Хогвартс Будущего (джен)

Прошла неделя после распределения первого бюджета школьного совета. На первый взгляд всё шло хорошо. В библиотеку уже начали поступать новые книги. Фонд обмена учебниками собирал пожертвования. В нескольких аудиториях появились рабочие бригады домовых эльфов.

Но чем заметнее становились результаты одних проектов, тем громче звучали вопросы о других.

Однажды утром Гарри заметил большую толпу возле главной лестницы. На стене висел новый плакат.

«КТО РЕШАЕТ БУДУЩЕЕ ХОГВАРТСА?»

Ниже была прикреплена длинная таблица проектов, которые не получили финансирования.

— Что это такое? — спросил Рон.

— Похоже, кто-то решил устроить протест, — ответила Гермиона.

Внизу плаката стояла подпись:

«Инициатива свободных учеников».

В течение дня подобные плакаты появились по всему замку. На следующий вечер в одном из пустующих классов состоялось открытое собрание. Гарри решил прийти. В аудитории собралось больше пятидесяти человек. Перед ними стоял семикурсник Когтеврана Маркус Белл. Именно его проект клуба исследований магических существ не получил финансирования.

— Мы не против школьного совета, — начал он. — Но если несколько человек принимают решения за всю школу, остальные должны иметь право задавать вопросы. Многие ученики закивали.

— Наш проект даже не попал в число победителей, хотя его поддержали десятки учеников.

— А кто вообще видел результаты голосования? — крикнул кто-то из зала.

— Именно! — поддержал Маркус. — Нам говорят доверять совету. Но доверие нужно заслужить.

Гарри внимательно слушал. В словах Маркуса не было злости. Наоборот. Он говорил спокойно и уверенно. Именно поэтому его аргументы производили впечатление. После собрания Гермиона выглядела задумчивой.

— Мне кажется, они подняли важный вопрос.

— Но мы же старались быть справедливыми, — сказал Рон.

— Этого недостаточно, — ответила Гермиона. — Люди должны понимать, как принимаются решения.

На следующем заседании школьного совета спор разгорелся уже внутри самой организации.

— Если мы опубликуем результаты голосования, нас будут критиковать за каждое решение, — заявил один из представителей.

— А если не опубликуем, нам просто перестанут доверять, — возразила Лора Финч.

Обсуждение продолжалось почти два часа. Наконец Гарри поднялся.

— Помните, зачем вообще создавался совет? Все посмотрели на него.

— Чтобы ученики могли участвовать в жизни школы. Если мы начнём скрывать информацию, то будем ничем не лучше тех, кого сами раньше критиковали. В комнате воцарилась тишина. Даже противники открытости выглядели неуверенно. В итоге большинством голосов было принято решение опубликовать критерии оценки проектов, результаты обсуждений и итоговые голоса представителей. Когда объявления появились на следующий день, по школе снова начались разговоры. Одни ученики внимательно изучали документы. Другие спорили о правильности отдельных решений. Но произошло нечто неожиданное. Большинство учеников увидело, сколько времени и усилий потребовал процесс распределения бюджета. Впервые многие поняли, что решения принимались не случайно.

Через несколько дней Маркус Белл сам подошёл к Гарри в библиотеке.

— Я всё ещё считаю, что наш проект заслуживал финансирования, — сказал он.

— Я понимаю.

— Но теперь хотя бы ясно, почему было принято другое решение.

Гарри улыбнулся.

— Значит, протест помог?

Маркус усмехнулся.

— Похоже, да.

Когда он ушёл, Гермиона закрыла книгу.

— Знаешь, что произошло?

— Что?

— У совета появилась первая настоящая оппозиция.

Рон нахмурился.

— Звучит не очень хорошо.

— Наоборот, — ответила Гермиона. — Если люди готовы спорить и требовать объяснений, значит им не всё равно. Гарри посмотрел в окно на вечерний Хогвартс. Похоже, школьный совет действительно становился частью жизни школы. А значит, впереди было ещё много непростых разговоров.