Лили Поттер и польза бюрократии (гет)

Глава 2

Стены Аврората покинули спустя пару часов. Разговор измочалил меня в рваную тряпку. И теперь к боли в руках, онемевших под тяжестью посапывающего Гарри, прибавилась еще и головная боль. Жаль только, расслаблюсь не скоро.

— Собираете все: документы, деньги, фотографии, вещи. Все, что посчитаете ценным, — мистер Стоун повернулся ко мне, едва закрылись двери лифта.

— Думаете, все так плохо? — нажала кнопку верхнего этажа.

— Нет. Но пока не узнаем, как обстоят дела на самом деле, лучше подготовиться к худшему сценарию. Так и не вспомнили?

— Нет. Джеймс ни разу не говори о завещании. А это очень плохо?

— Скорее нет, чем да. Без завещания вы имеете право как минимум на половину. А с завещанием возможны сюрпризы. Так что я уже отправил своего помощника собрать предварительные сведения, — адвокат потер виски и едва слышно пробурчал. — Не все мне работать, пусть и он погорбатится.

Едва мы вышли в пустой гулкий атриум, к нам бросились журналисты, принятые мной по незнанию за ранних посетителей. Самый прыткий в два шага подскочил ко мне и проорал. — Миссис Поттер, пару слов для журнала «Ежедневный пророк». Что с вами случилось этой ночью? Ваш муж действительно мертв?

Ему на хвост наступал второй, с рисунком на мантии в виде метлы и рупора. — Журнал «Призрачный голос». Это правда, что вы выжили после нападения Того-кого-нельзя-называть? Какое заклинание вас спасло?

— Вы подтверждаете, что знаменитый Флимонт Поттер двоеженец? — тряс перед лицом блокнотом и розовым пером со стразами парень из бульварной газетенки «Сплетник».

Мистер Стоун выдвинулся вперед, отодвинув самых наглых в сторону. — Миссис Поттер действительно дала достойный отпор вы-понимаете-кому. Все, что нужно знать об этой встрече, она сообщила в Отделение правопорядка. До официального заявления авроров комментариев больше не будет. Журналисты взорвались еще большим количеством вопросов, но адвокат стоял намертво, и они потянулись к лифту попытать удачу в Аврорате.

Едва за ними захлопнулись двери лифта, я спросила. — Вы думаете, кто-то всерьез поверит, что я на равных боролась с…

— Нет, но симпатия толпы нам сейчас на руку.

Стоун помог мне перенести Гарри в Годрикову впадину, не разбудив. С первого взгляда стало ясно, что убралась из дома вовремя. На пустой улице коттедж выглядел как брошенный пес в ожидании хозяина. В стене второго этажа зияла дыра размером в полчеловека, а крыша над детской просела. Стекла в оконных рамах отсутствовали, блестящая крошка густо усыпала пространство под ними. Дом осматривали с разных сторон несколько авроров. Внутри через окно виднелась еще пара. На крыльце встречал стажер, заметивший наше прибытие.

— Какой ужас! Когда я аппарировала, дом был в порядке. Что тут случилось?

— Это мы и пытаемся выяснить, — стажер открыл нам калитку. По забору прошлось волной какое-то заклинание. — Прошу.

— Что это? Мы такие чары не использовали.

— Стандартное заклинание от воров и вандалов. Пока следствие не закончится, посторонние не попадут.

Я медлила, но не потому, что испугалась разрухи. — Простите, а Джеймс…

Вопрос повис в воздухе.

— Его забрали, чтобы осмотреть и определить, какие заклинания, кроме авады, применялись. Можете входить без опасения, — аврор пошире распахнул дверь, приглашая.

— Спасибо, — сегодня я не готова во второй раз встретиться с мертвым Джеймсом. — Не подскажете, мистер Блэк здесь?

— Нет. Он вместе с телом отправился в прозекторскую, — аврор посторонился, пропуская нас в дом.

Его ответ мне не понравился. Сириус казался мне крайне неоднозначным персонажем. Насколько ему доверяла Лили, настолько же не доверяла я. Прекрасно понимая, что между нами с Гарри и Поттерами-старшими он выберет тех, кто протянул ему руку помощи и приютил. Кроме того, готова поспорить с кем угодно, что он помогал Джеймсу не только скрывать вторую семью до поры до времени, но и разнообразить досуг в свободное время. А проще говоря, прикрывал измены Джеймса. На это меня натолкнули их перешептывания, перемигивания, «тонкие» намеки и … отсутствие следов.

Приходя со смены в аврорате, Джеймс пах потом, усталостью, дешевым кофе и кучей посторонних запахов: от медицинских мазей до крайне вонючих ингредиентов, используемых некоторыми пожирателями. Со «срочных и важных», которые удивительным образом всегда совпадали сменами с Сириусом, он возвращался под утро уставшим, как шахтер на горных выработках, но свежим, словно цветок в альпийских лугах. Где он так освежался, остается под вопросом, но явно не на работе.

Собирать вещи, не зная, вернусь я обратно или нет, оказалось тяжело. Каждый угол, каждая полка, каждая трещина в доске хранили воспоминания. Я пристроила Гарри на уголок непотревоженной постели, накрыла пледом и принялась за работу. В зачарованную сумку полетело содержание сейфа, все найденные ключи, стопки документов, дипломы, альбомы и снятые со стен колдографии, наши вещи, игрушки, нехитрые украшения Лили. Все найденные деньги запихнула в карман, чтобы находились под рукой и не пришлось перерывать вещи в поисках кната.

Застряла только в одном месте — у окна в коридоре. По моим предположениям, там Джеймс сделал тайник. Вот только чар, открывающих его, я не знала.

— Что-то еще? — мистер Стоун оглянулся на лестницу, проверяя, не поднимается ли кто из авроров.

— Думаю, что здесь что-то спрятано, — тихонечко постучала по дереву, выясняя, нет ли там пустот.

— Давайте я попробую, — мистер Стоун присел перед окном. Вскоре из-под подоконника послышался отчетливый щелчок, и на свет появился небольшой кулечек, завернутый в плотную ткань.

— Что там?

— Не знаю, но сейчас рассматривать его некогда, — адвокат передал сверток мне. — Авроры могут подняться в любой момент.

Находка исчезла в недрах бездонной сумки, присоединившись к остальным вещам.

— Вы закончили?

— Осталось найти Арчи, — на вопросительный взгляд адвоката пояснила. — Это наш котенок.

Обойдя комнаты еще раз, тихонечко подзывая пропажу, признала, что все тщетно. Видимо, испугавшись, он удрал неизвестно куда со всех лап. Придется вернуться днем и поискать еще раз. Заодно расспросить соседей. Вдруг кто-нибудь его подобрал.

Уже на выходе вспомнила о палочке Джеймса. К сожалению, ее не разрешили оставить себе, но обещали вернуть в целости и сохранности.

Рассвет вошел в полную силу, отвоевывая небо у густой, словно мазута, темноты. На улице пахло дымом и мокрой землей. Тяжелые облака стелились низко, цепляясь краями за холмы. Нос леденила утренняя прохлада. День обещал повторить дождливое и пасмурное утро.

— Сегодня же пересмотрю документы, — пообещала мистеру Стоуну на прощание.

— Если найдете что-то интересное — шлите сову, — попрощался он.

Адвокат отправился по делам, а мне же предстояло решить, где же преклонить голову хоть на часок. В принципе, можно обратиться к Петунье, она бы никуда не делась и приютила на некоторое время, но есть загвоздка. Это сама Петунья и ее бесконечное соревнование «Кто лучше». В эту игру сестра включилась задолго до появления Лили на свет.

В любой семье бывают проблемы, но почему-то миссис Эванс верила, что появление наследника решит их, как по взмаху волшебной палочки. Вторая беременность осчастливила ее сверх меры. Миссис Эванс рассказывала всем встречный и поперечным о том, что наконец-то все будет хорошо, упорно не замечая, как старшая дочь мотает слова на ус. Все это вылилось в то, что ревность Петунии ракетой стартовала в стратосферу. С этого времени она всеми правдами и неправдами стала доказывать, что первое место всегда будет за ней: в учебе, в спорте, в рукоделии и так до бесконечности.

Ее не остановило даже то, что на свет появилась сестра, да и мистер Эванс одинаково прохладно относился к обеим дочерям. Петуния лидировала ровно до тех пор, пока не стала проявлять себя магия. Это оказалось той стеной, которую Петунья не могла пробить, как не старалась. И вся горечь досады и обиды вылилась на Лили, превратившись в позиционную войну без победителей.

В этой борьбе все показали свои «лучшие» качества. И Петуния, не сумевшая проглотить проигрыш и перерасти детские обиды. И Лили, нашедшая способ отомстить сестре за многолетние обиды и не видевшая берегов в своей мести.

Апогей разлада случился на свадьбе Петунии. Джеймс, заметивший презрительное отношение сестер, не удержался и в своем «мародерском» стиле пошутил, что только усугубило положение. После смерти родителей вялая переписка, состоявшая из открыток по праздникам, сошла на нет.

Размышлениям помешал выскочивший, как черт из табакерки, Блек.

— Лили, постой! — весь вид его говорил о тяжелой бессонной ночи. Под глазами залегли дряблые мешки, щеки чернели от щетины, а сам он казался лохмаче и растрепанней обычного.

— Привет! Ты откуда? — насторожилась я.

— Что случилось? Почему Джеймс мертв?

— Ты был в управлении? Я провела там несколько часов, рассказывая подробности.

— Да, но толком ничего не узнал. В двух словах. Это Хвост привел его сюда? Я учуял его запах. Пошел по следу, но меня опередили и все затоптали.

— Да, — рассказала ему все без утайки. Он все равно узнает подробности, так что секретность разводить ни к чему. К концу рассказа все же проснулся Гарри, потребовавший все и сразу, но тут же передумавший, как только «собачка» попала ему на глаза. Он радостно потянул руки к Сириусу, но тот на него даже не посмотрел.

— Лили, ты только не обижайся, но…

Вот оно. За этими словами обычно следует гадость, завернутая в красивую обложку.

— В общем, я заберу тело Джеймса и передам родителям. Им надо попрощаться.

Внутри все заледенело. — Нет.

— Ты не понимаешь! — Сириус взмахнул руками, то ли собираясь вытрясти из меня согласие, то ли удивляясь моей неосознанности.

— Попрощаются вместе со всеми, — отрезала я. Раздражение вперемешку с гневом горячей лавой потекли по телу. — И я все прекрасно понимаю! И сбавь тон! Ты пугаешь Гарри.

Гарри действительно собирался заплакать, чтобы привлечь внимание, но эмоциональность Блека его напугала, и он бросился мне на грудь, прячась.

— Это важно! Способности Поттеров должны перейти близнецам!

Палочка сама вспорхнула в руки. — То есть, по-твоему, Гарри эти способности не нужны? Я тебя правильно поняла?

Блек замолчал, но весь его вид с крепко поджатыми губами и напряженными кулаками говорил о том, что он все уже решил и не в пользу Гарри.

— Что ж, сегодня Гарри потерял не только отца, но и крестного. Многовато для одного дня, но что поделать, — палочка продолжала смотреть Блеку в лицо. — А теперь послушай меня. Я запрещаю тебе подходить к телу Джеймса. Вашего начальника предупрежу отдельно. А тебя я больше не задерживаю.

— Ты же никогда этим не интересовалась. Почему ты упорствуешь? — Блек не сдвинулся с места.

— Кроме меня позаботиться о Гарри некому. Я не упущу ни единого шанса на лучшую жизнь для него.

— Способности должны остаться в семье!

Аврорам, сбежавшимся на скандал, не хватала только попкорна. Спиной ощущала их взгляды, вот только не имела уверенности, что болеют они за меня. Все же среди них хватало и чистокровных, и маглорожденных.

— Они и останутся в семье, — отрезала ехидно. — У законного сына.

— Родовая магия никогда не признает его! Для нее Гарри навсегда останется бастардом.

— А тебе какая печаль?

В наш разговор вмешался дребезжащий голос. — Хватит, мистер Блек!