Шахты безумия (джен)

Глава 1

Дорога от Монтбеля к Шахтам Безумия сперва казалась вполне приличной. Она была широкой, утоптанной и даже имела по краям старые каменные столбики — правда, половину из них время, ветер или особо крепкие путники успели уронить в траву. Но через несколько часов тракт закончился, сменившись колеей, петлявшей между сухими кустами и невысокими холмами.

— По карте здесь должна быть дорога, — Цир в который раз развернул потрепанный лист и недовольно прищурился.

— По карте ты должен быть ростом с табурет, — не оборачиваясь, заметила Мелькора. — Но мы же как-то с этим живем.

Хоббит хотел возразить, однако Мустал примирительно поднял ладонь:

— Дети, не ругайтесь. Мы идем туда, куда ведет колея. Значит, раньше по ней кто-то ездил.

— С-с-с-слишком давно, — прошипела Нагиня, покачиваясь на его плечах. — Пахнет пылью, камнем и тем, что давно умерло.

— Очень обнадеживает, — пробормотал Цир и сунул карту обратно за пояс.

К полудню солнце стало припекать так, что даже Мустал перестал ворчать на жару и молча шагал впереди. Внезапно Нагиня приподняла голову и застыла. Ее раздвоенный язык несколько раз мелькнул в воздухе.

— Земля дрожит, — тихо сказала она.

Все остановились. Мелькора присела, приложила ладонь к сухой почве, но спустя несколько мгновений покачала головой:

— Ничего не чувствую.

— Вот и хорошо, — быстро решил Цир. — Значит, ничего и не дрожит.

Нагиня недовольно зашипела, но спорить не стала. Через пару минут дрожь исчезла так же внезапно, как появилась, и отряд двинулся дальше.

Когда они поднялись на очередной холм, впереди наконец показалась одинокая темная скала. Четыре отважных героя остановились, разглядывая ее. Далеко на севере виднелись вершины гномьих гор. А на юге, за степью и лесами, остался последний оплот цивилизации в этих краях — городок Монтбель, в котором отряд успел купить провизию перед дальней дорогой.

Скала, темневшая перед путешественниками, отнюдь не была простой. В ней скрывался вход в Шахты Безумия — старые гномьи шахты, покинутые много лет назад. Именно сюда их отправил архимаг Адамус Ностр, чтобы они принесли ему Ключ Эль’Диадоро — древний артефакт, о назначении которого им ничего не рассказали.

Мелькора первой двинулась вдоль подножия скалы, внимательно глядя под ноги. Остальные последовали за ней. Вблизи камень выглядел еще более старым и чужим: его темная поверхность была испещрена длинными трещинами, в которых не росла даже трава.

— Не спешим, — сказала волшебница. — Сначала обойдем скалу по кругу. И никто никуда не уходит один.

— А если мы увидим что-то интересное? — тут же спросил Цир.

— Тогда позовем остальных и все вместе посмотрим, как ты вляпаешься.

Хоббит поджал губы, но спорить не стал.

С северной стороны у подножия скалы тянулась заросшая колея. В ней еще виднелись следы тяжелых колес, а рядом из земли торчал покосившийся железный столб с ржавым кольцом. Когда-то к нему, вероятно, привязывали лошадей или крепили груз, но теперь кольцо тихо скрипело на ветру, хотя ветра почти не было.

Мустал провел широкой ладонью по камню и нахмурился:

— Здесь все какое-то неправильное. Земля сухая, а камень холодный. Будто солнце про него забыло.

— Может, солнце просто умнее нас, — заметил Цир. — Оно хотя бы не полезло в Шахты Безумия.

— С-с-с-солнце вообще никуда не ходит, — возмутилась Нагиня. — Оно висит.

— Спасибо, доча, — кивнул орк. — Без тебя мы бы так и не разобрались.

Змея гордо приподняла голову, но вдруг замерла. Ее язык быстро мелькнул в воздухе, и она зашипела уже гораздо тише:

— Тут никого нет. Ни мышей, ни птиц, ни жуков. Даже падальщики обходят это место.

Мелькора посмотрела вверх, на темный провал входа в Шахты. Издали он казался просто большой дырой в камне, но вблизи стало видно, что дневной свет гаснет уже в нескольких шагах от входа.

— Тем лучше, — сказала она после короткой паузы. — Значит, будет меньше тех, кто станет нам мешать.

Обогнув очередной каменный выступ, отряд увидел небольшой деревянный сарай. Он стоял у самой скалы, кренясь набок так сильно, что держался, казалось, только на упрямстве старых досок. На двери висела выцветшая табличка: «Не входить». Чуть дальше и выше виднелся вход в Шахты — огромная дыра в скале.

— Ну что же, дети мои, — Мустал с сомнением смотрел на сарай. — Может, не будем туда входить, коли путь нам запрещен? Что ты думаешь, змея?

— Тебе не нужна практика? — Нагиня вопросительно посмотрела на Мустала, обвив его мощное зеленое тело.

— Справедливо, — кивнул орк.

— Я хочу проверить вход в Шахты, вдруг там что-то интересное, ловушки какие-нибудь или кто-то спрятался, — издалека разглядывая дыру в скале, произнес Цир.

— Я предлагаю всем вместе пойти в сарай, — Мелькора придержала Вербениса за плечо. — Не стоит разделяться сразу у входа. Только сначала проверю его на магию.

Мелькора простерла руки в сторону сарая:

— Ассалай, Маххалай, Найдись, обнаружись! — Из рук Мелькоры сорвалось магическое марево и накрыло сарай.

— Ну что там? — Цир вопросительно посмотрел на волшебницу.

— Ничего опасного не вижу. Можно заходить.

Цир подошел к сараю. Снаружи он выглядел как ничем не примечательная ветхая деревянная будка с отверстием в двери на уровне человеческих глаз. Заглянув внутрь через отверстие, Цир произнес:

— Внутри глухая деревянная скамья с дырой по центру. Из дыры льется оранжевый свет.

— Знаете, — Мелькора посмотрела на Цира, — это похоже на туалет.

— Действительно, сельский туалет. Но я, пожалуй, все равно проверю, что там так мерцает. — Цир уверенно открыл дверь и вошел в сарай.

Внезапно под ним задрожала земля. Цир в панике запрыгнул на скамейку, но это его не спасло.

Почва под сараем разлетелась в стороны, и Цира вместе с обломками сарая отбросило прочь. Над воронкой в земле, неистово ревя, взметнулась голова огромного лилового червя.

Пролетев несколько метров, Цир упал и кубарем покатился по земле. С трудом поднявшись на ноги и уняв головокружение, он осмотрел себя: штаны были порваны, руки покрывали глубокие порезы, а в ладони впились крупные занозы от деревянных обломков.

Червь несколько мгновений держал голову над землей и водил ею из стороны в сторону, словно пробуя воздух на вкус, а затем ушел обратно под землю, оставив после себя глубокую земляную воронку.

— И это все, что ты можешь?! — подбежав к воронке, крикнул в нее Цир.

В ответ была лишь тишина, нарушаемая глухим рокотом червя под землей.

В этот момент прямо в лоб Мусталу с неба прилетел бешено вращающийся предмет. Отскочив от мощного лба орка, он упал рядом с ним.

Мустал схватился за голову:

— Какого черта? — воскликнул он.

— Хм… Это Факел Неугасимого Огня, — Мелькора подошла ближе к Мусталу, — у меня с собой такой же. Только этот в чем-то испачкан. Как и твой лоб теперь.

Мустал аккуратно провел пальцем по испачканному лбу, осмотрел результат и неожиданно сунул палец в рот.

— Тьфу! — он сплюнул коричневую слюну на землю. — Это же дерьмо!

— Вот и познакомились, — Мелькора обернулась к Циру. — Похоже, нас уже заметили.

Тот в ответ пожал плечами:

— А я говорил, что нужно сразу ко входу в Шахты идти.

Цир подошел к Мусталу и подобрал факел. Орк в это время достал из своей сумки бинт и вытер лоб.

— Так явно лучше, — Мустал оскалился в улыбке и выбросил бинт в воронку, оставленную червем. Заглянув в воронку, он придирчиво изучил ее. Но кроме бинта там, казалось, ничего не было.

— Нагиня, сползай, взгляни, что там, — обратился орк к своей змее.

Та в ответ отрицательно покачала головой.

Мустал в недоумении поднял брови:

— Ты же близко, и мы поймем все, что ты прошипишь. Опять забыла? — С этими словами он отвесил ей подзатыльник, не подумав сдержать силу. Змею сорвало с орка и унесло на несколько десятков метров в сторону, прямо в кучу обломков.

— Ш-ш-ш-ш-ш, — только шипение донеслось из кучи хлама.

Орк, испугавшись содеянного, спрыгнул в воронку, нашел в ней свой немного пованивающий бинт и, взяв его двумя пальцами, побежал к змее.

Нагиня, истекающая кровью из многочисленных порезов на теле, выбралась из кучи и свернулась в кольца. Мустал, подбежав к ней, начал обматывать ее найденным бинтом.

Мустал пробормотал несколько слов на языке духов. Часть порезов на теле Нагини затянулась, но до полного восстановления было еще далеко. К тому же змея теперь знатно пованивала.

— Она у тебя, случайно, не очковая кобра? — ухмыляясь, спросил подошедший Цир.

— Гадс-с-с-ский гад, — гневно зашипела змея и внезапно, как пружина, прыгнула на орка, обвила его своим телом и принялась неистово тереться об него.

Всего несколько секунд — и змея сползла с Мустала, став абсолютно чистой. Но по всей мантии орка оказалось растерто то самое дерьмо с бинта, вперемешку с кровью Нагини.

— Хватит ерундой заниматься. У нас есть цель — найти Ключ Эль’Диадоро. Я не собираюсь отказываться от мечты стать профессором Академии Магии, а для этого нужен артефакт. Пошли за ним! — Мелькоре надоело терять время, и она взяла на себя командование небольшим отрядом.

— Пойдемте, — Цир развернулся к Шахтам.

— Да, доченька, пойдемте, пойдемте, — Мустал, не обращая внимания на то, что его мантия теперь больше похожа на половую тряпку, тоже повернулся ко входу.

— Ключ! Ключ! Кулон! — возбужденно зашипела Нагиня, уползая в сторону Шахт.

Цир посмотрел на орка:

— Ты вроде лекарь, а не святой отец.

— Ну а что, у меня все в голове перемешалось от этой токсической атаки. Скоро привыкну к запаху, и все пройдет. Не снимать же мантию.

Мелькора уже сделала шаг к скале, но вдруг остановилась и обернулась к отряду.

— Прежде чем идти дальше, проверим, все ли еще способны выполнять простые указания, — сказала она. — Мустал?

— Я способен, — орк выпрямился. — Просто пахну теперь так, будто меня назначили главным жрецом какого-то очень странного божества.

— Нагиня?

Змея лежала на земле, свернувшись тугим кольцом. Кровь на ее чешуе почти засохла, но несколько глубоких порезов все еще алели.

— Я с-с-с-способна, — прошипела она. — Но если кто-то еще раз решит лечить меня своим грязным бинтом, я его укушу.

— Не укусишь, — спокойно сказал Мустал. — Я же твой папа.

— С-с-с-сегодня ты мой большой вонючий враг.

Цир тихо хмыкнул, но, поймав взгляд Мелькоры, сразу сделал серьезное лицо.

Волшебница достала из сумки тонкий моток веревки и четыре коротких железных крюка.

— Теперь правила. Никто не отходит от остальных дальше чем на десять шагов. Если увидели что-то странное, не трогаем. Если услышали что-то странное, сначала говорим об этом вслух. И никаких самостоятельных подвигов.

— Это ты про меня? — спросил Цир.

— Я про всех. Но в первую очередь про тебя.

Хоббит недовольно потер переносицу.

— А если там ловушка? Как ее не трогать, если она сама нас тронет?

— Тогда будем спасать тебя вместе, — ответила Мелькора. — А не собирать по частям, как сегодня.

На мгновение ее пальцы сжались на мотке веревки так сильно, что костяшки побелели. Мустал заметил это, но ничего не сказал. Вместо этого он присел рядом с Нагиней, положил ладонь ей на голову и тихо забормотал слова призыва духов. Зеленоватое свечение пробежало по ее телу, затянуло самые глубокие порезы, и змея довольно зашипела.

— Вот. Теперь почти как новая, — сказал орк.

— Новая я была бы без тебя, — буркнула Нагиня, но на плечо Мустала все же заползла сама.

Мелькора посмотрела на темный вход в Шахты, потом на своих спутников.

— Готовы?

— Нет, — честно ответил Цир. — Но если ждать, пока буду готов, мы состаримся у этой скалы.

— Тогда идем, — сказала волшебница.

К входу в Шахты отряд подошел не сразу. После недавней встречи с червем каждому хотелось смотреть не столько на темную дыру в скале, сколько себе под ноги. Даже Цир шел молча, что для него было признаком либо глубокой задумчивости, либо сильного испуга.

У подножия скалы дорога окончательно исчезла. Ее сменил широкий участок утоптанной земли, покрытый каменной пылью и обломками старых досок. Среди них торчали ржавые железные скобы, куски рельсов и обломок оси от шахтерской телеги. На этом обломке медленно вращалось наполовину засыпанное песком колесо.

— Ветра же нет, — тихо сказал Цир.

— Может, это не ветер, — ответил Мустал.

Колесо в ту же секунду остановилось.

Нагиня на плечах орка зашипела и вытянулась во всю длину, глядя на землю перед собой.

— Он с-с-с-снова близко.

— Червь? — спросила Мелькора.

Змея кивнула.

— Не сам. Он идет глубоко. Но земля помнит, что по ней ходили.

— Прекрасно, — вздохнул Цир. — Теперь даже земля на нас обижена.

Мустал присел возле одного из рельсов и попытался расшатать его рукой. Железо не поддалось, зато камень рядом с ним тихо хрустнул. Орк тут же поднялся.

— Я ничего не трогал, — сообщил он.

— Ты даже когда трогаешь, сначала так говоришь, — заметила Мелькора.

Она достала из сумки моток веревки, выбрала самую толстую железную скобу у подножия скалы и несколько раз обмотала ее. Второй конец веревки остался у нее в руке.

— До самого артефакта ее не хватит, — усмехнулся Цир.

— До артефакта не хватит. Но если нам придется быстро отступать, она покажет, где выход.

— А если скоба вылетит?

— Тогда ты будешь бежать быстрее всех и запомнишь направление.

Хоббит посмотрел на железную скобу, потом на скалу и решил больше вопросов не задавать.

Чем ближе они подходили ко входу, тем заметнее становилось, что Шахты когда-то были большим и важным местом. В стенах по обе стороны от прохода виднелись остатки металлических креплений. В нескольких местах камень был гладко срезан, словно по нему долго катили тяжелые вагонетки. Над входом еще сохранялась широкая плита с почти стертыми гномьими символами.

Мелькора поднялась на выступ, чтобы рассмотреть их. Цир немедленно полез следом.

— Не надо, — сказала она, не оборачиваясь.

— Я только посмотреть.

— Ты уже посмотрел на сарай.

Цир остановился на середине движения, подумал и медленно опустил ногу обратно на землю.

Мустал поднял с пыли небольшой камень и бросил его в проход. Камень несколько раз стукнулся об пол, исчез в темноте, а затем откуда-то из глубины донесся глухой, долгий звон.

Никто не сказал ни слова.

— Это хороший знак? — наконец спросил Цир.

— Нет, — ответила Мелькора.

— А плохой?

— Тоже нет. Просто знак.

— Вот ведь умеешь ты успокаивать.

Волшебница достала Факел Неугасимого Огня. Тот вспыхнул ровным желтым светом, и тени от камней поползли в стороны. Свет лег на первые плиты у входа, на старые следы от колес и на узкую трещину, пересекавшую порог.

Нагиня приподняла голову.

— За этой чертой пахнет иначе.

— Чем? — спросил Мустал.

Змея помолчала, словно подбирая слова.

— Пылью. Старым железом. И страхом.

Цир нервно усмехнулся:

— Это мой страх. Я его еще в Монтбеле с собой взял.

— Нет, — тихо сказала Нагиня. — Этот старше.

Мелькора передала Циру один из железных крюков.

— Ты идешь за мной. Мустал и Нагиня — после тебя. Я буду держать веревку. Если она дернется три раза, все сразу возвращаются назад. Без споров и без героизма.

— А если я дерну ее случайно? — спросил Цир.

— Тогда мы вернемся и оставим тебя снаружи караулить червя.

— Все понял.

Мустал поправил мантию, которая теперь и правда выглядела так, будто пережила неудачную встречу с болотным демоном. Нагиня плотнее обвила его плечи. Цир сжал крюк обеими руками и перестал шутить.

Мелькора подняла факел выше. Перед ней начинался черный проход, в котором свет терялся уже через несколько шагов.

— Держимся вместе, — сказала она.

Она поставила ногу на гладкий камень у самого порога. За ее спиной замер весь отряд.