За гранью пророчества (джен)

Убранство дома было скромным. Но чувствовалось: каждая вещь здесь выбрана с любовью. Сегодня в поместье Поттеров отмечали пятый день рождения близнецов — семья перебралась сюда из Годриковой лощины почти сразу после той роковой ночи. Праздник планировался тихим. Лили настояла пригласить только самых близких — и только к вечеру.

Поттеры жили обособленно, редко выходя в магический мир. Исключением был лишь Джеймс. Через пару лет после нападения, когда дети подросли, страх постепенно отступил, а их маленький мир наконец стал стабильным, он решил пойти работать в Министерство. В детстве Джеймс мечтал стать профессиональным игроком в квиддич — но теперь понимал: летая на метле, семью не защитишь. Выбор пал на должность аврора, и сейчас Джеймс проходил изматывающую подготовку, периодически отсутствуя дома.

Аромат выпечки обволакивал каждый уголок гостиной — сладкий, с горчинкой патоки. Фирменный пирог от Лили ждал гостя и главу семейства, чтобы всем вместе сесть за стол в честь именинников.

В доме жила домашняя эльфийка — Рэйби, невысокая, с вечно оттопыренными ушами и большими глазами. Она пробудилась в поместье, как только Поттеры туда въехали. Однако занималась она в основном мелкими делами: стиркой и уборкой. Поэтому Лили с самого утра то украшала, то готовила, и сейчас почти всё её внимание было направлено на Харви.

Они сидели на диване и вместе пролистывали любимую книжку мальчика, с яркими иллюстрациями магических животных. Лили то и дело притягивала к себе сына, поправляя его воротничок и обсуждая его любимых единорогов и драконов. Харви, унаследовавший ореховые глаза отца, но сохранивший мягкие черты Лили, с интересом пролистывал цветные страницы и принимал все мамины нежности.

Старший из близнецов — Гарри, сидел на том же диване. Он был маленькой копией Джеймса, только характером поспокойнее, как отмечали родители: те же непослушные вихри, тот же упрямый взгляд, и только пронзительно-зелёные глаза матери выделялись на его лице. Он уже читал эту книжку про животных и не любил её, поэтому сидел у подлокотника, листая детский журнал «Wiz Kid». Но его взгляд то и дело перескакивал с журнальных иллюстраций на маму с братом и обратно.

Сказав, что не хочет снова смотреть на животных, Гарри надеялся, что они все вместе займутся чем-то более интересным, но Лили просто дала ему журнал и снова села с младшим сыном в обнимку.

Гарри теребил глянцевые страницы. Обычно ему нравились эти яркие иллюстрации — движущиеся фотографии детей с палочками и маленькие дракончики, плюющиеся искрами. Но сейчас ему этого совершенно не хотелось. А потому, поколебавшись ещё немного, отложил журнал в сторону и принялся болтать ногами, которые не доставали до пола. Смотреть книжку Гарри все также решительно отказывался, пускай и наблюдал за мамой с братом уже продолжительное время.

Вместо этого он слез с дивана. Громко — специально, чтобы мама услышала. Лили лишь на секунду повернулась в его сторону и коротко улыбнулась, а после продолжила читать младшему сыну про повадки единорогов.

Гарри постоял несколько секунд, бегло оглядывая гостиную и теребя футболку. Отвернувшись, он сделал пару шагов в сторону, прежде чем вздрогнуть от щелчка дверного замка.

Этот звук заставил Лили встрепенуться. Она нехотя отстранилась от Харви, оставляя его с одной книжкой, и поспешила в прихожую. Гарри проводил её взглядом и медленно направился в ту же сторону.

Джеймс Поттер вошёл в дом широко раскрыв дверь, принося внутрь запах летнего дождя. Его улыбка была уставшей, но счастливой, а взгляд заискрился.

В поместье был камин, но и вход, и выход были отключены практически от всех посторонних сетей в целях безопасности, за исключением одной: камина лучшего друга семьи и крёстного отца старшего сына — Сириуса Блэка. Поэтому сам Джеймс добирался до работы и с неё другими способами, а сам камин простаивал, оставляя за собой по большей части лишь декоративную функцию.

Джеймс чмокнул свою жену в щёчку и крепко обнял. Гарри стоял за углом и подглядывал за родителями.

— Где же мои чемпионы?! — выкрикнул он из прихожей.

— Папа! — Харви соскочил с дивана, бросая книгу, и, опережая Гарри, который только собирался подойти, бросился к отцу.

Немного рассмеявшись, Джеймс подхватил сына на руки, тут же морщась от боли в левом плече — видимо последствие дуэли. Лили мягко коснулась его руки, аккуратно забирая мокрую мантию.

— Тяжелый день? — тихо спросила Лили, заглядывая мужу в глаза.

— Грозный глаз сегодня не в духе, — бесшумно выдохнул он, ероша волосы Харви, который со всем энтузиазмом что-то ему рассказывал.

Он прошёлся взглядом по прихожей и остановился на Гарри, который уже стоял возле них, глядя снизу вверх и не зная, на ком задержать внимание — на отце, на брате или на матери

— Привет, боец, — улыбка Джеймса расширилась. Он протянул свободную руку и ласково взъерошил вихры Гарри, точно так же, как мгновением ранее Харви. — Следил тут за порядком, пока меня не было?

Гарри в мгновение взбодрился и энергично закивал, ощущая, как внутри расправляются плечи. Он действительно следил. Проверил, заправлена ли кроватка, и даже напомнил Харви убрать за собой кубики. Слова отца «Остаёшься за старшего, Гарри», сказанные перед уходом, были для него важнее любых игрушек.

Харви же, казалось, вовсе не обращал на это внимания. Пускай хоть Рэйби остаётся за старшую, лишь бы она не мешала ему играть. Он просто висел на отцовской шее, наслаждаясь моментом.

Джеймс, продолжая держать Харви одной рукой, несмотря на ноющую боль в плече, притянул Гарри к свободному боку. На мгновение они замерли в широком семейном объятии.

— Лили, посмотри, какие они у нас уже взрослые, — с гордостью выдохнул он. — Чемпионы, а кому сегодня пять лет исполнилось?

— Нам! — радостно выкрикнул Харви, выплескивая руки вверх и смеясь.

Лили подошла, и ласково коснулась щеки Гарри, проводя большим пальцем. А потом переместила руку на затылок Харви нежно поглаживая черные послушные волосы.

В её глазах искрилась искренняя любовь к своим сыновьям, но в конце она задержала свой взор на младшем сыне. Во взгляде промелькивала та самая тень — щемящая нежность и облегчение с гремучей смесью страха за сына.

— Настоящие защитники, — улыбнулась она. — Гарри, милый, не поможешь мне накрыть на стол? А я пока проверю пирог. Сириус скоро придёт.

Лили чуть подтолкнула его вперёд. Гарри сразу выпрямился и зашагал к столу — быстро-быстро, почти бегом. Стол виднелся за невысокой аркой, рядом с барной стойкой. Сейчас он всё сделает правильно. Он же старший.

Пока Харви продолжал сидеть у папы на руках, делясь какими-то важными детскими новостями, Гарри со всей сосредоточенностью раскладывал салфетки и ложки. Не очень ровно — пальцы слушались плохо.

Ему хотелось, чтобы мама его похвалила. «Мама, смотри!» — чуть не вырвалось, но он не крикнул, потому что папа рассказывал что-то смешное, и все смеялись.

Заметит ли папа, как он старался? Увидит ли мама, что он положил две салфетки. Одну — для рта, другую — для рук. Мама всегда так делала.

В это время Харви с интересом показывал отцу книжку, которую тот тоже видел не в первый раз, но продолжал внимательно слушать и кивать рассказам Харви про повадки драконов.

Его взгляд был спокойным и ясным — он не старался привлечь внимание родителей или найти одобрение, он и так чувствовал его каждой клеточкой своего тела, даже не задумываясь, что может быть иначе.

Лили проходя мимо дивана вместе с пирогом потрепала Харви по макушке. Гарри в этот момент положил последнюю ложку и подбежав к маме, дернул её за подол.

— Я накрыл.

— Молодец Гарри, — улыбнулась Лили, ставя блюдо на середину стола. — Спасибо.

Как только всё было сделано она тут же переместила взгляд на диван.

— Джеймс, не дай Харви упасть, — она нежно покачала головой, наблюдая за сыном, который взобрался на спинку дивана.

Джеймс, который успел слегка задремать после напряженного дня, слегка подскочил и подставил руку с края, чтобы подстраховать.

— Аккуратнее, чемпион, — он рассмеялся и всё-таки снова подхватил Харви на руки.

Гарри забрался обратно на стул и бросил взгляд на стол. Ложки лежали криво, а салфетка у маминой тарелки была только одна — вторая, видимо, упала. Ему стало стыдно, и он быстро отвернулся.

Большой камин в человеческий рост резко загорелся зелёным пламенем. Джеймс подскочил на месте, пряча сына за спину. Он уже доставал палочку из кобуры, ожидая увидеть кого похуже, чем Сириус Блэк.

— Эй-эй Сохатый, — хищно улыбнулся тот, когда увидел палочку, направленную на себя.

— Бродяга, — устало потёр он глаза. За его спиной Лили неслышно выдохнула — её собственная палочка уже скользнула обратно в карман. Камин был открыт лишь для одного человека, но даже это не позволяло расслабиться. — Ты чего камином?

И действительно, Сириус больше предпочитал добираться до дома своих друзей на своем мотоцикле, чем сокращать путь через камин.

— Ну не дружище, ты издеваешься? Мой «зверь» сейчас на модернизации — разобран до винтика в гараже, — Сириус встрепал свои волосы, которые едва достигали плеч, и встряхнулся. — Я вообще у Римуса недавно был, — как бы между прочим отметил тот проходя по залу мимо дивана, невзначай потрепав Харви по макушке. — Сегодня Лунатик прийти не сможет, но он просил передать именинникам свои искренние поздравления и подарки, — завораживающе проговорил тот, обращаясь по большей части к близнецам.

Пройдя дальше к обеденному столу, он остановился возле Гарри и, наклонившись, положил руки ему на плечи.

— Подарки! — подскочил Харви и радостно запрыгал. Родители утром подарили ему несколько фигурок магических животных, которыми он сегодня игрался большую часть дня.

Гарри же получил самопишущий дневник, так как Лили подумала, что такому рассудительному и спокойному ребёнку, как Гарри, может понравиться вести свои детские записи. Гарри подарку обрадовался, поблагодарил маму с папой вместе с Харви и… положил дневник в какой-то ящик, забывая о нём. Вместо того чтобы сделать какой-то рисунок на его форзаце, какие он периодически вырисовывал на клочках бумаги, он сел играть вместе с Харви в его новые фигурки.

— Не торопись, герой, — усмехнулся Сириус, вытаскивая из-за пазухи свёрток, который испускал редкие разноцветные искры. На его лице расцвела игривая улыбка.

— Сириус, — попыталась осадить его Лили. Она напряглась и ожидала как минимум небольшого взрыва.

— Лилс, ну что ты сразу о плохом? — Сириус оскорблённо прижал руку к груди. — Это абсолютно безопасная, сертифицированная... ну, почти сертифицированная детская забава.

Харви перестав прыгать вытянул шею, в ожидании. Гарри, хоть и не вскочил, тоже поднял голову, не сводя глаз с Сириуса и с подарка, что тот держал.

— Если эта «забава» прожжёт мне ковёр, ты будешь отстирывать его вручную, без магии, — предупреждающе прищурилась Лили. Однако лукавая улыбка Джеймса позади говорила о том, что отец семейства полностью на стороне друга.

— Спокойно, цветочек, я все контролирую, — подмигнул Джеймс подсаживаясь ближе. — Ну же, Бродяга, не томи. Что там?

Сириус наконец разжал пальцы. Свёрток мягко скользнул вверх. Освободившись от бумаги, в воздухе завис хрустальный шар. Замерев в самом центре гостиной он со звучным щелчком ожил.

Разноцветные искры мгновенно наполнили комнату. В то же время домашний свет померк, погружая помещение в таинственный полумрак, и единственным источником сияния оставалась хрустальная сфера. Из её глубины, соткавшись из золотистого света, взмыл призрачный феникс.

Восторженный, в один голос, крик мальчиков ничуть не нарушил эту магическую сказку, напротив — сделал её живой. Гарри соскочил со стула, и они вместе с Харви принялись кружить по комнате, высоко подпрыгивая и пытаясь поймать ладошками феникса или других магических животных, которые то выходили из темноты, то растворялись в ней же.

— Вау, — заворожено выдохнула Лили, окончательно сдаваясь и погружаясь в эту волшебную атмосферу.

Джеймс с улыбкой наблюдал за сыновьями. В глубине души ему и самому хотелось броситься вдогонку за зверями вместе с ними.

Задорный, чистый смех детей, сияющие счастьем лица, мягкие волны магии, казалось, осязаемо обволакивали каждого в этой комнате, согревая и стирая любые заботы.

* * *

Солнце неумолимо пряталось за горизонтом, утягивая за собой остатки дня. Дремота со временем взяла свое: дети уже не столько играли, сколько откровенно клевали носом. Впрочем, не только они. Джеймс, сидевший за столом, изо всех сил старался выглядеть бодрым, но его заторможенная реакция и сонный взгляд выдавали его с головой. Праздничный пирог был съеден до последней крошки, взрослые успели обсудить все на свете, а дети выпустить свою энергию. Это был приятный, наполненный счастьем вечер.

Лили мягко, но решительно подталкивала мужа к лестнице, ведущей на второй этаж. Утомлённый рабочим днем, Джеймс даже не думал сопротивляться. Он лишь крепко обнял жену и сонно пробормотал, что обязательно дождётся её в спальне, и они вместе лягут спать. Лили лукаво усмехнулась ему вслед: она была уверена, что он уснет сразу же как коснётся подушки.

— Ну всё, Сохатики, пора в казарму, — Сириус легко, одним движением, подхватил Гарри, закинул на плечо и бодро направился к лестнице.

Лили взяла Харви и пошла следом — укладывать младшего сына.

В гостиной воцарилась уютная тишина, нарушаемая лишь тихим звоном посуды — Рэйби уже принялась за уборку стола.

Сириус мерно шагал по ступеням. Гарри, убаюканный этим движением, расслабился и почти обмяк, когда дверь в его комнату тихо отворилась. Сириус аккуратно усадил мальчика на уже застеленную кровать.

— Спишь? — прошептал Сириус, опускаясь перед ним на одно колено.

Гарри приоткрыл один глаз, мутно глядя на крёстного в полумраке. Наперекор навалившейся дремоте, он упрямо мотнул головой: мол, вовсе я и не сплю, а еще очень даже бодр.

— Глаза закрой, — шепнул Сириус.

Гарри послушно зажмурился.

— А теперь открой.

Гарри открыл. Сириус серьёзно кивнул:

— Проверял, не спишь ли ты с открытыми. Знаешь, у великих магов такое бывает.

Гарри не выдержал и тихонько хихикнул.

Лицо Сириуса потеплело. Он мягко улыбнулся и плавным движением выудил из внутреннего кармана косухи серебряную цепочку. Тёмный, невзрачный камень в огранке качнулся перед глазами Гарри.

— Это тебе от меня. Личный подарок, — тихо произнес Сириус. Возможно, где-то в глубине души он и понимал, что выделять одного именинника среди близнецов не совсем правильно, но сейчас его это мало волновало.

Сириус любил этого ребёнка. Может, дело было в незримых крёстных узах, а может, потому что Гарри так сильно напоминал ему самого себя. Но мотивы не имели значения. Ему просто хотелось подарить ему что-то особенное. Свой личный, осязаемый подарок, который защитит его покой.

Сириус подался вперёд и сам застегнул цепочку на шее крестника. Она оказалась практически невесомой, однако Гарри чувствовал холод, исходящий от камня у себя на груди, от чего сонливость отошла на задний план.

— Никогда не снимай, — Сириус бережно, но крепко обхватил ладонями плечи Гарри. — Обещаешь?

— Обещаю, — заворожено прошептал Гарри. — А что это?

— Секрет, — так же тихо ответил Сириус.

Гарри кивнул, не понимая до конца, но чувствуя: это важно. Крёстный не стал объяснять — он не стал расспрашивать. Было что-то хорошее в этой тишине, в этом жесте. Вместе с прохладой камня прибавилось что-то ещё, какое-то незримое чувство спокойствия и непоколебимой уверенности.

Сириус еще несколько секунд вглядывался в его лицо. Затем привычно потрепал Гарри по макушке и поднялся на ноги.

— Спи, боец.

* * *

— Спит? — тихий голос Лили настиг Сириуса у самой лестницы. Она явно ждала его.

— Он спал ещё на полпути к комнате, — отозвался Сириус, спускаясь на пару ступеней, — хотя утверждал, что бодр. Даже один глаз приоткрыл. На секунду.

Лили слабо улыбнулась и последовала за ним вниз. Уже на ходу, понизив голос, она спросила:

— Как Римус?

Сириус дёрнул плечом, но сохранил на лице улыбку, которая в этот раз вышла уставшей. Они не обсуждали его состояние за столом в присутствии детей, лишь обмолвились, что «всё как всегда».

— Паршиво. Полнолуние его не щадит, — Сириус помедлил, а потом ободряюще добавил: — Но он просил передать, что обязательно придёт на их выпускной из Хогвартса.

— Он опять отказывается от помощи? — Лили остановилась посреди гостиной, сложив руки на груди.

— Не опять, а снова, — невесело усмехнулся Сириус. — Стоило мне заикнуться о деньгах, как он послал меня к Мерлину, — он раздражённо тряхнул головой, опершись плечом о каминную полку. — Твердит, что не возьмёт ни кната, пока его исследования не докажут Министерству, что он безопасен для общества.

— Глупый, — тихо выдохнула Лили. — И гордый.

— Самый гордый оборотень из всех, кого я знаю, — фыркнул Сириус. — Но он держится, Лилс. Правда. Хоть иногда он и запирается в своей квартире или пропадает в Министерстве. Но держится.

В комнате воцарилась хрупкая тишина, которую Сириус поспешил разрушить привычной усмешкой:

— Я стараюсь вылавливать его время от времени, чтоб он хоть на белый свет посмотрел.

Лили оставалась серьёзной, но на губах появилась теплая улыбка.

— Спасибо тебе. Передай ему, что мы его ждём. Всегда.

— Передам, — Сириус запустил пальцы в горшочек с летучим порохом.

— Спокойной ночи, Сириус.

— Постараюсь, — он подмигнул. — Насчёт спокойной не обещаю, но… спасибо.

В одно мгновение он растворился в зелёном пламени, оставив Лили одну в тишине потухающего камина.