Une merveilleuse absurdité (гет)

— Снова доброе утро, Анна, — Николай поднялся из-за стола, когда она вошла в кабинет.

Анна слегка дрожащими руками поставила поднос, отчего ложечка звякнула об фарфоровую чашку.

— Анна, вы в порядке?

— Parfaitement⁽¹⁾, благодарю, — отозвалась она непривычно тихим голосом. Рука ее дрогнула, и кофе едва не расплескался.

— Анна. — Он осторожно перехватил ее руку. — Давайте лучше я. 

Она не стала противиться, позволив Николаю забрать кофейник, и перевела взгляд в окно. Лишний раз пересекаться глазами не хотелось.

— Пожалуйста, — он предложил ей чашку.

Анна вздрогнула, словно возвращаясь из своих мыслей. 

— Merci.

Рука ее снова дрогнула, отчего ложечка опять звякнула о блюдце, и Анна поморщилась от этого звука.

Пить она не стала. Последующие пять минут она пустым взглядом смотрела в пространство.

— Анна. — Николай отставил чашку и перевел взгляд на девушку. — Вас что-то волнует?

— С чего вы взяли? — Анна старалась говорить ровным тоном и взглянула на него почти что с вызовом, часто моргая. Скрывать слезы почти не получалось. — Все хорошо, как и всегда.

— Анна, кого вы пытаетесь обмануть? — все так же спокойно спросил Шереметьев, чуть склонив голову. — У вас дрожат руки, вы встали почти на рассвете, и вы… плачете.

— А что мне мешает встать рано? — Анна говорила с той же легкой дерзостью. — И с руками у меня все в порядке. Я пойду, там надо Симке… — Она развернулась и двинулась в сторону дверей.

— Анна, стойте. — Николай поймал ее руку. — Вы что-то скрываете и не говорите мне. Что случилось?

Она порывисто развернулась. В глазах ее стояли слезы.

— Какая… — она запнулась от того, насколько близко к нему оказалась, но продолжила уже более тихим голосом, — какая разница?..

— Все, что касается вас, — ответил Николай, смотря на нее с нежностью, — касается и меня. Не закрывайтесь, mon cœur⁽²⁾, расскажите. 

— Хорошо, — наконец проговорила она. — Вчера приходил мой отец. Он… — она сглотнула, стараясь выровнять голос, — сказал, что они разводятся. Родители разводятся. Он…

Анна подняла на него глаза, глядящие с такой непривычной для нее растерянностью, и по щеке ее скатилась одинокая слезинка.

Он лишь осторожно прижал ее к себе. 

— И я не знаю, — глухо продолжала она, — что это значит… Что будет дальше? 

— Все будет хорошо, Анна. Все наладится. — Николай сам не понимал, с чего вдруг говорит такие вещи, но утешить ее было первостепенно. 

Несколько мгновений прошло в тишине.

— Мне нужно домой, — вскинула голову Анна.

— Хорошо. Потап! — крикнул Николай. — Запрягай лошадей!

— Я могу и пешком… — растерянно произнесла Анна.

— Я еду с вами. Это не обсуждается.

1) Великолепно, чудесно (фр.)

Вернуться к тексту

2) Сердце мое (фр.)

Вернуться к тексту