Хван (джен)

Ведущий

Мы не лошади…. Мы люди…. А люди….

Мужчина, произнеся эту фразу, раскинул руки в стороны.

Не в жесте отчаяния — в жесте доказательства. Глаза устремлены вверх, как будто потолок — лишь тонкая преграда между ним и небом.

И в тот же миг, как в замедленной съёмке, сорвался вниз.

Молча. Без крика.

Умру, но не буду.

Поразительное упрямство. Упрямство достойное памятника. Или могилы.

Он не любил это качество, но был с ним знаком.

Он уже видел подобное раньше. Людей, которые путают принцип с саморазрушением.

Обычно такие упрямцы — выбывали первыми. Либо ломались. Система исправляет быстро.

Вот только у игрока 456 принципы оказались не такие уж и хрупкие.

Ведущий тяжело вздохнул и поднес бокал к губам. Коньяк обжег горло, вернул резкость взгляду. Мысли встали в строй, и он окончательно вернулся в реальность.

Раздражение никуда не хотело уходить.

Он перебирал варианты. Сотни сценариев завершения Игры. Но где бы ни появлялся номер четыреста пятьдесят шесть, итог оставался неизменным.

В каждом из них упорный игрок летел вниз, разбивая голову об пол. С любой из трех башен локации.

Почему именно так?

Он задавал себе этот вопрос каждый раз, когда человек, чье лицо сейчас мерцало на экране, выбирал самый нелепый из возможных путей спасения.

Оправдывая свой выбор «гуманностью» и уважением к жизням таких же «несчастных» попавших в эту игру.

Хозяин кабинета усмехнулся, от мыслей «несчастные» игроки, и «гуманность» игрока четыреста пятьдесят шесть.

Два взаимоисключающих друг друга названия, в данных обстоятельствах.

Он дал ему нож. Последний аргумент. Последнюю возможность спасти себя и младенца. Он снял маску. Показав тем самым, без притворства, глядя в глаза:

«В людях нет ничего человеческого. С тобой играли. От тебя зависит своя и чужая жизнь. Все, что нужно — взять нож и выжить».

И вот на экране результат его действий.

Нож у горла врага.

Секунда. Две. Три.

Тремор рук, показывающий сильную внутреннюю, борьбу.

«Ты готов, я вижу. Покажи мне, как поступают сильные люди. Люди, у которых больше не осталось выбора».

И вдруг номер четыреста пятьдесят шесть отводит взгляд от жертвы в угол. Словно увидел там что-то, чего через экран в кабинете ведущего видно не было.

Нож опускается. Мужчина разворачивается и уходит.

Ведущему захотелось закрыть глаза, на мгновение забыть, что он это видел. Но взгляд так и остался, прикован к человеку на экране.

«Неужели…? Неужели ты все еще считаешь… После всего… ?»

У ведущего дернулось веко.

Злость поднималась резко, почти физически ощущаясь в мышцах. Необъяснимое поведение, злило. Просило уничтожить как угрозу, логическому пониманию и системе.

Просило сделать вид, что этого не было. Что такого выбора не было.

А еще, поднимало из глубины ненужные воспоминания...

Когда-то и ему самому создатель игры дал нож. Тот же самый, который был сегодня вручен четыреста пятьдесят шестому. И сказал:

«Убей всех тварей этим ножом. На данный момент это для тебя лучший вариант».

Ему тоже было мерзко. Но побед не бывает без крови. Иногда нужно переступить через себя.

Либо ты предаешь. Либо ты станешь следующей жертвой. Тем более, там были такие же алчные твари, забывшие, каким должен быть человек. А его ждали дома. И он сделал все, что бы выйти оттуда живым.

А сейчас.

«Ради чего вы все это делаете?»

« У каждого, всегда, для себя найдется оправдание».

«У кого-то это деньги, шанс выйти из нищеты. У других помощь близким людям».

«Все!!! — Всегда!!! В его жизни, находили себе оправдания».

— Видимо, господин Сон оправданий вы не ищите, а идете на поводу у своих принципов. К чему завтра приведут — ваши сегодняшние принципы?

Ведущий тяжело вздохнул:

«Сегодня… Ки Хун… вы могли бы закончить все…».

Сейчас в голове Ин Хо прокручивались варианты развития событий для ребенка, если бы игрок четыреста пятьдесят шесть и дальше оставался в игре.

И если в этих вариациях ребенок выживал. То — это был самый фентезийный вариант.

Что ж самоотверженности «герою» — хватало с избытком.

Разума — нет.

Но смелости — да.

Знал бы четыреста пятьдесят шестой, что это был его последний шанс повлиять на ход событий, сделал бы он сегодня этот шаг?

Интересно, как завтра отреагирует господин «дадим убить союзников ради высшей цели», когда поймет, какую ошибку совершил.

Некоторых жизнь ничему не учит, но почему то благоволит.

Ведущий отпустил эту мысль, сосредотачиваясь на следующем ходе.

Нужно было кое-кого услышать. Или хотя бы убедиться, что он услышит его.

Набрав нужный код на телефоне, спросил:

— Детектив, Хван. Ты меня слышишь?- Собеседник не спешил отвечать.

— Да, — наконец прозвучал тихий ответ.

— Возвращайся назад.

В ответ снова пауза, затем вопрос.

— Почему ты не дал мне тогда умереть?

— Если продолжишь расследование, умрешь.

— Тогда придется меня убить, — твердо произнес очень знакомый голос детства.

«Вырос младший брат».

Положив трубку, ведущий еле заметно вздохнул, маленькое микро движение, будто забыл, как это — дышать полной грудью.

Подняв рацию, переключил ее на другую волну и произнес:

— Зайдите ко мне.

— Принято.

Ведущий поставил рацию рядом с телефоном, надел маску и занял свое кресло.