Анатомия душ или расстроенное сознание (гет)

«Иногда всё складывается так плохо, хоть вешайся, а — глядь — завтра жизнь круто переменилась» — А. Куприн.

II.

Пышный сад раскинулся за южным крылом дворца Лéйман, чьи арки были облеплены «туманным плющом» — величественным растением, что так и заставляло сорвать его для будущих отваров. Центр сада занимала круглая площадь из белого мрамора, а по краям были высажены кусты сирени, растущие в идеальной симметрии. Они переплетались над головой, создавая арочный тоннель. Сад казался бесконечным.

— Ох, цесаревна, вы снова победили меня! — вздохнул с озорством учитель самого любимого дела девочки — фехтования.

Девочка, лет девяти, убрала тренировочную шпагу с груди учителя. Уставшие, но горящие радостью обретенной победы глаза упали на руки. На ладони красовался свежий порез, полученный в неудачной попытке кулинарии. Мама тогда сильно ругала, что Настя занимается чем «не стоит будущей жене Диаметрúческого принца». Но девочка была довольна и по сей день своим действием.

— Господин Соджнитх.. э...- девочка резко смолкла, пытаясь вспомнить фамилию новоиспечённого педагога. — у меня вопрос, что за тем морем? — ткнула пальцем в простирающийся горизонт сада. Там виднелась огромная светящаяся синяя линия, растворяющая в себе границы.

— За тем морем прекрасные виды гор, скал и гремучих лесов. Множество культурных наследий соседних стран. Разные люди, растения, звери... — с мечтанием говорил он. — Все прекрасное есть в нашем мире; Просто оберегай и защищай мир, который любишь, и он будет беречь тебя...

Спустя время , под кровом ночи никто не услышал, как ворота открылись изнутри. Как стражники в темно-изумрудных мундирах с глухим стуком повалились на каменную землю. Лай охотничьих собак нарушал тишину и тут же оборвался после выстрелов медных винтовок. Взвод алых пехотинцев — наемники идеалистов, перечащие взглядам правителя, вторглись во дворец. Они не штурмовали, а спокойно шли без шума и жалости.

Обрывки воспоминаний горящего зала Совета, откуда дева Настасья бежала с няней в погреб. В ту ночь полегло все семейство Красновых, как считали мятежники, но выжила и позже взошла на трон 24-х летняя дева.

— ...Ваше высочество, вы сегодня не в хорошем расположении духа, что-то случилось?

— Случилось, господин Соджингéлли. Вас не было на собрании, потому повторюсь: у нас невольное пополнение — господин Кáссиус-Винн, дипломат из империи войны, принесенный как десерт на блюдце.

— Вы, видно, недолюбливаете господина.

— Вы в курсе того, что я мало кому доверяю в профессиональном плане.

«А в личном и повадно — нет. Что ж с тобой сделалось, Настасья?»

—Ваше высочество, что с документами моими, скажите?

— Я отправлю вас на повышение квалификации с 5 марта на год. Позже переходите в лицей при дворе.

Мужчина поклонился, уходя произнес:

— Вам следует присмотреться к господину Кассиусу, видно он надежный человек.

— Вам ли разбираться в компетентности господ? — грозно зырнула девушка.

— Все может быть. — протянул мужчина.

Дверь поглотила фигуру в мундире, погрузив кабинет в тягучее молчание. Кипы бумаг становились меньше, усталость увеличивалась. Небо становилось все мрачнее, покрываясь редкими звездами. Завывающий ветер стих, как послышалась мелодия с покоев царицы. Сидя в богато расшитом кресле, играла на арфе Настасья. Хрустальная арфа переливалась в свете редких свеч в канделябрах; сегодня как никогда болела душа. Она никогда не скажет, что ей плохо, но каждый раз, играя на арфе, изливает горе. Тонкие белые пальцы переплетались меж прозрачными струнами, издавая разные звуки.Стук в дверь нарушил композицию. Миловидная служанка прошла в комнату.

Поклонившись, спросила:

— Ваша Светлость, к вам пришел господин Кассиус, мне его пропустить?

Недовольно звякнула струной девушка, успокоив пыл ответила:

— Пусть приходит, а вы, Лизонька передайте Ирине Юрьевне, чтоб она вам выходной день выделила, больно выглядите.

— Спасибо, ваша Светлость.

Из-за двери после горничной проследовал господин. В руке нервно сжимал пергамент с приказом.

— Ваше Царское величие, я не могу вам лгать.

Как узналось, господин Сеймур передал вам меня лишь как шпиона. В мои обязанности входили слежка, исследование ваших слабых мест. Но от них я отрекаюсь не приступив, во имя Маат.

Себастьян разорвал на две части приказное письмо своего императора. В этом действии Анастасия чувствовала вызов, который не могла рационально объяснить. Но понимала одно: он рушил ее систему.

— Почему вы явились и докладываете мне вместо того, чтобы подчиниться вашему руководству?

— Потому что у меня есть принципы. Я не хочу быть безвольным проводником, когда это противоречит моей душе. Всегда я был за развитие, а Сеймур — это прошлое которое настигнет в самый трудный момент; через 5 лет он уже собирается напасть на Северную столицу. Не ради ресурсов, а чтобы доказать свое величие. В данный момент он перестраивает «Полк Фишбера». Его народ сгинет в пепле, империя рухнет если все будет так продолжаться. — спокойно, даже не живо сообщал царице.

Она встала и подошла к окну. В нем виднелась полная луна, ведущая миллиарды звёзд за собой.

«Как быть такой же сильной, матушка?» она не знала ответа.

— Я вам не верю, уходите. Но... Буду молчать о нашем вечернем разговоре.

— Ваше Величие, дайте поручение что не входит в мои обязанности. Пусть будет опасным или даже безнадежным, но если я его выполню — знайте, что я готов вам служить.

Девушка, ничего не ответив, продолжала пялиться в окно — не от красоты неба, а от внезапно поступившей слезы. Малый хрусталик стекал медленно по щеке. Голосовые связки были сильно напряжены, как и вся дева, лишь бы оставить только сильную, железную сторону.

Но больше не могла. Она резко всхлипнула сама не ожидая от себя такого.

«Почему вы честны со мной».

Хотела сказать. Но тогда карточный домик рухнул.

Взметнулась рука утирая слёзы. Спина все больше выпрямлялась. Но слез стало слишком много. Слишком много она терпела.

— Раз вы хотите доказать свою правоту...

Она повернулась лицом к Лорду, и начала усиленно искать вещь в шкафчике. Отчаянно бросив письмо на стол, что было закрыто тремя печатями с разными номерами, продолжила:

—... То выполните что находится там. Вам нужно принести мне 5 унций крови Сокуусов. Ну же, начинайте.

Смотря исподлобья, Настасья бросала вызов мужчине. Если он после задания выживет, она поверит в его слова.

Это было безумством: вылавливать Высших фантомов, за которые готовы развязывать чуть ли не войны. Но господин был непреклонен.

— Ваше Благородие, время ограничено?

Последовал встречный вопрос:

— Вас только это интересует? — с пугающим азартом спросила девушка. — Что ж, время не ограничено.

Где-то далеко за горами, где дождь не падает, а превращается в иней, в имении рода Вехрэйбихт гасли последние свечи. А в Диаветруме все больше разжигались костры заменяя кислород на отравляющий пепел.

Там танцевали, здесь сжигали, но запах был один и тот же — страх. Только в одном месте его называли «цивилизацией», а в другом «очищением».