Патронус (гет)

Гермиона сердито смахнула волосы со лба и продолжила сверлить близнецов взглядом. Несколько минут назад она забрала у второкурсника блевательный батончик, который всучили ему близнецы, — тот уже успел откусить кусочек и теперь отчаянно зажимал рот руками, пока его подруга в панике искала салфетку.

— Это уже не смешно! — резко бросила Гермиона, подходя ближе. Её голос звенел от негодования. — Вы понимаете, что могли серьёзно навредить? Он же ещё ребёнок!

Фред и Джордж переглянулись — не с раскаянием, а с тем самым озорным блеском в глазах, который так её бесил. Джордж слегка приподнял брови:

— Ну, технически, он сам его взял…

— Всунули, — подчеркнула Гермиона, чеканя каждое слово. — Именно всунули. Вы знали, что он не устоит перед вашей «щедрой» подачкой.

Фред поднял руки в притворной капитуляции, но уголки губ предательски подрагивали:

— Ладно‑ладно, признаём: тактика была слегка… агрессивной. Но послушай, Гермиона, это же всего лишь шутка! Никто всерьёз не пострадал.

— «Всего лишь шутка» — это когда кто‑то подбрасывает смеющуюся лягушку в сумку, — отрезала она. — А это — намеренное введение в заблуждение, да ещё и на глазах у младших! Вы же старшекурсники, вы должны подавать пример!

Джордж вздохнул и слегка склонил голову:

— Хорошо, мы поняли. Извини, что переборщили.

Фред, однако, не сдавался так легко:

— Но согласись, реакция была эпичной. Он так выпучил глаза, будто увидел самого Волан‑де‑Морта в пижаме!

Гермиона гневно топнула ногой:

— Фред!

Он тут же поднял ладони повыше:

— Всё‑всё, молчу. Обещаем больше не раздавать опасные сладости второкурсникам. Честное… — он сделал паузу, подмигнул брату, — …почти честное слово близнецов Уизли.

Гермиона скрестила руки на груди, всё ещё хмурясь, но уловив в его тоне нотку искренности, чуть смягчилась:

— И чтобы я больше не видела ничего подобного. Иначе — пожалуюсь Макгонагалл. И не думайте, что ваши шутки меня разжалобят.

— Да мы и не пытаемся, — серьёзно сказал Фред, впервые за весь разговор глядя ей прямо в глаза. — Правда, Гермиона. Мы… постараемся быть осмотрительнее.

Она вздохнула, немного расслабилась и поправила сумку на плече:

— Спасибо, что услышали. И… — она чуть помедлила, — постарайтесь направить эту изобретательность во что‑нибудь полезное. У вас ведь столько идей — представьте, сколько добра вы могли бы сделать!

Джордж подмигнул:

— Добро с долей веселья — наш новый девиз.

Фред усмехнулся:

— Хотя без веселья — никуда. Обещаем, Грейнджер: никаких блевательных батончиков. По крайней мере, в Хогвартсе.

Гермиона покачала головой, но уже без гнева — скорее с усталой улыбкой:

— Ох, с вами точно не соскучишься. Пойдёмте, а то опоздаем на трансфигурацию. И да, — она обернулась через плечо, — если увижу хоть одну подозрительную конфету у младшекурсника — разговор будет совсем другим.

Близнецы синхронно отдали ей шуточный салют, и все трое направились к классу, невольно улыбаясь друг другу.

Алиса

После занятий Фред нашёл девушку в библиотеке — кто бы сомневался.

Гермиона сидела у окна за своим любимым столом, окружённая стопками книг. Солнечный луч, пробивавшийся сквозь витражное стекло, золотил пряди её каштановых волос, выбившихся из небрежного пучка. Она так сосредоточенно водила пером по пергаменту, что не сразу заметила его приближения.

Фред остановился напротив, опёрся ладонями о край стола и слегка наклонился вперёд, улыбаясь:

— И как ты находишь силы корпеть над книгами после всех этих заклинаний? Лично я после тренировки готов только на то, чтобы упасть лицом в тарелку с пудингом.

Гермиона вздрогнула, подняла глаза и, узнав его, слегка расслабилась:

— Фред? А я думала, вы с Джорджем… — она осеклась и поправилась, — то есть ты… обычно предпочитаешь более оживлённые места, чем библиотека.

— О, поверь, я знаю все укромные уголки Хогвартса. Просто некоторые из них интереснее других, — он подмигнул. — К тому же, мне нужно с тобой поговорить. По поводу… ну, ты понимаешь.

Она отложила перо, аккуратно прижала страницу закладкой и сложила руки перед собой:

— Патронуса?

Фред вздохнул и выпрямился, провёл рукой по волосам:

— Да. Я всё думал над твоими словами — про чувства вместо воспоминаний. И знаешь… ты права. Наверное, я слишком привык прятаться за шутками, чтобы всерьёз задуматься, что на самом деле делает меня счастливым.

Гермиона чуть подалась вперёд, её взгляд стал теплее:

— Это не так просто — заглянуть внутрь себя. Особенно когда ты привык быть на виду, развлекать других. Но именно поэтому твой Патронус будет особенным. Он не появится из громкой победы или яркого фейерверка. Он родится из чего‑то настоящего.

— Из чего‑то, что я чувствую сейчас? — тихо уточнил Фред.

— Именно, — кивнула Гермиона. — И если хочешь, мы можем попробовать ещё раз. Не на тренировке, где все смотрят, а где‑нибудь… поспокойнее. Сегодня вечером?

Фред улыбнулся — на этот раз не озорно, а по‑настоящему, открыто:

— Звучит как план, Грейнджер. И, кстати… спасибо. За то, что не сдаёшься со мной.

— С тобой сдаться — это почти предательство, — усмехнулась она. — Ты ведь тот, кто не даёт нам всем забыть, как улыбаться.

Он шутливо поклонился:

— Обязанность каждого уважающего себя Уизли. Но сегодня вечером — никаких шуток. Серьёзный Фред, обещаю.

Гермиона рассмеялась:

— Боюсь, я в это не поверю, пока не увижу.

— Тогда до вечера, — Фред отступил на шаг, но задержался на мгновение. — И… может, захватишь с собой ту книгу про защитные чары? Вдруг пригодится.

— Конечно, — она кивнула, уже снова берясь за перо, но улыбка ещё дрожала на губах.

Фред развернулся и направился к выходу, чувствуя, как в груди разливается непривычное, но приятное тепло — словно искра, готовая разгореться в настоящий свет.

Гермиона окинула взглядом тренировочный зал. Фреда не было. Девушка прошла к зоне отдыха и положила книгу на столик — толстый том в потёртом кожаном переплёте с золотым тиснением «Защитная магия: от основ к высшим проявлениям».

Она поправила закладку — лоскуток пергамента с пометками, — и невольно вздохнула. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая зал в тёплые оранжевые тона; длинные тени от факелов дрожали на каменных стенах. Где же он? Они ведь договорились…

Гермиона отошла к окну, рассеянно провела пальцем по раме, покрытой тонким слоем магической пыли — в Выручай‑комнате даже пыль была не совсем обычной. В голове крутились мысли: вдруг Фред передумал? Или его задержал Джордж? Или, что хуже, он решил, будто её помощь — это жалость?

Она резко развернулась, собираясь уже уйти, как вдруг услышала за спиной знакомый лёгкий шаг и приглушённый голос:

— Прости, задержался. Джордж решил, что сейчас самое время обсудить новый рецепт «Взрывных леденцов», и вырвать себя из этого потока гениальных идей оказалось сложнее, чем я думал.

Фред появился в дверном проёме — слегка запыхавшийся, с торчащими в разные стороны рыжими волосами. В руках он держал два дымящихся стакана с чем‑то ароматным.

— Я догадался, что ты, скорее всего, уже здесь, — он улыбнулся, и эта улыбка на мгновение развеяла все её сомнения. — И подумал: тренировка тренировкой, но без горячего шоколада с корицей магия идёт как‑то не так.

Гермиона не смогла сдержать улыбку:

— Ты серьёзно принёс шоколад?

— Абсолютно. Мадам Пинс однажды поделилась рецептом — говорит, он помогает сосредоточиться. А нам это точно пригодится.

Он подошёл к столику, поставил стаканы рядом с книгой и неловко почесал затылок:

— Знаю, я опоздал. Но я правда не хотел подводить. Просто… — он на секунду замолчал, взгляд стал чуть серьёзнее, — просто не каждый день пытаешься поймать свой собственный свет. Это немного… волнительно.

Гермиона почувствовала, как раздражение от ожидания тает без следа. Она взяла один из стаканов — тепло приятно согревало ладони.

— Всё в порядке, Фред. Я понимаю. И спасибо за шоколад.

Она кивнула на книгу:

— Я тут нашла пару упражнений для концентрации — они помогают настроиться на нужный лад перед сложными заклинаниями. Ничего про Патронус напрямую, но, думаю, это подготовит нас к главному.

Фред сел на скамью напротив, сделал глоток шоколада и с любопытством открыл книгу на заложенной странице:

— Так, значит, сначала теория? Никаких внезапных фейерверков?

— Никаких, — серьёзно подтвердила Гермиона, хотя в глазах у неё мелькнула искорка. — По крайней мере, пока мы не дойдём до практики.

— Договорились, — Фред поднял стакан, словно провозглашая тост. — За свет внутри, который мы сегодня попробуем найти. И за шоколад, который нам в этом поможет.

Гермиона рассмеялась и тоже подняла свой стакан:

— За свет и шоколад.

Они сделали по глотку, и в зале на мгновение стало совсем тихо — только потрескивали факелы да за окном догорал закат, окрашивая всё вокруг в тёплые, почти волшебные тона.