Черный чай с бергамотом (гет)

Через несколько дней после открытия новой чайной «Жасминовый Дракон» Кайли, выбирая корень имбиря на рынке Верхнего Кольца, услышала разговор двух местных торговцев. Они приглушённо обсуждали, что в лавке у старого толстяка необычный помощник — молодой парень, чьё лицо страшно изуродовано ожогом. В Кайли мгновенно проснулся чистый, азартный медицинский интерес. Она знала, как тяжело поддаются лечению старые термические шрамы.

На следующее утро она вошла в духоту «Жасминового Дракона». Кайли не любила привычные всем улуны или приторные травяные сборы. Её вкус был особенным, резким — она предпочитала крепкий чёрный чай с добавлением бергамота. Когда она озвучила свой заказ, старый мастер Муши, стоявший за стойкой, на секунду замер. Его брови удивлённо приподнялись, но он тут же мягко улыбнулся и едва заметно прищурился, продолжая краем глаза наблюдать за необычной гостьей.

Через несколько минут к её столику подошёл тот самый парень — Ли. Хмурый, резкий в движениях, с золотыми, словно расплавленное солнце, глазами и огромным багровым шрамом на левой половине лица.

Когда Ли протянул чашку, Кайли, забирая её, словно бы случайно скользнула кончиками пальцев по его ладони. Его кожа была обжигающе горячей — так бывает при сильнейшей лихорадке, но парень не выглядел больным. Это был внутренний жар.

В эту долю секунды её сознание буквально взорвалось чужими воспоминаниями. Меридиан Ци Ли отозвался сокрушительной лавиной боли:

Вот он, совсем маленький мальчик, сжимается в комок и горько плачет по исчезнувшей матери…

Вот ему тринадцать, и он стоит на арене Агни Кай против собственного отца, не понимая, за что…

Вот он падает на колени, и, ломая голос, умоляет о пощаде…

И этот страшный, нечеловеческий, разрывающий горло крик, когда лицо плавится от адского огня…

Кайли едва не выронила чашку. Сердце бешено заколотилось, но она взяла себя в руки. Ей нужно было рассмотреть его шрам ближе, детальнее. Чтобы задержать парня у стола, она засыпала его вопросами о сорте чая, о времени сбора, заставив его хмуриться и отвечать сквозь зубы. Когда вся визуальная информация была собрана, Кайли спокойно произнесла:

— Позови, пожалуйста, человека, который заваривал этот чай.

Подошедшему Муши Кайли не стала говорить лишнего. Она лишь тихо, но уверенно сказала, что занимается лечением тяжёлых недугов и знает, как облегчить боль и стянутость тканей его помощника. Муши посмотрел ей в самые глаза — долго, проницательно — и в его взгляде мелькнула такая глубокая, щемящая тоска, что Кайли поняла: этот старик сделает всё ради спасения мальчика.

Чтобы не тратить время на дорогу домой, целительница решила остаться у знакомой, дочери господина Ченга, который уже много лет жил в Верхнем Кольце города. Однажды Кайли помогла девушке, приведя ее в чувство в жаркий день среди душного рынка, и с тех пор стала желанным гостем в доме ее отца.