There and Back Again | Туда и обратно (джен)

Э-э, привет? Давно не виделись? прячется за стул

Приношу глубочайшие извинения за задержку этой главы. По какой-то причине меня настиг тяжелейший писательский кризис, и долго не удавалось продвинуться дальше первых двух абзацев. Нехорошая Чучи, знаю, и спасибо вам за терпение.

С другой стороны, огромное, преогромное спасибо всем, кто решил дать этой истории шанс. Для меня это большая честь, и я надеюсь, вам понравится то, что будет дальше. Эта глава будет довольно длинной, чтобы компенсировать прошедшие без обновлений месяцы. И снова: отзывы и предложения всячески приветствуются.

Флеймами буду жарить маршмеллоу для сморов.

* * *

Я… мёртв?

Рон не знал, сколько уже простоял на четвереньках, судорожно и беззвучно хватая ртом воздух. Он не осознавал ничего, кроме одной жуткой мысли, снова и снова бившейся в голове.

Я мёртв?

Не то чтобы он был совсем не готов к подобному исходу. Конечно, он не из тех, кто размышляет о смерти и умирании — да и вообще о чём-то хоть сколько-нибудь глубоком, — но с учётом войны, где шансы погибнуть были довольно высоки, Рон в какой-то мере смирился с тем, что это возможно произойдёт.

Ключевое слово — в какой-то мере.

Однако у жизни оказались другие планы. И этот, вот этот, безусловно, стал одним из самых грандиозных в самом дерьмовом смысле этого слова.

— Долго вы ещё намерены сидеть и таращиться с разинутым ртом, точно жалкий дурак, Уизли?

Я мёртв и застрял не с кем-нибудь, а с грёбаным Сопливусом Снейпом?!

Это мгновенно вернуло к жизни пресловутую вспыльчивость Рона.

— Ну и чего ты от меня ждал? Что я пущусь в пляс и начну петь о радуге и карликовых пушистиках?!

Но Снейп лишь окинул юного волшебника каменным взглядом; от полного отсутствия ответа лицо Рона залилось пунцовой краской, а зубы со скрежетом сжались.

— Я только что узнал, что умер, сальный ты ублюдок! Мертвее некуда, даже до восемнадцати не дожил и ничего из себя не представляю!

— Уизли…

— Я хотел найти нормальную работу. Собирался помогать всем отстраивать заново. Я хотел осесть с ней! — с каждым словом Рон яростно тыкал указательным пальцем в сторону бывшего профессора. — Но из-за вашей чёртовой войны и этого ублюдка-полукровки Волдеморта я всего лишился! Мои друзья и семья всё ещё сражаются, пока я торчу в этой дыре именно с тобой — бесполезным ничтожеством! Совершенно. Абсолютно. Бесполезным. НИЧТОЖЕСТВОМ!

Тягостная пауза надолго повисла в воздухе, прежде чем Рон отвернулся от Снейпа, прижав руку к перекошенному лицу и горящим глазам.

Нет, он не станет плакать. Он ни за что не заплачет перед этим старым сальным нетопырём! Он гриффиндорец и Уизли, чёрт побери! А гриффиндорцы и Уизли никогда не бывают слабыми, сопливыми плаксами!..

— С вас довольно, Уизли?

О, Снейп просто тащится от того, что он главный мудак на свете, да? Рон мрачно оскалился:

— Ах ты... да ты, сукин—!

Но в считаные секунды палочка старшего мага уже упёрлась ему в горло.

— Если вы не желаете быть проклятым до беспамятства, а затем очнуться скованным с головы до пят, советую придержать язык. Я проявил достаточно снисходительности, позволив вам предыдущую истерику. Не думайте, что я согласен терпеть её ещё хоть секунду.

— Да делай что хочешь, ублюдок! — прорычал в ответ Рон со всей яростью, на какую был способен. — Будто ты можешь хоть что-то изменить! Хуже, чем есть, ты мне всё равно не сделаешь, так что давай, предатель хренов!

Пылающая синева бросала вызов бездонной черноте целую вечность, прежде чем Снейп заговорил снова:

— Тогда вы предпочли бы, чтобы всё вышло наоборот?

Едва уловимая мягкость в голосе мужчины совершенно сбила Рона с толку.

— Ч-что?

— Вы здесь, потому что сделали выбор спасти своего брата, а не смотреть, как он умирает, — с каменным лицом пояснил Снейп. — Вы начинаете жалеть об этом решении? Предпочли бы, чтобы он оказался здесь на вашем месте, а вы прожили бы ту жизнь, которую, по-вашему, украла эта война?

— Какого чёрта? Конечно нет, я!.. — и с этими словами весь боевой пыл будто разом улетучился из тела Рона.

Всё верно. Рон был мёртв и находился здесь потому, что спас Фреда — Фреда, этого обычно до чертиков невыносимого, но невероятно остроумного, столь же одарённого и порой поразительно чуткого, а ещё невыносимо опекающего засранца. Пускай тот и вёл себя с ним как законченный козёл большую часть жизни, Фред всё равно оставался его братом, а Рон не раздумывая отдал бы жизнь за любого из своих братьев.

И оглядываясь назад, положа руку на сердце, Рон был даже отчасти рад, что умер он, а не Фред. У Рона могли быть собственные мечты и желания на долгую жизнь впереди, но у Фреда было всё, чтобы добиться большего и сделать куда больше, чем младший сын семейства Уизли когда-либо сумел бы…

ХЛЁСТ!

Рон охнул, ощутив хлёсткий удар палочки Снейпа по лицу.

— АЙ! Эй, ты чего—?!

— Игра в героя ради спасения брата, возможно, и была до тошноты по-гриффиндорски показной, но то, что вы плюёте на собственную жертву, выглядит ещё более невыносимо жалко! — холодно оборвал его Снейп, вновь ткнув палочкой под подбородок Рона. — Вы ринулись в эту войну с головой как совершеннолетний боец, так проявите же хоть каплю зрелости! И вместо того чтобы скулить о потерянном, как жалкий ребёнок, разуйте глаза и посмотрите вокруг. Тогда вы, быть может, наконец увидите то, на что ещё способны повлиять.

Рон по-совиному захлопал глазами и нахмурил брови:

— На что я могу?.. Насколько я знаю, Снейп, я уже мёртв. Так что если здесь нет ничего, чем я способен помочь остальным на войне, максимум, кем я смогу стать, — это привидением. А мы оба знаем, как «чертовски полезны» привидения!

Но, с другой стороны, подсказала озорная жилка Рона, став призраком, я мог бы летать вокруг этаким персональным Пивзом для Пожирателей смерти. Не знаю, получится ли у меня кого-нибудь убить, но уж точно удастся осложнить им жизнь. Разыгрывать их, швыряться навозными бомбами или чем-нибудь ещё…

— Если бы вы обуздали свой вспыльчивый нрав, я, возможно, уже перешёл бы к причине, по которой нахожусь в этой омерзительной яме, именуемой вашим разумом, — огрызнулся Снейп.

Рон снова растерялся. Ах да, это напомнило ему...

— Погодите, а что вы ВООБЩЕ тут делаете? Если уж вы мне даже во сне даром не нужны, то в списке тех, кого я хотел бы увидеть после смерти, вы точно не на первом месте.

Да и вообще вас там нет, если честно.

Снейп на это лишь фыркнул:

— А если бы вы не были заняты тем, что закатывали истерику по любому поводу, не дожидаясь объяснений, то могли бы заметить: я ни словом не обмолвился о том, что вы действительно мертвы.

Грудь Рона сдавило так сильно, что на миг перехватило дыхание.

— Что вы имеете в виду?.. Я не... я не?..

— Вы не мертвы, Уизли, — произнёс Снейп после паузы, показавшейся вечностью. — По крайней мере, не в полном смысле этого слова.

В мраморном коридоре стояла такая тишина, что не было слышно даже прерывистого дыхания Рона. Впрочем, юный волшебник этого почти не заметил.

— Я... я не умер? — прохрипел Рон, уже второй раз за этот час задыхаясь от нехватки воздуха. — Я не... но как же тогда?.. Я же видел... тогда, когда вы мне показали! Стена, я... я вытащил Фреда! Стена рухнула на меня! Из головы хлестала кровь, как из сорванного крана, и, чёрт возьми, я ведь даже не дышал! Так как же?..

— Если вы не треплете языком из-за своего омерзительного нрава, то делаете это исключительно из любви к драматизму. — Будь Снейп хоть немного менее... Снейпом, он непременно закатил бы глаза при виде отвисшей челюсти и взлетевших бровей Рона. — Вам никогда не приходило в голову, что если бы вы приложили чуть больше усилий к самообладанию и просто слушали, это сослужило бы вам куда лучшую службу? К примеру, я бы уже перешёл к сути дела.

Щёки Рона тут же вспыхнули — и от злости, и от стыда. И хотя ему пришлось сквозь зубы признать правоту Снейпа, неужели этому типу обязательно быть таким козлом?

Ах да, точно. Я на секунду забыл, с кем разговариваю.

— Вы не мертвы по-настоящему, Уизли, но и живым вас назвать нельзя, — продолжил Снейп, видя, что Рон должным образом осажен. — Как вы только что убедились, вы познали физическую смерть. И пребываете в ней уже больше часа, судя по тому, что мне довелось увидеть. Тем не менее ваша душа всё ещё привязана к телу, пусть и едва-едва. Это место — воплощение как вашего подсознания, так и лимба, обители, где души — ни мёртвые, ни живые — пребывают до тех пор, пока не перейдут на одну из сторон.

Когда Снейп закончил, Рон только заморгал, растерявшись ещё сильнее.

— Разве такое возможно? Разве можно быть не совсем мёртвым? Такое со всеми может случиться? Постойте, значит, вы тоже не умерли?

Снейп поджал губы, заставив Рона на миг испугаться, что дальнейших объяснений он не дождётся.

— ...Такое случается не столь часто, как многим хотелось бы, ибо это царство и всё, что подпадает под его власть, подчинено силе не вполне магической природы.

— А именно?

— Некоторые, вроде нас, назвали бы её Смертью. Другие сочли бы Богом или даже судьбой, роком. Но сойтись можно в одном: это высшая сущность, властвующая над жизнью — над тем, сколько человеку отмерено, а также когда и как оборвётся его путь. Многие волшебники пытаются бросить Ей вызов, но Её замысел непреложен.

— Однако бывают редкие случаи, когда сам этот замысел... претерпевает изменения, — Снейп сделал почти театральную паузу. — Такие случаи, как ваш.

Рон вздрогнул, когда взгляд Снейпа вперился прямо в него.

— Э-э, что?

— Проще говоря, ваш черёд умирать ещё не пришёл. Если чей-то и пришёл, то вашего брата, Фреда Уизли, — продолжил Снейп, пропуская мимо ушей возмущённый выкрик юного волшебника. — Однако вы приняли удар на себя. По какой-то причине это внесло такой разлад в волю высшей сущности, что Она сочла возможным дать вам нечто вроде второго шанса.

Второй шанс? В груди у Рона затеплилась надежда.

— То есть я могу... могу вернуться? По-настоящему снова вернуться к жизни?

— Вашей душе будет позволено вернуться в тело так, словно она его и не покидала. — Рыжий подросток завопил бы от радости, если бы не следующие слова Снейпа: — Но за это придётся заплатить.

— Заплатить? — повторил Рон, и готовая расплыться улыбка тут же сползла с его лица.

Снейп указал рукой, и Рон повернулся, заметив за белыми шахматными фигурами тяжёлую на вид каменную дверь.

— Эта дверь приведёт вас обратно в мир живых, но стоит вам сделать этот выбор, как высшая сущность потребует своего рода возмещения. Вы познали смерть в этом мире, а значит, ради вашего возвращения к живым кто-то другой должен занять ваше место.

— Иными словами, вы вернётесь к жизни, а Смерть заберёт душу того, кто и должен был умереть с самого начала.

— Вы про Фреда?! — ахнул Рон, резко разворачиваясь и свирепо уставляясь на Снейпа. — Да чтоб я это допустил! Я погиб, чтобы мой брат остался жив, помните? С чего вы или Она вообще взяли, что я соглашусь, чтобы Фред занял моё место?

— Даже если это будет означать смерть по-настоящему? — спросил Снейп, вскинув бровь. — Разве не вы совсем недавно скулили обо всём, чего лишились, умерев? Перед вами возможность вернуть всё назад. И если я хоть сколько-нибудь знаю вас, гриффиндорских дураков, то уверен: ваш брат с готовностью принесёт себя в жертву, ведь в конце концов погибнуть должен был именно он.

Рону не понадобилось ни мгновения на раздумья.

Перспектива вернуться к жизни, снова быть рядом с родными и друзьями, осуществить давние мечты была невероятно соблазнительной. Но если для этого нужно было потерять Фреда, Рон предпочёл бы остаться мёртвым. Никакая награда не стоила потери кого-то из близких.

— Можете передать Смерти, Богу, Судьбе или кто Она там ещё к чёртовой матери, что Она может засунуть своё предложение вернуть меня в обмен на Фреда себе в задницу! — прорычал Рон, снова ткнув в сторону Снейпа пальцем. — Я не вернусь, если ради этого нужно погубить Фреда, и точка! Вам и Ей придётся смириться с тем, что я устрою тут вам, мертвецам, форменный ад, потому что я никуда отсюда не уйду!

В зале снова стало тихо. Затаив дыхание, Рон ждал неизбежного: что Снейп (или сама Смерть) в любой миг уволочёт его в загробный мир и навеки лишит возможности увидеть любимых людей, пока не пробьёт их час переступить черту.

Мучительное оцепенение длилось до тех пор, пока Снейп не заговорил вновь.

— Вы узнаёте, где мы находимся? Какую форму принял ваш лимб?

Что ж, это было неожиданно. И всё же Рон ответил:

— Э-э, кажется, это зал с испытанием Макгонагалл? На первом курсе, когда мы защищали философский камень?

— Тогда вы также помните, что в этом зале две двери, верно?

— Ну да, ясное дело. Та, что за белыми фигурами, — это выход, а через вторую мы вошли, — Рон пожал плечами, подозрительно покосившись на Снейпа. — А к чему вы спрашиваете?

— Для каждого, кто проходит сквозь лимб, явленная комната становится символом как переломного момента в жизни, так и открывающихся возможностей выбора. Вот, к примеру, один такой случай... — Снейп замялся, и лицо его скривилось в особенно кислой мине.

— Его лимб принял вид вокзала, и его выбор сводится к двум путям: сесть на поезд, который увезёт его в загробный мир, или пересечь барьер, чтобы вернуться в мир живых. Таков его выбор, поскольку его судьба могла повернуться в любую сторону: пришёл его час умереть, и всё же он волен вернуться.

— В вашем же случае выбора тоже два. Белая дверь, — Снейп указал на каменную арку за спиной Рона, — будучи вашим путём вперёд, к пропущенному вами настоящему, вернула бы вас в мир живых. На первый взгляд это самый очевидный вариант, но отнюдь не единственный из возможных.

— Дверь за чёрными фигурами? — Рон взглянул на дверь, через которую в прошлом он, Гарри и Гермиона ступили на преображённую шахматную доску Макгонагалл.

— Куда ведёт та дверь, я не знаю, — признал Снейп, заставив Рона снова перевести взгляд на него. — В чём я точно уверен, так это в том, что к смерти она вас определённо не приведёт. Лимб соединён и с другими реальностями — подобно тому как ствол дерева соединён со всеми своими ветвями.

— Хотя теоретически я готов побиться об заклад, что та дверь приведёт вас… назад.

— Назад? — эхом отозвался Рон. — Что значит «назад»?

— Пошевелите мозгами, Уизли, — раздражённо огрызнулся Снейп. — Если одна дверь ведёт вас вперёд, в настоящее, минуя все события, которые вы пропустили, пока были мертвы, то к чему приведёт дверь с прямо противоположным свойством?

Рон наморщил лоб, несколько секунд напряжённо размышляя, пока наконец — наконец-то — в голове у него что-то не щёлкнуло:

— П-постойте, вы же не хотите сказать?..

— Разумеется, всё это лишь теория. У меня нет возможности доказать сказанное, да и желания пытаться тоже нет, — Снейп отмахнулся. — Но для того, у кого есть шанс вернуть жизнь и даже изменить кое-что к лучшему... если вы хотя бы наполовину столь же безрассудный баран, как ваш дружок Поттер, я не вижу причин, почему бы вам не рискнуть.

— Не смейте называть Гарри бараном, скотина! — огрызнулся Рон, скрестив руки на груди. — И с какой стати мне вам верить? С вас ведь станется заманить меня в ловушку! Точно так же, как вы обманули Дамблдора тогда, на башне!

Выражение лица Снейпа буквально вопило: С каким же идиотом ты оставила меня разбираться, Смерть? — когда он ответил:

— Если вы продолжите мне не доверять, это ваш выбор. Выберете ли вы собственную смерть, смерть брата или совершенно иной путь, меня не касается. Я всего лишь проводник, которого по какой-то причине сочли самым подходящим для вас. На чьей стороне я был во время войны, здесь едва ли имеет значение. Как вы сами заметили, сделать вас ещё более мёртвым, чем вы уже есть, я не смогу, ведь мы оба — призраки.

— Так вы на самом деле?..

— Да, Уизли, я уже мёртв. Я давно смирился с этим, но будь у меня шанс вернуться назад, будь у меня такая возможность, как у вас сейчас — пусть даже вероятность ничтожно мала, — губы Снейпа скривились, — человек, у которого слишком много сожалений и которому нечего терять, ухватился бы за неё.

Пока черноволосый мужчина судорожно переводил дыхание, Рон вдруг поймал себя на том, что видит Пожирателя смерти в совершенно ином свете. Во времена учёбы в Хогвартсе Снейп казался не более чем вечно недовольным профессором зельеварения и форменным тираном: он в открытую благоволил любимчикам, годами был одержим мечтой занять место преподавателя Защиты от тёмных искусств и при любой возможности измывался над Гарри и его друзьями.

Не сказать, чтобы Рон вдруг забыл, какой отвратительной скотиной бывал Снейп, но видеть, как маска на лице этого обычно невозмутимого, сурового человека хоть на долю секунды дала трещину, пропуская наружу следы скорби, боли и — осмелься Рон вообще сказать такое — щемящей тоски…

Возможно, за фигурой Снейпа крылось нечто большее, чем Рон думал раньше. И всё же это не отвечало на его последний вопрос.

— Так почему вы мне помогаете? — наконец выдавил Рон. — Вы сказали, что вам всё равно, какой выбор я сделаю. Почему же тогда кажется, будто вы пытаетесь убедить меня выбрать ту, другую дверь?

Снейп внимательно оглядел Рона и хмыкнул:

— Мои причины принадлежат только мне, и я не обязан вам ничего объяснять. Однако я советую вам вынести хоть какой-то урок из сказанного мной и хорошенько обдумать решение, ибо второй возможности передумать я вам не дам. А теперь делайте выбор, Рональд Уизли, и позаботьтесь о том, чтобы вам не пришлось жалеть.

Юный волшебник на миг зажмурился, взвешивая возможности. Наплевать на то, что думает Снейп, или всё же довериться человеку, который, быть может, не просто предатель, убивший Дамблдора?

Смерть — или шанс изменить будущее и, может быть, спасти чьи-то жизни?

Умереть жалкой смертью героя — или стать чем-то большим?

Ноги Рона двинулись сами собой прежде, чем он толком осознал, куда направляется, но он даже не попытался их остановить.

Он уже принял решение, потому что Снейп был прав. И если взвесить всё, это и впрямь был единственный способ —

ВЖИК!

— Эй, какого—?! — Рон едва успел отпрянуть, когда чёрные пешки выхватили мечи, преграждая ему путь к задней двери. — Снейп!

А у старого сальноволосого нетопыря — чёрт бы его побрал! — ещё хватило наглости сухо усмехнуться:

— И хотя я готов поаплодировать тому, что вы наконец-то приняли решение, я никогда не говорил, что выбрать эту дверь будет так просто. В конце концов, разве изначально вы стояли не на белой стороне этой доски?

Рон сглотнул, когда до него наконец дошёл смысл сказанного, и с опаской окинул взглядом чёрные фигуры — в особенности высокую фигуру ферзя с мечом в руках.

— Чёрт подери…

* * *

Хе-хе, вы ведь тоже не думали, что всё будет так просто, правда?

Может показаться, что этот пролог несколько затянулся, но в моём безумии есть своя система. Я надеюсь многому научить Рона на протяжении этого фанфика, и грядущая битва станет возможностью преподать один из таких уроков. Ну так что скажете, народ? С удовольствием выслушаю ваши мысли. Отзывы на вес золота!

Также замечу, что я не из Британии. Я изо всех сил стараюсь писать этот фанфик с оглядкой на их культуру и язык (с поправкой на эпоху, разумеется), но могу упустить какие-то вещи, способные задеть британцев. Прошу за это прощения; любые исправления с благодарностью приму, если у знающих читателей найдётся на это время. Если нет — надеюсь на ваше понимание. Снова. капелька пота

Надеюсь, со следующей главой я не затяну. А пока желаю всем всего наилучшего и ещё раз огромное спасибо за чтение!

ДАЛЕЕ:

Так что да, Рон, выбирать нехоженую тропу никогда не было легко. Но готов ли он стоять на своём — или, так сказать, стоять с палочкой наготове, — когда у Смерти в рукаве припрятано несколько подлых трюков? Да и кто вообще соперник Рона? И что это — неужели Снейп и Рон на самом деле нашли общий язык? Ну, почти?