Оракул непрошеным (гет)

Экран смартфона погас.

Пенелопа в недоумении смотрела на сброшенный звонок.

— Что уставилась? — грозно прикрикнула она на девчонку-служанку лет восьми, что кормила котика у порога и невольно следила за ходом разговора.

Девчушка опустила голову, спрятала руки за спину и думала уже куда бежать — в кухню или на двор, но тут в гостиную вошел нежданный гость.

Пан ввалился в комнату как всегда без стука, широкий в плечах, в кожаной куртке на голое волосатое тело. И, как обычно, без штанов — густая козлиная шерсть покрывала его ноги.

— О, милая... — обратился он к девочке.

Пройдя мимо Пенелопы без приветствия, присел рядом с дочкой.

— У тебя котик?.. Хорошая зверюга... — он несколько раз погладил пушистого малыша.

Потом встал и на этот раз повернулся к хозяйке дома.

— Как тебе Ямба?

Госпожа скривила подобие вежливой улыбки. Гость заметил фальшь, однако не подал виду.

— Со временем будет толк. Хорошая девочка.

Возникла небольшая пауза.

Взяв ребенка за затылок, отец развернул девочку и легким толчком отправил во двор, чтобы не слушала дальнейшие разговоры.

— Ты?.. Сегодня?.. — Пенни развела руками.

Бог плодородия и веселья проигнорировал вопрос.

— Опять была груба с мужем?

Это было сказано таким тоном, что не подразумевало ответа. Видимо, он слышал последние слова телефонного разговора. Бесцеремонно оглядев Пенелопу с головы до ног, словно кобылку на рынке, Пан пересек комнату и уселся в то самое кресло хозяина.

— Твой Одиссей — терпеливый муж. Я б на его месте давно бы вернулся. Или не приезжал бы вовсе, — хлопнул он ладонями по ляжкам и закинул одну мохнатую ногу на подлокотник.

Пенелопа посмотрела на вид, открывающийся между его ног, сморщила носик, делая мину приличной женщины. Но гость знал, что ее чопорность лишь показная. И продолжил сидеть вызывающе.

— Вино подадут? Или будем делать вид, что я пришел говорить о Телемахе? Как он, кстати, там?

— Вино? — хозяйка дома засуетилась, сама поднесла гостю поднос с серебряным кувшином и двумя кубками. Поставила посуду на небольшой каменный столик, налила вина и уселась в соседнем кресле поменьше. Взглянула мельком в большое зеркало на соседней стене и расправила складки платья.

— Сын сейчас в техникуме, приходит около четырех. Он потом сразу уйдет с друзьями... Так что...

— На каком он?

— На втором. Монтаж и эксплуатация внутренних сантехнических устройств и вентиляции.

-...О, боги! Монтаж и эксплуатация!.. Монтаж и эксплуатация? — повторил Пан, пытаясь понять смысл этих слов. — Сын самого Одиссея? Прославленного героя, который столько лет водит за нос богов, чудовищ и целые народы?

И поставил свой уже опустошенный кубок на стол.

— Твоя идея?

— Прекрати издеваться, — попыталась она сбросить его наглый тон. — Я тебе уже объясняла. Я женщина почти одинокая, женихи меня совсем одолели, — пригубила она свою чашу, вполглаза поглядывая на Пана. — А мальчику нужна специальность. Кто ж за него похлопочет? Отец вон свои проблемы решает. Хорошо, хоть деньги порой шлет.

— А ты типа не рада?

Хозяйка закатила глаза:

— У меня усадьба, нерадивые слуги, ребенок. Саван свёкру никак не доделаю, — кивнула она на ткацкую раму в дальнем темном углу. — Забот много. Женщине без мужчины нельзя. Ты же меня понимаешь? Мы с тобой из одного теста, чтобы я тебе такие простые вещи объясняла, — Пенелопа поставила свой пустой бокал под руку гостю, наливающему по второй.

— Женихи, говоришь, одолели, — хмыкнул Пан, наполняя оба кубка с щедростью человека, которому не жалко чужого вина. — И что же тебе мешает выбрать одного? Или тебе нравится, когда их много? Ты же умная женщина, Пенни! Почти одинокая, — он сделал акцент на слове “одинокая”.

— Почти, — вернула она ему ударение. — Ты ведь меня знаешь. Я давно уже выбрала, — Пенелопа облокотилась на ручку своего кресла в сторону Пана.

— Не знал бы, не спрашивал, — ухмыльнулся он.

Потом, не сводя с нее взгляда, медленно поднес к губам кубок, из которого только что пила она, и сделал несколько глотков.

Потом также неторопливо вернул кубок на место.

— У Одиссея прекрасный вкус. И к вину, и к женщинам, — он с ленцой посмотрел на хозяйку. — Жаль, что его так долго нет дома.