Рефераты учеников Хогвартса (джен)

Написано в качестве летнего домашнего задания и по личной просьбе Директора Дамблдора. Очень давно.

При написании использована книга А.Н.Афанасьева «Мифы и легенды славян», отсутствующая в Хогвартсе, но имеющаяся в библиотеке Эйлин Принц. Реферат, оцененный «Превосходно», после проверки никем более не читался, и был погребен в кучах таких же заброшенных, но далеко не таких объемных и глубоких работ. Последнее, впрочем, всегда отличало его автора. Как и способность цинично относиться к описываемым существам, как к источнику редких ингредиентов зелий.

1. Происхождение. Терминология.

В древности прародительское племя Ариев называло дождь небесным молоком, а дождевые облака рисовались им сосцами небесной коровы и грудью женщины-матери. Такой взгляд разделялся всеми народами индоевропейского происхождения. Индусы видели в облаках и тучах не только демонов, но и божественных водяных жен, обитающих в воздушном океане, которые из своих материнских сосцов поят и питают землю дождем.

Этих мифических жен они называли матерями, супругами, родильницами и почитали их возлюбленными и подругами богов. Им родственны апсарары — небесные девы, населяющие воздушную область между землей и солнцем. Имя это означает «не имеющие образа» или «шествующие по водам». Облака и туманы отличаются необыкновенно легкою подвижностью, беспрестанным изменением своих форм, что и дало повод фантазии представлять их в разнообразных олицетворениях и породило многочисленные басни об их превращениях.

В Баварии темное дождливое облако называют «бабка с щелоком» — кипучим дождем. В летнее время «бабы» и «Мраченка» (mracno — темная туча по чешски) выходят из колодцев и возносятся к облакам, неся с собой воду, дождь и урожай.

Отсюда объясняется старинная русская поговорка «Шла баба из-за моря, несла кузов здоровья». Т.е. облачная жена несет из воздушного океана живую, спасительную воду — дождь. Эта спасительная вода на зиму скрыта в крепких затворах, а в марте, прилетая из-за моря, легкокрылые птицы, как воплощение ветров, приносят ее из неволи.

Эта поговорка используется в виде целительного наговора-оберега. Когда моют ребенка в бане, то причитывают: «Шла баба из-за моря, несла кузов здоровья: тому-сему кусочек, тебе весь кузовочек!», а затем, окачивая водой, приговаривают: «С гуся вода, с тебя худоба; вода б книзу, а ты бы кверху!» (подымался, рос),

(В этом месте на полях черновика замечено: «В отношении автора сработала только вторая половина: кверху- то вымахал, а худоба никуда не делась!»)

Возврат в марте неожиданных холодов у сербов называется «бабьи уковы», т.е. облачные жены снова попадают в зимние оковы. Кроме дождя они шлют на землю снег и град. По чешскому поверью град падает на землю из туч, на которых восседают вейлы. А в России, когда выпадает первый снег дети катают из него шары и лепят «бабу».

Впоследствии, когда утратилось ясное понимание старинных метафор и когда поэтические сказания о небесных потоках были сведены на землю, эти жены и девы покинули воздушные области и овладели земными водами, хотя и удержали при этом многие любопытные черты своего первоначального происхождения. Так явились в Греции — наяды, в Германии — никсы, в Чехии — русалки, в Болгарии — вейлы, вилы, в Сербии — самовилы.

В древнерусских источниках выступают вилы и берегини, а русалки появляются лишь с 17 века. Поклонение упырям и берегиням — древнейшие и культы. Слово берегиня можно связать и со словом — берег, и с глаголом беречь.

Слово вила происходит от глагола вить — плести, скручивать, соединять пряди в одну нить — и указывает на деву, которая прядет облачные кудели и тянет из них золотые нити молний. Молния извивается — вьется огненной нитью или змейкой, мелькает искривленной линией. То есть, подчеркнуто их происхождение из объединения стихий — воды и огня. Глагол вьется — прилагается и к полету птиц. И в народных загадках (сербских и русских) ласточка, отличающаяся особенно быстрым и извилистым полетом, называется вило.

В сказаниях Вилы изображаются не только нимфами, управляющими полетом облаков, но и вещими пряхами.

Иногда их именовали шутовками, чертовками, мавками, навками. Навки — жители Нави. Навь — место пребывания душ умерших. Повсеместно полагается, что русалки, вейлы — души умерших детей или девушек, не успевших выйти замуж. Еще считается, что вейлы и русалки это утопленницы, мертворожденные, дети — жертвы матерей, девушки, которых прокляли родители и которые при жизни не заслужили их прощения.

Древние славяне считали, что покойники делятся на «пращуров» и «заложных».

Пращуры — праведные, почитаемые предки, они обитали в раю (ирии) или превращались в домовых.

Заложные — умершие «недоброй смертью» грешники и жертвы несчастий. Большее значение имело не поведение при жизни, а род смерти. Тот, кто умер неведомо как становился нечистью. Ждать от него нужно не помощи, как от родителей, а всякого вреда. Именно «заложные» и поставляли «кадры» русалок, мавок, вейл, водяных и т., а также некоторых видов существ, не связанных со стихиями. Это, прежде всего, древнерусские и болгарские навьи. Они летают в виде голых птиц, пьют кровь, вредят роженицам и криком предвещают несчастье. Таким образом данная разновидность вейл — навьи, сродни вампирам-упырям.

2. Внешний вид. Образ жизни Вейл.

Вейлы, как покойницы с сохранившимся жизненным потенциалом, обладают незаурядной магической силой. Однако сила эта представляет не стихийную магию, но организованную магию стихий, в них воплощенных. Вилы превосходные чародейки, целительницы, знатоки трав. Они обладают способностью оборачиваться лошадьми, рыбами, змеями и даже тенью в виде перемещающегося столба воздуха.

Вил в Древней Руси отождествляли с сиринами (сиренами) и изображали в виде птиц с женскими головами.

Крылатая дева выходит замуж за того, кто завладеет ее крыльями, но чаще всего с мужем не уживается. Сбегает, забрав крылья, и даже ради своего ребенка не хочет вернуться.

Иногда они помогают людям: приносят урожай, одаривают богатством, лечат, кормят молоком человеческих детей, делая их необычайно сильными и красивыми.

У южных славян вилы — прекрасные девы, златовласые и крылатые, в легких белых одеждах. Они обитают в горах, пещерах, озерах, реках и на облаках. Они очень любят музыку, песни и танцы. Но они же и отважные воительницы, скачущие на крылатых оленях, взнузданных змеями.

М. Приз считает, что на необыкновенно притягательный облик вил, мавок, русалок влияли, видимо, и эротические сны охотников и горных пастухов, подолгу остававшихся без женщин.

Но вейлы могут быть и смертоносными. В традиционных народных описаниях вилы, как и русалки — косматы, горбаты, с острыми когтями и длинной гривой. Причем чем дальше на север, тем чаще их представляют в виде самок реликтовых гуманоидов покрытых шерстью.

Вилы способны убить, ослепить, лишить рассудка, наслать засуху и неурожай. В одной из сербских песен вила строит в воздухе город из человеческих тел. В другой — иссушает источник, мучая богатыря-юнака жаждой, пытается его ослепить. Порой вилы мстят людям, позавидовав их красоте, голосу и т.д. Здесь сказывается их принадлежность к миру смерти, миру Велеса (чье имя родственно их имени).

Примерно между 900 и 1000г. н.э. после полного разделения миров вейлы перестали являться в мире маглов. Поэтому южные славяне верят, что вилы и огненные змеи исчезли с появлением огнестрельного оружия. Хорваты с сожалением добавляют, что вместе с вилами из жизни ушли благодать и счастье.

Однако правило разделения миров водяным народом соблюдается не столь строго. Видимо из-за большей отделенности его среды обитания — воды. Поэтому никуда не исчезли, а так и существуют в двух мирах восточнославянские русалки и купавки. Они так же молоды и прекрасны, ходят в белых рубашках и венках. Но кожа их бледна и холодна, волосы зеленые, как водоросли. И то, что они — души утонувших девушек, не мешает их беззаботному нраву. Они любят петь и танцевать, качаться на ветвях деревьев. Живут они в реках, озерах, колодцах. А на Русальной неделе выходят на сушу, бегают и резвятся в хлебах. И там, где они плясали, травы и посевы растут лучше. Осенью и зимой потаенные духи — вилы, русалки, полевики — исчезают. Они спят в потаенных местах и снова приходят в мир лишь вместе с весенним возрождением природы.

3. Последствия общения и средства защиты.

Вейлы коварные существа. Познавший любовь вейлы или хотя бы единожды поцелованный ею неизбежно умирал от тоски или кончал жизнь самоубийством.

Существуют свидетельства о возможности брака вилы и человека. От такого союза якобы рождаются витязи — «юнаки», одаренные небывалой силой и красотой. Но принадлежность матери к потустороннему миру позволяет усомниться в принадлежности и потомков вейлы к миру людей. Здесь более интересны истории восточных славян о самой необычной и противоречивой Виле — Бабе-Яге. Ее дети — Темная Ночь и Ясная Заря — витязи, повелевающие течением времени, сменой ночи и дня, то есть существа тоже не принадлежащие миру людей, но достаточно могущественные.

Оберегами от вил и русалок являются — очерчивание вокруг себя магического круга серпом или ножом, ношение булавки и иголки, молитва или матерная брань.

Вейлы опасаются таких растений, как:

полынь (Artemisia absintium),

чеснок (Allium sativum),

хрен (Armoracia rusticana),

крапива (Urtica dioica).

Можно использовать заклинание «Chure menja!», они не посмеют причинить вред, а одна из них последует за человеком, и будет прислуживать ему целый год.

(На полях черновика: «Одна моя знакомая славянского происхождения, достаточно ехидно намекала, что это самое заклинание «Chure menja!», якобы может спасти даже от «Авады!» Особенно вкупе с их еще одним замечательным изобретением «Avos!» Но дело осложняется тонкостями произношения. Интересно, она это на ком-то проверяла? Но эта славянская бестия ловко ушла от ответа во время нашей занимательной беседы. Как бы там ни было, у них есть чему поучиться!»)

Чтоб ублажить столь опасных вил, как навьи, славяне устраивают им поминовенье, зовут угощаться на Рождество, заодно с Медведем и Волком (оборотни?). Навьям таким образом дают понять, что все же считают их родичами. Но чествуют их не в доме и не на могиле (как родителей), и ничего у них не просят, а только откупаются.

Выводы и дополнения.

Итак, учитывая индоарийские корни, по классификации Аюрведы можно отнести вейл к типу энергии — Питта, соединяющему в себе силы воды и огня. Причем в классическом типе Питта сила воды находится в несколько подчиненном положении: струи дождя всегда следуют в грозу за громом и молнией. Степень активности этих двух стихий и дает весь спектр разновидностей Вейл. От представителей превалирующей воды — русалок, в которых огонь проявляется лишь на Русальей неделе, или в их склонности к неконтролируемому обольщению. До агрессивных огненных воительниц и навьев.

Однако, в любом случае эта энергия не может контролироваться магом извне. Хотя цикл их годовой жизни и подчинен определенным сезонным правилам, но в рамках этого — только собственные желания, прихоти, свобода — обусловливают поведение и поступки вейл.

Что касается бытующего у некоторых европейских специалистов мнения о возможности классифицировать вейл на простых и диких, то его можно считать не просто неправильным, но и несерьезным.

(На полях черновика было отмечено: альтернатива к диким — домашние вейлы? О, какой простор для фантазии! Не относится ли к домашним вейлам в таком случае Молли Уизли? Из разряда огненных домашних воительниц!)

Являясь воплощением стихийных сил, вейлы всегда — дикие. И совершенно не могут считаться человеческими существами. Относительно их потомков, то это тоже домыслы. Люди, отыскивающие вейл среди своих предков, либо лукавят, либо не являются людьми. Никто в наше время не встречал легендарных богатырей-юнаков.

(В черновике, валяющемся, кстати, в третьем ящике сверху письменного стола в доме автора в тупике Прядильщиков, имеется интересная поздняя приписка на полях: «И что это Нарцисса вздумала так морочить Люцию мозги, что рассказывает о вейлах в предках? Где Блеки, и где вейлы? Вся ее обольстительность, это магловская французская косметика с этими кошмарными запахами! Блондинка, что с нее возьмешь! Даже если и считать ее вейлой, а Люция вампиром, то уж милый мальчик, будь он неладен, Драко — явно не воин-юнак! И что я буду делать с этим бледным заморышем в Хогвартсе через несколько лет? И жаль его — что вырастет, при такой-то родословной!»)

Рождение вейл от сил огня и воды, исключает их обычное происхождение. Вейлы — силы с другой стороны границы жизни, в них воплощены души уже покинувшие свою земную оболочку. Это, а также способность питаться за счет других, даже если пищей здесь является столь неосязаемая духовная субстанция, как любовь и влечение, роднит их с вампирами. В то же время развитые анимагические способности к воплощению в несколько видов звериных образов делает их схожими с оборотнями. Причем ритмичность их жизни, связанная с сезонностью и лунными циклами также подтверждает, что вейлы не являясь людьми, принадлежат к высшей разновидности существ, зависимых от стихий.

Дополнение об использовании компонентов.

Обширность форм и непредсказуемость характера в каждом случае делает весьма затруднительным использование волос вейл для изготовления волшебных палочек. Смешение сущностей огня и воды, или питта-тип энергии по Аюрведе, в случае выхода из равновесия дает агрессивность, неуправляемость, нетерпеливость и склонность к резкому гневу. Все это, находя созвучие в силе волшебника, весьма плачевно сказывается на его способностях и направлении магической работы.

Оливандер называет это излишней темпераментностью, что не совсем верно, так как он в этом случае не учитывает наличие 4 типов темперамента, а имеет в виду скорее максимальную выраженность одного из них — холерического. Энергия типа Питта — вечный конфликт воды и огня, вечное движение и борьба столь разных стихий, объединенных в одном существе, дает противоречивую в поступках и непредсказуемую вейлу. Палочка с таким характером будет или неуправляема, или просто опасна для своего хозяина. Оливандер в своей работе о связи волшебника с его инструментом «Война или сотрудничество?» пишет, что палочка с использованными волосами вейл хороша только в случае, если ее создали для потомка вейлы, волосы которой использованы. Там же он приводит результаты более чем пятидесятилетних наблюдений, в том числе о всем известном случае в 1905 году с волшебником из Галлоуэя по имени Пуст О'Звон. Последний, безосновательно считая себя потомком вейлы, после случайной поломки своей первой волшебной палочки, вопреки советам мудрых, выбрал следующую сам. Причем, автором ее был неоднозначный Моравский мастер Родион Хвороба, неразумно часто использовавший в палочках волосы вейл. Сочетание Черного тополя с волосом вейлы в руках упомянутого Пуст О'Звона привело к последствиям почти катастрофическим. Ибо упрямый характер волшебника, помноженный на своенравие палочки, дал в результате их затянувшийся конфликт. Все ограничилось бы просто несостоятельностью любой его попытки колдовства, но волшебник решил доказать свою силу односельчанам и попытал счастья в таком сложном деле, как управление погодой. Сваренное им Зелье Животворного Дождя в результате дало затяжной тропический ливень со смерчем и градобитием в широтах Северной Ирландии. Эксперимент произвел на много милей окрест опустошение полей, и без того скудных в той местности. Разрушено было две магловские деревни, и сильно пострадала древняя священная роща близ Динаданового урочища — вековые дубы вырывало с корнем. Самого же Пуст О'Звона с тех пор никто не видел. Одни считали, что он бежал к маглам, опасаясь мести своих собратьев. Другие усматривают в нем одного из предков рода Локхартов с острова Керри, лишившегося, однако после сего происшествия магической силы. Причем с тех пор его потомки всегда выпадали из магического мира при весьма странных обстоятельствах, при этом страдали не столько их физическое здоровье, сколько психика или магическая сила.

Использование других компонентов, кроме волос вейл, запрещается указом «Об ограничении применения компонентов живых существ» № 3243 от 1794 года. Однако, запрет этот нарушается чаще других. По статистике Министерства магии Британии до 304 раз в год, Министерства магии Болгарии — до 878 раз в год в среднем за 70 последних лет.

Что связано в основном, как с использованием их в ритуалах и зельях т.н. «любовной магии», когда пользователю уже безразлична любая форма жизни, кроме его собственной одержимой страстью души. Так и с применением указанных компонентов противниками отнесения Вейл к живым существам, и более склонных причислять их, как и вампиров, к «немертвым».

Однако, следуя предупреждению Директора Хогвартса, об этой части магии, связанной с вейлами упоминать в школьном реферате не считаю возможным.

Список дополнительной литературы.

1. А.Н.Афанасьев «Мифы и легенды славян»

2. Матерь Лада. Божественное родословие славян. Под ред. М.Яновской.

3. И.П.Сахаров Русское народное чернокнижие.

4. А.А.Грицанов. Язычество

5. Песни Гамаюна. Извод Буса Кресеня.