Неучтённый корабль (джен)

VK Audacity NBT-01917

— Рейнджер должен ждать в этом баре, — указал Чехов точку на карте. — Кредиты Федерации в ходу. Уверены, что пойдете один?

— Уверен, командор, но спасибо за заботу, — Пайк медленно повернулся перед камерой, рассматривая себя на экране. Новая форма, предложенная Чеховым, сидела отлично: черные брюки, белый свитер с мягким воротником и золотистый мундир... В некотором роде, это был акт вызывающей наглости — надеть несуществующую форму со знаками различия Звездного Флота. «С другой стороны», — напомнил он себе, — «какого черта? Я в отставке, а не разжалован. Я имею право на эти нашивки».

— Потрясающе выглядите, капитан, — торжественно сказала Вина. — Разрешите?

Она прикрепила инсигнию Звездного Флота ему на грудь.

— Ваш значок — средство связи, — предупредил Чехов. — Активируйте нажатием или ударом ладони.

Пайк немедленно попробовал.

— Работает, — подтвердил Чехов, и его голос эхом отозвался в приемнике. — Деактивируйте. В фоновом режиме это устройство наблюдения и записи, которое будет непрерывно вести передачу во время десанта. Выберите условный сигнал для экстренного возвращения.

— «Домой», — сказал Пайк. — Или двойной удар. Если сочтете нужным, действуйте без приказа.

Он отметил, что Вина встревожена, хотя старается этого не показывать, а дети изводятся от любопытства.

«Не можешь прекратить беспорядок — возглавь его».

— Вина, пожалуйста, проследите за орбитальным трафиком, — с некоторой официальностью обратился он к жене. — Докладывайте командору Чехову о подозрительной активности. Филипп, слушайте переговоры диспетчерской на открытых частотах. Тара, прошу вас об одолжении.

— Прочитать вашего визави? — с энтузиазмом спросила талосианка.

— Ни в коем случае, — Пайк одарил Тару одним из своих фирменных взглядов, выражающим одновременно симпатию и легкий упрек, и девочка пообещала себе никогда больше не перебивать капитана.

— Мы не знаем, что за существо придет на встречу, — сказал Пайк, многозначительно показав глазами на Чехова.

При первой встрече с Чеховым кто-то из Наблюдателей попробовал просканировать его сознание. Теоретически, никто не должен был этого заметить. На практике Чехов неожиданно покраснел от гнева и рявкнул «вон из моей головы!». Наблюдатель испытал серьезный болевой шок и поспешил разорвать контакт. Смущенный командор не смог объяснить, как он это сделал, но никто не рискнул повторить опыт.

— Держите контакт со мной, — сказал Пайк. — Анализируйте то, что я увижу. Докладывайте командору Чехову о существенных наблюдениях. Используйте проекции, чтобы показать мне что-то важное, но не злоупотребляйте.

— Слушаюсь, капитан!

— Командор Чехов, мостик ваш.

Голос Пайка звучал капельку иронично, потому что кабина челнока никак не заслуживала гордого звания мостика. Тем не менее, Чехов поднялся с кресла и кивнул:

— Есть, капитан!

Пайк все-таки смутился, извлек из репликатора длинный серый плащ и накинул поверх золотой униформы.

— Мы не знаем точно, как вигиланты относятся к Звездному флоту, — сказал он. — Не время сверкать эполетами. Активируйте.

«Надеюсь, у них найдется виски...»

---

 

Iota Serpentis IX

Пайк не так уж часто бывал в заведениях нейтральной зоны и был готов к встрече с представителями незнакомых рас и культурных традиций. Но первая странность была в том, что посетители мало отличались друг от друга. Мужчины были одеты в среднем ярче и вычурнее, чем женщины. В глаза бросилось обилие татуировок, декоративных шрамов и пирсинга. Несмотря на все эти украшения, в большинстве посетители выглядели так, словно пытались слиться с грязноватыми цветами интерьера. Даже простой однотонный плащ капитана контрастно выделялся на общем пестром фоне.

Вторым неприятным открытием оказалось то, что ассортимент алкоголя был невелик. Здесь явно были в ходу другие способы снять напряжение, и он не горел желанием выяснять, что это были за способы. Заметив знакомую марку рома, он попросил неоткупоренную бутылку и стакан, и направился за маленький столик подальше от входа и поближе к резервному выходу. Почти за каждым столиком кто-нибудь курил, и в воздухе плавали клубы белесого дыма, заставившие Пайка бороться с приступом кашля. Он едва не пропустил момент, когда к его столику подошел невысокий денобуланец с пирсингом на лице и жизнерадостно спросил:

— Привет! Ты не меня случайно ищешь?

Связной Рейнджеров перед встречей с Пайком потребовал его фотографию, но своей не прислал и не назначил никакого условного сигнала. «Я сам подойду к вам» — и все. Улыбчивый денобуланец мог быть связным, а мог и не быть.

— Я жду друга, — сказал Пайк.

— А он такой же симпатичный, как ты? — живо поинтересовался паренек и сделал попытку сесть за столик. Пайк промолчал, но его ироничного взгляда и слегка приподнятых бровей оказалось достаточно, чтобы денобуланец остановился, словно наткнувшись на физическую преграду.

— Я ещё никуда не ухожу, — сказал он уже не так жизнерадостно. — Вдруг передумаешь.

Стоило ему отойти, как к столику приблизилась, покачивая бедрами, высокая блондинка. У этой на лице тоже было несколько металлических украшений. Остановившись, она посмотрела на Пайка с высокомерной усмешкой, и спросила:

— Не возражаете?

— Против чего? — спросил он, свинчивая пробку с бутылки.

Женщина изящно склонилась, приблизив к нему лицо, и тихо сказала волнующим глубоким голосом:

— Против того, чтобы мы обсудили ваш запрос.

Со стороны это выглядело как откровенный флирт. Между тем вблизи он отчетливо увидел холодное, оценивающее выражение ее глаз. Он встал, чтобы галантно подвинуть гостье стул:

— Прошу вас. Что вам заказать?

— Не беспокойтесь, — как только она села, к столику подскочил официант и поставил перед ней фужер с опалесцирующей жидкостью.

— Итак, какую помощь вы запрашиваете? — спросила она, поднимая фужер.

Пайк тоже взял свой стакан.

— Мне нужен корабль и команда, — он сопроводил свои слова извиняющейся улыбкой.

— Корабль какого класса? — женщина нежно улыбнулась в ответ.

— Предпочитаю «Конституцию».

— О-о! — насмешливо протянула она. — Любитель антиквариата? Кто вы вообще такой?

Пайк не торопился отвечать, просто поднес к губам стакан, глядя ей в глаза, и она вдруг сердито нахмурилась и подалась вперед:

— Хватит! Я изучила вашу фотографию и проверила антропометрические данные, идентификация однозначна. Откуда вы взялись, капитан Пайк? Здоровый и не постаревший ни на день? Вы иллюзия? Голограмма? Синтетик? Клон? Метаморф?

Пайк пожал плечами, глядя мимо собеседницы. Вероятно, это выглядело так, что он не хочет отвечать. На самом деле он отвлекся, потому что за плечом женщины появилась проекция Тары и быстро сказала:

— Она правда из Рейнджеров Фенриса, про нее есть информация в открытом доступе. Говорят, она крутая! Она киборг, ее позывной Седьмая из Девяти.

Тара растаяла в воздухе. Он вернулся взглядом к женщине:

— Вы говорите о Кристофере Пайке, бывшем капитане звездолета «Энтерпрайз», бывшем наставнике Академии Звездного Флота, который вышел в отставку по здоровью в две тысячи двести шестьдесят седьмом, или о каком-то другом капитане Пайке?

— Вы поняли, о ком я говорю, — сказала она все так же тихо и сердито. — У вас нет права притворяться им.

— Боюсь разочаровать вас, — улыбнулся Пайк. — Я не притворяюсь. Я здесь и сейчас, потому что в мире нарушены причинно-следственные связи. Можно считать это явление временной аномалией в масштабах наблюдаемой вселенной.

Глаза Седьмой из Девяти изумленно расширились, но она не выразила ни малейшего сомнения в его словах.

— Я и представить не могла… — сказала она. — Какова природа аномалии?

— Социальная, — сказал он. — Общественные процессы повсеместно заходят в тупик. Атомизация общества приводит к распаду единства наблюдателей, фиксирующих поток событий. Для кого-то время идет медленнее, для кого-то быстрее, а для кого-то стоит на месте или даже обращается вспять.

— «The time is out of joint. O cursed spite, that ever I was born to set it right!»” — взволнованно процитировала она. — Это теперь ваша задача?

Пайк кивнул, подумав мельком, что Седьмая из Девяти довольно тщательно прошерстила его биографию.

— Я в деле, — сказала она, отхлебнув свой напиток. — Думаю, у меня есть некоторый опыт.

— Поделитесь? — спросил он.

— Много лет назад, — заговорила она, — Звездолет Федерации прошел сквозь червоточину в Дельта-квадрант. Проход закрылся, возвращение на варпе заняло семь лет. Они проделали огромный путь, связывая между собой прежде разрозненные миры… Я была с ними половину этого пути.

— Вы родом из Дельта-квадранта? — удивился Пайк.

— Нет, я родом из земной колонии. Прежде я была частью Коллектива Борг, он путешествует повсюду.

— Борг? — спросил Пайк, но тут же остановил себя. — Простите, я задаю много вопросов.

— Сколько вам угодно, — ответила Седьмая из Девяти. — Вы легенда, капитан Пайк.

Он смущенно усмехнулся. Со стороны должно было все более казаться, что дама флиртует. Но интерес в ее глазах был иного рода — так обычно смотрели на него свежеиспеченные выпускники Академии.

— Я бы предложил продолжить разговор… в более уютном месте. Поднимемся ко мне?

— С удовольствием, — ответила она. — У меня к вам тоже есть вопросы.

Он начал вставать, и тут снова увидел Тару. Девочка выглядела испуганной:

— Капитан, капитан! Мы потеряли связь с вами! — она оглянулась и спроецировала рядом с собой фигуру Чехова в кресле. — Поговорите с капитаном! — велела она ему.

— Капитан, кто-то глушит связь на всех частотах, — сказал Чехов, не отрывая взгляда от приборов. — Транспортация невозможна. Предположительно, глушат с корабля, который вышел из варпа в пределах десяти минут назад и отправил на поверхность челнок в режиме светомаскировки. Корабль — модифицированный «хидеки» без опознавательных знаков Кардассианской Империи.

Пайк тем временем обошел стол и предложил Седьмой из Девяти опереться на его руку. Она неподражаемо изогнула правую бровь (левую закрывала фигурная металлическая пластинка), но позволила взять себя под локоть. Он очень тихо обратился к ней:

— Вы не знаете, кто в этом секторе летает на списанном «хидеки» с широкополосным интердиктором?

— Син Джун со своей бандой, — так же тихо откликнулась она. — Где вы их встретили?

— «Хидеки» появился на орбите несколько минут назад, затем пропала связь.

Седьмая сдержанно выругалась:

— Если они действуют, как обычно, то десантировали группу и включили глушилку. Десант вернется на челноке.

— Что может быть их целью здесь?

— Они «охотники за головами», — мрачно сказала Седьмая из Девяти.

На улице давно стемнело и похолодало. Пайк передернул плечами, несмотря на три слоя одежды. Седьмая словно не чувствовала холода в легкой куртке нараспашку.

— Мы можем просто подождать, пока они схватят того, кого искали, и уберутся отсюда, — сказала она, нацелив на Пайка испытующий взгляд.

— Конечно, — без эмоций ответил он, глядя поверх ее головы. — Разве у нас есть шансы, например, захватить их челнок?

Она проследила за направлением его взгляда. Челнок с погашенными ходовыми огнями заходил на посадку вблизи диспетчерской, всего в полукилометре от бара. Не сговариваясь, они бросились в ту сторону, переходя с быстрого шага на бег.

---

 

VK Audacity NBT-01917

Инцидент оказался серьезным испытанием для Вины.

Когда парнишка в баре попытался флиртовать с Крисом, а затем связной Рейнджеров оказался женщиной с обворожительным голосом, Вина вдруг вспомнила о том, что не только она находит Криса привлекательным. Почти двадцать лет рядом с ним не было ни одной другой женщины, но теперь их будет множество. Она поняла, что раньше ей просто не хотелось думать об этом.

Тем временем Тара, считавшая образ связной из сознания Криса, разыскала ее в информационной сети и открыла файл на экране. Женщина оказалась стройной белокурой красоткой с огромными глазами и чувственными губами, слегка искривленными в надменной усмешке.

А затем она процитировала Шекспира.

«Я бы на месте Криса была очарована», — подумала Вина. Что, если эта невероятная красавица будет летать с ними на одном корабле? Она сердито прикусила губу и повернулась к приборам, чувствуя угрызения совести. Первое же дело, которое муж поручил ей в качестве ее капитана, и она уже отвлеклась!

«Не забывай, милая, ты в любой момент можешь вернуться на Талос IV», — напомнила она себе. — «Наверно, старые друзья будут рады подарить тебе новую куклу с его лицом… Хочешь?»

Она дважды зажмурила и открыла глаза, прогоняя подступающие слезы, и еще внимательнее вгляделась в изображения кораблей, медленно дрейфующих по орбите над космопортом. Ей вдруг очень захотелось обнаружить признаки подозрительной активности. Но что это может быть за активность? Ни один из кораблей не выглядел подозрительнее других… Все они мирно светились как рождественские ёлочки, подсвеченные цепочками габаритных огней…

И тут Вина поняла, что одну из этих «ёлочек» только что заслонила тень!

— Павел! — вскрикнула она, и тут же поправилась: — Командор! Вижу корабль в режиме светомаскировки!

— На экран! Добавьте инфракрасный фильтр, — скомандовал Чехов и добавил, бросив одобрительный взгляд через плечо. — Отлично, специалист Дельмонд!

Вину словно ударило током. «Специалист Дельмонд»... ее словно отбросило назад во времени — обратно на мостик «Колумбии» за секунды до крушения. Она прижала ладонь к щеке, опасаясь заплакать.

«Здесь и сейчас», — напомнила она себе. — “Ты нужна здесь и сейчас».

И вдруг подумала, что всю жизнь разговаривала сама с собой, как с посторонним человеком.

«Зачем ты все время делаешь вид, что тебя две? Умная и глупая. Взрослая и ребенок. Настоящая и ненастоящая...»

«Я всего одна. И я нужна им здесь и сейчас».

---

 

Iota Serpentis IX

«Как раз собирался бегать по утрам», — с иронией подумал Пайк, сбив дыхание на первых ста метрах, — «считается ли глубокая ночь за очень раннее утро?». Седьмая бросила на него тревожный взгляд, но он уже чувствовал, как легкие расправились и заработали в ускоренном темпе. Благодаря любезности Кью вместе с подвижностью к нему вернулись моторная память и тонус мышц.

— Я поднимусь первым и оглушу пилота, вы прикроете подступы, — предложил он на бегу.

— При всем уважении, лучше наоборот, — сказала она. — У меня было больше практики в последнее время.

— Действуйте.

Они оказались рядом с местом посадки, скрываясь за углом здания. Челнок завершил приземление, удачно развернувшись к ним кормой. Вторая удача — пилот сразу откинул трап. Пайк догадывался, что на этом удача закончится: пилот исходил из того, что группа высадки уже на обратном пути, и скорее всего, так и было. Ему слышался неясный шум, который приближался с каждой секундой. Седьмая накрыла капюшоном свои белокурые локоны, как будто светившиеся в темноте, и беззвучной тенью скользнула вверх по трапу, поднимая фазер. Пайк проверил, что его собственное оружие стоит на оглушающем режиме и переместился ближе к челноку, держа в поле зрения весь сектор пространства со стороны трапа. Коротко прогудел фазер, кабина озарилась изнутри вспышкой, а затем послышался негромкий отчетливый голос Седьмой:

— Порядок.

И в этот момент удача действительно закончилась. Со стороны, откуда слышался шум, долетел крик и звуки борьбы.

— Оставайтесь в челноке! — приказал Пайк, бросаясь туда.

Пробежав по переулку и завернув за угол, он увидел на открытом месте несколько гуманоидных фигур в тусклом свете уличных фонарей. Трое избивали одного, еще один стоял, поигрывая оружием, похожим на дизраптор, но не вмешивался, и один валялся на тротуаре. Тот, кого били, был одет в униформу местной милиции, остальные, включая лежащего, — в нелепые, и в то же время брутальные кожаные комбинезоны и тяжелые сапоги.

«Если они похитили кого-то, то кого?» — успел подумать Пайк. Бандиты должны были спешить к челноку, но сейчас тратили время на избиение милиционера, который, вероятно, пытался их задержать и вывел одного из строя. Думать было некогда, любой удар мог стать для человека последним. Одного или даже двоих можно было подстрелить с дистанции, но тогда, скорее всего, остальные немедленно убьют этого парня...

— Прекратите! — командирский голос Пайка отразился эхом от стен. Капитан твердым шагом вышел на свет. Он нарочно не стал поправлять плащ, распахнувшийся во время бега. Пронзительно яркий мундир оказался на виду, блики от фонарей заиграли на золотой инсигнии Звездного Флота. Бандиты замерли, пытаясь сообразить, что за угрозу он представляет. Два дизраптора нацелились прямо на него. Он мысленно прикинул, успеет ли отпрыгнуть в сторону, если они выстрелят. Скорее всего, нет. Но они не стреляли. Более того, один из бандитов косился на второго, который что-то неразборчиво шипел.

— Отпустите пленника и сдайтесь, — спокойно предложил Пайк, стараясь держаться так уверенно, словно за ним и в самом деле была вся мощь Звездного Флота.

В ответ послышался смех и взрыв ругани, но предводитель, — вернее, предводительница, принадлежавшая к расе, неизвестной Пайку, — осадила всех коротким рыком.

— Что здесь делает Федерация? — резко спросила она и перевела прицел на голову милиционера, которого перестали бить, но крепко держали за руки.

— Служит маяком надежды, как всегда, — ответил Пайк вложив в свои слова минимум агрессии и максимум дружелюбия. — Ваш челнок у нас под контролем. Прошу вас, проявите добрую волю, отпустите пленника. Я обещаю, что сотрудничество зачтется вам.

— Джун, почему ты его слушаешь? — взревел один из бандитов и поднял тяжелый кулак над головой избитого парня. Но предводительница внезапно развернулась и нанесла смутьяну удар в челюсть, холодно сказав:

— Заткнись.

И снова повернулась к Пайку:

— Так почему я должна вас слушать?

— Вы загнали себя в ловушку, — сказал Пайк. — Вы заглушили связь и теперь не можете вызвать помощь.

— Ты тоже не можешь ни с кем связаться, — сказала она.

— Верно, — согласился он. — Но я предоставил карт-бланш старшему офицеру. И у меня не хватает воображения представить, как он им воспользуется, — добавил он с неподдельной тревогой в голосе.

Пайк действительно не мог предсказать, что сделает Чехов. Он мог только подозревать, что «талантливый мичман» с годами не растерял талантов, и приказал себе не отвлекаться на мысли о безопасности семьи.

— Я снова прошу вас проявить милосердие, — сказал он, сконцентрировав все внимание на предводительнице. — Не знаю, есть ли в этом мире что-то, что дорого вам…

— Он блефует! — вышел из себя еще один из бандитов. — Джун, убей его!

— Не смей мне приказывать! — огрызнулась предводительница. — Слушай, фед! Верни челнок, тогда мы отпустим этого слизняка… и тебя не тронем.

На несколько секунд воцарилась тишина. Пайк обдумывал ответ, когда послышался сигнал вызова. Предводительница тут же схватила коммуникатор и крикнула в него:

— Поднимайте нас немедленно!

---

 

Iota Serpentis IX

— Босс! — раздался в ответ голос, в котором звучал страх и растерянность. — Не можем задействовать транспортатор. На нижней палубе пожар, в реакторе течь, теряем мощность…

— Кто атакует?

— Мы никого не видим!

— Это твои? — обратилась Син Джун непосредственно к Пайку. Тот пожал плечами и дотронулся до инсигнии:

— Номер Один, это капитан. Это вы атаковали пиратское судно?

— Так точно, сэр, — флегматично отозвался Чехов. — Их фазеры уничтожены, вероятно поврежден реактор. С нашей стороны потерь нет.

— Отличная работа, Номер Один! Конец связи.

Теперь достаточно ударить ладонью по инсигнии два раза вместо одного, и Чехов активирует обратную транспортацию. Но милиционер и неизвестная жертва похищения останутся в руках разъяренной банды, которой только что отрезали последний путь к отступлению. Син Джун снова навела на него дизраптор:

— Наш челнок, сюда, живо!

В следующее мгновение в глаза бандитам ударил мощный луч прожектора, заставив кого-то из них машинально отвернуться, а кого-то вскинуть ладони к лицу. Милиционер воспользовался моментом, чтобы вывернуться из их рук. Слепящий свет помешал Пайку разглядеть все детали, но вроде бы парень сорвал с плеча Син Джун большую сумку и выпрыгнул из освещенной зоны. Один из бандитов кинулся следом, и Пайк немедленно оглушил его выстрелом из фазера.

— Сопротивление бесполезно, — послышался холодный голос Седьмой из Девяти, усиленный внешними динамиками. Каким-то чудом ей удалось незаметно поднять челнок и провести его над самой крышей соседнего здания, так что теперь вся группа была у нее как на ладони в луче прожектора. — Попробуете бежать или драться, и я вас уничтожу.

В подтверждение ее слов фазерный луч взорвал кусок тротуара, не позволив Син Джун сделать шаг в сторону.

Пайк в свою очередь бросился наугад в темноту, где скрылся милиционер, и успел как раз вовремя, чтобы подхватить его, обессилевшего, и увлечь за собой под прикрытие угла здания.

— Осторожнее с сумкой, — прохрипел тот, обхватив ее обеими руками, как будто это была самая ценная вещь на свете.

Пайк вдруг догадался, почему он не видел похищенного среди бандитов.

— Ребенок? — спросил он. Милиционер кивнул, роняя отяжелевшую голову на грудь. Невдалеке уже слышались звуки сирен.

-Говорите со мной, — попросил Пайк, усаживая его на землю спиной к стене. — Говорите что угодно. Вам нельзя терять сознание.

Он расстегнул сумку с краю и убедился, что в ней лежит капсула жизнеобеспечения эмбриона. Индикаторы успокаивающе горели зеленым.

-Говорите со мной, — повторил он, стащив с себя плащ и укутав им парня, которого била дрожь от слабости.

-Спасибо, — произнес милиционер, недоверчиво глядя на его униформу. — Откуда вы здесь, Федерация? Сообщение почти прервано…

— Как это случилось? Почему?

-Мы сами отделились… Говорили, без Федерации будем жить богаче, — парень криво усмехнулся разбитым ртом. — Не смотрите на меня так… я за это не голосовал, я был еще подростком. Теперь один процент населения имеет все, и девяносто девять в полном дерьме...

Он откашлялся и выдавил из себя еще несколько слов:

-Теперь многие хотят обратно. Только те, у кого власть, этого не допустят.

— Хотите, мы заберем вас отсюда? — спросил Пайк.

-Всех вы не заберете, — с тоской ответил милиционер.

Из темноты вынырнула Седьмая из Девяти, стремительная и грациозная, на ходу разворачивая портативную аптечку. Пайк невольно восхитился ее легкой, танцующей походкой, и даже избитый милиционер, почти теряющий сознание, при виде нее как будто приободрился.

— Капитан, банда обезврежена, — сказала она, опускаясь рядом на землю и принимаясь осматривать пострадавшего. — Патрульный катер сообщил, что задержал их корабль на орбите. Сейчас прибудет врач, пока что я сделаю укол стимулятора.

— Вы спасли нас всех, — сказал Пайк. — Я вам очень признателен.

Он увидел, что Седьмая нахмурилась:

— Я виновата перед вами, — резко сказала она, не глядя на него. — Я назначила встречу здесь, потому что знала, что банда планирует нападение. Но моя информация была неточна. Я не знала, кто их цель, и я ждала их только завтра!

— Я догадывался, что это не случайное совпадение, — просто ответил Пайк. — Вам просто не хватило времени, чтобы начать мне доверять. Дальше будет по-другому.

Он снова обратился к милиционеру:

— Можно ли провести референдум за присоединение к Федерации, если мы обеспечим присутствие независимых наблюдателей на голосовании?

— Есть шанс, что это сработает, — сказал тот, взглянув на Пайка с надеждой. — Я поговорю с нашими людьми. Возьмите мой жетон…

— Жетон? — не понял Пайк, но Седьмая поняла — отстегнула от куртки милиционера металлическую бляшку с выбитыми на ней символами.

-Мы найдем вас в сети по этому идентификатору и свяжемся с вами, — пообещала она. — Не ждите, что это будет скоро, но мы сделаем все возможное.

Переулок осветился огнями фар и проблесками сигнального маячка — с улицы поворачивала машина «скорой помощи». Пайк крепко пожал на прощание руку милиционера, поднялся и отошел на пару шагов. Седьмая следовала за ним.

— Номер Один, — сказал он, включив коммуникатор. — Капитан Пайк на связи. Поднимайте двоих.

---

 

VK Audacity NBT-01917

— Капитан на мостике!

Первым делом Пайк настороженно огляделся, но не заметил никаких признаков того, что челнок участвовал в космическом бою. Его маленькая команда поднялась со своих кресел, приветствуя его по всей форме. Взгляд Вины был полон любви и тревоги, она наверняка хотела бы обнять его и убедиться, что он цел и невредим, но не двигалась с места, соблюдая субординацию. Он ответил признательным взглядом, заложил руки за спину и сказал:

— Отлично, команда! Разрешите представить вам нашего нового союзника...

Он повернулся к Седьмой, которая с любопытством оглядывалась по сторонам, и увидел, что после его слов она вдруг поникла, и ее улыбка сделалась скептической.

«Женщины…» — подумал он, напряженно соображая, что могло пойти не так.

— В прежние времена, — сказал он ей, пряча за улыбкой свою растерянность, — когда под моим командованием был лучший крейсер Звездного Флота… Я бы попросил команду надеть парадную форму и построиться на палубе, и зачитал бы перед всеми приказ о вашем назначении на корабль...

Седьмая немного расправила плечи. Видимо, он действительно сделал ошибку, назвав ее всего лишь «союзником».

Пайк увидел краем глаза, что Вина переглянулась с Чеховым, тот кивнул, и они встали рядом бок о бок. Дети, подталкивая друг друга, тоже заняли место в импровизированном строю.

— Я чувствую себя неловко из-за того, что не могу провести для вас полную церемонию. У нас пока все скромно, по-семейному, — сказал Пайк извиняющимся тоном и прошел в начало строя.

— Команда, прошу всех встать «смирно». Равнение на Седьмую из Девяти.

Теперь он видел, что Седьмая снова вскинула голову, и ее глаза заблестели, хотя выражение ее лица оставалось странным. Но кто знает, что там у киборгов с выражениями чувств.

— Добро пожаловать в экипаж!

Седьмая отчего-то задрожала, и только поспешно кивнула в ответ, словно ее переполняли эмоции.

— Вольно.

Дети продолжали стоять, с любопытством глядя на новенькую. Вина подошла к ней и тихо о чем-то спросила. Было слышно только ответное «я в порядке, спасибо», сказанное слегка дрожащим голосом. Пайк понадеялся на чуткость Вины, а сам обратился к Чехову:

— Павел Андреевич... Как, чёрт возьми, вам удалось нанести такой удар по их судну и остаться незамеченным?

Чехов расцвел улыбкой:

— Занял верхний эшелон, — скромно сказал он, показывая схему на экране. — Рассчитал траекторию свободного падения, выбрал удачный момент и отправил им от нас геологический бомбозонд.

Пайк прикинул мощность взрыва геологической бомбы и удивился:

— В лучшем случае взрыв проделал бы дыру в наружном корпусе.

— Удачный момент, — повторил Чехов, ухмыльнувшись. — Смотрите, они нацелили фазеры на патрульный катер и перед выстрелом зарядили батарею на максимум. Взрыв зонда пробил внешнюю защиту, а поток рентгеновского излучения вызвал перегрузку энергоблоков. Пошла цепная реакция, фазерная батарея взорвалась, повредила внутренний корпус, систему энерговодов и реакторную группу.

— Да вы опасный человек, Павел Андреевич! Не хотел бы я оказаться среди ваших врагов, — сказал Пайк с искренним восхищением. Как он и надеялся, его слова пришлись Чехову по душе.

— В свободное время, — с ноткой самодовольства в голосе сказал Чехов, — напомните мне рассказать вам анекдот про мирно пашущий советский трактор…

---

 

VK Audacity NBT-01917

Вблизи блондинка-рейнджер оказалась еще красивее, чем на фотографиях из сети. В первый момент выражение ее лица показалось Вине неприятно высокомерным. Но когда Крис сказал, что теперь она часть экипажа, в глазах Седьмой блеснули слезы, и Вина вдруг почувствовала, что под маской Снежной Королевы скрывается очень усталый и одинокий человек. Поэтому после команды «вольно» она подошла к женщине и тихо спросила:

— С вами все хорошо? Вам нужна помощь?

— Я в порядке, спасибо, — хриплым голосом ответила Седьмая и отвернулась, как угрюмый подросток, ожидающий, что его будут ругать.

— Если вам нужно побыть одной, — мягко сказала Вина, — здесь за переборкой комната отдыха, где вас никто не побеспокоит. А если захотите поговорить, я буду рада вас выслушать.

— Я хочу поговорить, — сдавленным голосом ответила Седьмая, и Вина ласково потянула ее за собой:

— Идемте.

Стандартный восьмиместный челнок был невелик, но Чехов преобразил его, втиснув между четвертым рядом кресел и откидным трапом бытовой отсек — душевую кабину, две откидных кровати и столик. Предложив Седьмой сесть, Вина задвинула перегородку, включила пищевой репликатор и синтезировала пару чашек чая.

— Я ведь вам не нравлюсь, — прилетело ей в спину.

«Ну точно подросток», — подумала Вина, расставляя на столике чашки.

— Пока не знаю, — сказала она, садясь рядом с Седьмой. — Я давно не общалась с незнакомыми людьми, и мне надо учиться этому заново. Сперва вы показались мне отчужденной, но сейчас я думаю, что вы так от чего-то защищаетесь.

Седьмая опустила голову:

— Вы правы. Я… потеряла всех, с кем была связана, — она вытерла слезы, собралась с силами и закончила фразу: — И так было трижды.

— О, дорогая…

— Я как будто приношу несчастье. А здесь дети…

— Можно вас обнять? — спросила Вина, и увидев едва заметный кивок, обняла Седьмую за плечи. — Как же я вам сочувствую… Вам должно быть больно привязываться к кому-то снова? Но жить без друзей тоже тяжело.

— Я не собираюсь вмешиваться в ваши отношения с капитаном Пайком, — неожиданно сказала Седьмая.

— Вы проницательны, — с удивлением ответила Вина. — Я очень дорожу нашими с Крисом отношениями. Не буду врать, меня тревожит чувство соперничества, тем более рядом с такой великолепной женщиной, как вы.

— Люди обычно не так откровенны, как вы…

— Я много лет прожила среди телепатов, — пожала плечами Вина. — От них невозможно было что-то скрывать, вот я и разучилась.

— Это мне знакомо, — Седьмая впервые в течение разговора улыбнулась, совершенно не высокомерной улыбкой. — Я должна кое-что показать вам. Всем.

---

 

VK Audacity NBT-01917

Женщины вернулись в кабину раньше, чем Пайк начал беспокоиться.

— Капитан, — обратилась к нему Седьмая. — Вы спрашивали, что такое Борг. Я покажу, с вашего разрешения.

Выглядело так, будто решение далось ей непросто.

— Действуйте, — осторожно ответил Пайк.

Седьмая поместила карту памяти в слот на контрольной панели и оглянулась:

— Шокирующее зрелище, — предупредила она.

На экране появилось изображение нескольких гуманоидных фигур, как сперва показалось — в скафандрах, обвешанных инструментами и оружием. Но первое впечатление оказалось неверным. Механические детали, соединенные с помощью проводов и гофрированных шлангов, были продолжением тел. Все гуманоиды были бледны как покойники, у каждого на месте одного глаза красовался встроенный окуляр. Вина ойкнула, Чехов тихо выругался по-русски. Пайк промолчал, подумав, что после роковой аварии он выглядел и похуже.

— Это вы? — с любопытством спросил Филипп, подойдя поближе и указывая на одну из фигур, — такую же мертвенно-бледную, как другие, с окуляром вместо левого глаза.

Седьмая кивнула.

— Борг — это машинная цивилизация, которая поглощает другие цивилизации, — сказала она. — Разумные существа киборгизируются, лишаются индивидуальной воли и объединяются в единое коллективное сознание. Считается, что у народов Федерации нет более страшного врага во всей вселенной.

— Вам было больно? — сочувственно спросила Вина.

— Нет, — ответила Седьмая. — Многое, что важно для людей, для Борг несущественно. Борг не чувствуют боли и страха.

После паузы она договорила:

— Мне было больно снова становиться человеком.

— Вы не хотели?

— Я сопротивлялась, — кивнула она. — Человеческое существование во многом состоит из страданий. Они обещали, что счастья в человеческой жизни больше, чем боли… — ее голос дрогнул, и она замолчала.

Филипп и Тара тем временем разглядывали фигуру на экране, сравнивая ее с живой Седьмой из Девяти.

— Вы теперь гораздо красивее! — сказала Тара с восхищением.

— Мне повезло с врачом, который удалял импланты, — просто сказала Седьмая. — У Доктора был талант и хороший вкус. Но я помню, какой была до того, как он сделал из меня человека.

«Ну точно подросток», — снова подумала Вина. — «Отчаянно хочет найти себя среди людей, и в то же время отгораживается. Фил как раз входит в эту фазу...»

— Я тоже вам кое-что покажу, — сказала она, выводя на экран свой альбом.

Одним из нюансов иллюзорной жизни на Талосе IV была полная невозможность сохранить иллюзии на фотографиях или видеозаписях. Вина делала время от времени снимки, которые беспощадно отображали ее настоящее искалеченное тело, шрамы на лице и поредевшие седые волосы.

— Вот такой я была еще позавчера, — сказала она.

— А вот таким — я, — Пайк указал на фотографию изуродованного себя в инвалидном кресле и обнял Вину, которая прижалась щекой к его плечу.

Чехов задумчиво потер лоб и, порывшись в своих записях, добавил в общий ряд изображение загадочного предмета, похожего на призму, грубо выпиленную из пористого белого материала.

— Тоже бывали хреновые дни, — пояснил он.

Пайк почувствовал, что его разбирает смех. У него вызывала симпатию амбиция Чехова никому ни в чем не уступать, даже если это казалось абсурдом.Сперва он подумал, что его реакция обидит старшего офицера, но заметил, что Чехову и самому смешно, и не стал сдерживаться. Через мгновение смеялись уже все, включая смущенную Седьмую из Девяти.

— Это космос! — сказал Чехов, когда смех утих. — Космос катается по нам танком, давит, калечит, расчеловечивает... Но капитан, разве вы променяли бы эту жизнь на простое биологическое существование?

— Вы правы, командор! Не променял бы. Мы испытали такое, с чем не сравнятся никакие кошмары. Но мы все еще живы и снова можем действовать. Космос сделал нам подарок… а может быть, выдал аванс.

— А может быть, вернул долг.

---

 

VK Audacity NBT-01917

Голос, сказавший это, не принадлежал никому из присутствующих. Пайк узнал его и радостно оглянулся, но прежде чем он успел ответить, Седьмая сделала шаг навстречу его обладателю, словно пытаясь заслонить остальных от опасности, и спросила с тяжелым подозрением в голосе:

— Кью? Что вам здесь нужно?

— Мне казалось, в прошлый раз мы расстались на менее драматической ноте, — улыбнулся пришелец.

— Я кое-что узнала с тех пор, — ответила она. — Вы стояли за вторжением Борг в этот сектор пространства.

— Строго говоря, перед.

— Что?

— Я стоял перед вторжением Борг, — Кью не то забавлялся, не то злился.

Пайк сдержанно кашлянул, привлекая общее внимание:

— Кью, приветствую вас от имени экипажа «Аудасити».

— Мое почтение, капитан.

— Седьмая из Девяти, — мягко обратился Пайк к женщине, в раздражении кусаюшей губы. — Если у вас конфликт с Кью, я готов выступить посредником, но не раньше, чем мы разберемся с целью его визита. Когда мы впервые встретились с Кью, Вина умирала, а я был беспомощным инвалидом. Это он спас нас обоих. Павел Андреевич тоже обязан ему жизнью.

— Простите, — растерянно сказала Седьмая. И добавила, обратившись непосредственно к пришельцу: — Значит, это сделали вы, Кью. Спасибо.

— Вот за что я люблю бывших Борг, — язвительно сказал Кью, так что Седьмая снова напряглась, — За то, что умеют переступать через личные амбиции ради коллектива. Редкое свойство! Некоторые учатся этому, только разбив себе лоб, а некоторые не учатся никогда.

— Например, вы? — так же язвительно спросила она.

— Например, — эхом отозвался Кью и перевел взгляд на капитана. — Поскольку эта леди в вашей команде, у вас есть шанс больше узнать о Коллективе Борг. В определенных аспектах это идеальная организация жизни.

— За исключением того, что это не жизнь, — сказала Седьмая, бросив взгляд на экран с изображением искалеченных фигур.

— И все-таки она обладает притягательностью? — настойчиво спросил Кью, и Седьмая опустила ресницы, словно стыдясь чего-то.

— Думаю, если вы падаете в яму, то можно в определенном смысле назвать дно ямы «притягательным», — подал голос Пайк. — Эта система обладает высоким уровнем гомеостаза, верно?

Кью кивнул, но его внимание было приковано к Седьмой из Девяти.

— Вы правы, — неохотно сказала она. — Это выгодная система существования, дающая большие возможности. Но она подавляет индивидуальную волю. Индивидуумы в составе этой системы… они…

Она не могла подобрать нужное слово.

— Несчастны? — спросила Вина, которую до глубины души тронуло происходящее.

— Несчастны, — повторила Седьмая. — Да. Все, кого Борг поглощает и делает частью себя, испытывают страдания, но не осознают этого и не пытаются покинуть систему. И я не понимаю, зачем вы призвали этот кошмар в Федерацию! — сказала она, обращаясь к Кью. — Зачем?

Кью молчал. На лице у него была гримаса боли. Вине стало жаль его так же, как Седьмую, и сочувствие внезапно подсказало ей ответ:

— Вы надеялись, что люди Федерации спасут их всех?