Исключение (джен)

«Галена» довезла меня до точки старта на удивление быстро. Всю дорогу двигатель надрывался так, будто под капотом сидел умирающий пылесос, но машина не заглохла, не развалилась и даже не попыталась убить меня на повороте. Для бюджетного ведра от «Тортон» — уже достижение. Кажется, у неё даже работали тормоза, хотя проверять это без крайней необходимости я не собирался.

Джонни почему-то называл её «Купри Кинема». Почему? Хуй его знает. Очередной стариковский прикол из времён, когда рок ещё не окончательно превратился в рекламу энергетиков. Первые пару раз я пытался добиться от него объяснения, потом понял, что оно того не стоит.

Я припарковался неподалёку от Арасака-тауэр, заглушил мотор и несколько секунд сидел, положив руки на руль.

Вот и всё.

Никаких хитрых путей через технические тоннели. Никакой группы поддержки. Никакого запасного плана на случай, если основной полетит к чертям. Только пара стволов, дека, несколько боевых стимуляторов и мёртвый рокер в голове.

Я вышел из машины и посмотрел на башню. Она поднималась над площадью, огромная, чёрная и до отвращения уверенная в собственной неуязвимости. Вокруг сновали машины, прохожие спешили по своим делам, на фасадах переливалась корпоративная реклама. Обычный вечер в Найт-Сити. Никто ещё не знал, что через несколько минут здесь начнётся война.

От этой мысли стало почти весело.

У входа в Арасака-тауэр нас встретил спокойный голос искина:

— Добро пожаловать в Арасака-тауэр.

— Напоминаем, что в здание запрещено проносить оружие и опасные вещества.

Я невольно усмехнулся. На мне висело столько оружия, боеприпасов и запрещённого софта, что за одно только пересечение порога мне полагалось несколько пожизненных сроков. Хорошо, что я не собирался здесь задерживаться. Искин мог бы просто сказать: «Ви, это про тебя» — получилось бы короче.

Джонни возник рядом, окинул взглядом вестибюль и ухмыльнулся.

— Ну что, сыграем в две тысячи двадцать третий.

— Осторожно, они у себя дома. У них есть планы перехвата на все случаи жизни.

— Ты как, держишься?

Я уже подключался к ближайшей точке доступа. Перед глазами раскрылся интерфейс деки, поверх реального мира легли строки кода, маршруты соединений и метки устройств. Сеть башни ощетинилась защитными протоколами. Красивыми, дорогими и очень злыми. Почти как здешние администраторы, только эти хотя бы не назначали совещания.

— Не пизди под руку. Я пытаюсь пробить их ЛЁД.

Первая стенка защиты выдержала меньше секунды. Вторая оказалась хитрее: поддельный узел, ловушка и сторожевой демон, способный зажарить мозг неосторожному раннеру. Я пустил ложный запрос, заставил демона броситься за приманкой и проскользнул в освободившийся канал.

Есть.

Мейнфрейм безопасности раскрылся передо мной огромной паутиной. Камеры, датчики движения, тревожные контуры, двери, турели, связь охраны — всё сходилось в нескольких управляющих узлах. Нужно было только убедить систему, что именно я теперь имел право отдавать команды.

— Надо найти главного охранника. У него должен быть при себе ключ доступа.

— Я помню. И, кажется, уже просил не пиздеть под руку.

Я зациклил камеры вестибюля, подменил данные датчиков и заблокировал сигнализацию. Затем добрался до турелей. Их контур был отделён от основной сети дополнительным шифрованием, но после ЛЁДа оно выглядело скорее досадной помехой, чем настоящей защитой.

Ещё один взлом.

Система распознала меня как дружественного оператора.

Слишком легко.

«Арасака» считалась одним из лидеров в области корпоративной безопасности. Её нетраннеры могли выследить человека через половину города, сжечь ему деку, мозг и заодно кофеварку. И всё же я стоял в их главной башне, а сеть уже медленно переходила под мой контроль. Либо я стал чертовски хорош, либо пароль от системы был «Saburo123». Второй вариант почему-то пугал сильнее.

Видимо, охота на киберпсихов и бесконечные заказы фиксеров всё-таки не прошли даром. Каждый раз, когда мне приходилось взламывать технику под пулями, я становился немного быстрее. Каждый раз, когда ошибка грозила превратить мозг в варёный фарш, — немного осторожнее.

Теперь оставалось проверить, достаточно ли этого для штурма Арасака-тауэр.

Я убрал интерфейс деки на второй план и шагнул к центральному входу.

Ну что ж.

Пора начинать представление.

Вестибюль. Стойка охраны. Двое у рамок, ещё трое дальше, возле лифтов. Корпоративная форма, импланты военного класса, оружие уже в руках. Они успели получить предупреждение, но ещё не понимали, что именно приближалось к ним через главный вход.

Я отправил команду.

Потолочные турели развернулись почти одновременно.

Крупный калибр загрохотал в замкнутом пространстве. Первого охранника разорвало пополам, второго отбросило на стойку. Броня остальных продержалась чуть дольше — ровно настолько, чтобы они успели осознать произошедшее. Мраморный пол окрасился кровью, по нему застучали куски хрома.

Я прошёл вперёд, удерживая деку в активном режиме.

Запрос.

Система подсветила цели за колоннами и декоративными панелями. Я выбрал ближайшего бойца и запустил «Киберпсихоз». Его оптика на мгновение вспыхнула красным. Корпорат дёрнулся, развернулся к своим и открыл огонь.

Следующему досталось «Заражение».

Потом ещё одному.

И ещё.

Код перескакивал между имплантами, перегружая прошивки и выжигая нервную систему. Охранники падали, стреляли друг в друга, пытались найти нетраннера, которого их собственные камеры отказывались показывать.

На секунду мне показалось, что всё действительно может пройти легко.

Именно в этот момент рядом с головой просвистела пуля.

Я бросился за колонну. Следом в мрамор врезалась очередь, осыпав меня белой крошкой. На интерфейсе не было ни одной новой метки.

Какого хуя?

Найт-Сити в очередной раз напомнил: стоило подумать, что всё идёт хорошо, и где-то автоматически взводился курок.

Я осторожно выглянул. Двое бойцов продвигались от бокового коридора, прикрывая друг друга. Запрос их не видел. Камеры тоже. Либо они использовали изолированный боевой контур, либо кто-то в службе безопасности «Арасаки» всё же получал зарплату не только за красивый корпоративный профиль.

Shellkit привычно лёг в ладонь. Откалиброванный, вычищенный до блеска и надёжный настолько, насколько вообще могла быть надёжной вещь в Найт-Сити.

Я выкатился из-за колонны.

Два выстрела. Два попадания. Два тела на полу.

Общий поток охраны даже не замедлился.

Из коридоров повалили новые отряды. Часть отображалась в сети, часть оставалась невидимой для деки. Я забрасывал первых скриптами, вторых встречал пулями. Перегрев. Замыкание. Отказ оружия. Выстрел. Ещё выстрел. Смена магазина.

Одна из гранат упала совсем рядом.

Я успел отбить её ногой и нырнуть за стойку. Взрыв разнёс декоративную панель, а осколки впились в броню.

Неплохие у «Арасаки» гранаты.

Дорогие.

Надо будет прихватить несколько, если выживу.

— Ты чего завис? Двигай! — рявкнул Джонни.

Словно у меня были другие планы.

Я выбрался из-за стойки, разогнался и активировал усиленные сухожилия. Первый прыжок поднял меня над линией огня, второй должен был перебросить на балкон. Должен был.

Вместо этого я вцепился руками в огромную люстру.

Синаптический ускоритель включился автоматически. Мир замедлился. Вспышки выстрелов превратились в ленивые языки пламени, пули потянулись по воздуху едва заметными полосами, а я получил несколько долгих субъективных секунд, чтобы спокойно оценить ситуацию.

Вывод оказался простым.

Я был в жопе.

— Ви, ты ебанутый? Мы не на концерте, — прокомментировал Джонни.

Справедливости ради, публика уже пыталась меня убить, а декорации разваливались. По рассказам Джонни, половина концертов «Самурая» проходила примерно так же.

— Блядь, а как иначе? Дека не видит этих ублюдков. Запросы уходят в ноль.

— Ну, значит, мы в жопе. Я говорил тебе установить сандевистан.

Опять он завёл старую песню.

— Ну блядь, началось. Я раннер, Джонни, а не штурмовик!

Я раскачался, отпустил люстру и в полёте выстрелил в ближайшего охранника. Приземление получилось хуже, чем хотелось бы: плечо встретилось с полом, из лёгких выбило воздух. Зато следующая очередь прошла выше.

Я перекатился, поднялся на колено и отправил в сеть новый запрос.

Метки вспыхнули одна за другой. Охрана, турели, двери, гражданские в дальних секторах — слишком много данных, слишком мало времени.

— Ви! Тот корпо — у него ключ доступа!

Я проследил за взглядом Джонни. Офицер в усиленной броне отступал к служебному коридору под прикрытием двух бойцов.

Сканирование.

Личный идентификатор. Командный доступ. Допуск к подземным уровням.

Да, он.

— Вижу!

Я сорвался с места. Очередь прошила пол за спиной. Разбег, подкат под линией огня, удар рукоятью в колено первого бойца. Пока тот падал, я всадил пулю снизу под бронепластину. Второму отправил «Отказ оружия» и не стал тратить на него время.

Офицер попытался выхватить пистолет.

Не успел.

Я врезался в него плечом, впечатал в стену и сорвал с разгрузки карту доступа. Затем толкнул обмякшее тело навстречу преследователям.

Ключ был у меня.

До лифта оставалось метров двадцать и не меньше десятка бойцов. Я выделил их всех разом и запустил подготовленную цепочку скриптов.

«Заражение».

«Перегрев».

«Киберпсихоз».

Код ударил по группе. Один охранник схватился за голову, другой рухнул на колени, у третьего задымились разъёмы на шее. Этого было достаточно.

Я прошмыгнул между корчившимися телами, добрался до лифта и приложил карту к считывателю. Индикатор сменился с красного на зелёный. Двери открылись. Хоть одна система в этой башне решила не спорить — уже неплохо.

Внутрь я ввалился уже под грохот новой автоматной очереди. Пули застучали по створкам, но те успели сомкнуться.

Тишина.

После канонады она показалась почти ненормальной.

Я прислонился спиной к стене кабины, перевёл дыхание и нажал кнопку самого нижнего доступного этажа. Лифт вздрогнул и пошёл вниз. Музыку не включили. Видимо, даже «Арасака» понимала, что дешёвый джаз сейчас будет уже перебором.

Джонни материализовался напротив. Сейчас он выглядел довольным.

— Две трети плана прошли успешно. Остался финал, Ви.

Я проверил магазин Shellkit и посмотрел на сменяющиеся цифры этажей.

— Да, Джонни. Финал.

Лифт уносил меня всё глубже под Арасака-тауэр. Цифры над дверью сменяли друг друга, а в кабине было так тихо, что я слышал собственное дыхание и едва заметный гул имплантов. Даже Джонни несколько секунд молчал. Видимо, пытался не спугнуть редкое событие — план пока ещё работал.

Он первым нарушил тишину:

— Скорее всего, внизу нас уже готовятся встретить по всем правилам.

Как будто я сам не знал.

На схеме сети под нами зажигались новые узлы. Камеры, турели, закрытые двери и целая россыпь сигналов охраны. «Арасака» стягивала людей к лифту. Если они собирались вручить мне цветы и подарочный набор фирменного сакэ, то подошли к организации встречи слишком серьёзно.

Джонни посмотрел на индикатор этажей и задумчиво произнёс:

— Начинаю думать, что план и в тот раз не был провальным.

М-да. На него явно накатила ностальгия. Ещё немного — и он начнёт рассказывать, как в две тысячи двадцать третьем трава была зеленее, корпораты честнее, а ядерные заряды делали на совесть.

Я проверил магазин Shellkit и дослал патрон в патронник.

— Раз уж нам всё равно выходить, так лучше под фейерверки.

Лифт остановился. Створки разошлись, открывая просторный коридор, залитый холодным белым светом. На стене напротив горела надпись, и Джонни тут же прочитал её вслух:

— «Зал сетевых операций». Похоже, отсюда можно контролировать всё здание.

— Подключим там твою девушку и посмотрим, что она устроит.

Он скривился, но спорить не стал. Вместо этого выглянул из кабины, словно его цифровую голову могла зацепить настоящая пуля.

— Тут, похоже, любят ебать в жопу без прелюдий. Готовься, Ви. Они наверняка засели в засаде. Сосредоточься. Ты лучше их, ты справишься. Давай, пошли!

— Ты сейчас меня подбодрить пытался или окончательно испортить настроение?

Ответа я не дождался. Двери лифта начали закрываться, и пришлось выставить ногу, чтобы они снова разошлись.

Двинулись.

Точнее, двинулся я. Джонни мог изображать участника штурма сколько угодно, но пули почему-то всегда летели только в меня.

Коридор выглядел пустым. Слишком пустым для здания, где пять минут назад выкосили половину смены охраны. Я запустил «Запрос»: камеры, две турели и несколько устройств. Ни одного человека.

— Никого.

— Конечно. Все ушли домой. Корпоративный баланс работы и личной жизни.

— С каких пор ты знаешь такие слова?

— Керри одно время ходил к психотерапевту. Нахватался всякой херни.

Первый выстрел пришёл справа. Я упал на колено, и пуля прошла над плечом. Одновременно открылась боковая дверь, выпуская в коридор бойцов «Арасаки».

Вот теперь всё стало привычно.

Ближайшему я отправил «Отказ оружия» и два выстрела из Shellkit. Второму перегрел импланты, остальных накрыл «Заражением». Код перескочил между нейроинтерфейсами, но закончить работу не успел.

— Красиво, — оценил Джонни. — А теперь пригнись.

Над головой ударила турель. Я рухнул за стойку, поймал её в сеть и сменил список дружественных целей. Через секунду тяжёлые очереди уже косили охрану.

Из бокового прохода показалась новая группа. «Киберпсихоз» заставил одного бойца открыть огонь по своим, «Замыкание» выключило ещё двоих вместе с освещением. Остальных добили турель и Shellkit.

Через минуту всё стихло. В воздухе пахло озоном и порохом, под потолком искрила проводка. Пульс зашкаливал, броня была повреждена, но в остальном я оставался почти здоров.

Если не считать умирающего мозга.

Но это уже хроническое.

За коридором открылся огромный зал с рядами серверных стоек и массивной скульптурой в центре.

Джонни огляделся и хмыкнул:

— Ха, такое ощущение, что мы в компьютерной игре.

Затем он указал за постамент:

— Эй! Иди-ка сюда! А мы не вот это ищем? Терминал. Взломать сможешь?

— Сейчас проверим.

Я подключился к пульту и быстро перехватил права администратора.

— Главный сервер, скорее всего, где-то под полом. Надо понять, как его поднять.

Механизм отозвался на команду. Панели разошлись, и из-под пола поднялся серверный блок.

— Я не эксперт, но это похоже на главный сервер башни.

— Интересно, что будет, если мы подключим к нему Альт.

— Да ебанёт всё, — предположил Джонни, обходя сервер. — Ну что… Я тут никаких слотов не вижу… Эх, Спайдер, как же тебя сейчас не хватает…

Я снял защитную крышку и нашёл сервисный разъём.

— Подключай. Мы нашли для Альт новый дом.

— Ну, надеюсь, ты не перехвалил свою бывшую…

Я вставил чип. По залу прокатилась волна помех, свет мигнул, а система безопасности перешла под чужой контроль.

Голос Альт прозвучал прямо в нейроинтерфейсе:

— Я здесь. Контроль над системой безопасности перехвачен. Враждебный персонал нейтрализован. Путь в «Микоси» открыт.

Сигналы оставшейся охраны один за другим погасли.

— Так… Ну и?..

— Скорее идите в «Микоси», пока нас опять не атаковали.

В виски внезапно ударила боль.

Я согнулся и опёрся рукой о сервер. Изображение перед глазами задвоилось, затем покрылось красными помехами. Горло свело, во рту появился металлический привкус.

Опять приступ.

Как же меня это остоебало.

Я вколол инжектор и несколько раз глубоко вдохнул. Боль отступала медленно, словно делала мне одолжение.

Джонни оказался рядом. На этот раз без шуток.

— Пойдём. Осталось ещё чуть-чуть. Мы видели это место во сне.

Я выпрямился. В дальнем конце зала открылась массивная дверь, за которой начинался спуск к «Микоси». Мы действительно уже бывали здесь — в спутанных воспоминаниях, кошмарах и чужих фрагментах прошлого.

Только теперь всё было по-настоящему.

Коридор вывел нас к герметичному шлюзу. За ним находился зал с резервуарами охлаждения и точкой доступа к ядру.

— Можешь открыть дверь?

Ответ Альт пришёл без задержки:

— В центре зала есть точка доступа. Найди её и подключись к ней. Затем погрузись в охладитель. Я буду тебя ждать.

— Понял, принял. Подключиться к смертельно опасной системе и залезть в промышленный холодильник.

Замки шлюза щёлкнули.

Дверь успела открыться лишь наполовину, когда сверху донёсся тяжёлый металлический удар. Потолочная конструкция прогнулась. Что-то огромное проломило перекрытие и обрушилось прямо на меня.

— Смэшер!

Я отскочить не успел.

Металлическая рука схватила меня поперёк корпуса и впечатала в пол. Броня хрустнула, из лёгких вышибло воздух. Надо мной нависло лицо, в котором человеческого осталось меньше, чем в моей машине.

— Кусок мяса. Я тебя помню, сука.

— Сука!

Я упёрся ногами в его корпус и попытался вырваться. Бесполезно. Смэшер поднял меня одной рукой и швырнул через зал.

Я активировал усиленные сухожилия в момент удара о стену, оттолкнулся и ушёл в сторону. Кулак Смэшера пробил бетон там, где секунду назад была моя голова.

В интерфейсе вспыхнуло сообщение Альт:

— В их защите появилась брешь. Дорога к ядру открыта, но времени у нас немного.

Смэшер развернул встроенный пулемёт.

Я бросился за колонну. Очередь прошила её насквозь, осыпав меня каменной крошкой. Сканирование выдало длинный список имплантов, брони и вооружения. Уязвимостей система почти не нашла.

Почти.

Ракетная установка на плече была связана с модулем наведения. Я попытался внедрить «Отказ оружия», но защита отбросила скрипт и едва не выжгла мне половину оперативной памяти.

Смэшер выпустил ракету. Я перехватил сигнал наведения и в последний момент сместил метку цели. Снаряд ушёл вправо и взорвал одну из турелей «Арасаки».

— Косоглазый, что ли? — крикнул я из-за укрытия.

Ответом стала вторая ракета.

Юмор он явно не ценил.

Я побежал, чувствуя, как синаптический ускоритель растягивает секунды. Ни разу не пожалел, что взломал этот имплант. По умолчанию он ускорял восприятие, когда меня обнаруживал противник, но несколько строк кода позволили включать эффект по щелчку пальцев. Ракета проплыла рядом. Я нырнул под неё, отправил Смэшеру «Замыкание» и сразу следом — «Перегрев».

Защита поглотила большую часть удара, но на его корпусе погасли несколько пластин. Этого хватило. Я всадил туда остаток магазина.

Смэшер пошатнулся.

И рассмеялся.

— Мне кажется, или ему нравится? — спросил я.

— Не флиртуй. Он не в твоём вкусе.

Тяжёлая фигура сорвалась с места неожиданно быстро. Я едва успел уйти от удара. Металлический кулак зацепил плечо, развернул меня и бросил на пол. Пистолет вылетел из руки.

Я активировал оптическую маскировку и исчез из его поля зрения. Одновременно подключился к уцелевшим системам зала. Две турели ещё отвечали. Я снял блокировку, развернул их и открыл огонь.

Смэшер прикрыл голову рукой. Броня выдерживала, но каждый удар крупного калибра отбрасывал его назад.

Я подхватил Shellkit, сменил магазин и навёлся на повреждённый участок корпуса.

Выстрел.

Ещё один.

Смэшер разнёс первую турель ракетой. Вторую вырвал из креплений голыми руками.

Я уже закончил новый скрипт.

«Киберпсихоз» на нём не сработал бы — для этого требовалась психика, а не набор боевых протоколов и застарелая ненависть. Поэтому я направил весь доступный ресурс деки в двигательные контуры.

На долю секунды его левая нога заблокировалась.

Мне хватило.

Я прыгнул, оттолкнулся от колонны и оказался у него за спиной. Пистолет упёрся в щель между бронепластинами.

Семь выстрелов подряд.

Смэшер рухнул на колено. Из пробитого корпуса посыпались искры, движения стали рваными. Он ещё пытался поднять оружие, но система наведения уже не слушалась.

Я обошёл его и посмотрел в искалеченное металлическое лицо.

— Привет тебе от Джонни Сильверхенда.

— Ты издеваешься или что?

Джонни стоял рядом и смотрел на старого врага без обычной усмешки.

— Согласен с предыдущим оратором. Просто добей его.

Я нажал на спуск.

После выстрела стало тихо.

Несколько секунд я просто стоял над Смэшером и ждал, что он снова пошевелится. Не пошевелился.

— Не знаю, как… но у нас получилось.

— Альт? Ты здесь?

Её голос вернулся сразу:

— Точка доступа находится перед тобой. Подключись к ней, войди в Сеть и найди меня на той стороне.

Я доковылял до центра зала. Каждый шаг отдавался болью в рёбрах, левое плечо почти не двигалось, а индикаторы имплантов дружно советовали обратиться к врачу. Очень полезная рекомендация на нижнем уровне вражеской башни.

Охладитель уже заполнялся ледяной жидкостью.

Я посмотрел на Джонни. Впервые за долгое время он не знал, что сказать.

— Я не знаю, кто вернётся из этого киберзаплыва, так что скажу спасибо сейчас.

Он коротко кивнул.

— Увидимся на той стороне.

Я подключил кабель к точке доступа и шагнул в охладитель.

Холод сомкнулся над головой.