| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |
Аларм очень переживал за жену. После ее возвращения из темной хронологии их общение стало более редким и менее доверительным. Первые два дня она вообще ходила сама не своя и сторонилась не только его, но и остальных родных и друзей. Как он уже понял после, все время думала, рассказывать о своей ошибке или нет.
После Большого совета, на котором единогласно приняли решение запретить любые перемещения во времени (кроме тех, что были необходимы для лечения Гарри Поттера от временной болезни), Элли немного сблизилась с Алармом, но все-таки не так как раньше. Что-то продолжало ее волновать. То ли не отпускало чувство вины за содеянное, то ли обида за ограничение ее магии. С Гарри Поттером они, наоборот, сблизились, пока боролись с временной болезнью и организовывали New-Hogwarts. Конечно, их отношения не выходили за рамки дружеских, но Аларм все-таки испытывал укол ревности каждый раз, как видел их вместе.
Спустя два месяца, Элли совершила кратковременный визит в другую Волшебную страну (в которой Элли побывала после победы над Пакиром, и в которой жили ее любимые ученицы вторая Элли и Корина). В этот же день Аларм встретил в дворцовом парке Гарри Поттера с кровью на лице и на руках. Аларм окликнул Поттера, поинтересовался, что произошло, однако тот ничего не ответил, а просто прошел в сторону дворца. А через полминуты мимо ошеломленного Аларма в том же направлении прошла Элли со следами крови на платье. На его оклик она, как и Гарри, не откликнулась, но выглядела испуганной.
После этого Элли замкнулась еще больше и этим вечером ушла спать в каморку Гудвина за Тронным залом. Она объяснила это необходимостью провести какой-то срочный магический эксперимент, но Аларм считал, что причина не в этом. Что такого увидела Элли в параллельном мире, что заставило ее еще больше замкнуться? Может быть, какие-то изменения в хронологии коснулись другой Волшебной страны и ее друзей там? Аларм не знал, и как ни пытался расспросить Элли, ничего не добился.
Однако еще более странное событие произошло следующим вечером уже не с Элли, а с их дочерью Анни, с которой у них уже много лет были стабильно хорошие, доверительные отношения. Аларм возвращался в свою спальню из Тронного зала, где он пытался поговорить с Элли. Та настаивала на необходимости продолжать свой магический эксперимент еще одну ночь, и обещала лишь, что вернется в их спальню к утру. И хотя в целом разговор не задался, это обещание немного обрадовало Аларма — всё-таки это лучше, чем было в прошлую ночь.
Уже подходя к спальне, Аларм увидел выходящую оттуда Анни с мечом Торна. Обычно Аларм носил меч при себе, но сегодня у него почему-то возникло непреодолимое желание побыть немного без него (вес, как никак, у него немаленький), и он оставил его в спальне. Аларм окликнул дочь, но та бросилась бегом от него и скрылась за поворотом коридора. Аларм припустил за ней, но за тем же поворотом чуть не столкнулся со Страшилой.
— Ты видел, куда побежала Анни? — уворачиваясь на бегу от столкновения, спросил Аларм.
— Да, — Страшила указал на один из двух коридоров, уходивших в разные стороны.
Аларм бросился туда, но Анни уже не было видно, хотя коридор был довольно длинный и без дверей и ответвлений. Что ж, она могла и телепортироваться. Разве угнаться обычному человеку, хоть и начавшему уже обучение в New-Hogwarts, за прирожденной феей?
Аларм попытался мысленно связаться с Элли, но та в последнее время неохотно пользовалась телепатией, а в последние два дня и вовсе перестала отвечать на мысленные призывы. Вздохнув, Аларм пошел обратно в Тронный зал. Элли внимательно, хотя и не очень заинтересовано, выслушала его и сказала, что найдёт Анни, выяснит у нее причины такого поступка и обязательно вернет меч Торна. Но после того, как закончит свой эксперимент. Аларм расстроился еще больше от такого необъяснимого равнодушия Элли к поведению дочери, но был вынужден уйти со слабой надеждой, что к утру ситуация как-то разрешится.
А ближе к утру, незадолго до рассвета, в спальне Элли и Аларма произошел пожар. Пожар был явно магического происхождения. Пурпурный огонь пылал всего полминуты и не затронул весь дворец, но спальню и два соседних помещения уничтожил полностью, не оставив даже пепла. При этом сгорело также перекрытие с верхним и нижним этажами, что привело к обрушению двух внутренних стен и некоторых коммуникаций. Прибежавшие на шум слуги застали дрожащую от испуга Элли в одной ночной сорочке. Аларма рядом не было. Анни, оказавшаяся на месте пожара раньше остальных, пыталась потушить его магией, однако почти не преуспела в этом. Пурпурный огонь даже главным заклинанием Торна можно лишь предотвратить, но не остановить, если он уже разгорелся.
— Мама, папа был с тобой? — со слезами на глазах спросила Анни.
— Да, он не успел выбраться. Я спросонья не смогла ему помочь. — Элли тоже едва сдерживала слезы. — А что ты здесь делала?
— Я услышала шум и прибежала сюда, пыталась потушить пожар, но это оказалось мне не по силам.
Несколько минут прошли почти в полной тишине, лишь Гарри пытался утешить Элли, но она не обращала на него внимания. Потом Элли приказала всем расходиться. Тела Аларма пожар не оставил, нового возгорания опасаться не стоило, а выяснение причин пожара, равно как и восстановление стен и перекрытий, было разумнее отложить на утро.
Элли уже направлялась в Тронный зал, когда ее остановила нанятая несколько месяцев назад горничная Белла.
— Ваше Величество, я должна Вам кое-что сказать.
— Говорите, Белла, я Вас слушаю.
— Я сегодня очень плохо спала, меня что-то беспокоило. Я вышла пройтись по коридорам, подышать свежим воздухом (в коридорах продувает лучше, чем в моей комнате). И издалека увидела королеву Анни в коридоре, который примыкает к Вашей спальне с другой стороны, где нет дверей. Она что-то бормотала, а спустя несколько секунд начался пожар, и она куда-то исчезла. А спустя минуту я уже увидела ее в другом коридоре, рядом с дверями Вашей спальни.
— То, что Вы говорите, Белла, звучит очень страшно, ведь это похоже на настоящее покушение. Благодарю Вас за бдительность. Если Вам не трудно, не могли бы Вы до утра понаблюдать за дверями комнаты королевы Анни? Чтобы Вам ничего не угрожало, я сделаю Вас невидимой на несколько часов. И заодно заблокирую дворец от телепортации. Если увидите, что Анни куда-то выходит, или еще что-то подозрительное, срочно зовите меня. Я буду в Тронном зале.
— Хорошо, Ваше Величество, все сделаю, как Вы просите, — Белла почтительно поклонилась, пряча за поклоном довольную улыбку.
Элли произнесла заклинание, сделавшее Беллу невидимой на четыре часа, и отправилась в каморку Гудвина за Тронным залом. А Белла остаток ночи просидела невидимкой перед дверями спальни Анни и Астерия. Чуткий слух горничной позволил ей услышать, что Анни проплакала до самого утра, а Астерий все это время пытался ее утешать, впрочем, без особого успеха. Плакала ли она из-за того, что не успела спасти отца, или из-за того, что покушение не достигло обеих целей, было неизвестно. Больше в эту ночь ничего необычного не произошло, а утром Элли предложила Белле за оказанную ей услугу стать ее личной фрейлиной и помощницей, на что Белла с радостью согласилась.
* * *
В полдень в Тронном зале Изумрудного дворца состоялся суд над королевой Анни, обвиняемой в убийстве Белого Рыцаря и покушении на Хранительницу Волшебной страны. Анни сидела в браслете, блокирующем ее магию, под охраной двух гвардейцев-марранов. Судьей Элли выбрала саму себя, Гарри Поттер был назначен администратором, следящим за порядком. Наличие адвоката и прокурора на суде не предполагалось (судебная система в Волшебной стране вообще была плохо развита, редкие вопросы, которые жителям не удавалось решить в мирном порядке, решались в основном прямым вмешательством правителя города или страны). На суде присутствовали все слуги дворца, прежде всего, как возможные свидетели, и многие именитые граждане города. Энни и Том-младший — самые близкие родственники как потерпевшей, так и обвиняемой, прибыть в Изумрудный город не успели, даже было неизвестно, оповестили ли их о происшествии и о суде.
Элли открыла заседание и рассказала о случившейся во дворце трагедии, сделав акцент на том, что пожар был магического происхождения. Впрочем, это и так не вызывало ни у кого сомнений — Пурпурный огонь с обычным перепутать невозможно. Следом выступил Страшила, рассказав об инциденте с мечом Торна, свидетелем которого он был накануне. Затем слово взяла Белла. Она рассказала о том, как видела Анни рядом с местом пожара еще до его начала, не упомянув о щекотливом поручении, данном ей Хранительницей после окончания пожара. Затем Элли снова взяла слово и добавила, что накануне вечером, после совместного ужина Анни попросила ее задержаться и просила у нее на одни сутки кольцо Торна. Просьба не была необычной, Элли иногда давала ей кольцо на время, но как раз сегодня оно требовалось Хранительнице для важного магического эксперимента, которым она занималась уже вторые сутки, поэтому кольцо она Анни не дала. Этот разговор случайно подслушал задержавшийся в столовой по другим причинам Гарри, который и подтвердил сейчас слова Хранительницы.
Анни после каждого выступления порывалась что-то сказать, но Гарри не давал ей слова, предупредив, что все оправдания она сможет высказать в конце. Наконец, слово предоставили и ей.
— Друзья, из всего, что говорили про меня, я признаю только то, что просила вчера у мамы кольцо Торна. Я хотела телепортироваться в Большой мир, встретиться с Алисой и ее семьей, а для этого нужно было отключить защитную оболочку Волшебной страны, что можно сделать только кольцом Торна. Раньше мама мне в этом никогда не отказывала. Но сейчас кольцо ей было нужно, поэтому я отложила свое путешествие. Никакого конфликта это не вызвало. Меч Торна у папы я не брала и в их спальню вечером не заходила, а была в это время с Астерием в дворцовом парке, он может это подтвердить. На пожар я прибежала уже после его начала, когда услышала шум обрушения, и сразу принялась его тушить, хотя и безуспешно. Это тоже может подтвердить Астерий, мы вместе проснулись от шума. — Астерий в это время активно кивал, подтверждая слова жены — А то, что меня дважды видели там, где меня не было, думаю, должно объясняться Темной магией. Помните, как Корина водила всех за нос, прикидываясь Энни и настраивая под ее личиной Аларма против Элли? Я уже третий день ощущаю во дворце следы Темной магии, правда пока не поняла, откуда они могут исходить. Разве ты, мама, не замечала ее?
— Да, я тоже чувствую Темную магию и тоже не могу определить точно ее источник. Поэтому я допускаю, что, возможно, моя дочь королева Анни ни в чем не виновата, несмотря на явные доказательства ее вины, — Элли обращалась ко всем присутствующим. — Я вижу три возможных объяснения. Либо Анни действительно виновна, либо ее подставили, просто принимая ее облик, либо ей временами управляет какой-то могущественный Темный маг, как это уже случалось в ее детстве, когда ей регулярно снился Пакир. Алиби, подтвержденное Астерием, к сожалению, мало что значит, так как он тоже мог быть под влиянием этого колдуна. В любом их этих случаев королеве Анни лучше покинуть на время Волшебную страну. До тех пор, пока я не найду и не ликвидирую причину случившейся трагедии. Правление Зеленой страной на время отсутствия Анни я беру на себя.
— Ты прогоняешь меня в Большой мир???
— Это для твоей же безопасности, Анни. Ну и для безопасности всех остальных, конечно же. Ведь ты когда-то была под влиянием Пакира. Может быть, поэтому и сейчас неизвестный колдун влияет именно на тебя. Не переживай, я обязательно разберусь с этой неизвестной опасностью, и, если ты невиновна, то сможешь вернуться домой.
— А что будет с Астерием и детьми?
— Они останутся здесь, им ничего не грозит.
— Позволь мне хотя бы повидаться с Томом и Энни!
— Анни, уже погиб твой отец. Я не знаю, чего ожидать дальше от тебя или от того, кто за этим стоит. Поэтому решение суда будет приведено в действие немедленно.
На этом заседание так называемого суда было завершено. Зрители и участники разошлись по домам с тяжелым сердцем. Анни попрощалась с Астерием, детей решили таким прощанием не расстраивать. Элли телепортировалась вместе с Анни к границе Волшебной страны, сняла защитную оболочку, выпроводила за нее Анни, освободив от блокирующего магию браслета, и закрыла за ней оболочку. О чем говорили судья и осужденная перед расставанием, и говорили ли вообще о чем-либо, так никто и не узнал.
* * *
На следующий день выяснилось еще одно неприятное обстоятельство — пропали Дин Гиор и Фарамант. Первой пропажу обнаружила фрейлина Белла. Начали их искать и выяснили, что последний раз их видели во время пожара, после этого они как сквозь землю провалились, даже не явились на суд. Элли отказалась комментировать, виновата ли ее дочь в их пропаже, но обещала заняться их поисками.
После этой новости атмосфера в Изумрудном городе стала еще более тревожной. Большинство жителей были склонны верить в существование колдуна, повлиявшего на их королеву или притворившегося ею. Но нашлись и такие, которые распространяли слухи о заговоре Анни против родителей. Горожане были напуганы и подавлены. Никто из жителей не чувствовал себя в безопасности. Многие стали разъезжаться по окрестным фермам и деревням.
Элли еще больше отстранилась от старых друзей и даже родственников. Напрасно Энни, Том с Дариной, Стелла, Страшила и другие предлагали помощь в поисках таинственного Темного мага. Элли избегала их, говорила, что разберется сама, но никаких плодов поиски пока не приносили. Единственным человеком, который в это время сблизился с Хранительницей, был Гарри Поттер. Они вместе обедали в дворцовой столовой, вместе гуляли в парке по вечерам, обсуждали навалившиеся проблемы. Но, видимо, не только проблемы, так как иногда можно было видеть, как недавно овдовевшая Хранительница улыбается или даже негромко смеется. Как-то постепенно Гарри Поттер остался единственным человеком, с кем Элли делилась своими переживаниями, хотя в вопросах управления Зеленой и всей Волшебной страной продолжала в основном советоваться со Страшилой, который после гибели Аларма и изгнания Анни остался единственным, кто имел опыт управления городом и страной. Придворные, конечно, сразу заметили чересчур близкие отношения между Хранительницей и Гарри Поттером, и по дворцу, а затем и по всему городу, поползли разнообразные слухи об этом. Однако до близких друзей Элли эти слухи так и не дошли.
* * *
На Большом Совете, который состоялся через неделю после суда над Анни, Элли подробно рассказала о случившемся, извинилась за то, что не спросила мнения других членов Совета на счёт изгнания Анни, и аргументировала это срочностью проблемы. Она надеялась, что на этом тема будет закрыта, но ошиблась.
— Элли, думаю, ты зря так поспешила, — взяла слово Стелла. — Нужно было собраться всем волшебницам, осмотреть Анни и попытаться выяснить все-таки, что произошло. Без нее разобраться в причинах будет сложнее. Да и каково ей теперь в Большом мире одной, без друзей и родных?
— Я все понимаю, — оправдывалась Элли. — Но Анни представляла угрозу. Из-за нее погиб Аларм и чуть не погибла я.
— Но тем не менее, это как-то бесчеловечно.
— Стелла, ты слишком добра и слишком наивна в своей доброте, — вмешалась Виллина. — Нельзя подвергать опасности многих людей ради спасения одного. Ты и в прошлый раз, когда Пакир снился Анни, чуть было не довела до того, что она полностью оказалась в его власти. Иногда нужно действовать решительнее, как, например, я, когда направила фургон Элли на голову Гингеме. Или, по-твоему, стоило тогда пожалеть старую ведьму и попытаться с ней поговорить, а за это время страшный ураган уничтожил бы весь Большой мир?
— Нет, конечно, но Анни это не Гингема!
— Но если она под влиянием Темного мага, подобного Пакиру, то она может быть опаснее Гингемы. Хотя ты и Пакира-то никогда не боялась, ведь тебе лично он не угрожал. Легко быть доброй, когда самый страшный Темный маг в мире не представляет для тебя опасности.
— Что? Ты обвиняешь меня в равнодушии к другим из-за моих отношений с Баккаром? Но я никогда не поддерживала его, не помогала ему и даже вела войну против него ради спасения Волшебной страны.
— Я обвиняю тебя не в равнодушии, а в излишне наивной доброте, из-за которой могут пострадать невинные люди, — не на шутку разошлась Виллина.
— Вы не правы, — тихо, но твердо произнесла Стелла. — И я все же считаю, что нужно вернуть Анни домой и вместе с ней искать решение проблемы.
— А если из-за нее пострадает кто-то еще? — Виллина уже и сама не понимала, откуда в ней появилось такое упрямство. — Ты вообще любишь кого-нибудь кроме своего Баккара и своих растений?
— Растения-то тут при чем? — Стелла тоже вышла из себя. — Они служат на благо людям!
— На благо людям они служат раз в несколько лет, а в основном они лишь отвлекают тебя от реальной жизни, не давая осознавать серьёзность нависшей над нами опасности.
— А ты везде видишь опасности и готова пожертвовать любым человеком ради мнимой безопасности остальных! Разве так должны поступать добрые волшебницы?
— Все, давайте прекратим, этот спор! — не выдержала Элли. — Анни останется в Большом мире, пока я не выясню, что произошло. Совет объявляю закрытым!
Элли телепортировалась прямо из Тронного зала в свою новую спальню (старую еще не восстановили после пожара). Виллина и Стелла замолчали, как-то внезапно осознав, что слишком далеко зашли во взаимных обвинениях. Стелла даже собиралась попросить прощения у оппонентки, но та по примеру Хранительницы телепортировалась, хотя в ее возрасте это было крайне тяжело, и она старалась прибегать к этому лишь в крайних случаях. Остальные члены Совета, которым так и не дали высказаться по основному вопросу, ради которого они сюда прилетели, начали постепенно расходиться. Перебранка двух добрых волшебниц ошеломила всех, поэтому расходились в полном молчании. Лишь Том, проходя мимо Стеллы, бросил ей мимоходом: «Будь острожной, это еще не конец». Стелла не успела поглядеть в глаза Тому, поэтому так и не поняла, было ли это предсказанием или просто дружеским советом. Когда в Тронном зале никого не осталось, она создала облачко и отправилась в свой домик в горах.
* * *
Не успела Элли переодеться после Совета, как в дверь ее спальни постучали, и на пороге появилась Энни.
— Элли, почему ты отправила Анни в Большой мир, даже не дав нам с Томом с ней попрощаться?
— Энни, я просто испугалась. Аларм погиб, против Анни было много улик. Я до сих пор не разобралась, насколько я доверяю ей после случившегося. Но даже если она не виновата, опасность от нее исходила. Я боялась, что случится что-то еще. У меня в последнее время какое-то дурное предчувствие…
Энни собиралась что-то ответить, как в дверь снова постучали.
— Войдите, — громко сказала Элли.
В приоткрывшуюся дверь заглянула Белла.
— К Вам просит зайти Его Величество Дональд.
— Пусть заходит, — ответила Элли.
Дональд зашел, неуверенно переминаясь с ноги на ногу. Белла зачем-то зашла за ним и закрыла дверь.
— Элли, можно поговорить с тобой наедине?
— Дональд, Энни моя сестра, а Белла моя незаменимая помощница. Ты можешь говорить при них.
— Я хотел сказать… — мялся Дональд. — Насчет Ланги. В общем, вечером, накануне той ночи, когда Анни… когда случился этот пожар, я встретил Лангу в коридоре. Она шла из той части дворца, где находятся покои Пакира. Она никогда туда не ходит, и никого не пускает. А в тот раз шла оттуда, и вид у нее был какой-то необычный, напуганный. Я ее окликнул, но она как будто не услышала. В эту ночь она пришла в спальню под утро, я слышал сквозь сон. Утром она вела себя более-менее нормально, но между нами возникла какая-то отчужденность. Я боюсь, что она тоже под действием Темного мага, как и Анни.
— Или она и есть Темная фея, — задумчиво произнесла Элли. Дональд даже содрогнулся при этих словах.
— Ты можешь ей помочь?
— Я попробую во всем разобраться, — пообещала Хранительница. — Если заметишь за Лангой еще что-то необычное, сообщай, пожалуйста, мне.
— Хорошо, — ответил Дональд, постоял еще несколько секунд и направился к выходу. Уже стоя в дверях, он добавил, — Только не отправляй ее в Большой мир. Если с ней что-то такое случилось, ей же можно помочь. В крайнем случае, лишить ее магии, как Пакира.
— Я постараюсь ей помочь, — еще раз пообещала Элли.
— И не говори ей, что я тебе что-то рассказывал.
— Разумеется.
Дональд, наконец, скрылся в дверях. Удивленная Энни не стала продолжать прерванный разговор насчет Анни.
— Как ты думаешь, Ланга может быть причастна к этому пожару?
— Я не знаю. В Волшебной стране происходит что-то нехорошее, но я пока не знаю, что именно. Я чувствую вокруг много Темной магии, но не понимаю, откуда она исходит. Но я обязательно во всем разберусь.
Энни поняла, что сейчас лучше оставить сестру в покое и отправилась в свою комнату. Элли обсудила еще что-то с Беллой, и отправилась к Гарри. Только он мог сейчас поддержать и утешить ее.
* * *
А через три дня Стелла снова прилетела в Изумрудный город, ворвалась в комнату, где отдыхала Элли, и без предисловий выпалила:
— Элли, она сожгла мой сад!
— Кто? Анни? — Элли вскочила на ноги.
— При чем тут Анни? Она же в Большом мире. Виллина, конечно!
— Зачем Виллине сжигать твой сад?
— Ну мы же поругались на Совете.
— Как-то это не похоже на Виллину, — с сомнением произнесла Элли. — Может это был случайный пожар?
— Элли, сад сгорел от Пурпурного огня! Там в этот момент был Баккар, возможно, кстати, это было покушением на него. Баккар успел выбраться, хотя и получил несколько серьезных ожогов. Он видел и саму Виллину, хотя и со спины, и момент ее телепортации, с характерными для нее золотыми искрами.
— Тогда нам стоит полететь к ней и поговорить, — Элли глубоко вздохнула.
— Я только что от нее, она все отрицает. Говорит, что плохо чувствовала себя последние дни и почти не выходила из своей комнаты.
— А кто-то был с ней во время поджога и может подтвердить ее алиби?
— Не знаю. Она выставила меня за дверь, и я решила полететь к тебе, а уже вместе с тобой провести расследование. Иначе мне все равно никто не поверит.
— Хорошо, через полчаса мы с Гарри и Страшилой будем готовы.
* * *
Через четыре часа Элли, Гарри, Страшила и Стелла подлетали к Желтому дворцу. Уже издалека было видно, что во дворце что-то произошло, а когда они подлетели совсем близко, стало ясно, что в северной части дворца обвалились несколько этажей. Встретивший их Том рассказал, что в комнате Виллины произошел серьезный пожар, за считанные минуты уничтоживший не только ее комнату, но и несколько соседних. Тушить пожар не пришлось, он затух самостоятельно, но часть дворца обвалилась и требовала серьезного ремонта. Сама Виллина едва успела выбраться из комнаты телепортацией, но уже около восьми часов пребывала без сознания.
— Я думаю, — говорил Том, — что пожар потушила сама Виллина магией до того, как потеряла сознание. Ее долгая отключка свидетельствует, что она потеряла много сил при этом.
— А я думаю, что пожар был вызван Пурпурным огнем, поэтому и потух очень быстро, и разрушения за такое короткое время успел нанести громадные, — вздохнула Элли. — Слишком уж все похоже на пожар в Изумрудном дворце. Хорошо, что у вас никто не погиб.
— Но ведь поскольку Анни сейчас в Большом мире, это доказывает, что она не виновата, а настоящий поджигатель еще на свободе! — воскликнул Гарри.
— Или некий Темный маг использует разных людей для своих темных целей, — не согласилась Элли, входя в комнату, где лежала Виллина.
— Или кто-то, кто именует себя доброй феей, воспользовался случаем, чтобы отомстить сопернице, и свалить всю вину на неизвестного Темного мага! — сердито воскликнула Лили, сидевшая у постели волшебницы.
— Что ты имеешь ввиду? — побледнела Стелла.
— А то, что пожар возник именно в тот момент, когда от дворца отлетало розовое облачко.
— Ты думаешь, я способна на такое? — Стелла была возмущена до глубины души.
— Но ведь именно в этом ты совсем недавно обвиняла саму Виллину, — резонно заметила Элли. — Пока у меня складывается такая картина, что после вашей ссоры на Совете Виллина сожгла твой сад и чуть не убила тем самым Баккара, а ты, не получив от нее извинений, в отместку подожгла ее спальню.
Стелла побледнела еще больше.
— Я, конечно, не хочу никого обвинять, — как ни в чем не бывало продолжила Элли, — возможно вас всех подставил Темный маг. Или управлял вами, как и Анни в Изумрудном дворце.
— Вряд ли мной мог управлять Темный маг, — с сомнением произнесла Стелла. — Подожди, уж не собираешься ли ты и нас с Виллиной отправить в Большой мир?
— Конечно нет, с Анни ситуация было несколько иная. Но наблюдать за вами буду, пока не разберусь с тем, что вообще происходит. Очень надеюсь, что ни ты, ни Виллина на самом деле не виноваты, и поможете мне найти настоящего поджигателя.
Элли сосредоточилась и направила на Виллину импульс целительной магии. Пожилая волшебница пошевелилась и открыла глаза. На Элли, Тома и Лили посмотрела с благодарностью, на Стеллу — с явной неприязнью и даже некоторым страхом. Немного придя в себя, вкратце рассказала о случившемся, но ничего нового из ее рассказа узнать не удалось. Стелла прилетела к ней утром с обвинениями в поджоге сада. Виллина утверждала, что ничего об этом не знает и в Розовой стране давно не была. Две феи немного поругались, после чего Стелла улетела на облачке прямо с балкона. А как только Виллина закрыла за ней дверь и отвернулась, на балконе вспыхнул Пурпурный огонь. Виллина попыталась его потушить магией, но лишь впустую растратила силы. Поняв это, она телепортировалась на улицу, во двор (где ее вскоре нашел садовник Логон) и потеряла сознание. Правда было еще кое-что странное, что Виллина успела разглядеть в начале пожара, но об этом она не стала никому рассказывать, так как и сама не была полностью уверена, что она видела, и видела ли вообще.
* * *
По итогам этого происшествия Большой совет собирать не стали. Виллина и Стелла подчеркнуто холодно принесли друг другу извинения, и конфликт замяли. Больше поджогов в ближайшее время не происходило, но отношения трех волшебниц, включая Элли, стали если не враждебными, то весьма натянутыми.
| Предыдущая глава |
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
| Следующая глава |