Падшие (гет)

— Босс, она смылась! — раздалось с левого холма из мусора.

— Вот дрянь! — выразил глубокое недовольство командир в бандане. — Ищите! Бежать ей некуда!

Банда енотов рыскала по свалке, осматривая каждый угол и нацеливая стволы на кучки с пищевыми отходами, пластиком и жестью. За одной из них таилась виновница всей этой возни.

Марта пыталась не дышать. То ли себя не выдать, то ли не задохнуться спертым воздухом. Подумаешь! Стащила просрочку! Жалко им, что ли? Расстрелять теперь?

Дела складывались у Марты не лучшим образом. Не совсем ее муж и дети попали в Рай, а она, как крыса без средств к существованию, ведет образ жизни тарелочницы, иногда перебиваясь помоями. Да, мутит, но есть и в Аду хочется.

Марта неспеша ползла к решетчатому забору. Еще немного и ее след потеряется на улицах ИМП Сити, еще чуть-чуть... Марта уперлась во что-то твердое и кожаное, пахнущее Техасом. Подняв глаза, крыса поняла — хана пришла.

— Пожалуйста, пусть это будет быстро, — вытянула умоляющие руки та. — Раз и все.

— Как скажешь, детка.

Ящер в сапогах забросил крысу на руки. От удивления та открыла рот.

— Эй, ковбой! — крикнул зоркий енот в бандане. — Крысятина наша! За ней должок!

— Сначала догони, полосатый! — и ящер, придерживая Марту, махнул через высокий забор.

Тринадцать офигевших пар глаз уставились тем вслед...

— Как насчет ноги? — предложила улыбчивый продавец.

— Лучше руку, — покачал головой Дон Игуанос. — Три руки.

— И обжаренных пальчиков, — прибавила Марта.

Ящер оплатил покупки душами из своего кармана. Марта и Дон Игуанос вышли на улицу квартала.

— Грабеж! — с некоторым восхищением сказал ящер. — Взяла как за тушу! Акула каннибального бизнеса!

— Хрум-хрум, угум, — крыса уплетала натуральный продукт и лишь поддакивала.

Спас, так еще и накормил. Осталось навешать лапши на уши и на утек.

— Слушай, Марта, верно? — та кивнула, не отрываясь от пищи. — Не знаешь одного беса? Блица?

Марта поперхнулась и выронила недоеденную руку на асфальт. Блиц! Как его вообще забыть?!

— Значит все-таки знакомы, — опустил шляпу на глаза ящер. — Еду подбери. Это негигиенично.

Марта, дергая одним глазом, последовала совету. Бежать ей внезапно перехотелось.

— Да, знаю, — крыса крепко сжала покупку. — Из-за его прихвостней я попала в Ад.

— Интересно, — ящер шел, не смотря той в глаза. — Что бы ты ответила на предложение, скажем так, мести I.M.P?

— Мести? — Марта насупилась, лихорадочно взвешивая. — Смотря, что с меня потребуется взамен. Продать душу?

— Другой разговор, — Дон Игуанос уставился на Марту желтыми глазами. — Потребуется пустяк, тесно связанный с I.M.P., только и исключительно с I.M.P. В накладе не останешься. Обещаю и гарантирую.

Дон Игуанос достал из-за пазухи визитку, желтоватый листок и перьевую ручку и передал Марте, а покупки понес сам.

— Подумай. Принудить тебя я не могу. Спокойно можешь отказаться и уйти с едой на все четыре стороны. Выбирай.

Марта читала и слушала. Было заманчиво, крайне заманчиво.

— Мистер ящер, вы бандит? — с ехидством заметила крыса.

— Похож? — оскалился тот. — Я уж думал про аниматора с Дикого Запада.

— Хе-хе. Аниматор по совместительству — ковбой и динозавр. Хе-хе.

Марта, не долго думая, черканула в контракте. Пора писать завещание, Блиц...

— Вы называете эту развалюху — базой?! — Марта всплеснула руками.

— Не дворец, но сойдет, — покрутил ус ящер.

Марта вошла в здание. Какая безвкусица! В полу и в потолке такие дыры, будто прошел метеоритный дождь. Занавесок нет. Стульев нет. Кроватей нет. Бывшие херувимчики расположились на матрасах. С какой барахолки он их достал?! Электричество оборвано, а холодная вода идет с перебоями.

— Где у вас кухня? — поинтересовалась крыса.

— Все просто. Ее нет, — раскрыл ладони ящер.

— Ве-ли-ко-ле-пно, — проговорила Марта, держа лапку на лбу. — Игуанос, сейчас ты даешь мне листок бумаги и ручку. Мы отправляемся в город за мебелью и стройматериалами. Я отказываюсь работать в условиях, от которых I.M.P. помрут со смеху.

— Вообще-то, шеф здесь я, — крыса ответила пробирающим до мурашек взглядом. — Ну если подумать, то шеф должен прислушиваться к своим подчиненным.

— Вот и славно, — смягчилась Марта...