Бесценное чувство (гет)

Колёса кареты со скрипом остановились, расплескав лужу. Рука отодвинула бархатную штору и требовательно высунулась из окна. Офицер Военной полиции огляделся и только потом опустил на расшитую гипюровую перчатку маленький свиток. Я зашторила окно, постучала по крыше и быстро пробежалась глазами по строчкам.

— Что пишут, госпожа? — осторожно поинтересовалась Азалия, приподняв вуаль своей шляпки.

— Тихо.

«Госпожа Роза!

Я навёл справки о человеке, который Вас заинтересовал.

Эрвин Смит. Разведывательный корпус, служит под началом Кита Шадиса. Положение пока занимает не самое высокое, однако его имя уже хорошо известно как среди военных, так и за пределами корпуса. Одни называют его честолюбивым выскочкой, другие — фанатиком. В одном сходятся все: если Смит чем-то заинтересовался, закрытая дверь едва ли заставит его отступить.

Долгов нет. Не играет. Живёт скромно. Постоянной любовницы за ним тоже не замечено. Боюсь, здесь мне Вас порадовать нечем.

И всё же позволю себе совет: держитесь от него подальше. Гораздо проще иметь дело с человеком, когда знаешь, чего он хочет.

Если пожелаете обсудить это лично, я буду счастлив Вас увидеть.

Ваш К.»

Какой герой... Я хмыкнула и разорвала послание на мелкие кусочки.

— Убери мусор и сожги.

Азалия собрала обрывки письма, рассыпавшиеся по малиновому атласу моей юбки, и спрятала их в сумочку.

— Да, тяжёлый случай...

Я отвернулась к окну. Крупные капли барабанили по стеклу и стекали вниз кривыми дорожками.

— Терпеть не могу фанатиков, с ними всегда сложнее всего договориться.

— Госпожа, — испуганно прошептала Азалия, прижав сумочку к груди. — Неужели он угрожал Вам смертью? Но... как же мы будем без Вас?!

— Что? — Я резко обернулась к помощнице. — Нет, он не настолько глуп.

Карета остановилась. Сквозь плотные шторы пробился яркий свет из окон особняка.

— Так, сейчас поедешь к нашей швее Элизе, — произнесла я, поправляя искусственные чёрные розы в сложной причёске. — Скажи, что ты от госпожи Розы, и выбери для меня несколько тканей. Заодно расспроси о Лобове. Его жена отшивается у нашей мадам, значит, Элиза наверняка что-нибудь слышала. Мне нужно знать, кто бывает в их доме, с кем Лобов чаще всего видится и куда выезжает с семьёй. А если вдруг начнёт упираться, — застёжки ридикюля щёлкнули, и на ладошку служанки опустился мешочек, — передай моё скромное пожертвование на процветание её дела.

— Думаете, ей что-то известно? — Азалия заговорщически понизила голос.

— О, не сомневаюсь. Элиза та ещё болтушка, она отлично знает все слабости своих клиенток. Ну, хватит разговоров. Отправляйся.

Я вышла из кареты и кивнула извозчику. Стоило кебу отъехать, как следом один за другим начали свой путь другие экипажи. Меня незамедлительно окружила свита благоухающих девушек. Сегодняшний приём устраивал один из постоянных клиентов Сада — скучающий столичный аристократ, любивший собирать под своей крышей чиновников, офицеров и красивых женщин.

— Если будете и дальше мокнуть под дождём, то из прекрасных цветов превратитесь в драных кошек. А ну, живо в дом!

Каблучки застучали по белому мрамору. Послышались тихие шепотки. Одна из красавиц присела перед дворецким в шутливом реверансе, вторая легонько похлопала веером по его плечу. Мы зашли в просторную гостиную. Наскоро скинули плащи, побросав их в услужливые руки лакеев. Я поднялась на первую ступеньку широкой, уходящей вверх лестницы и внимательно оглядела каждую девушку.

— Лилия, ты опять ела? Крошки на корсете! Ох, возьми платок!

— Камелия, улыбнись. Твоя самодовольная мина даже меня приводит в уныние.

— Астра, поправь причёску, шпилька вот-вот выпадет!

И всё же... как хороши! В шелках, о которых могли лишь мечтать жёны офицеров! Наряженные, здоровые, кокетливые! Каким же прекрасным был сад! Мой сад! Я довольно улыбнулась, расправив невидимую складку на подоле малинового платья.

— Пока господа наверху томятся в ожидании нашего появления, хочу напомнить. Вы не девки из дешёвого борделя. Вы — мои цветы. Они думают, что сегодня поимеют вас, но на деле вы уже одним своим появлением ободрали их до нитки.

Девушки скрыли смешки за ладошками или краешками вееров.

— И ещё. Помните, зачем вы здесь. — Я понизила голос. — Каждая отвечает за своего господина. Сразите его своим очарованием и внимательно слушайте каждое слово. Мне нужна любая информация о сделках, связанных с военными и в особенности с разведчиками. Всё понятно?

— Да, госпожа! — хором отозвались красавицы.

— Вот и отлично. — Я обернулась, направившись вверх по лестнице. — Не будем заставлять ждать наших прекрасных кавалеров.

Туфелька, украшенная драгоценными камнями, преодолела последнюю ступеньку и на секунду замерла перед массивными двустворчатыми дверями. Пальцы в шёлковых перчатках легли на выбеленное дерево. Слух уловил приглушённый гул голосов, раскатистый мужской смех и звон бокалов.

Выдох. Улыбка. Я распахнула двери.

— А вот и мы, господа!

На мгновение среди знатных особ воцарилась тишина.

После ужина мужчины перебрались сюда — в комнату, больше напоминавшую маленький парадный зал. Высокие окна скрывались за тяжёлыми тёмными портьерами, стены украшали потемневшие от времени портреты королей и военачальников, а над массивным камином потрескивали поленья. На низких столиках стояли бутылки, хрустальные бокалы и серебряные пепельницы, до краёв наполненные пеплом.

К вечеру мужчины окончательно забыли об официальной чопорности, развалившись в креслах и на диванах: кто-то расстегнул воротник мундира, кто-то откинулся на спинку, выпуская густое облако сигарного дыма. Они важно спорили о политике, деньгах и последних распоряжениях двора, как вдруг...

Девушки ворвались в прокуренный кабинет и разлетелись по залу, словно стая пёстрых бабочек. Лилия первой подхватила бокал и, хихикнув, уселась на колени к одному из господ, который ещё секунду назад с непроницаемым видом рассуждал о государственных расходах. Камелия опустилась на подлокотник соседнего кресла и что-то зашептала мужчине на ухо, кокетливо спрятав их лица за распахнувшимся веером. Астра устроилась на диване между двумя чиновниками и звонко рассмеялась, едва один из них попытался сохранить серьёзное выражение лица. Кто-то из девушек запел весёлую, неприличную песенку, начав отбивать ритм каблучком. Остальные подхватили припев.

Не успела я пройти и нескольких шагов, как меня нагнал хозяин. Он протянул мне бокал вина и начал рассыпаться в комплиментах. Поблагодарив за столь радушный приём, я оглядела зал в поисках нужного лица. Хм, а вот и мой сегодняшний кавалер.

Он стоял чуть в стороне, облокотившись о камин. Высокий, стройный, с растрёпанными тёмными волосами и редкой бородкой. По нахмуренному лицу было ясно: появление новых гостей его совсем не радовало. Заметив, что я направляюсь прямо к нему, мужчина насупился ещё сильнее.

— Добрый вечер, офицер Док, — дружелюбно начала я, остановившись рядом. — Опять не жалуете моих девочек? Ох, сколько строгости в твоих глазах, Найл. Мне стоит опасаться ареста?

С Найлом Доком мы познакомились несколько лет назад на одном из столичных приёмов. С тех пор он демонстративно держался от моего Сада подальше, а я с огромным удовольствием испытывала на прочность его офицерскую невозмутимость.

Найл хмыкнул, поднеся бокал к губам.

— Ты, как всегда, тут как тут, Роза. Ещё и привела с собой весь свой палисадник.

— Кто-то сегодня не в настроении? Это поправимо. — Я широким жестом указала на девушек. — Выбирай любой цветок. За мой счёт.

— Я женат.

— Сочувствую, — усмехнулась я и тут же перешла к делу. — Знаю, чего хмурый такой. На днях начальство твоё заходило к моим девочкам. О тебе говорили.

Найл быстро взглянул на меня.

— Что именно?

— Нет-нет-нет. Не так быстро. Мне тоже кое-что нужно. Услуга за услугу.

Военный офицер раздражённо отозвался:

— Чего тебе?

Я обернулась к Доку, раскрыла веер и спрятала за ним улыбку.

— Видишь ли, мне понадобилось кое-что узнать об одном любопытном господине. Ты с ним знаком.

Веер незаметно качнулся в сторону дивана, указав на полноватого мужчину средних лет с морщинистым лбом и заметной лысиной. Он поглаживал усы, с лёгкой улыбкой рассказывая что-то моей милой девушке. Лилия восторженно закивала, глядя на собеседника с такой благодарностью, что я едва сдержала усмешку. Прирождённая актриса.

— Лобов? — Найл выпрямился. — Забудь.

Веер замер. Я поднялась на цыпочки, напрягая весь свой слух.

— Не поняла?

— Не связывайся с ним.

— Это забота, Найл? Я польщена.

— Это здравый смысл.

— Жажду подробностей.

Док посмотрел на меня исподлобья и тяжело вздохнул:

— Николай — грязный игрок. Несколько лет назад один из его помощников сорвал важную сделку. Лобов мог просто его уволить, но вместо этого оставил на службе — на полгода, без жалованья. Каждый день тот являлся в его дом, выполнял поручения, терпел насмешки гостей. А потом Лобов всё равно его выгнал.

Я нахмурилась.

— Зачем тогда было держать его так долго?

— Чтобы остальные видели, что бывает с предателями.

— А уйти этот бедняга не мог?

— Мог, — хмыкнул Найл. — Если был готов больше никогда не найти приличную работу в столице.

— Какой злопамятный. Хорошо, что я на него не работаю. А скажи, любопытства ради, ты не замечал за ним ничего... странного?

Найл коротко покосился на меня, и я сразу догадалась, что ему что-то известно.

— Говори... пожалуйста.

— Замечал. В последнее время он слишком часто интересуется делами Военной полиции.

— Например?

— Снабжением.

Я приподняла бровь.

— Лобов? Снабжением?

— Вот и я удивился.

— Оу... Чем именно?

— Контрактами, поставщиками, расходами... — Найл нахмурился. — Не знаю, зачем тебе это, Роза, но если собираешь сплетни, найди тему поинтереснее и побезопаснее. Ну как, ты довольна? Что насчёт меня?

Я повернулась к дивану. Лилия захлопала в ладоши и поцеловала Лобова в щёку, вызвав смех у сидящих рядом господ.

— Говорили, что характер у тебя прескверный и с начальством ты споришь чаще, чем следовало. Но, похоже, это только на пользу. Один из них даже обмолвился, что наверху тебя давно приметили и при следующем повышении твоё имя будет в числе первых. Так что поздравляю, Найл. Ещё немного — и придётся обращаться к тебе исключительно на «вы». — Я резко захлопнула веер и сделала шаг, намереваясь отправиться прямиком к дивану. — Теперь прошу меня извинить.

— Стой.

— М? — Я обернулась, невинно хлопнув ресницами.

— Я серьёзно. Не лезь.

Губы тронула мягкая, почти благодарная улыбка — настолько безупречная, что поверить в неё мог разве что незнакомец. Я послушно кивнула — будто и правда приняла его слова к сведению, а затем уверенно продолжила свой путь. Увидев меня, Лилия перевернулась и встала коленками на мягкую обивку дивана, грациозно выпрямив спину.

— Госпожа Роза, — восторженно воскликнула девушка. — Господин Лобов пообещал мне купить сапфировую брошь и серьги в следующем месяце! Прямо как у его жены! Верно, дорогой?

Она обернулась к мужчине, беззаботно хихикнув.

Я положила руку на спинку дивана, почти коснувшись пальцами плеча Лобова.

— Правда? Даже завидно. Может, и меня побалуете?

Мужчина едва заметно усмехнулся, вовсе не смутившись дерзкого предложения.

— Имею ли я право отказать самой госпоже Розе? Погодите немного, и я скуплю для Вас все сапфировые броши столицы, конечно же, рассчитывая на ответную благодарность.

Ещё бы! Дождёшься от тебя безвозмездности.

— Не подозревала, что Вы настолько щедры... и богаты.

— Ой! — Лилия кокетливо откинулась на диван и невзначай коснулась ладонью груди Лобова. — Скажите, Дорогой господин, на следующей неделе будет готово моё платье, брошь бы смотрелась на нём просто идеально! Может, мне удастся получить её пораньше?

— Увы, Лилия, — мужские пальцы тихонько завели за ушко выбившуюся прядь. — Всему своё время.

— А что будет в следующем месяце? — красавица широко распахнула глаза. — О, Вы получите наследство от какой-нибудь покойной тётушки?!

Лобов тихо рассмеялся, искренне любуясь своей собеседницей.

— Вы думаете, что большие деньги приходят только от покойных тётушек? Поглядите на свою госпожу. Разве она была знатной наследницей?

Лилия на мгновение посмотрела в мою сторону и тут же повернулась к Лобову:

— Кажется, нет...

— Но при этом она чертовски богата.

Я снисходительно улыбнулась, а сама призадумалась. Значит, в следующем месяце он ждёт крупного поступления денег. А ещё интересуется поставками и требует сократить финансирование разведчиков... Громкий звон оборвал поток мыслей. Я подняла голову, быстро оглядев зал. Камелия стояла, гордо подняв подбородок. Пара капель на сиреневом шёлке и осколки бокала возле пышной юбки ясно давали понять: у девушки случилась маленькая оказия.

— Прошу прощения, господа, — важно ответила она. — Оставлю вас на минуту.

Красавица встретилась со мной глазами и едва коснулась серьги, будто поправляя прядь. Затем развернулась и скрылась за дверью.

— Лилия, попробуй выпросить ещё и колье, вдруг повезёт, — усмехнулась я, сделав шаг назад. — Хорошего вечера, господин Лобов.

Мне удалось улизнуть так же незаметно, как и подопечной. Оказавшись на лестнице, коротким жестом я позвала цветок в тень.

— Что у тебя?

— Госпожа, — быстро зашептала Камелия. — Вы велели мне обхаживать того аристократа — Бекка, но я подслушала их разговор с Вейлером и переключилась на второго.

— Вейлер... — Я поморщилась, припоминая. — Тот высокий с родинкой на лбу... Торговец?

— Представитель компании «Ланг». Как поняла, они занимаются поставками для Военной полиции.

Я выпрямилась.

— Говори.

— Сначала он хвастался Бекку, что дела пошли в гору. Тот не поверил: мол, Военная полиция и так прижала «Ланг» к стенке, последние копейки отбирает. Вейлер же рассмеялся и заявил, что скоро компания получит такой заказ, что он сможет скупить весь «Сад наслаждений», если захочет.

— Как самонадеянно. Это всё?

— Нет, я его напоила и отвела от Бекка. Он начал нести какую-то чушь: будто я похожа на королеву и он будет осыпать меня деньгами. В прямом смысле — разденет и обложит золотом. А потом добавил: «Уж лучше пусть они украшают тело проститутки, чем достанутся этим смертникам!»

Оу… Я скрестила руки на груди, приподняв бровь. «Ланг». Заказ. Смертники. Нить появилась — вот только как связать Вейлера с Лобовым? Интерес к поставкам? Нет, слабо.

Из парадной двери вышел лакей и неспешно поднялся по ступеням. Заметив двух женщин в тени, он свернул в нашу сторону и протянул мне белый конверт. Я взяла послание, кивнула, выждала, когда мы с Камелией вновь останемся вдвоём, и лишь потом тихо приказала:

— Иди, накрой Вейлера одеялом и спой колыбельную, на большие подвиги он явно сегодня не способен. А завтра зайдёшь ко мне. За вознаграждением.

Девушка улыбнулась кончиками губ, кивнула головой и гордой походкой направилась к дверям. Я же вытащила письмо из конверта.

«Госпожа Лобова в последнее время не в духе! Она злится, что муж постоянно где-то пропадает, не уделяет ей и детям внимания. Подозревает, что у него появилась любовница. А ещё её выводит из себя новый приятель мужа. Какой-то долговязый господин с огромной родинкой на лбу. Постоянно приходит к „родному Николя“, после чего они часами сидят в кабинете. Госпоже Лобовой всякий раз хочется плюнуть ему прямо в эту проклятую родинку. Чтобы не случилось скандала, она решила взять детей и уехать за город на пару недель. Смею предположить, что женщина она крайне эксцентричная.

P. S.: Элиза передаёт Вам свою благодарность.

А.»

Записка вновь сложилась пополам и исчезла в ридикюле. А вот и связь Лобова с «Ланг». Я тихо рассмеялась. И это всё? Серьёзно? Столько таинственности вокруг задачи, с которой мои девочки справились за один вечер? Ох, Эрвин, твоим разведчикам такое и не снилось! Что ж, скоро ты получишь своего Лобова, отдашь проклятую папку и навсегда исчезнешь из моей жизни.

Рука толкнула дверь кабинета.

Хм, даже немного жаль. Уж больно хорошенькое у тебя личико.