Ошибка, что изменила жизнь (джен)

Солнце Нового Орлеана нещадно палило, когда Альбус Дамблдор, облачённый в мантию цвета спелой сливы, остановился перед коваными воротами особняка Майклсонов. Он чувствовал здесь магию — древнюю, хищную и совершенно чуждую той, что преподавали в Хогвартсе. Директор был встревожен: его приборы показывали, что Гарри Поттер находится в безопасности, но не там, где ему предначертано быть.

Ворота бесшумно распахнулись. В тени внутреннего дворика его ждали. Никлаус Майклсон сидел за мольбертом, нанося на холст резкие мазки алого цвета. Рядом, скрестив руки на груди, стоял Элайджа, а Кол, подбрасывая в руке старинный кинжал, сидел на перилах балкона прямо над гостем.

— Вы зашли не в тот район, старик! — лениво произнёс Клаус, не оборачиваясь. — Здесь не подают милостыню и не терпят проповедей!

— Я пришёл за мальчиком! — спокойно ответил Дамблдор, поправляя очки-половинки. — Произошла трагическая ошибка. Гарри Поттер должен воспитываться среди своих родственников, под защитой крови его матери. Вы не представляете, какой опасности вы его подвергаете!

Клаус медленно отложил кисть и встал. Его глаза на мгновение блеснули золотом, выдавая сущность гибрида. Он подошёл к Дамблдору вплотную, и воздух вокруг них словно загустел.

— Опасности? — Клаус рассмеялся, и этот смех заставил бы содрогнуться любого, но не директора Хогвартса. — Вы оставили младенца на пороге в корзинке, как ненужный мусор. Мы же дали ему имя, дом и семью, которая уничтожит любого, кто посмеет косо на него взглянуть. Вы говорите о защите крови? Моя семья — это и есть определение защиты. Мы живём по принципу «Всегда и навечно»!

— Он — ключ к победе над тёмным лордом! — настаивал Дамблдор, повышая голос. — Его судьба — великая жертва ради общего блага!

— Слышишь, Гарри? — ядовито прошипел Кол, глядя на Дамблдора. — Этот добрый дедушка хочет забрать тебя, чтобы ты стал «жертвой». Как тебе такая перспектива?

Гарри посмотрел на Дамблдора своими пронзительными зелёными глазами, в которых уже читалась холодная уверенность, присущая Майклсонам.

— Я никуда не пойду! — твёрдо сказал мальчик. — Моя семья здесь. И если вы попытаетесь меня забрать, дядя Никлаус покажет вам, почему этот город боится темноты!

Дамблдор крепче сжал бузинную палочку, скрытую в рукаве. Он видел перед собой не забитого сироту, а юного принца тьмы, окружённого монстрами, которые искренне его любили. Это было гораздо опаснее, чем он мог себе представить.

— Вы совершаете ошибку!— прошептал Дамблдор. — Магия этого мальчика не принадлежит вашему миру!

— Магия принадлежит тому, кто умеет ею пользоваться!— отрезал Элайджа. — А теперь, мистер Дамблдор, я попрошу вас покинуть наш дом. Пока мой брат не решил, что ваш визит нарушил правила гостеприимства.