Воспитанник Тёмных Лордов (джен)

Через день после бала шел урок окклюменции. Гарольд отвлёкся всего на несколько секунд, но щит успел треснуть. От боли на глаза навернулись слёзы. Он увидел воспоминание, там он сидел, завернувшись в одеяло, и рыдал. Через несколько секунд Геллерт вышел из его сознания и заметил:

— Если ты, когда на тебя нападут по-настоящему, будешь так же отвлекаться, как сейчас, это будет стоить тебе жизни.

— Я знаю, прости.

— За что? Это тебя могут убить, а я буду всё так же наслаждаться жизнью.

— Я прошу прощения за то, что отвлёкся на уроке. Ты тратишь время на меня, а я это совершенно не ценю. — Раскаяние звучало совсем искренне. Геллерт довольно усмехнулся.

— Ещё немного, и я бы поверил. Рад, что на дипломатии ты не столь невнимателен. Но запомни, несмотря на то, что это очень полезный навык, одной лишь её не хватает. Поэтому тебе стоит... — Он оборвал фразу ментальной атакой. Из-за того, что в прошлый раз Гарольд был невнимателен, сейчас атака была гораздо сильнее.

Через какое-то время перед глазами потемнело, и Гарольд свалился на четвереньки. Он сосредоточился на одной мысли: «Держать щит». Через секунд десять Геллерт прекратил, и Гарри возликовал. «Выдержал! Я выдержал наказание! Впервые!». Он попытался сесть нормально, но у него снова закружилась голова.

— Умница. — Слова Геллерта звучали ласково. — Ты молодец, в этот раз у тебя отлично получилось. Те, у кого нет дара к менталистике, даже если всю жизнь стараются, вряд ли справятся лучше.

— Но у меня есть... — Геллерт прервал его.

— Знаю, но ты ещё ребёнок. Ты не достиг даже малого совершеннолетия и занимаешься всего два года. Это очень хороший результат.

Гарольд наконец смог сесть без сильного головокружения и увидел чуть ли не фанатичный блеск в глазах наставника.

— Но мне стало плохо... — Сделал он ещё одну попытку.

— Да какая разница? Я ведь не от балды бью, а так, чтобы ты мог выдержать. А ты выдержал в два раза сильнее.

Гарольд был вынужден согласиться, но это его совсем не радовало. Получается, если он выдержал, значит, он может выдержать. Это что получается? Его каждый раз так будут мучить?!

— С таким прозрачным выражением лица и окклюменция не поможет. — Геллерт рассмеялся. — Не переживай, я, конечно, усилю нагрузку, но мучить тебя так не собираюсь.

— Спасибо. — Гарри ощутил облегчение.

— Пожалуйста, не расскажешь, почему в прошлый раз отвлёкся?

— Не могу свыкнуться с информацией.

— Переживаешь из-за того, что Том убил твоих родителей?

— Нет. — Гарольд недовольно посмотрел на учителя. — Из-за того, что мне присвоили статус избранного.

— Ясно. — Геллерт выглядел немного удивлённо. — Ладно, думаю, ты можешь идти.

— Спасибо, пока.

— Мгм.

Мальчик пошел в свою комнату, а Геллерт остался размышлять. «И всё же не могу дождаться, чтобы узнать, что там с его родословной. Удивительно сильный ребенок. Думаю, к тому моменту, как пойдёт в Хогвартс, сможет... А чёрт знает, что он сможет, но явно многое. Жаль, до одиннадцати нельзя учить чему-либо, кроме традиционных щитов. Он такую ментальную крепость отстроил бы!».

Гарольд подошел к Тому. Тот удивлённо посмотрел на него.

— Мне казалось, у тебя ещё минут пятнадцать должен идти урок.

— Геллерт отпустил пораньше. Я хотел у тебя спросить... Почему ты решил меня забрать?

— С чего ты взял, что это было моё решение?

— Геллерт сказал: «Он нашел маленького мальчика». Эта фраза подразумевает, что ты был один, значит, и решение твоё.

Том, помолчав с минуту, всё же ответил: — У тебя очень хороший потенциал, я подумал, что будет неплохо привязать к себе возможного врага.

— Ясно. — Гарольд задумчиво смотрел на Тома, решая, насколько это правда и насколько она изменилась с тех пор. «Скорее всего, это была одна из основных причин. Но мог бы сказать и потактичнее». Он вспомнил ещё один вопрос, который хотел задать. — А воспоминания мне ты или Геллерт заблокировал?

— Геллерт.

— Понятно. — Гарольд вздохнул и пошел к Геллерту.

— Привет. Зачем пришел?

— Можно узнать... Зачем было блокировать мне воспоминания?

— Зачем? Ты был слишком дёрганым и запуганным, так что нам показалось это хорошим вариантом. А почему ты вдруг решил спросить?

— Просто подумал, что стоит. А их можно...

— Я не собираюсь тратить время и силы на это. Сам вспомнишь через три года.

— И три месяца. — Гарольд вздохнул, но настаивать не решил.

— Ну, малое совершеннолетие проходит с небольшой разницей с одиннадцатилетием, так что, может, и три, а может, и два.

— Мгм. — Гарольд согласился и пошел в свою комнату, размышляя о том, зачем спросил у Тома о том, почему тот решил забрать Гарольда. «И чего я этим добился? В принципе, и до этого было понятно, что Том вряд ли забрал меня из личных симпатий. Но всё же. Нет, ну правда, "привязать возможного врага"! Он не мог что-то другое сказать? Обидно, знаете ли». Ему действительно было обидно. Ладно бы это сказал Геллерт, он даже серьёзные вещи говорил таким тоном, как будто анекдот сейчас расскажет, но Том...

Геллерт в который раз за последние недели заметил, что Гарольд косится на Тома.

— Не хочешь сыграть в шахматы?

— Ну... Давай. — Согласился Гарольд.

— Не отвлекайся, пожалуйста. — Попросил Геллерт. Его чёрный конь только что съел белую ладью. — Мне неинтересно выигрывать лишь из-за того, что ты неспособен сосредоточиться.

— Я не отвлекаюсь.

— Отвлекаешься.

— Как скажешь.

Спустя пару ходов Геллерт вновь завёл разговор.

— Может, расскажешь, чем тебя Том обидел?

— Ничем.

— Твоё поведение говорит об обратном.

— Я же говорю: ничем.

— Как скажешь. — Геллерт усмехнулся и, переставив фигуру, сказал: — Шах. — Гарольд удивлённо осмотрел доску. — Я же сказал не отвлекаться.

Три партии спустя подошел Том и заметил:

— Учишь его ерунде всякой.

— Ты считаешь ерундой окклюменцию, чары, русский, болгарский, француз...

— Я считаю ерундой шахматы.

— Это потому что не умеешь в них играть.

— Я умею.

— Хреново умеешь, если ребёнок выигрывает у тебя. — Геллерт усмехнулся и посмотрел сначала на Тома, а потом на Гарольда. — Кстати, не хотите поиграть вдвоём?

— Да! — Согласился Гарри.

— Не хотим. — Одновременно с ним отказался Том.

— Ясно. Кстати, Том, если ты считаешь, что я его не учу ничему полезному, может, будешь его учить сам? А то хорошо устроился, меня критикуешь, а сам ничего не делаешь.

— Во-первых, я учу его...

— Да, но маловато. — Прервал его Геллерт.

— А во-вторых, — продолжил Том, — я же сказал, что имел в виду шахматы.

— Всё равно. На что ты надеялся, когда хотел стать учителем?

— Ты хотел преподавать? — Гарольд удивлённо посмотрел на Тома.

— В молодости. — Том поморщился.

— Но Дамблдор ему отказал. На что Том обиделся и решил стать Тёмным Лордом. — Добавил Геллерт.

— Не из-за этого. — Тому заметно не понравилось такое объяснение. — И я в принципе не могу стать Тёмным Лордом, и ты это знаешь.

— Почему? — Не понял Гарольд.

— Кхм... — Том понял, что сказал лишнее. — Видишь ли... В общем, термины "Тёмный" и "Светлый" Лорд имеют не то значение, к которому ты привык.

— А какое?

— Потом узнаешь.

— Ясно... — Гарольд задумался, в каких книгах стоит искать нужную информацию.

— Ты не найдёшь нужную информацию. — Заметил Геллерт. — Её не пишут в книгах, в них максимум намёки. Её передают от отца к сыну, от матери к дочери, от учителя к ученику.

— Ясно. — Гарольду порядком надоело: «Потом узнаешь, скажем, когда станешь старше, это, это и то можно делать только после малого совершеннолетия, а то и то после полного». Создавалось ощущение, что жизнь состоит из сплошного «Рано». Но он давно понял, что ни Геллерт, ни Том, к сожалению, не имеют привычки менять решение.

* * *

Альбус Дамблдор узнал, что Дурсли съехали три года назад, но что с ними было дальше, он пока не знал. Он на всякий случай посмотрел, осталось ли имя Гарри Поттера в книге доступа, и, увидев, что оно по-прежнему там написано, испытал облегчение. Всё же из Невилла Лонгботтома избранного делать не хотелось. Он уже разрекламировал Гарри, да и Том уверен, что это мальчишка виноват в его поражении.

«Кому бы поручить поиск этих маглов? Не могу же я этим заниматься. Ладно, раз три года нормально живут, то могут и до летних каникул подождать. А там найду, кого припахать». Размышлял Дамблдор. «Но найти мальчишку нужно. Том каким-то чудом выжил, это ясно. Иначе метки совсем бы исчезли, а не побледнели. Значит, избранный пригодится, да и без учёта Тома сильный козырь выбрасывать не стоит. Кстати, надо узнать, почему он такой сильный? Лили была сильной, но исключительно для маглорожденной».

Он взглянул в окно, даже отсюда было видно, что май вступал в свои права, всё цвело и благоухало. «Ну хоть один повод для радости. Весна в этом году удивительно красивая». Прекрасное настроение тут же поспешили испортить. Он обернулся к двери, в которую входила Минерва.

— Альбус, ты доигрался! «Дети просто играют, ничего страшного, Минерва»! Первокурсника Оливера Вуда избили! Его только что переправили в Святое Мунго!

— Ну, мы должны снять баллы со Слизерина...

— Какой Слизерин! Альбус, его избили однокурсники! Ты так соловьём заливался, что он талантливый мальчик и его стоит взять в команду! На этот матч им понадобилось заменить вратаря, он заболел. Мистера Вуда оглушил бладжер в начале игры! Конечно, Рейвенкловцы легко забивали голы! За что его и избили! За то, что он не смог «справиться с возложенной ответственностью»!

— Я понял, Минерва. Спасибо, что предупредила, можешь идти.

Минерва зло посмотрела на него и вышла, хлопнув дверью.

«Снова она слишком остро реагирует. Не могла сказать: так и так, первокурсника отправили в Святое Мунго. Если бы мне были нужны подробности, я бы сам спросил. Нет, ей нужно высказаться. Ладно, но про поиски Гарри ей лучше вообще ничего не говорить, а то опять закатит истерику. Всего лишь детская драка. Печально, конечно, но у меня есть дела поважнее».

«Лучше всего того, кто не будет задавать вопросов не по делу. Может, Северуса? А что, он в мире маглов ориентируется, да и жалеть сына ненавистного Поттера вряд ли будет. Да, действительно неплохая идея».

После ужина он предложил Северусу немного пообщаться.

— Чай, лимонные дольки, мой мальчик?

— Нет, спасибо. Зачем звал?

— Понимаешь, семья Гарри переехала и забыла меня предупредить. Я бы хотел, чтобы ты на летних каникулах нашел их.

— Альбус... — Кажется, Северус с трудом сдерживался от ругани. — Как я, по-твоему, должен найти семью магов, которая переехала?

— Они маглы, Северус. Их зовут Вернон и Петунья Дурсль.

— Пету... Ты хочешь сказать... Что отдал Поттера семье, которая ненавидит магию?

— Мне кажется, мальчик мой, тебя это не касается. Тебя я прошу просто найти их адрес и сказать его мне. А дальше я сам как-нибудь разберусь. Ладно? «Неужели я ошибся и неприязнь недостаточно сильна?»

— Хорошо. Их предыдущий адрес можно узнать? «А нет, — довольно подумал Альбус, — не ошибся».

— Конечно, Северус. Вот он.

Он протянул Северусу записку. Тот прочитал и, отложив, сказал:

— Я понял, буду искать. Это не будет трудно, если ориентироваться в магловском мире.

— Хорошо, тогда жду к концу июля твой ответ.