперимента. А что, если Феодор не врал? Что, если сейчас наконец появится возможность отомстить?

— А какие силы у Критиада, магос?

— Два экспедиционных флота, два полных легиона Астартес — суммарно двести тридцать тысяч человек, рыцарские дома Ферратис и Валориан — суммарно двести пять рыцарей, две когорты скитариев с Аврелии-Секунды — суммарно четыре миллиона солдат и шестьсот тысяч автоматонов и кибернетических боевых машин, а также две ауксиларные когорты легионов общим числом восемь миллионов солдат.

— А откуда взялся ещё один легион? И не маловато ли солдат?

— Анфелиону решил помочь...Скажем так, один его хороший друг со схожими мотивами. Хотя, если говорить точнее, то не такими уж и схожими...Если присоединитесь, то сами всё узнаете и поймёте. А в космодесанте вы зря так сомневаетесь. Даже простой Астартес стоит взвода пехоты, а ведь есть ещё и элита...К сожалению, вы ни разу не видели Астартес в битве, но скажу так — при правильном использовании они могут опрокинуть какую угодно армию, будь она хоть в двадцать раз больше. А оружие и техника...

Не будь у Феодора вокс вместо нормального рта, Энио могла бы поклясться, что тот улыбнулся.

— Но зачем же я нужна Анфелиону и его "другу"? Они что, сами не справятся?

— Зачем? — Феодор будто опомнился от приятного наваждения. — Да, как раз хотел об этом сказать. Во-первых, ваша нейтральная мутация может быть полезна в грядущем мятеже, учитывая то, что против нас будут аж два легиона с большим количеством псайкеров. А во-вторых, "Ум есть величайшее оружие человека и величайший ему дар Бога-Машины". "Записки святого Манария", свиток 4046, песнь 3, статия 44, стих 1. Так как Император создавал вас как примарха, у меня и Анфелиона есть все основания полагать, что он вложил в вас талант стратега и явно чему-то да учил. А лишний стратег в ставке никогда не бывает лишним.

— То есть смысл с меня чисто практический?

— Да. Да и вам, леди Энио, это выгодно. Для вас это шанс ответить Императору на то, что...

— Не напоминай об этом, магос! Я, к сожалению, этого и не забывала...

Энио обуревали сомнения. Конечно, то, что говорил Феодор, было верхом надежд для неё. Не терпелось наконец, после почти полутора веков ожидания, возглавить армию сверхлюдей и начать войну с Террой. С другой же стороны всё это выглядело, как момент из одной дурацкой древнетерранской сказки, которую она слышала когда-то от Малкадора. Ну не может так повезти в один момент. Хотя...Что, если Феодор не обманывает? Тогда ведь она упустит единственный, вероятно, шанс убраться из этой дыры и показать всем свою настоящую цену. Ну что ж, попробовать стоит. "Двум смертям бывать, а одной не миновать" — вспомнилась ей древняя поговорка.

— Передай своему господину, магос, что я согласна присоединиться к нему. Но есть одно условие.

— Какое, леди Энио?

— Мне нужны собственные войска. Не скитарии, не ауксиларии и не Астартес.

— Предусмотрительно. Я сегодня же обсужу это с Анфелионом. Думаю, он согласится. Если он согласится, то вскоре от "секторального астропата" придёт уведомление о переводе вас в Сегментум Ультима. Астропат, конечно, же, будет нашим, но с фальшивой сигнатурой. Далее вы сможете тихо и вполне "легально" покинуть Алайю на нашем корабле. Пилота шаттла опознаете по синей форме с бронзовой отделкой. До скорой, надеюсь, встречи.

Феодор ушёл, что-то недовольно бормоча на смеси высокого готика и лингвы-технис насчёт тех, кто обслуживает двери на Алайе.

На душе у Энио почему-то стало невероятно легко и радостно. Наконец-то перед ней открылся путь в настоящую жизнь. В ту жизнь, которой её лишили Император и Малкадор.

Энио, казалось, уже чувствовала жар от тонущих в огне шпилей Престольной Терры и ветер от садящихся космических кораблей, слышала гром макропушек...