Ход Скорпиона (гет)

После развода родителей семейный дом в Нидеме стал персональным убежищем для отца Грейс, его зоной комфорта. Старый дух сохранился, несмотря на то что Маршалл внёс некоторые изменения, приспосабливая пространство под свои нужды. Впрочем, у девушки не было времени сравнивать. «Так, облокотись на меня. Держу», — говорила раненому блондину, помогая вылезти из машины. Тот с трудом волочил ноги. Кровь в области сухожилий сворачивалась, но порезы всё равно следовало обработать, пока не проникла инфекция. Грейс еле-еле довела мужчину до ближайшей комнаты, служившей, видимо, хозяйской спальней: большая кровать с высоким изголовьем, тумбочка и антикварный комод с вещами покойного не оставляли места воображению. Незнакомец покорно расположился поверх простыни и провалился в сон, как только коснулся подушки. Пластыри, антисептики, антибактериальная мазь — Грейс взяла из набора всё и быстро вернулась. Кожный покров она зашивать не умела, не приходилось раньше лечить, однако особые медицинские манипуляции здесь не требовались. Кто-то бил блондина по лицу и использовал нож, чтобы лишить возможности передвигаться, но не искалечить. Как беглец выжил после падения из самолёта, оставалось загадкой. Широкие штаны, куртка с бесконечным множеством пуговиц и лента в волосах, словно у аристократа, вызывали вопросы. Одежду покупали не в масс-маркете, это подтверждало отсутствие этикеток с товарным знаком. Грейс с интересом рассматривала пострадавшего. Высокие скулы, прямой нос, бледная родинка справа над губой — боги щедро ему отсыпали. Взволнованная неизвестно отчего, подумала вдруг, что проверить у пациента другие увечья тоже не помешало бы. Ладонь зависла над его грудью; храбрость испарилась вместе с адреналином. Девушка уважала личные границы и интуитивно чувствовала, куда соваться не стоило. Она выключила свет, вышла в коридор и, разочарованная в себе и в целом мире, побрела на кухню.

«Никто не обещал, что будет легко», — сказала тусклому отражению в окне. Яблоня в саду тихонько покачивала ветвями. Немного странно было спустя десять лет обнаружить массивный дубовый стол, за которым в прежние времена Грейс занималась уроками, практически пустую детскую комнату, запертую на ключ, и кабинет-библиотеку, любимую часть дома. Она хотела проститься с прошлым, когда направлялась в Нидем, а не ввязываться в историю. Посещать бостонскую квартиру вообще изначально не планировала, — там отец заключал сделки и развлекался с дамами, слишком глубокий отпечаток оставил. Грусти не ощущала, хотя Грейс казалось, что по приезде погрузится в меланхолию. Пятнадцатилетняя девочка хранила больше плохих воспоминаний, чем хороших, наверное, поэтому легко растворилась в водах нового течения. В тишине ванной комнаты слышалось дыхание, прерывистое и глубокое. Девушка из зеркала в чёрном коротком платье сильнее растрепала волосы и, прикрыв глаза, попыталась выискать внутренние резервы для грядущего боя.

Ей не следовало удивляться заголовкам новостей в Фейсбуке, однако «Необычное небесное явление в Нидеме, Массачусетс» и «НЛО в Бостоне» произвели неизгладимое впечатление в семь утра.

— Ужас, — констатировала она, листая фотографии. Откровения очевидцев в комментариях затрагивали в основном сияние в облаках и ураган, который сорвал крышу у хибар и рекламные плакаты. С незадачливым блондином погодные условия, к счастью, не связывали. Грейс приподнялась с дивана и потрясённо спросила у себя, почему вдруг сложила эти два явления в целое. Каждая клеточка тела чуяла неладное, но без чашечки горячего кофе мозг упрямо отказывался анализировать информацию. От вялости спасал освежающий душ. Закончив с умыванием, она завернулась в махровый халат и рывком раздвинула шторы, впустив робкие лучи солнца. Где-то на улице лаял пёс.

— Ты проснулся.

Мужчина занимал стул у викторианского трюмо из массива красного дерева, выглядя на удивление органично в антураже, созданном семьёй Маршалл, когда родственные узы ценились дороже золота. Грейс замерла на пороге, любуясь гостем, который успел раздобыть чётки усопшего и газету за десятое марта, выпущенную аккурат перед смертью владельца.

— Эти цифры обозначают год? — произнёс на чистом английском, не поднимая глаз на вошедшую.

— Да, сейчас разгар весны две тысячи двадцать пятого, — весело отозвалась девушка и, увидев, как он касается лба, добавила: — Голова болит? Могу вызвать врача.

— Я летел три столетия, — отвечал блондин совершенно потрясённо.

— Ты летел с неба на мою машину. И как умудрился? — Грейс бы рассмеялась, если бы потерпевший не находился в плену у каких-то ненормальных. — Стоп, что? Ты сказал, три столетия?

Он начал заваливаться набок, пытаясь добраться до кровати, и внимание девушки в мгновение ока перекочевало от странных речей к состоянию здоровья. «Ладно, отдохни здесь. Я принесу воды», — пообещала незнакомцу, укладывая на постель. Подумав, что у бедолаги сотрясение мозга, уточнила: «Врач точно не пригодится?» Тот жестом показал нет и снова вырубился, даже не утолив жажду. Грейс бестолково потопталась со стаканом в руке, затем вернулась на кухню, испытывая неясное чувство, будто во всём случившемся таилась неправильность. Как если бы спрятали элемент мозаики. Наверное, так влияла профессиональная деформация: любая неопределённость зудела мелкой занозой, мешая вести простую понятную жизнь. Внутренний голос умолял не ввязываться в чужое дело. Какая разница, что человек уцелел, выпав из самолёта, и что если она ошиблась, включив самолёт в уравнение?

— Джим, привет.

— Ого, доброе утро! — бодро раздалось на другом конце линии.

— Да, доброе. Слушай, ты говорил, что умеешь взламывать системы.

— Ищешь на кого-то компромат?

— Не совсем, — Грейс старалась тщательно подбирать слова. — Можешь проверить по камерам у заправки, что происходило ночью?

— А конкретнее?

— В новостях пишут про НЛО. А я вроде как… присутствовала при событии.

— Да ты полна сюрпризов! — прокатился смешок. — Хорошо. Адрес заправки помнишь?

Острое волнение сопровождалось невероятным возбуждением. Грейс решительно скинула халат и, задержавшись возле чемодана, извлекла джинсы и синюю блузку, отдав предпочтение практичной одежде. Ожидание было самой мучительной частью расследования и, чтобы убить время, девушка развлекалась с макияжем и заплетала волосы. «Надо отсюда валить. Ненавижу Бостон», — червячок не прекращал терзать, предупреждая о незримой опасности, но азарт одерживал верх каждый раз, стоило взгляду остановиться на рюкзаке с вещами. Хотелось не только докопаться до сути произошедшего накануне, но и убедиться, что Джеймс Бёртон действительно являлся тем, кем себя называл, а в конторе отца под логотипом детективного агентства не отмывали деньги.

Телефон вскоре загудел.

— Да, интересные у нас НЛО, — мрачно сообщил парень. — Я послал видео. В общем, перезвони, как всё узнаешь.

Короткометражка длилась примерно минут двадцать, в течение которых Грейс наблюдала и загадочное свечение, и бегство на пару с блондином с места аварии, однако, как выяснилось, развязка наступила чуть позднее с приездом джипа и группы людей, скрупулёзно изучавших окрестности. Трое неизвестных щупали асфальт и траву на обочине, после чего проведали магазинчик у станции.

— Кто эти ребята? Выглядят как бандиты, — пробормотала под нос, опять набирая Бёртона. — Джим, ты ведь пробил номера?

— Обижаешь, — фыркнул в трубку. — Они сотрудники ЧВК. Охранная фирма. Позволь спросить, куда ты дела счастливчика, который рухнул на капот тачки?

— Отвезла в больницу, — ровным тоном солгала девушка.

— Умничка. Постарайся ни во что не лезть. Это Бостон.

— Окей.

Она ещё несколько секунд пялилась в экран, охваченная сильным эмоциональным дежавю. По существу мало что изменилось: судьба будто специально впихивала в руки дорожную сумку, устраивая подобного рода засады и отказывая Грейс в возможности обосноваться. Едва на какой-то точке начинало нравиться, будь то Нью-Йорк, Чикаго или Лос-Анджелес, сразу сыпались неприятности. Родной город, хотя из списка и исключался, решил не отставать.

— Пора обналичить счёт, — произнесла она с уверенностью той, кто приобрёл навыки выживания в диких условиях и не чурался сложностей. Не впервой уносила ноги. Уже надевая жакет, Грейс подняла глаза на висящий в гостиной портрет Максимилиана Маршалла.

— Ты умер очень не вовремя!

* * *

Спустя полтора часа Анна Грейс Маршалл в полной боевой готовности пила вторую чашку свежеобжаренного колумбийского кофе. О намерении залечь на дно говорили рюкзак и чемодан в коридоре, а также хрустящие десять тысяч долларов, которые обеспечили бы арендой жилья: прими дела дурной оборот, не возникнет необходимости в карточках. Она многое успела взвесить, пока гуляла от дома до банка и курила под сенью клёна на пустынной детской площадке. Бёртон в общем-то надежды не обманул, — быстрое извлечение видео с уличной камеры доказывало, что отец занимался незаконной добычей информации. Его агентство не ограничивалось поиском компромата на нерадивых супругов. Опытный программист-профи создал в «Ad Rem Legal» подразделение по сбору данных, чтобы, вероятно, юристы имели дополнительные ресурсы давления. Нанять больного наркомана было единственным способом заставить Маршалла замолчать навсегда. Иной вариант убийства — акция без участия алкоголя и галлюциногенов — предполагал рабочий мотив, и тогда компанию стёрли бы в порошок, особенно пресса, жадная до экономических скандалов. Грейс читала, с кем боролись адвокаты отца. Сотрудники химического завода, экологи, покупатели неликвидных квартир проиграли департаментам вчистую, коррупционную составляющую не удалось выявить благодаря грамотному запутыванию и затягиванию процесса. Добрые самаритяне уничтожили бы «Ad Rem Legal» с превеликим удовольствием, хотя бы из мести, однако…

Отца устранили так, чтобы не затронуть честь фирмы.

На языке таяло бархатистое послевкусие. Едва уловимая горечь перетекала в мягкий оттенок шоколада и во что-то землистое, ореховое. Грейс наслаждалась ароматом и теплом керамики на пальцах, пока на кухню не вошёл тот самый спасённый. Гордо скрестив на груди руки, он прислонился к тумбе и впился холодным изучающим взглядом в девушку, сохраняя на лице невозмутимость, неудобную и тревожную для собеседника. Блондину она упрямо не отвечала, чувствуя напряжение из-за непонятной реакции: разве человек не должен быть растерян, или удивлён, или обрадован, что не помер в канаве?

«Белые ходят первыми?» — мысленно сыронизировала Грейс и, наконец, нарушила тишину:

— Могу позвонить твоим друзьям. Они вчера все кусты облазали.

И замолкла, не прояснив детали, предоставляя мужчине сделать следующий шаг. Он подал голос не сразу, томительная пауза нервировала.

— Здесь у меня нет друзей.

— Здесь, это в две тысячи двадцать пятом? — подколола со сдержанной улыбкой, вспомнив, как ещё утром гость жалел о потерянных столетиях без малейшего намёка на собственную важность. — Из какого ты века?

— Семнадцатого, — сказал блондин мягким негромким тоном. — Из тысяча шестьсот девяносто третьего года.

Левый уголок его губ пополз вверх, и Грейс почти засмеялась, но веселье оборвалось где-то в горле, когда обнаружила, почему фрагменты не складывались. На коже не осталось шрамов, исчезли порезы на необутых ногах и ссадина у рта. Судя по грубым швам куртки, одежду ткали не на станке, да и откровенно старомодный вид привлекал внимание. Даже если не брать это в расчёт, стоило признать, что плазменное свечение в ночном небе не было вызвано самолётом, — так она себе объясняла невероятное, не имея реальных подтверждений. «Беспрецедентный шквальный ветер меняет направление в любую минуту. Ураган стал неожиданностью для синоптиков», — разум захлёстывали цитаты из соцсетей. Грейс отодвинула в сторонку истерию вокруг НЛО и образ английского аристократа — вещи, которые мистификаторы планировали заранее, — и вернулась к чудесному заживлению ран. А затем посмотрела прямиком в тёмные глубокие глаза и осознала страшное: мужчина не лгал. Вдобавок препарировал на предмет внутреннего содержимого, наблюдая проницательно, испытующе, с лёгкой игривостью, от какой сердце смущённо пропустило удар. Грейс взволнованно откинулась на спинку стула, исключительно силой воли справляясь с желанием вскочить с места, и шумно, протяжно вздохнула. Блондин никак не комментировал ситуацию.

А она не терпела неопределённости.

— Хочешь кофе? — хрипло произнесла девушка, гоня прочь неловкость. — Это напиток из зёрен бразильского растения.

Он всё читал её, подмечал нюансы, сортировал рефлексы, анализировал.

— Я пытаюсь быть гостеприимной.

— Зачем?

Коротким, простейшим вопросом ввёл в ступор. Грейс опешила. Голову в момент посетили архаичные, до автоматизма отработанные идеи о помощи ближнему, скреплённые псевдорелигиозной моралью, — и поняла вдруг, насколько бредово прозвучат слова. Не потому что ощущала безразличие, нет.

— Мне любопытно, — сказала совершенно правдиво.

— Я знаю, что такое кофе, — тягуче и плавно сообщил мужчина, ответом будто вознаграждая за безнравственную искренность. И пока неторопливо оглядывал помещение, Грейс прикинула, что спасённый успел осмыслить своё положение: бесстрастность визитёра завораживала в той же мере, что и отпугивала.

— Это не твой дом, — изрёк без какой-либо внятной эмоции.

— Нет.

Приплетать отца в такую поразительную историю девушка не планировала точно, как и закреплять в дальнейшем право на территорию и воскрешать старые связи. Темы назревали поинтереснее скучных имущественных отношений.

— О путешественниках во времени ходят слухи, но обычно они являются из будущего, — выпалила с горячностью. — Физика отрицает скачок вперёд, допускает только обратное направление. Твоё прибытие означает, что грядущее предрешено. И люди в чёрном, похоже, тоже в это верят, раз искали тебя.

Лёд сломался. Красивое лицо озарила живость, свойственная охотнику.

— Мне ничего не известно о людях в чёрном.

Грейс ухватилась за соломинку, единственную слабость — невежество, — лихо извлекла из джинсов смартфон и пощёлкала по экрану. Телефон аккуратно лёг на чужую ладонь. Странника прибор позабавил, но и только: чуть позже в мимике отразилось звериное исступление. Блондин оказался умён, догадался о природе видео и на что запись намекала.

— Это наёмники, — тихо поведала девушка. — Служат тому, кто платит. Агенты частной военной компании. Можно предположить, ты понадобился какому-то богачу в Бостоне. Почему Бостон? Уж слишком быстро приехали.

Незнакомец поднёс смартфон ближе к глазам. Линию рта искривила стылая ярость.

— В чём дело?

— Кровь, — послышалось бесцветное и приглушённое.

Он вернул аппарат на стол, затем, не посвящая в подробности, стремительно вышел вон. Разутый.

Грейс хмыкнула. Взглянула на видео ещё раз. Загадочная троица, как и в прошлый раз, тёрла коленки об асфальт, соскабливая ДНК упавшего с неба пришельца. «Что я делаю?» — возмущённо восклицала рассудительная цивилизованная часть её существа, воспитанная на научных теориях, математических формулах и чётких параметрах, тогда как ребячливая наивная половина души восхищалась мистической чушью про порталы и семнадцатый век. Вероятно, подумала Грейс, кое-кто повредил голову, а у несоответствий имелись нормальные причины. Просто она отказывалась копать глубже из опасения влипнуть по уши в очередную преступную схему. Проблем хватало и без перелётов между эпохами — или планетами.

— Отлично, — кивнула с подчёркнуто беззаботным видом, допив кофе. — Пора стартовать отсюда. Извини, пап. Бостон и я в разводе.