Летопись войн острова Лодосс. Том 5. Священная война королей (джен)

1

Есть остров по имени Лодосс. Это окраинный остров, лежащий к югу от материка Алекраст. Среди жителей материка есть и те, кто зовёт его Проклятым островом. Потому что на нём много областей хаоса. Потому что на нём обитает множество мерзких созданий — ёма, демонических зверей и прочих. И потому что сохранилась легенда: в этой земле покоится тело одной богини, известной как Богиня Разрушения.

Имя Проклятого острова оправдало себя. Больше тридцати лет назад из руин Древнего королевства были освобождены демоны, едва не доведшие Лодосс до гибели. А пять лет назад, когда эта рана наконец начала затягиваться, вспыхнула новая ожесточённая война, которую стали называть Войной героев.

Эта война не закончилась даже после смерти двух героев, давших ей имя. Зловещий чёрный дым, который продолжали извергать её тлеющие угли, и сейчас окрашивал небо над Лодоссом в серый цвет.

В Алании после убийства прежнего короля его младший брат, герцог Растер, сам совершивший это убийство, объявил себя королём. Силы, противостоявшие ему, собрались во втором городе Алании, Норвисе, выставили графа Амосуна, следующего наследника престола, и начали сопротивление. Но города и деревни северной Алании, разгневанные междоусобицей, которая не считалась с народом, объединились вокруг деревни Заксон и начали движение неповиновения королевству. С каждым годом это движение всё сильнее превращалось в широкое течение за независимость от Алании.

Пустынное королевство Флейм, лежащее к западу от Алании, преодолело множество испытаний и расширило свою государственную мощь. Для беженцев, стекавшихся со всех концов Лодосса, там основали деревню и распахали поля на равнинах, которые называли Охотничьими угодьями огненного дракона. Главное препятствие этому делу — огненный дракон Падающая Звезда — было устранено: король Кашуэ собственноручно сразил его вместе с несколькими героями.

Свободный город Райден, большая часть которого сгорела при нападении Падающей Звезды, был охвачен тяжёлым беспорядком. Он отказался от системы самоуправления, которую хранил долгие годы, и попросил Кашуэ принять его под защиту Флейма.

Королевство Канон и восточная часть священного королевства Валис оставались под властью сил тёмного острова Мармо, и говорили, что народ страдает под их гнётом.

В Каноне то тут, то там вспыхивали движения сопротивления Мармо. Но каждое из них оставалось лишь слабым сопротивлением, и не похоже было, что они смогут обрести силу, достаточную для свержения Мармо.

Валис, потерявший Короля-героя Фана и ослабевший как держава, при новом короле Это наконец начал подавать признаки восстановления. Королевство готовилось к священной войне за освобождение своей земли и свержение Мармо.

А к западу от Валиса лежало ещё одно королевство, сотрясаемое гражданской войной. Это было королевство Мосс, владевшее юго-западом острова Лодосс.

Королевство Мосс представляло собой союз нескольких малых стран. У каждой такой малой страны, называемой княжеством, был свой город-опора и свой правитель, которого называли князем. Из этих князей выбирали одного великого князя, правившего всем королевством. Великого князя избирал выборный совет, состоявший из князей, и срок его правления длился до самой смерти.

Такова была мудрость народа, долгие годы переживавшего эпохи войн. И города Мосса стали называть по частям тела дракона именно затем, чтобы усилить чувство: Мосс — единое живое существо, единое королевство. Но хотя Мосс был великой державой, его сплочённость как королевства оставалась хрупкой, и все понимали: стоит чему-нибудь дать повод, и прежняя эпоха войн вернётся.

Таким поводом стала Война героев. По просьбе священного королевства Валис Мосс решил выступить против Мармо, и едва рыцарские отряды, собранные из всех княжеств, оставили королевскую столицу Драконье Пламя, Харкен, как князь Венер, правитель Драконьей Чешуи — Венона, второго города Мосса, — силами элиты подчинённых ему Рыцарей Драконьей Чешуи ударил по королевскому замку Грей-Рок.

Стража замка Грей-Рок сражалась до последнего воина, но силы оказались неравны; семью великого князя схватили и перебили. Полностью овладев двумя городами, князь Венер объявил, будто созвал выборный совет, и провозгласил своё вступление на трон великого князя. Тут уже стало не до войны с чужой страной: княжества Мосса начали борьбу за законное право на престол.

С тех пор прошло больше пяти лет. Драконья Чешуя, Венон, подчинила себе большую часть королевства. Противостоять ей теперь могло только княжество Хайленд — Око дракона, владевшее отрядом Драконьих рыцарей. Но и князь Джестер, правитель Хайленда, сейчас лежал больной и уже не мог садиться на своего дракона. Поэтому казалось, что объединение королевства Мосс под властью князя Венера — лишь вопрос времени.

Королевский замок Хайленда, Оверклифф, стоял рядом с отвесным утёсом. Его неприступность, основанная на выгодном положении, как говорили, превосходила даже Акройд, королевский замок Флейма. Словно подтверждая эту прочность, история Хайленда как княжества была древнейшей и самой выдающейся среди княжеств Мосса. И не только история: в роду его правителей было множество прославленных героев, начиная с Майсена, великого князя Мосса, правившего два поколения назад. Даже во время битвы в Глубочайшем лабиринте, положившей конец Войне демонов, двое принцев из этого рода были избраны в число Ста героев, сражались рядом с Шестью героями до самого конца и пали блистательной смертью. Говорили, что если бы герцог Джестер не был наследником великого князя Майсена, его тоже избрали бы в Сто героев. И, возможно, тогда Шесть героев стали бы Семью.

Именно этого героя, достойного остаться в легендах, Парн видел перед собой.

Человек, глубоко сидевший на троне, выглядел больным, а его иссохшее тело не сохраняло и тени былого облика. Только свет, горевший в обоих глазах, был по-драконьи острым и смотрел на преклонивших колено Парна и его спутников так, словно прикидывал им цену.

Парн думал, какими же они выглядят в этих глазах. Странное сочетание: двое воинов, он сам и Ширис; маг Слэйн, жрец бога войны Хобб и двое представителей волшебных народов — эльфийка Дидлит и грассраннер Маар. Неудивительно, что появление этих шестерых с личным письмом короля Флейма Кашуэ вызвало настороженность.

Парна и его спутников долго проверяли; придворный маг Хайленда даже накладывал на них заклинания.

Но князь Джестер знал почерк Кашуэ в письме, и в конце концов их признали посланниками Флейма. В этом письме содержалось предложение о союзе трёх стран — Флейма, Хайленда и Валиса, — и добавлялось, что Флейм готов отправить войска против ближайших врагов Валиса и Хайленда.

Князь Джестер, правитель Хайленда, уже дочитал письмо и, казалось, размышлял, что ответить. Кашуэ и Джестер в прошлой большой войне уже сражались вместе с Валисом как союзники. Тогда они выступили из уважения к Королю-герою Фану, но герои признают друг друга. Рассказывали даже, что пожилой князь Джестер и молодой король Кашуэ на одном пиру поклялись друг другу в дружбе.

— За милость короля Кашуэ, предложившего моему княжеству союз, я не нахожу слов благодарности.

Похоже, герцог Джестер наконец собрался с мыслями и заговорил. В его голосе не чувствовалось прежней силы, но он всё равно ясно доносился до каждого угла тронного зала. Когда-то этот голос, верно, заставлял дрожать своды этого огромного зала.

— Однако наша нынешняя война — внутреннее дело королевства Мосс, и я не могу позволить господину Кашуэ двинуться сюда. Если я объединю Мосс, опираясь на силу другой страны, народ назовёт меня трусом. К тому же союз равных держится лишь между странами, обладающими равной силой. Если мы проиграем такому Венону, то, боюсь, наша сила господину Кашуэ и вовсе не понадобится.

Парну казалось, что он понимает чувства герцога Джестера. Даже если сейчас он с помощью Флейма объединит Мосс, обида непременно останется между князьями всех княжеств Мосса. То же будет и среди знати, рыцарей, а может быть, даже среди простого народа. Мятеж, поднятый княжеством Венон пять лет назад, конечно, был непростительным поступком. Но это не значило, что герцог Джестер может воспользоваться такими же средствами.

Поскольку герцог Джестер был великим воином и героем, от него ждали, что он сокрушит княжество Венон собственными силами. Предай он это ожидание, и даже победа в одной войне вскоре снова привела бы к новой смуте.

«И всё же…»

Мысленно произнёс Парн. У него возник вопрос. Чтобы задать его, он поднял лицо и посмотрел на герцога Джестера, сидевшего на троне.

— Что такое? Если хочешь что-то сказать, говори свободно.

— Да, в таком случае… — Парн быстро собрал в голове слова и продолжил:

— Возможно, мой вопрос покажется невежливым, но прошу простить. Мы знаем, что герцогу Джестеру служат Драконьи рыцари — всадники на драконах, сильнейших из магических зверей. Об их доблести знает весь Лодосс, и именно поэтому Мосс считался сильнейшей державой острова. И мне трудно понять, почему сам герцог Джестер… нет, почему Хайленд вынужден так тяжело сражаться против Венона. Если у этой тяжёлой борьбы есть причина, я хотел бы её узнать.

Плечо Слэйна, стоявшего рядом с Парном, чуть вздрогнуло. Парн заметил это, бросил быстрый взгляд в его сторону и встретился со скорбным взглядом мага.

Слэйн что-то знал. Парн мгновенно понял это и пожалел, что задал вопрос, почти не подумав.

— Не думаю, что это стоит скрывать. Верно, мне действительно верны сильнейшие Драконьи рыцари. И я сам когда-то был всадником на драконе. Но в череде битв — сначала Войны героев, затем междоусобицы в Моссе — Драконьих рыцарей осталось всего четверо. А некогда их было двенадцать.

Герцог Джестер чуть поднял лицо и посмотрел куда-то вдаль. Возможно, он вспоминал былой облик Драконьих рыцарей: как они, в чешуйчатых доспехах, парили над полем боя на спинах драконов. Парн с удивлением думал, что прошло всего пять лет. И с печалью чувствовал жестокость того, что даже герой не может победить болезнь.

— Но когда пять лет назад Венон замыслил мятеж, он привлёк на свою сторону одного гиганта.

— …Гиганта?

Ответ был неожиданным. Гиганты, как и люди, были обитателями материального мира. Обликом они походили на людей, но телом были легко вдвое, а иногда и втрое крупнее. Если бы они плодились так же быстро, как люди, этот мир, без сомнения, был бы не миром людей, а миром гигантов.

Среди гигантов древние виды, принадлежащие к высшим, по преданиям, в далёкую мифическую эпоху сражались на равных даже с богами. Самыми знаменитыми и самыми страшными среди потомков этих древних гигантов были одноглазые циклопы.

— Именно, гиганта, — с отвращением повторил герцог Джестер.

— Его имени никто не знает. Его называют просто древним гигантом. В старинных книгах, передаваемых в нашем доме, записано о нём; говорят о нём и народные предания.

Древний гигант, яростный огненный гигант.

Тело его — словно вздымающаяся каменная гора.

Голос его сотрясает небеса и колеблет землю.

Джестер, словно напевая, произнёс строки легенды. Затем тяжело закашлялся — раз, другой, третий. Стоявший рядом камергер тревожно шагнул к нему, но Джестер одним движением руки остановил его.

— Огненный гигант.

— …Я слышал о них, — глухо ответил Парн.

Парн знал это имя.

Огненный гигант среди гигантского рода был известен тем, что почти не уступал циклопу размерами и свирепостью. Как и полагалось потомку древних гигантов, в его теле таилась сила первозданного хаоса. Как и подсказывало имя, он обладал силой духов огня. Извергать пламя, как дракон, он не мог. Но огнём его было совершенно невозможно ранить.

Для драконов, чьим козырем было пламя из пасти, одно это лишало их почти всей силы. Тем более драконы, на которых летали Драконьи рыцари, не были древними драконами вроде Падающей Звезды, демонического дракона с Горы Огненного дракона, или Майсена, Золотого дракона-короля, хранителя Хайленда. Среди драконьего рода они принадлежали лишь к низшим видам и сильно уступали древним драконам и силой, и разумом.

А если противником был огненный гигант древнего вида, то в ближнем бою драконы Драконьих рыцарей, безусловно, оказывались в невыгодном положении.

— Это очень серьёзная проблема…

Парну стало тяжело на душе. И одновременно он заметил, что уже сам ищет способ победить этого гиганта.

— Парн, нельзя.

Слэйн прошептал так, словно видел мысли Парна насквозь.

Парн тихо кивнул. Как сказал герцог Джестер, это было делом Хайленда.

— А против гиганта вы уже что-нибудь предприняли?

Вопрос, который не решился задать даже Парн, задал Хобб, жрец бога Майри. В недавней битве у Горы Огненного дракона он был на стороне Ашрама и сражался против Парна и его спутников. Но после гибели Ашрама поклялся Парну в верности. Парну было неловко от такой верности, однако Хобб решительно отказывался слушать возражения. Лэлия убедила Парна, что таковы жрецы бога войны Майри; в конце концов он принял Хобба не как слугу, а как товарища.

Сама Лэлия, тревожась о дочери Нис, уже вернулась домой в Заксон с помощью заклинания возврата. Но её муж Слэйн сопровождал Парна. Когда же этой супружеской паре удастся жить спокойно?

После слов Хобба все в тронном зале, казалось, помрачнели. Горечь сильнее всех отразилась на лице герцога Джестера.

Вопрос был настолько резким, что даже Парн не решился его задать. Он обеспокоился, не перешёл ли Хобб черту непочтительности, но тот сохранял совершенно невозмутимый вид.

Жить — значит сражаться.

Таково, как говорят, вероучение бога войны Майри. «Сражение» здесь не обязательно напрямую связано с войной. Оно означает образ жизни: иметь мужество и активно встречать всё, что выпадает на долю.

Бог Майри был самым почитаемым богом в области Мосса. Учение о том, что жизнь есть битва, было воплощением самой истории этих земель. Поэтому среди всей группы именно Хобба, похоже, принимали особенно почтительно. Возможно, приход жреца бога войны — да ещё Хобба, обладавшего силой, почти равной верховному жрецу, — казался людям Хайленда знаком перемен к лучшему.

— Мы не трусы. Конечно, меры приняты. Наш принц, Его Высочество Редрик…

Один рыцарь повысил голос, словно принял слова Хобба за вызов. На нём был чешуйчатый доспех с выгравированным на груди гербом в виде дракона. Парн уже узнал: это знак Драконьего рыцаря. Перед ним стоял один из четырёх оставшихся.

— Молчать!

С неожиданной резкостью герцог Джестер оборвал слова Драконьего рыцаря.

— Не говори о нём. Он ослушался моего приказа и снова поступил по-своему. Потому-то и угодил прямиком в ловушку врага.

— При всём уважении, до нас не доходило известий, что Его Высочество попал в руки врага. Он непременно исполнит задуманное и вернётся.

— Я сказал: молчать!

Драконий рыцарь, казалось, хотел ещё что-то возразить, но, тревожась за больного правителя, сомкнул губы. Затем глубоко склонил голову и почтительно застыл на месте.

— …Простите, господин жрец.

Голос Джестера снова стал прежним; сидя на троне, он чуть склонил голову.

— Нет, это я должен извиниться. Я вовсе не думаю, будто в прославленном Хайленде нет героев. Мне лишь было горько видеть, что вы все будто потеряли надежду. Если сохранить мужество, защита бога Майри наверняка придёт.

— Конечно, я, Джестер, никогда не забываю мужества. Господа посланники, прошу передать королю Кашуэ: пусть подождёт ещё два года, и мы непременно сокрушим Венон. После этого мы как союзники вместе выступим против Мармо.

— Мы передадим.

Слэйн рядом с Парном глубоко поклонился, и Парн последовал его примеру. Ему оставалось только желать победы героям Хайленда. Это было досадно. Возможно, он мог бы присоединиться к ним как наёмник, но после аудиенции в качестве посланника Флейма уже не имел такого права.

Глядя невидящим взглядом на алый ковёр, покрывавший пол, Парн укреплялся в мысли: если они собираются дальше в Валис, осторожность должна быть предельной.

Ведь им предстояло пройти через сферу влияния Венона, Драконьей Чешуи…

2

С тех пор как они покинули королевский замок княжества Хайленд, прошло пять дней. С момента выхода из Райдена — уже больше месяца. А сколько месяцев минуло с тех пор, как они оставили Заксон?

Перед Парном и его спутниками тянулась крутая горная дорога, по обе стороны которой густо росли хвойные деревья. Тропа была такой узкой, что казалось: ею ходят только звери. Но, по словам грассраннера Маара, следы людей там были совершенно точно. Причём свежие. И, если добавить ещё одно наблюдение, оставленные множеством людей.

Предчувствуя недоброе, они подумали было сойти с тропы и идти по гребню, но после недавней Горы Огненного дракона все до отвращения хорошо знали, как тяжело пересекать хребты в тяжёлом снаряжении.

— Пусть мы и в сфере влияния Драконьей Чешуи, но отсюда до главной дороги очень далеко к югу. У них не должно быть лишних людей, чтобы расставлять солдат даже в таких местах.

Возможно, это желание продолжать путь именно по дороге само собой сорвалось у Парна с языка.

— Эта дорога наверняка ведёт в деревню Узу.

С тех пор как они вышли из Хайленда, Дидлит всё время шла рядом с Парном. Она смотрела на деревья в ближайшем лесу и время от времени удовлетворённо кивала.

Когда Парн спросил, чему она кивает, Дидлит сказала, что рада: деревья в этих местах растут очень сильными.

Тогда Слэйн объяснил ей, что эти земли называют Зелёно-синими горами: из-за красоты деревьев и множества горных озёр. Похоже, в здешних лесах жило немало эльфов.

— Деревня Узу…

Парн вспомнил это имя с тёплой грустью. Когда-то, по дороге к дому Ворта, он останавливался в этой деревне. Случай, в который там оказались втянуты Парн, Дидлит, Слэйн и ещё трое их спутников, был для него печальным воспоминанием. И всё же знакомые лица жителей деревни — уже поддержка, когда находишься так далеко от родных мест.

— Доберёмся до деревни — там отдохнём. Осталось потерпеть.

Ободрив тяжело дышавших спутников, Парн решительно шагнул вперёд.

И когда они поднялись на вершину склона, перед Парном открылось зрелище, от которого у него похолодело внутри: огромное каменное здание.

— Неужели в таком месте крепость Драконьей Чешуи…

Парн вздрогнул и положил руку на меч у пояса.

— Что ты так всполошился?

От сдержанного смешка Маара Парн пришёл в себя. То, что он принял за крепость, было старыми руинами. Вероятно, ещё времён Древнего королевства. Стены во многих местах обрушились, а деревья и сорняки уже наполовину поглотили здание.

Дидлит тоже тихо смеялась. Когда Парн с досадой повернулся к ней, она коротко показала язык и сделала вид, будто прячется за спину Слэйна.

— Руины в таком месте, надо же.

Удивилась женщина-воин Ширис.

С тех пор как в битве у Горы Огненного дракона она потеряла Орсона, давнего товарища-наёмника, Ширис будто утонула в глубокой печали. Часто вздыхала, словно что-то вспоминала, часто уходила в собственные мысли. Одно время Парн всерьёз беспокоился за неё, но в последнее время к ней, похоже, наконец возвращалась прежняя живость.

Смерть человека тяжела. Тем более если это член семьи или близкий друг. Но, как заживают раны тела, так со временем заживают и раны сердца. И всё же иногда они, словно старые шрамы, снова начинают мучительно ныть. Парн хорошо это знал. С ним было так же.

Пока людям суждено умирать, этого не избежать. Но по крайней мере новых потерь среди товарищей в бою Парн больше не хотел допускать.

— Эти места недалеко от города Древнего королевства, ушедшего под озеро Леноана, — сказал Слэйн. — В эпоху Древнего королевства здесь, кажется, строили немало частных домов и вилл магов. И тайных лабораторий для магических опытов тоже. В истории войн Мосса магические устройства и предметы, которые можно назвать наследием Древнего королевства, действительно становились большой силой. Думаю, нет нужды даже вспоминать, что именно такое наследие послужило причиной Войны демонов.

— Понятно. Значит, древний гигант — тоже одно из таких наследий.

Ширис, легко сцепив руки за головой, смотрела на поросшие мхом руины и как бы между прочим произнесла.

Слэйн слегка исказил лицо и отвёл взгляд; тут Парн понял одну вещь. Освободила древнего гиганта не кто иная, как Серая ведьма Карла. И в тот раз Карла владела телом Лэлии. Более того, память об этом до сих пор оставалась в сердце Лэлии вместе с глубокой печалью.

Теперь Парн понял и выражение, которое появилось у Слэйна в тронном зале Хайленда.

— Интересно, в руинах не осталось сокровищ? — Маар с сияющими глазами приблизился к развалинам.

— В руинах Древнего королевства обычно оставались несметные богатства!

— Звучит заманчиво.

Ширис, похоже, немного заинтересовалась.

— Давай заглянем, Парн. Руины не кажутся такими уж большими, за полдня наверняка всё осмотрим. Может, найдём магический меч или доспехи. А может, даже силу, способную положить конец нынешним войнам на Лодоссе.

— Такая сила мне не нужна.

Парн слишком много видел трагедий, к которым приводила жажда подобной силы. Человек, получивший власть, с которой не способен справиться, редко думает о хорошем. Парн не считал себя исключением. Человеческое сердце слабо.

— Лучше поспешим. Я хочу как можно скорее выбраться с этой горной дороги. С самого начала у меня нехорошее предчувствие.

Вот почему он и принял обычные руины за крепость.

— Нехорошее, значит?

Маар снова и снова оглядывался на руины с явным сожалением. Но Парн и остальные уже быстро двинулись дальше, и ему ничего не оставалось, кроме как уходить вместе с ними.

И тут ему показалось, будто в стороне руин что-то мелькнуло. Он снова перевёл туда взгляд, но теперь там уже ничто не двигалось.

— Почудилось? Или в руинах кто-то поселился? В руинах ведь не только сокровища бывают, но ещё чудовища и ловушки…

Едва не вляпался, подумал Маар, высунул язык и мелкой рысью догнал Парна и остальных. Какое бы чудовище ни появилось, рядом с этими людьми он, пожалуй, был в безопасности. В конце концов, они одолели сильнейшего из демонических зверей — дракона. За время этого путешествия Маар уже почти удовлетворительно сложил их героическую песнь. Жаль только, что его самого чаще хвалили за акробатику, чем за пение. В голове он уже решил: если удастся вернуться на материк, лучше всего будет дорого продать эту историю знакомому менестрелю-человеку.

К тому же их приключения наверняка ещё продолжатся. Сага о них ничуть не уступит по популярности сказанию о мастере меча. Хорошего названия он пока не придумал, но времени впереди много. Можно подумать спокойно.

Маар шёл сразу за Парном. Грассраннеры, народ малых степных жителей, были ростом примерно вполовину человека, и потому перед глазами у Маара была спина Парна. Если бы он был ещё ниже, то, наверное, с куда большим удовольствием шёл бы за Ширис, подумал Маар и сам удивился собственной непристойности.

Это всё из-за дурных товарищей времён, когда я состоял в Гильдии воров на материке, тут же оправдал он себя — и сам же простил.

Когда он украдкой взглянул на Ширис, Парн вдруг остановился. Маар крепко ударился носом о металлическую спинку его доспеха.

— Больно же! Нельзя так внезапно останавливаться!

— Тихо!

Голос Парна был таким напряжённым, что Маар умолк. Он прислушался к тому, что происходило вокруг — и сразу понял, почему Парн насторожился.

Их окружили.

По обе стороны дороги стоял лес, а сорняки и кусты скрывали корни деревьев. Идеальное место для засады. В этих кустах кто-то прятался. Не пять и не шесть человек. Десять, а то и больше.

— Это не звери. Гоблины? Или, может, горные разбойники. Эх, лучше бы кобольды…

Ответ на вопрос Маара появился сразу. Поняв, что Парн и остальные заметили засаду, враги сами вышли из укрытий.

— Хуже некуда! — крикнул Маар и припал к земле.

Ждали их полностью вооружённые солдаты. Числом — легко больше десяти. На нагрудниках был изображён герб княжества Венон.

— Мы простые путники. У вас нет причин нападать!

Парн крикнул, но противники, не вступая в разговор, бросились в атаку. Боя избежать было уже невозможно.

— Хобб! Защити Слэйна!

Парн выхватил меч и, выкрикнув приказ, быстро огляделся, чтобы понять, как разворачиваются враги.

Справа их строй казался слабее. Если магия успеет сработать, всё будет не так страшно. Но Парн не думал, что времени хватит. В общей свалке он ещё мог защитить себя, но не был уверен, что сумеет прикрыть Дидлит и Слэйна.

Значит, им нужно было любой ценой вырваться отсюда и восстановить строй.

— Прорываемся направо. Левую сторону я…

Парн начал отдавать приказ и уже собирался встретить врагов слева, но раньше него влево рванулась и подняла меч Ширис.

— Здесь оставь мне, Парн! Без тебя справа они не прорвутся!

— Но…

Парн начал возражать, но времени колебаться не было. Решившись, он бросился вправо, мечом отвёл короткое копьё солдата, который собирался ударить Слэйна, и щитом в левой руке сбил врага с ног.

— Вы меня спасли, — поблагодарил его Слэйн с побледневшим лицом. — Каждый раз думаю, что мне всё-таки нужно учиться владеть мечом.

Широко размахивая мечом, чтобы не подпустить врагов, Парн повёл Слэйна и остальных к лесу справа.

Хобб, как и следовало ожидать от жреца бога войны, был достаточно хорошо обучен как воин. Дидлит же подавляла противников быстротой движений и как-то справлялась с солдатами, пытавшимися схватить её живой.

Когда трое солдат были срублены, в окружении сразу образовалась брешь. Слэйн и Дидлит проскользнули в неё и скрылись в лесу. Парн и Хобб, встав рядом, повернулись спиной к лесу, чтобы задержать бросившихся на них врагов.

На другой стороне дороги Парн увидел, как Ширис ловко проскользнула между солдатами и тоже нырнула в лес. Она не пыталась всерьёз скрестить с ними мечи, а, похоже, решила просто уйти.

— Отлично, Ширис! — невольно вырвалось у Парна.

Пять или шесть врагов бросились за Ширис. Остальные, около десяти солдат, двинулись на Парна и Хобба.

— Всё-таки их слишком много.

— Похоже на то. Стоять в бою, о котором известно, что его не выиграть, — не храбрость, а глупость. Даже если мы сейчас отступим, бог Майри нас не осудит.

— Тогда уходим!

Парн силой оттолкнул врага, с которым скрестил мечи. Тот опрокинулся на спину и столкнулся с солдатами, шедшими позади. Пользуясь этим мигом, Парн бросился в лес.

Хобб, дождавшись, когда Парн исчезнет между деревьями, с боевым кличем произнёс заклинание священной магии.

Даже до Парна докатилась сильная ударная волна, выпущенная Хоббом. Солдат поблизости смело с места, и они вскрикнули от боли.

Когда Хобб вернулся, Парн поблагодарил его.

— Полно, благодарить не за что. Мы получаем силу от бога Майри именно затем, чтобы защищать героев.

И Парн, бежавший рядом со жрецом бога войны, помчался сквозь лес вслед за Слэйном и остальными, надеясь, что Ширис тоже сумеет уйти.

3

Ширис бежала по лесу изо всех сил.

Тропы в лесу не было, и она уже не могла сказать наверняка, в какую сторону несётся. Но до тех пор, пока она окончательно не оторвётся от врагов, останавливаться было нельзя.

Одновременно ей приходилось придумывать, чем оправдаться, если её всё-таки схватят. Поэтому она не зарубила ни одного противника. Станет ли это оправданием, Ширис не знала, но всякий, кто скрещивал с ней клинок, должен был понять: она сражалась только обороняясь.

Если сказать, что она всего лишь наёмница, нанятая для охраны, возможно, на это посмотрят сквозь пальцы. Конечно, перед кем-нибудь из вражеских командиров пришлось бы пустить в ход женское обаяние, но с такими типами Ширис умела обращаться даже лучше, чем с мечом. Иначе женщине не прожить наёмничьим ремеслом.

Похоже, однако, ей всё-таки удавалось уйти. Брань солдат, гнавшихся за ней, постепенно отставала, и топот тоже явно удалялся.

Усталость грызла тело, но останавливаться было ещё рано. Выжить — вот чем она может почтить память Орсона, отдавшего за неё жизнь. Так Ширис убеждала себя. Перед глазами вдруг возникло бесстрастное лицо Орсона, и она искренне пожелала себе хотя бы десятую долю выносливости этого человека, не знавшего усталости.

Именно в тот миг, когда Ширис собиралась проскочить через очередной кустарник, из него внезапно донёсся шорох, и она вздрогнула. До этого она не чувствовала ни малейшего присутствия. Сначала подумала было о звере, но тень, несомненно, принадлежала человеку.

Уклониться она не успела. Кто-то схватил её и с невероятной силой потянул обратно, в кусты, из которых появился.

Ширис попыталась правой рукой дотянуться до пояса. Там у неё был короткий кинжал для схватки в упор. Но стоило пальцам почти коснуться рукояти, как её зажали под мышками и лишили движения. Боль ударила такая, будто плечо сейчас вывернут из сустава. Поэтому Ширис даже не заметила, как кинжал выскользнул из пояса и упал.

— Не шуми! Я не враг. Если ты, конечно, сама бежишь от солдат Венона.

Низкий мужской голос прозвучал у самого её уха. Говорил он приглушённо, но силы в этом голосе хватало, чтобы заставить подчиниться. Ширис, к своему стыду, была подавлена этим напором и потеряла желание сопротивляться.

Мужчина, всё ещё удерживая её, нырнул в кусты, где прятался сам. Тут Ширис увидела, что под кустарником есть небольшая вертикальная яма.

Если присесть здесь, от преследователей можно укрыться вполне надёжно.

Мужчина сказал, что он не враг. Сейчас ей оставалось только поверить его словам. Преследователи должны были вот-вот оказаться совсем рядом. Как ни посмотри, поднимать шум было неразумно.

Мужская рука по-прежнему закрывала Ширис рот, и ей приходилось дышать носом. Когда она согнулась в яме, усталость стала почти невыносимой, и Ширис казалось, что она вот-вот потеряет сознание.

Тяжёлый топот преследователей послышался немного спустя. Рот всё ещё был закрыт мужской ладонью, и, как ни странно, затаить дыхание от этого было даже проще. Ширис напряжённо ждала, пока шаги пройдут над головой и удалятся.

— Пропала из виду.

— Далеко уйти не могла.

Солдаты остановились и, кажется, принялись совещаться.

«Я уже далеко», — мысленно пробормотала Ширис.

— Прочешем окрестности?

«Не стоит таких хлопот».

— Не хочется тратить на это силы. Давайте обойдём к долине. После такой беготни ей наверняка захочется воды.

«Вот так и сделайте».

— Так и поступим.

И шаги солдат медленно начали удаляться. Ширис дождалась, пока они исчезнут совсем, затем отсчитала ещё добрую тысячу ударов сердца и только тогда наконец успокоилась. Теперь всё было в порядке.

И тут она заметила, что рот ей всё ещё зажимают.

Злость вскипела в ней, и Ширис изо всех сил вцепилась зубами в мужскую руку. На языке остался горький вкус земли.

То, что мужчина не вскрикнул, пожалуй, заслуживало уважения. Он отдёрнул руку, другой ладонью схватился за укушенное место и попытался перетерпеть боль.

Воспользовавшись этим, Ширис выскочила из кустов. Мужчина следом выполз наружу почти на четвереньках.

Наконец она смогла как следует его рассмотреть. Это был молодой воин, лет на пять старше её. Коротко стриженные золотистые волосы, к которым прилипло несколько срезанных травинок; брови того же цвета, так что с первого взгляда могло показаться, будто бровей у него вовсе нет. Поверх зелёной одежды он носил грубоватый металлический доспех, а длинный меч висел у пояса как попало. С виду — наёмник, но странным образом в нём чувствовалось что-то благородное. По правильным чертам его можно было принять за какого-нибудь аристократа. Выйди он на городскую улицу, восемь женщин из десяти оглянулись бы ему вслед, прикинула Ширис. И сама она была бы одной из этих восьми. Но при всей мягкой красоте лица от него исходило то особое ощущение, которое бывает только у воинов, прошедших настоящие сражения.

— Крепкий у тебя характер. И движешься ты недурно.

Мужчина показал Ширис правую руку, на которой отчётливо проступил след её зубов.

— Сам виноват. Не стоило обходиться с женщиной так невежливо.

Ширис ответила легко, но внимательно следила за ним. Левой рукой она уже проверила положение ножен у пояса, чтобы в любой миг выхватить меч.

— Хочешь настаивать, что ты женщина, — одевалась бы соответственно. Сбежала бы в платье, я бы тебя любезно сопроводил.

Он ответил таким же язвительным тоном. На губах Ширис появилась улыбка. В безвыходной ситуации она особенно любила такие словесные поединки. Врагом этот человек ей не казался. Но это ещё не значило, что он союзник. Расслабляться она не собиралась.

— Ты кто такой? — спросила она прямо.

— Это я хотел бы узнать.

— Я, как видишь, наёмница. Зовут Ширис.

Ширис решила сказать правду. Ущерба от этого быть не могло.

— Наёмница, значит. И на кого работаешь?

— Сейчас ни на кого.

Это тоже не было ложью: от Парна и остальных она ни разу не получала платы.

— Ну вот, я назвалась. Теперь твоя очередь.

— Я? Я тоже, пожалуй, почти такой же, как ты.

Ответ прозвучал подозрительно. После такого узнать, кто он на самом деле, хотелось ещё сильнее. Но у самой Ширис тоже были вещи, о которых она предпочла бы умолчать, поэтому слишком глубоко расспрашивать она не могла. О Парне и остальных она собиралась молчать при любых обстоятельствах. Если этот человек о них не узнает, она не втянет их вместе с собой. К тому же главный козырь в игре полагается раскрывать последним.

— Хоть имя-то скажи.

— Имя? Зовут меня Ред… — он запнулся. — Нет, Ред.

Лгал он совершенно очевидно. Но лгал так неловко, что Ширис от этого даже захотелось ему поверить. Люди, которые плохо лгут, редко бывают злодеями.

— Наёмничье прозвище, что ли?

— Ну, что-то вроде того, — снова уклончиво ответил мужчина.

— Благодарить не стану. Не то чтобы ты меня спас.

— Если бы ты продолжала бежать, как бежала, тебя нашли бы другие солдаты. В этих местах солдат Венона полно.

— Почему? Это место далеко к северу от главного фронта.

— Значит, у них есть свои причины.

— Ладно. В любом случае я хочу побыстрее выбраться из этих гор. С меня хватит таких опасных мест. Ещё немного — и начнутся владения Валиса, верно?

— Ты идёшь в Валис?

— Собираюсь. Работу искать.

Ответив, Ширис медленно пошла обратно туда, откуда прибежала. Парн и остальные ушли в лес по другую сторону тропы. Встретиться с ними будет непросто, и самым надёжным казалось идти к деревне Узу.

Мысли о том, что их могли схватить, у неё не возникало. Если противников было всего столько, сколько она видела, Парн и остальные, восстановив строй, справились бы с ними без особых трудностей.

Воин торопливо пошёл за ней.

Ширис положила руку на меч и обернулась.

— Что ещё? Не скажу, что тебе нельзя идти следом, но если идёшь со мной, не становись у меня за спиной.

Коротко взглянув на Реда, Ширис снова двинулась назад через лес.

— Если ты ищешь работу, не хочешь наняться ко мне?

Предложение прозвучало внезапно.

— Что?

От удивления Ширис остановилась как вкопанная. Этот воин, назвавшийся Редом, похоже, умел заставать людей врасплох.

— Я спросил, не хочешь ли наняться ко мне. Ты ведь ищешь работу.

— Ну… сказала. Но…

На лице Реда не было и следа насмешки. Он, кажется, всерьёз хотел её нанять.

— Я дорого беру.

По правде говоря, Ширис сама не понимала, что несёт.

— Сколько?

— Сколько — зависит от тебя. Может, выгоднее будет сдать тебя солдатам Венона. Хотя я, конечно, не собираюсь этого делать.

И Ширис назвала условие: половина всего его имущества. Больше чем наполовину это была шутка. Всерьёз браться за работу она не собиралась.

— Половина имущества?

Ред, похоже, был поражён: он даже рот приоткрыл.

— Да. По-моему, вполне справедливо.

«Какая уж тут справедливость», — мысленно показала она язык.

— Половина имущества… Значит, цена, за которую можно купить полстраны.

Мужчина пробормотал почти себе под нос, но острый слух Ширис всё равно уловил слова.

— Полстраны? Ничего себе ты себя ценишь. Если я получу полстраны, с радостью к тебе наймусь. Можешь заплатить, когда разбогатеешь.

Ширис, тихо рассмеявшись, подняла большой палец правой руки: мол, на этих условиях согласна. При виде её улыбки мужчина насупился.

— Правда, прямо сейчас я заплатить не смогу.

С этими словами он снял кольцо с указательного пальца левой руки.

— Ладно. Вот задаток. Но если станешь работать спустя рукава — пеняй на себя. И учти: дело будет смертельно опасным.

Он бросил кольцо ей.

Поймав его на лету, Ширис невольно ахнула. По тяжести сразу стало ясно: кольцо сделано из золота высокой пробы. Это уже удивило её, но ещё сильнее — лицо мужчины, когда он отдавал кольцо.

Такое лицо бывает у человека, скрывающего серьёзное решение. В нём чувствовалась несгибаемая воля. Ширис уже не смогла сказать, что соглашалась только в шутку.

«Ну, если ты так смотришь…» — пробормотала она про себя.

Она наконец начала понимать, что её втягивает странное течение судьбы. Парн и остальные тревожили её. И всё же где-то в душе она уже решила: ничего страшного не случится, если она немного задержится.

Этот мужчина ей нравился. С первого взгляда в нём было что-то в её вкусе, а то, что при всей наёмничьей наружности он был странно не испорчен жизнью, невольно вызывало симпатию. Почти как тогда, когда она встретила Парна. Симпатию к Парну она чувствовала и сейчас, хотя любви в ней уже не было; просто она старалась не показывать это слишком открыто, чтобы не ранить Дидлит.

— Договор заключён. Значит, с этого момента я твой солдат. Приказывай что хочешь. Если приказ не будет безобразно несправедливым, я подчинюсь.

А потом, — Ширис немного помедлила, прежде чем продолжить:

— Когда это дело закончится, не пойдёшь со мной? Я как раз потеряла напарника и не отказалась бы от нового спутника. Думаю, с тобой мы могли бы сработаться.

Это было сказано искренне. Ширис не думала, что этот мужчина заменит Орсона. Для неё Орсон уже стал частью её самой. Он погиб, закрыв её собой ценой собственной жизни.

Ширис никогда не забудет Орсона. Легенду о бесконечно добром берсерке она навсегда запечатлеет в сердце. Поэтому она и поклялась себе, что не умрёт. Но не затем, чтобы изменить прежнюю жизнь, а именно затем, чтобы продолжать наёмничье ремесло. Если из-за Орсона она изменит саму себя, тогда она тоже перестанет быть собой.

Не из-за Орсона, а просто потому, что ей хотелось бы взять Реда в спутники. Его мастерство воина казалось несомненным. Для Парна и остальных он тоже наверняка стал бы надёжным союзником.

— Было бы неплохо, если бы так вышло…

После того как на лице Реда некоторое время сменялись разные мысли, он тихо произнёс эти слова.

— Наверное, дни тогда были бы весёлыми.

И он устремил далёкий взгляд к западному хребту. Что он сейчас думает? Ширис шагнула ближе, пытаясь прочитать выражение его лица.

— Преследователи могут вернуться. Уйдём отсюда скорее.

Словно уклоняясь от её взгляда, Ред повернулся к Ширис спиной и пошёл через лес.

4

В это время Парн и остальные наконец оторвались от преследователей и смогли перевести дух.

После того как они оставили врагов позади, Дидлит наложила на часть леса заклинание «Заблудший лес». По её словам, оно было похоже на заклинание, которым окутан Лес Невозврата: преследователи какое-то время не смогут выбраться из места, где действует магия.

— Правда, для него приходится заимствовать силу Энта, высшего духа леса.

Дидлит объясняла, тяжело дыша.

После Короля ветра Джинна единственным высшим духом, которого она призывала, был земной магический зверь Бегемот на Горе Огненного дракона. Заклинание сработало лучше, чем она ожидала, и Дидлит выглядела довольной.

— Сейчас я уверена, что сумею воспользоваться даже силой огненного демона Ифрита или ледяного волка Фенрира.

Силы огня и льда эльфы ненавидят больше всего. Огонь обращает растения в пепел, а снег и лёд несут холод, от которого растения гибнут. Правда, есть и такие растения, что растут только в холодных местах, поэтому духи льда всё же немного ближе эльфам.

Слова Дидлит звучали самоуверенно, но по виду она была совершенно измотана.

— Преследователи ещё какое-то время не подойдут. Давайте здесь немного отдохнём.

Слэйн был магом, а потому не отличался большой физической силой. Путешествия, конечно, сделали его выносливее, но бежать по бездорожью через лес ему всё равно было тяжело.

— Совсем уж опасное было дело.

Маар, усаживаясь на землю, облегчённо вытер полотенцем пот со лба. Когда именно он вырвался из окружения, ни Парн, ни кто-либо другой так и не заметил. В какой-то момент он просто уже бежал вместе с ними по лесу. Когда его спросили об этом, он ответил уклончиво. Впрочем, Маар владел воровскими умениями, и примерно представить, каким способом он воспользовался, было несложно.

Здесь не хватало только Ширис.

Парн видел, как она убежала в лес по другую сторону дороги.

— На вид она бежала быстрее преследователей, — сказал Хобб, хотя уверенности у него тоже не было. — Вероятнее всего, ей удалось уйти.

— Смелый поступок должен быть вознаграждён покровительством Майри.

— Хотелось бы верить. В любом случае немного передохнём и пойдём искать Ширис.

Парн неопределённо кивнул словам Хобба и сел на землю. Дидлит тут же радостно придвинулась к нему.

— Но почему в таком месте оказалась засада?

Парн обратился к Дидлит, севшей рядом.

— Не знаю.

Дидлит обиженно отвернулась. Она явно ждала от него совсем других слов.

— Я никак не думал, что на стороне Венона нас могут поджидать. В этих местах, кажется, нет ничего стратегически важного…

Если у них и была причина сторожить эту горную дорогу, то разве что опасение внезапного удара Валиса. Но Валис не такая страна, чтобы нападать исподтишка, да и сил на это у него сейчас быть не могло.

— Похоже, тут что-то скрывается.

— Что скрывается? — надув губы, спросила Дидлит.

— Я потому тебя и спросил, что не знаю.

— Скрывается тут что-нибудь или нет, к нам это не относится. Мы должны поскорее перевалить через эту гору и добраться до Валиса.

Дидлит была права. Даже если здесь и был какой-то тайный смысл, не похоже, что он имел отношение к ним.

— Верно. Давай скорее найдём Ширис и уйдём с этой опасной горы.

Парн поднялся. Остальные, переглянувшись с видом «ну вот опять», всё же встали следом.

— Во всяком случае, Ширис должна была уйти в лес по другую сторону дороги. Посмотрим там. Если нас не застанут врасплох, с таким числом преследователей мы справимся.

И Парн с остальными пошёл обратно, туда, откуда они бежали. Добравшись до места первой засады, они осторожно осмотрелись.

Поблизости уже не было ничьего присутствия. Следы крови остались, но тела успели аккуратно убрать. Если Парн снова встретит этих людей, он собирался напасть первым. Уменьшить число солдат Венона наверняка будет выгодно Хайленду. И дело было не только в долге перед Хайлендом: Парн не хотел прощать людей, которые устраивают засады и нападают без единого вопроса.

И всё же специально искать вражескую базу, чтобы сражаться, он не собирался. Но если Ширис схватили, он был готов и на это. Ведь все они остались невредимы именно благодаря ей.

— Следы уходят туда. Пока остаётся только идти за ними.

Маар провёл пальцами по земле и наконец нашёл следы, ведущие к лесу. Земля оказалась твёрже, чем ожидалось, а поверх лежали опавшие листья, так что преследование могло стать непростым. Похоже, придётся идти по недавно примятым листьям.

И всё же Маар, несколько раз сбиваясь, уверенно продолжал вести их по следу. Грассраннеры привыкли к жизни под открытым небом, и такие дела, должно быть, давались им легко.

— Мы можем наткнуться не на Ширис, а на вражеских солдат, — несколько раз напоминал Маар, идя по следам. Разобрать, где следы Ширис, а где следы врагов, он уже не мог.

— Я понимаю. Если встретим врагов, вытянем сведения из них.

Парн действительно считал, что так будет быстрее всего.

Маар только пожал плечами и снова опустил взгляд на землю. Затем возобновил работу, от которой, казалось, нервы истрёпывались.

Нашёл он это уже на закате. Маар, ворчавший, что в сумерках следы почти не видны, внезапно остановился и стал внимательно изучать землю у себя под ногами. Потом уверенно заявил, что здесь кто-то боролся.

— Следы борьбы?

Парн присел на корточки и тщательно осмотрел землю.

— Да, — уверенно сказал Маар. — Листья сбиты так, что под ними видна земля. Если бы здесь просто пробежали, такого бы не было.

— Здесь её догнали и началась драка?

Парн наклонился к месту, на которое указывал грассраннер.

И тут в слабом вечернем свете что-то блеснуло.

— Что это…

Парн опустился на колено и осторожно потянулся к находке. Стоило немного разгрести опавшие листья, как предмет сразу показался.

Это был короткий кинжал. Дорогая вещь с искусно вырезанной рукоятью. Парн узнал его.

— Кинжал… Ширис.

Голос прозвучал почти стоном.

— Значит, сомнений нет. Ширис здесь с кем-то боролась. Хотя крови, кажется, нет.

— Что думаешь? — спросил Парн, обернувшись к Слэйну.

— Думаю, Маар прав. Раз её кинжал остался здесь, значит, её, должно быть, схватили.

Парн, закусив губу, поднял кинжал Ширис и изо всех сил сжал его рукоять.

— Надо её спасти…

Услышав его шёпот, Маар чуть поморщился.

— Мы не знаем, сколько их. И даже куда они пошли.

— Всё равно спасём.

— Я так и думал, что ты это скажешь, — обречённо качнув головой, сказал Маар. — Тогда выйдем к гребню. Вражеская стоянка наверняка будет освещена.

Другой зацепки не было, и им оставалось принять совет Маара. Отряд с трудом начал карабкаться по склону через лес, быстро темневший вокруг.

Слэйн совсем выбился из сил, и по дороге им пришлось трижды останавливаться.

И всё же они кое-как добрались до места с хорошим обзором. Ночь приближалась; враги, видимо, оставили поиски, и в лесу не было видно ни факелов, ни других огней. Только маленькая дорога вдоль ущелья, по которой они шли, белесой линией выделялась на фоне леса, словно шрам.

Дидлит заметила одинокий красный огонёк дальше по дороге. Немного спустя рядом с ним зажглись второй и третий, и в ночи проявилось очертание одного здания.

— Похоже на крепость, — тихо сказал Парн.

— А разве не похоже на руины? — отозвалась Дидлит.

— Вероятно, и то и другое. Думаю, солдаты Венона используют руины Древнего королевства как крепость.

Слэйн, некоторое время наблюдавший за огнями, пришёл к такому выводу.

— Пойдём прямо сейчас?

На вопрос Маара Парн ответил решительным кивком.

5

Бледный свет костров качался во тьме.

Солнце окончательно скрылось за западным хребтом, и окрестности накрывала ночная завеса. Только луна, полная холодного голубоватого света, поднялась на восточном небе и, словно соперничая с красным светом костров, окрашивала тёмный полог ночи.

Ширис, затаившись в кустах, недовольно смотрела на огни. Рядом с ней мужчина, назвавшийся Редом, безупречно скрывал своё присутствие и следил за всем вокруг.

Имя его явно было вымышленным, но Ширис уже не придавала этому значения. Раз уж по воле случая она нанялась к этому воину, между ними оставались только отношения нанимателя и наёмницы.

Выслушать его поручение и выполнить его — вот её работа.

Но поручение оказалось почти невероятно дерзким. Он собирался пробраться в крепость, где стояли солдаты Венона, и выкрасть оттуда один меч.

Магический меч времён Древнего королевства. Вероятно, в нём была запечатана огромная магическая сила. Владеть магическим мечом — гордость для воина. В легендах герой почти непременно носит при себе такой клинок.

Поэтому желание Реда добыть магический меч Ширис понимала. Но всё же, думала она, зачем красть его из крепости, которую охраняют десятки солдат? Если заплатить большие деньги, что-нибудь подобное можно купить где-нибудь в Райдене.

Однако воля Реда была тверда. Он должен был во что бы то ни стало завладеть магическим мечом, хранившимся в крепости перед ними. Похоже, за этим скрывались какие-то обстоятельства. Расспрашивать Ширис не собиралась, но от всей души хотела, чтобы он передумал.

— Есть какой-нибудь план?

Как ни посмотри, силой здесь не взять. Ширис была уверена, что с тремя противниками одновременно как-нибудь справится. Но если врагов будет больше, ей хватит сил разве что защищаться; победы ждать нечего. В таких случаях Ширис предпочитала бежать без колебаний.

— Если прижмёт, я могу позвать помощь.

Ред достал что-то похожее на светлую палочку. Приглядевшись, Ширис поняла, что это костяная флейта.

— У тебя есть ещё товарищи? — удивлённо спросила она, вглядываясь в его лицо. — Тогда позови их прямо сейчас. Нам вдвоём это немного не по силам.

— Пока я не получу нужный меч, по возможности не хочу звать товарища. Враги приведут его с собой.

— Его?

Ширис хотела спросить, о ком он говорит, но Ред покачал головой и не ответил.

— Секретов у тебя много. Ладно. В любом случае сперва надо что-то сделать с часовым над воротами.

Ширис потянулась к поясу, чтобы проверить кинжал. Если подобраться достаточно близко, её умения должно хватить, чтобы снять часового.

Но ножны были на месте, а самое важное — клинок — куда-то выпал.

Где она его потеряла? А ведь кинжал ей нравился. Ширис тихо цокнула языком.

— Что случилось?

— Похоже, я где-то выронила кинжал.

— Тогда часового уберу я.

Ред достал из-за пояса свой кинжал. И этот клинок тоже выглядел дорогой вещью.

— Жаль бросать такую штуку.

— Если будет возможность, подберу обратно.

Ред медленно двинулся вперёд. Прячась в кустах, он пригнулся и стал обходить к месту напротив часового.

И тут за спинами Ширис и Реда послышался сухой шорох.

— Патрульные? — напряжённо прошептала Ширис и сжалась в кустах.

Ред тоже услышал звук. Он подал ей знак глазами и перенёс внимание на лес позади.

Шум приближался всё быстрее. Почти прямо к ним, словно те, кто шёл, знали, где они прячутся.

— Что будем делать?

Ред покачал головой.

— Мы уже слишком далеко зашли, чтобы отступать. Сначала я сниму часового. Потом разберёмся и с патрульными.

Ответ Реда заставлял усомниться в его здравом уме. Люди, долго живущие наёмничьим ремеслом, обычно становятся осторожнее, но этот мужчина, похоже, был иным.

Впрочем, сама Ширис уже тоже зашла слишком далеко, чтобы отступать.

— Ничего не поделаешь.

Стараясь не попасть под лунный свет, она медленно вытащила меч. Звук «шак» прозвучал неожиданно громко. Теперь Ширис поняла, почему лезвия убийц чернят, а ножны смазывают маслом.

С опаской оглянувшись на крепость, она увидела, что часовой, похоже, не заметил звука. Он широко зевал и сонно тряс головой. Возможно, перед караулом успел выпить.

В следующую секунду к нему протянулась будто сияющая нить. Ред, тщательно прицелившись, метнул кинжал. Лезвие точно вошло часовому в горло. Не издав ни звука, тот рухнул вперёд. Бросок был великолепный. Даже Ширис, пожалуй, не смогла бы сделать это настолько безупречно.

— Неплохо.

Осторожности ему не хватало, но мастерству можно было верить.

В крепости не поднялось шума; значит, свидетелей, похоже, не было. Они не зря ждали, пока ночь станет глубже. Все, кроме часового, либо уснули, либо пили где-то в помещении.

Теперь Ред двинулся к звукам, приближавшимся сзади. Он полностью скрыл своё присутствие и, пригнувшись, заскользил по земле. Хищник, идущий на добычу, — вот на что он был похож. Ширис подумала, что не удивительно, что он сумел застать её врасплох.

Шаги становились всё ближе. Теперь уже было ясно: идёт несколько человек, и на некоторых надеты доспехи. Металл скрипел высоким звоном, равномерно и отчётливо.

Ред спрятался, прижавшись спиной к стволу дерева. До куста, где затаилась Ширис, было шагов пять. Если Реду придётся туго, она должна будет помочь. Но с этим человеком мечом смогут сойтись только действительно сильные противники.

Наконец шаги достигли дерева, за которым прятался Ред. В слабом лунном свете расплывчато проявилась фигура человека, шедшего впереди.

«Не может быть», — у Ширис в голове стало пусто.

Перед ней появился Парн.

Она ещё только подумала, что надо его остановить, а Ред уже вылетел вперёд, словно стрела с тетивы. Он поднял длинный меч и нанёс удар по непокрытой шлемом голове Парна. Удар был быстрый и сильный. Казалось, от такого не уклонится никто. Закричать Ширис не успела.

Она опустила лицо и зажмурилась.

Но предсмертного крика не было. Вместо него раздался яростный звон столкнувшегося металла.

— Засада!

Это, несомненно, был голос Парна.

Ширис резко подняла голову и увидела Парна, который принял меч Реда на щит. Правая рука Парна уже тянулась к мечу на поясе. На лице Реда ясно проступило изумление. Он, должно быть, был совершенно уверен в своём ударе.

Ширис снова вспомнила, насколько велико мастерство Парна. Когда-то ей даже казалось, что вряд ли найдётся мечник сильнее её. Потом её победил Парн, потом она уступила женщине-воину Мармо, потом увидела чудовищное искусство мастера меча Кашуэ и Чёрного рыцаря Ашрама. Этого человека по имени Ред Ширис, наверное, тоже не смогла бы победить. Мир оказался куда шире, чем она думала.

Ред оправился от удивления и уже собирался нанести второй удар. Парн выхватывал меч, переходя в ответную атаку. Позади него Хобб и Дидлит, каждый со своим оружием, тоже спешили на помощь.

Дальше продолжать им было нельзя. Ширис выскочила из кустов, бросилась к Парну и Реду и вклинилась между ними.

— Прекратите! Этот человек мой товарищ!

— Что?

Ответили два голоса разом: Парн и Ред.

Худшего, похоже, удалось избежать.

То, что Ред сначала снял часового, теперь приходилось признать разумным. Если бы часовой был жив, такой шум точно привлёк бы его внимание. Ширис опасалась, что их заметили люди в крепости, но, будто по милости богов, там ничего не изменилось.

Похоже, удача была на их стороне.

Ширис познакомила Парна и Реда и коротко рассказала, что с ней произошло.

— Если у тебя были товарищи, могла бы сказать с самого начала.

Ред был заметно возмущён.

— Когда я не знала, враг ты или друг?

— Когда договор был заключён, сказать уже можно было.

Возможно, он был прав. Но правда и то, что удобный случай Ширис упустила.

— Ну, в итоге товарищей стало больше. Значит, всё хорошо, верно?

Ширис притворилась, будто не понимает упрёка.

— Что тут хорошего? Если заблудилась, сидела бы тихо. А ты взяла и начала торговаться. У меня минуту назад сердце чуть не остановилось!

Лицо Дидлит было бледным вовсе не от лунного света.

— Мне тоже было несладко.

Ширис понимала, что это не ответ и не оправдание, но всё равно сказала именно так. В таких случаях Парн обычно приходил ей на помощь.

— Ну ладно, Дидлит. Я цел, и Ширис мы нашли.

Как Ширис и ожидала, Парн попытался успокоить эльфийку. Из-за такого характера Парна недовольство Дидлит только росло, но сейчас Ширис была ему благодарна.

— Между прочим, у нас есть время стоять и разговаривать?

Маар устало сказал. Он с самого начала беспокойно поглядывал на крепость.

— Скоро кто-нибудь заметит, что часовой убит.

— Маар прав. Раз мы нашли Ширис, надо скорее уходить из этого опасного места…

Парн уже переглянулся с остальными.

— Постойте! Я дала слово этому человеку. Пусть обещание вышло случайным, но задаток я уже получила…

Ширис торопливо достала из кармана кольцо и показала всем.

— Пожалуйста, помогите ему.

— Ого, ты уже и обручилась?

Дидлит язвительно поддела Ширис. Самого дорогого ей человека едва не убили, и она, похоже, всё ещё сильно злилась.

И тут кольцо внезапно выхватили сбоку. Ширис обернулась и увидела изумлённого Слэйна.

— …Это кольцо дал вам этот воин?

Некоторое время он смотрел на кольцо и только потом задал вопрос.

— Да. Это задаток. Для задатка, правда, показалось дешевато…

— Вот как…

Слэйн погрузился в глубокое раздумье.

— Слэйн, — сказал Парн, косясь на крепость. — Я тоже думаю, что надо помочь этому человеку…

— Что ты говоришь? У нас другая миссия… нет, другая цель, разве не так?

Дидлит всё ещё была сердита и, размахивая руками, возражала.

— Именно ради этой цели нам и стоит помочь этому воину, — сказал Слэйн.

— Слэйн?!

Удивились все, кто стоял рядом. Ширис тоже никак не ожидала, что этот осторожный маг сам предложит помощь в таком безрассудном деле.

Маар в панике принялся выкладывать возражения. Хобб же сохранял привычную позицию: он последует решению Парна. Суждения этого жреца бога войны всегда были такими. Совет он давал, когда считал нужным, но окончательное решение полностью оставлял Парну.

— Раз решено, надо спешить.

Парн протянул Реду руку для рукопожатия и тем самым дал всем знак начинать.

— Заставим солдат Венона поперхнуться.

Маар вздохнул и мелкой рысью побежал к стене крепости. Все смотрели, что он делает, а он положил маленькие ладони на каменную стену и ловко полез вверх.

— Бог воров, пусть за этой стеной никого не будет.

И Маар исчез внутри крепости.

— Что он задумал? — удивлённо спросил Ред у Ширис. — Уж не собирается ли продать нас Венону?

— Он вор, так что хорошим человеком его не назовёшь. Но не до такой степени. Пойдём к воротам. Сейчас сам увидишь ответ.

Парн и остальные, видимо, пришли к тому же выводу, что и Ширис, и бросились к воротам. Ещё до того, как они успели подойти, створки крепостных ворот со скрипом отворились. Это были руины Древнего королевства, но сами ворота, кажется, поставили недавно: звук был не слишком громкий. Или Маар успел смазать их маслом, чтобы они не шумели.

— Вот что он задумал, — сказала Ширис и подмигнула Реду.

— Похоже, твоим товарищам тоже придётся заплатить.

— Не беспокойся. Они работают не ради денег.

— Тогда ради чего они сражаются?

Ширис пожала плечами, и на губах её появилась улыбка.

— Ради справедливости. Поверишь?

6

Внутри крепости было пустынно.

По словам Слэйна, среди руин Древнего королевства эти относились к довольно крупным. Благодаря этому ворот было много, а участок, который прикрывал один часовой, оказывался не слишком велик. Для Парна и остальных это было удачей. Здесь и там стояли небольшие строения. Из некоторых пробивался свет: вероятно, солдаты Венона устроили там попойку.

Большинство построек представляли собой здания времён Древнего королевства, но среди них попадались и недавно возведённые. Рядом с внешней стеной кое-где стояли сторожевые башни, но расстояние между ними было большим, и опасность, что их сразу заметят, казалась невелика.

Сколько солдат здесь размещено, даже представить было трудно. Возможно, около сотни.

Ред настаивал, что прежде всего нужно искать вход под землю. Похоже, оружие, ради которого он пришёл, спало в подземной части руин.

— Ты бы хоть заранее узнал, где тут вход под землю, — едва не взвыл Маар, и понять его было нетрудно.

Человек по имени Ред, несомненно, был умелым и смелым воином, но обычного здравого смысла ему явно не хватало. Вернее, в таких делах обычного здравого смысла у него, кажется, не было.

То, что им пришлось идти за таким человеком, само по себе было несчастьем, но стоило Ширис произнести это вслух, как Дидлит и Маар, без сомнения, снова набросились бы на неё.

К счастью, вход в подземный лабиринт нашёлся почти сразу.

Им оказалось огромное здание примерно в центре руин. Огромным было и само здание, и вход в него. Двустворчатые ворота, легко втрое выше человеческого роста, поднимались почти на уровень крепостной стены. Вся поверхность ворот была густо покрыта знаками, похожими то ли на письмена, то ли на узоры. Даже пройдя через вечность, они передавали высокомерие людей, создавших это место.

— Это здесь. Без сомнений.

Ред тихо перевёл дыхание и с полной уверенностью сказал.

— Такие ворота я не открою, — Маар указал на непомерно огромные створки и сел на землю, будто сдаваясь. — Найдите другой вход. Такой, чтобы через него могли пройти люди и грассраннеры.

— Бесполезно. Вход наверняка только здесь, — ответил Ред.

— Я попробую что-нибудь сделать.

Слэйн встал прямо перед воротами и внимательно посмотрел на бронзовые створки. Выравнивая дыхание, он закрыл глаза. Затем направил на ворота Посох философа, который держал в правой руке, и медленно начал плести магические слова высокого древнего языка.

— Он маг? — спросил Ред.

— Само собой. Кто ещё будет ходить в таком виде, если не маг…

Ширис не успела договорить, потому что за спиной раздался голос. Резкий оклик требовал назвать себя. Она вздрогнула и обернулась. Вдали стоял мужчина, похоже, один из людей крепости.

— Нас заметили!

— Надо бежать… — Маар в панике вцепился в доспех Парна. — Иначе будет поздно!

— Уже не успеем. Придётся уходить внутрь здания.

В этот миг Слэйн с напряжённым возгласом завершил заклинание древней магии. Огромные ворота с низким металлическим скрежетом, похожим на стон, медленно начали открываться внутрь.

— Все внутрь!

Парн, следя за солдатами, крикнул остальным. Несколько врагов уже бежали к ним во весь опор, поднимая тревогу. В руках они держали древковое оружие, похожее на алебарды.

А из зданий тут и там появлялись всё новые солдаты. Сколько их было, Парн даже не стал считать.

В здание он вскочил последним.

— Слэйн, ворота!

— Знаю.

Слэйн снова начал читать заклинание древней магии. Теперь он собирался закрыть ворота и наложить на них магический замок.

Гигантские створки с тем же скрипом, что и при открытии, сомкнулись. Вокруг воцарилась полная тьма; они не видели даже лиц друг друга. Если бы в здании был свет, все увидели бы, как мрачно потемнели эти лица. Некоторое время никто не мог произнести ни слова.

Путь назад был отрезан.

Их, по сути, заперли в руинах Древнего королевства.

После долгого молчания и тишины раздалось частое щёлканье огнива, многократно отразившееся от стен. Наконец загорелся факел, и стало ясно, что они стоят в огромном зале.

— В итоге мы всё-таки вошли в руины Древнего королевства, — сказал Маар, поднимая факел и озираясь по сторонам.

— Против воли, — ответила Дидлит.

Она тревожно прижалась к Парну. Похоже, громадность помещения давила на неё.

— Зачем было строить здание с таким высоким потолком?

— Похоже на какой-то храм, — заметил Хобб.

И добавил, что такое огромное здание больше подошло бы для жилища бога, чем человека.

— Это здание не для бога.

Ред, всё ещё с обнажённым мечом, стоял у ворот и прислушивался к тому, что творится снаружи.

— Тогда для кого же? — спросил Хобб, кажется, немного оскорблённый.

— Для гиганта.

Ред вернулся к Парну и остальным.

— Пойдёмте вглубь. Выход перекрыт, но врываться внутрь они, похоже, пока не собираются. Для начала я хочу получить то, за чем пришёл. О солдатах снаружи подумаем на обратном пути.

— Если сейчас ничего не приходит в голову, на обратном пути будет то же самое. А мне ничего не приходит.

— Дидлит… — Парн тут же укорил её.

— Может, здесь есть другой выход? В руинах Древнего королевства ведь бывают разные механизмы.

— Разные механизмы, да. Ловушки, чудовища, двигающиеся от магии, и всякие устройства, опасные для тех, кто сюда влезает, — этого добра здесь наверняка сколько угодно.

Маар произнёс вполголоса, почти как проклятие.

— Но и огромные сокровища тоже остаются.

И тут же голос его стал светлым.

Одна Ширис тихо рассмеялась, находя это забавным.

— В любом случае, стоя здесь, мы ничего не добьёмся. Как сказал господин Ред, сначала найдём нужное оружие. А о дальнейшем лучше думать потом, когда мы немного отдохнём.

Слова Слэйна стали знаком, и отряд двинулся вглубь здания. Через некоторое время пол пошёл довольно круто вниз и, похоже, вёл под землю.

В левой стене у начала спуска была дверь. Она явно предназначалась для людей.

— Куда пойдём? — спросил Парн у Реда.

Ред покачал головой: мол, решайте сами.

— Тогда прямо.

Парн пошёл первым вниз по склону. Пол был выложен каменными плитами, и ощущение было такое, будто они шагают по широкой городской улице. Если бы плиты были отполированы, пришлось бы внимательно следить, чтобы не поскользнуться.

— Легенда о том, что маги Древнего королевства ходили по воздуху, наверное, всё-таки ложь, — улыбнувшись, сказал Парн Слэйну.

— Просто слух. В древних книгах я такого не встречал.

Через некоторое время пол выровнялся. Это было что-то вроде площадки; повернув налево и немного пройдя, они снова сделали поворот, и спуск продолжился.

— И правда странно устроенные руины, — пробормотал Парн, оглядываясь по сторонам.

Одного света факела, который держал Маар, не хватало, чтобы как следует осветить потолок и стены. Древнее здание, выступавшее из бледного света, было расплывчатым, словно пейзаж во сне. Оставалось только надеяться, что это не сон дурной.

Когда они наконец спустились до конца, перед ними открылось странное зрелище. Впереди, совсем близко, путь обрывался тупиком. У этого тупика была площадка размером с небольшой дворик при усадьбе, и на ней небрежно лежали гигантские железные кандалы для ног, раскрытые настежь. От кандалов тянулась прочная цепь к металлическому кольцу, вделанному в каменный пол площадки.

Здесь держали какое-то огромное существо. Что же это за создание, если для него требовались такие кандалы и цепи? — недоумевал Парн.

Но ответ нашёлся сразу. Он был на стене напротив. Там сохранилась фреска: гигантское человекоподобное существо было изображено с такой точностью, будто настоящий исполин был запечатан прямо в стене.

— Гигант… древний гигант?!

Голос вышел сдавленным.

— Значит, это руины, где был запечатан древний гигант.

Удивлённый голос Парна дрогнул в пустом воздухе. Если так, всё сходилось. Ред с самого начала должен был знать истинную природу этих руин.

— Не кажется ли вам, что пора?

Парн заметил, что Слэйн обратился к Реду.

— Теперь я хотел бы услышать вашу цель и ваше настоящее имя. Ваше Высочество Редрик.

7

От изумления на какое-то время воцарилось молчание. И словно насмехаясь над этим молчанием, «древний гигант» с фрески смотрел на них сверху вниз.

Ширис несколько раз пыталась открыть рот и что-то сказать, но слов так и не находила и каждый раз только качала головой.

— С каких пор ты знал?

— С того момента, как увидел кольцо, которое вы отдали Ширис. Оно маленькое, различить трудно, но герб княжества Хайленд я видел совсем недавно. Конечно, я его узнал.

— Что?!

Ширис вскрикнула и достала кольцо. И правда, то, что она приняла за узор, похоже, было гербом. Герб королевства Мосс она бы узнала, но гербы отдельных княжеств, разумеется, не помнила.

Если подумать, манеры Реда и в самом деле были манерами знатного сына. И, кажется, в королевском замке Хайленда она слышала разговор о том, что принц Редрик пропал без вести.

— Значит, тот договор…

Ширис вспомнила: он обещал ей половину страны. Конечно, это была шутка. Но теперь выходило, что при желании он действительно мог попытаться выполнить такое обещание.

— Хорошо же ты меня одурачил.

Ширис шагнула к Реду — нет, к принцу княжества Хайленд Редрику. Она не принимала этот договор всерьёз. Но теперь, когда оказалось, что он мог быть осуществим, чувство, что её высмеяли, стало только сильнее.

— О чём ты?

— Не прикидывайся. Забери своё кольцо. Посчитал наёмницу ничтожеством и дал какое попало обещание, так?

Её бесило, что на неё, человека низкого положения, посмотрели сверху вниз.

— Не стоит так злиться.

Редрик, кажется, только теперь понял, насколько она разгневана.

— Да, признаю, обещание отдать половину королевства выполнить нелегко. Но я не собирался над тобой смеяться. Ты сама сказала: обстоятельства сложились так, что я был вынужден дать такое обещание. И уж достойно тебя отблагодарить я точно собирался.

— Не нужна мне твоя благодарность.

Ширис окончательно заупрямилась.

— Прекратите уже. Сейчас не время грызться из-за такого. Такие разговоры ведите, когда выберемся из руин живыми. Со стороны это выглядит просто как ссора влюблённых. А ведь Ширис всегда злилась, когда Парн с Дидлит ссорились.

— Не впутывай нас в пример, — возмутилась Дидлит.

Но то, что она при этом слегка смутилась, показывало, насколько чиста эта эльфийская девушка.

— Маар прав. Сейчас не время спорить. Нам нужно помочь Его Высочеству Редрику.

— Да. Мы сами это выбрали, и, думаю, король Кашуэ желал бы того же.

После слов Слэйна и Парна теперь уже Редрик удивился.

— Мы совсем недавно встречались с вашим отцом и передали ему личное письмо короля Флейма, — пояснил Слэйн.

— Значит, вы люди Флейма?

— Мы лишь помогаем королю Кашуэ. К Флейму мы не принадлежим. Поэтому, если мы поможем вам, это не будет означать, что Хайленд оказался в долгу перед Флеймом.

Узнав, что собеседник — принц, Парн невольно стал говорить официальнее.

Редрик, похоже, размышлял. Сжав губы, он неподвижно смотрел на фреску.

— Ладно. Сейчас и правда не время обсуждать обстоятельства каждого. Но давайте без этой чопорности. Пусть я и принц, но известен прежде всего своим распутством. Отец постоянно меня ругает, только вот характер таким родился и никак не исправляется.

— Понимаю. Тогда оставим отношения такими, как были. Мы поможем вам. Не ради расчётов Флейма и не ради денег, а просто потому, что так сложилось. Вас это устроит?

— Устроит.

Редрик кивнул, но Ширис всё ещё была недовольна. Она отвернулась от него и тихо ворчала себе под нос.

— Я не хотел тебя задеть. Но если обидел — прошу прощения. Прости.

Редрик медленно склонил голову перед её спиной. Однако Ширис отвернулась ещё сильнее и отошла в сторону.

Редрик с кривой улыбкой почесал голову.

— В любом случае давайте искать меч, который вам нужен. Я не знаю, что это за клинок и откуда он…

На слова подошедшего Парна Редрик кивнул.

— Это меч, чтобы сразить гиганта. Древнего гиганта.

— Меч, чтобы сразить гиганта?

На лице Парна честно отразилось сомнение: существует ли такой магический меч вообще?

— Ты прямой человек. Я сам сначала не поверил, — Редрик снова усмехнулся и начал рассказывать легенду о мече «Убийца гигантов».

Легенда была такова. Когда-то, во времена Древнего королевства, род огненных гигантов поднял мятеж. Они сопротивлялись власти магов и вели с ними яростную войну.

Гиганты были сильны. Они разрушили несколько городов и оборвали жизнь многим магам. Часть варварских племён встала на сторону гигантов и сражалась вместе с ними.

Но даже несокрушимо могучие гиганты в конце концов пали перед великим волшебством магов. Говорят, маги призвали с небес метеоры и обрушили их на гигантов. Гигантов убили, варваров подавили. Короля гигантов захватили и заковали в подземном лабиринте.

Маги рассчитывали, что когда-нибудь используют его силу во благо Древнего королевства. Но этот день так и не настал.

Маги покорили гигантов и подчинили их, но вместе с тем они их и боялись. Если гигант когда-нибудь вновь обретёт свободу и начнёт разрушение, нужно было иметь оружие, чтобы его похоронить. И маги не забыли создать такое оружие.

Для этого они выковали один меч и наделили его мощной магией. Меч, названный «Убийцей гигантов», был помещён в тот самый лабиринт, где запечатали гиганта. Чтобы, когда гигант освободится, его можно было немедленно сразить.

— Да, похоже на правду, — слушая, кивнул Парн. — Слэйн, ты слышал эту легенду?

— Даже я знаю не все легенды. Если спросить Лэйлию, можно было бы выяснить, правда ли это…

— Но в Заксон мы сейчас не вернёмся. Значит, остаётся верить легенде.

— Похоже на то, — согласился Слэйн.

— И где же этот меч?

— Легенда сообщает только это. Я думал, он хранится там же, где был запечатан гигант…

— Я осмотрелся вокруг и нашёл только одну дверь, — донёсся издалека голос Маара. — Человеческую, конечно.

— Может, наместник Венона уже унёс меч? Всё-таки это клинок, которым можно убить их главный козырь.

— Тогда зачем им охранять эту крепость?

Вопрос Редрика был справедлив.

— Думаю, они поставили войска в такой глуши именно потому, что легендарный меч всё ещё спит в этих подземных руинах. Поэтому я и пришёл сюда.

Парн кивнул. Возможность действительно оставалась.

— Тогда должна быть причина, по которой они не смогли взять «Убийцу гигантов», — сказал Маар, подбегая к ним.

— Ответ прост. Они не смогли открыть входные ворота, — ответил ему Слэйн. — Вход был запечатан магией. Обычными средствами открыть его не получилось бы.

— Тогда кто вывел гиганта?

Наивный вопрос Маара, должно быть, больно задел Слэйна.

— …Это дело одной ведьмы. Она, несомненно, дала наместнику Венона силу — гиганта. Но силу, способную этого гиганта победить, не передала. Именно так она обычно и поступает.

Парн глубоко кивнул. Теперь он почти не сомневался: магический меч «Убийца гигантов» где-то в этих руинах.

— Ведьма, значит, — Маар выглядел так, будто ему подсунули ответ вместо объяснения. — В самом деле, на Проклятом острове каких только чудовищ нет.

— Раз есть надежда, поискать не помешает. Войдём через дверь, которую нашёл Маар. Раз это меч «Убийца гигантов», он наверняка лежит там, куда гигант не мог дотянуться.

— Разумно, — кивнул Маар. — Дверь вон там.

У этой двери как раз стояла Ширис, взявшая у Маара факел. Похоже, она издалека слушала их разговор.

— Отсюда входить?

Она окликнула их. Парн ответил, что да.

Тогда Ширис подняла факел и потянулась к ручке двери.

— Нельзя, Ширис!

Голос Маара прозвучал редкостно серьёзно.

— Почему?

— Я ведь говорил: это руины Древнего королевства. Никто не знает, какие тут механизмы.

Бормоча себе под нос что-то вроде «вот поэтому с новичками так трудно», Маар мелкой рысью подбежал к двери.

При свете факела, который держала Ширис, он начал осторожно осматривать дверь.

Сначала достал из заплечной сумки что-то похожее на проволоку и маленький пузырёк с маслом. Потом снял кожаные перчатки и стал трогать дверь в разных местах, простукивать её; особенно тщательно проверял ручку и петли.

Парн с интересом подошёл посмотреть на работу Маара.

— Близко подходить опасно. Могут вылететь отравленные стрелы, или газ пойдёт. В худшем случае — взрыв.

— Маару ведь тоже опасно. Значит, ничего.

Маар обернулся и внимательно посмотрел Парну в лицо.

— Парн, ты правда занятный человек.

Больше ничего не добавив, Маар снова вернулся к работе. Парн не понял, что тот имел в виду, и выглядел так, будто услышал шёпот духов.

Наконец, спустя некоторое время, Маар сказал:

— Готово.

— Ну как? — спросил Парн.

— Как я и думал. Ловушка была, — гордо ответил Маар, помахав проволокой в правой руке. — Сложная штука. Сделана так, чтобы не срабатывать, если дверь открывают с той стороны. А если открыть отсюда, из маленьких отверстий в стене над дверью польётся какая-то жидкость. Наверняка сильная кислота.

И правда, в стене чернели четыре маленьких отверстия. Парн невольно восхитился: как Маар сумел узнать столько за такую короткую проверку?

— И ты её обезвредил?

— Нет, — легко ответил Маар.

— Почему?

— Слишком сложно. Помнишь, сразу у входа в это здание была дверь? Думаю, правильный путь — зайти оттуда. Это, правда, только моё чутьё.

Парн решил послушаться Маара. В исследовании руин Древнего королевства тот, похоже, имел немалый опыт.

— Кажется, лучше обойти сверху.

Парн обернулся к остальным. Все молча кивнули. Затем, поставив Редрика, который до этого шёл последним, во главу, они медленно пошли обратно тем же путём.

Сразу за Редриком шла Ширис. Она мрачно молчала. Самолюбие её, похоже, было задето всерьёз.

— Ширис, это на тебя не похоже. Он уже извинился. Может, пора простить?

Дидлит дала ей такой совет.

— Я знаю. Мы ведь оба друг друга обманули…

Ширис коротко взглянула на Дидлит. В этом взгляде было сказано: оставь меня пока в покое.

Дидлит кивнула и решила подождать отставшего Парна.

— А вы всё так же ладите.

Маар расплылся в ухмылке. Улыбка была плутоватой, но на его круглом лице даже она казалась обаятельной. Словно у него была особая способность не вызывать у людей отвращения.

— Хорошо бы когда-нибудь для вас настал день, когда вы сможете путешествовать только вдвоём.

Маар почти льстиво сказал.

Догнавший их Парн неожиданно серьёзно кивнул и пробормотал, что хорошо бы такой день настал поскорее.

Дидлит заглянула ему в лицо, не понимая, что случилось. Но когда их взгляды встретились, Парн уже снова стал прежним бодрым Парном и наклонил голову, будто спрашивая: «А с тобой что?»

Дидлит тихо покачала головой.

— Ничего. Я просто немного отстала. Поспешим.

8

Гигантские ворота всё ещё оставались закрыты.

Чтобы разведать обстановку снаружи, Маар сбегал к ним. Он прижал маленькое лицо к огромной створке и некоторое время неподвижно прислушивался.

Когда Маар вернулся, Парн спросил, что снаружи.

— Похоже, нас полностью окружили. Голосов слышно много. Их, наверное, немало. Не знаю, справимся ли мы таким числом.

— Магия, которой я запер ворота, продержится ещё некоторое время. Переночуем в этом здании, а завтра попробуем прорваться через окружение. Иначе от меня не будет пользы. На новые заклинания сегодня уже не осталось сил.

— Если честно, у меня тоже, — кивнула Дидлит.

— Тогда…

Маар достал новый факел и перенёс на него огонь со старого. Старый факел взял Слэйн, и источников света стало два. Правда, старый должен был скоро погаснуть.

— Значит, надо поскорее найти то, что ищем, и сегодня отдохнуть, — объявил Парн.

Маар кивнул и принялся обследовать дверь. На этот раз он лишь бегло её осмотрел, а затем сам толкнул. Дверь легко открылась. Ловушки, кажется, не было: ни стрелы не вылетели, ни газ не хлынул, ни взрыва не случилось.

Но…

— Ухя-а-а!

Маар схватился за голову и отскочил от двери.

— Что такое, Маар?!

Парн рефлекторно выхватил меч и прыгнул вперёд. Редрик и Ширис последовали за ним.

— Г-гаргулья…

Маар чуть не сел на пол.

Из двери, которую он оставил открытой, показалось зловещее магическое создание. Крылья за спиной, острый хвост, рогатое лицо; кожа — как у каменной статуи. Видеть, как такая вещь гибко движется, было почти невероятно.

Парн бросился на первую появившуюся гаргулью. Но та стремительно взмыла в воздух и, словно радуясь свободе, впервые полученной за несколько сотен лет, стала кружить по широкому пространству зала.

Зато вторую, вылетевшую следом, Парн точным ударом меча срубил. Но добить её он не успел: из комнаты одна за другой вырвались ещё четыре гаргульи.

Одна кинулась на Парна, и он едва успел отразить её щитом в левой руке.

— Ширис, защити Слэйна!

— Поняла!

Ширис отвела Слэйна к стене и сама встала перед ним.

Гаргулья, раненная Парном, только каталась по земле, но остальные пять всё ещё были в воздухе, то поднимаясь, то снижаясь, будто искали брешь для атаки.

— Парн, давай убежим в комнату!

— Нельзя. Там могут быть ещё.

Приказав Маару тоже отойти, Парн встал посреди зала, словно сам собирался стать приманкой.

— Ну, идите сюда!

Как будто отвечая на вызов, три гаргульи одновременно пошли в пике.

— Парн, не безрассудствуй!

Дидлит попыталась броситься к нему, но Хобб удержал её.

— Вам сейчас лучше отдыхать.

А сам он, с боевым молотом наготове, двинулся вперёд. Подбегая к Парну, Хобб с напряжённым возгласом прочёл заклинание священной магии — «Снаряд духа» — и направил его в одну из гаргулий.

Невидимая и бесформенная сила ударила её и отбросила назад.

Из двух оставшихся одну Парн смёл мечом. Гаргулья с криком, похожим на визг, упала на землю и забилась. Но последняя обошла Парна сзади и ударила острыми когтями ему в плечо.

Слабый вскрик Дидлит слился со стоном магического доспеха Парна. Даже сила гаргульи, чья жизнь питалась магией, не смогла рассечь этот доспех. Но скользнувший коготь всё же оставил на щеке Парна красную полоску.

Парн перекатился по земле, уходя от второго удара. Гаргулья снова взлетела высоко в воздух, чтобы восстановить позицию.

Но по её спине сверху вниз прошёл острый удар меча. Редрик, подошедший незаметно, взмахнул клинком. Гаргулья рухнула на землю и застыла в той же позе, будто снова стала настоящей статуей.

Из оставшихся гаргулий одну добил Хобб, другую — Ширис. Ту, что упала на землю, Маар, как оказалось, уже прикончил.

Рану на щеке Парна Хобб закрыл исцеляющим заклинанием. Остался тонкий белый след, но Хобб заверил, что и он скоро исчезнет.

— Только не порти себе лицо, — с облегчением сказала Дидлит и провела пальцем по шраму.

— Надо спешить.

Парн осторожно распахнул дверь, из которой вылетели гаргульи, и вошёл в комнату.

Комната была маленькая и квадратная. У стены напротив и у правой стены стояло по три постамента. Вероятно, гаргульи сидели на них. Парн не мог знать, как мыслят эти магические существа, но то, что они сотни лет ждали, не двигаясь ни на волос, казалось ему жалким.

Несправедливость мнимой жизни, дарованной магией, он снова почувствовал всем сердцем. Кроме постаментов, в пустой комнате ничего не было. Слева была дверь.

Маар мелко засуетился, быстро проверил её и на этот раз вернулся в конец строя.

— Второй раз попадаться не хочу.

— Тогда открою я.

Редрик взял у Слэйна факел, вышел вперёд и медленно толкнул дверь.

Со скрипом она открылась. Редрик посветил в проход за ней.

— Только лестница вниз.

Он обернулся, чуть озадаченный.

— Пойду дальше.

Редрик начал спускаться, проверяя каждую ступень. В правой руке он держал меч, левой поднимал факел.

Факел уже почти догорел, и Маар достал новый, передав его Редрику через Парна.

Редрик остановился на лестнице и перенёс огонь. Потом небрежно бросил старый факел на площадку ниже.

— Ч-что это…

Редрик показал на площадку и осёкся.

Парн посмотрел туда, куда указывал его палец, и его пробрал холод.

Пол площадки извивался, словно живое существо. Из его поверхности вырастали многочисленные отростки, похожие на языки, и тянулись к пламени факела. Раздалось шипение, поднялся белый дым, а в нос ударила вонь, какой Парн никогда прежде не знал.

Факел полностью исчез, обвитый языкообразными отростками.

Шевелящийся пол, словно крича без голоса, заскользил вверх по ступеням.

— Разновидность магического существа. Бесформенное слизистое чудовище. Похоже, оно притворялось каменным полом на площадке.

Слэйн, присев, пытался распознать природу существа.

— Если рубить мечом, оно умрёт? — тревожно спросил Редрик.

— Попробуйте, — безответственно ответил Слэйн.

И тут сверху полетел горящий факел. Он удачно упал прямо на чудовище, которое медленно ползло уже по второй ступени.

— Незачем сражаться с ним мечом.

Маар, словно высмеивая их растерянность, бросил следом маленький горшочек с маслом. Масло вспыхнуло от факела, и бесформенное чудовище мгновенно охватило пламя.

— Отличная работа, господин Редрик. Если бы вы не бросили факел, было бы и правда опасно.

Маар, похоже, знал, что это за тварь.

— Если сразу понять, что она здесь, такое чудовище совсем не страшно.

После этого он бросил ещё три горшочка с маслом.

Даже охваченное огнём, чудовище медленно ползло вверх по лестнице. Редрик и остальные отступили на несколько ступеней — и чтобы уйти от огня, и просто потому, что зрелище было отвратительным.

На двенадцатой ступени чудовище остановилось. Лестницу заполнила едкая вонь, и все достали полотенца, прикрывая рот.

— А это не ядовитый газ? — сказала Дидлит, тихо кашляя; на глазах у неё выступили слёзы.

Пока дым не рассеялся, Парн и остальные почти не могли двигаться. Но, как сказал Маар, никто не пострадал, и это было удачей. С таким чудовищем лучше не знакомиться на собственном опыте.

Они перешагнули через останки твари и спустились дальше.

Лестница на площадке поворачивала и продолжалась вниз. В конце её снова была дверь.

Когда её открыли, они оказались ещё в одной квадратной комнате. В левой стене была только одна дверь.

— А?

Маар чуть глуповато оглядел комнату.

— Что такое, Маар? — спросил Парн.

— Я думал, что нужная вещь хранится именно здесь. А дверь слева — точно та самая, которую я проверял в комнате, где держали гиганта…

Бормоча, Маар подбежал к двери. Потом без предупреждения схватился за ручку, приоткрыл створку внутрь и высунул голову, заглядывая на ту сторону.

— Да, я не ошибся. Там площадка, к которой был прикован гигант.

— Тогда где магический меч?

В голосе Редрика звучало страдание. На кону стояла судьба Хайленда. Раз уж он сам пошёл на поиски, легко было понять, насколько близко княжество к гибели.

— Сейчас думаю.

Маар сел на корточки и начал что-то чертить пальцем на полу.

— Что вы делаете?

Слэйн, заинтересовавшись, заглянул ему через плечо и почти сразу понял.

— Вы продумываете устройство этих руин?

Маар, не поднимая головы, кивнул. Он что-то бормотал и быстро водил пальцем.

— Здесь!

Наконец Маар поднялся, довольный собой.

— Ты что-то понял?

Лицо Редрика стало таким серьёзным, что почти смешило.

— Только возможно…

Пробормотав это, Маар обернулся к двери, через которую они вошли. Дверь была в левой стороне стены. Маар не обратил на неё внимания и подошёл к пустой стене справа.

Затем снял перчатки и начал исследовать стену, почти прижимаясь к ней.

— Сегодня у меня ужасно хлопотный день.

Наконец он достал из-за пазухи кинжал и медленно вставил остриё в один участок стены. Из стены выпал каменный блок. Маар тяжело подхватил его руками и осторожно поставил на пол.

— Хорошо, что не запечатано магией.

Бормоча, Маар сунул руку в углубление, оставшееся после камня. Все смотрели, что он делает; он вытянул наружу цепь с круглым кольцом.

В ту же секунду на соседнем участке стены проступили четыре линии. Стена ушла внутрь, а потом сдвинулась влево, открыв за собой чёрный проход.

— Скрытая дверь, — Парн восхищённо присвистнул.

— Именно. Сокровище должно быть по ту сторону.

На этот раз Парн первым прошёл через скрытую дверь. Коридор тянулся прямо довольно долго, а в конце его стояли двустворчатые двери с тонкой отделкой.

— Вот это похоже на нужное место.

Парн восхищённо попытался толкнуть створки, но они не открылись.

— Заперто?

Он, озадачившись, обернулся к Маару, будто прося помощи.

— Потяни.

Парн сделал, как ему сказали, и двери легко открылись. Он смущённо оглянулся на остальных, а те громко рассмеялись.

Комната внутри была освещена магическими огнями. От неожиданной яркости Парн на миг ослеп. Он чуть отвернулся, моргнул и только потом снова посмотрел внутрь.

Искомая вещь нашлась сразу.

Прямо впереди стоял длинный узкий постамент. На нём был хрустальный футляр, а внутри, словно тело в гробу, покоился один меч.

— Вот это да!

Маар радостно вскрикнул: кроме магического меча, в комнате сохранились сокровища, которые явно стоили немалых денег.

Слэйн нашёл несколько древних книг и, сияя, взял их в руки.

— Раз, два, три… Даже если поделить на всех, выйдет прилично. Тот, кому нужен магический меч, откажется от доли в остальных сокровищах…

— Маар! — резко осадил его Парн.

— Меня это устраивает. В деньгах я не нуждаюсь, а магический меч я получил.

Редрик, не скрывая радости, подошёл к футляру, где лежал клинок.

— В футляре нет ловушки?

Он спросил Маара, который уже кружил по комнате, оценивая сокровища.

— На всякий случай проверю.

Маар подошёл к футляру и принялся осматривать постамент со всех сторон. Ловушки не было. Зато снизу у основания он обнаружил табличку, покрытую мелкими буквами. Его скудного знания древнего языка хватило лишь на то, чтобы с трудом прочесть название меча: «Убийца гигантов». Ниже тянулись сложные строки, но их он, конечно, разобрать не мог.

«Да и не хочу я знать, как создатель этого меча собой хвастался», — решил Маар.

Он осторожно положил руки на хрустальный футляр, но тут же отдёрнул их.

— Что такое, Маар? — обеспокоенно спросил Парн.

— Нет-нет, всё в порядке. Просто футляр оказался ненормально холодным. Я испугался.

Надев обратно кожаные перчатки, снятые для проверки ловушек, Маар поднял хрустальный футляр и осторожно поставил его на пол. Он рассудил, что и футляр, если отнести его куда следует, можно продать за большие деньги.

— Ваше Высочество Редрик, этот меч точно «Убийца гигантов». Молитесь, чтобы на нём не было проклятия.

— Пусть будет проклятие, мне всё равно. С ним я смогу сразить того гиганта. А потом и проклятое княжество Венон.

Редрик обеими руками взял меч вместе с ножнами и бережно прижал к себе.

— Не вынешь? — с явным любопытством спросил Маар.

— Выну из ножен, когда буду сражаться с гигантом. Если я обнажу его раньше, а он расплавится или исчезнет, будет худо.

Ледяной холод, передавшийся сквозь доспех, когда Редрик прижал меч к груди, заставлял его чувствовать именно это.

На лице Редрика читалось удовлетворение: цель достигнута. В нём даже угадывалась уверенность в победе.

— Радоваться можно, конечно…

Голос внезапно прозвучал у него за спиной. Это была Ширис. В её голосе слышались холод талой воды и острота шипов дикого шиповника.

— Только не забывай: выход из здания окружён вражескими солдатами. Возможно, с этим магическим мечом ты и правда победишь гиганта, но никто не обещал, что мы сможем одолеть несколько десятков солдат.

Слова Ширис сразу вернули всех к действительности. Она была права: если они не прорвутся через солдат, до битвы с гигантом дело даже не дойдёт.

9

Тихое, ровное дыхание доносилось отовсюду. Тот, кто один громко храпел, был, наверное, Маар.

Ширис лежала в темноте, не смыкая глаз. Устала она, без сомнения, но сон почему-то не шёл. Впрочем, возможно, страннее было то, что кто-то мог спокойно спать в руинах Древнего королевства, на холодном каменном полу, завернувшись только в дорожный плащ.

Ширис тоже иногда ночевала под открытым небом, но принадлежала к тем людям, которые всё равно скучают по кровати. Хотелось обтереться горячей водой. Если сезон удачный, можно и искупаться. В такие минуты она особенно остро ощущала собственное знатное происхождение.

Здесь был ещё один знатный человек. Мужчина, рождённый в роду правителя, почти равного королю целой страны.

Ширис уже давно чувствовала, что он тоже не спит. Она не знала, бодрствует ли он по той же причине, что и она. Но судя по тому, что она успела услышать в замке, он уже несколько дней скрывался в этих горах и играл с вражескими солдатами в догонялки. Значит, устать он должен был куда сильнее её.

— Не спите, Ваше Высочество?

Ширис позвала его тихо, чтобы не разбудить остальных.

— …Да, не сплю.

Ответ пришёл после паузы.

— И это «Ваше Высочество» оставь.

— Тогда как мне тебя называть? Принцем? Или будущим правителем?

— Звучит как издёвка.

— Так и задумано.

— Ширис, я не понимаю, на что ты сердишься…

Редрик, кажется, приподнялся. Послышался лязг металлического доспеха.

Ширис тоже села. Сколько ни всматривайся, в полной темноте удавалось уловить только присутствие.

— В любом случае, я виноват. Прошу прощения.

И тихий металлический звук. Должно быть, он склонил голову.

— Принцу не следует кланяться без разбору. Отец наверняка тебя этому учил.

— …Верно.

В голосе Редрика прозвучало удивление.

— Откуда ты знаешь?

Потому что она тоже была дворянкой. Знать выше простолюдинов. Тот, кто стоит выше, не кланяется тем, кто ниже. Любой дворянин думает именно так. Какое же высокомерие — при том что все они люди.

— На самом деле я сама не знаю, на что злюсь. Поэтому от твоих извинений мне только неловко.

Ширис легко представляла растерянное лицо Редрика даже в темноте. Он, несомненно, был принцем, но вырос, похоже, довольно свободно. Возможно, и с отцом у него отношения были не самыми гладкими. Когда раньше Ширис предложила ему после этого дела пойти путешествовать вместе, ей показалось, что в глубине души он был не против. Но он отлично понимал: рождение ему этого не позволит.

Редрик знал, что обречён следующим править княжеством Хайленд. И принимал это.

Наверное, именно это и печалило Ширис. Тем более что судьба Хайленда теперь почти исчерпала себя. Мало кто знает, насколько жестока участь знати погибающей страны. Ширис знала это телом и кровью — по трагедии, постигшей её семью.

— Самое тяжёлое — извиняться, не понимая, за что. Всё равно, за что угодно, только прости.

Редрик, зайдя в тупик, почти взмолился. Сказал он полную бессмыслицу.

— …Тогда не извиняйся.

— Так нельзя. Есть причина или нет, но я тебя обидел. Я хочу, чтобы ты меня простила. Поэтому и извиняюсь.

Ширис едва не рассмеялась.

— Если тебе от этого станет легче, прощаю, слишком добрый принц. И сейчас я не язвлю. Говорю от сердца. Если выбирать, виновата скорее я. Но, как думаешь, не лучше ли сегодня поспать? Завтра нам предстоит бой с подавляющим числом врагов, силы точно понадобятся. Если ты свалишься посреди дела, меч, который ты так бережно прижимаешь, ещё засмеёт тебя.

— Каких-то рядовых солдат я не испугаюсь, сколько бы их ни было.

Редрик, похоже, снова лёг на пол. На этот раз металл звякнул громче. Кто-то, услышав звук, заворочался во сне.

— Рад, что ты меня простила, Ширис…

Ширис улыбнулась и ответила: «Пожалуйста». И в тот же миг услышала ещё одно ровное дыхание.

Не может быть, подумала она и тихо позвала Редрика по имени. Ответа уже не было.

Ширис, поражённая, сама легла на пол. Под головой была заплечная сумка, и разные вещи внутри давили ей в затылок.

Стоило лечь, как сон сразу навалился и на неё. Сонливость наконец пришла. Ширис удивлялась, что даже в такой обстановке настроение её странным образом прояснилось.

Пусть он дворянин, а ничем не отличается от обычного человека…

Счастливо погружённая в это чувство, Ширис почти мгновенно ушла в мир спокойных снов.

Сколько часов она проспала, Ширис не знала.

Когда она проснулась, одно было несомненно: из щелей ворот, служивших выходом из руин, слабо сочился свет.

Уснула она далеко за полночь, а то и ближе к рассвету, так что, возможно, спала совсем недолго. Но чувствовала себя хорошо. Сколько прошло времени, не имело значения. Она точно выспалась достаточно, и этого хватало.

Ворота размеренно издавали резкий стон.

Солдаты, должно быть, потеряли терпение оттого, что они всё не выходят, и пытаются ворваться силой.

Стон ворот, вероятно, был звуком тарана. Он и разбудил Ширис и остальных.

— Собираются врываться? — спросил Хобб.

— Какими бы средствами они ни пользовались, ворота им не разрушить. Скорее уж стену проломят, — объяснил Слэйн и коротко зевнул. — Всё-таки годы берут своё. Всё тело болит.

— Хорошо ещё, что сейчас осень. Будь зима, мы бы замёрзли. Костёр развести было нельзя.

Парн спал в тесном доспехе, поэтому у него ныли все суставы. Он разминался: вытягивал руки и ноги, крутил поясницей.

Редрик в шутку предложил ему слегка размяться мечом.

— Если сражаться с вами, я, боюсь, всерьёз увлекусь и устану ещё сильнее. И телом, и духом. Особенно поединок один на один — это ведь ещё и борьба воли.

— Верно, — рассмеялся Редрик.

— Хорошо, ворота не проломят, но с этим шумом ничего нельзя сделать? Уши болят, и скоро я начну сходить с ума.

Ширис, зажав уши, сердито посмотрела на ворота. Как раз в этот миг створки снова громыхнули и сильно дрогнули.

— По-моему, отсиживаться здесь тоже не годится, — заметил Хобб вполне в духе жреца бога войны.

— Но сможем ли мы победить… — Парн не выглядел уверенным.

— Если есть мужество, победите.

Хобб сказал твёрдо, но Парн только криво улыбнулся.

— У меня есть товарищи. Если они придут…

Редрик достал из-за пазухи костяную флейту и крепко сжал её.

— Товарищи быстро придут? — спросила Ширис.

О флейте и товарищах она уже слышала, поэтому спрашивала только о времени. Но кто эти товарищи? Несколько солдат Хайленда, скрывающихся в горах?

— Не скажу, что сразу. Но не думаю, что они опоздают. Если мы сумеем выиграть достаточно времени…

— А если сыграть здесь? — спросил Маар совсем уж безрассудно.

Редрик, разумеется, покачал головой.

— Эта флейта отчасти магическая, и, возможно, звук всё равно достигнет цели. Но надёжнее выйти наружу, хотя бы открыть эти ворота, и сыграть тогда.

— Значит, всё-таки бой… — устало вздохнул Слэйн.

Взяв Посох философа, он встал напротив ворот.

— Тогда приготовьтесь. Против большого числа врагов на открытом месте нам будет невыгодно. Отступим в комнату, где были гаргульи. Флейту сыграйте сразу, как только откроются ворота.

— Понял.

Редрик решительно кивнул. Затем плавно обнажил меч и взял его в правую руку, а флейту зажал губами, чтобы можно было сыграть в любой миг.

Остальные сдвинули постаменты, где сидели гаргульи, и устроили перед комнатой заграждение. Они готовились держать оборону внутри.

— Открываю.

Слэйн предупредил их и произнёс одно слово древнего языка — пароль, который он вплёл в заклинание магического замка, чтобы ворота открывались по этому слову.

Гигантские створки, повинуясь приказу Слэйна, медленно начали расходиться. В это самое время солдаты снаружи как раз собирались ударить тараном. Цель исчезла, и таран, увлечённый силой удара, влетел внутрь здания.

Слэйн в страшной спешке бросился обратно в комнату.

На бегу он указал на одну точку в пространстве и послал туда магический свет, чтобы лишить врагов преимущества нападения из темноты.

Слепяще сияющий шар раздулся в пустом воздухе и залил голубовато-белым светом всё вокруг — и пол, и потолок.

В этот миг Редрик точно сыграл на флейте. Но звука не было вовсе. Затем он вслед за Слэйном вбежал в комнату, где ждали Парн и остальные.

— Звука же не было! — вернувшемуся Редрику сердито сказала Ширис, вскинув брови. — Только на твоих товарищей и надежда!

— Так и должно быть.

Редрик лишь так ответил и обернулся назад. Донеслись крики вражеских солдат. Врагов оказалось даже больше, чем они думали.

— Да их сотня! — вскрикнула Дидлит.

— Ничего не поделаешь.

Слэйн за спинами остальных начал читать руны высокого древнего языка, готовя древнюю магию.

— Дид! Короля ветра призвать не можешь?

— Не могу! — ответила Дидлит Парну. — Короля ветра нельзя призвать там, где не дует природный ветер.

Таковы были ограничения силы духов. Но сейчас это ограничение казалось особенно досадным. Парн скрипнул зубами.

— Значит, и защиту Сильфа наложить нельзя?

— Само собой.

В зданиях, построенных людьми, сила духов, которую можно использовать, ограничена. Там нет силы природных духов. Поэтому магия, в которой Дидлит была сильна, оказалась почти скована.

— Идут! — громко предупредила Ширис.

— Всемогущая мана, стань пламенем разрушения!

Заклинание Слэйна завершилось в тот самый миг. На конце его посоха вспыхнул огненный шар. Через мгновение он возник в гуще бегущих врагов и взорвался с чудовищной силой.

Это было заклинание «Огненный шар» — магия пламени, предназначенная только для разрушения. В Академии мудрецов, где когда-то учился Слэйн, её считали запретной.

Слэйн почти никогда не пользовался этим заклинанием. Но сейчас, видимо, выбора не было.

Взрыв отбросил почти десять солдат. Охваченные огнём, они стонали от боли.

Узнав, что против них маг, враги заколебались.

— Не робеть! Их всего несколько человек!

Мужчина, похожий на командира, взмахнул мечом и выкрикнул приказ. И тут же ему в горло вонзился метательный дротик.

Скорее всего, это сделал Маар, следивший за боем из-за самого края двери.

— Великий бог Майри, владыка битвы! Здесь собрались храбрецы и выходят на бой. Да будет с нами твоё покровительство. Даруй нам железную волю и пламенное мужество…

Хобб звучным голосом начал петь заклинание «Боевая песнь».

В сердцах Парна и остальных поднялась отвага. Уверенность, что они смогут сражаться, расправилась в душе.

Для солдат Венона присутствие жреца Майри на стороне врага оказалось, похоже, ещё большим потрясением, чем присутствие мага. Народ Мосса, особенно знать, рыцари и солдаты, почти все почитали бога войны. Если жрец бога войны поддерживает кого-то, этого уже почти достаточно, чтобы признать: на его стороне правда.

В нынешней войне храм бога войны не поддерживал ни одно княжество. Судя по недавним взглядам храма Майри, свою силу они готовы были отдавать прежде всего в войне с чужими странами.

И всё же у врага был жрец.

Солдаты Венона начали отступать. Парн и остальные с облегчением выдохнули.

— Расслабляться нельзя. Они перестроятся и скоро снова нападут.

Редрик вложил меч в ножны и тяжело сел на пол. За спиной у него был привязан «Убийца гигантов». Холод, будто он несёт на плечах лёд, по-прежнему пробирался к коже. Редрик поклялся: он не умрёт, пока не сразит этим мечом гиганта.

10

Предсказание Редрика очень скоро стало явью.

На этот раз враги выстроились. В руках у них были большие щиты, почти скрывавшие всё тело: прямоугольные, слегка выгнутые поперёк. Размахивать ими было неудобно, зато от нападения спереди они, похоже, защищали превосходно. Из-за щитов вперёд выставили длинные копья и осторожно двинулись вперёд.

— Старая тактика, — удивлённо сказал Слэйн, глядя на этот строй. — Насколько я помню, наши предки применяли её в войне с Древним королевством. Атака отчаянная, с готовностью к немалым потерям, но защищаться от неё довольно хлопотно.

Плотный строй, как ни странно, заставил Слэйна колебаться: применять ли снова «Огненный шар». Это была битва, и, если не убьёшь противника, противник убьёт тебя. Разумом он понимал это, но чувства не поспевали за разумом.

— В сражениях наших предков, говорят, в первых рядах такого построения стояли сами вожди.

Сейчас же человек, похожий на командира, держался позади, отдельно от строя, и оттуда приказывал атаковать. Подчиняясь его голосу, солдаты шаг за шагом приближались.

— Что будем делать?!

Крик Ширис стал таким пронзительным, что резал слух.

Немного поколебавшись, Слэйн произнёс заклинание «Облако сна». Ему нужно было хоть как-то разрушить строй врага.

Под действием магии несколько солдат один за другим повалились на пол. Но остальные переступили через упавших товарищей, снова сомкнули ряды и пошли дальше. Солдаты, которых затоптали свои же, постепенно приходили в себя и вставали в задние ряды.

— Ничего не поделаешь. Придётся давить их по одному, начиная с головы.

Редрик встретился взглядом с Парном и встал у дверного проёма.

— Маар, держи заднюю дверь открытой. Мы будем сражаться, понемногу отступая.

Парн рассчитывал использовать тела убитых врагов как преграду.

— А они не обойдут нас через нижнюю дверь?

— Они не должны знать устройство этих руин. Остаётся на это надеяться.

— Значит, надеяться.

Маар открыл заднюю дверь и сбежал вниз по лестнице.

— Если устанете, отходите. Мы вас сменим.

Ширис встала чуть позади Парна, по диагонали. Хобб, видимо, думал так же: поднял оружие и занял место с противоположной стороны.

— Так и сделаем, — ответил Редрик вместо Парна.

В этот момент передний ряд плотного строя вошёл в бой с ними. Несколько длинных копий протянулись вперёд.

Парн и Редрик с боевыми криками отбивали наконечники мечами, а иногда принимали их на щиты. Затем били клинками по головам противников.

Несколько солдат рухнули в брызгах крови. Но вражеская поступь не остановилась. Парну и Редрику пришлось шаг за шагом отступать.

— Эта комната больше не удержит. Все на лестницу!

Парн крикнул, не переставая махать мечом. Дидлит и Слэйн с тревогой вышли из комнаты.

— Ширис, Хобб, скорее!

— Понял.

— Д-да, поняла!

Два голоса ответили ему, но проверить их у Парна уже не было возможности. Редрик, лёгкий в движениях, ловко управлялся с вражескими копьями. Парну же в доспехах не хватало быстроты, и время от времени наконечники скребли по броне с неприятным металлическим звуком.

Если бы на нём был не доспех, напитанный магией, несколько копий наверняка вошли бы в тело.

— Здесь не удержаться. Надо любой ценой сломать их строй, — сказал Редрик.

— Отступим к лестнице. Там плотный строй им не поможет.

— Тогда к площадке. Не хочется, чтобы нас били сверху со ступеней. А на площадке длинные копья тоже будут бесполезны.

Если копья окажутся бесполезны, врагам придётся взяться за короткие мечи для ближнего боя. В бою мечом против меча Парн ещё был уверен в себе.

Парн щитом, а Редрик дерзким ударом ноги на миг оттолкнули передних врагов. Строй противников чуть дрогнул. В эту брешь Парн и Редрик бросились через открытую заднюю дверь на лестницу.

Они почти скатились вниз по ступеням. Сверху полетело несколько копий, но длинные копья не предназначены для метания: почти все прошли мимо, а те, что попали, не пробили доспехов.

На площадке Парн и Редрик резко развернулись.

— Могли бы продержаться ещё немного!

Маар в панике бежал к ним вверх по лестнице. В руке он что-то сжимал.

— Парн, пригни голову!

Парн поспешно послушался, и над головой у него пролетел какой-то предмет. С сухим звуком он ударился о ступень.

— Что ты сделал?

— Бросил горшочек с маслом! Кто упадёт — добивайте сразу!

На верхней части лестницы появились несколько тёмных силуэтов. Они перестроились в две шеренги, подняли короткие мечи и пошли в атаку.

Но на середине лестницы несколько человек потеряли равновесие. Они поскользнулись на масле, которое бросил Маар. Солдаты с криками покатились вниз, и Парн с Редриком без пощады вонзили мечи им в грудь. По рукам прошёл мерзкий толчок лезвия, входящего в плоть.

— В следующем городе надо снова купить масла, — со вздохом сказал Маар. — Это было особое масло Гильдии воров: и горит хорошо, и скользит отлично. Интересно, на этом острове такое достать можно?

Бормоча, Маар, словно его дело было сделано, снова спустился по лестнице и исчез в комнате.

Никогда ещё Парн и остальные так остро не чувствовали, что значит «меньшинство против множества». На площадке они сразили больше десяти человек. И всё равно враги напирали.

Пришлось отступать вниз по ступеням спиной вперёд и рубить по одному врагу на каждой ступени.

Но новые противники появлялись снова и снова.

В конце концов Парн и Редрик больше не выдержали и были вынуждены отойти в нижнюю комнату.

— Сменить тебя? — спросила Ширис.

Парн был на пределе усталости. Но он покачал головой. Честно говоря, он не думал, что Ширис и остальные смогут выдержать этот натиск. Хобб тоже был обучен как воин, но к жестокой свалке, похоже, не привык.

Враги нахлынули почти сразу. Парн снова поднял меч.

Хобб, произнося заклинание священной магии, легко коснулся спин обоих сражающихся.

Усталость немного отступила. Затем Хобб начал петь «Боевую песнь».

И в этой комнате бой продлился недолго. Стоило врагам войти, как они снова сомкнулись плотным строем и начали давить вперёд.

Маар торопливо распахнул заднюю дверь и выскочил наружу. За ним сначала вышли Дидлит и Слэйн, потом Ширис и Хобб.

— Скорее из комнаты! — нетерпеливо крикнул Слэйн. — А как только выйдете, сразу отойдите от двери.

Было ясно, что он собирается наложить какое-то заклинание.

Парн кивнул, хотя не знал, видит ли это Слэйн. Они с Редриком, продолжая биться, медленно отступали к выходу.

Переступив порог, они изо всех сил оттолкнулись от пола и отпрыгнули в стороны.

— Молния!

Слэйн, словно именно этого и ждал, выставил вперёд Посох философа. С его конца сорвалась голубовато-белая молния, пронеслась через дверной проём и ударила прямо в комнату.

Это было заклинание «Молния». Враги, стоявшие плотным строем, не могли ему противостоять. Они один за другим падали с криками боли. Смертельных ран, кажется, не было, но тела их онемели, и некоторое время они не могли двигаться.

— Сейчас. Остаётся только надеяться, что у входа они оставили мало людей.

Слэйн, тяжело дыша, начал подниматься по наклонному проходу. Ему самому казалось, что он бежит, но ноги двигались так, будто он шёл во сне. Заклинание «Электрического удара» сильно его истощило.

Впрочем, и враги какое-то время не могли преследовать их.

Добравшись до поворота наклонного прохода, Парн и остальные с надеждой посмотрели к воротам.

— Да что же это такое!

Маар крикнул почти плачущим голосом.

У ворот их всё ещё ждало несколько десятков вражеских солдат.

Выходило, что в этой крепости было намного больше сотни врагов. Княжество Венон, несомненно, считало её важным опорным пунктом. Раз они выделили столько людей на охрану меча «Убийца гигантов», стало ясно, насколько велика была для Венона ставка на древнего гиганта. И Редрик не зря верил, что, если сразить гиганта, они смогут победить.

— Сзади тоже идут, — удивительно спокойно сказал Хобб.

— Зажали с двух сторон…

Парн закусил нижнюю губу до боли. Дидлит тревожно прижалась к нему, и он бессознательно обнял её за спину.

— Ширис, прости…

Редрик сказал, опустив голову.

— Я втянул тебя и твоих товарищей в такое…

— Я не сдаюсь!

Ширис выкрикнула и выхватила меч.

— Если прорвём тех, кто у ворот, мы ещё можем уйти. Я не откажусь от борьбы, пока во мне горит жизнь. Если ты мужчина, вместо того чтобы хныкать, вытащи меч!

Редрик невольно залюбовался её лицом. Она была горда и прекрасна, как Валькирия, дух мужества из легенд.

С мечом наготове она смотрела на врагов у ворот так, будто не собиралась уступать ни шага.

— Понял. Ценой своей жизни я защищу тебя и твоих товарищей.

Редрик обнажил меч и крепко перехватил рукоять.

— Ценой жизни?

В голосе Ширис прозвучал настоящий гнев.

— Не нужна мне такая навязанная доброта. Не думай, как спасти других и погибнуть самому. Думай, как спастись вместе с ними. Вот что должен делать принц.

Одного Орсона было достаточно. Больше таких печальных людей Ширис видеть не хотела.

— …Обещаю.

Редрик твёрдо кивнул ей.

— Подождите!

Внезапно крикнула Дидлит.

— Что случилось, Дид? — спросил Парн.

— Этот звук… Что это за звук, будто что-то рассекает ветер?

Дидлит прислушалась к странному шуму, примешанному к крикам вражеских солдат. Ветер донёсся даже туда, где она стояла. Это был не природный ветер, а порыв, поднятый чем-то. Такой ветер она уже испытывала прежде. Дидлит потянула нить памяти. Да, это было на Охотничьих угодьях огненного дракона.

— Неужели… дракон!

Дидлит выкрикнула дрожащим голосом.

И ровно в тот миг, когда прозвучало слово, строй солдат, удерживавших ворота, внезапно начал ломаться.

Затем у ворот вспыхнуло красное сияние. Взрыв пламени, похожий на «Огненный шар». Поднялся сильный, ровный ветер, и снаружи у ворот появилось гигантское звериное тело.

Это был, без всякого сомнения, дракон. Сильнейшее из фантастических и магических созданий.

— Успели!

При виде дракона Редрик вскрикнул от радости.

У шеи дракона виднелся всадник.

— Редрик!

— Благодарю тебя, бог войны. Ширис, мы спасены. Вот он — Драконий рыцарь, гордость Хайленда.

И, забыв, в каком они положении, он схватил Ширис за руку и сжал её до боли.

Ширис не сразу поняла, что произошло. Но у неё появилось чувство, что им всё же удастся выжить.

И это предчувствие не обмануло её.

11

— Опасный был миг.

С этими словами один мужчина легко спрыгнул с дракона на землю.

Парн и остальные, подавленные огромностью дракона вблизи, осторожно приблизились.

Дракон припал к земле и плотно положил шею на камни. И всё же его высота намного превосходила рост любого из них. От головы до кончика хвоста он был длиной, наверное, с десяток лошадей.

Парн вспомнил, что видел этого рыцаря при дворе. Именно он собирался ответить на вопрос Хобба, который мог показаться дерзким.

Мужчина назвался Раудом.

Появление всего одного Драконьего рыцаря полностью изменило ход боя. Солдаты Венона, только что загнавшие Парна и остальных в угол и уже вошедшие во вкус, мгновенно запаниковали и обратились в бегство.

После этого Парну и его спутникам пришлось скрестить мечи лишь с немногими солдатами, и они почти без крови вышли из опасности. Более того, крепость Венона оказалась в их руках.

— Теперь я понимаю, почему Драконьих рыцарей так боятся, — только и смог сказать Парн.

Бегство врагов было таким совершенным, что он даже заподозрил ловушку.

— Но рано или поздно они вернутся с подкреплением. Если подождать день, подойдут пограничные солдаты. С ними вы и покинете эту крепость.

Рауд почтительно поклонился Редрику. Затем сказал, что сам будет преследовать бегущих солдат Венона, и уже собирался снова сесть на дракона.

Редрик его остановил.

— Преследование ни к чему. Лучше останься здесь и помоги мне.

Рауд непонимающе посмотрел на Редрика и стал ждать продолжения.

— До сих пор война с Веноном была для нас сплошным отступлением. Но теперь всё иначе. Раз мы получили магический меч, чтобы сразить гиганта, теперь преследовать будем мы. И первая битва будет именно за эту крепость. Если мы останемся здесь, враг непременно придёт. И приведёт с собой мерзкого древнего гиганта.

Слова Редрика звучали сильно. Лицо Рауда озарилось радостью.

— Крепость такого размера и правда жалко бросать. Если разместить здесь воинов, станет возможен проход к Валису. И недостающие припасы можно будет доставлять.

— Именно. Сколько придёт пограничных солдат?

— Около сотни, полагаю. Знал бы, что дело обернётся так, приказал бы идти ещё двум сотням.

— Сотня…

Редрик на время задумался.

— Трудно сказать, хватит ли этого для решающей битвы с гигантом. Враг теперь тоже приведёт элиту Рыцарей Драконьей Чешуи…

— Мне сейчас слетать?

— Нет, не надо. В конце концов, если мы сразим гиганта, победа будет за нами. Но на всякий случай я позову своего дракона.

Редрик достал из-за пазухи ту самую флейту и сильно дунул. Звук, которого человеческое ухо не слышит, разошёлся по ветру во все стороны. Говорят, звук этой флейты достигает очень дальних мест.

Парн и остальные только что узнали, что она называется драконьей флейтой и без неё невозможно управлять драконом. Это была магическая флейта, которую делают только из кости дракона. Её тайну Драконьим рыцарям передал Золотой дракон-король Майсен. А способы игры на ней были глубочайшим секретом, известным только Драконьим рыцарям.

— Что ж, вы нам очень помогли…

Закончив разговор с Раудом, Редрик подошёл к Парну и остальным.

— Только не говори, что теперь мы прощаемся.

Ширис мрачно уставилась на Редрика. Именно это он и собирался сказать, и потому не смог скрыть изумления.

— Раз уж мы втянулись так далеко, позвольте нам участвовать и в битве с гигантом, — предложил Парн вместо Ширис.

— Если герцог Джестер узнает, он, возможно, не обрадуется. Но, думаю, с Вашим Высочеством Редриком дело обстоит так же.

Парн сказал с улыбкой.

— Верно. Как бы ни был отец прикован болезнью к постели, именно он всё ещё правитель Хайленда.

Если он узнает, что Редрик самовольно поднял пограничных солдат и Драконьих рыцарей, дело не обойдётся просто так.

— Но сейчас нужно действовать быстро. Я думаю, ваше решение правильно. Это решающий момент. Если мы сразим гиганта и удержим эту крепость, война с Драконьей Чешуёй, Веноном, пойдёт иначе. Позвольте нам помочь. Если вам не по себе принимать помощь даром, можете нанять нас за деньги. Я не Ширис и не потребую половину страны.

— Да это просто так вышло! — запротестовала Ширис.

— Вы дали такое обещание? — вмешался стоявший рядом Рауд, поражённый услышанным. — Принцу не пристало давать пустые обещания. Народу не нужен король, который обманывает людей.

— Не говори глупостей. Ты же не всерьёз предлагаешь отдать ей половину страны?

— Как я вижу, эта женщина как раз во вкусе Вашего Высочества. Если женитесь, обещание будет исполнено.

Рауд громко и чуть грубовато расхохотался. Дерзость у него была вполне достойная Драконьего рыцаря.

— Говори, говори!

— А принц-то, может, и сам не против, — прошептал Маар так, чтобы Ширис не услышала.

— Отношения мужчины и женщины тоже одна из битв. Всё в них не так просто, — назидательно произнёс Хобб.

Все, подхваченные этими словами, весело рассмеялись.

Только Ширис и Редрик выглядели недовольными.

— Если вы ещё хоть слово скажете на эту тему, я разозлюсь.

Маар, напуганный её напором, втянул голову в плечи и потихоньку сбежал подальше.

— В любом случае мы будем сражаться. Договорились?

— Спасибо, Парн.

Редрик взял руку Парна и крепко пожал.

— Благодарить будете после того, как сразим гиганта.

— Разумеется, мы его сразим. Клянусь этим магическим мечом.

Редрик снял со спины магический меч, всё ещё в ножнах, и поднял его к небу.

— Бог войны Майри, бог справедливости Фарис, взирайте!

Украшенный великолепным орнаментом магический меч Древнего королевства впервые за пятьсот лет отразил солнечный свет и засиял радужным блеском.

Пограничные солдаты прибыли утром следующего дня. Должно быть, они шли сюда форсированным маршем. К тому времени прилетел и дракон Редрика, а ещё один Драконий рыцарь, догадавшийся о положении дел, тоже пришёл на помощь. Это была молодая женщина-рыцарь по имени Джейс.

Из четырёх Драконьих рыцарей целых трое собрались теперь в этой крепости. Родина, вероятно, осталась почти без защиты, но Редрик не думал, что княжество Венон именно сейчас нападёт на Хайленд.

Если Венон пойдёт на такую крайность, Редрик собирался ударить по королевскому замку Венона.

Солдаты Хайленда, прибывшие в крепость, увидели Редрика живым и здоровым, хотя его считали пропавшим, и услышали от Рауда, что молодой принц добыл оружие, способное сразить гиганта. Их боевой дух поднялся.

Если верить рассказам, у этого принца было немало недостатков. Но доверие солдат к нему, похоже, было очень велико. Хобб сказал, что в Редрике есть задатки героя.

— Задатки героя и задатки короля. Они ещё не раскрылись, но со временем он станет достойным правителем.

Услышав это, Парн твёрдо кивнул. Слэйн, стоявший рядом, посмотрел на него сложным взглядом, и Парн лишь криво улыбнулся, уклоняясь от разговора. Ему не хотелось сейчас повторять спор, случившийся в Райдене. Слэйн, кажется, тоже понимал это и снова опустил взгляд к древней книге, найденной в сокровищнице подземного лабиринта. Для него это было самое счастливое время.

В Заксоне Парн не раз видел, как Слэйн сидит на стуле рядом со спящей маленькой Нис и раскрывает книгу.

Ни Парн, ни Дидлит до сих пор не решались взять Нис на руки: боялись даже прикоснуться. Но видеть, как маленькая жизнь растёт здоровой, было радостнее всего. В такие минуты Парну казалось, что он понимает естественный образ жизни, о котором говорят жрецы Марфы.

Солдаты Хайленда работали без передышки. Дел было много: чинить крепость тут и там, ставить ловушки в ближайшем лесу. Враги оставили тяжёлое оружие — тараны, большие метательные машины, — и теперь его нужно было поставить в нужных местах на стенах.

Кроме того, поблизости рубили деревья и прямо на месте начали строить стационарные арбалеты. В кузнечном горне разожгли огонь, и стук молотов не смолкал ни днём, ни ночью.

Парн и его спутники, конечно, тоже работали вместе с солдатами. Солдаты Хайленда признали их героями и приняли как товарищей.

Так прошло около трёх дней. На четвёртый, после полудня, от часовых пришло сообщение: показался гигант.

12

— Наконец-то пришёл.

Получив доклад часового, Редрик сам взбежал на сторожевую башню, чтобы увидеть гиганта.

— Где он?

— Вон там. Видите голову над просветом в лесу вдоль долины?

По словам часового, Редрик прищурился и нашёл взглядом гиганта. Его голова поднималась выше окружающих деревьев. Верхняя половина тела была обнажена, нижнюю едва прикрывала набедренная повязка. Кто соткал эту ткань? — нелепый вопрос вдруг пришёл Редрику в голову.

— Гигант… сегодня тебе конец.

Выплюнув эти слова, Редрик с той же стремительностью сбежал с башни.

Парн и остальные тоже услышали, что гигант идёт. Каждый из них помогал укреплять крепость, но все бросили работу и торопливо стали надевать оружие и доспехи.

— Парн, в этой битве сосредоточьтесь на поддержке принца Редрика. Слава победителя гиганта ему совершенно необходима. Вы уже драконоборец, не жадничайте.

— Странный совет, Слэйн, — Парн криво усмехнулся. — Конечно, я понимаю. К тому же единственное оружие против гиганта у Редрика. Я буду сражаться только с людьми.

Отвечая, он, кроме меча и щита, перекинул через плечо длинный лук.

— На этот раз мы защищаем крепость, так что будет полегче. Только внешняя стена слишком ветхая, это мне не нравится.

— С замком её, конечно, не сравнить. Но даже такая крепость значительно облегчает оборону. Правда, против гиганта она вряд ли поможет.

Слэйн тоже уже подготовился. Под мантией он надел кожаную броню, а в руке крепко держал Посох философа.

Войска Венона надвигались на внешнюю стену крепости, выставив гиганта впереди.

Когда Парн и остальные закончили собираться и выбежали наружу, самые нетерпеливые солдаты уже начали бить по гиганту из метательных машин.

— Не спешить. Подпустите достаточно близко и только тогда бейте.

Редрик пытался успокоить горячившихся солдат.

Раздавая им точные указания, он сам бежал к дракону, спокойно сидевшему во дворе крепости. На шее дракона было особое седло для всадника. Кожаные ремни шли крест-накрест, чтобы всадник не упал даже при самых резких манёврах. Но говорили, что на то, чтобы свободно управлять драконом в бою, нужно не меньше трёх лет.

Рауд и Джейс, двое других Драконьих рыцарей, уже поднялись в воздух каждый на своём драконе. Они плавно кружили над крепостью. Парн поражался: как можно не бояться на такой высоте?

Говорили, что пока дракон летит, даже гигант почти не может до него добраться. Но если неудачно атаковать, он метнёт камень или ударит деревом, и всё решится сразу. Силы гиганта хватит, чтобы легко разорвать даже крепкое тело дракона.

— Будьте невредимы, Ваше Высочество.

Парн окликнул Редрика, медленно поднимавшегося в воздух.

— И ты тоже.

Дракон с Редриком на спине мощно взмахнул крыльями и страшным рывком ринулся в небо.

Парн поднялся на внешнюю стену крепости. Оттуда он отчётливо видел гиганта целиком. Позади него шло войско Венона. В центре — Рыцари Драконьей Чешуи; всего около трёхсот человек. Это было более чем вдвое больше войска Хайленда, оборонявшего крепость.

Огненный гигант казался намного огромнее, чем в рассказах. Возможно, именно потому, что имел тот же облик, что и человек, его размеры ощущались особенно ясно.

Парн сглотнул. Гигант возвышался над кронами деревьев.

— Начать атаку!

В этот миг с разных сторон раздались приказы командиров. По сигналу камнемёты, стационарные арбалеты и другое тяжёлое дальнобойное оружие ударили по гиганту и по войску Венона, начавшему наступление.

Битва началась.

Гигант, огромная цель, принимал на всё тело камни и стрелы. Но было сомнительно, насколько это ему вредило. Он лишь прикрывал лицо обеими руками и, ничуть не замедляясь, приближался к крепости.

Увидев, насколько он неуязвим, солдаты Хайленда начали терять самообладание. Они только слепо повторяли атаки, которые, похоже, почти не действовали.

— Плохо. Гиганта нужно оставить принцу Редрику, а самим истощать вражеских рыцарей и солдат. Иначе будет тяжело.

Так пробормотал Слэйн. Драконьи рыцари были в воздухе, и крепость защищали хоть и настоящие солдаты, но, вероятно, не слишком обученные. Да и командование выглядело не слишком стройным.

В этот момент слева прогремел чудовищный удар. Одна из сторожевых башен была разрушена камнем, который бросил гигант.

Камни, которые он подбирал и метал, были куда больше камней из метательных машин, и от их разрушительной силы по спине пробегал холод. Деревянная сторожевая башня оказалась хрупче песочного замка под волной. Внешняя стена крепости тоже едва ли выдержала бы такой удар.

— При таком размере даже защита Сильфа ничего не даст, — выдохнула Дидлит.

— Если камень полетит прямо в нас, останется только смириться. Но до того я прорежу войско Венона, насколько смогу.

Парн снял с плеча длинный лук, натянул тетиву и несколько раз проверил, как она ходит. Лук был не лучшего качества, но и сам Парн не был хорошим лучником, так что жаловаться не стоило.

Он наложил стрелу, натянул тетиву, прицелился во вражеского рыцаря и с криком выпустил.

Стрела улетела совсем не туда.

Вторая тоже прошла мимо. Только третьей он сумел попасть одному из рыцарей в плечо. Тот свалился с коня, но рана вряд ли была смертельной.

За это время враги подошли к крепости совсем близко. Гигант был уже прямо перед ними.

— Трудно будет удержать ворота?

Парн спросил Слэйна.

— Думаю, да. Стена всё равно рухнет от одного удара гиганта.

— Согласна. Уйдём отсюда и будем драться во дворе. В свалке преимущество у тех, кого больше, но сейчас не до выбора.

Ширис первой спустилась с внешней стены.

— Редрик…

Коснувшись земли, Ширис почти молитвенно взглянула в небо.

Редрик поднялся на драконе в воздух, но, честно говоря, не знал, как подступиться к гиганту.

Он совсем не продумал, как приблизиться. Нужно лишь нанести один удар. Тогда гигант умрёт, и битва закончится победой.

Гигант был уже у самой крепости. Каждый раз, когда он бросал огромный камень, что-то разрушалось: стена, башня, военная машина. Похоже, гигант целился именно в тяжёлое оружие, и почти всё оно уже было уничтожено. Вокруг лежали тела солдат, раздавленные брошенными камнями так, что в них не осталось прежнего человеческого облика.

— Так ничего не выйдет.

Редрик решился.

— Рауд, идём. Ты отвлеки гиганта спереди. Я зайду сзади и прикончу его. Джейс, прикрывай солдат крепости и бей по рыцарям Венона. Не дай им войти в крепость!

Громко отдав приказы товарищам-Драконьим рыцарям, Редрик сам повёл дракона широким левым кругом, чтобы зайти гиганту за спину.

Рауд, храбро бросившись в пикирование, пошёл на гиганта спереди и приказал дракону извергнуть огонь.

Он знал, что гиганта это не ранит. Это было только отвлечение.

Гигант взревел от ярости и замахал обеими руками. Рауд развернул дракона вправо как раз там, где эти руки едва не достали его, и ушёл от атаки.

— Ещё раз!

Рауд отдал приказ своему дракону. Верный дракон тихо рыкнул, словно отвечая, что понял.

Редрик неотрывно смотрел на шею гиганта сзади. Затем медленно вынул со спины магический меч, будто объявляя: миг настал. Дракон под ним чуть недовольно шевельнулся.

— Что такое, Уипптейл?

Редрик назвал своего дракона по имени и похлопал по шее, покрытой твёрдой чешуёй, стараясь успокоить.

— Идём!

С боевым криком он заставил дракона лететь во всю мощь крыльев. Потом Уипптейл чуть сложил крылья и заскользил низко над землёй.

Гигант ещё не заметил Редрика. Его внимание полностью занимал дракон Рауда, снова и снова пикировавший спереди.

И вдруг гигант присел к земле. Что произошло? — удивился Редрик. Рауд, кажется, удивился тоже, и момент поворота у него сбился. Он явно оказался слишком близко к гиганту.

— Рауд! Это ловушка!

Редрик знал, что его не услышат. Но не мог не выкрикнуть предупреждение.

Гигант стал на четвереньки и, словно лягушка, с чудовищной силой прыгнул вперёд. Он схватил дракона Рауда за крыло и хвост.

Два рыка раздались одновременно: гиганта и дракона. Первый был победным, второй — от боли.

Дракон рухнул на землю.

Там была внешняя стена крепости.

Стена, сложенная из камней, разрушилась удивительно легко. Клубы пыли взметнулись вверх и скрыли мечущихся солдат Хайленда.

На земле дракон и гигант вступили в смертельную схватку.

Редрик на мгновение прикрыл глаза и помолился за душу Рауда. Человек не мог уцелеть, оказавшись в борьбе двух таких чудовищных существ.

Гигант, желая оторвать дракону крылья, обхватил одной рукой туловище, а другой схватил крыло. И напрягся. Из тела дракона донёсся зловещий треск. Прославленный как сильнейшее из магических зверей, дракон с предсмертным рёвом извергал огонь из пасти и передними когтями раздирал живот гиганта. Кожа гиганта лопнула, потекла красная кровь.

Но гигант всё же полностью оторвал правое крыло дракона. Из раны хлынула драконья кровь. Уверившись в победе, гигант теперь сжал ему шею. Седло, которое должно было быть там, давно уже было сорвано, и хозяин дракона исчез неизвестно куда.

«Он ушёл на Поля Радости», — подумал Редрик.

— Смерть Рауда не будет напрасной!

Редрик направил Уипптейла и стрелой понёсся к спине гиганта, который уже собирался добить дракона Рауда.

Редрик отстегнул кожаные ремни, крест-накрест державшие его за плечи. Левой рукой он сжал рукоять на седле, правой поднял «Убийцу гигантов».

Уипптейл прыгнул к спине гиганта, намереваясь вонзить в неё когти задних лап.

Гигант наконец заметил нового дракона и отпустил шею дракона, уже превратившегося в мёртвое тело. Повернувшись, он увидел маленькое существо.

Это был Редрик, который, выставив перед собой остриё «Убийцы гигантов», собирался перескочить на гиганта. Это выглядело даже не как отчаянный приём, а как попытка разменять свою жизнь на его.

— Безумие, — поражённо пробормотал Парн.

Если даже он назвал это безумием, само по себе это было впечатляюще.

— Ты мой, гигант!

Редрик закричал от восторга.

Клинок «Убийцы гигантов» несомненно вошёл в тело гиганта. Не сказать, чтобы очень глубоко. Но Редрик почувствовал уверенность: победа за ним. Осталось только дождаться, пока гигант рухнет.

«Только не падай на спину», — подумал он. Если гигант придавит его, спасения не будет.

Но гигант всё не падал. Более того, казалось, он вовсе не получил вреда.

— Не может быть.

Радость Редрика мгновенно исчезла.

То же почувствовали Парн и остальные, наблюдавшие с земли.

Гигант оглянулся на ничтожное существо, висящее на мече, воткнутом ему в плечо. Его глаза налились кровью так, будто в них горел огонь.

Гигант попытался дотянуться до Редрика, но не смог.

Поняв это, он яростно встряхнулся всем телом. Меч вырвался, и тело Редрика взлетело в воздух.

— Редрик!

Ширис рефлекторно бросилась туда, куда он падал. Но успеть было невозможно.

В следующую секунду тело Редрика мягко остановилось в воздухе. Затем он медленно опустился на землю, словно его несла невидимая рука.

— Слэйн?

Ширис обернулась к худому магу.

Слэйн как раз прервал сосредоточение. Без сомнения, именно его заклинание спасло Редрика.

— Спасибо, Слэйн!

— Благодарить не за что. Мне было бы очень неприятно, если бы этот человек погиб здесь. Нынешнему Лодоссу он совершенно необходим.

— Именно так, — сказал Хобб.

Он, следя за действиями гиганта, уже бежал к Редрику. Ширис поспешила следом.

— Вы ранены?

Хобб спросил Редрика.

— Всё в порядке. Ничего серьёзного. Но…

Редрик сперва поднял взгляд к гиганту, потом посмотрел на клинок «Убийцы гигантов», который до конца не выпустил, словно спасительную верёвку.

— Почему он не подействовал? Разве это не меч, выкованный, чтобы убить гиганта?!

В этом голосе звучала обида, будто вырванная из самой души. Но тот, на кого он мог бы обижаться, погиб больше пятисот лет назад. Ирония была в том, что погиб от силы их же предков.

Парн и остальные тоже подбежали.

— Пока надо отступить. Уйдём вглубь крепости и перестроимся. Через пролом, который сделал гигант, уже входят вражеские рыцари.

От напряжённого голоса Слэйна Редрик наконец поднялся. Но стоял он ошеломлённый, словно душа его была где-то далеко.

Обернувшись, он увидел, что Джейс, другой Драконий рыцарь, до этого в одиночку атаковавшая войско Венона, умело сдерживает гиганта. Чтобы не повторить судьбу Рауда, она держалась вдали и, то извергая пламя, то стреляя из арбалета, кружила вокруг гиганта, словно насмехаясь над ним.

Ей удавалось отводить гиганта от крепости.

— Пока есть время.

Парн обменялся кивком со Слэйном и, будто подталкивая Редрика в спину, побежал вглубь крепости. Вокруг солдаты Хайленда, оставив внешнюю стену, тоже начали отступать. Целью было здание, где когда-то держали гиганта. Ещё заранее они решили: именно там будет место последнего боя.

Но никто не думал, что им действительно придётся там сражаться.

Никто не мог представить, что «Убийца гигантов» окажется бессилен против гиганта.

13

Драконий рыцарь Джейс сражалась хорошо. Она отвлекала гиганта на себя и не давала ему атаковать крепость. Но войско Венона уже проникло внутрь, и в разных местах солдаты скрещивали мечи с воинами Хайленда.

Перевес полностью был на стороне Венона. Они убили одного дракона и верили, что второй дракон тоже потерял хозяина.

Парн, взяв с собой Дидлит и Хобба, выскочил наружу и вступил в яростный бой.

— Как победить гиганта?

Редрик вместе со Слэйном и Ширис стоял у ворот, ведущих в подземные руины. Слэйн взял у Редрика «Убийцу гигантов» и пристально изучал клинок и рукоять.

— Похоже, сомнений нет: это действительно «Убийца гигантов».

Такой вывод сделал Слэйн.

— Но гигант не умер!

— Возможно, его использовали неправильно. От рубящего удара какой-то эффект, наверное, есть. Но чувствуете, от клинка исходит странный холод? Возможно, это ключ. И ещё одно непонятное заклинание высокого древнего языка. Похоже на пароль для высвобождения магической силы, но по одному этому ничего не скажешь…

— Не думаю, что меч можно использовать как-то иначе, кроме как рубить. А надписи вроде инструкции не было?

Ширис, присев, смотрела на «Убийцу гигантов» и спрашивала Слэйна.

— На самом мече — нет. И среди книг, найденных в сокровищнице, тоже не было ни одной с описанием магического меча. За эти несколько дней я успел их бегло просмотреть. Единственная добыча — одно новое заклинание.

— Какое?

— Заклинание разрушения. Поэтому радоваться ему особенно нечему. Если будет случай, я покажу.

Слэйн объяснил Ширис.

— Вспомнил!

Маар вдруг закричал так, что Слэйн едва не выронил «Убийцу гигантов».

— Что такое, так внезапно?

— Та табличка!

Маар дёрнул Слэйна за рукав мантии.

— Спустись со мной в сокровищницу. Может, узнаем, как пользоваться этим мечом.

— Правда?

— Правда. На постаменте, где лежал магический меч, была маленькая табличка. Там были буквы древнего языка. Я почти ничего не читал, потому что сложно, но, может, там есть подсказка.

— Идёмте, Маар.

Слэйн резко обернулся к огромным воротам позади.

И вместе с Мааром побежал внутрь здания.

— Значит, мы ещё можем победить гиганта?

Ширис оглянулась на Редрика, словно ожидая подтверждения.

— Если успеем…

Редрик мрачно обронил эти слова. Проследив за его взглядом, Ширис сразу поняла, что он имеет в виду.

Последний Драконий рыцарь тоже был повержен. Дракон всё ещё летел. Но даже издалека было видно, что всадница уже потеряла человеческий облик. Возможно, в неё попал камень, а может, ударило дерево.

И гигант уже возвращался к крепости.

Редрик молча поднялся с «Убийцей гигантов» в руках.

— Отступим, Редрик. Всё ещё можно начать заново.

Ширис схватила его за плечо и пыталась убедить. Было ясно, что он собирается идти на гиганта.

— Может быть, я ударил слишком неглубоко. Я ещё раз поставлю всё на этот меч.

Редрик сделал шаг к гиганту, потом второй, почти волоча за собой удерживающую его Ширис. И гигант, словно знал его, шёл прямо к ним.

Ширис, затаив дыхание, смотрела вверх на эту громадину. Казалось совершенно невозможным, чтобы человек мог сражаться с таким противником. Гигант был, наверное, больше, чем руины позади них. Должно быть, когда он входил внутрь, ему приходилось сгибать колени.

Он смотрел на Редрика и Ширис так, будто перед ним были насекомые.

— Ширис! Редрик!

В этот миг послышался голос Парна. Голова гиганта дёрнулась, словно по ней ударила невидимая сила.

Гигант обернулся. Похоже, это Хобб использовал заклинание.

— Не подходите. Вы все погибнете!

Ширис жестом велела Парну уходить. Но, конечно, он не собирался слушаться. Он держал меч перед собой в средней стойке и явно дразнил гиганта. Рядом с ним Дидлит приняла позу для призыва духа.

— Великий Король ветра Ирук…

Дидлит взывала к высшему духу ветра, чтобы применить самое мощное заклинание. Сосредоточив дух, она неотрывно смотрела в лицо гиганта. Вид у него был ужасающий.

Но колебаться из-за этого было нельзя. Дидлит завершила заклинание.

У головы гиганта взвыл мощный порыв ветра. Волосы гиганта разорвало в клочья, и в кружащемся воздушном потоке алым туманом брызнула кровь.

Гигант схватился за голову и застонал.

Почти исчерпав духовные силы, Дидлит тяжело опустилась на колени.

Гигант продолжал стонать от боли.

— Сейчас!

Редрик с криком бросился к ногам гиганта. Ширис не успела его остановить. Он вложил всю силу тела и обрушил клинок «Убийцы гигантов» на волосатую правую ногу.

Раз, другой, третий.

В руки Редрика отдавался твёрдый удар, будто он бил по камню. Почти до онемения.

Кожа гиганта рассеклась, потекла кровь. Даже запах крови казался нестерпимо живым. Но Редрик лучше всех понимал: раны, которые он наносит, почти не действуют.

— Почему ты не умираешь!

Редрик закричал. Казалось, из горла вот-вот хлынет кровь.

— Потому что ты рубишь мечом.

Ответил на его крик Маар. За спиной у грассраннера был Слэйн, мучительно кашлявший.

Должно быть, они бежали туда и обратно во весь дух.

— …Принц Редрик, этот меч не для рубки. Нас обманула его форма. Это проводник магии, такой же, как жезл или посох. Произнесите пароль и ударьте мечом по земле. А потом сразу отойдите от гиганта. Пароль…

Слэйн перевёл дыхание и точно произнёс для Редрика один слог высокого древнего языка.

— Скорее, гигант заметил вас!

От этих слов Редрик резко посмотрел вверх. Кровь, попавшую в глаза, наконец смыли слёзы, и его взгляд встретился с глазами гиганта, горящими яростью.

Гигант поднял ногу, чтобы раздавить Редрика. Тень полностью накрыла принца.

На миг тело оцепенело, но Редрик собрал всё мужество, произнёс древний пароль, которому научил его Слэйн, и, вложив в удар вес всего тела, опустил меч так, словно хотел рассечь саму землю.

Раздался странно сухой звук. Клинок магического меча «Убийца гигантов» разлетелся вдребезги. Осколки рассыпались во все стороны, как туман.

Нога гиганта опускалась. Редрик бросился в сторону и едва ушёл от удара. Когда гигант топнул, Редрик почувствовал, как его тело на мгновение подбросило. Такой силы содрогание прошло по земле.

Он перекатился вбок и постарался отползти от гиганта как можно дальше.

И тут, пока он катился по земле, к его коже пробрался всеподавляющий холод, будто тело вот-вот разрежет на части.

— Такова сила магического меча?

Осколки клинка, поначалу казавшиеся туманом, теперь в солнечном свете засверкали инеем. И этот иней обвивал тело гиганта, словно набрасывая на него белоснежную тогу.

Гигант, крича от боли, обхватил себя руками. Его тело стало совершенно белым. Мороз охватил его всего.

С мучительным воплем гигант рухнул на землю.

Страшный грохот снова подбросил тело Редрика.

— Получилось?

Редрик поднялся и, возвращаясь к Слэйну и остальным, радостно выкрикнул.

— Вероятно, — пробормотал Слэйн. — Вот истинная сила «Убийцы гигантов». Против огненного гиганта — сила льда. Простая логика. Именно потому, что в его теле так сильна сила духа огня, лёд и стал его слабостью. И…

Слэйн сделал шаг вперёд и поднял Посох философа над головой.

— Ширис, вот заклинание, о котором я говорил.

Слэйн громко прочёл руны высокого древнего языка. Затем направил конец поднятого посоха на гиганта, корчившегося на земле.

— Вой демонического волка, объятия снежной девы, скорбящее сердце Первозданного гиганта. Всемогущая мана, стань бурей снега и льда!

Заклинание Слэйна завершилось. Вокруг тела гиганта взметнулся белый взрыв. Снег и лёд яростно били по нему. Кожа гиганта лопалась во многих местах, но раны схватывало льдом быстрее, чем успевала выступить кровь.

Гигант взревел. Долго, очень долго.

— Печальный голос.

Дидлит, опираясь на Парна, вернулась к Слэйну и остальным. Хобб был вместе с ними.

— Словно он о чём-то просит…

Дидлит, будто ища утешения, положила щёку Парну на плечо. Парн обнял её за голову и мягко погладил волосы.

— Этот гигант тоже был всего лишь использован. Когда-то он имел свободную волю и вместе с нашими предками сражался против власти Древнего королевства. Какая ирония. Возможно, только теперь он освобождён от магических уз. От сильной магии Древнего королевства, видимо, не было иного спасения, кроме смерти.

Слэйн, похоже, даже скорбел о том, что применил разрушительную магию и добил гиганта. Парн понимал его чувство.

— Возможно, был другой способ. Но времени не было. Иного выхода не оставалось.

Предсмертный рёв гиганта всё ещё продолжался. Но он становился всё тише и тише, а затем незаметно исчез совсем.

Древний гигант умер.

— Наконец-то… закончилось.

Редрик глубоко-глубоко выдохнул, словно выпуская весь воздух, накопившийся в груди. Затем сильно вдохнул и громко провозгласил:

— Храбрецы Хайленда, гигант мёртв! Больше нечего бояться солдат Венона!

Его слова, казалось, разнеслись по всей большой крепости до последнего угла. Эти слова придали солдатам Хайленда храбрости, а солдат Венона повергли в панику.

Голос был величавым, полным достоинства правителя. Парн не знал прежнего голоса герцога Джестера. Но в голосе этого молодого принца ему послышался голос героя, ещё не сражённого болезнью. Парна охватило торжественное чувство, будто он присутствует при коронации. Возможно, прямо сейчас рождался молодой король.

Затем Редрик поднёс к губам драконью флейту.

Словно только и ожидая зова хозяина, Уипптейл сразу вернулся, кружась в воздухе. Вид магического зверя окончательно подорвал дух врага.

Гигант умер, а дракон выжил. Казалось, это предвещало победу княжества Хайленд и поражение княжества Венон.

Битва закончилась. Редрик победил. Хайленд победил.

14

С дня ожесточённой битвы прошло три дня.

Парн и его спутники всё ещё оставались в крепости. Они были заняты последствиями боя и уходом за ранеными, но эти дела уже постепенно переходили из их рук к другим.

Они начали готовиться к дороге и проверяли вещи, чтобы в любой момент выйти.

Тут внезапно появился Редрик. Возможно, именно он был самым занятым эти три дня: много раз ходил между Хайлендом и крепостью, организовывал гарнизон для крепости и даже взял на себя перевозку материалов для укрепления стен.

Парн и остальные восхищались: вот уж работящий принц. Такой человек наверняка станет прекрасным правителем. И, как ни печально, похоже, этот день был не так уж далёк. По словам Редрика, болезнь герцога Джестера называлась «драконьей лихорадкой» — горячкой, которой часто страдают Драконьи рыцари.

Соприкосновение с драконами, таящими в теле силу духа огня, видимо, нарушает равновесие духовных сил в теле рыцаря. И король Майсен, похоже, умер сравнительно рано именно из-за этой драконьей лихорадки.

— Заболевают не все, но каждый Драконий рыцарь готов к этой болезни. И даже гордится этой готовностью.

Редрик тогда печально улыбнулся.

Сейчас же лицо у него было необычайно серьёзным.

— Уже уходите?

Редрик спросил, пожимая Парну обе руки.

— Собираемся.

— Жаль. Если бы можно было, я бы хотел, чтобы ты остался в этой стране. Как раз, хотя это и не совсем подходящее слово, теперь нужен один Драконий рыцарь…

Драконий рыцарь Джейс погибла в недавней битве, но её дракон, хотя и был ранен, всё ещё оставался силён.

— Думаю, дракон выбрал бы тебя, Парн. И ты смог бы достойно им управлять.

— Я — Драконий рыцарь? Плохая шутка.

Парн ответил с лёгкой улыбкой.

— Парну ещё предстоит стать королём Алании. Не стоит искушать его таким привлекательным предложением, — шутливо сказал Слэйн.

— Парн — король Алании?

Редрик, похоже, воспринял это всерьёз.

— Великолепно. На коронацию обязательно позови. Нынешняя Алания мне не нравится, но с Аланией, которой будет править Парн, я охотно установил бы дружеские отношения. Будем сражаться с Мармо как союзники.

Парн сконфуженно уставился на Слэйна.

— Я не стану королём.

— Почему? Любой мужчина мечтает стать королём. Добровольно выбросить такую возможность — это же безумие. Я тоже иногда хочу бежать от тяжести ответственности. Но бежать мне нельзя. Я родился и вырос сыном правителя. Это моё испытание и моя битва в жизни. А раз это битва, отступать нельзя. Поэтому я наследую отцу.

Парн только улыбнулся и ничего не ответил.

Редрик наверняка станет достойным правителем. Не потому, что родился для короны, а потому, что сам доказал свою способность быть правителем. В этой битве он сражался с огненным гигантом и победил, и больше всего это было делом его сильной воли. Он тревожился о будущем страны, желал завтрашнего дня своему народу и ради этого действовал, не щадя собственной жизни. Без такого человека подобный подвиг был бы невозможен.

— Я не стану королём.

Парн повторил ещё раз.

— Ну, ты, похоже, странный человек. Тогда я дам обещание Парну, странствующему воину. Если тебе когда-нибудь понадобится моя сила, приходи в Оверклифф в любое время. Ради тебя я окажу любую помощь.

Парн склонил голову и поблагодарил.

Затем двое воинов снова крепко пожали друг другу руки и с улыбками поклялись встретиться вновь.

После этого Редрик подошёл к Ширис.

Ширис уже закончила дорожные сборы. Было похоже, что она всё это время слушала разговор Парна и Редрика, стоя к ним спиной.

— Мне нужно поговорить с тобой. Наедине.

Ширис молча кивнула. Маар свистом поддразнил их, глядя вслед обоим, когда они вышли из комнаты.

Когда они окончательно скрылись из виду, он сказал:

— Ну что, Парн, пора отправляться.

— А Ширис?

— Глупый, она же останется здесь. Неужели ты ничего не понял по тому, как эти двое смотрели друг на друга?

Дидлит подняла указательный палец и подошла к Парну с видом наставницы.

— Что понял? О чём ты?

— Уму непостижимо.

Дидлит развела руками, словно больше ей сказать было нечего. Затем обняла Парна, обвив руками его спину, встала на цыпочки и быстро коснулась его губ своими.

— Вот о чём.

Не подозревая, какой разговор идёт в комнате, Редрик и Ширис бесцельно шли чуть в стороне от здания, где оставались Парн и остальные.

Он сам сказал, что хочет поговорить, но Редрик так и не мог произнести ни слова.

— …Забыла. Я ведь это тебе не вернула.

Ширис достала из кожаного мешочка золотое кольцо и протянула Редрику.

Увидев его, Редрик переполошился.

— Нет. Именно об этом я и хотел говорить. Возьми кольцо.

— Это кольцо с гербом. Я не могу его взять.

— Я ведь подарил его тебе.

— Да, как задаток за работу. Но работа закончена. Дай вместо него какой-нибудь драгоценный камень, и мне хватит награды.

— Не в том дело, Ширис.

Редрик покачал головой, стараясь успокоиться.

— В чём не том?

— Это не задаток и не что-то такое. Я хочу, чтобы ты приняла это кольцо. То есть… я хочу взять тебя в жёны.

— А?

Ширис сама подумала, что голос у неё вышел глуповатым. Но слова Редрика были настолько внезапны и неожиданны.

— …Ты серьёзно?

— Серьёзно. Да, отец, наверное, снова придёт в ярость, если я приведу домой женщину неведомого происхождения. Но я убежу его. Мне кажется, я победил в этой битве благодаря тебе. В этой битве я много раз думал, что умру, и даже считал, что умереть будет неудивительно. Но ты не сдавалась. До конца цеплялась за победу и за жизнь. Мне кажется, это твоё мужество и меня привело к победе. Словно, да, словно со мной было покровительство богини победы.

Ширис долго смотрела ему в глаза, будто взвешивая его истинные намерения. Затем улыбнулась и слегка покачала головой.

— Ты мне не противен, но сейчас я не могу любить. Совсем недавно у меня была очень тяжёлая любовь…

Ширис подняла взгляд к ясному небу и произнесла почти шёпотом.

— Но как наёмница я могу остаться рядом с тобой. Теперь ты достаточно видел меня в деле и наверняка наймёшь меня за достойную цену.

— Ширис!

На лице Редрика отразилась такая радость, что большей и представить было нельзя. В этом лице проступили юность и искренность, которых Ширис прежде почти не замечала.

— Всё равно возьми кольцо. Я уже не могу назначить тебе цену. Я просто хочу, чтобы страной, которой я буду править, ты правила вместе со мной.

— То есть половину страны, — весело рассмеялась Ширис.

И положила правую руку на плечо Редрика так, словно он был её давним товарищем-наёмником.

— Если ты так высоко меня ценишь…

Ширис несколько раз тихо кивнула, не теряя улыбки. Потом подняла лицо и посмотрела на Редрика прямо. В этот миг к ней уже вернулось обычное победительное выражение.

— Тогда я скажу тебе ещё одну вещь.

— Какую?

— К сожалению, я вовсе не неведомо чьих кровей. Мой отец — граф Веймар Лакаса. Канонский дворянин, двенадцатый в очереди наследования престола. А я его законная наследница. Для жены захолустного дворянина из Мосса я даже слишком хороша.

Редрик обнял её левой рукой за талию и чуть притянул к себе.

— Тогда, когда мы впервые встретились, тебе всё-таки следовало бежать ко мне в платье.

Тени двух молодых воинов вытянулись под осенним солнцем по бурой земле и слились в одну.