Пока не высох океан (гет)

Часть палубы с открытым кафе, где Пятый планировал перехватить кофе перед встречей с Лайлой, отгородили лентой. За оцеплением суетилась съёмочная группа с камерами и софитами, так что ему пришлось делать крюк, пробираясь сквозь праздную толпу.

Кто-то неразборчиво лаял в мегафон. Взмокший сотрудник лайнера в белом поло и светоотражающем жилете вежливо оттирал любопытных, размахивая шипящей рацией. Толпа в целом реагировала благосклонно. В отличие от Пятого, с трудом сдерживавшего раздражение, никто никуда не спешил, а наблюдение за процессом съёмок само по себе было неплохим развлечением.

Вклинившись за неповоротливой четой пенсионеров, Пятый от безысходности стал разглядывать происходящее на площадке. Камеры замерли, раздался сигнал, и за ленту высыпали нарядно одетые актёры с бокалами шампанского. Они подставляли лица бризу, лучезарно улыбались и всем своим видом изображали восторг. Должно быть, снимали рекламу.

— Это лучший день в моей жизни! — звонко воскликнул знакомый голос, заставив Пятого вздрогнуть от неожиданности.

Она стояла вполоборота к камере, пряча лицо под мягкими полями соломенной шляпы, но ошибки быть не могло.

— Эллисон, — одними губами прошептал Пятый, ощущая, как внутри всё привычно сжимается.

Появление сестры на лайнере было настолько же подозрительным, насколько неприятным, учитывая то, как они расстались в прошлый раз.

Пятый никогда не придавал значения сказанным сгоряча словам и тем более не зависел от чужого мнения. Он знал себе цену и умел держать удар. Но у Эллисон оставался козырь, перед которым его броня давала трещину, пусть лава и выжгла львиную долю её дара.

Её искажённое гневом лицо до сих пор преследовало его в кошмарах, а слова, брошенные в тот рождественский вечер, впечатались в подкорку раскалённым железом. Когда лава схлынула и выяснилось, что теперь ни он, ни Лайла не в состоянии вернуться в метро, на него орали все, но на фоне обвинений Эллисон всё остальное смазалось и забылось.

После несостоявшегося Очищения, если не считать «очищением» потерю суперсил, Эллисон больше не могла перекраивать ткань бытия, теперь это был всего лишь дар убеждения, но какой! Совсем недавно Пятый снова ощутил это на собственной шкуре. Хватило одного случайного промо-ролика с её участием, после чего у кассы супермаркета он регулярно с тихими проклятиями выгребал из покупок коробку раскрученного стирального порошка, хотя до этого всегда покупал другой, дешёвый и проверенный.

В тот вечер она била на поражение. Каждое слово, слетавшее с её губ, вколачивало в него одну мысль: он ничтожество, испортившее всем жизнь, и миру стало бы только лучше, не родись он вовсе.

Мысль была не новой, но тогда, раздавленный собственной фатальной ошибкой, он был на волоске от того, чтобы наложить на себя руки. И у него не поворачивался язык винить Эллисон: он доверился своим альтернативным копиям, которые на поверку оказались такими же самоуверенными кретинами, как и он сам.

Разве можно судить паникующую мать, чья дочь по его вине растворилась в квантовом нигде?

Впрочем, Лайла, чья семья с его подачи отправилась в том же неизвестном направлении, не произнесла тогда ни слова упрёка. Но стоило Пятому вспомнить, как она сидела на обломках академии, обняв колени и глядя сквозь стены мёртвым взглядом, как его снова захлёстывала удушающая волна горького бессилия.

Неудивительно, что слова Эллисон упали на плодородную почву. Пятый мог и сейчас процитировать её тираду слово в слово. И, что хуже всего, в глубине души он считал, что она была абсолютно права.

Просто повезло, что этот кошмар закончился, не успев начаться. На чудом уцелевшую телефонную линию Академии позвонила Клэр. И она, и всё семейство Лайлы оказались живы-здоровы и просили за ними заехать. Непостижимая логика квантового пространства выбросила их на платформу совершенно обычного метро в совершенно обычном канадском мегаполисе.

Через пару дней все вернулись по домам, взбудораженные, но целые и невредимые. Пятый узнал об этом от Клауса. Тот подкараулил его на парковке, долго и сбивчиво извинялся за себя и за Эллисон, после чего без паузы попросил денег в долг.

— Ещё один дубль! — донеслось с площадки.

Эллисон куда-то ушла, и он вспомнил, что следует поторопиться. Ноги сами несли его дальше, и вскоре съёмочная суета осталась позади. Усилием воли он затолкал воспоминания поглубже, возвращаясь к реальности. Если встречу с Лайлой и Диего ещё удавалось списать на нелепое совпадение, то появление Эллисон не оставляло сомнений: дело нечисто. Он уже почти не сомневался, что в ситуации с аномалией замешана его семья. Случайностей не бывает. Харгривзы не собираются вместе ради морского отдыха. Их профиль — катастрофы планетарного масштаба.

Нехорошее предчувствие поселилось где-то в районе желудка. Он снова вступал в игру с максимальными ставками, снова отвечал за этих идиотов и снова стоял на пороге грандиозного провала.

Погружённый в мрачные мысли, он прошагал мимо водных горок, сувенирной лавки, павильона с купальниками и вместо центрального парка, где ждала Лайла, очутился в торговом центре.

Он снова заблудился! Непростительная оплошность для человека, чей мозг заточен под пространственную навигацию. Должно быть, сказывались бессонная ночь и бесконечная мысленная жвачка, в которую он провалился с момента вчерашней встречи. Больная муть, поднявшаяся с самого дна души, сбила все настройки, не давая сосредоточиться на деле. Ум намертво завяз в воспоминаниях.

И вот результат: из-за глупой сентиментальности он истуканом стоял посреди атриума и тупо таращился на фонтан, в котором под ритмичную музыку извивались девицы в блестящих чешуйчатых купальниках. Судя по всему, изображали ящериц. Подсвеченные струи воды периодически окатывали их, заставляя стразы вспыхивать яркими искрами. Ещё одна «ящерица» всучила ему флаер с рекламой вечернего аквашоу.

На секунду в голове вспыхнула дикая, невозможная картинка: вот он не оперативник на миссии, а обычный богатый бездельник на отдыхе. И Лайла свободна и путешествует одна. Они бы слонялись по барам, смеялись бы над этими дурацкими «ящерицами» и лениво болтали бы обо всём на свете, развалившись в шезлонгах. Вечером он позвал бы её на аквашоу, а потом она бы пришла к нему в каюту...

На этом моменте пришлось себя одёрнуть. Хватит соплей, он и так безнадёжно выбивался из графика. Сверившись с указателем, Пятый ускорил шаг. Пролетел кинозал, вереницу кафе, бассейн с визжащей детворой и надувными кругами... и снова уткнулся в торговый центр. В тот же самый или аналогичный, хрен их разберёт.

Плавучий город словно издевался, запутывая среди однотипных локаций и переходов. Впору было доставать мел и метить одинаковые зонтики всех этих бессмысленных кафе. А ведь вчера, когда он судорожно искал казино, этот грёбаный парк лез из всех щелей. Какой кретин вообще додумался высаживать деревья на корабле?

* * *

Лайлу он заметил, когда уже почти отчаялся успеть вовремя. Она стояла у аквариума с золотыми рыбками перед очередным суши-баром и бойко трепалась по-японски с женщиной в форменном переднике. Судя по жестикуляции, пыталась выяснить дорогу.

Завидев Пятого, Лайла радостно замахала руками и ткнула в его сторону пальцем. Японка вежливо заулыбалась, закланялась и тут же испарилась в дверях заведения, едва Пятый подошёл ближе. Зато Лайла двинулась навстречу с такой сияющей улыбкой, что у Пятого на долю секунды перехватило дыхание: показалось, что она с разбегу повиснет у него на шее. Но, разумеется, обошлось без сентиментов.

— Спрашиваю её, где парк, а она мне: «Прямо и налево». Да я только оттуда! Нет там никакого парка, только спортзал да боулинг.

— Да ну? — искренне изумился Пятый. — Я готов был поклясться, что там кинозал. Как полагаешь, это искажение пространства из-за аномалии, или мы просто отупели от сытой жизни?

— Ты всегда усложняешь, — отмахнулась Лайла. — Просто архитектор этого корыта — дебил. Вот и всё.

Пятый вглядывался в неё, жадно фиксируя в памяти каждую деталь. Улыбка, небрежные жесты, знакомые интонации. Она снова выглядела сногсшибательно. Яркая, красивая, полная жизни. На ней было всё новое, качественное и, скорее всего, модное: от дерзких коротких шорт до ярко-жёлтой майки под цветастой накидкой. Лайла буквально лучилась радостью и энергией. На её фоне Пятый ощутил себя не просто стариком, а ходячим трупом.

— Мне нужен кофе. Прямо сейчас, — заключил он.

Как ни парадоксально, найти нормальный кофе среди сотен питейных точек этого плавучего вавилона оказалось задачей повышенной сложности. Повсюду подавали лишь ледяную бурду с ароматом эспрессо.

Им пришлось заново форсировать торговый центр, пересекать палубу и огибать аквапарк. Кафе, разумеется, встречало их длинной очередью из жаждущих.

Локация кипела жизнью. Слева, в тени фальшивых пальм, ровными рядами грели кости пенсионеры, справа, в мелком бассейне, шумная компания молодежи перебрасывалась надувным мячом.

— Эллисон? Да у нас тут прямо семейный слёт, — фыркнула Лайла, пока они, плавясь на солнце, ползли к прилавку. — Но зацени, кого я встретила по дороге! Лютер тоже здесь! Впахивает спасателем в местном лягушатнике. Представляешь? Довольный, как слон. В прошлом месяце...

Она осеклась. От несущей колонны навеса отделилась мрачная тень в солнцезащитных очках и в два шага преградила им путь. Чёртов Бэтмен районного масштаба. Для полного комплекта не хватало только развевающегося плаща. Пятый подавил вздох раздражения. Сегодня всё шло наперекосяк.

— И это твой салон красоты? — прошипел Диего, упорно не замечая Пятого.

— Может, хватит за мной следить? — возмутилась Лайла. — На ресепшене напутали со временем и перенесли сеанс!

— И ты, разумеется, решила не терять времени.

— Я уже не могу попить кофе без твоего разрешения?

— Диего, — попытался вклиниться Пятый, — на лайнере происходит что-то неладное. Мы всего лишь пытаемся разобраться, пока не поздно.

— Х-хватит! — зарычал Диего, нависая над ним. — Ты уже как-то разобрался! Мы сами чуть не сдохли, и детей чуть не угробили! Так что засунь свои паранойные теории туда, откуда ты их вытащил, и отвали от моей жены...

Он едва закончил фразу, как ему прямо в лицо прилетел мокрый надувной мяч. Диего качнулся назад, и не подхвати его Пятый за плечо, точно влетел бы спиной в стойку. Как раз подходила их очередь. Лайла уткнулась лицом в ладони, содрогаясь от хохота. Диего ошарашенно заозирался, а Пятый мгновенно развернулся, фиксируя траекторию полёта «снаряда». К ним от бассейна уже во весь дух летел напуганный пацан в кепке.

— Простите, сэр! — закричал он ещё издали. — Мы не специально, честно!

Нельзя сказать, что Пятый сильно удивился, услышав знакомый голос. После встречи с Эллисон и новостей о Лютере он, в общем, ожидал чего-то подобного. Больше всех был поражён Диего, он даже перестал сыпать проклятиями и обещаниями засунуть мяч в задницу тому, кто его кинул.

— Вик? — выдавил Диего, мгновенно остывая. — Ты-то как тут очутился?

— Да так… Взял отпуск, — смущённо пробормотал Виктор. Он ошарашенно переводил взгляд с Диего на Пятого и обратно.

— Вы что, втроём отдыхаете? — наконец выдал он, аккуратно подбирая слова. Лайлу тут же накрыла новая волна истерического смеха, а Диего задохнулся от бешенства. Пятый лишь мысленно порадовался, что ещё не успел получить свой кофе, иначе точно подавился бы.

Когда недоразумение разрешилось, выяснилось, что Виктор оказался на лайнере по чистейшей случайности. В его баре обретался постоянный клуб, полгода планировавший этот круиз. Когда уже всё было оплачено и возврату не подлежало, одна девушка заболела, и лишняя путёвка свалилась Виктору на голову совершенно бесплатно. В баре всё равно тянулся мёртвый сезон, помощница уверенно держала штурвал, и Виктор решил, что отказываться от халявного отпуска просто глупо. Участие в саммите Харгривзов в его планы явно не входило.

* * *

Посвящать Виктора в детали Пятый не спешил. Во-первых, режим секретности никто не отменял, и вряд ли Виктор, даже как обладатель обострённого слуха, мог в чём-либо помочь. Во-вторых, банально жаль было портить человеку отдых. Пятый никогда раньше не видел брата таким довольным и расслабленным. Диего, к счастью, про аномалию тоже промолчал, а вот Лайла тут же с потрохами сдала Лютера и Эллисон.

— И к чему готовиться? Свадьба, похороны или конец света? — невесело пошутил Виктор.

— Свадьба, — отрезала Лайла. — Сейчас выследим Клауса и кому-нибудь его посватаем, пока не началось.

Пятый против воли улыбнулся. Диего с Виктором тоже хмыкнули. На миг его накрыло отголоском далёкого тёплого чувства, словно он перенёсся назад, в тот безумный отель, где они вместе воевали со Спарроу, распутывали интриги Реджинальда и пели дурными голосами на мальчишнике перед концом света, а Пятый сам искренне посоветовал Лайле отнестись серьёзнее к будущему отцу её ребёнка. Старые добрые времена, когда у Диего ещё не было повода его ненавидеть, и они жили все вместе, почти как настоящая семья.

Но стоило Виктору попрощаться и уйти к своей компании, как на лицо Диего вернулась привычная мрачная мина. Времена изменились. Да и если стереть с прошлого ностальгический глянец, всё и тогда было не радужно. Пятый в тот период практически не просыхал, а ведь Долорес ему не раз говорила, что алкоголь делает его сентиментальным.

— Даже до тебя должно дойти: таких совпадений не бывает, — Пятый пошёл в атаку, пока Диего вновь не принялся выяснять отношения. — Нас собрали здесь не просто так. Кто-то дёргает за ниточки, и пока не поздно, нам надо выяснить кто.

— «Нам» — это кому? — Диего сощурился, едва не задевая Пятого плечом.

— Насколько мне известно, твои нынешние таланты не выходят за рамки рулетки, так что на твоём месте...

— Если ты мне не доверяешь, можешь присутствовать, — перебила его Лайла. — Нам всего лишь нужно пару минут спокойно посидеть.

Диего что-то пробурчал, но возразить было нечего.

— Тогда не будем тянуть, — Пятый пробежался взглядом по палубе, но все столики были заняты.

— Казино ещё закрыто, — Диего вклинился между ним и Лайлой и демонстративно взял её за руку. Она лишь закатила глаза.

— Теперь уже не так важно находиться вблизи от цели, — Пятый сделал вид, что не заметил его манёвра. — Вчера мы наладили связь, теперь нам хватит сил дотянуться до аномалии и отсюда.

— Тогда здесь этим и займемся. Если, конечно, найдем свободные места в этом доме престарелых, — Лайла кивнула в сторону лежаков.

Диего пробурчал что-то насчёт того, что престарелые — это как раз её профиль, но Лайла с Пятым сделали вид, что не услышали. Не было времени на дурацкие разборки.

Как выяснилось, шезлонги требовалось бронировать заранее, а все окружающие это лежбище кафе были забиты под завязку. Казалось бы, что может быть проще, чем отыскать скамейку на судне, предназначенном для праздности? Однако у плавучего цирка на этот счёт имелось своё мнение. Любой относительно укромный угол оказывался занят. Вдобавок пространство снова взялось за своё: искривлялось, выгибалось и плыло, заставляя их нарезать круги под палящим солнцем.

В итоге они в очередной раз выскочили к вип-террасе. Той самой, которую не удостоили вниманием минут десять назад. А зря. Лежаки здесь больше смахивали на премиальные массажные кресла, мини-бассейны стояли на приличном удалении друг от друга, а пальмы в кадках были настоящими. Кроме того, народу тут было не в пример меньше, и даже воздух казался прохладнее.

— Это платно, чисто развод для богатых лохов, — Диего решительно развернулся и потянул за собой Лайлу.

— Мы можем себе это позволить, — осадила его она.

— Если не будем проигрывать каждый вечер, как вчера, — тут же завёлся Диего.

Пятый уже потянулся за кредиткой, чтобы замять их очередную стычку, но мысль о деньгах испарилась в ту же секунду.

— Скажите, что это галлюцинация от перегрева... — тихо пробормотала Лайла, уставившись на ближайший бассейн. Диего проследил за её взглядом и опешил:

— Клаус?..

— Клаус и Клэр, — поправил его Пятый.

Пасьянс окончательно сошёлся. Незримый режиссёр этого спектакля привёл их ровно туда, куда планировал, и вся труппа была в сборе. Оставалось лишь дождаться поднятия занавеса.

* * *

Клаус и Клэр освоили вип-террасу с королевским размахом, вальяжно расположившись в тени пальмового навеса. Клэр со скучающей миной цедила смузи из гигантского стакана и листала глянец. А Клаус, зажмурившись, ритмично дрыгал ногой в такт музыке из огромных наушников. На нём не было ни маски, ни перчаток. Похоже, его не волновало, что на этом роскошном ложе до него точно так же расслаблялось множество туристов вместе со своими вип-микробами. Очевидно, заточение в собачьей могиле и последующее купание в лаве излечили его от гермофобии.

Завидев гостей, Клаус радостно подскочил, сдёрнул наушники и огласил палубу восторженными воплями. Должно быть, соскучился по взрослой компании. Он с энтузиазмом потряс руки Диего и Пятому, после чего одарил Лайлу комплиментом на грани фола, но от чистого сердца.

Клэр при их появлении лишь скривилась, буркнув что-то вроде «этого ещё не хватало». Лишь под укоризненным взглядом Клауса она процедила «здрасьте» и снова уткнулась в свой журнал.

— Переходный возраст, — с виноватой улыбкой вздохнул Клаус. — Время разочарований во всём и всех.

Клэр демонстративно фыркнула. Пятый подумал, что совершенно не знает племянницу: раньше она казалась ему исключительно воспитанной и милой девочкой.

— А ты почему не в школе? — привычно включил строгого отца Диего.

— Мы перевели Клэр на домашнее обучение, — мгновенно перехватил инициативу Клаус, перекрывая хруст остервенело перелистываемых страниц. — Ей попались на редкость мерзкие одноклассники, и мы решили, что нечего мучить ребёнка. А экзамены она и так сдаст. Она у нас умница.

«Умница» продолжала усиленно делать вид, что не имеет отношения к нагрянувшей родне.

— Дай я угадаю, — включилась Лайла, — Вы здесь в качестве группы поддержки Эллисон?

— Бинго! — просиял Клаус. — Меня легко протащить в чемодане куда угодно. Я очень гибкий.

Пока Клаус паясничал, объясняя, что команда Эллисон снимает здесь серию рекламных роликов и ей предложили два бесплатных билета для членов семьи, Лайла внезапно замерла.

— А это уже любопытно... — пробормотала она.

Её взгляд расфокусировался. С предельно собранным видом она неторопливо пошла вдоль кромки бассейна, точно хищник, берущий след. Пятый не сводил с неё глаз. Из них вышла бы блестящая оперативная пара в ЦРУ. Никакой лирики, только дела и опасные миссии. И пусть бы после заданий Лайла возвращалась в своё семейное гнездо, его бы такой компромисс устроил. По большому счёту ему был никто не нужен, просто наблюдение за ней привносило в рутину приятное разнообразие. Только и всего.

Тем временем Лайла завершила круг и вернулась в исходную точку. На её губах играла торжествующая улыбка. Поговорила с привидением, настроившись на Клауса, и что-то выяснила? Пятый понятия не имел, на что ещё способны их урезанные суперсилы, и видит ли Клаус призраков. Он попытался поймать её взгляд, но Лайла в упор смотрела на Клэр.

— А кстати, куда делась та склянка с остатками мэриголда? — громко перебила она поток сознания Клауса.

Клэр вздрогнула. Журнал в её руках нервно дёрнулся.

— Осталась в машине, в коробке с другим барахлом, — на автомате отозвался Диего. — Наверное, там и сгорела.

— В лаве? — уточнил Клаус.

— Тачку подожгла толпа. А эти твари из страховой меня всё равно кинули.

— Кажется, я начинаю понимать, кому мы обязаны тем, что всё ещё дышим, и почему наш благородный акт самопожертвования накрылся, — тихо, но отчётливо произнесла Лайла.

Журнал в руках Клэр уже откровенно заходил ходуном.

— Лайла, ты о чём вообще? — занервничал Клаус.

— Клэр, дорогая, ты ничего не хочешь нам всем рассказать?

— Да что она может знать? — Диего выглядел озадаченным.

— Например то, что до того, как всё покатилось к чертям собачьим, мама попросила её забрать из машины забытый плащ. А девочка оказалась слишком любопытной...

Клаус в ужасе прикрыл рот рукой.

— Да! Я выпила эту дрянь! И что?! — не выдержала Клэр.

Она с силой швырнула свой журнал на пол и вскочила с места:

— Вы все думали, что я маленькая и тупая, не понимаю, о чём вы шепчетесь?

В наступившей тишине Пятый почувствовал, как земля уходит из-под ног. Внутри всё похолодело. Вот она, недостающая переменная. Очищение сорвалось не просто так. То, что Клэр с мэриголдом в крови отправили в метро, купило им отсрочку.

— Мать твою... — прошептал Диего, тоже осознав сказанное.

— Клэр, лапочка, зачем же ты так рисковала? — прошептал Клаус.

— Зачем?! — сорвалась на фальцет Клэр. — Мне с детства втирали, какие вы все невероятные герои! Какая у вас крутая и захватывающая жизнь! Я тоже хотела! Я думала... Голос Клэр сорвался, губы задрожали, и она разрыдалась:

— Я не знала, что это всё сказки, что этот мир — дерьмо, а вы все на самом деле гадкие, жалкие, кринжовые и несчастные лузеры! — прокричала она сквозь слёзы. Такого поворота не ожидал никто. Вся компания оцепенела, наблюдая за тем, как их спасительница плачет навзрыд, размазывая по лицу слёзы.

— И я тоже?.. — едва слышно прошептал Клаус, делая к ней несмелый шаг.

— Ты — в первую очередь! — зарыдала Клэр, падая ему на грудь.

Клаус молча прижал её к себе, мягко поглаживая по вздрагивающим плечам.

* * *

— Что здесь происходит? — ледяной голос Эллисон заставил Пятого поёжиться.

Из густой тени пальмовых листьев показалась её безупречная фигура. По застывшему лицу было ясно: она слышала главное.

— Клэр отменила Очищение, а ещё она читает мысли, — светским тоном сообщила Лайла. — И её это совершенно не радует. Впрочем, и меня тоже.

Она с такой ласковой улыбкой взглянула на Диего, что тот вздрогнул и отступил в тень.

— Вы бы знали, как мне всё это надоело! — выкрикнула Клэр из-за плеча Клауса, продолжая рыдать. — Я была готова умереть с вами, но вы меня не взяли на своё Очищение, и я подумала, что сам таймлайн хочет, чтобы ему дали шанс!

Внутри у Пятого всё сжалось от подступившей тошноты. От одного слова «Очищение» во рту появлялась горечь. Тогда, потеряв Лайлу, он просто не хотел жить дальше и позволил своим вариантам-лузерам убедить себя опустить руки. Эллисон была сто раз права.

И теперь признание Клэр переворачивало всё. Она не просто сорвала Очищение, она была живым доказательством тому, что сам таймлайн сопротивлялся уничтожению и цеплялся за жизнь, давая им эту пусть кривую и аномальную, но всё-таки возможность. И если глупая девчонка, движимая детским отчаянием, смогла сломать систему, то он просто не имеет права капитулировать.

— А теперь я буду только рада, если весь этот уродский мир нафиг рухнет! — заявила Клэр, шмыгая носом.

— Он не рухнет, я над этим работаю, — твёрдо сказал Пятый.

Идея самопожертвования ради единого идеального таймлайна больше не казалась ему самым логичным решением. Он уже раз угодил в эту садистскую ловушку и не собирался повторять провальный сценарий. Он найдёт выход, чего бы это ни стоило.

— А между прочим, телепат в команде — это козырь, — задумчиво протянула Лайла. — Особенно с учётом той дичи, что творится на этом корыте.

Они с Пятым обменялись короткими взглядами. В свете последних событий, возможно, пора было посвятить остальных в подробности дела об аномалии.

— Только попробуйте втянуть Клэр в свои авантюры! — рявкнула Эллисон, и желание откровенничать мгновенно испарилось. — Она несовершеннолетняя, и я не позволю...

— Мы все в одной лодке... буквально, — хмыкнула Лайла, снова взяв огонь на себя. Она подчёркнуто неторопливо растянулась на опустевшем шезлонге, подобрала с пола журнал и принялась им лениво обмахиваться. Эллисон развернулась к ней всем корпусом, готовая к бою.

— И кстати, — нанесла упреждающий удар Лайла, — ты бы лучше следила за своим новым ухажёром. Его мысли по поводу твоей дочери выходят за все рамки допустимого.

— Кто? Джеффри? Да что ты несёшь? — возмутилась Эллисон. — Он бы никогда...

— Тётя Лайла не врёт, — Клэр высунула распухший нос из-за плеча Клауса. — Он мерзкий извращенец.

Эллисон как-то сразу сникла, потеряв весь запал, и Пятому вдруг стало её жалко.

— Как же я устала... — пробормотала она и бессильно опустилась на соседний шезлонг, спрятав лицо в ладонях.

Диего воспользовался удачным моментом и сделал ещё один шаг назад, полностью скрываясь за пальмой. Похоже, перспектива объясняться с женой, способной читать мысли, пугала его куда больше, чем риск оставить её без присмотра. Лайла не обратила внимания на его манёвр. Она с интересом листала журнал.

Вскоре Клаус увёл всё ещё всхлипывающую Клэр, и на террасе воцарилось тяжёлое молчание. Рядом с Эллисон Пятый физически не мог мыслить логично и отстранённо. Липкий, иррациональный страх снова совершить роковую ошибку сковывал мысли. Каждое гипотетическое решение казалось ловушкой; каждый шаг сулил очередной крах. Но сидеть сложа руки было ещё опаснее. Нужно было попробовать растолковать Эллисон суть проблемы и заполучить её в союзники, хотя бы временно.

Если бы она осознала всю объективную опасность, её талант стал бы идеальным инструментом. Например, чтобы без шума пройти через охрану на вип-палубу.

— Надо узнать, кто за этим всем стоит, — наконец нарушил тишину Пятый. — Кто-то подстроил так, что мы оказались здесь все вместе...

— Вот же сволочь. Я его собственными руками придушу, — перебила его Эллисон.

— Сперва его нужно вычислить... — попытался продолжить Пятый, почувствовав слабую надежду: похоже, Эллисон всё-таки оценила масштабы угрозы. В конце концов, она была упрямой, а не тупой.

— Да я отлично знаю, где этот гад! — она резким рывком поднялась с шезлонга и рванула с террасы.

— Эллисон, постой! — крикнул он ей вдогонку, но сестра уже на скорости огибала бассейн.

Он дёрнулся было вслед за ней, но Лайла, не поднимая глаз от страницы, осадила его:

— Угомонись. Это она про Джеффри. И поверь, ты не хочешь при этом присутствовать.

Пятый обессиленно рухнул на шезлонг и сжал пальцами пульсирующие виски. Разумеется, Лайла была права. Когда речь шла о непосредственной безопасности дочери, Эллисон не было дела ни до аномалии, ни до подозрительных совпадений. Теперь, когда удушающее присутствие сестры исчезло, он и сам удивлялся собственной наивности.

— Похоже, твой муж сбежал, — прочистив горло, сказал Пятый, когда стало ясно, что Лайла не собирается подкалывать его за ошибочные выводы.

— Далеко не уйдёт, — лениво отмахнулась она. — Давай лучше займёмся делом, раз уж эти роскошные кресла достались нам.

С этим было трудно поспорить. Пятый откинулся на спинку и раскрыл записную книжку, но заставить мозг работать над аномалией оказалось невыполнимой задачей. В голову то лезли мысли о неизбежно грядущей катастрофе, то воспоминания о том, как они лежали рядом при совершенно иных обстоятельствах. Из-за этого, ко всему прочему, ещё и пришлось бороться с искушением немедленно пойти и напиться. Рядом возилась и вздыхала Лайла. Они никак не могли сдвинуться с мёртвой точки.

Всё, перерыв! — наконец провозгласила она. — У меня сейчас мозг закипит.

Пятый глянул на часы. Время работало против них. С их предыдущей встречи с аномалией он почти не продвинулся в расследовании, если не считать семейную встречу доказательством чьего-то злого умысла.

— Я не в форме, ладно? — огрызнулась Лайла, проследив за его взглядом. — Настройка на Клэр сожрала кучу сил. А мне ещё сегодня в казино. Аномалии аномалиями, а работа по расписанию. Я уже не говорю о том, что мне предстоит весёлый разговор с Диего. Каков паршивец!

Она цокнула языком.

— Что он натворил?

— Да в общем ерунда, — призналась Лайла. — Разрешает детям нажираться чипсами с газировкой вместо обеда, когда меня нет дома, пару раз в стрип-бар ходил с приятелями, ну и ещё по мелочи. Если честно, я не так много успела уловить.

Пятый постарался замаскировать вздох. Проступки Диего явно не тянули на развод. Зря он сбежал. Впрочем, обсуждать подвиги брата не имело смысла. Не желая заострять на этом внимание, Пятый сменил тему:

— Как вообще происходит чтение мыслей? Ты видишь картинку или интерпретируешь паттерны?

— Ни то ни другое. Ты просто на мгновение становишься этим человеком. И, соответственно, тебе в голову приходят те же мысли. Забавно, конечно, если бы не было так жутко. Кстати, не смущает, что я теперь могу быть в курсе твоих заскоков?

— Ты и так... — Пятый осёкся на полуслове. По спине пробежал холодок.

Лайла резко застыла, уставившись на бассейн. Гладь воды покрылась рябью и мелко задрожала. Миг, и от поверхности, вопреки всем законам физики, отделился безупречно ровный, прозрачный слой. Он завис в паре дюймов над чашей бассейна, в точности копируя его форму, словно с водной глади, как с желе, острым скальпелем срезали шмат и подвесили сверху. Продержавшись в воздухе несколько секунд, он рухнул обратно, разлетаясь хрустальной моросью. С разных сторон раздались запоздалые визги. Очевидно, аналогичный фокус произошёл во всех бассейнах палубы.

— А аномалия умеет эффектно представиться, — оценила Лайла.

Ситуация стремительно ухудшалась. Вчерашний глюк с бокалом был лишь прелюдией. Аномалия набирала обороты и становилась всё более очевидной. Пятый подумал, что если на борту начнётся паника, то непременно будут жертвы.

От мрачных прогнозов его избавило объявление по радио. Заиграл бодрый мотивчик, и энергичный голос произнёс: «Наше аквашоу — это магия за гранью возможного! Успейте купить билеты!» Дальше пошёл стандартный рекламный текст с расписанием сеансов.

— Они там совсем из ума выжили со своим маркетингом? — Лайла с подозрением рассматривала пузырящуюся воду. — Как они вообще это провернули?

— Понятия не имею, — нахмурился Пятый. — Но, похоже, руководство лайнера в курсе происходящего.

Он окинул палубу мрачным взглядом. Аномалия начала играть с ними в открытую. Это могло значить лишь одно: отсрочка, которую подарила им Клэр, официально завершилась.

* * *

Солнце уходило за горизонт, окрашивая океанскую воду в тревожные красноватые оттенки. Время истекало: по расчётам Пятого, развязка ждала их не позже завтрашнего дня. А единственный улов за весь потраченный день — крошечная строчка на обороте рекламного буклета: лайнер принадлежал подставной структуре «Корпорации Харгривза». Означало ли это, что Реджинальд как-то замешан в происходящем? Вряд ли. В этом таймлайне ему принадлежало всё, кроме, пожалуй, морского воздуха.

Попытка подобраться ближе к аномалии провалилась. Во время их следующей попытки проникнуть на «станцию метро» Лайла заснула от усталости, а в одиночку Пятый лишь ощутил присутствие чего-то крупного и опасного в глубинах трюма. Пробраться туда обычным способом не представлялось возможным. Технические лазы оказались наглухо заварены, охрана блокировала лестницы, и даже связь с ЦРУ была мертва.

Ловушка захлопнулась.

Ему оставалось только забраковывать одну бесполезную идею за другой и беситься из-за бездарно потраченного времени.

С момента, как Лайла покинула его, чтобы успеть к открытию казино, он только и делал, что, как неприкаянный покойник, бродил среди весёлых компаний и семейных пар, чувствуя себя чужим и бесполезным.

Приступы злости сменялись тоскливым отчаянием. После вчерашнего вечера и сегодняшнего утра в обществе Лайлы одиночество ощущалось особенно остро. Вот и теперь он будто снова был один на свете. Конечно, если не считать извилистой очереди к кассе с постером аквашоу, через которую пришлось продираться, чтобы выйти на палубу.

Давешний феномен в бассейнах подстегнул интерес публики. Недалёкие обыватели искренне уверовали, что невозможное явление было частью рекламной кампании. Что, в общем, было к лучшему: по крайней мере, можно было не волноваться о последствиях массовой паники.

Обогнув это шумное сборище идиотов, Пятый пересёк пустое закрывающееся кафе и вдруг разглядел у бортика знакомый силуэт. Клэр.

Она замерла у перил, глядя на темнеющую воду, и на её лице блуждала отрешённая, блаженная улыбка. Губы чуть заметно шевелились. Ничего общего с той взвинченной девчонкой, которая ещё утром рыдала от крушения детских иллюзий. Пятый попытался включить видение, но вымотанный мозг выдал лишь смутный, тревожный сигнал: глубоко под килем двигалась колоссальная, живая масса. Кит? Она общается с китом?

Племянницу стоило расспросить. Пятый не знал, как разговаривать с подростками, и тем более не представлял, как держаться с чудо-девочкой, которая в курсе всех его мыслей и чаяний, не говоря уже о провалах и изъянах.

Он пожалел, что рядом нет Лайлы: уж она-то точно сумела бы найти правильный подход. Но ждать идеальных обстоятельств времени не было. Пятый сделал к ней шаг. Клэр даже не обернулась.

— Ш-ш-ш, — прошептала она в воду. — Спугнёшь.

— Клэр...

— Ушёл, — вздохнула она, поворачиваясь. На мгновение её лицо исказила гримаса боли, будто от вспыхнувшей мигрени.

Но уже в следующий миг она смотрела на него сверху вниз с абсолютной, почти царственной снисходительностью. Ей это не составляло труда: малышка Клэр была его на голову выше.

— Не суетись, — произнесла она ангельским голосом. — Теперь всё будет хорошо. Я обещаю.

Пятый едва успел открыть рот, чтобы потребовать объяснений, как на палубу ураганом вылетела Эллисон.

— Клэр! Где тебя носит?! Что это за выходки?

Царственность слетела с девочки мгновенно. Величественная прорицательница за секунду сдулась до нашкодившего подростка:

— Мам, я же сказала дяде Клаусу, что сбегаю за шоколадкой!

— Это было три часа назад! Уже почти темно!

— Прости... Мне казалось, прошло минут десять, — виновато буркнула Клэр.

Эллисон переключилась на Пятого:

— Я же ясно сказала: оставь её в покое!

Вчерашняя сцена скандала повторялась в новой вариации. Вчера муж защищал жену от «сталкера», а теперь мать грудью закрывала дочь от «опасного фрика-конспиролога».

— Я просто мимо проходил, — Пятый отступил на шаг. В присутствии Эллисон его идея привлечь к расследованию Клэр казалась эгоистичной и глубоко порочной.

— Держись от него подальше! — Эллисон с силой дёрнула дочь за рукав, но Клэр неприязненно вырвала руку.

— Мама, перестань! Я не маленькая!

— Если ты считаешь себя взрослой, учись отвечать за свои поступки! Ты пропадаешь на три часа, и пока мы с Клаусом сходим с ума, ты здесь секретничаешь с... с серийным убийцей.

Эллисон зашла с козырей, но на Клэр её тирада особого впечатления не произвела.

— Он только что подошёл, — прищурилась Клэр.

Она на мгновение замерла, и по её лицу было видно, что она что-то взвешивает. От того, как она их разглядывала, у Пятого возникло неприятное чувство, что перед ним не ребёнок, а опытный переговорщик, который оценивает слабые места противника.

— И раз уж вы оба здесь, сделай одолжение. Сними с него проклятие. У меня в его присутствии голова раскалывается.

— Какое ещё проклятие? — возмутилась Эллисон. — Пятый, что ты ей наплёл?!

— Мне не надо ничего плести. Я и так знаю, что ты его прокляла в прошлое Рождество, когда думала, что я застряла в метро. Ты же в курсе, что твои слова не проходят бесследно? Знаешь, взрослые люди должны отвечать за свои поступки.

— Не надо делать из меня монстра! Никого я не проклинала! — взвилась Эллисон, теряя самообладание. — А если и ляпнула что-то сгоряча, всё давно уже выветрилось. Марш в каюту!

— Сними. Проклятие, — настаивала Клэр, не двигаясь с места.

— Клэр преувеличивает, я в норме, — вмешался Пятый.

Конструктивного диалога всё равно не выходило, и рассчитывать на их сотрудничество было просто глупо.

— У тебя интересные представления о норме, — хмыкнула Клэр.

— Всего доброго, — Он развернулся и пошёл прочь по темнеющей палубе.

— Подожди, стой! — закричала ему вслед Клэр, но Пятый не стал оборачиваться. Придумала тоже, проклятие.