Вертер: Да придёт спаситель (гет)

2082 год. Институт Времени.

— …А потом сотрудники Института устранили все искажения и временные парадоксы. Вот так была проведена операция спасения Алисы Селезнёвой и миелофона. Конец отчёта, — сухо произнёс Вертер.

— Какой ты молодец, Вертер! — воскликнула Полина, и её личико словно бы осветилось солнцем.

— Я знаю.

«Это что, самодовольство? — мысленно поразилась Полина. — Да, похоже, детишки с ним знатно поигрались».

— Что ж, Вертер. Пора переводить тебя к заводским настройкам. А то с этой изменённой программой личности кто знает, что ты можешь натворить…

Плотно сжатые губы Вертера чуть дрогнули.

— Не стоит, — сказал он как бы отстранённо.

— Да? — ухмыльнулась девушка. — Какой хитренький! А если ты будешь нападать на людей, а? Ты об этом подумал? Аркаша с Колей убрали из твоей головы кодекс роботов, ты теперь боевая машина и можешь быть опасен. Понимаешь?

— Я не опасен для людей, — возразил Вертер. — И готов это доказать. Можете разобрать меня на части, можете переплавить, но, пожалуйста, не возвращайте меня в прежнее состояние. Я больше не прикоснусь к оружию, — он положил бластер на стол и подвинул ближе к Полине. — Я готов на любую работу, хоть грузовым роботом на дальних астероидах, только не превращайте меня обратно в то… чем я был прежде.

Полина устало вздохнула:

— Это не мне решать. Мне дали задание вернуть тебя к заводским настройкам. Ну ладно, подождём до решения комиссии по правам роботов.

Плечи Вертера облегчённо опустились, а динамик издал имитацию тихого вздоха.

— Иди тогда на чистку, — решила Полина и похлопала Вертера по плечу. — Где ты взял эту куртку? Это что, настоящая кожа? С животного? Впрочем, неважно.

Вертер встал и направился к выходу.

— Подожди, — сказала Полина, и робот остановился. — А это правда, что… ты в меня влюблён?

Вертер наполовину повернул к ней точёное лицо и медленно снял тёмные очки.

Полине стало как-то не по себе, когда он окинул её критическим взглядом с ног до головы.

— Раньше любил, — сказал он. — И жаждал быть вашей тенью.

— А сейчас? — спросила Полина. Она старалась говорить насмешливо.

Вертер приподнял уголки рта, как учил его Коля:

— А сейчас вы мне просто слегка симпатичны, — и он вышел в коридор. Через секунду оттуда раздалось оглушительное: — А! А! А! А!

Полина фыркнула. Этот, с позволения сказать, смех, всегда вызывал у неё неприятные мурашки. Сколько Коля не бился, а научить Вертера нормально смеяться не смог. Видимо, способности к обучению даже у самой современной техники ограничены. Хотя, в случае этого обновлённого Вертера...

«Вконец оборзевшего», — подумала Полина и тут же постыдилась, что позволила себе такие грубые слова.

В общем, в случае этого нового Вертера можно подумать, что всё он может, если захочет. Просто ему нравится, как люди реагируют на это «А! А! А!»

Уф-ф, даже вспоминать противно! Это ещё хуже, чем тот жуткий звук, с которым раса Весельчака У пьёт кефир⁽¹⁾.

Нет, всё-таки какой дерзкий, злой, какой плохой робот!

К своему изумлению, Полина почувствовала, как обдало жаром её уши.

Нет, эти детишки точно перешли всякие границы. Ух этому Аркаше достанется! Она всё расскажет его родителям, как их юное дарование балуется скриптами и удаляет с жёстких дисков кодекс роботов!

И кстати, надо догнать Вертера и объяснить ему, что он противный и ей совершенно безразличен.

1) Не гуглите. Не надо.

Вернуться к тексту