По дюнам — вслепую (гет)

Свадебная ночь опустилась на покои тяжёлым, душным покрывалом.

Принц Крей стоял посреди просторной спальни, медленно снимая тяжёлые свадебные одежды. Ему было двадцать лет. Высокий, худощавый, с прямой осанкой и резкими юношескими скулами — он выглядел именно так, как и должен выглядеть молодой мужчина, ещё не успевший обрасти воинской плотью. Чёрная шёлковая повязка уже лежала в его руках. Он тщательно завязал её на глазах, плотно закрыв глазницы.

Марианна лежала на своей стороне широкой кровати, отвернувшись лицом к стене. Её длинные белоснежные волосы рассыпались по подушке, словно лунный свет на тёмном бархате. Она не шевелилась. Даже когда Крей раздевался, она лишь слегка приподняла голову, услышав шорох ткани.

— Что за глупость… — прошептала она почти беззвучно, так тихо, что слова едва покинули её губы. — Слепец в своей же спальне…

В её голосе слышалось искреннее недоумение. Она считала, что он нарочно надевает повязку, хотя на самой церемонии они даже близко не стояли друг к другу. Ей казалось это странным и ненужным.

Марианна чуть повернула голову. Её золотые глаза на миг остановились на его профиле: высокая фигура, прямая спина, чёрная ткань на глазах. Она привыкла, что мужчины вокруг всегда жадны до власти, до внимания, до контроля. А этот принц… просто завязал себе глаза. Как будто даже смотреть на неё не желал.

«Зачем он это делает?» — вертелось у неё в голове. Но гордость не позволила задать вопрос вслух.

Крей закончил завязывать узел, повернулся и спокойно лёг на широкий диван у противоположной стены, вместо того чтобы приблизиться к кровати.

— Спокойной ночи, Марианна — произнёс он тихо, но отчётливо.

В комнате повисла долгая тишина. Марианна лежала неподвижно, слушая, как он устраивается на диване. Ни единого движения в её сторону. Ни одной попытки прикоснуться. Ни одного лишнего слова.

Она медленно натянула одеяло выше подбородка и после долгой паузы ответила едва слышным шёпотом:

— …Спокойной ночи.

--

Утро пришло мягким золотистым светом, который пробивался сквозь плотные шторы.

Крей проснулся первым. Он встал, надел простую светлую рубашку и подошёл к небольшой печи в углу покоев. Его движения были точными и уверенными. Он знал расположение каждой вещи в этой комнате до мелочей. Вскоре по спальне начал распространяться густой аромат свежемолотого кофе.

Марианна проснулась от этого запаха. Она медленно села в постели, растрёпанные белые волосы упали на плечи. Её золотые глаза сразу нашли высокую худощавую фигуру у печи. Принц стоял спиной к ней — с чёрной повязкой на глазах — и спокойно занимался делом: насыпал зёрна, молол их, наливал воду.

Она наблюдала за ним молча, не произнося ни слова.

Крей закончил готовить, взял две чашки и повернулся в её сторону. Он подошёл ближе и протянул одну из них.

— Будешь кофе? — спросил он спокойно, без нажима.

Марианна несколько секунд смотрела на протянутую чашку, потом медленно вытянула руки и приняла её обеими ладонями. Тёплый фарфор приятно обжёг пальцы.

— Спасибо… — произнесла она тихо, почти шёпотом. — Не думала, что ты сам будешь это делать.

Крей слегка кивнул, оставаясь стоять.

Он вернулся к печи, налил кофе себе и сел за небольшой столик у окна. Марианна тоже подошла и села напротив. Несколько минут они пили кофе в полной тишине. Только лёгкий звон ложек нарушал молчание.

Наконец Крей поставил пустую чашку и поднялся. Он начал собираться, потянулся за своей тёмно-синей кофтой, но рука встретила пустоту. Кофты не было ни на вешалке, ни на стуле.

Принц остановился. Спокойно провёл рукой по воздуху, затем опустился к дивану и начал методично ощупывать поверхность ткани. Потом перешёл к столу, провёл ладонью по краю, наклонился ниже, ощупал кресло. Наконец его пальцы нашли кофту — она лежала сброшенной за спинкой тяжёлого деревянного кресла.

Он молча поднял её и надел поверх рубашки, аккуратно расправив складки.

Марианна сидела за столом, медленно допивая кофе, и наблюдала за каждым его движением. Она не произнесла ни слова помощи, ни насмешки. Только смотрела. В её золотых глазах постепенно появлялось замешательство.

Крей поправил кофту, провёл рукой по волосам и повернулся в сторону стола.

— У нас сегодня собрание, — сказал он ровным голосом. — Ты пойдёшь?

Марианна слегка напряглась. Упоминание отца всегда вызывало у неё внутреннюю дрожь. Она поставила чашку на стол и медленно поднялась, поправляя халат.

— Да… — ответила она коротко, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Пойду. Мне нужно только переодеться в подобающее платье.

Она быстро сменила ночную рубашку на тёмно-изумрудное платье — традиционный цвет Вобоша. Крей ждал её у двери, стоя неподвижно и спокойно. Когда она подошла, он слегка наклонил голову.

— Тогда идём. Не стоит заставлять их ждать.

Они вышли из покоев и направились по длинным коридорам дворца. Марианна шла чуть впереди, Крей следовал за ней, ориентируясь по звуку её шагов и лёгкому шороху платья. За всю дорогу они не сказали друг другу ни слова.

--

В большом зале совета уже собрались все.

Король Ганос восседал во главе длинного стола из тёмного дерева. Рядом с ним сидела королева, несколько советников Сульфата и Вобоша, а также высшие сановники. Когда Крей и Марианна вошли, в зале мгновенно наступила тишина. Все взгляды приковались к высокой худощавой фигуре принца и чёрной повязке на его глазах.

Крей прошёл к своему месту и спокойно сел, выпрямив спину. Марианна села рядом, но на небольшом расстоянии от него.

Король Ганос поднялся. Его голос прозвучал холодно и властно, заполняя всё пространство зала:

— Сегодня мы собрались здесь, чтобы обсудить будущее нашего союза. Торговые пути между Сульфатом и Вобошем, безопасность границ, распределение доходов от караванов… и, разумеется, самое важное — продолжение династии.

Он сделал паузу, обводя тяжёлым взглядом всех присутствующих. Его глаза остановились сначала на дочери, потом надолго задержались на Крее.

— Вам обоим надлежит как можно скорее исполнить свой долг перед двумя королевствами. Наследник должен появиться в ближайшее время. Это не пожелание. Это необходимость.

В зале повисла напряжённая тишина.

Крей сидел совершенно неподвижно, слегка наклонив голову вперёд, словно старался уловить каждое слово не зрением, а слухом. Затем он спокойно и твёрдо произнёс:

— Король Ганос, я думаю, что об этом пока рано говорить. Замужество вышло для нас обоих довольно нелёгким. Мы едва знаем друг друга.

Все присутствующие резко повернули головы в его сторону. Король прищурился. Его голос стал ниже, холоднее и значительно опаснее:

— Что именно вы имеете в виду под словом «рано», принц Крей? Объяснитесь.

Крей не изменил позы. Его голос оставался ровным, рассудительным и спокойным:

— Я имею в виду, что зачать и выносить ребёнка объективно сложнее, когда пара ещё не прижилась друг к другу. Высокий риск выкидыша, осложнений и дальнейших проблем со здоровьем матери. Мы с Марианной связаны только политическим договором. Было бы разумнее дать нам время, чтобы хотя бы немного привыкнуть друг к другу как мужу и жене.

Король Ганос медленно откинулся на спинку своего кресла. Его пальцы сжались в кулак на полированной поверхности стола.

— Время? — повторил он с холодной, неприятной усмешкой. — У нас нет лишнего времени, принц. Союз должен быть закреплён кровью как можно скорее. Или вы собираетесь и дальше прятаться за своей чёрной повязкой, играть в лекаря и уклоняться от ответственности? Вы — наследный принц Сульфата. Ваш статус не освобождает вас от долга перед королевством и перед моей дочерью.

Марианна сидела рядом, сжимая край своего платья под столом так сильно, что ткань собралась в складки. Она молчала, но её золотые глаза были прикованы к Крею. В них уже не было прежнего холодного презрения — только растерянность и какое-то новое, пока непонятное ей самой чувство.

Крей же оставался абсолютно спокойным. Он слегка наклонил голову и ответил всё тем же ровным тоном:

— Мой статус здесь ни при чём, ваше величество. Я говорю лишь о здравом смысле и заботе о здоровье. Или вы готовы рисковать благополучием своей дочери только ради того, чтобы быстрее поставить галочку в политическом договоре?

В зале снова наступила тяжёлая, почти осязаемая тишина.

Король Ганос смотрел на слепого принца долгим, тяжёлым взглядом. Напряжение в воздухе можно было резать ножом.

Король Ганос задумался.

Его пальцы перестали выбивать нервную дробь по подлокотнику трона. Дыхание выровнялось, а взгляд, до этого холодный и оценивающий, теперь стал задумчивым. Он явно не ожидал от слепого принца такой спокойной и взвешенной речи. В зале, где политику привыкли решать только расчётом и принуждением, слова Крея прозвучали почти святотатственно.

Королева, сидевшая рядом, осторожно коснулась локтя мужа и едва слышно прошептала:

— Он прав… Дай им время.

Король услышал. Один из старших советников, седой мужчина в тёмно-синих одеждах, сделал шаг вперёд и почтительно склонил голову.

— Ваше Величество, — произнёс он осторожно, — возможно, действительно стоит дать молодым хотя бы немного времени? Для знакомства. Так поступают многие монархи в подобных союзах.

Тишина в зале стала почти осязаемой. Все присутствующие замерли, ожидая решения короля.

Ганос сидел, склонив голову. Его лицо стало мрачным — не от гнева, а от тяжёлой внутренней борьбы. Он долго смотрел на Крея — высокого, худощавого юношу в чёрной повязке, который говорил как учёный, а не как напуганный мальчик. Потом перевёл тяжёлый взгляд на дочь.

Марианна сидела прямо, с идеально ровной спиной. На её лице не было ни одной эмоции, но руки под столом были сжаты так сильно, что костяшки пальцев побелели. Она боялась. Боялась решения отца, боялась нового давления, боялась того, что её тело снова станет просто инструментом политики.

Долгая, мучительная пауза повисла над залом.

Наконец король медленно выдохнул и произнёс низким голосом:

— Хорошо…

Все в зале вздрогнули.

— Пусть проживут один месяц без обязанности обеспечить наследника. Месяц… для знакомства. После этого мы вернёмся к этому разговору.

По залу пробежал тихий вздох облегчения. Марианна едва заметно расслабила пальцы.

Крей слегка наклонил голову и спокойно сказал:

— Благодарю вас, ваше величество. Я готов обсуждать с вами любые вопросы — от медицины до политики — хоть каждый день, если пожелаете.

Король слегка приподнял бровь. Он явно не ожидал такой инициативы. Большинство принцев при дворе предпочитали молчать или избегать прямых разговоров с ним. А этот слепой юноша предлагал ежедневные беседы без страха.

Советники переглянулись — на этот раз в их взглядах мелькнуло уважение.

Король медленно кивнул.

— Интересно… — тихо произнёс он, скорее для себя. Потом добавил громче: — Если вы действительно так хорошо разбираетесь в медицине и людях, то, возможно, мы поговорим завтра утром о здоровье населения в западных оазисах?

Один из министров одобрительно закивал головой. Это была редкая возможность получить совет от человека, который действительно изучал целительство.

--

Когда собрание закончилось, Крей вышел из тронного зала в широкие каменные коридоры, а затем через высокую арку — во внутренний двор.

Утро было солнечным и свежим. Золотистый свет заливал аккуратные газоны, фонтаны и террасы, усыпанные яркими цветами. Воздух после ночи казался прохладным и чистым.

Крей шёл уверенно по знакомым дорожкам, направляясь к деревянной скамейке у большого фонтана, где тихо шумела вода. Чёрная повязка по-прежнему закрывала его глаза.

За спиной раздались лёгкие, осторожные шаги.

Марианна вышла следом. Она остановилась в нескольких шагах от скамейки, не садясь. Просто стояла и молча смотрела на высокого худощавого принца, который спокойно сидел под открытым небом.

--

Крей поднялся и направился к тренировочному плацу. Там его уже ждал капитан Дарин — крепкий мужчина средних лет в кожаной боевой форме. Увидев принца, капитан выпрямился и молча протянул ему простой тренировочный меч.

Крей взял оружие без колебаний. Его длинные пальцы уверенно обхватили рукоять — так, будто он держал меч тысячи раз.

Капитан кивнул с уважением.

— Сегодня спарринг с лучшими воинами, если пожелаете, ваше высочество.

— Мне всегда будет хватить твоей компании, — спокойно ответил Крей, слегка сжимая рукоять меча.

Капитан слегка улыбнулся — искренне и редко. Он не ожидал такой простой и прямой фразы от принца.

— Хорошо, ваше высочество… — ответил он мягче обычного. — Тогда начнём.

Они встали напротив друг друга на песчаном плацу. Капитан вытащил свой меч из ножен. Несколько секунд они стояли неподвижно, изучая друг друга. Затем капитан сделал первый осторожный шаг вперёд — медленно, проверяя реакцию принца без зрения.

Мечи столкнулись с чистым, звонким звуком стали.

Капитан нанёс первый удар — прямой и довольно быстрый. Крей отразил его почти мгновенно, точно поймав направление по звуку и вибрации в рукояти. Его тело двигалось легко и точно. Он отступил на полшага назад, уходя от следующего выпада, и сразу ответил быстрым горизонтальным взмахом.

Капитан едва успел подставить клинок. Сталь громко лязгнула. В его глазах мелькнуло неподдельное удивление — слепой боец двигался слишком хорошо.

Они продолжали бой. Капитан атаковал снова — на этот раз серией из трёх ударов: сверху, сбоку и колющий в грудь. Крей отразил первый удар, уклонился от второго резким поворотом корпуса, а третий встретил своим клинком, отведя его в сторону. Затем он сам попытался нанести контратаку — быстрый диагональный удар сверху вниз. Капитан парировал, но был вынужден отступить на два шага.

Зрители начали собираться у края площадки. Солдаты, слуги, несколько гвардейцев — все остановились посмотреть на необычный спарринг. Шёпот пробежал по толпе: «Слепой принц… а держится достойно».

Но вдруг по всему дворцу разнеслись громкие удары колоколов — ровно полдень.

Звук был оглушительным. Он полностью заглушил всё: шаги, дыхание, свист клинка в воздухе. Крей мгновенно потерял ориентацию. Он замер, пытаясь понять, где находится капитан и где его меч.

Капитан уже занёс руку для очередного удара, но в последний момент остановился, увидев неподвижное лицо принца под чёрной повязкой.

Крей медленно опустил меч, вложил его в ножны и спокойно сказал:

— Извини… Я просто не знал, где твой меч. Колокола заглушили всё.

Капитан быстро убрал своё оружие и подошёл ближе.

— Ничего, ваше высочество, — ответил он спокойно, без раздражения. В его голосе даже промелькнуло лёгкое сочувствие.

Толпа зрителей начала тихо расходиться — полдень означал перерыв на обед. Капитан положил тяжёлую руку Крею на плечо.

— Продолжим после трапезы? Когда станет тише.

Крей слегка улыбнулся уголком губ и ответил шутливо:

— Не быть мне воином, да?

Капитан хмыкнул — впервые за долгое время он позволил себе искренний смешок перед принцем.

— Воином? — переспросил он, прищурившись. — Если бы вы видели — тогда, возможно. А так… даже величайшие мечники нуждаются в глазах на поле боя.

Он снова сжал плечо Крея, уже серьёзнее:

— Но я буду тренировать вас, когда смогу. Без колоколов рядом. Каждый должен уметь постоять за себя.

— Я знаю, — тихо ответил Крей. — Тренировки всё равно полезны. Вдруг однажды придётся защищаться.

— Абсолютно верно, — кивнул капитан. — Кто знает, что принесёт будущее.

--

Марианна стояла за одной из колонн террасы, незаметно наблюдая за всем разговором. Когда капитан произнёс слова «слепой воин», её сердце сильно ёкнуло.

Она наконец поняла.

Повязка была не причудой и не показной скромностью. Крей действительно ничего не видел. Ни солнца, ни деревьев, ни её лица. Всё это время он жил полностью в темноте.

Её золотые глаза расширились от шока. Она медленно отступила назад, стараясь двигаться бесшумно, и скрылась во внутреннем дворе.

--

Когда Крей вернулся в их общие покои, Марианна уже ждала его.

Она стояла у высокого окна, руки сложены перед собой. Лёгкий ветер шевелил занавески. В комнате было тихо.

Крей закрыл за собой дверь и направился к своему креслу. Но не успел он сделать и трёх шагов.

Марианна внезапно сделала шаг вперёд — медленно, почти осторожно. Потом резко подняла руку и схватила край его чёрной повязки.

Не спрашивая разрешения, она резко потянула ткань вверх.

Повязка упала.

Перед ней открылись глаза Крея — серые, бледные, абсолютно пустые. Ни зрачков, ни реакции на яркий дневной свет, лившийся из окна. Просто два мёртвых, неподвижных диска.

Марианна замерла. Её пальцы всё ещё сжимали край повязки. Она не могла отвести взгляд.

Такие глаза… Они были не страшными. Они были жалкими. Безжизненными. Как у сломанной куклы.

Тишина в комнате стала густой и тяжёлой.

Наконец она прошептала едва слышно:

— Вы… вообще ничего не видите?

Крей спокойно взял повязку из её рук и снова завязал её на глазах. Его движения были точными и привычными.

— Да, ничего, — ответил он спокойно. — С четырнадцати лет. Меня поразила тяжёлая болезнь глаз.

Марианна стояла очень близко. Так близко, что каждый её выдох касался его груди. Лёгкий аромат лаванды и утреннего ветра окружал её. Она не отстранилась. Наоборот — замерла на месте, словно сама удивлялась своей смелости.

Её сердце билось быстрее обычного. Она впервые увидела его слепоту так близко. И впервые по-настоящему поняла, что этот высокий худощавый принц никогда не увидит её лица.