Монеты судьбы (гет)

Машины Бартертауна скрылись вдали. Еще несколько минут, и гул моторов совсем затих. Макс посмотрел на горизонт, провожая взглядом далекую точку самолета. Они улетели. Он остался на дороге. Он так решил. Снова.

Макс поднялся на ноги и, привычно прихрамывая, прошел несколько шагов. Пыль оседала, открывая бескрайнюю равнину и обломки машин, которые еще несколько минут назад неслись на него с оголтелой яростью. Теперь это просто груда металлолома.

Макс осмотрелся, на пару минут задумался, вспомнив что-то, но его сознание привычно прогнало любые лишние мысли. Жить дальше. Выживать.

Он обошел брошенные машины, присмотрелся. Вот эта, вроде как, способна ехать. А эта — совсем разбита. Но, возможно, из нее можно извлечь что-то полезное. В пустыне пригодится все. Никто не знал этого так, как Безумный Макс.

Он обошел искореженный корпус, заглядывая внутрь. Внимание привлек ржавый ящик, прикрученный к железной раме за сидением, на манер бардачка или багажника. Вскрыть его не составляло труда. Болтики, гайки, маленькие мотки проволоки и что-то еще, что Макс не разглядел из-за грязи и пыли.

— Пригодится, — подумал он и, захватив рукой горсть железок, не глядя положил в карман безрукавки. В тот же момент в глазах потемнело. Макс решил, что падает в обморок от жары или перегрузки, схватился за ржавый остов, пытаясь сфокусировать зрение на ближайшей точке. Но его как будто повело в сторону, и в ту же секунду он словно провалился в глубокую яму.

Первая мысль была логичной: «Вода», вторая — верхом удивления «Откуда?». Удар был сильным, как после падения с большой высоты. Макс погрузился довольно глубоко и принялся отчаянно выгребать на поверхность. Тяжелые сапоги и безрукавка тянули вниз, но бросать свою броню — не лучшая привычка для пустоши. В голове на секунду всплыли воспоминания из полицейской академии — тренировки в бассейне в полном обмундировании, холодная вода, крики инструктора.

— Вы должны уметь выбираться из любой передряги, даже если ваша машина рухнет с моста в чертову реку! — вопил он, по одному сталкивая с бортика молодых новобранцев. Тогда курсант Рокатански изрядно нахлебался воды, но в итоге стал одним из лучших в своей группе. В первую очередь, конечно, в вождении машины. Но и спортивные дисциплины тоже были сданы на «отлично».

Сделав еще несколько мощных гребков, Макс наконец вырвался на поверхность, отдышался и огляделся. Вокруг была только бескрайняя вода — синяя, тёплая, солёная. Море казалось миражом человеку, только что попавшему сюда из пустыни. Но факт оставался фактом.

— Что за…? — фыркнул Макс, ладонью вытирая воду с лица. Темные, почти черные от воды, его жесткие волосы тут же начали принимать свою обычную форму. Седая прядь на левом виске выделялась в них особенно ярко. Он протер глаза, откинул со лба чёлку и наконец-то сфокусировал зрение. Вокруг было море, о существовании которого он уже успел забыть, жаркое солнце, яркие блики на воде и полоска далекого берега где-то в нескольких километрах впереди.

— Берег — это уже плюс, — подумал Макс, — но, чёрт возьми, как я здесь оказался!?

Опомниться ему не дали. В этот же момент воздух над ним словно разорвало невидимой молнией, и откуда-то, как будто прямо с неба, в воду одна за другой рухнули еще две фигуры. Макс сгруппировался, на секунду прикрыв глаза от соленых брызг.

— Нео! — Тринити вынырнула первой и сразу начала осматриваться. Яркие синие глаза, слегка покрасневшие от соли, уже сканировали горизонт.

Нео появился рядом через секунду, резко вскинув голову. Блестящие капли веером разлетелись с тяжелых иссиня-черных волос, темные глаза на бледном лице при ярком солнце казались еще более глубокими.

— Ты в порядке? — спросил он, тяжело дыша.

— Да, — Тринити продолжала осматриваться, — и, судя по всему, это не симуляция.

Нео протянул руку к затылку, нащупал большой разъем на шее, потом перевел взгляд на Тринити. Ободранная майка открывала несколько портов на ее спине. Нео был в лёгком потрепанном свитере с длинными рукавами, в том самом, который надел перед спуском в машинное отделение «Навуходоносора», чтобы не поранить руки железом. Они собирались что-то чинить, искали запчасти. Дальше — провал.

— Это… — Нео тоже осмотрелся, — какая-то дыра в пространстве…

— Если бы я верила в такое, согласилась бы, — тихо сказала Тринити. — Но пока что это больше похоже на сюжет из фантастического фильма.

Только сейчас Нео заметил, что чуть поодаль в волнах плещется еще один человек. Это было не менее странно, чем то, что они провалились в море прямо из машинного отделения.

— Эй! — Нео повернулся к неизвестному попутчику и помахал рукой. — Ты как сюда попал?

— Не знаю! — послышался в ответ глуховатый голос. Незнакомец был явно ошарашен их появлением, однако не спешил приближаться.

Тринити молча сделала несколько гребков в его сторону.

— Мы тоже не знаем, как здесь оказались, — произнесла она. — Как тебя зовут?

— Макс, — ответил он, настороженно глядя на нее. — Просто Макс.

— Откуда ты? — спросил Нео, подплывая ближе.

— Из мира, где убивают за каплю воды и канистру бензина, — мрачно буркнул Рокатански и отвернулся. Ему не очень хотелось разговаривать с незнакомцами. С другой стороны, выбора не предвиделось.

— Я Нео, это Тринити, — просто сказал программист, разглядывая Макса. — Мы из мира, где машины поработили людей, а те, кому удалось сбежать, вынуждены жить под землей.

— Сразу видно, что вы под землей живете, — бросил Макс, наконец повернувшись к ним. Их бледная, почти фарфоровая кожа заметно контрастировала с его темным пустынным загаром. — Но это какая-то другая реальность.

— Третья, — подсказал Нео. — И предполагаю, что их гораздо больше.

Макс пожал плечами.

— В моем мире машины — это сокровище. И способ передвижения. И дом… И вообще все. Если есть бензин. А его нет. Почти нет.

— В нашем мире… — начала Тринити и вдруг осознала, как странно это звучит, — машины — это умные роботы, которые черпают энергию из людей. Вот, видишь? — она показала на разъем у себя на шее.

— Хорошо не из свиней, — фыркнул Макс. — Хотя бы не воняет.

Повисла странная пауза.

— Берег в той стороне, — нарушил молчание Макс, уже привычно настроенный выжить. — Не знаю, как вы, а я предполагаю добраться туда до заката. Плавать умеете?

— Как видишь! — Нео тряхнул головой. Конечно, они учились этому в симуляции, еще до выхода из Матрицы, потом позже, в специально загруженных программах. Здесь, в реальном мире, мозг помнил, что делать, а тело слушалось куда хуже. Но вполне сносно.

— Тогда хватит болтать и гребем к берегу. Остальное потом! — Макс слегка встряхнулся и поплыл вперед, указывая направление.

Через некоторое время герои уже порядком выбились из сил, а до суши было еще далеко. Полоска берега стала отчетливее, уже можно было различить очертания скал, но для трех пловцов расстояние это сокращалось очень медленно. Вода была теплой, но вместе с тем казалась тягучей, вязкой, а солнце нещадно палило, от чего усталость и жажда становились почти невыносимыми.

— Нео… — прошептала Тринити, медленно перебирая руками в воде. — Я вижу код. Вот там, слева… — она слегка повернула голову, пытаясь показать куда-то. Нео подплыл поближе и посмотрел ей в лицо. Он тоже очень устал. Каждое движение давалось с усилием. Тело, закаленное тяжелой подземной жизнью и холодом кораблей, тренированное на драки и обращение с оружием, было совершенно бессильно перед жарой и океаном. Непривычная к солнцу кожа горела, густые черные волосы слиплись и падали на глаза, мешая обзору, мышцы ныли от долгого заплыва. Но все же в черных глазах Нео была кристальная ясность, словно его мозг в этот момент сосредоточенно подбирал пароли или писал программы.

— Трин. Смотри на меня, — он взял ее за плечи и слегка встряхнул. — Мы не в Матрице. Это реальный мир. Странный, не наш, но реальный.

Он коснулся разъема на ее шее, под водой опустил руку ниже по линии портов под растянутой майкой.

— Нео… — глаза Тринити блуждали. — Оператор… Вытащит нас…

— Солнечный удар, — спокойно констатировал Макс, подгребая ближе. Несмотря на тяжелую безрукавку, с которой он так и не захотел расстаться, из них троих «воин дороги» увереннее всех держался на воде, и сейчас это было ощутимо заметно, — Приготовься!

— Что? — переспросил Нео. Но Макс уже действовал. Он схватил Тринити за плечи и рывком утопил под воду, потом так же резко выдернул и толкнул в сторону Нео.

— Лови, — бросил Макс, видя, что Тринити приходит в себя. Шок заставил ее опомниться. Она отчаянно кашляла, уткнувшись в плечо Нео, но взгляд стал ясным.

— Ты чего? — крикнула она, зло стрельнув глазами в Макса.

— Небольшая встряска, — невозмутимо ответил он. — Ты начала ловить глюки.

— Тебе мерещился код Матрицы, — подтвердил Нео, помогая ей удержаться.

— А, — выдохнула Тринити, с омерзением сплевывая соленую воду, — ладно. Будем считать, что помогло.

Макс просто пожал плечами, коротко нырнул и двинулся дальше. Нео и уже отошедшая от шока Тринити последовали за ним. Они изредка переговаривались, иногда молчали, оборачиваясь, чтобы просто ощутить присутствие друг друга. Макс плыл чуть в отдалении, стараясь экономить силы. Даже через столько лет тело помнило тренировки патруля, это спасало. Но жажда, усталость и влажная жара, которая сильно отличалась от пустынной, начали донимать и его.

— Устал? — спросил Нео, в какой-то момент повернувшись к нему.

— Справлюсь, — отмахнулся Макс, сердито сплевывая соленую воду, — не первый раз.

— Ты говорил, что жил в пустыне, — напомнил Нео. — Там не бывает столько воды.

— А толку от нее? — хмыкнул Макс. — Все равно ее пить нельзя. Здесь мы умрем от жажды быстрее, чем утонем. Эта вода — такая же пустыня.

— Зато мы видим берег, — Тринити слегка улыбнулась. — А если будем говорить, время пройдет быстрее.

— Мне не о чем говорить! — буркнул Макс и отвернулся, сознательно прибавив хода.

Он сделал несколько мощных гребков вперед, но тут же почувствовал в теле свинцовую усталость. Жара, только что едва не погубившая Тринити, сейчас добралась и до него. Кажется, в этот злой и яростный порыв он вложил последние силы.

Макс остановился на секунду, переводя дух. Вода колыхалась вокруг, где-то рядом он слышал голоса Нео и Тринити, но они расплывались в глухой, невнятный фон. Перед глазами пошли круги. Макс моргнул, один раз, другой. Плеснул себе в лицо, закашлялся, хлебнув воды из набегающей волны. Перед глазами все поплыло.

— Макс! — сквозь шум в ушах он услышал далекий, но до боли знакомый женский голос. — Ты опять отличился на службе… А я сегодня получила хук справа… От нашего малыша.

В ту же секунду над водой он увидел силуэт. Джесси смотрела на него, барахтающегося в этом огромном бездонном море. Белый пляжный халатик, в котором он видел ее в последний раз, развевался на ветру.

— Ты опять опоздал к ужину! — улыбнулась она. — Макс, я от тебя без ума.

Ее смех резанул уши так, что хотелось плакать.

— Джесси! — крикнул Макс и бросился вперед, захлебываясь водой.

— Макс! — он снова услышал голос. На этот раз — мужской, но тоже знакомый. — Они здесь. Мы еще покажем этой банде, кто здесь хозяин.

— Джим… — его руки снова начали грести, но уже медленнее, почти хаотично. Еще секунда, и он остановился, погружаясь в глубину.

— Макс! Эй! — на этот раз это был голос Нео. — Черт! Очнись!

Дальше сильные, жилистые руки с невероятной силой выдернули его из воды за ворот кожаной безрукавки. Встряхнули и так же резко затолкали под воду. Инстинкт закричал «дышать», и Макс рванул на поверхность. Из последних сил он глотнул воздуха, но измотанное тело обмякло, снова погружаясь в воду.

— Макс! Держись! — сквозь пелену воды, булькающей в ушах, он услышал голос Тринити. Она не говорила. Шипела сквозь зубы, зло и резко, хлеща его ладонью по щекам. Нео с какой-то упрямой силой держал его за ворот безрукавки, другой рукой работая в воде.

— Я… В порядке, — выдохнул Макс, ошарашенно моргая.

— В порядке! — передразнил Нео. — Ты чуть не утонул. В море и в собственных глюках.

Макс стряхнул руку Нео, показывая, что может держаться сам. Тринити подплыла ближе. Ее ясные синие глаза встретились с его взглядом — таких же синих глаз, но сейчас растерянных и пустых.

— Кого ты видел? — спросила она.

Макс отвернулся. Отчаяние и стыд за собственную слабость разрывали изнутри, но молчать стало совсем невыносимо.

— Говорите со мной! — неожиданно произнес он. — Пожалуйста. А то я сойду с ума. Если уже не сошел.

Тринити и Нео переглянулись и внимательно посмотрели на Макса. Адреналин схлынул, уступая место усталости. Но здесь, в этом море, у них вдруг появилась еще одна общая цель — не дать этому мрачному человеку утонуть в пучине собственных мыслей.

— Кого ты видел? — повторила Тринити, но уже теплее. Ее взгляд стал мягче, как в те редкие моменты, когда для своих она была не бойцом, а другом.

Макс тяжело вздохнул. Тряхнул головой, откидывая волосы, одновременно собираясь с мыслями.

— Джесси… — произнес он наконец. Тихо, хрипло, с надломом. — Мою жену. Они убили ее. И сына. Совсем малыша.

Нео с Тринити переглянулись и поплыли вперед, мягко увлекая за собой Макса. Они молчали, словно давая ему пространство для того, чтобы наконец выпустить наружу боль, копившуюся годами.

— Когда-то я был в дорожном патруле. Офицер Макс Рокатански. Я был воином дороги, готовым биться за справедливость. Думал, что мы — сила. Бензина становилось меньше, банд на дорогах — больше. Мир рушился, люди теряли рассудок, — он перевел дух, все еще тяжело дыша, — Они убили их по одному. Сначала — случайных людей, которых мы так и не смогли защитить. Не успели. Потом — моего напарника…. Джима… Он был… классным. Жизнелюбивым. Верил в справедливость даже там, где я не мог…

— Его убили бандиты? — спросил Нео, аккуратно подплывая ближе.

— Да, — Макс смахнул капли с ресниц, — сожгли заживо в патрульной машине. А потом… добрались до моей семьи. Я хотел увезти их… я думал, что успею… — голос дрогнул, он хотел замолчать, но слова впервые за много лет сами рвались наружу. — Я отомстил. Убил их всех до одного. И… стал тенью на дороге.

— Стало легче? — спросила Тринити. Они с Нео одновременно оказались рядом с Максом молчаливой, но ощутимой поддержкой.

— Нет, — просто признался он, немного помолчав, — просто я убил их. А потом, кажется, этот мир пытался убить меня. У него не получилось. Но толку?

— Ты жив, Макс. — так же просто ответила Тринити, кладя ему руку на плечо. — Раз ты еще можешь помнить тех, кого любил. Значит ты человек. Не машина.

— Машина… — протянул Макс. — Это в вашем мире они враги. В моем — ценный ресурс и путь к выживанию. Если, конечно, найдешь бензин.

— У тебя тоже была машина? В твоем мире? Расскажи! — попросил Нео. Он пытался перевести разговор в более лёгкое русло, чтобы выдернуть Макса из его дурных мыслей.

— Была, — произнес он, словно вспоминая. — Перехватчик! Двести шестьдесят лошадиных сил… Мотор ревел, когда я входил в повороты… И его… тоже сожгли. Но это была лучшая машина в мире!

— Я тоже люблю водить, — произнесла в ответ Тринити, мягко улыбаясь. — В Матрице я водила мотоциклы, машины, даже вертолет. И это было непередаваемо.

Они двинулись дальше, заметив, что берег стал заметно ближе. И, несмотря на горечь воспоминаний, Макс вдруг почувствовал, что ему стало немного легче.

До берега добрались на закате. Море само просто вынесло их на песок, словно пожалев после долгого заплыва.

— Я же говорила, доберемся! — улыбнулась Тринити, не открывая глаз. Она лежала на спине, раскинув руки. Тысячи песчинок облепили ее волосы, ярко выделяясь в темно-каштановых волнах. Полежав с минуту, Нео приподнялся и сел. Откинул челку и внимательно осмотрелся.

— Надо найти пресную воду, — произнес Макс, тоже поднимаясь. — Судя по количеству растительности, она здесь есть.

Они заставили себя подняться и побрели в глубь острова, утопая в зелени и ярких экзотических цветах. Макс первым услышал звук. Он шумно втянул воздух, принюхиваясь к незнакомым запахам.

— Туда! — сказал он и без лишних слов побрел куда-то вперед.

Картина, открывшаяся героям, напоминала фотографию из туристического журнала. Небольшой, но шумный водопадик бил со скалы в круглое озерцо, вокруг которого буйно росли какие-то яркие красно-желтые цветы. Поляна из мягкой зеленой травы и мох на камнях дополняли идиллический пейзаж.

Прежде, чем кто-то успел что-то понять, Макс в одно мгновение скинул сапоги и безрукавку и бросился под поток. Он стоял под струями, раскинув руки, и жадно пил прямо из потока. Кажется, он пытался выпить всю воду, что за эти тяжелые годы забрала у него пустыня. Вода лилась по его лицу, темным волосам и ободранной майке, и это было какое-то невероятное блаженство.

Нео с Тринити подошли с другой стороны, и стали пить, зачерпывая ладонями. Вода была холодная, особенно на контрасте с теплым морем, но это был лучший вкус в мире.

— Залезайте сюда, — позвал Макс, наконец выныривая из-под потока, — Или соль вас добьет.

— Холодно, — поёжилась Тринити, но желание отмыться от песка и соли победила. Она заскочила на пару секунд, ополоснула лицо и волосы и быстро выбежала на берег, стуча зубами.

Нео, казалось, не ощущал холод так остро. Напившись, он равнодушно шагнул под водопад рядом с Максом, как будто это был обычный душ на «Навуходоносоре».

— Ты как будто не замечаешь холода! — в недоумении посмотрела на него Тринити, когда он спокойно вышел на берег, приглаживая руками мокрые тяжелые волосы.

— Не знаю, — Нео пожал плечами. — Видимо, встраиваюсь в систему.

Макс, тем временем, выбрался на берег с другой стороны озерца. Ему тоже явно было холодно, но восторг оказался сильнее.

— За такое в пустоши могли и убить, — выдохнул он наконец, усаживаясь на нагретый солнцем камень.

— Видимо, пустыня вернула тебе долг, — ответил Нео. Он стоял к Максу спиной, выжимая воду из своего потрепанного свитера.

— Главное, чтобы потом не попросила обратно бензином, — хмыкнул тот, прищуриваясь. — Нео?

— А? — он обернулся.

— Слушай, — Макс смотрел на него с каким-то новым, незнакомым доселе любопытством, — а кем бы ты был, если бы не случился… то самое. Апокалипсис.

— Не знаю, — Нео пожал плечами. — Я был программистом, и мне это нравилось. Код — моя стихия.

— И потом, — вмешалась Тринити, — мы не видели конца мира. Все, что произошло, было задолго до нашего рождения. Мы пришли в мир, когда он был уже таким.

— Но если, — закончил Нео, — нам удастся победить машины… Наверное, тоже программистом. Будем строить мирную жизнь на поверхности. Тогда нужны будут новые технологии. Но вообще, я об этом не думал. А ты?

— Я? — Макс ошарашенно уставился на него, потому что никто не задавал ему таких вопросов. — Я хотел уйти из патруля. Слишком много крови, грязи… Я стал понимать, что становлюсь… таким же. Жестоким. Если бы не все это, я стал бы… — он помолчал, — Водителем. Может быть, водил бы грузовики… Бензин, металл, камни… Полезные грузы. Иногда кажется, что мог бы быть механиком. За годы в пустыне я научился чинить практически все. Иначе не выжить. Но… в моем мире уже ничего не изменится. В вашем хотя бы есть надежда.

— Надежда… — эхом повторила Тринити, поднимаясь на ноги. — Пойдемте, надо понять, куда мы попали.