Мышка (джен)

Глава 2.

Первый учебный день. В Большом зале стоит тишина: студенты вялые, растрепанные, ждут объявления расписания: их взгляды прилипли к преподавательскому столу, пока они медленно ели яичницу. За окном стоял непроглядный туман, солнце было заслонено свинцовыми тучами, из которых вот — вот хлынет дождь. Том Реддл, как всегда выглядящий безупречно, сидел в правом углу слизеринского стола и потягивал черный кофе, не притрагиваясь к еде. Его темно-карие глаза холодно скользнули по столу факультета, отмечая присутствовавших и параллельно оценивая их внешний вид. Том прошелся по всем, особо не обращая на них внимания, лишь кивнул профессору Слизнорту в знак приветствия, но тут его взгляд замер на Альфарде Блэке. Тот сидел в помятой мантии, а под его глазами залегли тени от недостатка сна, руки не могли даже ровно держать вилку, а лицо было красным и опухшим, будто он провел ночь не в постели, а в истерике. Рудольфус Лестрейндж сказал что-то на ухо Тому, но тот не обратил ни малейшего внимания на эту бессмысленную болтовню, ведь его глаза были прикованы к этой слабости представителя семьи Блэк, которому было это не свойственно. В голову Тома сразу полезли различные мысли, которые сводились только к одному. Семейная драма. Смерть Уоррен. Внезапный всплеск магии вчера. Все вело к столу Пуффендуя, одно место которого пустовало и ему не составило труда понять чье. Что же могло такого произойти?

Завтрак постепенно подходил к концу, студенты уже потихоньку скапливались в коридоре, чтобы пойти на занятия. Том Реддл медленным и уверенным шагом подошел к преподавательскому столу, чтобы уточнить расписание и может ненароком спросить, где же находится староста Пуффендуя. На его шаги в направлении преподавательского стола обернулись почти все, смотря на Тома с восхищением. Он подошел к столу, точнее к месту, на котором сидел профессор Слизнорт. Тот же вальяжно сидел, с наслаждением поедая ванильный пудинг и делая какие-то поправки в расписании дополнительных занятий своим красным карандашиком. Когда же профессор заметил Тома, он расплылся в милой улыбке, параллельно убирая бумаги в сторону, чтобы внимательно выслушать своего лучшего ученика.

— Доброе утро, профессор, — спокойно протянул Том, изобразив что-то наподобие улыбки на своем лице, — Извините, если потревожил, но позвольте узнать о некоторых правках в расписании…

— Конечно, мой мальчик! — радостно ответил профессор Слизнорт. Он был рад, что именно Том обратился именно к нему, ведь у других профессоров всегда находилось для него время. — Я как раз заканчиваю с расписанием дополнительных занятий для отстающих, осталось только составить список самих троечников! Ох! Если бы все студенты были такими как ты, Том… Но увы, иногда даже чистокровные волшебники не обладают способностями к зельеварению, особенно если упускать их воспитание. — в голосе Слизнорта проскользнуло пренебрежение и даже нотки не скрытого отвращения, что не осталось незамеченным Томом. Интересно.

— Ну что вы, профессор, я лишь стараюсь, мне еще далеко до идеала, — сказал Том, стараясь быть скромным учеником в глазах Слизнорта, который даже не подозревает, что правки — лишь формальность для того, чтобы выудить информацию. Он легонько наклонил голову, как будто засмущался от таких слов. — Кстати об отстающих, я не видел старосту Пуффендуя утром, с ней все хорошо? Просто после трагедии в мае, наверное, ей трудно перестроиться, а я, как староста школы, переживаю за ее состояние, — низкий и ровный голос Тома звучал мягко, с наигранным волнением, а его лицо приобрело невинный и сопереживающий вид.

Профессор Слизнорт изменился в лице после этих слов. Его лицо выражало отвращение и раздражение, будто староста пуффендуя — чупакабра, вылезшая из чердака Хогвартса, которая не дает ему покоя. Тишина затянулась, профессор думал, как лучше сформулировать ответ, а Том наблюдал, как разведчик, который цепляется даже за то, как крепко Слизнорт сжал вилку в руках и как на его лбу появились две лишние морщины от напряжения.

— Ох, мисс Блэк! Сплошная головная боль для меня и пятно на моей репутации, она даже не появляется на моих занятиях и это остается безнаказанным! Ее покрывает не только декан, но еще и профессор Дамблдор, который убеждает меня, что «Эмили все выучит» уже третий год. Как же мне хочется влепить ей тролля, хотя бы за пропуски, но нет, профессор Дамблдор исправляет на «Удовлетворительно»! Ну хотя бы Альфард занимается достойно для чистокровной семьи. Но Эмили — ходячий кошмар, хотя профессор Вилкост и Трелони от нее в восторге! Постоянно забирают ее на «Важные дополнительные занятия». Ухх, извини, Том, давно я так не жаловался на учениц.

Том внимательно слушал реплику профессора и с каждым его словом что-то внутри переворачивалось и сжималось в тугой ком. С какого перепуга Дамблдор будет покрывать Пуффендуйку? Каждое слово Слизнорта било точно в цель, собирая пазл. Он анализировал, понимая, что профессор трансфигурации далеко не дурак и очередное «бездарье» не стал бы оставлять на «дополнительные». Регулярные дополнительные занятия с профессором Вилкост, которая не принимала даже его самого на индивидуальные.... Это не было похоже на разовые прогулы или консультации, чтобы подтянуть другой предмет, это было целенаправленное обучение — от этих мыслей, ударивших в голову единым потоком, по спине Тома пробежал холодок, который в очередной раз заставил его задуматься, что Дамблдор видит все. Таланты, неудачи, а может и его убийство Миртл? И тогда Блэки — опасность. Старик Дамблдор вкладывается в нее уже три года? Явно не просто так. Взгляд Тома метнулся к Альфарду Блэку, который все еще выглядел, мягко говоря, не очень. Слабое звено. Отлично. Уголки рта Тома чуть дернулись в улыбке.

— Я восхищаюсь вашим терпением, профессор! Позвольте снять с вас часть ответственности за обучение мисс Блэк, я уверен, что к ней нужно применить особый подход, и на занятиях для отстающих я лично буду контролировать ее прогресс. — голос Тома был спокоен, а лицо — невинное и холодное, будто вырезанное из глыбы льда, — Я позабочусь о ее обучении.

— Ох, мой мальчик, спасибо большое! Я уже думал идти с этим к директору, но надеюсь, что ты сможешь подтянуть мисс Блэк до нужного уровня и этот вопрос решится сам собой. Встретимся на первой паре, как раз она у нас совмещена с Пуффендуем, — Лицо Профессора Слизнорта вернулось в прежнее состояние восхищения своим лучшим учеником, который вновь спасает его от кошмара в виде Блэк, предлагая свою помощь.

Том, попрощавшись с профессором одним кивком, грациозно развернулся и пошел через весь большой зал на выход. Он узнал все что хотел и даже больше. Теперь ему предстояло просидеть целую пару зельеварения, совмещенную с Пуффендуем. Коридоры Хогвартса встретили его прохладным сквозняком, отсутствием света и толпой студентов, среди которых не наблюдалось уже обоих представителей семьи Блэк.

* * *

Утро Эмили Блэк не было добрым. С начала завтрака она сидела в кабинете декана и выслушивала душные нотации из-за ее вчерашнего «приключения». На ее лице было пару пластырей, скрывающих следы от веток, которые били ей в лицо, пока она пробиралась сквозь «Мандрагоровы Джунгли» в спальну Башни старост и не только. Декан не особо удивилась, увидев Эмили ночью, прыгающей по крыше: это уже было обыденностью, но все же решила устроить ей лекцию о том, что «прыгать по крыше плохо». А то я сама не знаю? Но все же Эмили провела два часа за слушанием, ничего не делая. Вскоре, декан выдала ей расписание — первое зельеварение со Слизерином. Эмили не была рада такой перспективе, но никаких дополнительных на эту пару у нее не намечалось, поэтому взяв тряпичную сумку с вещами, которая и так была грязной, местами порванной, закинула в нее тетрадки и медленно пошла по направлению к кабинету. Она не спешила, делая вид, что она рассматривает картины на стенах, пока декан не крикнула ей вслед, что снимет баллы, если та не ускорится. Эмили встрепенулась, будто от удара шокером и побежала на пару, хотя ей очень не хотелось туда идти, но и баллы терять не хотелось…

Эмили буквально влетела в класс зельеварения, с растрепанными от бега волосами, румяными щеками, тяжелым дыханием. Она зашла в класс и увидело только одно свободное место — рядом с Томом Реддлом. Тяжело вздохнув, мысленно проклиная этот день, она направилась к его парте, но не заметила чью-то сумку у себя на проходе, из-за чего Эмили запнулась о нее и рухнула на пол, роняя все ингредиенты и портя зелья соседей одновременно. Она быстро встала, отряхнувшись от рассыпанных ингредиентов.

— Хватит! Мисс Блэк, вы опоздали, испортили ингредиенты, зелья и теперь еще и дисциплину в классе? Садитесь с Томом, поучитесь хорошему поведению на уроке, но к зельям не притрагивайтесь! — голос Слизнорта был громким, он кричал, пока Эмили, закатив глаза, встала и плюхнулась на стул за парту Реддла, будто ей было все равно на ее окружение в данный момент. — Вы меня поняли, мисс Блэк?

— Поняла, поняла, — сказала Эмили тихим, едва слышным голосом. Она легла на парту, прикрыв глаза. Профессор продолжил свою лекцию… Эмили мирно дремала, не обращая внимания на своего соседа. Пока тот сверлил ее взглядом, она провалилась в сон, ведь спала Эмили и вправду немного: Альфард встретил ее у ворот Хогвартса в четыре утра, весь в слезах, переживающий. Конечно Эмили стало стыдно перед братом, который встанет за нее горой если нужно будет, поэтому они вместе просидели за разговорами два часа, успокаивая друг друга.

Тем временем, Том Реддл варил зелье, которое называлось «Гибискус». Это зелье было ядовитым, для того, кто его выпьет, были гарантированы неприятные последствия в виде острой режущей боли в животе и обезвоживании. Его движения были максимально отточенными, машинальными, Том знал рецепт наизусть и снова демонстрировал свое мастерство. Казалось, что Том был полностью сосредоточен на приготовлении зелья и ничто не могло его отвлечь. Но краем своего глаза он поглядывал на свою соседку, оценивая ее расслабленное лицо, неподвижность плеч. Его рука застыла на мгновение, перестав помешивать зелье…

Внезапно, его зелье окрасилось в красный цвет, не предвещающий ничего хорошего. Лицо Тома приобрело бледный оттенок, а глаза расширились от понимания того, что он допустил ошибку: отвлекся и испортил зелье. Такого не должно было случиться… Никогда… Но зелье взорвалось, разбудив Эмили, при этом ее окатило красной жидкостью, как и Тома. Она с безразличием взглянула на него, при этом зевнув: Эмили явно не понимала что происходит, но явно удивилась, что у Старосты школы испортилось зелье.

— Мисс Блэк!! Опять вы! Выйдите вон и больше не возвращайтесь! — Слизнорт повысил голос на Эмили так, чтобы весь класс услышал ту самую раздраженную нотку, которую он использовал только на самых нелюбимых учениках.

— Профессор, позвольте мне отвести мисс Блэк к декану, поверьте, это не займет много времени. Я сделаю все быстро и вернусь к началу пары, — мягко, почти нежно произнес Том, а потом, когда профессор промолчал и кивнул ему, он встал и последовал на выход из аудитории.

Том поднялся со своего места, очистив себя одним взмахом палочки и поправив рубашку, вышел из класса. Там, он взял Эмили за предплечье и повел к декану: она попыталась вырваться из железной хватки Реддла, но все ее попытки были напрасны, а реплики грубо прерывались им.

— Видите ли, мисс Блэк, вам придется говорить, даже не пытайтесь сбежать, — холодный голос Тома разрезал тишину и прекратил судорожные попытки Эмили вырваться. Она посмотрела в его глаза, задрав подбородок и увидела пустоту, но в тот момент в ней было что-то еще… Что — то живое, тяжелое, то, что не было свойственно Тому Марволо Реддлу. Вдруг Эмили ощутила внутри себя снова прилив живой темной энергии…

— Отпусти меня. Живо. — твердо сказала Эмили, смотря четко в глаза Тома, он хотел было возразить, но его рука сама разжалась, а рот не издал не звука. В его глазах появилась ярость, еще большая, которая стала ощущаться физически, он злился на себя, на свою ошибку.

— Мисс Блэк, вы фактически использовали запрещенную магию, я обязан сообщить об этом директору Диппету, — снова холодный тон, который резал слух. Том смотрел на нее все так же, но теперь у него появился выбор: убить или присвоить? Ведь теперь он убедился окончательно — Блэки опасны… Казалось, что время остановилось, оба смотрели друг на друга молча.

— Рассказывай, делай что хочешь, Реддл, но ты ответишь за все, не забывайся, — прикрикнула Эмили, резко обернувшись и уходя в направлении декана, оставляя за собой шлейф магического напряжения, темного, как и сам Том…