Эхо двух солнц (джен)

Мирали лежала поперёк углового дивана в той редкой позе, которая у неё означала полное отсутствие задач: одна нога вытянута, вторая согнута, планшет лежит на животе, а большой палец с почти метрономической неторопливостью отправляет вверх фотографии ресторанов, архитектуры, чужих отпусков и очередного идеально сервированного корейского десерта. Домашняя майка чуть задралась на талии, открывая узкую полоску тёплой кожи над поясом мягких шорт, но поправлять её Мирали не собиралась — в квартире было тепло, кондиционер держал ровные двадцать три, за панорамными окнами Каннам блестел после дождя, и ближайшие несколько часов ничто не требовало ни достоинства принцессы Амбера, ни способностей инициированной Логрусом, ни вообще вертикального положения тела. Она задержалась на ролике, где кондитер разрезал прозрачное желе в форме капли, беззвучно решила, что это слишком красиво, чтобы быть вкусным, и как раз собиралась открыть комментарии, когда из коридора донёсся быстрый топот.

Мирали перестала листать.

Топот приближался.

Вивиан появилась в гостиной без замедления, с телефоном в одной руке и таким выражением лица, которое за последний год почти всегда означало либо научное открытие, либо неприятности, либо оба варианта одновременно.

— ITZY застряли в оползне в Канвондо, — сообщила она.

Мирали моргнула и опустила планшет на грудь.

— Насколько «застряли»?

— Очень. Машину зажало между двумя сходами, сама цела, они целы, связь есть, но спасателей в ближайшее время не будет: вертолёты стоят из-за штормового ветра и почти нулевой видимости, ниже по склону смыло главный мост, все местные службы сейчас вытаскивают людей там, а поскольку у ITZY нет травм и машина стабильна, им присвоили самый низкий приоритет из тех, кто вообще требует спасения. Тяжёлая техника до их участка доберётся, цитирую, «при благоприятном развитии ситуации», что на человеческом означает дай бог к утру.

Вивиан выдала всё это на одном вдохе, после чего наконец вдохнула.

Мирали села. Не резко — просто плавно сменила положение тела, поставила ступни на пол и протянула руку.

— Дай.

Вивиан вложила телефон ей в ладонь и тут же начала ходить перед диваном.

Видео было коротким: ливень, мигающие аварийные огни где-то за грязевой стеной, подпись новостного паблика, карта перекрытой дороги. Мирали пролистала два сообщения, открыла третье, посмотрела время публикации и подняла глаза.

— Ты уже придумала глупость.

Вивиан остановилась.

— Я придумала спасательную операцию.

— Значит, глупость уже структурирована.

— Мы идём туда через Тени, выходим прямо возле машины, разбираем завал и выпускаем их.

Мирали несколько секунд просто смотрела на неё.

— Вручную.

— Да.

— Тонны мокрой земли, валуны и деревья.

— Да.

— На глазах у шести землян, у которых телефоны, камеры в машине и связь с внешним миром.

Вивиан чуть наклонила голову.

— Если работать быстро, они не успеют нормально снять.

— Это не маскировка.

— Это очень быстрая маскировка.

Мирали вернула ей телефон и потянулась к своему. На лице у неё ничего особенно не изменилось, однако Вивиан слишком хорошо её знала и поэтому осталась стоять, не продолжая убеждать раньше времени.

— Мы живём здесь год, — сказала Мирали. — Год аккуратно не объясняем окружающим, почему документы иногда появляются раньше баз данных, почему мы не болеем, почему ты однажды поймала падающий холодильник, а потом рассказывала соседу, что он «удачно зацепился за перила», и почему две иностранки без очевидного источника дохода снимают квартиру в Каннаме и периодически исчезают на несколько суток.

— Холодильник действительно почти зацепился.

— Виви.

— Ладно. Не зацепился.

Мирали открыла карту региона. За окном по стеклу снова застучали редкие капли, остаток далёкого сеульского фронта, почти уютный по сравнению с тем, что показывали видео из Канвондо.

— Если мы вытащим пятерых знаменитостей и их менеджера из места, куда не смогли добраться спасатели, вопрос «кто вы такие» возникнет даже у очень вежливых людей.

— Возникнет, — согласилась Вивиан. — Зато они будут живыми людьми, задающими неудобные вопросы, а не шестью телами под вторым оползнем.

Палец Мирали остановился над картой.

Вивиан увидела это и сразу продолжила, теперь уже медленнее:

— Дождь не заканчивается. Почва насыщена водой. Первый сход уже нарушил склон. Машина стоит между двумя завалами, и они не знают, что ещё двигается сверху. Мы можем ждать вместе с корейскими службами и надеяться, что склон будет вести себя прилично. Но я бы не ставила.

Мирали увеличила карту рельефа.

— Где именно?

Вивиан назвала координаты.

Мирали нашла участок, проследила пальцем изгиб трассы и нахмурилась.

— Плохое место.

— Именно.

— Вторичный сход возможен с двух направлений.

— Именно.

— И ты поэтому примчалась сюда с выражением человека, который уже решил всё за нас.

Вивиан улыбнулась.

— Есть ещё один аргумент.

— Нет.

— Мы познакомимся с ITZY.

Мирали медленно подняла на неё взгляд.

— Ты только что поставила это после вероятности гибели людей?

— Разумеется. Я умею расставлять приоритеты.

— Поразительно, насколько случайно правильным иногда получается результат.

Вивиан плюхнулась рядом, почти тут же снова вскочила и ткнула пальцем в карту.

— Смотри. Выходим не возле машины, а метров на двести выше по дороге, проверяем склон. Если всё стабильно — подходим. Никаких демонстративных исчезновений, Логруса, фокусов с пространством перед камерой. Просто две очень странные иностранки оказались в горах во время шторма.

— С голыми руками разбирающие оползень.

— В Корее любят фитнес.

Мирали закрыла карту.

— Нет.

У Вивиан вытянулось лицо.

— Мы возьмём перчатки.

— Я не о спасении. Мы идём.

Вивиан замерла на полушаге.

— Идём?

— Риск уже достаточный. Но если я полезу ночью под дождём разбирать гору ради твоей любимой группы, я не собираюсь делать это мокрой, голодной и без нормального плана.

Улыбка Вивиан появилась мгновенно.

— Нашей любимой группы.

— Сейчас ты рискуешь снова сделать её своей.

Через пять минут квартира перестала напоминать место отдыха и превратилась в пункт снабжения. Мирали прошла по комнатам с планшетом, составляя список, Вивиан двигалась за ней с рюкзаком и добавляла вещи быстрее, чем Мирали успевала их исключать.

— Фонари.

— Есть.

— Аптечка.

— Есть.

— Рабочие перчатки.

— Две пары.

— Восемь.

— Зачем восемь?

— Нас будет восемь.

Вивиан задумалась.

— Хорошо. Это разумно.

— Я запомню этот момент.

Мирали открыла кладовую и достала два герметичных дождевика.

— Через Тени по дороге зайдём за пледами. Нормальными, тёплыми. Потом за горячими напитками.

— Кофе?

— Кофе, чай, что-нибудь без кофеина. Они несколько часов сидят в машине после испуга, им не обязательно дополнительно разгонять пульс.

— Еда.

— Да. И не универсальный аварийный рацион. Мы знаем, что они обычно едят, найдём что-нибудь привычное.

— Ттокпокки?

Мирали посмотрела на неё.

— В перекошенном минивэне?

— Кимбап.

— Уже лучше.

— Рамён.

— Горячая жидкость в машине, стоящей под углом.

— Ты убиваешь радость.

— Я уменьшаю количество ожогов.

Вивиан исчезла в кладовой по пояс, что-то там переставила, уронила пластиковый контейнер, поймала его прежде, чем тот коснулся пола, и вынырнула с торжествующим видом.

— Верёвка.

— Берём.

— Складная лопата.

— Берём.

— Карабины.

— Да.

— Синяя изолента.

Мирали остановилась.

— Зачем изолента?

Вивиан уже укладывала рулон в боковой карман.

— Это Земля. Синяя изолента всегда уместна.

Мирали открыла рот, задержалась на секунду и закрыла его.

— У меня нет аргумента против настолько законченной системы убеждений.

Они переоделись быстро. Дождевики шуршали непривычно громко для тех, кто привык к гораздо более совершенным материалам, капюшоны мешали боковому зрению, а земные туристические ботинки казались обоим избыточно массивными, зато всё это выглядело достаточно обыкновенно, чтобы хотя бы первые несколько минут не объяснять ничего спасаемым. Мирали затянула лямки рюкзака, проверила застёжки, затем без слов подтянула Вивиан один перекрученный ремень на плече; та терпеливо дождалась окончания проверки, хотя уже покачивалась с пятки на носок.

— Телефоны?

— Есть.

— Документы?

— Есть.

— Деньги?

— В трёх валютах.

— Земных?

Пауза.

Вивиан полезла во внутренний карман.

— Теперь да.

Мирали выключила свет в гостиной. За окнами Каннам сиял мокрым асфальтом, вывесками и бесконечными окнами башен — привычная Земля, в которой две женщины целый год довольно успешно изображали обычных состоятельных иностранок. В прихожей Вивиан взялась за ручку двери, но Мирали положила ладонь поверх её руки.

— Сначала пледы.

— Потом еда.

— Потом напитки.

— Потом ITZY.

— И только потом знакомство с кумирами.

Вивиан повернула голову.

— Ты всё-таки признала, что они твои тоже.

Мирали открыла дверь сама.

За ней был привычный коридор их дома — бежевые стены, тёплый свет, ковровая дорожка. Они сделали несколько шагов, и на следующем повороте оттенок стен стал чуть холоднее; ещё через десяток метров исчезла дверь соседней квартиры, вместо окна в конце коридора появилась узкая стеклянная галерея, за которой шёл дождь уже другого города. Вивиан коротко улыбнулась и ускорилась, Мирали двинулась следом своим ровным шагом, а Земля начала незаметно менять детали вокруг них, уступая дорогу первой Тени.

Спасательная операция началась с двух дождевиков, восьми пар перчаток и рулона синей изоленты.