|
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|
Тёмный лорд Волдеморт по праву считал себя самым могущественным волшебником за исключением разве что Пакира (но Пакир заперт в Подземелье и едва ли когда-то сможет оттуда выбраться, поэтому не представляет для него угрозы). Боялся он только одного человека — Гарри Поттера, и то только из-за нелепого пророчества, которому Волдеморт старался не придавать значения, но списать со счетов полностью не мог.
И поэтому, когда на секретном собрании Пожирателей смерти в абсолютно защищенном поместье Малфоев, к нему в сознание внезапно проникла какая-то таинственная и невероятно могущественная фея, он в первый момент растерялся и позволил ей похозяйничать в его памяти. Однако через несколько мгновений он опомнился, постарался закрыть свое сознание от нее и в ответ проникнуть в ее голову. Легилименцией Волдеморт владел превосходно, а фея, похоже, не ожидала достойного сопротивления, поэтому проникнуть в ее память он сумел, хотя и всего на несколько секунд, по истечении которых она бесследно исчезла не только из его сознания, но и из поместья Малфоев, а может и вообще из Англии. Как он ни искал ее после этого телепатией, не обнаружил даже следов ее пребывания в магически защищенном поместье (непонятно даже, как она так незаметно пробралась в него). Тех нескольких секунд, что он провел в ее сознании, хватило, чтобы увидеть одну яркую эмоцию и один образ. Эмоцией был ужас, который был вызван им самим. Кажется, даже она успела сравнить его с Пакиром (откуда только она может о нем знать, если Волдеморт единственный волшебник, нашедший путь в Подземную страну и даже сумевший вернуться из нее). А увиденным образом была чудесная страна, пропитанная Светлой магией так же сильно, как Подземелье Пакира было пропитано Темной магией. В Англии и других цивилизованных странах ничего подобного не было. В этой чудесной стране по дороге, вымощенной желтым кирпичом, шла сама фея с тремя необычными существами — говорящим львом, железным человеком с топором и соломенным пугалом. Такая картина удивила повидавшего за свою жизнь много чудес Волдеморта, и он постарался четко запомнить магические координаты этого места.
После связи с таинственной феей, потрясенный Волдеморт долго не мог прийти в себя. Пропустил мимо ушей большую часть докладов Пожирателей, не смог ответить на возникшие у них по ходу вопросы и даже забыл, какие собирался дать им задания. В итоге вышел себя, запустил круциатосом в хозяина поместья Люциуса Малфоя и распустил собрание досрочно.
Трансгрессировав домой, Волдеморт разжег огонь в камине, сел в свое любимое кресло и принялся размышлять, одновременно гладя подползшую к нему Нагайну. Мысль о чудесной стране не давала ему покоя. Наконец он встал, достал свою волшебную палочку и трансгрессировал в то место, которое видел в сознании таинственной феи.
* * *
Вокруг действительно было очень много, прямо до тошноты много, Светлой магии. Волдеморт не был Темным магом с рождения и в Хогвартсе изучал преимущественно Светлую магию, а Темный путь выбрал уже в юности. Поэтому, он был не против использовать и Светлую магию, если она послужит его личным интересам. Но разбавить это магическое поле, вплетя в него такое же количество Темной магии, было бы неплохо. Впрочем, для этого нужны громадные источники Тьмы, которые есть только в царстве Пакира, а делиться с ним этой страной Волдеморт не намерен.
Темный лорд резко оборвал свои мечтания. Прежде чем делить эту страну, ее еще надо завоевать. А если здесь правит или хотя бы просто живет та могущественная фея, это может оказаться не так-то просто. В любом случае, это не первоочередная задача. К этому можно вернуться после уничтожения ненавистного Гарри Поттера и захвата власти в Министерств магии. Когда он станет повелителем всех магов на Земле, он поведет их войной на эту чудесную страну и захватит ее. А пока надо убираться отсюда, пока та фея не обнаружила его в своих владениях.
Волдеморт уже было собрался трангрессировать обратно, как ему в голову пришла гениальная мысль. Что если оставить в этой никому не известной стране еще один крестраж? Ведь два его крестража уже уничтожили Дамблдор и Поттер. Кто знает, не доберутся ли они и до остальных. А сюда им точно не добраться.
Волдеморт изменил свою внешность, чтобы не привлекать к себе внимание, и пошел по дороге из желтого кирпича и через час вышел к небольшой деревне. Темный лорд прошелся по узким улочкам, выбирая жертву для создания крестража. Вот сидит на лавочке у забора старичок и приветственно машет ему рукой. Еще и улыбается так по-доброму. Такой не годится для создания крестража. При создании крестража необходимо убить человека, но лучше выбирать озлобленного, агрессивного. Чем злее человек, тем надежнее будет крестраж. Вот дети бегают, играют в догонялки. От таких толку еще меньше, чем от дружелюбного старичка. Пройдя до конца деревни, Волдеморт повстречал еще с десяток человек, и все они были добрыми, приветливыми и дружелюбными. Даже приглашали его в дом, предлагали поужинать и отдохнуть.
«Тьфу! Противно даже! Неужели в этой стране все такие счастливые и довольные? Получается, единственной подходящей жертвой для крестража являюсь я сам» — мрачно думал Темный лорд. Внезапно, на самом конце деревни, он увидел то, от чего его лицо расплылось в злобной улыбке. Два молодых парня разговаривали на повышенных тонах, грозящих перейти в драку. Прислушавшись, Волдеморт понял, что причиной ссоры является семнадцатилетняя красавица Белла, которой льстило встречаться с двумя самыми завидными юношами деревни, и она никак не могла определиться, кого из них выбрать. Каждый из парней считал именно себя достойным этой девушки, и требовал от другого оставить ее в покое. Волдеморт еще раз злобно ухмыльнулся и легкой легилименцией подзадорил обоих юношей. Через мгновение, один из них, по имени Рип, толкнул другого, которого звали Пит. Тот ответил тем же, и ссора переросла в драку. Драка была недолгой и не очень жестокой — через минуту Рип уложил Пита на лопатки, лишь немного разбив ему губу, а тот трусливо сдался, чтобы не получить больших увечий. Это в очередной раз расстроило Темного лорда, однако и такой драки было достаточно, чтобы создать качественный крестраж. Волдеморт добил «Авада Кедаврой» проигравшего, содрогнулся, издал страшный рев, и часть его души перешла в заранее подготовленный миниатюрный складной нож с красивой ювелирной огранкой. Рип, победивший в драке, в ужасе пытался убежать, но зацепился ногой за корень дерева и упал.
— Петрификус Тоталус! — воскликнул Волдеморт, взмахнув волшебной палочкой, после чего полностью обездвиженный юноша застыл в нелепой полулежачей позе.
Волдеморт не спеша подошел к жертве и вложил ему в правую руку еще теплый крестраж.
— Поклянись, что будешь хранить этот нож в своем доме и как минимум десять минут в день держать его в руках.
Чтобы он мог ответить, Темный лорд снял с него обездвиживание. Юноша свалился в ноги Волдеморту и покорно закивал головой, не в силах вымолвить ни слова. При этом его челюсти двигались, как будто что-то пережевывая.
— Твоя клятва принята. Клятва магическая, нарушить ее не удастся, лучше и не пытайся. А теперь можешь идти.
Рип с трудом поднялся и на дрожащих от страха ногах бросился в сторону своего дома. Однако добежать до дома он не успел. Выполнив свою миссию, довольный Волдеморт трансгрессировал в свой кабинет, а через несколько мгновений крестраж в руке юноши завибрировал и начал нагреваться. Рип почувствовал, как нечто очень темное выходит из ножа и входит в него самого, вытесняя его сознание из тела. Рип вскрикнул и потерял сознание. А через несколько минут глаза юноши открылись, но в них не было прежнего испуга, в них читалась злоба и презрение ко всему миру, гордость от удавшегося перевоплощения и одновременно с этим невыносимое страдание от очередного раскола души.
Воскресший Волдеморт не мог понять, почему он воплотился из крестража почти сразу же после его создания (сомнений в этом не было, ведь он находился на том же месте, да и труп жертвы лежал неподалеку еще тёплый). Может быть, его прошлое тело попало в засаду при возвращении домой и было убито? Тогда ему в ближайшее время нельзя возвращаться домой, а нужно набираться сил здесь, в этой незнакомой, но на первый взгляд дружелюбной стране. Волдеморт с трудом поднялся и побрел в сторону леса, подальше от людей.
Однако он не успел пройти и ста шагов, как его кто-то окликнул. Оглянувшись, Волдеморт увидел красивую молодую девушку, с ужасом в глазах стоящую над мертвым телом Пита. «Видимо, это и есть Белла», — понял он, и хотел было поставить между собой и девушкой маглоотталкивающие чары, но через несколько секунд передумал.
Если он будет вынужден на какое-то время остаться в этой стране, где нет ни его верных Пожирателей смерти, ни даже домашних эльфов, ему непременно нужно обзавестись слугами. Пусть же эта влюбленная девушка станет его первой помощницей. Может быть, она сама захочет служить великому Темному магу, ведь она не лишена тщеславия, раз не пренебрегала вниманием сразу двух парней. А если нет, Волдеморт найдет способ ее сломить и заставить служить ему во чтобы то ни стало. В самом крайнем случае он сотрёт ей память с помощью легилименциии и воспитает с нуля послушной и верной помощницей. Темному лорду не к лицу выполнять простую работу, поэтому он обучит ее магии, сделает из нее Темную фею, подобную его любимой и незаменимой помощнице Беллатрисе (кстати и имя у нее похожее). Она, возможно с другими помощниками, подготовит эту страну к власти Темного лорда, и лишь потом появится он сам и с достоинством примет эту власть. А потом вернётся в Лондон, убьет Гарри Поттера и покорит себе Министерство магии и вообще весь магический мир… Хотя с той таинственной феей-телепаткой, скорее всего, придется побороться самому, вряд ли бывшая магла справится с ней даже после обучения — немного охладил градус своих мечтаний Волдеморт.
— Белла, помоги мне! — позвал он девушку.
Та наконец-то оторвала взгляд от трупа и поспешила к нему.
— Что случилось, Рип? Это ты убил Пита? Я услышала шум драки, а потом какой-то страшный рев и поспешила сюда.
— Нет, конечно, дорогая. Мы немного повздорили с Питом из-за тебя, как обычно. Но уже помирились и собирались разойтись по домам, как на нас напало какое-то чудовище — то ли оборотень, то ли дракон, то ли злой колдун. Я даже не успел рассмотреть. Мне нужно срочно спрятаться от него, пока оно не вернулось. Да и тебе здесь оставаться опасно. Пойдем со мной в лес.
— Зачем же в лес? Пойдем лучше в деревню, расскажем остальным. Если чудовище действительно так опасно, вызовем на помощь фею Элли или кого-то еще из волшебниц.
— Нет, Белла, ты не понимаешь! Чудовище может вернуться с минуты на минуту, они не успеют прийти на помощь. А в лесу есть надежное место, где нас не найдут.
Девушка все еще колебалась, видимо больше доверяла этой фее Элли (уж не она ли влезла тогда в сознание к Волдеморту?), чем ему.
— Белла, доверься мне, я знаю, что делаю, — Волдеморту пришлось немного применить внушение магией, от чего он даже немного застонал — даже самая простая магия сейчас давалась ему очень тяжело, настолько он был ослаблен, да и волшебной палочки, как назло, нет.
И то ли подействовало внушение, то ли его стоны, но девушка все-таки робко и неуверенно пошла за ним. Постепенно она разговорилась, рассуждая, что за чудище могло убить Пита, и кого из волшебниц и волшебников можно позвать на помощь. Волдеморт в основном помалкивал, предпочитая больше слушать и запоминать информацию об этом новом для него мире и его магических обитателях. И если рассуждения Беллы о природе чудища скорее были похожи на ее собственные фантазии, спровоцированные словами самого Волдеморта, то ее рассказы об обладателях магии этой страны были, судя по всему, правдой, и весьма интересовали Темного лорда. Как хорошо, что их здесь буквально можно сосчитать по пальцам! Но спешить нельзя. Освоение в новом теле и изучение врагов, а также скрытая, так сказать подготовительная, война против них займёт немало времени. Но Темный лорд умеет ждать и терпеть, чтобы тщательно подготовиться и лишь тогда нанести решающий удар.
* * *
Первый Волдеморт не попал ни в какую засаду. Он спокойно вернулся домой, пообедал и лег спать раньше обычного. После очередного разделения души им овладело жуткое отчаяние, к тому же сильно болела голова и даже был небольшой жар. Наверно, именно из-за этого он не заметил ни того, что потерял связь с только что созданным крестражем, хотя должен был бы его чувствовать некоторое время очень отчётливо, ни того, что один из более ранних крестражей перестал существовать, ни того, что в его кабинете побывали незваные гости, ни того, что Нагайна еще немного подрагивала от пережитого в его отсутствие. Уставший Волдеморт проспал против своего обыкновения почти целые сутки, а после пробуждения на него свалился срочный доклад о том, что несколько Пожирателей смерти были арестованы сотрудниками Отдела магического правопорядка, и вопросы, связанные с его крестражами, отошли на второй план. А спустя несколько дней, когда Волдеморт оказался, наконец, свободен и вспомнил о недавнем создании нового крестража, все его чувства уже притупились, поэтому все странности в поведении крестражей так и остались незамеченными.
Аларм очень переживал за жену. После ее возвращения из темной хронологии их общение стало более редким и менее доверительным. Первые два дня она вообще ходила сама не своя и сторонилась не только его, но и остальных родных и друзей. Как он уже понял после, все время думала, рассказывать о своей ошибке или нет.
После Большого совета, на котором единогласно приняли решение запретить любые перемещения во времени (кроме тех, что были необходимы для лечения Гарри Поттера от временной болезни), Элли немного сблизилась с Алармом, но все-таки не так как раньше. Что-то продолжало ее волновать. То ли не отпускало чувство вины за содеянное, то ли обида за ограничение ее магии. С Гарри Поттером они, наоборот, сблизились, пока боролись с временной болезнью и организовывали New-Hogwarts. Конечно, их отношения не выходили за рамки дружеских, но Аларм все-таки испытывал укол ревности каждый раз, как видел их вместе.
Спустя два месяца, Элли совершила кратковременный визит в другую Волшебную страну (в которой Элли побывала после победы над Пакиром, и в которой жили ее любимые ученицы вторая Элли и Корина). В этот же день Аларм встретил в дворцовом парке Гарри Поттера с кровью на лице и на руках. Аларм окликнул Поттера, поинтересовался, что произошло, однако тот ничего не ответил, а просто прошел в сторону дворца. А через полминуты мимо ошеломленного Аларма в том же направлении прошла Элли со следами крови на платье. На его оклик она, как и Гарри, не откликнулась, но выглядела испуганной.
После этого Элли замкнулась еще больше и этим вечером ушла спать в каморку Гудвина за Тронным залом. Она объяснила это необходимостью провести какой-то срочный магический эксперимент, но Аларм считал, что причина не в этом. Что такого увидела Элли в параллельном мире, что заставило ее еще больше замкнуться? Может быть, какие-то изменения в хронологии коснулись другой Волшебной страны и ее друзей там? Аларм не знал, и как ни пытался расспросить Элли, ничего не добился.
Однако еще более странное событие произошло следующим вечером уже не с Элли, а с их дочерью Анни, с которой у них уже много лет были стабильно хорошие, доверительные отношения. Аларм возвращался в свою спальню из Тронного зала, где он пытался поговорить с Элли. Та настаивала на необходимости продолжать свой магический эксперимент еще одну ночь, и обещала лишь, что вернется в их спальню к утру. И хотя в целом разговор не задался, это обещание немного обрадовало Аларма — всё-таки это лучше, чем было в прошлую ночь.
Уже подходя к спальне, Аларм увидел выходящую оттуда Анни с мечом Торна. Обычно Аларм носил меч при себе, но сегодня у него почему-то возникло непреодолимое желание побыть немного без него (вес, как никак, у него немаленький), и он оставил его в спальне. Аларм окликнул дочь, но та бросилась бегом от него и скрылась за поворотом коридора. Аларм припустил за ней, но за тем же поворотом чуть не столкнулся со Страшилой.
— Ты видел, куда побежала Анни? — уворачиваясь на бегу от столкновения, спросил Аларм.
— Да, — Страшила указал на один из двух коридоров, уходивших в разные стороны.
Аларм бросился туда, но Анни уже не было видно, хотя коридор был довольно длинный и без дверей и ответвлений. Что ж, она могла и телепортироваться. Разве угнаться обычному человеку, хоть и начавшему уже обучение в New-Hogwarts, за прирожденной феей?
Аларм попытался мысленно связаться с Элли, но та в последнее время неохотно пользовалась телепатией, а в последние два дня и вовсе перестала отвечать на мысленные призывы. Вздохнув, Аларм пошел обратно в Тронный зал. Элли внимательно, хотя и не очень заинтересовано, выслушала его и сказала, что найдёт Анни, выяснит у нее причины такого поступка и обязательно вернет меч Торна. Но после того, как закончит свой эксперимент. Аларм расстроился еще больше от такого необъяснимого равнодушия Элли к поведению дочери, но был вынужден уйти со слабой надеждой, что к утру ситуация как-то разрешится.
А ближе к утру, незадолго до рассвета, в спальне Элли и Аларма произошел пожар. Пожар был явно магического происхождения. Пурпурный огонь пылал всего полминуты и не затронул весь дворец, но спальню и два соседних помещения уничтожил полностью, не оставив даже пепла. При этом сгорело также перекрытие с верхним и нижним этажами, что привело к обрушению двух внутренних стен и некоторых коммуникаций. Прибежавшие на шум слуги застали дрожащую от испуга Элли в одной ночной сорочке. Аларма рядом не было. Анни, оказавшаяся на месте пожара раньше остальных, пыталась потушить его магией, однако почти не преуспела в этом. Пурпурный огонь даже главным заклинанием Торна можно лишь предотвратить, но не остановить, если он уже разгорелся.
— Мама, папа был с тобой? — со слезами на глазах спросила Анни.
— Да, он не успел выбраться. Я спросонья не смогла ему помочь. — Элли тоже едва сдерживала слезы. — А что ты здесь делала?
— Я услышала шум и прибежала сюда, пыталась потушить пожар, но это оказалось мне не по силам.
Несколько минут прошли почти в полной тишине, лишь Гарри пытался утешить Элли, но она не обращала на него внимания. Потом Элли приказала всем расходиться. Тела Аларма пожар не оставил, нового возгорания опасаться не стоило, а выяснение причин пожара, равно как и восстановление стен и перекрытий, было разумнее отложить на утро.
Элли уже направлялась в Тронный зал, когда ее остановила нанятая несколько месяцев назад горничная Белла.
— Ваше Величество, я должна Вам кое-что сказать.
— Говорите, Белла, я Вас слушаю.
— Я сегодня очень плохо спала, меня что-то беспокоило. Я вышла пройтись по коридорам, подышать свежим воздухом (в коридорах продувает лучше, чем в моей комнате). И издалека увидела королеву Анни в коридоре, который примыкает к Вашей спальне с другой стороны, где нет дверей. Она что-то бормотала, а спустя несколько секунд начался пожар, и она куда-то исчезла. А спустя минуту я уже увидела ее в другом коридоре, рядом с дверями Вашей спальни.
— То, что Вы говорите, Белла, звучит очень страшно, ведь это похоже на настоящее покушение. Благодарю Вас за бдительность. Если Вам не трудно, не могли бы Вы до утра понаблюдать за дверями комнаты королевы Анни? Чтобы Вам ничего не угрожало, я сделаю Вас невидимой на несколько часов. И заодно заблокирую дворец от телепортации. Если увидите, что Анни куда-то выходит, или еще что-то подозрительное, срочно зовите меня. Я буду в Тронном зале.
— Хорошо, Ваше Величество, все сделаю, как Вы просите, — Белла почтительно поклонилась, пряча за поклоном довольную улыбку.
Элли произнесла заклинание, сделавшее Беллу невидимой на четыре часа, и отправилась в каморку Гудвина за Тронным залом. А Белла остаток ночи просидела невидимкой перед дверями спальни Анни и Астерия. Чуткий слух горничной позволил ей услышать, что Анни проплакала до самого утра, а Астерий все это время пытался ее утешать, впрочем, без особого успеха. Плакала ли она из-за того, что не успела спасти отца, или из-за того, что покушение не достигло обеих целей, было неизвестно. Больше в эту ночь ничего необычного не произошло, а утром Элли предложила Белле за оказанную ей услугу стать ее личной фрейлиной и помощницей, на что Белла с радостью согласилась.
* * *
В полдень в Тронном зале Изумрудного дворца состоялся суд над королевой Анни, обвиняемой в убийстве Белого Рыцаря и покушении на Хранительницу Волшебной страны. Анни сидела в браслете, блокирующем ее магию, под охраной двух гвардейцев-марранов. Судьей Элли выбрала саму себя, Гарри Поттер был назначен администратором, следящим за порядком. Наличие адвоката и прокурора на суде не предполагалось (судебная система в Волшебной стране вообще была плохо развита, редкие вопросы, которые жителям не удавалось решить в мирном порядке, решались в основном прямым вмешательством правителя города или страны). На суде присутствовали все слуги дворца, прежде всего, как возможные свидетели, и многие именитые граждане города. Энни и Том-младший — самые близкие родственники как потерпевшей, так и обвиняемой, прибыть в Изумрудный город не успели, даже было неизвестно, оповестили ли их о происшествии и о суде.
Элли открыла заседание и рассказала о случившейся во дворце трагедии, сделав акцент на том, что пожар был магического происхождения. Впрочем, это и так не вызывало ни у кого сомнений — Пурпурный огонь с обычным перепутать невозможно. Следом выступил Страшила, рассказав об инциденте с мечом Торна, свидетелем которого он был накануне. Затем слово взяла Белла. Она рассказала о том, как видела Анни рядом с местом пожара еще до его начала, не упомянув о щекотливом поручении, данном ей Хранительницей после окончания пожара. Затем Элли снова взяла слово и добавила, что накануне вечером, после совместного ужина Анни попросила ее задержаться и просила у нее на одни сутки кольцо Торна. Просьба не была необычной, Элли иногда давала ей кольцо на время, но как раз сегодня оно требовалось Хранительнице для важного магического эксперимента, которым она занималась уже вторые сутки, поэтому кольцо она Анни не дала. Этот разговор случайно подслушал задержавшийся в столовой по другим причинам Гарри, который и подтвердил сейчас слова Хранительницы.
Анни после каждого выступления порывалась что-то сказать, но Гарри не давал ей слова, предупредив, что все оправдания она сможет высказать в конце. Наконец, слово предоставили и ей.
— Друзья, из всего, что говорили про меня, я признаю только то, что просила вчера у мамы кольцо Торна. Я хотела телепортироваться в Большой мир, встретиться с Алисой и ее семьей, а для этого нужно было отключить защитную оболочку Волшебной страны, что можно сделать только кольцом Торна. Раньше мама мне в этом никогда не отказывала. Но сейчас кольцо ей было нужно, поэтому я отложила свое путешествие. Никакого конфликта это не вызвало. Меч Торна у папы я не брала и в их спальню вечером не заходила, а была в это время с Астерием в дворцовом парке, он может это подтвердить. На пожар я прибежала уже после его начала, когда услышала шум обрушения, и сразу принялась его тушить, хотя и безуспешно. Это тоже может подтвердить Астерий, мы вместе проснулись от шума. — Астерий в это время активно кивал, подтверждая слова жены — А то, что меня дважды видели там, где меня не было, думаю, должно объясняться Темной магией. Помните, как Корина водила всех за нос, прикидываясь Энни и настраивая под ее личиной Аларма против Элли? Я уже третий день ощущаю во дворце следы Темной магии, правда пока не поняла, откуда они могут исходить. Разве ты, мама, не замечала ее?
— Да, я тоже чувствую Темную магию и тоже не могу определить точно ее источник. Поэтому я допускаю, что, возможно, моя дочь королева Анни ни в чем не виновата, несмотря на явные доказательства ее вины, — Элли обращалась ко всем присутствующим. — Я вижу три возможных объяснения. Либо Анни действительно виновна, либо ее подставили, просто принимая ее облик, либо ей временами управляет какой-то могущественный Темный маг, как это уже случалось в ее детстве, когда ей регулярно снился Пакир. Алиби, подтвержденное Астерием, к сожалению, мало что значит, так как он тоже мог быть под влиянием этого колдуна. В любом их этих случаев королеве Анни лучше покинуть на время Волшебную страну. До тех пор, пока я не найду и не ликвидирую причину случившейся трагедии. Правление Зеленой страной на время отсутствия Анни я беру на себя.
— Ты прогоняешь меня в Большой мир???
— Это для твоей же безопасности, Анни. Ну и для безопасности всех остальных, конечно же. Ведь ты когда-то была под влиянием Пакира. Может быть, поэтому и сейчас неизвестный колдун влияет именно на тебя. Не переживай, я обязательно разберусь с этой неизвестной опасностью, и, если ты невиновна, то сможешь вернуться домой.
— А что будет с Астерием и детьми?
— Они останутся здесь, им ничего не грозит.
— Позволь мне хотя бы повидаться с Томом и Энни!
— Анни, уже погиб твой отец. Я не знаю, чего ожидать дальше от тебя или от того, кто за этим стоит. Поэтому решение суда будет приведено в действие немедленно.
На этом заседание так называемого суда было завершено. Зрители и участники разошлись по домам с тяжелым сердцем. Анни попрощалась с Астерием, детей решили таким прощанием не расстраивать. Элли телепортировалась вместе с Анни к границе Волшебной страны, сняла защитную оболочку, выпроводила за нее Анни, освободив от блокирующего магию браслета, и закрыла за ней оболочку. О чем говорили судья и осужденная перед расставанием, и говорили ли вообще о чем-либо, так никто и не узнал.
* * *
На следующий день выяснилось еще одно неприятное обстоятельство — пропали Дин Гиор и Фарамант. Первой пропажу обнаружила фрейлина Белла. Начали их искать и выяснили, что последний раз их видели во время пожара, после этого они как сквозь землю провалились, даже не явились на суд. Элли отказалась комментировать, виновата ли ее дочь в их пропаже, но обещала заняться их поисками.
После этой новости атмосфера в Изумрудном городе стала еще более тревожной. Большинство жителей были склонны верить в существование колдуна, повлиявшего на их королеву или притворившегося ею. Но нашлись и такие, которые распространяли слухи о заговоре Анни против родителей. Горожане были напуганы и подавлены. Никто из жителей не чувствовал себя в безопасности. Многие стали разъезжаться по окрестным фермам и деревням.
Элли еще больше отстранилась от старых друзей и даже родственников. Напрасно Энни, Том с Дариной, Стелла, Страшила и другие предлагали помощь в поисках таинственного Темного мага. Элли избегала их, говорила, что разберется сама, но никаких плодов поиски пока не приносили. Единственным человеком, который в это время сблизился с Хранительницей, был Гарри Поттер. Они вместе обедали в дворцовой столовой, вместе гуляли в парке по вечерам, обсуждали навалившиеся проблемы. Но, видимо, не только проблемы, так как иногда можно было видеть, как недавно овдовевшая Хранительница улыбается или даже негромко смеется. Как-то постепенно Гарри Поттер остался единственным человеком, с кем Элли делилась своими переживаниями, хотя в вопросах управления Зеленой и всей Волшебной страной продолжала в основном советоваться со Страшилой, который после гибели Аларма и изгнания Анни остался единственным, кто имел опыт управления городом и страной. Придворные, конечно, сразу заметили чересчур близкие отношения между Хранительницей и Гарри Поттером, и по дворцу, а затем и по всему городу, поползли разнообразные слухи об этом. Однако до близких друзей Элли эти слухи так и не дошли.
* * *
На Большом Совете, который состоялся через неделю после суда над Анни, Элли подробно рассказала о случившемся, извинилась за то, что не спросила мнения других членов Совета на счёт изгнания Анни, и аргументировала это срочностью проблемы. Она надеялась, что на этом тема будет закрыта, но ошиблась.
— Элли, думаю, ты зря так поспешила, — взяла слово Стелла. — Нужно было собраться всем волшебницам, осмотреть Анни и попытаться выяснить все-таки, что произошло. Без нее разобраться в причинах будет сложнее. Да и каково ей теперь в Большом мире одной, без друзей и родных?
— Я все понимаю, — оправдывалась Элли. — Но Анни представляла угрозу. Из-за нее погиб Аларм и чуть не погибла я.
— Но тем не менее, это как-то бесчеловечно.
— Стелла, ты слишком добра и слишком наивна в своей доброте, — вмешалась Виллина. — Нельзя подвергать опасности многих людей ради спасения одного. Ты и в прошлый раз, когда Пакир снился Анни, чуть было не довела до того, что она полностью оказалась в его власти. Иногда нужно действовать решительнее, как, например, я, когда направила фургон Элли на голову Гингеме. Или, по-твоему, стоило тогда пожалеть старую ведьму и попытаться с ней поговорить, а за это время страшный ураган уничтожил бы весь Большой мир?
— Нет, конечно, но Анни это не Гингема!
— Но если она под влиянием Темного мага, подобного Пакиру, то она может быть опаснее Гингемы. Хотя ты и Пакира-то никогда не боялась, ведь тебе лично он не угрожал. Легко быть доброй, когда самый страшный Темный маг в мире не представляет для тебя опасности.
— Что? Ты обвиняешь меня в равнодушии к другим из-за моих отношений с Баккаром? Но я никогда не поддерживала его, не помогала ему и даже вела войну против него ради спасения Волшебной страны.
— Я обвиняю тебя не в равнодушии, а в излишне наивной доброте, из-за которой могут пострадать невинные люди, — не на шутку разошлась Виллина.
— Вы не правы, — тихо, но твердо произнесла Стелла. — И я все же считаю, что нужно вернуть Анни домой и вместе с ней искать решение проблемы.
— А если из-за нее пострадает кто-то еще? — Виллина уже и сама не понимала, откуда в ней появилось такое упрямство. — Ты вообще любишь кого-нибудь кроме своего Баккара и своих растений?
— Растения-то тут при чем? — Стелла тоже вышла из себя. — Они служат на благо людям!
— На благо людям они служат раз в несколько лет, а в основном они лишь отвлекают тебя от реальной жизни, не давая осознавать серьёзность нависшей над нами опасности.
— А ты везде видишь опасности и готова пожертвовать любым человеком ради мнимой безопасности остальных! Разве так должны поступать добрые волшебницы?
— Все, давайте прекратим, этот спор! — не выдержала Элли. — Анни останется в Большом мире, пока я не выясню, что произошло. Совет объявляю закрытым!
Элли телепортировалась прямо из Тронного зала в свою новую спальню (старую еще не восстановили после пожара). Виллина и Стелла замолчали, как-то внезапно осознав, что слишком далеко зашли во взаимных обвинениях. Стелла даже собиралась попросить прощения у оппонентки, но та по примеру Хранительницы телепортировалась, хотя в ее возрасте это было крайне тяжело, и она старалась прибегать к этому лишь в крайних случаях. Остальные члены Совета, которым так и не дали высказаться по основному вопросу, ради которого они сюда прилетели, начали постепенно расходиться. Перебранка двух добрых волшебниц ошеломила всех, поэтому расходились в полном молчании. Лишь Том, проходя мимо Стеллы, бросил ей мимоходом: «Будь острожной, это еще не конец». Стелла не успела поглядеть в глаза Тому, поэтому так и не поняла, было ли это предсказанием или просто дружеским советом. Когда в Тронном зале никого не осталось, она создала облачко и отправилась в свой домик в горах.
* * *
Не успела Элли переодеться после Совета, как в дверь ее спальни постучали, и на пороге появилась Энни.
— Элли, почему ты отправила Анни в Большой мир, даже не дав нам с Томом с ней попрощаться?
— Энни, я просто испугалась. Аларм погиб, против Анни было много улик. Я до сих пор не разобралась, насколько я доверяю ей после случившегося. Но даже если она не виновата, опасность от нее исходила. Я боялась, что случится что-то еще. У меня в последнее время какое-то дурное предчувствие…
Энни собиралась что-то ответить, как в дверь снова постучали.
— Войдите, — громко сказала Элли.
В приоткрывшуюся дверь заглянула Белла.
— К Вам просит зайти Его Величество Дональд.
— Пусть заходит, — ответила Элли.
Дональд зашел, неуверенно переминаясь с ноги на ногу. Белла зачем-то зашла за ним и закрыла дверь.
— Элли, можно поговорить с тобой наедине?
— Дональд, Энни моя сестра, а Белла моя незаменимая помощница. Ты можешь говорить при них.
— Я хотел сказать… — мялся Дональд. — Насчет Ланги. В общем, вечером, накануне той ночи, когда Анни… когда случился этот пожар, я встретил Лангу в коридоре. Она шла из той части дворца, где находятся покои Пакира. Она никогда туда не ходит, и никого не пускает. А в тот раз шла оттуда, и вид у нее был какой-то необычный, напуганный. Я ее окликнул, но она как будто не услышала. В эту ночь она пришла в спальню под утро, я слышал сквозь сон. Утром она вела себя более-менее нормально, но между нами возникла какая-то отчужденность. Я боюсь, что она тоже под действием Темного мага, как и Анни.
— Или она и есть Темная фея, — задумчиво произнесла Элли. Дональд даже содрогнулся при этих словах.
— Ты можешь ей помочь?
— Я попробую во всем разобраться, — пообещала Хранительница. — Если заметишь за Лангой еще что-то необычное, сообщай, пожалуйста, мне.
— Хорошо, — ответил Дональд, постоял еще несколько секунд и направился к выходу. Уже стоя в дверях, он добавил, — Только не отправляй ее в Большой мир. Если с ней что-то такое случилось, ей же можно помочь. В крайнем случае, лишить ее магии, как Пакира.
— Я постараюсь ей помочь, — еще раз пообещала Элли.
— И не говори ей, что я тебе что-то рассказывал.
— Разумеется.
Дональд, наконец, скрылся в дверях. Удивленная Энни не стала продолжать прерванный разговор насчет Анни.
— Как ты думаешь, Ланга может быть причастна к этому пожару?
— Я не знаю. В Волшебной стране происходит что-то нехорошее, но я пока не знаю, что именно. Я чувствую вокруг много Темной магии, но не понимаю, откуда она исходит. Но я обязательно во всем разберусь.
Энни поняла, что сейчас лучше оставить сестру в покое и отправилась в свою комнату. Элли обсудила еще что-то с Беллой, и отправилась к Гарри. Только он мог сейчас поддержать и утешить ее.
* * *
А через три дня Стелла снова прилетела в Изумрудный город, ворвалась в комнату, где отдыхала Элли, и без предисловий выпалила:
— Элли, она сожгла мой сад!
— Кто? Анни? — Элли вскочила на ноги.
— При чем тут Анни? Она же в Большом мире. Виллина, конечно!
— Зачем Виллине сжигать твой сад?
— Ну мы же поругались на Совете.
— Как-то это не похоже на Виллину, — с сомнением произнесла Элли. — Может это был случайный пожар?
— Элли, сад сгорел от Пурпурного огня! Там в этот момент был Баккар, возможно, кстати, это было покушением на него. Баккар успел выбраться, хотя и получил несколько серьезных ожогов. Он видел и саму Виллину, хотя и со спины, и момент ее телепортации, с характерными для нее золотыми искрами.
— Тогда нам стоит полететь к ней и поговорить, — Элли глубоко вздохнула.
— Я только что от нее, она все отрицает. Говорит, что плохо чувствовала себя последние дни и почти не выходила из своей комнаты.
— А кто-то был с ней во время поджога и может подтвердить ее алиби?
— Не знаю. Она выставила меня за дверь, и я решила полететь к тебе, а уже вместе с тобой провести расследование. Иначе мне все равно никто не поверит.
— Хорошо, через полчаса мы с Гарри и Страшилой будем готовы.
* * *
Через четыре часа Элли, Гарри, Страшила и Стелла подлетали к Желтому дворцу. Уже издалека было видно, что во дворце что-то произошло, а когда они подлетели совсем близко, стало ясно, что в северной части дворца обвалились несколько этажей. Встретивший их Том рассказал, что в комнате Виллины произошел серьезный пожар, за считанные минуты уничтоживший не только ее комнату, но и несколько соседних. Тушить пожар не пришлось, он затух самостоятельно, но часть дворца обвалилась и требовала серьезного ремонта. Сама Виллина едва успела выбраться из комнаты телепортацией, но уже около восьми часов пребывала без сознания.
— Я думаю, — говорил Том, — что пожар потушила сама Виллина магией до того, как потеряла сознание. Ее долгая отключка свидетельствует, что она потеряла много сил при этом.
— А я думаю, что пожар был вызван Пурпурным огнем, поэтому и потух очень быстро, и разрушения за такое короткое время успел нанести громадные, — вздохнула Элли. — Слишком уж все похоже на пожар в Изумрудном дворце. Хорошо, что у вас никто не погиб.
— Но ведь поскольку Анни сейчас в Большом мире, это доказывает, что она не виновата, а настоящий поджигатель еще на свободе! — воскликнул Гарри.
— Или некий Темный маг использует разных людей для своих темных целей, — не согласилась Элли, входя в комнату, где лежала Виллина.
— Или кто-то, кто именует себя доброй феей, воспользовался случаем, чтобы отомстить сопернице, и свалить всю вину на неизвестного Темного мага! — сердито воскликнула Лили, сидевшая у постели волшебницы.
— Что ты имеешь ввиду? — побледнела Стелла.
— А то, что пожар возник именно в тот момент, когда от дворца отлетало розовое облачко.
— Ты думаешь, я способна на такое? — Стелла была возмущена до глубины души.
— Но ведь именно в этом ты совсем недавно обвиняла саму Виллину, — резонно заметила Элли. — Пока у меня складывается такая картина, что после вашей ссоры на Совете Виллина сожгла твой сад и чуть не убила тем самым Баккара, а ты, не получив от нее извинений, в отместку подожгла ее спальню.
Стелла побледнела еще больше.
— Я, конечно, не хочу никого обвинять, — как ни в чем не бывало продолжила Элли, — возможно вас всех подставил Темный маг. Или управлял вами, как и Анни в Изумрудном дворце.
— Вряд ли мной мог управлять Темный маг, — с сомнением произнесла Стелла. — Подожди, уж не собираешься ли ты и нас с Виллиной отправить в Большой мир?
— Конечно нет, с Анни ситуация было несколько иная. Но наблюдать за вами буду, пока не разберусь с тем, что вообще происходит. Очень надеюсь, что ни ты, ни Виллина на самом деле не виноваты, и поможете мне найти настоящего поджигателя.
Элли сосредоточилась и направила на Виллину импульс целительной магии. Пожилая волшебница пошевелилась и открыла глаза. На Элли, Тома и Лили посмотрела с благодарностью, на Стеллу — с явной неприязнью и даже некоторым страхом. Немного придя в себя, вкратце рассказала о случившемся, но ничего нового из ее рассказа узнать не удалось. Стелла прилетела к ней утром с обвинениями в поджоге сада. Виллина утверждала, что ничего об этом не знает и в Розовой стране давно не была. Две феи немного поругались, после чего Стелла улетела на облачке прямо с балкона. А как только Виллина закрыла за ней дверь и отвернулась, на балконе вспыхнул Пурпурный огонь. Виллина попыталась его потушить магией, но лишь впустую растратила силы. Поняв это, она телепортировалась на улицу, во двор (где ее вскоре нашел садовник Логон) и потеряла сознание. Правда было еще кое-что странное, что Виллина успела разглядеть в начале пожара, но об этом она не стала никому рассказывать, так как и сама не была полностью уверена, что она видела, и видела ли вообще.
* * *
По итогам этого происшествия Большой совет собирать не стали. Виллина и Стелла подчеркнуто холодно принесли друг другу извинения, и конфликт замяли. Больше поджогов в ближайшее время не происходило, но отношения трех волшебниц, включая Элли, стали если не враждебными, то весьма натянутыми.
Целую неделю после пожара в Желтом дворце в Волшебной стране все было относительно спокойно. А на восьмой день был ограблен торговый караван, идущий из Голубой страны в Розовую. Нападение состоялось рано утром, пока путники еще спали, причем настолько бесшумно, что никто не проснулся. Пропала примерно третья часть товаров, и, что самое страшное, шесть человек — пять мужчин и одна женщина. Когда оставшиеся купцы проснулись, они даже не сразу поняли, что произошло. А пока разобрались и вызвали на помощь Хранительницу, похитителей и след простыл. Элли поискала пропавших с помощью всевидящего зеркала, но оно не смогло их показать. Никаких признаков магии на месте преступления Элли не нашла, сказала, что поручит организованные поиски птицам, создала облачко и отправилась в Изумрудный город.
Спустя еще несколько дней в Фиолетовой стране загорелась мастерская известного ювелира. Огонь был самый обыкновенный, немагический. На этот раз ничего из изделий не пропало, хотя в мастерской в это время находилось несколько дорогих украшений, что исключало версию ограбления, но пропали сам ювелир и трое его учеников. И снова зеркало не показало их местоположение.
На этом таинственные происшествия не прекратились. Почти каждую неделю в Волшебной стране случалось нечто подобное. То затопит мельницу в Голубой стране, то случится обвал в Пещере рудокопов, то внезапно погибнут все растения известного цветовода в Розовой стране. Однажды вообще пропал целый взвод марранов из двадцати человек, направлявшийся в Изумрудный город, чтобы сменить на службе своих товарищей (многие марраны служили при дворцах в вахтовом режиме, хотя были и такие, которые переселились в города на постоянной основе, создав там семьи).
Конечно, различные несчастные случаи происходили в Волшебной стране и раньше, но не так часто. Более того, у всех происшествий была одна общая характерная черта — в каждом из них пропадали люди, но при этом не было найдено ни одного трупа. Складывалось впечатление, что кто-то очень могущественный похищает людей, попутно создавая для отвлечения внимания различные форс-мажорные ситуации. Было, конечно, несколько происшествий, не похожих на остальные, где люди не были похищены, но их было мало, и они, вероятнее всего, были в действительности несчастными случаями.
Все население Волшебной страны активизировалось в борьбе с неизвестным похитителем. Всевидящие зеркала Элли, Ланги, Дарины и Стеллы работали круглосуточно, осматривая разные уголки страны. Перед каждым из них дежурили по 2-3 человека, сменяя друг друга каждые несколько часов. Птичья почта была реорганизована в птичью разведку, где каждый пернатый должен был несколько часов в день посвящать наблюдениям за поведением людей вместо обычной кормежки. А люди за это подкармливали их из своих запасов.
Элли вызвала правителя гномов, ранее служивших Арахне, а после ее смерти присягнувших на верность Изумрудному городу, и поручила им направить все силы на поиск пропавших.
Энни тоже не осталась в стороне. Она подула в серебряный свисточек и вызвала Рамину — королеву полевых мышей. После обычного обмена любезностями, Энни посвятила подругу в проблемы, коснувшиеся людей, и Рамина заверила ее, что мыши сделают все возможное, чтобы помочь разыскать пропавших. Первые два дня Рамина являлась к Энни по вечерам и докладывала о результатах поисков, точнее об их отсутствии. На третий вечер Рамина не появилась, что вызвало у Энни некоторое беспокойство, но она решила не беспокоить царственную подругу лишний раз. Но когда Рамина не появилась еще два вечера подряд, Энни заволновалась не на шутку. Она трижды подула в свисток, но против обыкновения ничего не произошло. Энни с ужасом подула еще несколько раз, но Рамина так и не появилась. Что могло помешать телепортации мышиной феи? Неужели она умерла? Или потеряла свою способность к телепортации? Энни обратилась за помощью к Элли, чтобы та проверила, не испортился ли серебряный свисток, но та, тщательно его осмотрев и просканировав магией, заверила сестру, что свисток в полном порядке. Зеркало Элли также не смогло найти Рамину, поэтому на помощь мышей в дальнейших поисках рассчитывать не приходилось.
Остальные меры по поиску пропавших и защите от новых похищений также не принесли никаких плодов. Таинственный похититель каждый раз оказывался там, где наблюдение в этот момент по каким-то причинам было ослаблено, и делал свое темное дело, оставаясь незамеченным. Все похищенные люди (если они вообще еще были живы) оказывались в местах, недоступных даже всевидящим зеркалам.
Люди жили в постоянном страхе за себя и своих близких, старались всегда держаться большими группами, но и это не помогало. Если случалось очередное нападение, часть группы пропадала, а остальные в это время спали, вероятнее всего магическим сном.
* * *
Поначалу пропадали только простые люди, но спустя четыре месяца наступил день, когда пропала Энни, королева Голубой страны. Ранним утром она вылетела на своем коврике в Подземную страну, для обсуждения с Лангой некоторых торговых вопросов. Тим предлагал полететь с ней и взять с собой охрану из марранов, но Энни лишь отмахнулась, сказав, что ей ничего не угрожает, так как полетит она под обручем. Однако до Черного дворца она так и не добралась. К счастью, Ланга знала примерно предполагаемое время прибытия и, когда Энни не прилетела в нужное время, попыталась выйти с ней на связь телепатией. Энни не отвечала, зеркало, как и всегда в таких случаях, показать ее не смогло. Ланга сейчас же оповестила Элли и вместе с Дональдом, Эльгом, Бэйном и отрядом гвардейцев отправилась на поиски. Ланга с помощниками прочесали всю подземную часть маршрута Энни, в то время как Элли с Гарри, Беллой, Тимом и большой поисковой группой добровольцев осматривали наземную его часть. Больше всех в поисках повезло Тиму. Недалеко от Конической горы он нашёл летающий коврик, а рядом — сумочку Энни с частично вывалившимися из неё вещами. Сомнений в том, что девушка похищена, как и полторы сотни людей до этого, больше не оставалось.
Для очистки совести спасатели осмотрели окрестности в радиусе нескольких километров, но, разумеется, ничего не нашли. Пока шли поиски, из жерла Конической горы появились Ланга с отрядом. Добровольцы разлетелись по домам на любезно предоставленных им Элли облачках, а сама Элли, Белла, Тим и Гарри отправились вместе с Лангой на остров Горн. Тим — для того, чтобы решить те вопросы, ради которых летела туда Энни. У Элли были свои политические дела с королевой Подземной страны, а Гарри и Белла просто сопровождали Элли, что они, впрочем, в последнее время делали регулярно.
В полете путники почти не разговаривали, все были подавлены, каждый чувствовал свою вину в том, что Энни отправилась одна в такое путешествие. Хотя никто из них не был уверен, что смог бы предотвратить похищение, будь он в этот момент рядом с ней. Особенно угнетало то, что никто не знал, живы ли все похищенные люди, или давно убиты. Если убиты, то куда деваются трупы, а если живы, то почему их не находит всевидящее зеркало? Конечно, и тому, и другому можно найти массу объяснений, но именно эта неопределённость не давала никому покоя.
Во дворец прилетели уже к вечеру, поэтому все политические проблемы оставили на утро. Маира всех накормила, разместила гостей в свободных комнатах, и все разошлись, договорившись встретиться за завтраком.
Однако встретиться им пришлось гораздо раньше завтрака. В середине ночи Ланга проснулась от того, что на двери ее спальни сработала магическая защита. Она мгновенно вскочила, приготовилась к бою и тут же раскрыла рот от удивления. В комнату вошли Элли, Гарри, а за ними, прихрамывая на обе ноги, избитая и израненная Энни.
— Ланга, твои преступления раскрыты! Рекомендую сдаться без сопротивления! — сурово заявила Элли.
— Что все это значит? -воскликнула Ланга.
— Я обнаружила в тюрьме твоего дворца Энни и еще полтора десятка людей, похищенных за последнюю неделю. Энни помнит, как ты ее похитила и мучила в тюрьме вместе с другими пленными, — Энни в это время утвердительно кивала головой. — Стражники-каббары тоже подтвердили, что ты уже несколько дней приводишь туда пленников. Хотя ты и была нашей подругой, но я давно подозревала, что за этими похищениями стоишь именно ты. Я не знаю, что конкретно с тобой случилось, но, если ты признаешься, где все остальные пленники, я постараюсь помочь тебе. Вероятнее всего, твое наказание ограничится лишь лишением магии и потерей власти над Подземной страной.
Ланга поняла, что спорить и отпираться бесполезно. Она схватила за руку Дональда и попыталась телепортироваться, однако Элли была начеку и вовремя блокировала телепортацию главным заклинанием Торна. Через секунду в Элли полетело обезоруживающее и обездвиживающее заклинания, но и они не достигли цели. А еще через секунду Элли уже стояла рядом с Лангой и защелкивала браслет, блокирующий магию. Казалось, Хранительница рассчитала все, не оставив Ланге ни одного шанса сбежать. Даже Гарри был предупрежден, что его задача сдержать Дональда, если тот попытается вмешаться. Не учла она лишь того, что Ланга помимо магии обладала навыками рукопашного боя, которым мог бы позавидовать любой житель Подземелья. И в следующее мгновение поплатилась за это сломанной челюстью и небольшим сотрясением мозга. Пока Элли лежала на полу в отключке, Дональд схватил с тумбочки волшебную палочку, но Поттер его опередил — выбил палочку из рук Дональда «экспеллиармусом» и уже хотел было выкрикнуть «петрификус тоталус», как получил от Ланги удар ногой в живот и упал в нескольких шагах от Элли. Пока еле живая Энни привела сестру и ее друга в чувство, пока Элли немного подлечила себя магией (Гарри к этому времени и так стало получше), Ланга и Дональд уже добрались на звероконях к границам Южного моря. Понаблюдав в зеркало, как они общаются с подданными Кита, и как те с почетом провожают их куда-то вглубь своих территорий, Элли с досадой и некоторой злостью в голосе произнесла:
— Там мы их преследовать не будем. Южное море мне неподвластно, а затевать войну с Китом мне вовсе не хочется.
— Почему сразу войну? — удивилась Энни. — Ведь у тебя с Китом всегда были дружественные отношения. Можно поговорить с ним, объяснить, что у Ланги по неизвестным нам причинам поехала крыша, и она представляет опасность для окружающих.
— Опасности Ланга больше не представляет. Браслет ей самой не снять, если только она не отрубит себе кисть руки. Кит ей в этом тоже не поможет, он силен лишь в телепатии, остальные виды магии у него почти не развиты. А Дональд так и не успел поднять свою палочку перед бегством, так что беспокоиться нам не о чем. Пусть сколько угодно живут себе в Южном море, лишь бы не пытались вернуться. Но за этим я прослежу. А теперь пора освободить остальных пленников и организовать их отправку по домам.
— Но ведь здесь лишь десятая часть всех похищенных людей, а Ланга знает, где томятся все остальные, — не успокаивалась Энни. — Если ты не хочешь встречаться с Китом, я полечу к нему сама.
— Да, в этом ты права, — неожиданно согласилась с сестрой Элли. — Но тебе нужно восстановиться после заточения в этой ужасной тюрьме. Я поищу пленников в Черном дворце, а если не найду, то слетаю к Киту. Даже если Ланга откажется говорить, Кит сможет прочитать ее мысли и передать информацию мне.
— А разве ты сама не можешь прочитать ее мысли? — удивилась Энни.
— У меня проблемы с телепатией, — вздохнула Хранительница, — начались после возвращения из темной хронологии. Возможно, из-за того, что я влезла в сознание Волдеморта.
— Но ведь ты пользовалась ей, когда прочитала мысли домашнего эльфа Полумны! — воскликнул Гарри.
— Да, пользовалась, но с трудом. А сейчас совсем не могу. Видимо это какая-то болезнь, которая развивалась постепенно.
— А как ты нашла меня и остальных пленников? — подала голос Энни. — Тебе Дональд подсказал?
— Не совсем. После того разговора, который ты слышала, Дональд связывался со мной еще пару раз. Из его рассказов я поняла, что во время всех похищений рядом с Лангой ни разу не было ни самого Дональда, ни кого-то из близких друзей. Странная закономерность, не находишь? Поэтому я давно искала повод обыскать ее дворец и особенно тюрьму. Сам Дональд спускался в тюрьму, но не добрался до той самой отдаленной ее части, где держали вас. А вот Белле повезло больше. Она первой обнаружила какую-то подозрительную активность в этой части тюрьмы и нашла вас.
— Очень жаль, — вздохнула Энни. — Я всегда считала Лангу порядочным человеком и хорошей подругой. И никогда бы не поверила, что она способна на такие преступления. Но я своими глазами видела, как она меня похитила и пытала… С ней действительно произошло что-то страшное. А может, это все-таки была не она, а кто-то, принявший ее внешность?
— А почему же она тогда сбежала, не попытавшись что-то объяснить? — ответила вопросом на вопрос Элли. — И как объяснить, что она пропадала во время всех похищений? И к тому же притвориться хозяйкой дворца и привести во дворец пленников без ведома настоящей Ланги — как-то слишком сложно, чтобы быть правдоподобным.
— Значит, на нее все-таки повлиял Темный маг?
— Боюсь, что и это не так. Ланга слишком сильная волшебница и вообще сильная личность, чтобы на нее так сильно повлиять. Думаю, она и есть Темная фея.
Энни не нашла, что возразить, и только развела руками. Элли на минуту задумалась.
— Хотя такой сильный маг, как Пакир, или не столь сильный маг, но сильный телепат, как Волдеморт, мог повлиять и на Лангу. Правда, Волдеморт мертв со всеми своими крестражами, а Пакир больше не Темный маг. Но кто знает, какие еще Темные маги могут существовать во Вселенной… Так что пока от этой версии совсем не стоит отказываться.
— Но если все-таки Ланга — Темная фея, то тогда получается, что и Анни совершила поджог под воздействием Ланги? Значит, теперь, когда она обезврежена, уже можно вернуть Анни домой из Большого мира?
— Скорее всего, да. Когда я добьюсь от Ланги точной информации на этот счет, сразу же слетаю в Большой мир и разыщу Анни.
— Элли, а почему Дональд помог Ланге бежать и сам бежал вместе с ней, если он помогал тебе ее разоблачить? -спросил Гарри.
Элли пожала плечами.
— Он ее любит. Он хотел, чтобы я ей помогла, но в критический момент решил, что лучше остаться на ее стороне, даже если она Темная фея, чем лишиться ее доверия. Кстати, Гарри, после бегства королевы Тьмы, я должна возглавить Подземную страну, чтобы здесь не началась анархия. Больше просто некому, местные жители не станут слушаться того, кого не уважают и не боятся. Но, как говорит Страшила, Подземная страна — это не Изумрудный город, а Изумрудный город — это не Подземная страна. Мне, даже с моей способностью к телепортации, будет сложно править одновременно в двух местах. Будешь моим наместником в Подземной стране?
— Я? — удивился Гарри. — Я совершенно не знаком с этой дикой страной, и вообще никогда никем не правил.
— Да тебе и не придётся особо ничего делать. По крайней мере, на первых порах, пока не разберешься получше. Жизнь в стране более-менее отлажена, благодаря стараниям Ланги (надо отдать ей должное — она совершила почти невозможное, приняв после Пакира страну, в которой царил полный беспредел). Эльг с гвардейцами будут следить за порядком, его сын Бэйн обеспечит твою безопасность. Маира прекрасно справится с хозяйством во дворце. Они не были в сговоре с Лангой, сами удивились, когда я рассказала им о том, что творилось в тюрьме на нижнем этаже. В курсе были лишь четверо стражников не из числа гвардейцев, дежуривших там в две смены, но и они, кажется, не особо понимали, что это за люди, думали, что преступники.
— Но зачем тогда здесь я? — все еще не понимал Поттер.
— Ты будешь символом власти. Ты волшебник, и при том наместник Хранительницы. Только так, авторитетом магии, можно удержать эту страну от анархии.
— Ладно, я согласен, — все еще не очень уверенно согласился Гарри.
На этом разговор завершился, и каждый занялся своим делом. Эльг и Маира рассказывали Гарри Поттеру о жизни в Подземной стране, Бэйн, Энни и Тим занялись освобождением пленников и приведением их в порядок. Их плен, хотя и был не таким долгим, как у пропавших ранее (здесь были только те, кто пропали за последнюю неделю), но достаточно изнурительным — Ланга периодически пытала и истязала их.
Элли
магией залечила раны освобожденным. Вскоре все пленники были вымыты, накормлены
и, по возможности, вылечены, после чего Элли вместе с Гарри ушли готовить
обращение к народу. С объявлением о преступлениях их бывшей королевы и переходе
власти к Хранительнице и ее наместнику Элли решила не тянуть, хотя все
уговаривали ее собрать по этому случаю Большой совет. Однако Элли была
непреклонна, аргументируя это тем, что слухи об исчезновении Ланги и Дональда
уже, наверняка, вовсю распространяются по острову Горн, а на следующий день
могут добраться и до крепостей на побережье. И тогда беспорядки и мятежи могут
начаться в любую минуту.
В полдень (время в Подземелье определялось лишь по часам, поэтому полдень был весьма условным понятием, не привязанным к яркости солнечного света) Элли и Гарри, Энни и Тим, Эльг и Маира, стоя тремя обособленными парами выступили перед жителями острова Горн, освобожденными по этому случаю от работы и наспех собранными на центральной площади перед дворцом. Элли в красках рассказала о похищениях невинных людей и в Подземелье, и в Верхнем мире их бывшей правительницей и о поджоге Изумрудного дворца, в результате которого пострадала сама Хранительница и погиб Белый рыцарь Аларм (пользовавшийся, кстати, в Подземелье не меньшим уважением, чем их принц-консорт Дональд). В завершение Хранительница объявила, что берёт бремя власти в это смутное время на себя и обещает не допустить больше злоупотребления Темной магией в их и без того настрадавшейся при Пакире стране. Ну а на время своих отлетов в Верхний мир оставляет своим наместником могущественного волшебника из Большого мира Гарри Поттера, который уже в прошлом зарекомендовал себя как победителя другого Темного мага Волдеморта. В общем, речь была в меру продолжительной, в меру пафосной и была насыщена неоспоримыми фактами, что делало ее весьма убедительной. И в целом Элли достигла поставленной цели. Конечно, ни люди, ни тем более каббары не приняли ее и Поттера с распростертыми объятиями, не кричали «ура!», как это было при ее воцарении над Зеленой страной, но все-таки смирились и не подняли бунт (по крайней мере, в первый же день).
После выступления на площади и недолгого обеда Элли создала несколько облачков, и все бывшие пленники, а также Энни с Тимом отправились по домам. А Элли и Гарри остались в Черном дворце, так как их власть была пока принята лишь жителями острова Горн, которые составляли малую часть от всего населения, и требовала постепенного и планомерного укрепления.
* * *
Весь остаток дня и половину ночи Элли, Гарри, Белла, Маира, Эльг и Бэйн искали во дворце остальных пропавших людей. И никого не нашли, хотя облазили весь дворец, за исключение личных покоев Пакира. Но и эти запретные комнаты Элли просканировала магией и сказала, что там никого нет.
На следующий день поиски продолжились на всем острове Горн, к ним подключили также всю гвардию, которая уже успела присягнуть на верность новой правительнице. Поиски длились до позднего вечера, но не дали никаких положительных результатов. Впрочем, Элли, Гарри и Бэйн с половиной отряда были вынуждены оставить поиски на Эльга, Маиру, Беллу и оставшуюся половину гвардейцев и улететь на побережье, так как в Змеиной крепости начались волнения из-за дошедших до них новостей о смене правительницы.
Прилетев в крепость и увидев большую толпу людей и каббаров, Элли приземлилась в центре толпы и долго говорила, убеждая население крепости, что она не захватывала силой власть и не изгоняла Лангу, а лишь хотела остановить похищения людей. И бремя власти взяла на себя только из чувства ответственности за всю Волшебную страну. О похищениях в этой крепости лишь ходили слухи, из жителей Змеиной никто еще не пропадал, поэтому и особого значения похищениям не придавали. Но речь могущественной Хранительницы, окружённой плотным кольцом вооруженных солдат, немного отрезвила основную часть толпы. Лишь два человека продолжали упорствовать, призывая всех к мятежу. Пришлось их арестовать и доставить на Горн, в ту самую тюрьму, из которой только недавно освободили всех заключенных.
Следующие две недели прошли в непрерывных полетах по крепостям. Ежедневно посещали по две-три крепости, усмиряя бунтовщиков и понемногу пополняя тюрьму Черного дворца. В некоторые крепости пришлось даже слетать дважды или трижды, прежде чем власть Элли и Гарри была окончательно принята. Элли успела познакомиться со всеми комендантами, троих из них уже заменила, еще двое были на прицеле, как потенциально ненадежные. С остальными вроде удалось поладить, хотя и не без применения угроз.
Кроме регулярных визитов по крепостям ради подавления мятежей и укрепления своей власти, Хранительница и ее муж начали активно менять законы, утверждающие равные права людей и каббаров, в пользу людей. Элли говорила, что это справедливо, ведь много тысячелетий каббары угнетали людей, пора и людям получить какие-то привилегии.
Но несмотря на очень высокую загруженность Элли и Гарри почти каждый вечер уединялись на прогулке по берегу моря, что не укрылось от глаз внимательной Маиры. Она лишь разводила руками и удивлялась, что случилось с Хранительницей, еще недавно так сильно любившей Аларма.
— Уж не заколдовал ли ее этот Гарри Поттер? — поделилась она однажды своими переживаниями с Эльгом. — Может быть, это он убил Аларма ради того, чтобы приворожить Хранительницу? Может он и есть Темный маг, из-за которого происходит столько бед в Волшебной стране?
Эльг лишь хмуро пожал плечами и ничего не ответил. У него сейчас было не меньше проблем, чем у новых правителей Подземелья, и он не обращал внимания, чем занимаются Элли и Гарри в свободное время.
Маира попробовала обсудить этот вопрос с Беллой, но та заявила, что предана своей госпоже и не собирается ни с кем обсуждать ее личную жизнь. А если Маира продолжить распускать подобные слухи, то она нажалуется на нее Хранительнице. Так и остался этот животрепещущий для Маиры вопрос нерешенным.
Наконец, в Подземной стране воцарилось относительное спокойствие, хотя и не такое устойчивое, как при Ланге. Но она-то правила уже много десятилетий, а Элли только осваивала новую роль. И в один прекрасный день Элли оставила Гарри Поттера в Черном дворце, а сама вылетела на облачке в сторону Южного моря. Как показывало ей зеркало, Ланга с Дональдом поселились на острове Кита и безвылазно пребывали на нем. Сам Кит наведывался к ним почти каждый день, хотя и ненадолго. Возвращаться на Горн Элли не планировала, объявив всем, что выручит, если получится, пленников, затем отправится в Большой мир за Анни (если, конечно, добьется от Ланги признания, что это она воздействовала на Анни и подтолкнула к поджогу), а оттуда — в Изумрудный город. Беллу она отправила на другом облачке сразу в Изумрудный город.
* * *
Когда Элли вернулась в Изумрудный город, ее там ожидали все члены Большого совета (за исключением, разумеется, Анни, Ланги и Дональда), приглашенные сюда по инициативе Энни. Это неприятно удивило Хранительницу, ведь обычно Большой совет собирала она сама, а сейчас она этого делать не собиралась, помня, что на предыдущем Совете все были недовольны ее самоуправством с Анни. Однако деваться было некуда, пришлось назначить собрание на следующее утро. В этот день она наотрез отказалась принимать кого-либо, сославшись на смертельную усталость.
На заседании Элли первым делом осведомилась, прекратились ли в Волшебной стране похищения людей, и получила утвердительный ответ от всех правителей. С момента похищения Энни больше не случилось ни одного подобного случая. Затем Элли подробно рассказала о том, что произошло в Черном дворце (эту часть все и так уже знали от Энни), и как ей после этого пришлось взять на себя бремя власти в Подземной стране и оставить там Гарри Поттера своим наместником. На этот раз реакция на действия Хранительницы без согласования с Советом разделились. Все понимали, что в отличие от ситуации с Анни, которую можно было держать под домашним арестом с блокировочным браслетом сколько угодно, ситуация с безопасностью в полудикой Подземной стране действительно требовала срочного и решительного вмешательства. Страшила, Магдар, Том-старший, Смелый Лев и Виллина единодушно поддержали действия Хранительницы. Дровосек, Энни и Стелла, то есть те, кто знали Лангу лучше других, сомневались в ее виновности и в разумности действий Элли. А Дарина открыто выступила в поддержку своей бывшей наставницы:
— Я много общалась с Лангой в то время, когда Стеллы не было в Волшебной стране, и училась у нее. И я уверена, что Ланга не способна на похищение и пытки невинных людей. И то, что она много десятилетий пользуется Темной магией, говорит не против нее, а наоборот, в ее пользу. Если она не стала Темной феей за столько лет, то почему должна стать сейчас? У меня вообще Темная магия в крови, но я же не стала Темной колдуньей. Пользоваться Темной магией и поддаться Тьме — это совершенные разные вещи. Конечно, когда человек убивает Темного мага, то на фоне убийства и резкого вхождения в него Темной магии убитого противника, ему практически невозможно устоять против Тьмы. Но ведь Ланга не убивала Темного мага, да и вообще никого не убивала уже давно. Вероятнее всего, ее подставили так же, как и Анни. Кстати, а как сама Ланга объяснила наличие пленников в ее тюрьме?
— Она ничего не объяснила, а избила меня и сбежала на остров Кита, — недовольно произнесла Элли.
— Это мы и так знаем от Энни. Но ты же летала туда и пыталась поговорить с ней и Китом?
— Пыталась, но Кит отказался со мной разговаривать, объявив узурпаторшей. Добраться до Ланги, соответственно, не удалось.
— Этого не может быть! — ахнула Энни. — Значит, мы не сможем найти остальных пропавших? Но почему Кит так поступил? Я слетаю к нему сама и поговорю с ним. Думаю, меня он не оттолкнет, я ведь не захватывала власть в Подземелье.
— Я полечу с тобой, — вмешалась Стелла. — Я знала Кита еще в мире Облаков, когда он был императором Морефеем. Думаю, мне он точно не откажет в объяснениях. Тем более, он сильный телепат и точно сможет определить, виновата ли на самом деле Ланга. Отправимся завтра с утра на облачке.
— А что насчет Анни? Ты летала к ней? Нашла ее? Почему она не с тобой? — наконец-то задала Энни вопросы, которые мучили ее даже больше, чем судьба Подземной страны.
— Да, я разговаривала с ней. Она живет на нашей ферме в Канзасе, восстановила его магией. Возвращаться пока отказалась, поскольку вопрос с тем, кто мог принять ее облик или повлиять на нее, до конца еще не решен.
Неожиданно слово попросила Виллина, которая очень редко выступала на Советах, не считая общих голосований.
— Элли, а уверена ли ты, что правильно поступила, оставив Гарри Поттера своим наместником в Подземелье? Достаточно ли хорошо ты его знаешь? Ведь он не так давно живёт в Волшебной стране, да и вы с ним знакомы всего несколько месяцев.
— Я очень хорошо его знаю и полностью ему доверяю. И вообще я собиралась объявить, что на следующей неделе выхожу за него замуж. Это укрепит его власть в Подземной стране.
— Что??? — Энни даже выронила из рук серебряный обруч. — Ты выходишь за него, чтобы укрепить его власть? А как же Аларм?
Остальные участники Совета были ошеломлены не меньше Энни, хотя и лучше сдержали свои эмоции.
— Энни, Аларм мертв, а мне и как Хранительнице, и как правительнице Зеленой и Подземной стран, и просто как женщине нужна помощь и поддержка мужа. Мы с Гарри полюбили друг друга. Свадьба будет в понедельник в Подземной стране, так как отлучаться оттуда нам обоим пока нельзя. Большого торжества, как это обычно бывает в Волшебной стране, не обещаем, но все желающие из присутствующих здесь приглашаются. Больше этот вопрос я обсуждать сейчас не хочу. Еще есть какие-то вопросы, не касающиеся моей личной жизни?
Последнее известие настолько удивило всех членов Совета, что все вопросы, которые еще оставались необсужденными, отпали как-то сами собой, и заседание Совета было закрыто. Элли попрощалась со всеми и исчезла, остальные тоже стали постепенно расходиться, вполголоса обсуждая свалившиеся на Волшебную страну перемены. Энни и Стелла остались на ночь в Изумрудном дворце, так как собирались утром вылететь вместе в Южное море, а остальные разлетелись по своим странам.
* * *
На следующее утро к Киту никто не полетел. У Энни обострились, видимо на фоне переживаний, раны, полученные в тюрьме Черного дворца. Элли их немного подлечила, но для полного выздоровления, по ее словам, требовалось время, проводить которое стоило в максимальном покое. По возвращении в Голубую страну, Энни обратилась к Алине, сестре Дарины, обладающей целительским даром, но она лишь развела руками и сказала, что чувствует на ранах Темную магию и не может ничего против нее сделать. И хотя Энни продолжала надеяться, что Ланга ни в чем не виновата, что она сама является чьей-то жертвой, Темная магия на ее ранах не очень способствовала поддержанию этой надежды.
Стелла, конечно, полетела бы к Киту и без Энни, но у Баккара ночью обострились раны от ожогов, полученных при пожаре в саду, которые привели к какому-то странному приступу невероятного сильного жжения, который Стелле едва удалось блокировать, да и то благодаря тому, что птицы быстро донесли до нее весть, а Элли помогла ей мгновенно телепортироваться в их с Баккаром домик в горах. Пришлось отправление отложить, в надежде, что это больше не повторится. Однако приступы стали повторяться почти ежедневно, так что Стелла с тех пор не могла отлучаться из дома даже на несколько часов. Оставить Баккара было не с кем, так как остановить очередной приступ могла только сама Стелла, а о том, чтобы полететь к Киту вместе, Баккар даже и слышать не хотел. Десять тысяч лет войны, и это после того, как он сам превратил его, своего отца, в чудовище, не забыть даже, если ты давно перестал быть Темным магом. Таким образом, пропавшие так и не были найдены, странное поведение Кита осталось загадкой, а мнение самой Ланги, что на самом деле толкнуло ее на преступления, так и не стало никому известно.
Но главная проблема последних месяцев была устранена. Таинственные происшествия с исчезновением людей, держащие в страхе всю Волшебную страну, совершенно прекратились. Жители Волшебной страны, склонные больше к запоминанию приятных моментов, нежели неприятных, стали постепенно забывать о страшных событиях, и лишь семьи пропавших ранее, не могли забыть случившееся, оплакивая близких, но сохраняя надежду, что когда-нибудь они вернутся домой.
* * *
Свадьба Элли и Гарри состоялась в назначенное время в Тронном зале Черного дворца, где все еще сохранялась мрачная обстановка пакировских времен, а в глубине зала поблескивало топазовое озеро, поглотившее не одну сотню людей и каббаров, вызвавших чем-либо гнев Темного властелина. Ланга почти ничего не изменила в Тронном зале, потому что использовала его очень редко, только когда нужно было произвести на кого-нибудь впечатление королевы Тьмы. Только топазовое озеро обнесла невысоким бортиком во избежание несчастных случаев, что, однако, не сделало его менее зловещим.
Гостей было совсем немного. Энни болела, Тим неотступно пребывал у ее кровати. Та же ситуация была у Стеллы с Баккаром (хотя ему в этом дворце и вообще в Подземелье точно были бы не рады). Веса не хотела видеть, как место законного правления ее дочери, теперь занимает Элли с неизвестно откуда взявшимся женихом, а Дровосек, естественно, не прилетел из солидарности с ней. Магдар не пожелал прилетать в место, где его едва не убили в время войны с Пакиром. Дарина не могла простить Элли свержения Ланги, в виновность которой по-прежнему отказывалась верить. Том-младший тоже был обижен на маму за то, что та так быстро забыла Аларма, и даже видеть Гарри Поттера не хотел.
Таким образом, из Верхнего мира прилетели Страшила, Смелый Лев, Том-старший с Лили и сыновьями, Виллина и несколько министров из Изумрудного города. Из постоянных обитателей Черного дворца, разумеется, присутствовали Маира, Эльг и Бэйн, а также несколько офицеров гвардии. Также были приглашены коменданты крепостей. Те, кого Элли поставила на смену прошлым, явились в полном составе, некоторые даже с семьями. А из тех, что остались со времен Ланги, не явилась почти половина. Что ж, пускай пеняют на себя, в ближайшие дни Элли подберет замену и им — тем, кто не уважает новую правительницу, не место у власти.
Хотя сама свадьба всеми уважаемой, в том числе за свои нравственные качества, Хранительницы через пять месяцев после смерти мужа, была потрясением для всех, но на самом торжестве Элли удивила гостей еще больше. Войдя в заполненный Тронный зал, она объявила, что бракосочетание пройдет по тому же темному ритуалу, что и у Ланги с Дональдом много лет назад.
— Зачем вам темный ритуал? — Виллина обеспокоенно глядела на свою бывшую ученицу. — Ведь ты Светлая фея.
— Действительно, зачем? — вмешался Том. — Все в Волшебной стране ограничиваются обычными клятвами, даже волшебницы. Ланга была вынуждена прибегнуть к темному ритуалу, потому что была под приворотным зельем. И по рассказам Энни, ритуал этот не из приятных.
— Ритуал для Ланги был неприятным как раз из-за действия приворотного зелья, мы с Гарри ничего подобного не почувствуем. А нужен он, во-первых, для того, чтобы показать моим новым подданным, что я не хуже их бывшей королевы, и могу по праву считаться ее преемницей. А во-вторых, Светлой фее не так-то легко и комфортно творить магию в Подземелье, пропитанном Темной магией еще со времен Пакира. Этот ритуал сроднит не только меня с Гарри, но и нас обоих с этим дворцом, островом и всей Подземной страной. Матушка Виллина, не окажете нам честь провести ритуал?
Виллина лишь отрицательно покачала головой.
— Том? — Элли с мольбой во взгляде посмотрела на друга.
— Элли, мне этот ритуал не кажется хорошей затеей. Может еще откажетесь от него и поженитесь как все?
Элли поглядела на Тома с явным недовольством.
— Белла, тогда ритуал проведешь ты.
То ли фрейлина не смогла ослушаться свою правительницу, то ли не видела в Темном ритуале ничего страшного, но согласилась без возражений.
Элли достала заранее приготовленную книгу с описанием ритуала, кинжал, горшок с углями, чашу с каким-то горьким напитком, и Белла приступила к проведению ритуала. Из всех присутствующих свадьбу Ланги и Дональда видели только Эльг и Маира. Они помнили, как трясло Лангу из-за приворотного зелья большую часть времени ритуала, как им вдвоем приходилось ее держать, и поэтому сейчас, когда все прошло чинно и спокойно, были даже приятно удивлены.
Остальные же с ужасом в глазах наблюдали, как Элли и Гарри порезали ладони кинжалом и держались окровавленными руками, как они вместе держали руки над огнем, как пили по очереди из одной чаши ужасно горький напиток. По виду Гарри было понятно, что ему не нравится эта затея с темным ритуалом, но и сама Элли, похоже, представляла себе этот ритуал как-то более романтично, и выглядела очень напуганной. По-видимому, сама жалела о своей затее. Наконец, все завершилось. И гости, и сами молодожены облегченно вздохнули.
Дальше праздник пошел как обычно — застолье, тосты, музыка, танцы. Только после неприятного зрелища тосты звучали не очень радостно, аппетит пропал у всех, кроме Тома (у которого он не пропадал ни при каких условиях) и Страшилы (у которого аппетита никогда и не было). А когда заиграла созданная магией Элли музыка, танцевать не вышел никто, кроме молодожёнов, да и те осилили только один танец. Спустя пару часов гости началу потихоньку расходиться, а еще через час разошлось уже почти все. И когда расстроенный Гарри хотел покинуть зал, оставив оставшихся гостей на попечение Элли, Том схватил его за рукав и, глядя куда-то мимо него, произнес:
— Береги жену. Только ты можешь спасти ее и всю Волшебную страну.
— Я? Спасти? От кого?
— Я что-то сказал? — спросил Том, с удивлением отпуская рукав Поттера.
— Том — предсказатель, но предсказывает он неосознанно, и сам никогда не помнит, что предсказал, — пояснила подошедшая Лили, взяла Тома за руку и отвела в сторону.
Гарри ошеломлённо посмотрел на отходящую парочку, немного постоял, вернулся к не менее расстроенной, чем он сам, Элли и нежно взял ее за руку. Она благодарно посмотрела на него, оба улыбнулись и не отходили друг от друга уже до самого окончания этого не самого веселого праздника.
* * *
С этого
дня Гарри уже не отлучался из Подземелья, все больше вникая в управление
страной, да и Элли проводила здесь большую часть своего времени, оставив
править Изумрудным городом Страшилу Мудрого (от ее лица, разумеется). Но иногда
она поднималась на поверхность, посещала друзей и знакомых, интересовалась
жизнью Волшебной страны, помогала там, где требовалась ее помощь, в общем,
выполняла свои обязанности Хранительницы, как и раньше. Похищенных людей так и
не нашли, но, главное, что похищения больше не возобновлялись, за что все
население Волшебной страны было ей очень благодарно. Точнее почти все, потому
что некоторые все еще оставались недовольны произошедшими переменами, но пока
они не давали о себе знать.
Стелла, как обычно, ухаживала в саду за цветами, когда рядом с домом приземлилось розовое облачко, и с него сошли Дарина с Томом.
— Здравствуйте, наставница Стелла, мы должны Вам рассказать кое-что важное.
— Я вас внимательно слушаю, — с улыбкой отозвалась волшебница.
— Я узнала, что Вы с Энни так и не смогли попасть к Киту.
— Да, у нас обеих возникли временные трудности…
— И тогда мы с Томом полетели туда сами, но… — Дарина замолчала, не договорив фразу.
— Что «но»? — переспросила Стелла. — Вы добрались до острова Кита? Разговаривали с Лангой?
По виду Тома и Дарины было видно, что они хотят что-то сказать, но тем не менее оба не издали ни звука.
— Вы хотите что-то рассказать, но не можете? — догадалась Стелла.
— Кажется, да, — неуверенно протянула Дарина. — Сама не понимаю, что с нами происходит.
— А друг с другом вы это обсуждали?
— Я пытался заговорить в дороге, но также, как и сейчас, не смог, — признался Том.
— А я и не пыталась, все обдумывала ситуацию, — промолвила Дарина.
— Это специальная защитная магия, я встречалась с такой когда-то давно в Большом мире, — Стелла задумалась. — А если попробовать записать то, что вы хотите сказать?
Дарина достала блокнот и ручку и попыталась что-то записать, однако рука ей не повиновалась также, как и голос. Попытка Тома, как и ожидалось, была столь же бесплодной.
— Все понятно, вы не можете никак передать информацию о том, что видели, а это значит, что вы увидели что-то важное, — задумчиво протянула Стелла. — Может обратиться за помощью к Элли? Главное заклинание Торна должно помочь преодолеть эту защитную магию.
Дарина и Том дружно замотали головами, выражая несогласие с предложением феи.
— Я попробую рассказать, что следует из увиденного нами, — предложила Дарина. — Мне кажется, что ситуация несколько сложнее, чем хочет представить наша Хранительница. Хотя похищения людей и прекратились, но не думаю, что за ними стояла Ланга. Кто-то очень опасный и могущественный подставил и Анни, и Лангу. Не знаю, влияет ли он на них, заставляя совершать преступления, или притворяется ими, но он постепенно лишает Волшебную страну волшебниц. Не исключено, что следующей буду я, или Вы, или даже сама Элли. Кстати, Элли уже давно ведет себя не так, как раньше. Возможно, она уже под воздействием нашего таинственного врага.
— Не могу согласиться с тобой полностью. В основном Элли ведет себя вполне нормально, свои обязанности Хранительницы выполняет, даже смогла прекратить похищения людей. Но иногда действительно в ее поведении наблюдаются странности. Один только брак с Гарри Поттером через несколько месяцем после смерти Аларма, да еще и посредством темного ритуала, вызывает вопросы. И необходимость захвата власти в Подземной стране тоже не столь однозначна, как она это представила на Совете…
— А что если Гарри Поттер и есть тот Темный маг, что устроил все эти беды в Волшебной стране?! — воскликнул Том. — А Элли находится под его влиянием, также как были Анни и Ланга. Ведь мы очень мало о нем знаем. Знаем только, что он прибыл из темной хронологии, где когда-то убил Темного мага. Конечно, Элли говорила, что не чувствует в нем Темной магии, но что если она ошиблась? Что если Поттер смог ее обмануть? Тогда становятся понятными и смерть Аларма, и их скоропостижный брак, и наличие магии из Большого мира в Южном море, и особенно то, что Элли назначила его править именно в Подземелье.
— Но тогда мы должны остановить его, пока он еще правит от лица Элли, а не самостоятельно. В любой момент он может убить Элли и захватить власть! — Дарина, казалось, была готова идти войной на Подземную страну и на Изумрудный город заодно уже сейчас.
— Не спешите с выводами, а уж тем более с революцией, — охладила их пыл Стелла. — Стремление свергнуть правителя тоже может быть результатом воздействия на тебя, Дарина, Темного мага. Тем более, Тёмная магия есть у тебя в крови, а это делает тебя более уязвимой для Тьмы, — при этих словах Дарина недовольно нахмурилась, но Стелла не стала обращать на это внимание. — Когда я была рядом с Поттером, я тоже не чувствовала никакой Темной магии. Чего не могу сказать об Элли. В последний раз мне показалось, что ее магия не полностью Светлая. Хотя точно я не уверена, возможно, так было и раньше. Ведь, когда еще до войны с Пакиром мы оказались в плену в городе Теней, моя магия была полностью заблокирована, а ее — лишь частично. В общем, нам надо все тщательно обдумать и во всем разобраться. Как только у Баккара прекратятся регулярные приступы болезни, я обязательно во всем разберусь.
— А если они никогда не прекратятся? Если эта болезнь подстроена Темным магом, кто бы он ни был, чтобы удерживать Вас вдали от всех? — рассердилась Дарина.
— Я что-нибудь придумаю, — растерялась Стелла.
— А пока Вы будете придумывать, Ланга будет томиться в Южном море? — Дарина уже почти кричала. — Хоть Вы и были моей наставницей, но и Ланга ей тоже была. И я хочу ей помочь!
Стелла растерялась еще больше — Дарина первый раз в жизни повысила на нее голос.
— Дарина, — попытался остановить жену Том, который растерялся не меньше Стеллы.
— Что Дарина?! — набросилась она и на него. — Уже несколько месяцев пропадают люди, Анни изгнана из Волшебной страны, Ланга с Дональдом тоже практически в ссылке, а Вы все ничего не предпринимаете, ждете, что Вас спасет Хранительница! А если она завтра тоже исчезнет? А если она замужем за Темным магом? Если она сама Темная фея?!
Дарина не удержала в себе злость и запустила молнией в шикарный куст роз, который как раз перед этим поливала Стелла. Куст моментально загорелся. Испугавшаяся своего поведения Дарина его немедленно потушила, однако было ясно, что куст уже не спасти. Том ошеломленно молчал. У Стеллы на глазах выступили слезы, и чтобы не показывать их, она резко повернулась и, ничего не сказав, направилась к дому. Дарина понимала, что стоило бы догнать наставницу и попытаться извиниться, но не смогла заставить себя это сделать. Когда Стелла скрылась в доме, Дарина молча создала облачко и взошла на него. Том также молча последовал за ней, и облачко направилось в сторону Стелларии.
* * *
А на следующий день Дарина уже летела в долину марранов. Том остался в Розовом дворце. Он до последнего не хотел ее отпускать, так как боялся, что ее саму на восстание может толкать тот самый Темный маг, против которого она и собирается бороться. Сама Дарина называла это бредом и даже слушать об этом не хотела. В итоге они серьезно поссорились, что случалось крайне редко. И Дарина улетела, так и не помирившись с мужем. На душе от этого скребли кошки, но Дарина решила ни за что не возвращаться, пока не спасет Лангу и всю Волшебную страну.
В виновность Ланги она не верила, особенно после того, что увидела в Южном море, и о чем никому не могла поведать, а уж в виновность Анни — тем более. Существование в Волшебной стране таинственного Темного мага, который не сегодня-завтра захватит власть и уничтожит оставшихся добрых волшебниц, было для нее теперь неоспоримым фактом. И столь же неоспоримым фактом было то, что никто, кроме нее не хочет этого замечать и что-либо предпринимать. А значит, именно она должна собрать армию и освободить как Изумрудный город, так и Подземную страну от власти Элли и Гарри. А когда эта парочка будут лишена власти, магии и свободы, тогда уж можно будет разобраться, кто и на кого влияет Темной магией.
Приземлившись, Дарина сперва уединилась с Магдаром и несколькими старейшинами и изложила им все свои соображения, не забыв упомянуть о том, что в Южном море творится что-то непонятное, чего она не может объяснить.
— То есть Вы предлагаете настоящее восстание против Хранительницы, которая сейчас управляет Зеленой и Подземной странами? Ведь это приведет к настоящей гражданской войне во всей Волшебной стране, — Магдар с сомнением качал головой, пристально глядя на Дарину. Взгляды других старейшин тоже были устремлены на нее.
— Я понимаю, как это страшно звучит, но не вижу другого выхода. Если за действиями Анни, Ланги, Элли и Гарри стоит неизвестный Темный маг, то он может угрожать самому существованию всей Волшебной страны, а может, и Большого мира. Пока он действует скрытно, постепенно устраняя или подчиняя себе волшебниц. И очень преуспевает в этом. Единственный шанс разоблачить его — это начать открытую войну, в которой сразу станет понятно, кто на стороне добра, а кто — зла.
— Я не столь уверен в этом, как Вы, — снова покачал головой Магдар. — Возможно, наш враг именно этого и добивается. Но поскольку других предложений у меня нет, а наш народ всегда был в хороших отношениях и с Вами, и с Вашей предшественницей Стеллой, я готов поддержать Вас. Если другие старейшины тоже поддержат, наш народ выступит на Вашей стороне.
Остальные старейшины согласно кивали головами, никто из них не высказался против.
— Только мы не можем ручаться за тех марранов, которые давно служат в Изумрудном городе, — предупредил Магдар. — Они могут остаться на стороне Элли. А биться против своих всем будет не по себе. Это может разложить боевой дух нашей армии.
— Мы постараемся не доводить до настоящей войны с кровопролитными сражениями, — заверила его Дарина. — В идеале бы просто захватить в плен Элли и Гарри. Но для этого их надо лишить магии. Но у меня нет блокирующих браслетов, а создавать их может только Элли с кольцом Торна. Поэтому мы должны быть готовы к разным вариантам развития событий, в том числе и к масштабным военным действиям.
Получив поддержку марранов и поднявшись в небо на облачке, Дарина задумалась, что делать дальше. Небольшой отряд хорошо подготовленных марранов мог бы десантом высадиться в Изумрудном городе и захватить Изумрудный дворец. Но это имело бы смысл, если бы, во-первых, Элли с Гарри жили в Изумрудном дворце, а во-вторых, у нее была бы возможность нейтрализовать магию Элли (Гарри с его палочкой можно не брать в расчет, если, конечно, он не Темный маг, и не обладает какой-то неизвестной ей магией). Но даже, если ей согласятся помочь Стелла и Виллина (что само по себе маловероятно), с Элли им все равно не справиться. Вот будь на ее стороне Анни и Ланга, у них было бы гораздо больше шансов, но, как назло, они обе нейтрализованы. А уж соваться с марранами в Подземелье, кишащее каббарами и разными чудовищами, было бы и вовсе безумием. Значит, нужно искать союзников в Подземной стране. Дарина долго прокручивала в голове различные варианты и, лишь приняв решение лично отправиться на разведку в Подземную страну, немного успокоилась и направила облачко в сторону Конической горы, через которую можно было проникнуть в Подземелье.
* * *
Том изо всех сил гнал самодвижущуюся карету, оживленную живительным порошком, к дому Стеллы. Дорога туда была отвратительной, точнее никакой дороги по сути-то и не было. Стелла всегда летала на облачках, Баккар далеко от дома почти никогда не отлучался, а в гости к ним в основном наведывались только другие волшебницы, которые тоже летали на облачках или телепортировались. Но без Дарины Тому негде было взять облачко, поэтому пришлось трястись в карете и думать, как бы усовершенствовать ее амортизационную систему. Придумать так ничего и не удалось. Во-первых, из-за того, что Том больше разбирался в магических артефактах, чем в механических изделиях — для этого в их команде были мигуны Мартис и Кестер. А во-вторых, несмотря на ужасную тряску, его мысли все время возвращались к их ссоре с Дариной и ее решительных, но неразумных, на его взгляд, действиях в последние дни. Наконец, карета остановилась перед домом Стеллы, которая издалека услышала грохот и вышла встречать гостя на крыльцо.
— Здравствуйте, Стелла! Я хочу извиниться за то, как закончилась наша последняя встреча.
— Не переживай, Том, ты ни в чем не виноват. На Дарину я тоже не держу обиды, хотя ее поведение меня очень насторожило.
— А я к Вам, собственно, по поводу ее поведения и приехал.
— Что-то еще случилось? — испугалась волшебница.
— Пока нет, но может случиться. Дарина пытается поднять восстание против Элли и Гарри. Она уже договорилась с марранами, и после этого улетела в Подземную страну. Я пытался ее отговорить, но мы только поссорились из-за этого.
— Это очень плохо, — печально сказала Стелла. — В Волшебной стране происходит что-то странное и, я бы даже сказала, страшное. И это как-то связано с Темной магией. Несколько месяцев назад, вскоре после пожара в Изумрудном городе, я была в гостях у Ланги. Она вела себя как обычно, но я чувствовала повышенную концентрацию Темной магии во дворце. Ночью я прошлась по дворцу и обнаружила, что покои Пакира открыты, хотя Ланга всегда держала их запертыми и даже не приближалась к ним. Я зашла внутрь (против меня защитная магия Пакира не действует) и все внимательно осмотрела. Следов пребывания кого-либо я не обнаружила, везде лежал толстый слой пыли, но повышенный темномагический фон во дворце был, несомненно, связан с открытыми дверями. Я закрыла за собой двери, а утром спросила у Ланги, почему покои Пакира были открыты. Она вытаращила глаза от удивления и сказала, что ничего об этом не знает, а в той части дворца не была уже несколько лет.
Дома я расспросила у Баккара, кто мог открыть двери в его бывшие покои, и что произошло бы с этим человеком. Он ответил, что открыть их смог бы любой носитель Темной магии, если бы очень постарался, в том числе и Ланга, но вот зайти внутрь и выжить — только я и его кровные родственники, к коим Ланга никак не относится. Из родственников Баккара в живых только Агнет, Дарина и ее дети. Дети там оказаться никак не могли. Остаются Дарина и Агнет. У Агнет хоть и заблокирована магия при рождении, но в крови она есть, так что теоретически открыть двери и побывать внутри она могла. А еще Баккар рассказал, что при открытых дверях защитная магия могла повлиять на любого, кто проходил мимо. Как конкретно, он и сам не знает, но вплоть до лунатизма или сумасшествия. В общем, все, что связано с покоями Пакира, так и осталось загадкой, но мне бы очень не хотелось, чтобы Дарина сейчас появлялась в Черном дворце. В ней много Темной магии, которая при каком-либо внешнем негативном воздействии может повлиять и на ее душу.
— Ну в Черном дворце она вряд ли появится, учитывая, что там сейчас хозяйничают мама со своим новым мужем…
— То, что она выступает против Хранительницы, меня тоже очень тревожит. Во-первых, я не уверена, что это правильно даже при тех странностях, которые встречаются в поведении Элли в последнее время. А во-вторых, Дарина объективно слабее Элли в магии. Как бы она не оказалась в тюрьме или в ссылке подобно Анни и Ланге с Дональдом.
— А Вы можете ее как-то остановить?
— Силой нет. А убеждениями… Ты же помнишь, как закончился наш последний разговор. Думаю, сейчас ее надо отпустить, дать ей свободу действий, другого выхода просто нет.
Том призадумался.
— Тогда я буду оберегать ее с помощью временной книги Торна. Если с ней что-то случится, отмотаю время назад. Сам полечу с книгой к камню Гуррикапа, а детей оставлю наблюдать за мамой по зеркалу в Розовом дворце. И будем переговариваться по переговорным кристаллам.
— Но ведь Дарина полетела в Подземелье явно не один-два дня, — резонно заметила Стелла. — Ты же не сможешь стоять с активной книгой в течение нескольких недель или месяцев.
— Да, но я могу активировать книгу иногда, когда ей грозит опасность, а в остальное время просто жить в окрестностях камня и ждать сигнала.
— Что ж, желаю тебе удачи. И, конечно, терпения, — улыбнулась Стелла. — Я тоже буду присматривать за Дариной и за тобой тоже. Кстати, ты не устал от тряски в этой карете? Я могу создать тебе облачко, которое не растворится при окончании полета, а будет служить тебе долго.
— О, это было бы здорово! Спасибо большое, — воскликнул Том.
Стелла создала облачко, и Том улетел в Розовый дворец за временной книгой, а оттуда — к камню Гуррикапа. А самодвижущаяся карета, получив от хозяина команду, сама не спеша поехала домой.
* * *
Первую неделю в Подземной стране Дарина провела в режиме невидимости. Это было очень энергозатратно и выматывающе, но необходимо. Все-таки до этого королева Розовой страны бывала в Подземелье только в качестве гостьи Ланги, и поэтому мало что знала о жизни простого народа, в который теперь ей предстояло влиться. За неделю непрерывной разведки она узнала достаточно, чтобы принять вид бездомной оборванки и попроситься куда-нибудь на работу, не выдав своего наземного происхождения.
Оказалось, что найти работу в Подземной стране бездомной девушке не так-то легко, даже если она не претендует на достойную оплату, а готова работать за еду и крышу над головой. После двух недель поисков, в течение которых пришлось посетить несколько крепостей, ей удалось устроиться на ферму, где выращивали синие растения Тамиза, рядом со Звериной крепостью (ее название было связано с тем, что в ней издревле занимались выращиванием и обучением летающих звероконей, а ферма с синими растениями здесь появилась лишь после победы над Пакиром). Дарина жила прямо на ферме и трудилась по 12-14 часов в сутки, чтобы заработать на скудное пропитание, состоящее в основном из рыбы и этих самых растений, за которыми она ухаживала. А чтобы работники не съели лишнего во время работы, над ними были поставлены вооруженные надсмотрщики. Конечно, Дарина могла бы добыть себе лучшее пропитание с помощью магии, как она и делала предыдущие недели, но главной ее целью было влиться в коллектив рабочих, поэтому приходилось жить в равных с остальными условиями.
По рассказам рабочих, надсмотрщики были и во времена Ланги, но их было меньше, контроль был не столь строгим, условия работы — лучше (даже полагался один выходной в неделю), да еще и платили официальную зарплату помимо дармового питания. В общем правление Хранительницы весьма отрицательно сказалось на жизни рабочих, благодаря чему и появились вакантные места, одно из которых и удалось заполучить Дарине.
Работая на ферме, Дарина слушала разговоры рабочих и замечала, что многие даже не понимают причин нахлынувших на них проблем. Каббары винили Элли за притеснения их народа, но в то же время винили и людей, считая их всех сторонниками новой правительницы. Люди же видели, что новая королева принимает законы, которые должны возвысить человеческую расу над каббарами и облегчить их жизнь, но в реальности их жизнь с каждым днем становится все сложнее. Надсмотрщики регулярно требовали подготовить к отправке все больше овощей и фруктов, а где их взять совершенно непонятно, если повышения урожайности нет, а питаются рабочие и так впроголодь. В результате все были озлоблены на всех, что начало приводить к регулярным ссорам, иногда переходящим в драки. До оружия пока не доходило, но было ясно, что еще несколько недель такой жизни, и драки перерастут в вооруженные стычки.
Дарина и сама пока не совсем понимала, почему законы, направленные на благоденствие людей, настолько осложняют им жизнь, но понимала, что оружие нужно направлять не друг на друга, а на незаконную правительницу. Что и пыталась донести до новых знакомых сперва лёгкими намеками, а потом и открытой пропагандой к восстанию. И если сперва ее идеи не воспринимались всерьез, то спустя некоторое время к ним стали прислушиваться. Жаль только, что на ферме работали в основном старики, женщины и подростки, как из людей, так и из каббаров, мало пригодные для вооруженного восстания. На одном из своих выступлений, Дарина была поймана с поличным надсмотрщиками и была вынуждена скрыться невидимкой на облачке. Однако первая неудача лишь подстегнула волшебницу к дальнейшим действиям, научив ее быть осторожнее и более целенаправленно выбирать аудиторию для своей агитации.
* * *
В Подземной стране Элли прожила всего полтора месяца. В начале второго месяца жизни на острове Горн у нее начались приступы слабости, нехватки кислорода, а, главное, неприятие пищи, которую так старательно готовила ей Маира. Потерпев пару недель, она решила временно (а может и навсегда) перебраться в Изумрудный город. Благо, что к этому времени ее власть в Подземной стране достаточно укрепилась, все комендантские и другие важные должности были распределены между преданными ей людьми (именно людьми — все каббары были оттеснены на тяжелые и низкоквалифицированные работы). Стычки между людьми и каббарами, конечно, происходили регулярно, но они были в основном не очень серьезными, и, по мнению Элли, являлись неотъемлемой частью жизни Подземелья.
Оставив Гарри одного управлять Подземельем, Элли улетела на облачке в Верхний мир. Телепортироваться она боялась, слишком уж неважно себя чувствовала. Однако, и оказавшись в родном Изумрудном дворце, Элли не почувствовала облегчения. Слабость, нехватка кислорода и тошнота продолжали ее преследовать, и даже магией ей удавалось лишь немного облегчить свое состояние, да и то ненадолго. Спустя еще две недели страданий, когда Элли уже раздумывала, к кому обратиться за помощью — к Стелле или к Алине, ей наконец-то удалось выяснить причину своего недомогания. Причина оказалась несмертельной, но устранить ее быстро не представлялось возможным. Поэтому Элли запаслась терпением и стала все свои магические силы направлять на поддержание здоровья. О том, чтобы обратиться к Стелле или Алине, речи больше не шло.
* * *
Прошло два месяца.
Дарина сидела в трактире в Красной крепости и давилась вареной рыбой, немного отдававшей тухлятиной. В детстве рыбу она не ела совсем, в Голубой стране немного водоемов, пригодных для рыбной ловли, поэтому жевуны в принципе едят рыбу редко, а в Железном замке Аргута ее не ели вообще никогда. В Розовой стране во время ее обучения у Стеллы и сейчас при ее правлении к столу иногда подавали рыбу, но то были отборные сорта лосося или осетра, приготовленные лучшими поварами, которые Дарина в последние годы начала ценить. А в Подземной стране рыба была какая-то водянистая, абсолютно безвкусная, не сытная и, чаще всего, наполовину протухшая. И при этом она составляла значительную часть питания местных жителей наравне с мясом, которое Дарина есть вообще не могла. Фруктов и овощей здесь было мало, да и те в основном из синих растений Тамиза, тоже не очень вкусные и менее сытные, чем в Верхнем мире. И это, пожалуй, было главной проблемой Дарины, все эти два месяца путешествующей по побережью под видом бездомной оборванки. Проблемы с ночлегом и безопасностью решались намного проще, с использованием магии, конечно.
За время, проведенное в Подземелье, Дарина успела узнать следующее. Подавляющая часть людей и абсолютно все каббары были недовольны новыми правителями. Почему были недовольны каббары, Дарине было понятно с самого начала — Элли притеснила их во всех сторонах жизни, фактически сделав рабами людей. Но почему при таких реформах пострадали люди, Дарина разобралась далеко не сразу, но все-таки разобралась. Дело было в том, что в тяжёлых условиях Подземелья люди и каббары хорошо дополняли друг друга — каббары обычно выполняли более тяжёлую работу (при этом не всегда низкоквалифицированную), а люди — работу, требующую больше ума и ловкости. Оптимальное распределение обязанностей и взаимодействие людей и каббаров оттачивалось десятилетиями под чутким руководством Ланги, а теперь оно было разрушено Хранительницей за считанные дни. Люди, получившие больше власти и свободы, не смогли ими правильно воспользоваться, отчего вся экономика Подземелья была на грани полного краха. В многих крепостях каббары недополучали продукты питания, а в некоторых пищи недоставало и людям. И это не говоря о вооруженных стычках между людьми и каббарами, которые стали происходить повсеместно, и которые редко обходились без жертв. Королевская гвардия вмешивалась лишь в особо крупные столкновения, грозящие перейти в восстание, и очень грубо подавляла их, не решая при этом причин недовольства, а за мелкими стычками уследить было физически невозможно. Все население было готово к восстанию, не было лишь лидера, за которым толпа была бы готова пойти. В отсутствие Ланги и Дональда, таким лидером мог бы стать разве, что Эльг, но он пока служил новым правителям, и Дарина была не уверена, можно ли ему доверять. Прилететь на остров Горн, чтобы разведать обстановку там и поговорить с Эльгом, Дарина боялась — слишком велик был риск попасться в лапы Хранительницы и оказаться в ее тюрьме, которая, по слухам, продолжала наполняться особо активными бунтовщиками. Дарина решила, что безопаснее попытаться поговорить с Эльгом на побережье, но как это сделать, она пока не придумала.
Все эти трудности не способствовали хорошему настроению, а когда Дарина вспоминала, что до сих пор не помирилась с Томом, да и вообще не разговаривала с ним два месяца, ее накрывало такое уныние, что она жалела о том, что не пьет крепкие напитки, так популярные в трактирах Подземелья.
От невеселых мыслей Дарину оторвал грубый голос, принадлежавший рослому каббару:
— Пойдем прогуляемся по побережью.
Дарина даже не сразу поняла, что он обращается к ней, а когда поняла, то оторвалась от еды и громко ответила:
— Тебе мало проблем, которые навалились на всех в последние месяцы, ищешь дополнительных лично для себя?
Каббар, ошалевший от такой наглости, схватил Дарину за правую руку и тут же получил звонкую пощечину по правой щеке. Такой отпор от молодой девушки еще больше распалил гнев каббара, и он уже готов был схватить ее обеими руками, но Дарина ловко вывернулась и изо всех ударила ногой ему в колено. «Сегодня, кажется, удалось обойтись без магии, не зря Ланга меня тренировала» — подумала девушка, хотя и понимала, что на этом инцидент вряд ли закончится. Каббар повалился на пол и закричал от боли. Трое других каббаров поспешили ему на помощь. Но рослый мужчина преградил им дорогу, заступаясь за Дарину.
— Прочь свиньи! Сейчас не пакировские времена, когда вам было все дозволено. Мы высшая раса, а вы должны служить нам. А кто не согласен, тех мы сдадим гвардии нашей Хранительницы.
Мужчина оглянулся на группу вооруженных людей, ожидая от них поддержки, но они лишь отводили глаза, не желая встревать в драку. То ли боялись, то ли были не согласны с его лозунгами. У мужчины был меч, а каббары были безоружны, так как Элли почти в самом начале своего правления издала указ, запрещающий им ношение оружия (нельзя сказать, чтобы закон строго соблюдался, но в трактир каббаров с оружием все-таки обычно не пускали). Однако трем здоровенным каббарам, даже безоружным, ничего не стоило справиться с одним человеком, пусть и вооруженным мечом. Когда каббары окружили мужчину с трех сторон и уже были готовы броситься на него, а остальные люди так и не вступились за своего, Дарина поняла, что придется применять магию. Она тихо пробормотала короткое заклинание, под мужчиной затрещали доски пола, и через секунду он провалился в подвал. Каббары, не ожидавшие подобного развития событий, застыли в недоумении, стоит ли преследовать обидчика, так бесславно покинувшего место боя. А Дарина воспользовалась их замешательством, чтобы завладеть вниманием публики.
— Друзья, зачем вы ссоритесь между собой? — ее голос зазвенел на весь трактир, приковав к себе внимание более чем трех десятков людей и каббаров. — Вам тяжело живется? Не хватает еды? Ваши права ущемляют? В это виноваты не люди, и не каббары. В этом виновата Хранительница, незаконно захватившая власть в Подземной стране. При Ланге всем вам жилось лучше, она была лучшей правительницей для вас всех.
— Но ведь она похищала людей, — раздался неуверенный голос из группы людей, не вступившихся за своего сородича.
— Это вам сказала Хранительница. Но никто так и не получил никаких доказательств на этот счет. Я считаю Лангу невиновной и достойной того, чтобы вернуться на трон Подземной страны! Кто готов меня поддержать?
— А что мы можем сделать? Ведь у нас нет волшебницы, способной противостоять Элли, а где Ланга, никто не знает, — спросил кто-то из каббаров.
— Ланга обязательно вернётся, я вам это обещаю. А если не она, то другая волшебница или волшебник, которые будут учитывать интересы всего населения. А вы пока организуйтесь вокруг одного лидера, чтобы быть готовыми поддержать ее в нужный момент.
— А кто будет нашим лидером? — голос из толпы звучал увереннее чем прежде.
— Вот он! — Дарина указала на каббара, которого свалила ударом в колено. — Как тебя зовут? — спросила она, помогая ему подняться.
— Серш, — ответил тот с полным недоумением на лице.
— Ты готов стать лидером восстания?
— А что я должен буду делать?
— Ты должен будешь напоминать всем, как хорошо жилось при Ланге, и настраивать их пойти против Хранительницы и ее мужа, когда придет время.
— А как мы узнаем, когда придет время? — все еще не понимал Серш.
— Это вам объявит либо сама Ланга, либо я.
— Но кто же ты такая? — наконец-то из толпы прозвучал хоть один умный вопрос.
— Я та, кто спасет и вернет на трон Лангу — законную королеву Подземной страны!
В этот момент в центре трактира буквально ниоткуда возникли Гарри с волшебной палочкой в руках и Эльг с обнажённым мечом.
— Петрификус Тоталус! — взмах палочкой, и все вокруг, включая Эльга, застыли в самых разных позах в полной неподвижности. Гарри уже собирался схватить дерзкую девчонку, за которой давно охотился, но внезапно помещение залилось необыкновенно ярким светом, что даже Гарри, привычный к яркому солнцу, был вынужден зажмуриться и в дополнение закрыть глаза руками. Когда через минуту свет рассеялся, мятежницы в трактире не было.
— Опять упустил… — Поттер обреченно опустил руки, потом все-таки взмахнул палочкой, сняв заклятие обездвиживания. К его удивлению, столь яркий даже для него свет не принес серьезного вреда глазам жителей Подземелья, уже через несколько минут к ним полностью вернулось зрение. Убедившись, что все пришли в себя, Гарри взял за руку Эльга и трансгрессировал в Черный дворец.
* * *
Гарри Поттер вдвоем с Эльгом сидели в Тронном зале Черного дворца и смотрели во всевидящее, но беззвучное зеркало.
— Я ничего не могу с ней поделать, она каждый раз ускользает, — в отчаянии говорил Гарри. — То напустит непроглядную тьму, то яркий свет, то просто исчезнет, то ещё что-нибудь. А мои заклинания на нее как будто не действуют. Кто это может быть?
— Я же уже говорил Вам, Ваше Величество, что в Подземной стране не было волшебниц, кроме Ланги. В Верхнем мире сейчас остались только Элли, Виллина, Стелла и Дарина, не считая Алины, но она обладает только одним даром исцелений. Виллина слишком стара, остаются Стелла и Дарина. Но зачем им это, я не знаю. И как поймать их — тоже. Вы пробовали искать по зеркалу Стеллу и Дарину?
— Пробовал, конечно, но их оно отказывается показывать. Видимо, они как-то блокируют его магию.
— Почему Вы не хотите все рассказать Элли? Она могущественная волшебница, она бы что-нибудь придумала.
— Элли сейчас озабочена чем-то другим, но не говорит мне, чем. Наверно, чем-то более важным, раз давно не интересуется ситуацией в Подземной стране. Я не хочу сейчас отвлекать ее проблемами страны, которую она поручила мне, ведь тогда получится, что я не справляюсь с возложенными на меня обязанностями.
— Но если Вы допустите восстание, это будет намного хуже, чем если бы обратились к супруге за помощью заранее. Она уже имеет многолетний опыт правления, а Вы только третий месяц у власти, — резонно заметил Эльг.
— Нет, я справлюсь, я должен справиться, — упрямо повторил Гарри и снова уткнулся в зеркало, направляя его на разные крепости, в бесконечных попытках найти таинственную мятежницу прежде, чем она настроит против него и Элли очередную группу каббаров и людей.
Прошло еще полгода.
Ранним безоблачным утром Железный Дровосек играл с детьми на детской площадке, оборудованной им самим во дворе Фиолетового дворца. С тех пор, как Элли подарила ему заколдованный топор, и он смог превращаться по желанию в человека из плоти и костей, у них с Весой появились родные дети. Однако и приёмных детей меньше не стало, так что Фиолетовый дворец уже много лет был наполнен детским смехом, весельем и криками нескольких поколений детей. Обычно Дровосек очень любил заниматься с детьми и посвящал этому не меньше времени, чем управлению страной. Однако сегодня сердце Дровосека было неспокойно, оно билось как-то особенно тревожно, не позволяя ему сосредоточиться на игре. И когда он в пятый раз подряд не смог увернуться от летящего в него мяча, Дровосек попросил сделать для него паузу и присел на лавочку, чтобы собраться с мыслями, а точнее разобраться в своих чувствах (физический отдых ему был не нужен, так как большую часть своей жизни он по-прежнему проводил в железном теле, и игры с детьми не были исключением).
Стоило ему присесть, как на его плечо опустилась ласточка из птичьей почты, которая с ее слов всю ночь летела из Изумрудного города в Басту почти без отдыха. Она против обыкновения не стала устно передавать какую-то новость, а попросила отвязать от ее лапки свернутый лист бумаги, который при рассмотрении оказался письмом от Страшилы. В письме корявым и нестройным почерком соломенного человека было написано следующее:
«Дорогой друг! Мы все озабочены странными событиями, произошедшими в Волшебной стране за последние месяцы. Некий таинственный враг ведёт скрытую войну против всех жителей Волшебной страны и особенно против волшебниц, стравливая их друг с другом и заставляя совершать несвойственные им поступки. И хотя в последнее время неприятных событий стало меньше, но меня не оставляют опасения, что это лишь затишье перед бурей, и что всей Волшебной стране грозит большая опасность. Однако после долгих наблюдений и раздумий у меня появилось предположение, кто наш враг, и сегодня ночью я надеюсь получить этому неоспоримые доказательства. Если мне это удастся, я пошлю тебе утром еще одно письмо, а сам поеду с торговым караваном, который должен прибыть в Басту через три-четыре дня. Вместе мы соберем армию, заручимся поддержкой волшебниц и одолеем нашего врага. Но если я не смогу послать письмо и не приеду с караваном, тогда собирай армию сам, обратись за помощью к Виллине, и берите штурмом Изумрудный город. Разгадка тайны в Изумрудном дворце. Большего в письме написать не могу, есть риск, что оно попадет не в те руки. До встречи!»
Весь этот день Дровосек провел в ожидании второго письма. От переживаний он многократно переключался с железного тела на человеческое и обратно, так что в конце Веса отобрала у него заколдованный топор, вручила обычный и отправила заготавливать доски для новых качелей, что помогло Дровосеку немного отвлечься и успокоиться.
До вечера письмо так и не пришло, а к утру стало понятно, что ждать его уже нет смысла. Оставалась надежда, что Страшила хотя бы сам приедет с торговым караваном, но Дровосек не мог ждать, сложа руки. Он послал синичку в Изумрудный город, попросив ее найти по пути караван и выяснить, едет ли с ним Страшила Мудрый. Если да, то синичке нужно было сразу вернуться к Дровосеку, а если нет, то лететь в Изумрудный город и искать Страшилу там. Синичка улетела и вернулась только через двое суток, подтвердив то, к чему Дровосек с Весой были уже морально готовы, хотя и до последнего не хотели в это верить. Страшила бесследно исчез, а вместе с ним исчезла и зацепка к разгадке личности Темного мага. Поблагодарив синичку и пообещав ей бесплатное пропитание на целый год, Дровосек попросил ее еще об одной услуге — отнести письмо Виллине в Желтый дворец. В письме Дровосек подробно описал то, что узнал от Страшилы, о судьбе самого Страшилы, и о том, что он собирается идти с армией на Изумрудный город. В заключение он попросил помощи как у самой Виллины, так и у Тома, правителя Желтой страны. Правителям других стран Дровосек ничего сообщать не стал, так как Страшила просил оповестить только Виллину, а значит Стелле, Дарине, Энни и другим не доверял полностью.
В тот же день, не дожидаясь ответа от Виллины, Железный Дровосек начал собирать армию для похода на Изумрудный город. Конечно, мигуны не были воинственным народом, но и жители Зеленой страны тоже не отличались храбростью, поэтому Дровосек надеялся без проблем дойти до самого Изумрудного города. Тем более, что на стороне мигунов было техническое преимущество в виде большего количества оружия, катапульт и даже пушки, скопированной с легендарной пушки Чарли Блэка, одним выстрелом обратившей в бегство армию дуболомов.
* * *
Гарри Поттер вдвоем с Эльгом материализовались в Тронном зале Черного дворца после очередной неудачной попытки поймать неуловимую фею-мятежницу, и чуть не столкнулись с Беллой и двумя гвардейцами-марранами, которых Элли прислала на облачке из Изумрудного города. Когда она улетала, ссылаясь на плохое самочувствие, они с Гарри обещали друг друга часто навещать или хотя бы писать письма. Да и вообще надеялись, что самочувствие Элли быстро придет в норму, и их разлука будет недолгой. Однако здоровье Элли с каждым месяцем все ухудшалось, а Гарри был полностью поглощен проблемой надвигающегося восстания, поэтому за прошедшие полгода молодожены лишь несколько раз написали друг другу письма с выражением своих чувств, но так и не поделились друг с другом своими проблемами.
Увидев посланников из Изумрудного города, Гарри сразу понурил голову, ожидая от правящей супруги жесткого выговора за то, что не оправдал ее надежд в качестве ее наместника. Ведь наверняка она наблюдает в свое зеркало за всеми его неудачами, от того-то может быть и почти не пишет ему писем. Сам Гарри частенько наблюдал в свое немое зеркало за женой, не уставая любоваться ее красотой и скучать по тем временам, когда был ее правой рукой и везде ее сопровождал. Каково же было его удивление, когда Белла обратилась к нему со следующими словами:
— Ваше высочество! Ее величество, королева Элли нуждается в Вашей помощи в Изумрудном городе, поэтому она просит передать власть в Подземной стране любому, кому Вы можете доверять, и как можно скорее отправиться на облачке вместе с нами в Изумрудный дворец.
— Да, конечно, — растерянно произнес Поттер. — Но, если это так срочно, может мне стоит трансгрессировать туда прямо сейчас?
— Ее величество думала над этим, но она не уверена, что это возможно. Телепортация, которой пользуется она, гораздо эффективнее и безопаснее, но через такую толщину земли она бывает немного болезненной и энергозатратной. А Ваша трансгрессия может перенести Вас не на поверхность, а в самую толщу Земли. Вы только не обижайтесь, Ваше высочество, — Белла смиренно склонила голову. — Это не мое мнение, а слова Хранительницы, которые она просила передать, чтобы обезопасить Вас.
— Да, пожалуй, ты права. Я никогда не трансгрессировал сквозь такой толстый слой плотного вещества, и сейчас не время экспериментировать. Я буду готов вылететь через полчаса. Эльг, — обратился он к своему главному помощнику и напарнику, — ты готов временно возглавить Подземную страну? Кроме тебя мне не на кого положиться.
— Да, конечно, Гарри, — ответил Эльг с показной серьёзностью, пряча в почтительном полупоклоне довольную полуулыбку. От формального обращения Гарри отучил его уже в первые дни своего правления, но сейчас почтительный, хотя и не глубокий, поклон оказался как нельзя кстати.
Спустя полчаса Поттер с Беллой и марранами покинули на облачке остров Горн, а Эльг пошел в Тронный зал и начал искать с помощью зеркала таинственную фею-мятежницу. Впрочем, таинственной она оставалась лишь для одного Гарри, сам Эльг и другие обитатели Черного дворца давно догадались, что это была Дарина. Еще в те времена, когда Стеллы не было в Волшебной стране, и Дарина часто прилетала к Ланге учиться Темной магии и боевому искусству, Эльг успел достаточно познакомиться как с характером молодой королевы, так и с особенностями ее магии. И хотя у Эльга и Гарри сложились неплохие дружеские отношения, Эльг, проживший в Подземелье много десятилетий и повидавший времена правления и Пакира, и Ланги, не мог не понимать, что Элли и Гарри своими необдуманными указами ведут страну к глубокому экономическому кризису, и, вероятнее всего, к гражданской войне. А уж если войне быть, то лучше, чтобы это было организованное восстание под руководством Дарины, чем анархия, спровоцированная бешенством голодной и разозленной толпы. Конечно, Эльг не был готов прямо сейчас присягнуть на верность Дарине, уж слишком много непонятного было в сложившейся ситуации. Эльг не понимал ни откуда в дворцовой тюрьме взялись похищенные люди, ни где сейчас Ланга, и можно ли ей доверять (вдруг она действительно стала Темной феей или находится под чьим-то воздействием), ни того, зачем понадобилось Элли захватывать власть в Подземной стране, ни того, чего сейчас добивается Дарина. Но поговорить с мятежницей он хотел, тем более, что давно замечал, что и сама Дарина как будто бы ищет встречи с ним, но без Поттера.
Спустя шесть часов наблюдений (Эльг, конечно же чередовался с Бэйном и Маирой) Маире удалось обнаружить Дарину в Красной крепости, выступающей на рыночной площади перед народом. Эльг немедленно вылетел в направлении Красной крепости, сожалея, что без Гарри не имеет возможности трансгрессировать на такие расстояния за доли секунды.
К счастью, Дарина после выступления на площади не улетела в неизвестном направлении, а засиделась в трактире, надеясь на скорое появление Поттера с Эльгом и недоумевая, почему ее выступление на площади до сих пор не засекли. В последнее время Дарина, чувствуя свою безнаказанность, вела себя все более вызывающе. Она убеждала себя, что это необходимо для скорейшей подготовки восстания, но в душе понимала, что ей просто нравится дразнить Поттера, каждый раз ускользая от него новыми способами. Еще Дарина то и дело задумывалась над тем, кто будет править в Подземной стране, если не удастся спасти Лангу, и не находила другой подходящей кандидатуры кроме самой себя. Она уже была готова оставить Розовую страну под руководством своего мужа, и навсегда остаться в Подземелье, чтобы восстановить тот порядок, который существовал при Ланге. И если поначалу такая мысль ее пугала, то с каждым следующим разом начинала все больше нравиться. Дарина уже сама не знала, хочет ли она спасти Лангу и вместе с ней всю Подземную страну или просто хочет властвовать в этом темном мире, где десятки тысяч лет управлял ее дедушка Пакир. Но как бы сильно не запуталась Дарина в своих желаниях, останавливаться перед поставленной целью она не собиралась.
Из задумчивости Дарину вывело не внезапное появления Поттера с помощником, как это происходило обычно, а один Эльг, который зашёл через дверь и направился прямо к ее столику, демонстративно поднимая руки и показывая, что не собирается доставать оружие.
— Дарина, я один и пришел поговорить. Пожалуйста, не скрывайся, как обычно.
— Хорошо, я как раз тоже хотела поговорить с тобой без наместника нашей дорогой Хранительницы, — язвительно произнесла Дарина, откидывая капюшон, скрывающий ее лицо (очевидно, от Эльга капюшон ее личность не скрыл, раз он обратился к ней издалека).
— Только давай куда-нибудь отойдем, где нас никто не будет слышать.
Дарина подумала несколько мгновений, не скрывается ли за этим предложением ловушка, и предложила поговорить на летающем облачке, а точнее на двух разных облачках. Конечно, Эльг чувствует себя в воздухе увереннее ее, но с одним Эльгом она в случае чего справится магией, а Гарри Поттер, насколько она знала летать не умеет, даже звероконей освоил совсем плохо. (О том, что Гарри прекрасно летает на метле, в Волшебной стране никто не знал, так как летающей метлы у него здесь не было). Через несколько минут два лиловых облачка парили над побережьем на расстоянии нескольких метров друг от друга. (Конечно, Дарина предпочитала розовые облачка, но в Подземной стране ради конспирации научилась создавать и лиловые).
— О чем ты хотел поговорить и как тебе удалось избавиться от общества Гарри Поттера? — захватила инициативу разговора Дарина.
— Гарри сегодня улетел в Изумрудный город. Его вызвала Элли, передала, что ей нужна его помощь. Что за помощь и как долго он там пробудет, не знаю. Меня он оставил наместником вместо себя.
— И ты в первый же день твоего правления вместо того, чтобы ловить мятежницу, отправился с ней поговорить? — усмехнулась Дарина. — И как ты узнал, что это именно я? Я вроде скрывала свою личность.
— Дарина, я знаю всех волшебниц Волшебной страны уже много лет. Мы с Маирой вычислили, кто ты, уже на первой неделе твоей деятельности в Подземелье. Но Поттеру мы этого не рассказали, он до сих пор не знает, кто его соперница.
— То есть ты не на стороне захватчиков? — Дарина не могла не обрадоваться такому повороту событий.
— Как тебе сказать… — задумался Эльг. — Гарри — неплохой человек, он честно выполняет свой долг перед Хранительницей. Но он совершенно не понимает, как править Подземной страной и неуклонно ведет ее к экономическому кризису, мятежам и анархии. Действия Хранительницы вызывают еще больше вопросов. Но это не значит, что я готов поддержать восстание ради перехода власти в твои руки. Поэтому я хочу услышать, чего добиваешься ты, и зачем тебе это нужно.
— Я не собираюсь захватывать власть. Я хочу разобраться, кто и зачем подставил Лангу, и вернуть ее на трон. Но для этого мне нужно кольцо Торна, а Хранительнице я не доверяю. Поэтому мне нужна армия.
— Ты хочешь не просто лишить Элли власти над Подземной страной, но еще и идти войной на Изумрудный город, чтобы отобрать у нее кольцо Торна?! Это же безумие!
— Да, я понимаю, что это очень рискованно, но я не вижу другого выхода. Если не спасти Лангу, то Подземная страна погибнет, а следом за ней ту же участь может разделить и вся Волшебная страна.
— Но зачем тебе кольцо Торна? Разве ты не можешь снять с Ланги блокировочный браслет с помощью своей магии? А уже вместе с ней бороться с Элли.
— Дело не только в браслете, браслет — это меньшая из проблем. Главную проблему я не могу объяснить. Но могу показать, если ты полетишь со мной в Южное море.
Теперь уже Эльг задумался о возможной ловушке, но в конце концов решил, что риск того стоит, и согласился. Он думал, что придется лететь на остров Кита, туда, где, по рассказам Элли, находились Ланга и Дональд. Однако уже на середине пути, там, где пролегала граница между владениями Ланги и Кита, облачка резко остановились, чуть не сбросив с себя пассажиров. Дальнейший путь преграждала невидимая стена.
— Почему ты не предупредила меня заранее? — тон Эльга был немного сердитым.
— А ты попробуй сам мне рассказать о том, что сейчас перед нами.
Эльг попытался что-то ответить, но не смог произнести ни звука.
— Вот видишь! То, что перед нами — это магия Торна, это нельзя ни создать, ни разрушить без кольца Торна. А то, что мы не можем никому рассказать об увиденном, это, со слов Стеллы, какая-то магия Большого мира. Теперь ты понимаешь, что, не одолев Хранительницу, нам не вернуть Лангу?
— Да, — задумчиво протянул Эльг, — пожалуй, я готов поддержать вооруженный поход на Изумрудный город.
— Тогда срочно начинаем собирать армию. Надеюсь, когда люди и каббары увидят нас вместе и без Элли и Поттера, они пойдут за нами без сомнений.
— А как мы выведем армию на поверхность? На отверстие в Конической горе Элли еще давно наложила заклинание, не пропускающее никого, кроме людей, зверокони и каббары не смогут через нее пролететь. А расщелину у башни Торна охраняют Черные драконы. Едва ли с ними удастся договориться, даже если все им объяснить. Драконы не любят соваться в дела людей, но при этом очень ревностно относятся к своей обязанности не пропускать никого через расщелину. Есть, конечно, еще путь через Пещеру рудокопов, но это слишком далекий и сложный путь для целой армии, да и с рудокопами у нас не самые теплые отношения.
Дарина немного задумалась.
— Видимо, придется плыть по подземной реке в сторону Желтой страны и выбираться на поверхность через подвал Желтого дворца.
— А если Том не захочет нас пропускать? — все еще сомневался Эльг.
— С Томом попробуем договориться, он все-таки поумнее Черных драконов. Ну а если не получится, прорвемся силой. Это неприятно, но необходимо, — Дарина развела руками. — Мне нужно ненадолго слетать на поверхность, ввести в курс дел Магдара, чтобы он с отрядом марранов поддержал нас с юга. А ты пока отправляйся на Горн и объявляй всеобщую мобилизацию.
— Зачем всеобщую мобилизацию? — удивился Эльг. — Слишком большая армия нам не нужна, с ней поход будет слишком долгим. Нужно собрать несколько сотен лучших воинов на самых быстрых звероконях. И из пакировских чудовищ отобрать десятка два самых послушных и не очень крупных. Так мы сможем добраться до Изумрудного города всего за несколько дней, и тогда, возможно, удар получится внезапным.
— Добиться внезапности будет очень сложно, — скептически произнесла Дарина. — Наверняка Элли ведет наблюдения в зеркале почти непрерывно. Но у меня есть план, над которым я думаю уже несколько недель. Если будем ему следовать, у нас будут хоть какие-то шансы одолеть Хранительницу и ее мужа.
Они попрощались, и Дарина отправилась на облачке в сторону Конической горы, а Эльг спрыгнул с облачка и своим ходом полетел на остров Горн.
* * *
Элли встретила Гарри в дверях своей спальни и, оставив гвардейцев сторожить снаружи, а Беллу отпустив, пригласила его в комнату.
— Как я рада, что ты прилетел! Мне было очень плохо без тебя.
Гарри, ожидавший выговора за свое неудачное правление в Подземелье, смутился ее словам, однако быстро спохватился.
— Я тоже рад тебя видеть, Элли. Но я вынужден признать, что не справился с твоим заданием. Подземная страна на грани восстания, какая-то таинственная фея настраивает народ против нас, а я так и не смог ее поймать.
— Я знаю, Гарри. Это Дарина. В другое время я бы давно приструнила ее. Но сейчас у меня серьезные проблемы со здоровьем, я не могу телепортироваться, и мне вообще не до нее и даже не до Подземной страны. Все проблемы Волшебной страны включая Подземелье, исходят от Темной феи. Я много знаю о ней, но мне нужно еще несколько недель, прежде чем я смогу ее обезвредить. Но сейчас на Изумрудный город собираются идти войной не только повстанцы из Подземелья, но еще и марраны, и мигуны под предводительством Дровосека, и, возможно, еще сказочный народ и рудокопы из Желтой страны — Том-старший еще не в курсе последних событий, но вскоре, вероятно, присоединится к Дровосеку. А у меня вчера пропал мой главный помощник и советник Страшила. Я уверена, что он узнал что-то важное о Темной фее, и она его похитила. Поэтому-то я и вызвала срочно тебя. Сейчас главное продержаться несколько недель, не дать повстанцам нас уничтожить.
— То есть она похищает людей уже прямо из дворца? А если она похитит тебя, Элли? Почему мы не можем раскрыть и уничтожить ее прямо сейчас?
— Гарри, я не могу объяснить тебе сейчас все, что знаю. Просто поверь мне, что пока я не готова выступить против нее. Но скоро Темная фея будет уничтожена навсегда. А за мою безопасность не беспокойся, мне точно ничего не грозит.
— А как же твое здоровье? Если через несколько недель тебе станет только хуже.
— Гарри поверь мне, максимум через месяц я поправлюсь. Но сейчас мне нужно защитить себя, тебя и весь Изумрудный город. И мне потребуется твоя помощь.
— Я сделаю все что угодно, дорогая! — заверил жену Гарри и попытался ее обнять, но Элли аккуратно уклонилась от его объятия.
— Тогда я полежу, отдохну. А ты пойди в Тронный зал, последи в зеркало за нашими противниками. Но часов в 7-8 вечера ложись спать, ты будешь нужен мне к полуночи отдохнувшим.
* * *
Около полуночи Элли и Гарри стояли на окраине Изумрудного города на берегу речки Аффиры. В этом месте никогда не купались дети и не промышляли рыбаки, так как дно и даже берег были слишком глинистыми. Лишь изредка мальчишки прибегали сюда, чтобы обмазаться глиной и поиграть в глиняных великанов, которых, как им рассказывали на уроках истории, когда-то сотворила злая колдунья Корина, чтобы убить всеми любимую Хранительницу Элли.
Но Элли пришла сюда не играть и не предаваться воспоминаниям. Она, как и Корина много лет назад, оказалась в западне перед врагами, которые, как минимум, не уступали ей по силе, а может быть в чем-то и превосходили. И ей тоже требовалась армия, чтобы защитить себя и свой город до тех пор, пока она не сможет уничтожить корень всех проблем Волшебной страны.
Элли взяла Гарри за руку.
— Сейчас мне потребуется много магической энергии, своих сил мне не хватит. Ты будешь моим источником энергии.
Гарри согласно кивнул, хотя ему было не по себе. Иногда его ласковая и нежная жена затевала очень странные магические действия. Не совсем естественно для Светлой феи… Элли в это время произнесла заклинание, и глина с берега реки начала медленно собираться в фигуру, похожую на человеческую, но значительно больших размеров. И хотя двум волшебникам при этом не приходилось делать никаких видимых действий, от них требовалась громадная энергия на создание и оживление столь массивного существа. Гарри ощущал, как Элли вытягивает из него энергию и проводит через себя, направляя на глиняного великана. Поттер вспомнил, что именно так работает Темная магия в отличие от Светлой, которая тянет энергию от самого мага, который творит это волшебство. Впрочем, само использование Темной магии здесь не воспрещалось, если она шла не во вред другим. Ее использовали и Ланга, и Дарина. Но использовала ли ее раньше Элли, Гарри не мог припомнить. Однако сосредоточиться на этой мысли ему не удалось, так как энергии из него уходило все больше и больше. К моменту, когда сформировались ноги, он уже почувствовал заметную усталость. К концу создания туловища, Гарри устал, как после битвы в Хогвартсе. Когда были готовы руки и голова великана, он еле-еле стоял на ногах, придерживаясь за дерево. А когда Элли произнесла еще одно заклинание, которое должно было оживить глиняного монстра, Гарри потерял сознание. Когда он очнулся, то увидел Элли, склонившуюся над ним, а сзади глиняного великана, медленно вращающего головой и осматривающего все кругом. Ростом он получился в три раза выше Элли, хотя она сама была немного выше большинства жителей Волшебной страны.
— Ты в порядке? — тревожилась Элли.
— Кажется, да. Уже начинаю приходить в себя, — Гарри не без труда поднялся на ноги. — А как ты это выдержала?
— Я свою энергию тратила в меньшей степени, в основном проводила твою через себя, но тоже очень устала, — призналась девушка. — Я хотела создать целую армию, но видимо, больше одного солдата в сутки, нам создавать не удастся. Надеюсь, нам хватит времени, чтобы создать хотя бы пару десятков солдат. Познакомься, Гарри, это Арам, он будет командиром будущей армии.
— Арам, — громко крикнула Элли и показала рукой на мужа, — это Гарри Поттер, твой второй начальник после меня. В мое отсутствие, ты должен слушаться его безоговорочно. Все понятно?
— Да! — великан покорно кивнул, рассматривая нового хозяина.
— А теперь донеси нас до городской стены, а сам останешься около стены и будешь ее охранять. Без моего приказа или приказа Гарри ничего не предпринимай.
Арам покорно кивнул, осторожно поднял Элли и Гарри на свои плечи и не спеша зашагал в сторону города. Около стены спустил их с плеч, вытянулся по стойке смирно и застыл без движения. Теперь его вполне можно было спутать с обычной глиняной статуей. Элли и Гарри отправились на облачке во дворец. Опустившись прямо на балкон спальни, они немного постояли, подышали свежим воздухом и зашли в спальню. Элли, сославшись на усталость и болезнь, попросила Гарри переночевать в смежной комнате, а сама почти сразу улеглась спать.
На следующий день Элли проспала почти до обеда. Позавтракав, она послала глашатаев собрать население на дворцовую площадь. Когда значительная часть горожан собрались, Элли вышла на балкон в сопровождении Гарри и Беллы и, усилив магией свой голос, объявила, что ввиду появления опасности со стороны повстанцев из Подземной страны и армии марранов Изумрудный город теперь помимо гвардейцев-марранов, будут охранять глиняные великаны, число которых будет постепенно возрастать. Бояться их не стоит, они полностью послушны воле Хранительницы и не причинят вреда жителям города. В заключение Элли попросила не подпускать к ним близко детей во избежание несчастных случаев, так как солдаты немного неуклюжи, по крайней мере пока.
Начиная свою речь, Элли не ожидала от обычно покорных горожан какого-либо сопротивления, но она ошиблась. Уже во время ее выступления в толпе слышался неуверенный ропот недовольства, а после его окончания наиболее храбрые горожане отважились озвучить свое мнение в полный голос:
— Корина тоже говорила, что глиняные монстры для защиты, а сама использовала их для нападения!
— Элли, Вы же фея, а не колдунья, почему Вы создаете монстров?
— А разве марраны нам враги?
— А при Ланге на нас не нападали подземные чудовища!
С каждым новым выпадом Элли все больше охватывали отчаяние и гнев. Но добил ее мальчик лет 10-12, стоящий в первом ряду совсем близко к ней.
— Это уже не Хранительница, а Монстротворительница какая-то!
В этот момент послышался свист невидимого хлыста, и мальчик вскрикнул от боли. По его лицу пролегал шрам, из которого тонкой струйкой сочилась кровь. Толпа отхлынула на шаг назад и заволновалась. Кто-то упал, на него наступили, послышались крики боли.
— Это Вы??? — отец ребенка заслонил его собой и с вызовом смотрел на королеву.
— Как ты смеешь так обращаться к королеве? — возмутилась Белла. Но Элли ее перебила.
— Нет, это не я, — девушка даже побледнела от страха. — Я не знаю, в чем дело. Возможно, это непроизвольный выброс магии. Позвольте, я помогу.
Элли уже подходила к мальчику. Отец, исподлобья глядя на Хранительницу, все же подпустил ее к ребенку. Элли прикоснулась к лицу, медленно провела ладонью по шраму. Мальчик перестал плакать. На глазах у всех шрам медленно затянулся, лишь еле заметная полоска на коже напоминала о случившемся. Элли извинилась за произошедший инцидент и отошла. Толпа молчала, слишком уж непонятное происшествие только что произошло у них на глазах. Не говоря больше ни слова, Элли взяла Гарри под руку и ушла во дворец. Толпа быстро разошлась по домам. Протестовать больше никто не осмелился, но долго еще люди полушепотом обсуждали, что же произошло в этот день. Некоторые обвиняли в нападении на мальчика Хранительницу, но оправдывали ее за то, что она вовремя исцелила его. Другие называли ее Темной феей и говорили, что исцеление было лишь попыткой скрыть свою темную сущность. Третьи считали, что Элли не виновата в нападении, а сделала это Темная фея (или Темный маг), которая уже давно невидимкой бродит по Волшебной стране и Изумрудному городу в том числе.
Элли же в тот день проплакала несколько часов, а Гарри, как мог, утешал ее. Допытываться у жены, что же там на самом деле произошло, Гарри не решился, а сама она ничего объяснять не стремилась. Когда Элли наконец успокоилась, их разговор перешел на рассказы о событиях последних месяцев, которые они были вынуждены провести отдельно, и параллельно на наблюдение по зеркалу за событиями в Подземной стране. Большое зеркало в Тронном зале Подземелье показывать не могло, но личное маленькое зеркало Элли показывало любую точку в пределах всей Земли. Трудности с наблюдениями могли быть только если какая-нибудь волшебница намеренно ставила блокировку против подобных наблюдений, как, например, Дарина, пока вела свою подпольную деятельность среди жителей Подземелья. Но сейчас Дарина больше не скрывалась от зеркала, за исключением 30-40 мин по вечерам, когда шла принимать душ. Они с Эльгом открыто собирали армию для похода на Изумрудный город.
— Как он мог? — сокрушался Гарри, глядя на Эльга. — А ведь я считал его своим другом!
— Он в первую очередь думает о своей стране, а не о тебе. К тому же он наверняка все еще верит в невиновность Ланги, которая до сих пор даже не попыталась объяснить, откуда в ее тюрьме были невинные пленники.
— Давай, я полечу туда и остановлю восстание.
Элли покачала головой.
— Теперь это уже невозможно. Народ верит Эльгу и Дарине. Тебя в лучшем случае прогонят с позором. А могут и в заложники взять, и даже убить. К тому же, я уже говорила, что ты нужен мне здесь. И не только для того, чтобы создавать глиняных великанов и просто поддерживать меня морально. Ты будешь мне нужен, когда я буду готова уничтожить Темную фею.
— Но кто же все-таки эта Темная фея? Ведь ты уже знаешь ее личность, правда?
— Да, — нехотя созналась Элли. — Но, если я расскажу всем о ней сейчас, случится непоправимое несчастье.
— Даже мне не можешь рассказать? — немного обиделся Гарри.
— Прости, любимый, но даже тебе это знать рано.
Элли смотрела на него такими виноватыми и грустными глазами, что Гарри не мог дальше обижаться. Он снова попытался обнять и поцеловать жену, но та, как и в прошлый раз выскользнула из его объятий и лишь краем губ ответила на его поцелуй. Гарри не понимал такого поведения супруги, но решил, что это вызвано ее болезнью и свалившимися на нее проблемами, поэтому не стал задавать лишних вопросов.
А ночью они снова создавали глиняного великана. В этот раз Элли решила сделать его на голову ниже. И энергии уйдет немного меньше, и солдату будет легче смириться с повиновением командиру, который выше его на голову. Возможно, благодаря этому, а возможно из-за того, что Гарри сегодня меньше устал за день, он не потерял сознание, и даже сумел подхватить на руки Элли, которая сегодня наоборот устала больше, и после оживления солдата не удержалась на ногах. Держа на руках супругу, Гарри почувствовал какое-то странное чувство, как будто то, что он видит, и чувствует, не совсем соответствует друг другу. Уж не оборотень ли это?
— Элли, что с тобой? — вскрикнул Гарри от неожиданности.
Элли вздохнула, наклонила к себе его голову и тихо прошептала на ухо несколько слов. Гарри ошеломленно уставился на жену, та смотрела на него виновато своими большими и бесконечно грустными глазами.
— Теперь ты знаешь одну из моих тайн, но прошу тебя, не спрашивай больше ничего, — умоляюще произнесла Элли.
Под ее взглядом и звуком ее голоса Гарри быстро пришел в себя и помог Элли подняться на ноги. И это было очень своевременно, так как оставшийся без внимания великан, осмотревшись по сторонам, сделал первый шаг и уже собрался было пойти в сторону города.
— Стой! — властно произнесла Хранительница. Монстр сразу остановился и обернулся к ней. — Я Элли — твоя создательница и повелительница. Ты солдат Бар, ты должен исполнять все мои приказы беспрекословно. Это Гарри — твой второй повелитель, в мое отсутствие ты должен слушаться его. Все понятно?
— Да! — ответил Бар.
— А теперь отнеси нас к городской стене, там ты познакомишься с командиром вашей будущей армии.
Познакомив двух глиняных великанов и объяснив им распределение обязанностей в будущей армии, Элли и Гарри вернулись во дворец. Теперь они каждую ночь создавали по одному глиняному монстру, постепенно заполняя ими периметр городской стены, а днем отсыпались и наблюдали за своими врагами. Марраны под предводительством Магдара вовсю готовились к походу на Изумрудный город, в Подземелье Дарина и Эльг собирали громадную армию из людей, каббаров и пакировских чудовищ, и даже Железный Дровосек собирал небольшую армию, хотя мало кто из мигунов рвался на войну. Мигунов и марранов Элли не очень сильно боялась — к тому моменту, когда они будут в Зеленой стране, у нее будет хотя бы несколько глиняных солдат. Гарри, хоть и не сильный маг, но несколько боевых заклинаний знает, да и она сама даже при своем ужасном самочувствии, может наколдовать что-нибудь. А вот перед армией из Подземелья на летающих звероконях, способной напасть с воздуха, они могут оказаться бессильными. К счастью Поттеров, Дарина вместо того, чтобы оперативно напасть с небольшим отрядом на звероконях, взялась собирать громадную армию, часть которой будет сухопутной, готовить корабли для путешествия по Подземной реке, запасать провиант на дорогу, в общем делать все, что откладывало выступление ее армии по крайней мере на месяц. Это давало Элли надежду исцелиться и уничтожить Темную фею до того, как Изумрудный город будет захвачен неприятелем.
Дарина думала, что если Поттеров не будет в Подземелье, и она объединится с Эльгом, то организация восстания пойдет легко и просто. Как же она ошибалась! Небольшая часть населения, в основном недавно назначенные коменданты крепостей и подобные им выскочки, получившие хорошую должность от Хранительницы, пытались сохранить ей верность. И хотя таких было немного, но, обладая властью, они серьезно мешали восстанию. Другая часть населения была готова пойти за Дариной, но не доверяла Эльгу. Следующая группа, наоборот, была готова подчиниться Эльгу, но ненавидела Дарину. Были и такие, которые из-за голода и других проблем желали только анархии и мародерства и даже слышать не хотели ни о каком походе на Изумрудный город. А ведь они с Эльгом поставили перед собой задачу собрать большую и боеспособную армию. Ежедневно они летали по крепостям, смещали непокорных комендантов, возвращая к власти прежних, правивших еще при Ланге, убеждали людей и каббаров, что только победа над Поттерами и возвращение Ланги гарантирует Подземной стране выход из текущего кризиса, предлагали высокое вознаграждение за вступление в армию. Процесс шел очень медленно, но все-таки шел, армия постепенно увеличивалась, порядок в стране понемногу восстанавливался.
Дарина больше не ставила на себя блокировку от поиска всевидящим зеркалом, как в предыдущие месяцы. Если быть точнее блокировка ставилась не на человека, как такового, а на его имя. При такой блокировке магия зеркала, реагирующая на имена и названия, не могла найти человека по имени. Однако, если человек случайно попадал в кадр при поиске другого человека или места, то его зеркало вполне показывало. Но даже такая неполная блокировка требовала много энергозатрат, поэтому Дарина отказалась от нее сразу после отлета Гарри. Она понимала, что теперь Элли точно наблюдает за каждым ее действием, но совершенно об этом не беспокоилась. Лишь по вечерам, направляясь в душ, Дарина включала маскировку на 30-40 минут, что вряд ли могло вызвать у Хранительницы какие-либо подозрения. И действительно, Элли, наблюдавшая за всем, что происходит в Подземелье, не видела в этом ничего странного, и переключала зеркало на Эльга, Бэйна или кого-то еще, когда Дарина заходила в душ и ее изображение пропадало с экрана. Скорее всего Элли не была бы такой беспечной, если бы знала, что с самого детства Дарина ненавидела принимать душ, и обычно делала это не чаще двух раз в неделю и тратила на него не более 15 минут.
* * *
На очередном сеансе наблюдения за многочисленными противниками Гарри обнаружил, что внушительная армия из нескольких сотен марранов выступила в сторону Зеленой страны. В тот же день Элли собрала всех гвардейцев-марранов, служивших в Изумрудном городе, и обратилась к ним с речью.
— Друзья! Много лет ваш народ жил в мире с другими народами Волшебной страны, особенно же с Изумрудным городом. Но за последние месяцы в Волшебной стране произошло много странных событий, что рассорило большинство правителей. И сейчас армия марранов под руководством Магдара идет войной на свою Хранительницу. По моим предположениям они находятся в сговоре с жителями Подземной страны, восставшей против законной правительницы, хотя несколько десятилетий назад все было наоборот — марраны под моим руководством воевали с чудовищами Пакира. Наверно, в последнее время я была не лучшей Хранительницей, раз допустила такое. Поэтому я не виню тех, кто запутался, и ищет врагов не там, где они скрываются на самом деле. Сдаваться без боя Изумрудный город, конечно же не будет, у нас есть силы и возможности защитить себя даже от таких доблестных воинов, как марраны. Но заставлять вас сражаться против своих я не собираюсь. Вам сегодня же выплатят зарплату за полгода вперед, и вы отправитесь в отпуск до завершения этого нелепого восстания. Если кто-то из вас примкнет к армии Магдара, я не буду вас винить, но обратно на службу я вас не приму, даже если вы выживете. А те, кто сейчас отправятся отдыхать в родную долину, смогут после окончания бунта вернуться на привычную службу.
В тот же день несколько десятков марранов с сумками, набитыми деньгами и ценными товарами, отправились в свою долину. Путь их лежал по той единственной дороге, по которой навстречу им двигалось войско Магдара.
— Зачем ты их отпустила? — с сожалением в голосе спросил Гарри, провожая солдат взглядом с башни Изумрудного дворца. — Ведь они могут присоединиться к нашим врагам.
— Могут, — согласилась Элли, — но лучше иметь врагов за стенами Изумрудного города, чем внутри. Тем более, что часть из них, вероятнее всего откажется воевать против нас, и тем самым они подорвут боевой дух остальных. У марранов очень сильные связи внутри своего народа. Мнение даже одного из них, может повлиять на мнение всей армии. Посмотрим, дойдет ли вообще армия марранов до Изумрудного города встретив на пути своих свободных, богатых и довольных товарищей.
* * *
Виллина получила письмо от Железного Дровосека, в котором он извещал о пропаже Страшилы и обо всем, что тот успел ему сообщить до своего исчезновения. В письме Дровосек просил военной помощи от Тома, ведь в Желтой стране проживало несколько великанов, десятки троллей и даже василиск Васил (хотя он и был уже в весьма преклонном возрасте, и свои взглядом лишь вводил в состояние легкой паники, а не убивал, как его предки, и даже не парализовывал, как он сам в юности). Виллине очень не понравилась идея войны с Хранительницей, но поскольку правителем был Том, то письмо было зачитано на семейном совете Желтого дворца, как его в шутку называла Лили. Входили в него не только Виллина, Том и Лили, но также их дети и немногочисленные слуги.
— Как жаль, что у меня нет моей книги, — сетовала Виллина. — Она бы подсказала что-то полезное.
— Зачем нам книга, когда среди нас живой предсказатель? — беззаботно произнес Том, как будто речь шла не о войне, а о чем-то легком и приятном. — Лили, посмотри в своем блокноте, что я предсказывал за последний месяц.
Лили достала блокнот и зачитала несколько фраз, которые были произнесены Томом в бессознательном состоянии за последнее время.
«Нужно собирать армию, но не начинать войну».
«Хранительница не так плоха, как иногда кажется».
«Не будем задерживаться, если нас позовут, а то сами встретим нежданных гостей».
«Жду, не дождусь встречи с Алармом».
Последняя фраза, произнесенная неделю назад, особенно напугала Лили. Она сразу подумала, что Том скоро умрет, как Аларм, и немедленно отправилась в Невидимую землю, чтобы убедиться, что Аларм там, и обсудить это предсказание с Торном или хотя бы с Асмаральдом и Дариной. Но, к большому удивлению Лили, путь в Невидимую землю оказался закрыт. С таким Лили столкнулась впервые за всю свою очень долгую жизнь и до сих пор не могла от этого отойти. А тут еще и война… Хорошо еще, что предсказания Тома подтолкнули всех к решению собирать армию и идти к Изумрудному городу, но не с тем, чтобы воевать, а чтобы попытаться переговорами остановить войну. Это немного успокоило Лили, хотя и не до конца.
Сборы сказочного народа заняли всего один день, поэтому уже на следующий день небольшая, но грозная армия из трех великанов, двух десятков троллей и василиска выступила в поход. Том возглавлял ее, сидя в живой карете вместе с Лили, сыновьями и Виллиной, которые, конечно же, не могли остаться в Желтом дворце.
* * *
После выступления в поход армии марранов Элли с Гарри стали создавать по два глиняных великана за ночь — одного в полночь, другого незадолго до рассвета. Из-за этого большую часть дня они спали и не могли следить по зеркалу за всеми потенциальными противниками, а доверить это дело было некому. Поэтому совещание в Желтом дворце они пропустили, и, увидев, идущую в Зеленую страну армию Тома, подумали, что она тоже идет с враждебными намерениями. А когда Элли попросила зеркало показать Дровосека, то обнаружилось, что его армия тоже вышла в поход. Весь этот день чета Поттеров наблюдала за тремя армиями, двигающимися на Изумрудный город с трех сторон, подсчитывали количество солдат, пытались оценить уровень их боеспособности. К вечеру у Элли разболелась голова, мысли стали мешаться, и она уснула, даже не найдя в себе силы создать очередного глиняного монстра. Утром на свежую голову она еще раз осмотрела вражеские армии и пришла к неутешительным выводам. Девять глиняных воинов, которых они успели создать, могут нанести серьезный урон нападающим, но защитить весь Изумрудный город они не смогут. Несмотря на свою огромный рост и силу, они слишком медлительны и неповоротливы, чтобы вдевятером удержать периметр всей городской стены. Остается запастись едой и запереться в Изумрудном дворце, но сколько времени они смогут выдержать осаду тоже непонятно. Будь у них хотя бы полсотни глиняных воинов, тогда они смогли бы держать под контролем весь город, причем почти неограниченное время. Элли поделилась своими тревожными думами с мужем.
— Может быть, нам стоит улететь из города? — предложил Гарри. — На нас нападают с трех сторон, но путь на запад еще открыт. Там правит твоя сестра Энни, может быть мы сможем укрыться у нее?
— Энни правит жевунами, которые не способны защитить даже себя, а Энни и Тим не владеют магией, не считая того, чему ты успел научить их в New-Hogwarts. Но этого совсем недостаточно, чтобы воевать против всей Волшебной страны, — Элли подумала полминуты, и внезапно ее лицо озарилось радостью. — Точно! Гарри ты был на верном пути! Только мы не полетим к Энни, а попросим у нее помощи. Точнее не у нее, а у ее старых друзей. Энни близко знакома с летучими обезьянами и гигантскими орлами. Если она попросит их помочь нам, то наши шансы продержаться ближайший месяц возрастут во много раз! Ты мог бы трансгрессировать во Всецарственный и поговорить с Энни?
— Конечно, могу. Но успеют ли они долететь? Ведь и орлы, и летучие обезьяны живут где-то на севере в горах. Стоит ли мне оставлять тебя одну?
— Ты же можешь трангрессировать к Энни, потом вместе с ней — к орлам и обезьянам, а потом сразу назад в Изумрудный город. Управишься за один день, враги даже не успеют напасть. Орлы и обезьяны прилетят, вероятно, с опозданием, но первый штурм мы выдержим и сами. В конце концов мы с тобой волшебники, хотя я сейчас и не в лучшей форме. На их стороне из волшебниц только одна Виллина, но она в силу возраста намного слабее меня, даже в моем текущем состоянии. Как хорошо, что Ланга сейчас не представляет угрозы, а Дарина пока не успела к ним присоединиться. Кстати, мы давно не наблюдали за Дариной и ее огромным войском…
Элли подошла к зеркалу и попросила показать Дарину, однако поверхность осталась зеркальной.
— Странно, она никогда не ходила в душ по утрам.
Элли по очереди попросила показать Эльга, Маиру и Бэйна. Эльг с Маирой занимались какими-то своими делами, не вызывающими подозрений, а вот Бэйна зеркало показать не смогло.
— Что происходит? — Элли не на шутку взволновалась. — Бэйн не мог сам замаскировать себя от зеркала, значит, это сделала Дарина. Но зачем ей это? Не на свидание же он ее пригласил, в конце концов.
Элли начала просматривать в зеркале разные места, где могла бы быть Дарина, и просмотрела довольно много, пока не догадалась направить зеркало на выход из Подземелья в подвал Желтого дворца. То, что она увидела, заставило ее вскрикнуть от испуга. Рослые каббары быстро разбирали стену, которую Том соорудил там для безопасности. Дарина и Бэйн слаженно руководили их действиями. Элли и Гарри тщательно осмотрели и пересчитали всех присутствующих. Двадцать людей, тридцать каббаров (все на летающих звероконях) и десять летающих чудовищ, по размерам не уступающих драконам — со всадниками-людьми. Итого 62 противника, включая Дарину и Бэйна, все на летающих тварях.
— Дарина, ты все-таки перехитрила меня… — в отчаянии прошептала Элли и обернулась к мужу. — Конечно, Дарина знала, что я буду следить за ее действиями. Вся эта масштабная мобилизация большей части населения была лишь прикрытием, чтобы усыпить мою бдительность. А параллельно с этим за те полчаса в день, что она включала маскировку от зеркала, она смогла собрать эту небольшую, но мобильную армию, которая уже меньше, чем через сутки будет в Изумрудном городе. И от нападения с воздуха нас не защитят глиняные великаны.
— Что же делать? Элли, ты же Хранительница всей Волшебной страны! Неужели никто не может нам помочь?
— Кое-кто может, — подумав немного, произнесла Элли и попросила зеркало показать ущелье Черных драконов. — Гарри, немедленно трансгрессируй в это ущелье, найди Варага — вожака Черных драконов, и расскажи ему, что к Изумрудному городу из Желтой страны летит армия из каббаров и подземных чудовищ. Я уверена, что они немедленно вылетят нам на помощь. А уже после этого отправляйся за помощью к Энни.
— А почему ты до этого не хотела послать меня к Черным драконам?
— Потому что они не поддерживают связи с людьми и никогда не вмешиваются в дела людей. Они не стали бы помогать нам в борьбе с марранами, мигунами и сказочным народом. Но охранять Волшебную страну от подземных тварей — их прямая обязанность, которую возложил на их племя сам Торн много веков назад. В защите от войска Дарины Вараг не сможет нам отказать. Главное, чтобы они успели прилететь раньше подземных чудовищ…
Гарри кивнул, взмахнул волшебной палочкой и трансгрессировал в ущелье Черных драконов. А Элли создала облачко и полетела к командиру своей глиняной армии, чтобы организовать перемещение солдат к Изумрудному дворцу. «Хорошо бы нескольких из них затащить на крышу дворца, это может немного задержать армию Дарины на случай, если драконы опоздают» — подумала Элли. Она облетела всю армию, начиная с Арама, и расставила солдат вокруг дворца. Затем поручила им разобрать несколько дворцовых пристроек и заготовить тяжелые камни, для того, чтобы швырять ими при необходимости в летающих врагов. О том, что останется от великолепного дворца после такой «обороны», девушка старалась не думать. Затем Элли укрепила магией несколько горизонтальных площадок на крыше и, создав особо крупные и крепкие облачка, переместила на эти площадки четырех солдат. Если честно, Элли не очень верила в эффективность своей глиняной армии, так как до сих пор тратила все силы и время на создание все новых солдат, и при этом совсем не занималась обучением уже созданных. Поэтому воевать монстры могли только при непрерывном руководстве, а сама Элли рисковать собой, руководя битвой, конечно же, не собиралась. В общем в борьбе с Дариной Элли больше рассчитывала на драконов, а своих солдат рассматривала скорее как запасной вариант. Вот в борьбе с остальными тремя армиями глиняные великаны наверняка были бы достаточны эффективны просто за счет своих размеров и силы, даже при своей тупости и необученности. Закончив все приготовления, которые заняли почти весь день, Элли пошла в Тронный зал и снова включила всевидящее зеркало. Увидела она следующее.
* * *
Армия марранов расположилась невдалеке от Изумрудного города, но была как минимум вдвое меньше той, что вышла из долины. Как и ожидала Элли, отряд марранов, возвращавшихся из Изумрудного города с крупной зарплатой, сильно поколебал военную дисциплину войска Магдара. Как-то не сочетались в умах прыгунов враждебность Хранительницы, в которой их убеждала Дарина, и бессрочный отпуск с хорошими отпускными их сородичей. Если она враг, то почему не взяла их в заложники, как опасался Магдар, или не заставила воевать на своей стороне? Поразмыслив так, половина войска отправилась домой вместе с отпущенными из столицы гвардейцами. Но и из дошедшей до цели половины армии большинство сомневались, стоит ли нападать на Изумрудный город. Лагерь марранов шумел и волновался, так что Магдар уже и сам сожалел, что ввязался в затеянный Дариной бунт.
Армия Железного Дровосека уже подходила к Изумрудному городу с востока, когда им перегородила дорогу армия Тома, которая хотя и выступила позже, но добралась значительно быстрее. Элли успела подслушать концовку разговора Тома, Виллины и Дровосека, в котором они договорились воздержаться от нападения по крайней мере до утра. А утром они собирались вступить в переговоры с Хранительницей, чтобы выяснить судьбу Страшилы, и после этого решить, что делать.
Элли попросила зеркало показать армию Дарины. Картинка в зеркале обеспокоила девушку — крылатая армия была где-то на границе Желтой и Зеленой стран, всего в нескольких часах полёта от Изумрудного города. Элли перевела картинку на Варага и увидела его во главе стаи из трех десятков драконов. Они летели над мостом через Большую реку в Зеленой стране. Увиденное успокоило Хранительницу — драконы будут над городом немного раньше подземных чудищ.
«Где же Гарри, почему его до сих пор нет? Ведь трансгрессия занимает доли секунды в отличие от полета» — подумала Элли и дала зеркалу команду показать Поттера. Тот брел пешком по дороге из желтого кирпича в сторону Всецарственного, причём, судя по уставшему виду, уже довольно давно. Элли поняла, что с ним что-то случилось, раз он не трансгрессирует, как обычно. Уменьшив масштаб картинки и оценив расстояние до Всецарственного, Элли поняла, что в Голубой дворец Гарри попадет в лучшем случае глубокой ночью. Так и не поняв, что же с ним произошло, и не придумав, как ему помочь, Элли сама не заметила, как задремала прямо на троне.
* * *
Дарина подгоняла свою небольшую армию как могла. Она прекрасно понимала, что Элли наверняка обратится за помощью к Черным драконам, и те, конечно же, не откажут Хранительнице. И также понимала, что ее армии не справиться со стаей драконов, и что операция по захвату Хранительницы может завершиться успешно, только если они прибудут в Изумрудный город первыми, причем с достаточным запасом времени. Именно поэтому Дарина и затеяла массовую мобилизацию, которая должна была ввести Хранительницу в заблуждение, а сама тайком через людей, которых Элли не могла знать в лицо, собирала небольшой отряд, способный добраться до Изумрудного города как можно быстрее. Дарина сокрушалась, что у нее не было маленького переносного зеркала, как у Элли, чтобы наблюдать за противниками, а также о том, что она не взяла при отлете магический кристалл связи, чтобы связываться с Томом и получать от него всю необходимую информацию. О том, где сейчас находится ее муж, она, разумеется, не знала.
Дарина специально рассчитала время вылета так, чтобы в Изумрудный город прилететь в середине ночи — больше шансов застать Хранительницу врасплох, ведь Черные драконы — не единственная проблема. Элли — самая могущественная волшебница в мире, и надежду на успех давало лишь то, что она давно болеет и нечасто применяет магию в последнее время.
Ночь была темная безлунная, в полете почти ничего не было видно, даже соседних звероконей, которые специально держались подальше друг от друга. Только огни Изумрудного города немного рассеивали темноту вдали и служили ориентиром для всадников. Поэтому внезапный столб пламени, осветивший морду Варага, заставил вздрогнуть всех воинов без исключения, а трое из них чуть не вывалились из седла. Через секунду еще три десятка подобных столбов пламени блеснули со всех сторон от мятежников. Армия Дарины была окружена.
— Дарина, я не знаю, зачем ты привела на поверхность Земли армию из Подземелья, и не хочу вникать в ваши человеческие дела, — загремел громкий голос Варага, — но напасть на Изумрудный город мы вам не позволим. Только твое присутствие, да долгое перемирие с Подземной страной остановили нас от того, чтобы сжечь все ваше войско без предупреждения. Но это перемирие будет сохранено, только если все войско немедленно возвратится под Землю тем же путем, что и выбралось оттуда.
Дарина вздохнула. Силы были слишком неравны. Для уничтожения ее армии хватило бы и трех-четырех драконов, а здесь их тридцать.
— Я поняла, — холодно ответила она. — Мне самой можно остаться?
— Разумеется, только без звероконя.
Дарина создала облачко, спрыгнула на него с звероконя и поручила того Бэйну.
— Отправляйтесь назад, — коротко приказала она Бэйну и направила свое облачко дальше к Изумрудному городу. А подземная армия под руководством Бэйна и в сопровождении пятнадцати драконов отправились обратно на север. Остальные драконы во главе с Варагом продолжили патрулировать Изумрудный город.
* * *
Элли проснулась от того, что Гарри аккуратно теребил ее за плечо.
— Элли, с тобой все в порядке?
— Да, — Элли зевнула, — просто устала и немного задремала. Сколько сейчас времени?
Девушка выглянула в окно.
— Уже ночь!
Она кинулась к зеркалу и попросила показать Дарину. Та сидела на облачке над городской стеной в полном одиночестве. Элли перевела картинку на Бэйна и увидела его вместе со всей армией и драконами, движущимися в сторону Желтой страны. Девушка облегченно вздохнула — главная опасность была нейтрализована. Но оставались еще три армии, стоящие за городской стеной.
— Гарри, драконы защитят нас от всех врагов?
Поттер покачал головой.
— Нет. Как ты и предполагала, они категорически не хотят лезть в дела людей и согласились лишь на то, чтобы отправить домой гостей из Подземелья. С остальными придется воевать своими силами.
— А что насчет орлов и обезьян? Ты добрался до Энни? Кстати, что с тобой случилось? Почему ты шел пешком?
— Прости, Элли, я подвел тебя. Материализовавшись на краю ущелья, я чуть не свалился в пропасть. Сам я кое-как удержал равновесие, но выронил волшебную палочку. А без нее трансгрессировать не мог. Пришлось идти во Всецарственный пешком, дорога заняла весь день, лишь глубокой ночью мне удалось встретиться с Тимом. С помощью его палочки мы и трансгрессировали сюда. Он сейчас в коридоре, хочет о чем-то с тобой поговорить.
— А с Энни ты встретился? Ты же к ней направлялся.
— Нет, с Энни Тим не позволил мне встретиться. И даже ничего не объяснил, сказал, что все объяснит тебе.
— Ладно, зови его, — сдалась Элли.
Гарри вышел в коридор за Тимом и хотел вернуться вместе с ним, но Тим попросил Хранительницу поговорить наедине. Элли дала согласие, поэтому Гарри пришлось остаться за дверью.
— Элли, Энни в беде, — Тим был явно взволнован.
— Что случилось?
— Ее захватила в заложницы Агнет. Она держит ее в спальне связанной и с приставленным к горлу мечем уже третий день. Постоянно выставляет мне все новые и новые требования, угрожая убить Энни.
— И какие же это были требования?
— Сперва она хотела, чтобы я научил ее магии, которой научился от Гарри. Но я и сам успел научиться немногому, а у нее не получается даже это. То ли палочка Энни, которую она присвоила, ее не слушается, то ли сказывается то, что она полностью лишена способности к магии еще с рождения. Тогда она заставила нас с Энни подписать документ о полной передаче власти над Голубой страной ей. По факту захватила власть. Но она сама понимает, что народ этот переход власти не признает, поэтому продолжает держать Энни в заложницах.
— А почему ты не освободил Энни, пока Агнет спала? Она же не может не спать третьи сутки подряд.
— Агнет использует настойку из орехов Нух-нух, которая помогает ей бороться со сном. Но, конечно, в конце концов она уснет даже с настойкой. Агнет это понимает, поэтому паникует, а в панике может и убить Энни. Когда она узнала о появлении во дворце Поттера, она решила во что бы то ни стало через него завладеть кольцом Торна. Но исполнение этой задачи она, разумеется, возложила на меня.
— То есть ты хочешь, чтобы я добровольно отдала ей кольцо Торна в обмен на свободу Энни?
— А что нам еще остаётся?
— Этого не будет! — твердо произнесла Хранительница.
— Ты готова пожертвовать жизнью сестры ради кольца? — не поверил своим ушам Тим. — Элли так никогда не поступила бы! Кто ты вообще такая?
— Послушай, Тим. Все не так просто, как кажется. Я Элли, можешь в этом не сомневаться. Но я в первую очередь Хранительница Волшебной страны, а уже потом сестра, жена, мать и так далее. Сейчас под угрозой вся Волшебная страна. И моя главная задача — найти и уничтожить Темную фею. Мне очень жаль Энни, но сейчас я не могу ей помочь.
— Тогда я помогу ей сам! — воскликнул Тим. — Эверте статум!
Тим направил на Элли волшебную палочку, и девушка, не ожидавшая нападения, не успела среагировать. Она отлетела в угол, перевернувшись в полете, и потеряла сознание. Гарри, подслушивающий разговор за дверью, мгновенно вбежал в зал и бросился на Тима. Юноши повалились на пол, Тим выронил палочку, и она покатилась по полу. Тим имел больший опыт в драках, чем Гарри, но Гарри был немного крупнее, поэтому он смог оттолкнуть Тима и первым дотянуться до палочки.
— Петрификус Тоталус! — и Тим полностью обездвижен.
Гарри подбежал к Элли, которая как раз в этот момент очнулась. При потере сознания у нее отключилась оптическая иллюзия, которую она носила последние полгода, отключая лишь на время сна, когда запиралась одна в спальне, не пуская даже мужа. Поэтому Гарри, хотя и знал с недавнего времени ее тайну, был ошеломлен видом беременной на девятом месяце супруги. А Тим так и вовсе отпрянул бы от неожиданности, если бы не был обездвижен.
— Гарри, это началось… Я рожаю досрочно. Скорее зови Фаину, Беллу и доктора, который живет в северном крыле дворца.
Гарри побежал будить фрейлин и доктора, а Элли медленно, превозмогая боль, побрела в свою спальню.
* * *
Спустя два часа счастливый Гарри уже держал на руках крохотного малыша, которого Элли решила назвать Чарли, в честь дяди. Сама Элли лежала на кровати, полностью обессиленная, и пила заранее приготовленную настойку из чудесного винограда. В ее планы не входило долго лежать, поэтому силы нужно было восстановить как можно быстрее.
— Гарри, вы с Чарли должны спрятаться в каморке Гудвина за Тронным залом, помнишь, я тебе ее показывала?
Гарри утвердительно кивнул.
— Помню. Но зачем нам прятаться в пыльной каморке?
— Не такая уж она и пыльная. Я ее подготовила, вы найдете там все необходимое для младенца, включая еду в бутылочках. На ней мощная магическая защита, туда не может проникнуть никто, кроме нас с тобой и Чарли. Вы же сможете свободно входить и выходить, но прошу тебя не выходить, пока я сама тебе не разрешу.
— Что такого страшного ты собираешься делать? Сражаться с Темной феей?
— Не совсем. Темная фея уже проиграла войну, осталось ее разоблачить и наказать. Но для этого я приглашу сюда всех, кто недоволен моим правлением и собирался с нами воевать, поэтому во дворце может быть не совсем безопасно. Кстати, ты расколдовал Тима?
— Нет, я совсем забыл о нем. Возьми его палочку и расколдуй, — Гарри протянул палочку жене.
— Я расколдую его и без волшебной палочки. Палочку оставь себе взамен утерянной, а Тим позже получит новую. Понимаю, что у тебя сейчас масса вопросов, но обещаю, что ты узнаешь все после того, как над Волшебной страной перестанет висеть угроза, идущая от Темной феи. Это произойдет уже сегодня. А сейчас иди вместе с Чарли в каморку и не выходи до моего возвращения.
Элли поцеловала Гарри и ребенка и телепортировалась в Тронный зал. Обычно, конечно, она не использовала телепортацию для перемещения в пределах одного здания, но сейчас ей нужно было размяться и поупражняться в этом необходимейшем навыке, от которого она успела отвыкнуть за восемь с лишним месяцев беременности.
* * *
У Тима затекли абсолютно все мышцы, он был готов кричать от боли и отчаяния, но даже этого не мог сделать. Элли возникла ниоткуда прямо рядом с ним, одним движением руки без палочки и заклинания расколдовала его и даже сняла боль, хотя небольшой дискомфорт при движении оставался еще некоторое время.
— Думаю, Тим, ты достаточно наказан за нападение на Хранительницу. По твоей вине я разрешилась от беременности досрочно, но, к счастью, с ребенком все благополучно, поэтому я тебя прощаю. Теперь, когда я снова могу телепортироваться, я, конечно, же спасу Энни, так что в этом тебе тоже повезло.
Тим от души поблагодарил Элли, он и не ожидал такого благоприятного для него поворота событий, хотя в глубине души остался неприятный осадок от произошедшего конфликта. За свой поступок ему было немного совестно, хотя, окажись он снова в подобной ситуации, он без сомнений сделал бы то же самое.
Элли подошла к зеркалу, и внимательно изучила обстановку в комнате, где находились Агнет и Энни. Энни была связана так, что могла лишь немного шевелить руками и ногами, но не могла отодвинуться от длинного меча, закрепленного у ее горла. Агнет сидела на некотором расстоянии, но меч могла привезти в движение одним касанием руки. Просто телепортироваться в комнату нельзя, Элли может не успеть что-либо сделать, прежде чем Агнет убьет свою заложницу. Если телепортироваться в комнату, предположим невидимкой, Агнет услышит непонятный звук, испугается и может рефлекторно привести меч в движение. Нужно придумать что-то более безопасное… Элли подумала пару минут, потом велела Тиму сидеть перед зеркалом, а сама телепортировалась, но не в спальню Энни, а на улицу в метре от окна. Материализовавшись в воздухе на высоте третьего этажа и начав падать, Элли успела разглядеть в окне Агнет и направить на нее заклинание, после которого она бы уже не смогла навредить Энни. Произнести еще одно заклинание и создать облачко, Элли уже не успела. Упала на Землю, сломала ногу и больно ударилась головой. «Хорошо, что не потеряла сознание» — подумала Элли. Кое-как поднявшись, она создала облачко и поднялась на нем в спальню Энни. Избавила магией ее от веревок, предварительно отбросив в сторону меч, и поискала глазами Агнет, а точнее то, в кого она превратилась. В самом дальнем углу замерла в надежде, что ее не заметят, маленькая серая мышка с оранжевыми глазами. Под суровым взглядом Хранительницы Агнет тоже подняла глаза, полные страха и отчаяния.
— Не бойся, я не буду тебя убивать.
Мышка немного расслабилась, в её глазах промелькнул луч надежды на очередное помилование.
— Но и в человека обратно не превращу. А еще мы с Энни как следует пострадали из-за тебя, а у нас есть срочные и важные дела. Поэтому я заберу у тебя немного энергии, чтобы нам поскорее восстановиться. Хоть ты и не волшебница, но твоя вечная юность — хороший источник целительной магии, — зло усмехнулась Элли.
— Что ты собираешься делать? — Энни наконец-то смогла сесть на постели.
— Просто вытяну из захватчицы немного магической энергии для нашего восстановления. Она останется жива, не переживай.
— Но ей, наверно, будет неприятно? — осторожно поинтересовалась Энни.
— Неприятно — это мягко сказано, — снова усмехнулась Элли. — Но она это заслужила.
— Так нельзя! — выкрикнула Энни, и тут же почувствовала, как в нее вливается поток живительной энергии, раны затягиваются прямо на глазах, и появляются силы и желание встать и запрыгать от удовольствия.
У Элли тоже затянулись царапины и кровоподтеки от падения, срослась и перестала болеть сломанная нога. Но на Агнет было больно смотреть. Она билась на полу в конвульсиях и громко, насколько это возможно для мыши, ругалась. Человеческой речи она, как и все животные Волшебной страны, не была лишена.
Наконец, все прекратилось. Агнет тихонько скулила, не пытаясь подняться. Полностью исцеленная Энни с испугом смотрела на сестру.
— За что ты ее так?
— Как за что? — взвилась Элли. — Она держала тебя в заложницах, чуть не убила! Пыталась захватить власть над Голубой страной. Хотела завладеть кольцом Торна. И ты спрашиваешь: за что? Я вообще-то рисковала жизнью, чтобы тебя спасти…
— Я, конечно, благодарна тебе, Элли. И Агнет, без сомнения, заслужила наказание. Но как-то это бесчеловечно… Да и вытягивать силы из других — разве так делают Светлые феи?
— А почему ты думаешь, что я не могу воспользоваться иногда Темной магией? Я ведь сделала это не только из мести, а в первую очередь, по необходимости. Через пару часов рассветет, и на Изумрудный город могут напасть три армии. Хотя они и вряд ли захватят его, но неизбежно погибнут люди. И только я могу это предотвратить. Сегодня я разоблачу Темную фею, принесшую столько зла Волшебной стране, и она понесет достойное наказание. Ты как сестра Хранительницы и как королева Голубой страны должна при этом присутствовать. Полетишь сама на коврике или телепортировать тебя?
— Долечу сама, — вздохнула Энни. — Но может все-таки превратишь Агнет обратно в человека? Ее же при ее неприспособленности к выживанию съест первый попавшийся кот.
— Какая же ты все-таки добрая! — с некоторой завистью в голосе произнесла Элли. — Но я думаю, после перенесенного Агнет и сама не захочет становиться человеком. Если хочешь, позаботься о ее безопасности. Но не задерживайся надолго. В девять утра ты должна быть в Изумрудном дворце. А у меня еще много дел. Пока.
И не дожидаясь ответа, Элли исчезла в вихре зеленых искр.
Вот уже восемь с лишним месяцев Ланга и Дональд жили на острове Кита. Почему остров так назывался, они так и не поняли. Кит, разумеется, на самом острове бывать не мог, да и в его окрестностях появлялся нечасто, за исключением первых дней их пребывания на острове. Взаимоотношения с Китом и его подданными были отличными. Кит, выслушав историю их побега, ни на секунду не усомнился в невиновности Ланги и обеспечил ей и Дональду вполне сносные условия жизни на острове и посильное содействие со стороны своих подданных.
Жизнь на острове была очень непривычной как для Ланги, так и для Дональда. Вместо бесконечных забот по управлению страной им пришлось заботиться о своем пропитании. Магией пользоваться они не могли — Дональд не взял при бегстве с острова Горн свою волшебную палочку, а Ланга не могла снять блокирующий браслет, если только не отрубила бы себе кисть руки. Но несмотря на то, что магия давно стала для Ланги неотъемлемой частью жизни, рука оказалась дороже. Конечно, если бы это дало ей возможность сразиться с Элли, имея хоть какие-то шансы на победу и на возвращение в Черный дворец, Ланга пожертвовала бы кистью руки, не сомневаясь ни секунды. Но от Кита она знала, что Элли отгородила Южное море невидимой стеной (магический запрет на рассказ об этом не распространялся на телепатию, посредством которой они общались с Китом), поэтому двум изгнанникам ничего не оставалось, как смириться и приспосабливаться к новой жизни.
Здесь у бывшей королевской четы было три основных занятиях — ловить рыбу, собирать немногочисленные ягоды и грибы и гулять по побережью. И несмотря на кажущееся однообразие деятельности, Ланга и Дональд стали замечать, что такая жизнь им нравится. И если бы не тоска и беспокойство о судьбе детей, друзей и всей Подземной страны, оказавшейся во власти Хранительницы, то они были бы не против остаться здесь, если не навсегда, то по крайней мере надолго.
Но в одно прекрасное утро, когда Дональд еще спал, а Ланга делала утреннюю зарядку, над островом показалось зеленое облачко. Ланга срочно разбудила мужа и схватилась за оружие, хотя и понимала, что против магии оно практически бесполезно. Но сошедшая с облачка Элли не проявляла агрессивных намерений.
— Ланга, Дональд, не бойтесь. Я хочу извиниться за ваше изгнание. Я знаю, что вас подставила Темная фея. Это она в образе Ланги похищала людей, и она наняла стражников, которые сторожили их в тюрьме Черного дворца. Она совершила и много других преступлений. Но теперь ей придется ответить за свои злодеяния. И вы должны присутствовать при ее разоблачении.
— Темная фея? Но кто она? — Ланга не была уверена, что Хранительнице можно доверять.
— Сейчас я не могу всего объяснить. Вы узнаете это через несколько часов, если отправитесь со мной в Изумрудный город.
— Почему я должна доверять тебе?
— Я готова снять с тебя блокирующий браслет, чтобы доказать, что не собираюсь тебя обманывать. К тому же Кит мне поверил, раз пропустил сюда.
Элли щелкнула пальцами, и браслет упал к ногам Ланги.
— Только не начинай атаковать, — тихо произнес Дональд. — кольцо Торна по-прежнему у нее, нам с ней не справиться. И мне кажется, что сейчас ей действительно можно верить.
— Хорошо, — холодно произнесла Ланга. — Полетим на облачке или телепортируемся?
— Лететь нет времени, все уже собираются в Изумрудном дворце. Телепортируйтесь в Тронный зал. Я сейчас позову кое-кого еще и присоединюсь к вам.
Ланга кивнула, взяла Дональда за руку и телепортировалась. Элли сделала то же самое, но в другое место Изумрудного дворца.
* * *
Аларм уже давно потерял счет дням. Вся его прошлая жизнь казалась чем-то далеким, нереальным и чужим. Самым ярким воспоминанием в памяти был страшный пожар, из которого его спасла Ланга. Но поблагодарить ее он не успел, так как она телепортировала его в подвал Изумрудного дворца, приковала к стене и оставила одного, ничего не объяснив.
С этого момента начало происходить что-то совершенно необъяснимое. Ланга периодически приводила в подвал все новых пленников — Фараманта, Дина Гиора, Рамину в золотой клетке и множество других людей, как знакомых, так и незнакомых Аларму. Всех их Ланга проводила мимо Аларма и уводила куда-то вглубь подвала, так что больше он их не видел. Зато он слышал их крики и стоны, когда Ланга била их невидимым хлыстом. Иногда доставалось и самому Аларму, но нечасто и не очень сильно. Кормила пленников Ланга довольно сносно, хотя и нерегулярно. На вопрос, что вообще происходит, отвечала всегда однообразно: что она Темная фея и ей нужно вымещать на ком-то накопившийся гнев. Что случилось в том пожаре с Элли и почему Ланга хозяйничает в подвале Изумрудного дворца, Аларм выяснить у нее так и не смог, но зная, что Элли такого никогда не позволила бы, считал ее погибшей. Поговорить с другими пленниками в ее отсутствие не удавалось, никто его не слышал. Вероятнее всего звуки заглушались магией, а во время пыток этот барьер отключался, чтобы он мог слышать чужие крики и стоны.
Однако через некоторое время (Аларм давно потерял счет дням), пленники перестали прибывать, пытки стали реже и как будто менее жестокими. Потом пытки совсем прекратились, а в одно из посещений Ланга даже залечила магией его раны. Объяснять, как обычно, ничего не стала.
В последний раз Ланга внезапно разоткровенничалась и рассказала, что Элли жива и скоро прекратит все творящиеся безобразия. И звучало это не как признание поражения, а как нечто желанное и долгожданное, как будто не она сама похищала и мучила людей, а кто-то ее заставлял. После этого разговора Аларм находился в предвкушении освобождения и встречи с женой и почти не спал.
Наконец, этот день настал. Элли возникла прямо рядом с ним, поприветствовала, освободила от цепей, но от нежного объятия уклонилась.
— Элли, дорогая! Что происходит? Ты победила Лангу? Где ты была все это время? Ты не пострадала? Я очень скучал по тебе!
— Аларм, ты скоро все узнаешь. Ланга ни в чем не виновата, это была Темная фея в ее образе. Волшебная страна много пострадала от нее за последний год, но сегодня Темная фея будет разоблачена и понесет достойное наказание. Все остальное ты узнаешь вместе со всеми. Пойдем со мной в Тронный зал.
— А как же остальные пленники?
— Сейчас мы заберем только Страшилу, но он заперт в отдельной секции подвала. Остальные будут освобождены чуть позже. Так нужно, — добавила Элли чуть мягче, видя непонимание и нерешительность в глазах Аларма.
Элли направилась к выходу, и Аларму не оставалось ничего, кроме как пойти за ней.
* * *
Стелла, Виллина, Том-старший, Дарина, Том-младший, Ланга, Дональд, Магдар, Энни, Тим и Железный Дровосек ждали в Тронном зале Хранительницу и Страшилу. Разговоров почти не было слышно, многие смотрели друг на друга с недоверием или даже враждебностью. За последний год отношение между правителями, всегда жившими в мире, довольно сильно обострились. Стелла и Виллина избегали смотреть друг другу в глаза. Дарина вообще стояла особняком, даже не поздоровалась с мужем после более чем полугодовой разлуки. На Лангу все посматривали с опаской.
Но все очень удивились, обрадовались и оживились, когда вместе с Элли и Страшилой зашел и давно считавшийся погибшим Белый рыцарь Аларм. Дональд и оба Тома бросились его обнимать, остальные тоже выразили свою радость и удивление. Но Элли быстро прервала всеобщее возбуждение, обратившись ко всем присутствующим с речью.
— Прошу внимания! Последний год был очень сложным для Волшебной страны, произошло очень много странных и неприятных событий, многих людей считали погибшими, хотя на самом деле не погиб ни один человек. Все похищенные люди скоро вернутся домой, и Аларм, считавшийся не просто пропавшим, а сгоревшим, является тому подтверждением. Многие из нас перессорились друг с другом, — Стелла и Виллина виновато переглянулись, — некоторые даже подняли мятеж или пытались узурпировать власть, — Элли перехватила вызывающий взгляд Дарины. — Но я не виню никого из вас. Во всех этих бедах и недопониманиях между нами виновата Темная фея, личность которой вы сегодня узнаете. И больше она никогда никому не сможет причинить зла. Но прежде, чем я расскажу и покажу все, что знаю, пообещайте мне, что наказана будет только сама Темная фея, а все, кто ей невольно по незнанию помогал, будут прощены.
— Разумеется, — ответила Стелла, и еще несколько голосов ее поддержали.
— Тогда встаньте все в круг, и возьмитесь, пожалуйста, за руки, — скомандовала Хранительница.
Все стали выстраиваться в круг и браться за руки. Аларм хотел встать справа от Элли, но она опередила его, встав между Энни и Томом-старшим. Озадаченный Аларм почесал голову и взял за руку Тома. Почти все присутствовавшие обратили внимание на это мелкое происшествие и переглядывались сочувственными взглядами, ведь Аларм был единственным, кто не знал, что Элли уже почти год замужем за Гарри Поттером. Хорошо еще, что про новорожденного ребёнка знали только Тим и Энни, которой он успел рассказать все, что произошло перед ее спасением. Когда все встали кругом и взялись за руки, Элли тихо произнесла заклинание, на мгновение стало темно, и все, кроме самой Элли, почувствовали острую боль.
Когда свет снова появился, и боль стала понемногу отступать, все стали изумленно оглядываться. Вроде все тот же Тронный зал, но многие детали интерьера отличаются — занавески другого оттенка, входная дверь шире и с другим узором, люстра менее изящная, зато трон, наоборот, гораздо более шикарный. А на троне — закованный в цепи Кощей Бессмертный, который, как все знали, давно умер от старости в тюрьме Черного дворца. Кроме того, на улице начинаются сумерки, хотя только что было утро.
— Что произошло? — в изумлении спросила Энни.
— Я, кажется, догадываюсь, — проговорила Ланга. — Мы в параллельном мире, в другой Волшебной стране.
— Все верно, — подтвердила Элли. — И этой Волшебной страной уже целый год правил Кощей. Он принес много зла всем жителям, но сейчас он лишен магии, бессмертия и, как видите, даже свободы. Однако мы телепортировались сюда не ради него, он был лишь слугой Темной феи. Она освободила его из заточения и передала ему власть над этой Волшебной страной, когда отправлялась в ту Волшебную страну. Правда взяла с него магическую клятву, что он будет править от ее имени и никого не убивать. А сейчас пройдемте за мной.
Элли прошла в каморку Гудвина, остальные — за ней. В каморке на небольшом диванчике лежала Элли — полная копия только что зашедшей девушки, только не в ярко-зеленом королевском платье, а в простом голубом сарафане. Она не проснулась и даже не пошевелилась, когда вся толпа довольно шумно ввалилась в каморку.
— Темная фея напоила Элли усыпительной водой. Порция была совсем небольшой, она должна была проснуться уже давно, но не просыпается. Я так и не поняла в чем дело. Кто-то из волшебниц может помочь ее разбудить?
Ланга, Стелла, Дарина и Виллина окружили спящую Элли и просканировали магией, каждая в меру своих способностей.
— Я не могу ничего определить, — первой сдалась Виллина.
— Я тоже, — буркнула Дарина, которая все еще переживала о своем поражении и была не уверена, что это странное мероприятие не окажется ловушкой.
— Мне кажется, она спит магическим сном, но не от усыпительной воды, — задумчиво произнесла Стелла.
— Тогда есть шанс, что она проснется без потери памяти, — высказалась Ланга. — Но как ее разбудить, я не знаю.
Аларм все это время смотрел на девушку, так похожую на его жену, и какое-то странное чувство не давало ему покоя. Как будто эта Элли была ему ближе и роднее, хотя эта мысль и была абсолютно абсурдной. Сам того не замечая, Аларм подошел к диванчику на место отошедшей Дарины и взял Элли за руку. Неожиданно девушка зевнула, открыла глаза и приподнялась с постели.
— Аларм!
— Элли! Это ты?
— Папа, что происходит? Вы знакомы? — Том наблюдал за странным поведением отца с самого начала, и его переживания достигли сейчас наивысшего накала. Мало того, что Элли, вышедшая замуж за другого сразу после мнимой смерти мужа, сейчас игнорирует Аларма, так еще и сам Аларм, не получив внимания от своей жены, обращает внимание на ее двойника.
— Все в порядке, Том, — вмешалась не спавшая Элли. — Это и есть ваша Элли, твоя мать и его жена. А я Элли из этого мира и я… Темная фея.
Оба Тома и Виллина, стоявшие в непосредственной близости от говорившей, невольно отпрянули. Дровосек схватился за топор, Аларм — за меч, у Ланги в правой руке появилась шаровая молния, готовая в любой момент полететь во врага.
— Я так и знала, что это ловушка! — Дарина стала невидимой, решив, что так у неё больше шансов атаковать. Сбежать из этого мира домой она не могла, так как телепортацией не владела.
— Успокойтесь, это не ловушка! Я пригласила вас всех сюда, чтобы раскрыть всю ложь, которой я себя окружила, и покаяться в содеянных преступлениях. Это я усыпила вашу Элли и заняла ее место, предварительно тщательно скопировав всю ее память за последние несколько лет. Это я устроила пожар в Изумрудном дворце, упрятала Аларма в подвал под видом Ланги, а Анни подставила и выслала из Волшебной страны. Я же устроила пожары в саду Стеллы и в комнате Виллины. Это я похищала и мучила людей опять же в образе Ланги. Я свалила эти похищения на нее и хотела упрятать в тюрьму. Но с этого момента все пошло не совсем так, как я планировала. Ланга с Дональдом сбежали, я не справилась с властью в Подземной стране, а потом и с должностью Хранительницы, настроив против себя всю Волшебную страну.
— А к восстанию меня тоже ты подтолкнула? — послышался из пустоты голос Дарины (она еще не решилась отказаться от невидимости).
— Нет, конечно, — Элли была явно удивлена такой претензией. — Это чисто твоя инициатива.
— А Агнет меня в заложницы сама взяла или под твоим воздействием?
— Сама. Я уже давно не делала никаких злодеяний, разве что только вынужденно, для самозащиты.
— Почему же она столько лет жила спокойно, а сейчас вдруг подалась в узурпаторши? — не унималась Энни.
— Думаю, Агнет просто воспользовалась общей неразберихой в Волшебной стране, вызванной мной. Так что косвенно я, наверно, этому поспособствовала. Но не специально. Вообще, интригами и злодействами я занималась только первые месяцы, а последние полгода я думала лишь о своем здоровье и тянула время.
— Тянула до чего? — снова задала вопрос Энни.
— Подожди, Энни, — вмешалась Элли-старшая. — Давайте перестанем хаотично задавать вопросы и выслушаем всю историю целиком. Элли, как ты стала Темной феей и почему в итоге раскаялась? Ты не против рассказать нам все по порядку?
— Для этого-то я вас здесь и собрала. Слушайте. Только сперва, Элли, возьми то, что принадлежит тебе.
Элли-младшая
передала Элли-старшей кольцо Торна и приступила к рассказу.
Примерно полтора года назад в нашей Волшебной стране стали происходить странные происшествия: поджоги, похищения, ограбления, убийства, небольшие природные катаклизмы. С каждой неделей их частота и масштаб активно нарастали. Мы с Кориной, Стеллой и Виллиной взялись за расследование. Гудвин одобрил наши действия и в содействии прямо не отказал, но на самом деле занялся повышением безопасности только в своём Изумрудном городе, не заботясь об остальных странах и народах. Спустя месяц мы выяснили, что в Волшебной стране появился очень могущественный и опасный Темный маг Том Реддл. Сам он никаких злодейств не совершал, а только руководил небольшой группой помощников, которых он называл «Пожиратели смерти». Впрочем, и руководство он осуществлял в основном через свою помощницу Беллу, которая по своему могуществу и одержимостью Тьмой тоже по праву считалась Темной феей.
— Белла?! — воскликнул Аларм. — Недавно нанятая в Изумрудный дворец горничная? — о том, что Белла давно повышена до личной фрейлины правительницы, Аларм не знал.
— О, нет! Это не она, — рассмеялась Элли. — Это случайное совпадение имен. Ваша Белла никакого отношения к Тому Реддлу не имеет. Она родом из Вашего мира из Зеленой страны и родилась в то время, которое в нашем мире наступит через много десятилетий. И я сканировала ее, в ней нет и следов магии. А про ту Беллу нам удалось выяснить, что, согласно древней легенде, девушка с таким же именем жила много десятилетий назад в Голубой стране. Она пропала вместе с двумя юношами, ее долго искали, пока не нашли в пещере с каким-то чудовищем. Естественно, с чудовищем робкие жевуны связываться не решились, и с тех пор поиски прекратились. Но легенда о неблагочестивой девушке, пытавшейся встречаться сразу с двумя парнями, и попавшей за это в плен к чудовищу, сохранилась надолго. Правдива ли эта легенда, и та ли это Белла, так и осталось неизвестным. Но если это она, то она должна обладать вечной юностью, так как выглядела она совсем молоденькой.
Остальные Пожиратели смерти были несильными волшебниками, колдующими только с помощью волшебных палочек, выходцами из разных районов Волшебной страны. У них была одна общая черта — они все попали в свое время в какую-то неприятную историю, были в разладе с родственниками и друзьями, и вообще обижены на свою судьбу. В таком состоянии они пропадали, и с тех пор их никто не видел. Длилось это на протяжении двадцати лет, но они старели, как все обычные люди, поэтому среди них были представители всех возрастов, кроме детей.
Том Реддл со своими Пожирателями хорошо маскировались и постепенно проникли во многие управленческие структуры и на влиятельные должности. Если бы мы объявили им открытую войну, то было бы много жертв среди населения, к тому же мы не были уверены, что смогли вычислить всех Пожирателей. Корина предложила такой план: она имитирует ссору со всеми окружающими, внедряется в их организацию и пытается либо разрушить ее изнутри, либо хотя бы собрать максимум информации о ней. Но я с ней не согласилась, сказав, что мне это сделать будет гораздо легче. Корина была в очень хороших отношениях со всеми окружающими, поэтому подобный разрыв выглядел бы весьма подозрительным. Я же совсем недавно переселилась окончательно в Волшебную страну из Большого мира, скучала по родителям и друзьям. К тому же среди моих новых знакомых случайно оказался один из Пожирателей, с которым я еще раньше делилась своими переживаниями. Виллина и Стелла были против того, чтобы рисковать мной, но книга Виллина однозначно предсказала благополучный исход только, если для внедрения к Пожирателям выберут меня. В общем, мои союзницы были вынуждены согласиться с моей кандидатурой при условии, что я не буду вступать в прямое противодействие, а ограничусь лишь сбором информации. Я легко дала на это согласие, хотя в глубине души надеялась расправиться с Томом Реддлом самостоятельно. Очень уж мне хотелось хоть в чем-то превзойти мою наставницу и учительницу, — рассказчица виновато посмотрела на Элли-старшую.
Первым делом я пошла к Гудвину и попросила у него на время книги Торна, так как без них тягаться с Темным магом было бы бессмысленно. Он, конечно, очень не хотел расставаться с ними, но еще больше он боялся, что остальные феи станут заставлять воевать с Темным магом его самого, как самого могущественного волшебника в стране. Поэтому скрепя сердце он отдал мне первую книгу Торна, в которой собраны заклинания, больше подходящие для Большого мира, чем для Волшебной страны, а также разрешил мне выучить главное заклинание Торна из его третьей книги, отменяющее любое другое заклинание, и дал подержать немного саму третью книгу. Он объяснил, что заклинания Торна работают у тех, кто обладает книгами или держал их в руках некоторое время назад. Этакий эффект остаточной магии. Через пару недель, заклинания теряют силу, если волшебник не повторит контакт с книгой.
Я была невероятно счастлива, так как, обращаясь к Гудвину, не особо рассчитывала на успех. Весь день и всю ночь я изучала первую книгу Торна. Конечно, выучить все заклинания за такое короткое время было невозможно, но я выучила большинство боевых и защитных заклинаний, которые могли пригодиться в моем задании. Саму книгу я уменьшила в размерах и надёжно спрятала под ногтем, чтобы ее случайно не обнаружил Том Реддл.
Дальше я намеренно прилюдно разругалась с остальными феями, сказав на прощание, что лучше служить Темному магу, чем водить дружбу с ними. И уже через несколько дней меня пригласили на личную встречу с Беллой, а через две недели я впервые увидела Тома Реддла на собрании Пожирателей в их тайном лагере на севере Фиолетовой страны. Тёмный маг приятно удивил меня своей привлекательной внешностью двадцатилетнего мужчины, я даже засомневалась, что это Том. Но когда он заговорил, все сомнения рассеялись — это был безумный злодей, ненавидящий весь мир, желающий лишь безграничной власти над всем миром, и даже своих слуг не ставящий ни во что. Все Пожиратели панически боялись своего господина и давно сожалели, что вступили в его ряды. Но предательство Тома Реддла приравнивалось к смерти, он убил уже нескольких из тех, кто пытался покинуть ряды Пожирателей. Если честно, я немного побаивалась встречи с ним, но настоящий ужас охватил меня, когда я услышала, что Реддл возлагает на меня большие надежды в покорении Волшебной страны.
— Теперь, когда на нашей стороне могущественная фея Элли — ученица еще более могущественной Элли-Хранительницы, путешественницы по мирам и эпохам, — торжественно вещал Том, похаживая взад-вперед, — мы можем наконец-то перейти от подготовки к открытой войне. Элли, сможешь ли ты пробраться в Изумрудный дворец, убить Гудвина и завладеть книгами Торна?
Последнюю фразу Том Реддл произнес, в упор глядя на меня, и я почувствовала острую боль в голове. Мне казалось, что он пытается проникнуть в мое сознание. Вспомнив, что он сильный телепат, в отличие от меня, я прибегла к последнему средству — главному заклинанию Торна. Две недели были на исходе, но, к счастью, заклинание сработало — головная боль отступила. Я заметила, что Реддл был недоволен, но сделала вид, что ничего не заметила, и поспешила ответить.
— Конечно, мой Лорд! Но это будет не так легко, учитывая, что я успела по своей глупости разругаться не только с феями, но и с Гудвином. Может быть, мне стоит стать двойным агентом и снова войти в доверие к бывшим друзьям? — признаюсь, я очень хотела услышать положительный ответ только для того, чтобы сбежать от этого монстра. Но он не дал мне такого шанса.
— Нет, Элли. Двойным агентом могла бы быть только Белла. Ей я полностью доверяю. А ты пока такого доверия не заслужила.
— Но как же я проникну в Изумрудный дворец, не примирившись с Гудвином? Он владеет всеми книгами Торна. Мне не одолеть его силой.
— Тогда придумай, как одолеть его хитростью, но так, чтобы я не заподозрил тебя в предательстве, — Том Реддл злобно усмехнулся. — Времени тебе даю на это сутки. Завтра вечером жду подробный план. А сейчас подойди ко мне.
Когда я подошла, Реддл оголил мою левую руку до плеча и коснулся предплечья. Я почувствовала сильное жжение, и на этом месте образовалась черная метка в виде черепа и змеи, выползающей из его рта. Теперь я была связана с Томом Реддлом Темной магией.
Вечером я никак не могла уснуть. Я понимала, что завтра главное заклинание Торна перестанет действовать, Том Реддл влезет в мою голову, узнает про меня все, и тогда меня уже ничего не спасет. Бежать из лагеря Пожирателей было очень опасно. Реддл вместе с Беллой достанут меня где угодно, особенно теперь, когда на мне черная метка. Пролежав почти без движения до трех часов ночи и так не уснув, я решилась на самую крайнюю меру. Я сделалась невидимой и максимально тихо прокралась к комнате Тома и Беллы. Просканировала магией все вокруг в поисках магической защиты и, обнаружив целых семь защитных заклинаний, обезвредила их все главным заклинанием Торна. Потом поставила звуковой барьер за дверью, после чего открыла ее. Том и Белла спали в одной кровати. Наверно, они были женаты, хотя Реддл никогда об этом не говорил и не позиционировал Беллу равной себе, а лишь первой среди своих слуг.
Я зажгла в двух руках по шаровой молнии. Сделала их настолько мощными, насколько могли терпеть мои ладони, и разом выпустила их в головы Темного мага и Темной феи. Их смерть была почти мгновенной, хотя, наверно, и болезненной. В то же мгновение я почувствовала, как их Тёмная магия переходит ко мне, проникает в каждую частичку моего тела. Было и приятно, и неприятно одновременно. Приятно от того, что я стала чувствовать себя гораздо могущественнее, чем раньше, а неприятно от того, что эта Темная магия пробуждала во мне все страсти и пороки, которые только могут быть в человеке. Но спустя несколько минут, неприятные чувства стали отступать. Я снова чувствовала себя собой, но с гораздо большими магическими силами. Я подумала, что с отрицательными последствиями Темной магии я, без сомнения, справлюсь, а совмещение во мне Светлой и Темной магии даст громадные преимущества, как лично мне, так и всей Волшебной стране.
Я арестовала всех Пожирателей смерти, отобрала у них волшебные палочки и переправила их на облачках в Изумрудный город, где Гудвин распорядился посадить их в подвал до суда. Гудвин горячо поблагодарил меня и попросил вернуть первую книгу Торна, однако мне эта просьба пришлась категорически не по душе. Пока он отсиживался в Изумрудном городе, я рисковала жизнью в лагере Темного мага! И теперь я должна отдать ему волшебную книгу? Да это он должен мне в благодарность отдать оставшиеся книги Торна! А можно даже и власть над Изумрудным городом. Последняя мысль меня немного испугала, поэтому я не стала конфликтовать с Гудвином, но и книгу отдавать не стала, пообещав отдать попозже, когда найду всех оставшихся Пожирателей смерти (вдруг кто-то из них не был в этот момент в лагере?).
После этого я телепортировалась в Голубую страну, в дом Железного Дровосека, где до сих пор жила Корина, рассказала ей обо всем и попросила у нее поддержки. Реакция Корины меня неприятно удивила — она была крайне обеспокоена тем, что я после убийства Темного мага и Темной феи сама могу стать Темной феей, и категорически не поддержала мое желание завладеть всеми книгами Торна. Я, разумеется, на нее сильно обиделась, но виду не показала.
На следующий день состоялся суд над Пожирателями смерти. Все они глубоко раскаивались в содействии Тому Реддлу, клялись, что давно хотели перестать ему служить, но боялись его мести. После недолгих совещаний их решили отпустить по домам и дать возможность вернуться к нормальной жизни, но под регулярным наблюдением через всевидящее зеркало. Мне эта мера показалась слишком мягкой, но спорить с большинством было бесполезно. Тем более, что меня сейчас гораздо больше беспокоила мысль о книгах Торна.
Улучив подходящие моменты, я переговорила отдельно с Виллиной и Стеллой, подкинув им мысль, что Гудвин, отказавшийся выступить против Тома Реддла, недостоин владеть книгами Торна. О том, чтобы передать книги именно мне, я в этот раз не стала озвучивать напрямую, а только лёгким намёком. Обе волшебницы в целом оказались согласны с недостойным поведением Гудвина, но о том, чтобы отобрать у него волшебные книги, и слышать не хотели.
Целую неделю я жила, одержимая мыслью о книгах Торна и могуществе, которое они могли мне дать. Гудвин за эту неделю еще трижды напомнил мне о возвращении первой книги Торна, но я дважды ссылалась на продолжающиеся поиски Пожирателей (хотя никаких поисков уже не вела), а в последний раз просто нагрубила ему в ответ. Тогда Гудвин заявил, что соберет совет волшебниц и поставит на нем вопрос о возращении ему его собственности. Это оказалось для меня последней каплей, и я решила действовать.
Этим же вечером я невидимкой проникла в Тронный зал, где Гудвин обычно ужинал в полном одиночестве, и подсыпала ему в еду снотворное зелье. Когда он уснул, разыскала спрятанные в его каморке книги Торна (тут мне здорово помогла Тёмная магия) и спрятала их себе под ногти, как и первую. После этого телепортировала спящего Гудвина в Канзас, стёрла ему из памяти все заклинания, которые он знал (эта способность мне передалась от Тома Реддла), чтобы он не мог вернуться в Волшебную страну и оставила досыпать на лавочке под открытым небом. В последний момент жалость коснулась моего сердца, и я положила ему во внутренний карман пиджака несколько крупных изумрудов, чтобы ему не пришлось бедствовать в Большом мире.
Вернувшись в Изумрудный дворец, я с чувством полного удовлетворения заняла покои Гудвина и принялась учить заклинания из второй книги Торна. (Первую я за прошедшие дни изучила всю вдоль и поперёк). Как избежать отрицательной реакции остальных волшебниц, я к этому времени уже придумала.
Утром я собрала совет волшебниц, и рассказала им, что Гудвин добровольно передал мне книги Торна, а сам навсегда покинул Волшебную страну. Мое повествование было совершенно неправдоподобным, но, подкрепленное сильной легилименцией, оно убедило трех фей. Но здесь я совершила серьезную ошибку. На волне такого успеха я добавила, что власть над Изумрудным городом и всей Волшебной страной Гудвин завещал мне. Это оказалось перебором, даже самый мощный импульс легилименции не смог убедить моих собеседниц в правдивости этих слов. Первой взбунтовалась Корина, а за ней и Стелла с Виллиной. Мне ничего не оставалось, кроме как с позором телепортироваться подальше от Изумрудного дворца. В этот момент я поняла, что я осталась совершенно одна, что мои подруги и союзницы теперь окончательно утвердились в мысли, что я стала Темной феей (хотя я себя таковой по-прежнему не считала), и теперь точно объявят мне войну. Тогда я на мгновенье пожалела о том, что получила магию Реддла и Беллы, но быстро развеяла это сожаление и решила сражаться до конца.
Этой же ночью я поочерёдно заявилась ко всем трем волшебницам. Сделала это невидимкой, с помощью телепортации, тем самым застав их врасплох, и одела им заранее приготовленные браслеты, блокирующие магию. С этого момента я стала единственной действующей феей в Волшебной стране. Но оставалась еще опасность со стороны Элли из вашей Волшебной страны, которая явно не одобрила бы произошедшие перемены. И я создала магическую оболочку вокруг Волшебной страны, подобную той, что создала Элли-старшая, но с вплетением заклинаний из Темной магии. Я надеялась, что такую оболочку Элли не сможет преодолеть, хотя и не была в этом полностью уверена. Но даже если бы она и преодолела оболочку, я бы сразу об этом узнала и постаралась бы напасть первой.
Утром я собрала на площади жителей Изумрудного города и объявила им то, что ранее уже пыталась внушить феям, а также, что Корина, Стелла и Виллина пытались воспротивиться законной воле Гудвина и за это лишены магии. Легилименцией воздействовать на толпу я, разумеется, тоже пыталась, хотя и не знаю, насколько это было эффективно. В итоге то ли толпа поверила благодаря легилименции, то ли побоялась возражать, но правительницей Изумрудного города меня сразу же признали. Корина и Стелла пытались продолжить борьбу со мной, но быстро оказались в дворцовом подвале. Виллина же предпочла не ввязываться в борьбу и куда-то исчезла. Я не стала ее искать, понимая, что без магии она мне не конкурентка.
Я понимала, что править в одиночку невозможно, а доверять никому не могла. И тогда я вспомнила о Пожирателях смерти, связанных со мной черной меткой. Я разыскала одного из Пожирателей, поэкспериментировала с его чёрной меткой и поняла, что это мощный инструмент по управлению людьми. По черной метке я могла не только разыскать всех остальных Пожирателей, но и отчасти управлять ими, чем я, разумеется, и воспользовалась. Не могу сказать, что они были рады возвращению к прежней службе, но выбора я им не предоставила. Тогда-то я, наконец, осознала в полной мере, что я стала настоящей Темной феей, несмотря на то, что использовала в равной степени и Светлую, и Темную магию. Ведь Темная фея эта не та, кто использует Темную магию, как, например, Ланга или Дарина, а та, кто позволила Тьме завладеть ее душой.
В течение месяца я посетила все остальные страны, и их народы тоже были вынуждены склониться передо мной. Некоторые, конечно, пытались сопротивляться, но я подавила эти попытки чередой арестов, пыток и природных катастроф. С каждым днем я становилась все могущественнее, Темная и Светлая магия переплетались во мне все сильнее. Однако счастливой я себя не чувствовала. Каждая новая победа давала ощущение восторга, но оно проходило очень быстро, разжигая во мне все новые и новые желания. В процессе покорения Волшебной страны подвал Изумрудного дворца наполнился непокорными бунтовщиками, и я преобразовала его в настоящую тюрьму. Поначалу я просто держала пленников взаперти, и прибегала к пыткам только в тех случаях, когда нужно было выведать у них какую-то информацию. Но потом во мне развилась потребность пытать и мучить пленников, так что я стала заниматься этим ежедневно. Однако и это давало мне удовлетворение лишь на короткое время.
Постепенно я поняла, что мне не хватает любви, почитания и уважения со стороны подданных. Ведь я захватывала власть грубой силой, совершенно не заботясь о том, как это воспринимают жители Волшебной страны. А они воспринимали меня как Темную фею, потерявшую всякую человечность. Я сомневалась, возможно ли восстановить доверие людей ко мне, но даже если это и было возможно, то на это ушли бы десятилетия. И тогда я вспомнила о вашей Волшебной стране, где подавляющая часть населения любила и почитала свою Хранительницу, и у меня в голове созрел план, как занять место своей наставницы. Я вообразила себе, что смогу перейти на светлую сторону, быть хорошей правительницей и доброй феей, если меня будут любить мои друзья и подданные.
К моему счастью, Элли давно не появлялась у нас. Ведь появись она раньше, мы бы наверняка вступили в противостояние, и одна из нас могла бы серьезно пострадать, учитывая наши громадные магические способности. Я это понимала и была готова к серьезной схватке. Но теперь я подготовилась совсем иначе, даже убрала поставленную ранее оболочку. Когда Элли наконец-то наведалась в наш мир, я успела встретить ее прежде остальных и скрыть от нее все, что произошло за последние месяцы. Я пригласила ее на обед и подлила в чай усыпительной воды. Элли, конечно же, ничего не заподозрила и выпила несколько глотков, прежде чем поняла, что что-то не так. Когда Элли уже начала засыпать, но еще не успела потерять память, я воспользовалась легилименцией, доставшейся мне от Тома Реддла, и считала все ее последние воспоминания. Я успела считать последние два года. О более ранних событиях ее жизни я в общих чертах и так знала по рассказам. Я ожидала, что Элли будет сопротивляться такому считыванию, но она совершенно не сопротивлялась. Кстати Элли, почему ты не сопротивлялась и как тебе удалось сохранить память после усыпительной воды? — Элли-младшая прервала свой рассказ.
— О, это как раз взаимосвязано, — ответила Элли-старшая. — Я не сопротивлялась твоей легилименции, потому что за те несколько секунд, которые у меня были до погружения в волшебный сон, я пыталась придумать, как избежать его. К сожалению, против уже выпитой усыпительной воды главное заклинание Торна не сработало, и я поняла, что бороться со сном не смогу. А в следующую секунду я придумала, как мне избежать хотя бы потери памяти. Я мысленно произнесла заклинание и погрузила саму себя в другой волшебный сон, тот самый, которым Гуррикап когда-то усыпил Арахну. При погружении в этот сон все процессы в организме сильно замедлились, и магия усыпительной воды не успела дойти от желудка до мозга. Сейчас усыпительная вода мне уже не грозит, так как она теряет силу в течение суток. Но для этого магического сна нужно было установить либо срок, либо условие пробуждения. А последнее, о чем я успела подумать, было прикосновение рук моего Аларма, и именно это стало условием моего пробуждения.
— Я очень рада, что ты нашла способ не потерять память, — искренне проговорила Элли-младшая, и продолжила свой рассказ.
Я оставила спящую Элли в каморке Гудвина, поставив на нее максимальную магическую защиту. Потом освободила из заточения в подвале Желтого дворца Кощея и передала ему власть над Пожирателями смерти и над всей Волшебной страной, взяв с него магическую клятву, что он будет править от моего имени, что передаст мне власть обратно при первом требовании, и что он не убьет ни одного жителя Волшебной страны. Убийство я, при всей своей испорченности, по-прежнему считала недопустимым. Теперь я могла свободно телепортироваться в вашу Волшебную страну.
Когда я только планировала занять место Хранительницы, я думала, что смогу стать Светлой феей и полностью отказаться от злодеяний. Но оказавшись на чужом месте, я стала бояться разоблачения, ведь, хотя я и скопировала себе все воспоминания Элли-старшей, но полностью повторить ее стиль общения, мимику, эмоции было невозможно. Особенно сложно было общаться с близкими родственниками, поэтому в первые же дни я упрятала Аларма в темницу под видом Ланги, сымитировав его гибель в пожаре, а сам пожар свалила на Анни, чтобы изгнать ее из Волшебной страны. Стало немного легче, но вскоре я поняла, что все кругом подозревают, что что-то не так. Я стала поддерживать слухи о Темном маге или фее, которые запустила Анни, тем самым оказав мне услугу. Затем я открыла покои Пакира в Черном дворце и притворилась Лангой, идущей оттуда, чтобы настроить Дональда против жены. Это помогло бы в случае чего свалить все беды на нее. Потом я подожгла сад Стеллы и комнату Виллины, чтобы натравить их друг на друга, и отвлечь от меня.
— А ведь я почти раскусила тебя! — вмешалась Виллина. — Я видела в начале пожара фигуру, похожую на твою, которая почти сразу исчезла. Но мне не хотелось видеть злодейку в той, которую я сама выбрала на роль Хранительницы, зато очень хотелось винить во всем Стеллу, на которую в тот момент сильно сердилась.
— На это и был расчёт, — призналась Элли. — Через некоторое время я поняла, что стать доброй феей и отказаться от мучений людей не так-то уж просто, тем более, что, избавившись от Аларма и Анни, создав в стране такую неспокойную обстановку и избегая других своих друзей (которые на самом-то деле и не были моими друзьями), я получила не очень много любви и уважения. Единственный человек, с которым мне было легко, был Гарри Поттер (возможно, из-за того, что он и сам был чужим в этом мире), и именно он помогал мне продолжать хоть немного стремиться к добру и не скатиться во зло окончательно. Уже тогда между нами стали возникать чувства, которые поначалу я тщательно скрывала. Ведь для всех окружающих я была вдовой, совсем недавно потерявшей горячо любимого мужа.
Но мои чувства к Гарри лишь усилили страх быть разоблаченной. А снимать стресс я могла лишь пытками людей или совершением других злодеяний. И я решила, что буду творить злодейства понемногу и тайком, чтобы не потерять любовь Гарри и остатки уважения остальных. Я похитила еще несколько человек и заперла их в подвале Изумрудного дворца. Но при одном из похищений в Пещере рудокопов меня чуть не застукал Дональд до того, как я успела принять вид Ланги. Я не была уверена, что он меня увидел и узнал, но стала бояться еще больше. Мне казалось, что теперь Ланга вместе с Дональдом постараются меня разоблачить и уничтожить. Тогда я похитила еще несколько групп людей, в том числе Энни, и тайком от Ланги поместила их в ее тюрьме. Даже охранников наняла, приняв ее образ, чтобы было больше независимых свидетелей. Таким образом, я подставила ее и хотела пленить, но она вместе с Дональдом сбежала в Южное море. Это прибавило мне еще больше переживаний, так как с Китом мне связываться совсем не хотелось. Он сильный телепат, он сразу разоблачил бы меня. Пришлось огородить Южное море невидимой стеной, наложить на нее заклятие, не позволяющее тем, кто ее обнаружит, рассказывать о ней другим (это заклятие мне Гарри подсказал), а также осложнить болезни Энни и Баккара, чтобы как можно меньше любопытных добралось до стены.
После бегства Ланги у меня появилась возможность захватить власть в Подземной стране, которой я не могла не воспользоваться. Однако счастья мне это не добавило. Ненависть, которую я чувствовала в новых подданных, напомнила мне о своей Волшебной стране, откуда я бежала сюда. Тогда я поняла, что невозможно быть одновременно и Светлой, и Темной феей. Я пребывала в унынии и полном упадке нравственных сил. В какой-то момент я решила перестать бороться с Тьмой внутри себя и даже пыталась оттолкнуть от себя Гарри, но он не позволил мне это сделать, а наоборот сделал мне предложение. Я долго убеждала Гарри, что недостойна его (не раскрывая, конечно, своих секретов), но он был непреклонен, убеждая меня в своей любви. Тогда я, чтобы отпугнуть его, объявила, что свадьба будет проходить в форме темного ритуала, но его и это не испугало, хотя и очень озадачило. В итоге же тёмный ритуал напугал не столько его, сколько меня. Гарри и все присутствовавшие на свадьбе видели лишь внешнюю форму этого ритуала, пугающую и отталкивающую, но не более того. Я же в процессе прохождения ритуала столкнулась с самой Тьмой. Во время ритуала Тьма воздействовала на меня невероятно сильно, буквально пыталась поглотить меня, уничтожить во мне все доброе, что еще оставалось в моей душе. И я испугалась. Испугалась настолько сильно, что решила обратиться к Свету, признаться со всем содеянном и понести наказание.
Но когда свадьба закончилась, Гарри окружил меня заботой и вниманием, и я побоялась раскрыть ему свои секреты, побоялась его потерять. Решила пока перестать похищать и мучить людей, а свое публичное покаяние отложить на некоторое время, чтобы хоть немного пожить нормальной жизнью с любимым мужем. С того момента я похитила только одного Страшилу, и то только из-за того, что он почти догадался, кто я такая и где искать пропавших людей. А спустя некоторое время после свадьбы я обнаружила, что беременна. Пришлось отложить раскрытие своей тайны и заслуженное наказание до того времени, когда родится ребёнок, а пока тщательно скрывать своей положение за оптической иллюзией. Гарри узнал о ребенке совсем недавно, а о том, кто я такая и что я натворила, он не знает до сих пор. Пока я носила ребенка, мое стремление к добру становилось все крепче, видимо так повлияла на меня любовь к ребенку, поэтому после рождения Чарли я не колебалась ни минуты.
— Элли, а сколько людей ты убила, пока была Темной феей? — перебила старшая Элли младшую.
— Кроме Тома Реддла и Беллы — ни одного.
— Видимо, это и спасло тебя. Ты не перешла черту, после которой самостоятельный возврат становится почти невозможным.
— Да, наверное, ты права. А теперь я прошу тебя, Элли, лишить меня магии, — она протянула своей бывшей наставнице кинжал, тот самый, который предназначался Волдеморту из темной хронологии, но так и не был использован. — Дальше вы можете назначить мне любое наказание, которое сочтете справедливым, я понесу его без ропота. Прошу только об одном. Не наказывайте за мои преступления Гарри и Чарли. Гарри не был моим соучастником, ничего не знал, и всегда склонял меня к добру.
— Безусловно, никто не будет наказывать Гарри, если он ничего не знал, а уж тем более вашего новорожденного ребенка, — Элли-старшая взяла в руки кинжал. — А вот его мощности на тебя не хватит, ведь у тебя перемешались Светлая и Темная магия, вытягивать придётся их вместе. Тем более ты уже использовала его на Кощее. Я принесу для тебя меч Торна. Элли, где он сейчас?
— Я оставляла его в каморке Гудвина в том мире, но там сейчас скрываются Гарри вместе с Чарли. Я бы не хотела, чтобы они видели тебя, прежде чем все закончится.
— А второй меч Торна, который принадлежал Дональду? Дональд, ты же не против, если я использую твой меч? Тебе потом наколдую новый.
— Конечно, не против, — поспешно согласился Дональд.
— Тот меч я оставляла Гарри, — ответила Элли-младшая. — Но он так и не научился им пользоваться. Скорее всего меч где-то в его комнате в Черном дворце. Но там сейчас правит Эльг, который считает тебя, точнее меня, врагом.
— Ничего, я буду осторожна, — произнесла Элли-старшая и исчезла.
Через пятнадцать минут она вернулась с мечом и массивным осколком камня Гуррикапа и сообщила, что повстречала в коридоре Маиру, пока искала нужную комнату, но смогла остаться незамеченной. Элли-младшая передала ей книги Торна из своего мира, которые носила не в кольце, а под ногтем в уменьшенном виде.
— Передай их Гудвину, когда он вернется, или кому-то из наших фей.
Элли-старшая
взяла у нее книги, спрятала их в потайной магический карман платья, где носила
книгу Виллины, и вонзила меч Торна в руку бывшей ученицы. Та мужественно
терпела, пока ее магия перетекала струящимся желто-фиолетовым светом в меч
Торна. Наконец, свечение закончилось. Последняя Темная фея двух миров была
лишена магии и освобождена от Тьмы!
Элли-старшая вынула меч Торна из руки бывшей Темной феи, уменьшила его вместе с кинжалом, в котором была магия Кощея, до крошечных размеров и убрала во внутренний карман платья, чтобы потом уничтожить.
— А где сейчас Корина, Стелла и Виллина из вашего мира, — спросила она.
— Не знаю. Кощей сказал, что Корина и Стелла каким-то образом убежали из магически защищенной тюрьмы, хотя были в блокирующих браслетах. Наверно, они готовят восстание, но мне было некогда их искать, поэтому никаких подробностей я не знаю.
— Давайте посмотрим по зеркалу, оно ведь работает в этом мире? — предложил Том-младший.
Элли достала свое карманное всевидящее зеркало и попросила показать Корину. Корина вместе со Стеллой и Виллиной летели на облачке в сторону Изумрудного дворца и уже пролетали над городской стеной. Все три феи смотрели в свое всевидящее зеркало, причем, судя по всему, объектом их наблюдения была компания в Изумрудном дворце. Элли-старшая приветливо помахала им рукой, и они также помахали ей в ответ. Через несколько минут облачко приземлилось на балконе Тронного зала. Элли-старшая, как единственная, кто был близко с ними знаком, вышла из каморки Гудвина первой.
— Будь осторожной, — попросила ее Элли-младшая. — Они ведь могут подумать, что ты это я, а я их злейший враг.
Элли действительно вышла с максимальной осторожностью, готовая отразить любое заклинание, но их опасения оказались напрасными.
— Мы все видели и слышали весь ваш разговор, — сходя с облачка, проговорила Корина. — И очень рады, что все так завершилось.
— Но как вы узнали, что мы здесь?
— Нам повезло. Виллина под серебряным обручем отправилась сегодня шпионить в Изумрудный дворец, и обнаружила связанного Кощея. Подумав, что наша темная Элли вернулась, срочно телепортировалась к нам, и мы стали наблюдать. Поначалу зеркало нашло только тебя спящую, но через некоторое время появилась и наша Элли и не одна, а со всей вашей компанией. Мы, конечно, испугались, подумали, что они все с ней заодно. Принялись внимательно слушать разговор, и быстро все поняли и успокоились. Мы рады, что Элли сама раскаялась, но должны признать, что и сами отчасти виноваты в том, что с ней случилось.
— А как вы смогли сбежать от Кощея, если на вас были блокирующие браслеты? Виллина помогла?
— Нет, Виллина сама была с браслетом и не могла от него освободиться, — вмешалась в разговор Стелла. — Нас освободила Корина, совершив поистине геройский поступок.
Стелла сделала небольшую паузу, и Элли, а также все остальные, вышедшие из каморки немного позже нее, смотрели с большим любопытством.
— Корина отрубила себе кисть руки, чтобы освободиться от браслета и вернуть себе магию. После этого она, применив магию, освободила от браслета меня, и я залечила ее рану и даже смогла вернуть кисть на место. Но так просто это звучит только на первый взгляд. На самом же деле из-за долгого неиспользования магии и от болевого шока, магия вернулась лишь через несколько минут. А за это время Корина потеряла много крови, получила заражение крови (так как это происходило в подвале, и не было даже чистой воды) и чуть не потеряла сознание. Я очень боялась, что она отключится, так и не сняв с меня браслет, и тогда я не смогу ее спасти. Но даже, когда я освободилась от браслета, я смогла лишь остановить кровотечение и замедлить скорость распространения заражения. А окончательно исцелить, и в том числе пришить обратно кисть, я смогла лишь спустя четыре часа в Розовом дворце.
— Я сделала то, что должна была, — скромно отозвалась Корина. — Иначе мы так и сидели бы запертыми в подвале. А так мы смогли и Виллину от браслета освободить, и организовать хоть какое-то сопротивление. Кстати, найти ее оказалось не так легко, даже с помощью зеркала — она прочитала в своей книге о серебряном обруче лисьего короля, добралась до него своим ходом, без телепортации, и уговорила его отдать ей этот обруч. Скрываясь под ним невидимкой, она начала организовывать сопротивление, а мы уже потом к ней присоединились. Правда в итоге воевать не пришлось, но это и к лучшему.
После этих слов Элли неожиданно для всех достала книги Торна и вручила их Корине.
— Корина, я назначаю тебя Хранительницей вашей Волшебной страны. До сих пор у вас не было Хранительницы, а книги великого Торна, находясь у Гудвина, служили лишь его мелким эгоистическим целям. Так не должно продолжаться. Храни их бережно, изучай и используй на благо всей Волшебной страны!
— Ты предлагаешь мне занять место Гудвина???
— Вовсе нет. Если Гудвин захочет вернуться в Волшебную страну, пусть и дальше правит Изумрудным городом и Зеленой страной. Книги Торна ему для этого ни к чему, тем более если ты будешь отвечать за безопасность всей Волшебной страны.
Стелла и Виллина из этой Волшебной страны единодушно поддержали предложение Элли, Элли-младшая вмешиваться не стала, а гости из другого мира — и подавно. Корина горячо поблагодарила подруг за доверие и спрятала книги под ногтем, как это делала Элли-младшая (этот способ хранения бесценных артефактов они придумали вместе с ней еще давно и считали его надежнее, чем хранение в одежде или в кольце).
— Может быть, наконец обсудим дальнейшую судьбу нашей Темной феи? — спросила Ланга, которую мало интересовало, кто будет Хранительницей в другой Волшебной стране, зато не терпелось поскорее вернуться домой и начать наводить порядок в Подземелье.
— Во-первых, она больше не Темная фея, да и вообще не фея, — поправила ее Элли-старшая. — А во-вторых, она уже давно двигалась к Свету, хотя формально все еще и оставалась носительницей Тьмы. И хотя она сделала много зла для обеих Волшебных стран, но она в отличие от Пакира, раскаялась сама. Она уже полностью покорила эту Волшебную страну и была близка к тому, чтобы покорить нашу. Если бы Элли не раскаялась, она могла бы причинить всем во много раз больше зла, поверьте мне, уж я насмотрелась этого в Темной хронологии. И поскольку теперь Элли не представляет ни для кого никакой опасности, я предлагаю не наказывать ее, а позволить жить с мужем и ребенком там, где они решат. Если, конечно, сам Гарри захочет с ней жить, — добавила она тихо.
В зале воцарилась тишина. Первым ее нарушил Страшила.
— Мы дважды прощали Урфина Джюса, и в итоге он исправился. Простили Пакира, и он после этого помог тебе вернуться из этого мира. Думаю, что Элли заслуживает прощения не меньше, чем они.
— Человек, способный побороть в себе Тьму, заслуживает не только прощения, но и уважения, — поддержала его Ланга. — Я это знаю по собственному опыту. Хотя я не убивала Темного мага и не подвергалась такому сильному воздействию Тьмы, но все-таки контактировала с Тьмой достаточно, чтобы понимать, что Элли совершила настоящий подвиг. Уничтожить Тьму в себе намного сложнее, чем уничтожить врага.
Против такой речи в защиту Элли из уст королевы Тьмы возразить было нечего, все присутствовавшие подтвердили свое согласие с предложением Хранительницы. Виновная растрогалась до слез, хотя в глубине души надеялась на такой исход.
— Элли, вы возьмете меня с собой? — обратилась младшая Элли к старшей. — Мне нужно поговорить с Гарри и уже в зависимости от его реакции решать, что делать дальше.
— Только если пообещаешь больше не поить меня усыпительной водой, — пошутила Элли-старшая и по-дружески обняла свою бывшую ученицу.
Больше задерживаться в этом мире не было необходимости, и все гости, а также бывшая Темная фея взялись за руки, и Элли-старшая телепортировала всех в Тронный зал родного Изумрудного дворца. Понимая, какие напряженные отношения могли сформироваться между бывшими друзьями за время правления Темной феи, Элли предложила всем задержаться на день-два в Изумрудном дворце, чтобы иметь возможность пообщаться друг с другом и наладить прежние доверительные отношения. Большинство гостей с радостью приняли приглашение.
* * *
Когда поздно вечером Том и Дарина, наконец, остались одни в комнате, они долго не могли нарушить затянувшееся молчание. Дарина отошла к окну и повернулась к Тому спиной, избегая смотреть ему в глаза. Том тоже не решался заговорить, пока не услышал тихие всхлипывания.
— Дарин, Дарина, ты чего? — он подошел и обнял ее за плечи.
— Я не знаю, что со мной было, — сквозь слезы ответила Дарина. — Как я могла рассориться и с тобой, и со Стеллой, и бросить вас всех на такое долгое время? Я была так одержима идеей восстания, что не замечала больше ничего вокруг. А в итоге все это восстание не имело смысла!
— Скажи честно, ты совсем не скучала по нам? — прямо спросил Том.
— Скучала, конечно, — призналась Дарина.
— Значит, все не так плохо! — жизнерадостно заявил Том. — А ошибки мы все совершали, не стоит себя за них уж слишком винить. Главное, что все хорошо закончилось. И помни, что я всегда буду тебя любить и всегда помогать, даже если в чем-то с тобой не согласен. Я говорил это еще тогда, когда делал тебе предложение, и говорю это до сих пор.
— И в чем же ты помог мне в этот раз? — Дарина уже утирала слезы, хотя все еще немного всхлипывала.
— Я дважды спас тебя от пленения Гарри Поттером, отмотал время назад, дав тебе вторую попытку, — улыбнулся Том.
Дарина ошеломленно смотрела на мужа.
— Ты простоял восемь месяцев с временной книгой у камня Гуррикапа?
— Нет, конечно. Я активировал книгу лишь, когда ты начинала очередное выступление перед людьми, а Гарри бросался тебя ловить.
— А как ты узнавал об этом?
— Дети и несколько надежных человек из придворных круглосуточно следили за тобой по зеркалу. А когда ты скрывалась от зеркала, то переключали его на Поттера, чтобы не пропустить его отправление за тобой.
— Спасибо, Том, — Дарина крепко-крепко обняла мужа и добавила. — Давай прямо сейчас полетим в Розовый дворец. Я хочу поскорее увидеть детей. Думаю, Элли не обидится, если утром обнаружит пустую комнату.
Том согласился, и через минуту розовое облачко вылетело с балкона Изумрудного дворца и направились в Стелларию.
* * *
Разговор Элли и Гарри был намного длиннее и сложнее, чем у Дарины с Томом, но закончился вполне хорошо. Гарри давно догадывался, что с женой что-то происходит (одна свадьба с темным ритуалом чего стоила!), но он видел в ней и хорошие черты, которые не смогла вытеснить Тьма. И хотя такого поворота он, конечно, не ожидал, но в том, что останется с супругой во что бы то ни стало, не сомневался ни секунды.
— А ведь я тоже убил Тома Реддла, только в нашем мире он называл себя Волдемортом, — задумчиво произнес Гарри, когда Элли завершила рассказ. — И в другой хронологии я тоже стал Темным магом, но не раскаялся, и угодил в Азкабан на пожизненное заключение. Так что ты очень сильный человек, Элли. В этой же хронологии от этой страшной участи меня избавила Ланга, не здешняя, а другая — из моей Темной хронологии.
— Все очень запутанно. Но главное, что мы, будучи из разных миров и разных хронологий, нашли друг друга, — и Элли крепко обняла мужа.
В тот же день Элли-старшая переправила их в другую Волшебную страну, так как бывшая Темная фея не захотела жить в одном мире со своим двойником, где их будут всегда путать, а Гарри было совершенно безразлично, где жить. Перед отправлением Хранительница подарила Поттеру новую волшебную палочку взамен палочки Тима, чем несказанно обрадовала как самого Гарри, так и его навсегда потерявшую магию супругу. Теперь Гарри при желании мог трансгрессировать между мирами. Стоя около дома Дровосека, Элли-старшая обратилась к младшей.
— Ты, Элли все-таки большая умница, что смогла признаться во всем, причем перед такой большой аудиторией. А вот я так и не решилась рассказать всем нечто, что скомпрометировало бы меня. Но тебе я хочу это рассказать, чтобы ты не винила себя слишком сильно, ведь я виновата во всем случившемся не меньше тебя.
На Элли уставились две пары изумленных глаз, и она продолжила.
— Все наши правители и волшебницы, которые слушали твое признание, не знали, что Том Реддл это Волдеморт в молодости. Гарри, наверно, тебе это рассказал, но вы оба еще не знаете главного. На твоей Земле нет волшебников в Большом мире. Нет ни Министерства магии, ни Хогвартса, ни Волдеморта, ни Гарри Поттера, ни других волшебников. Ну то есть сами эти люди, может быть, и существуют, но волшебниками не являются. Я это проверила прямо перед тем, как зашла к тебе, когда ты меня усыпила. Возможно, в нашем мире эти волшебники появились от потомков тех, кто сбежал из Мира облаков перед его разрушением и затерялся среди людей (как, например, Стелла). А в вашей Вселенной Мир облаков не был разрушен, и из него никто не переселялся на поверхность Земли. Но это только моя догадка. Главное, что убитый тобой Том Реддл — пришелец из нашего мира, и попал он к вам из-за меня. Я долго думала, как такое могло случиться и остановилась на единственной, на мой взгляд, правдоподобной версии. Волдеморт из исходной хронологии увидел в моем сознании вашу Волшебную страну и в тот же день трангрессировал в нее. Когда он покинул наш мир, магия крестражей сочла его мертвым и активировалась. Второй Волдеморт воплотился в теле Кикимера из медальона Слизерина. В вашем мире первый Волдеморт, по-видимому, тоже оставил крестраж. А когда он вернулся в наш мир, то этот крестраж создал третьего Волдеморта, который почему-то решил вернуть себе старое имя Тома Реддла (возможно из-за того, что здесь ему досталось молодое тело). Первого Волдеморта убил Гарри, но не этот, а другой, оставшийся в Большом мире, второго — Ланга из Темной хронологии. А Том Реддл остался в этом мире, обзавёлся помощницей в лице Беллы, и, по-видимому, как-то заполучил секрет вечной молодости. Спустя много лет он, наконец-то, достиг достаточного могущества и набрал себе достаточное количество Пожирателей смерти, чтобы начать завоевание Волшебной страны. И в этот раз незавидная доля победительницы Темного мага досталась тебе. Кстати то, что ты стала Темной феей доказывает, что больше не осталось ни живых Волдемортов, ни его крестражей. Иначе при его смерти, ты не получила бы его магию и Тьму, как не получил ее в измененной хронологии другой Гарри, оставшийся в Большом мире, который убил первого Волдеморта в битве при Хогвартсе значительно раньше. Как видишь, моя вина в случившемся не меньше твоей, прости меня за то, что ты теперь навсегда осталась без магии.
— Я лишилась магии, зато приобрела лучшего в двух мирах мужа! Только не говори, что твой Аларм лучше, он ужасный зануда.
Две Элли рассмеялись и крепко обнялись на прощание.
Когда Элли, Гарри и Чарли остались втроем (а в этой Волшебной стране в это время была глубокая ночь), они зашли в дом, разбудив Весу и Корину (Дровосек и так не спал, а качал на руках двухмесячную дочь, которую по давнему совету Элли решили назвать Лангой). Всю эту ночь друзья, недавно бывшие врагами, не спали, обсуждая события недавнего прошлого и строили планы на будущее. Утром Корина слетала в Канзас к Гудвину, рассказала ему о восстановлении мира в Волшебной стране и предложила ему вернуться на трон Изумрудного города. Гудвин искренне порадовался за раскаявшуюся Элли, за всю Волшебную страну, но от возвращения без раздумий отказался, и на то были веские причины. Очутившись год назад в Канзасе, он продал оставленные ему Элли изумруды и открыл бакалейную лавочку. Начав торговлю, он обнаружил, что талант к торговле у него значительно больше, чем к управлению страной, и за прошедший год развил свой бизнес и открыл солидный магазин, один из самых популярных в Канзасе. Также он встретил здесь женщину своих лет, много лет вдовствующую, и совсем недавно сделал ей предложение. Сейчас они вовсю готовились к свадьбе. Гудвин выразил уверенность, что народ Зеленой страны выберет себе достойного правителя и посоветовал Корине выдвинуть свою кандидатуру.
На самом деле никаких организованных выборов, конечно же, не получилось. Дин Гиор и Фарамант просто собрали толпу на главной площади Изумрудного города и, когда Корина спустилась туда на облачке, предложили избрать юную фею, которая была готова пожертвовать рукой для спасения Волшебной страны, своей королевой. Народ шумно выразил свое согласие, и Дин Гиор торжественно водрузил на голову Корины корону с изумрудами. Корона была найдена среди сокровищ, скопленных Гудвином, и Корине совершенно не подходила. Однако это никого не смутило, в том числе саму Корину, которая и не собиралась ее регулярно носить.
Корина
пригласила Элли жить в Изумрудном дворце, пообещав, что позаботится о том,
чтобы никто из горожан не вспоминал о ее темном прошлом. Элли с радостью
согласилась, и семья Поттеров поселилась в Изумрудном дворце. Элли в основном
занималась ребенком, а Гарри, уже имеющий опыт преподавания, основал и в этой
стране New-Hogwarts.
По возвращении домой Элли первым же делом попыталась выйти на связь телепатией с дочерью, но Анни не ответила. Элли немного забеспокоилась и хотела сразу отправляться в Большой мир на ее поиски, но пока переправляла семью Поттеров в другой мир, обнаружилось еще несколько срочных дел, так что путешествие за Кругосветные горы пришлось временно отложить. «В конце концов, Анни — сильная волшебница, что с ней там может случиться? — успокаивала себя Элли. — А то, что она не отвечает — это может объясняться разными причинами».
Первым намеченным делом была проверка Беллы на отсутствие в ней Темной магии и уточнение данных ее биографии. Хотя Темная Элли и утверждала, что это просто совпадение имен, Хранительница сочла своим долгом в этом убедиться. Действительно убедилась. Белла не обладала абсолютно никаким магическим потенциалом, а история ее жизни не несла в себе никаких странностей или сюрпризов.
Далее последовало освобождение всех пленников из подвала Изумрудного дворца, залечивание их многочисленных ран и отправка домой на облачках. Особенно трогательной была встреча Элли с Фарамантом, Дином Гиором и, конечно же, Раминой. Мудрая Рамина давно догадалась, что похищениями заправляет настоящая Темная фея, но, как и все пленники, считала, что это Ланга. Пришлось и Рамине, и всем остальным пленникам параллельно с лечением рассказывать о правлении Темной феи.
После небольшого отдыха (лечение магией нескольких десятков человек здорово выматывает!) последовало выступление перед жителями Изумрудного города с подробным объяснением всего произошедшего. Как и ожидала Элли, ее слова не вызвали доверия, но, когда к публике вышли Аларм и только что освобожденные Фарамант и Дин Гиор и подтвердили ее слова, доверие к Хранительнице было полностью восстановлено. Это вызвало небывалый восторг всех горожан, не меньший, чем после первой победы над Пакиром. Люди снова обрели уверенность в завтрашнем дне, заметно ослабевшую за время правления Темной феи.
Элли уже думала, что в Изумрудном городе все срочные проблемы решены, и дальше справятся без нее, как один из горожан поднял вопрос о глиняных великанах. Несмотря на то, что вели они себя крайне спокойно (если не дать им команды, то могли неделями стоять без движения), у жителей города они вызывали беспокойство и даже страх, напоминая им как о правлении Темной феи, так и о временах Корины, которые современному поколению были известны в основном по легендам весьма мрачного содержания. Элли и Аларм сразу предложили их уничтожить, например, утопив в реке. Благо, что монстры не обладали ни малейшим инстинктом самосохранения, и без проблем утопились бы, стоило лишь дать им команду. Но этому воспротивился задержавшийся в Изумрудном городе их сын Том, которому было ужасно жалко уничтожать такие необычные магические создания. Его неожиданно поддержал Страшила, сказав, что раз нашлось в свое время применение дуболомам, то найдется и глиняным монстрам. Хотя они и были весьма медлительны и неуклюжи, но обладали громадной силой, и были абсолютно послушными своей создательнице (новую Элли от старой они, конечно же, не отличали). После недолгих споров было решено отправить их на рудники в Пещеру рудокопов, что значительно облегчило бы их труд и повысило его производительность. Элли связалась мысленно с Дональдом, тот пришел в восторг от такого предложения и пообещал забрать великанов сразу же, как поможет Ланге восстановить порядок в Подземной стране. А пока Элли собрала глиняных солдат, вывела их из города и велела ждать за городской стеной дальнейших указаний.
Не успела Элли закончить разговор с Дональдом, как ее вызвала Ланга и попросила срочно телепортироваться на остров Горн, желательно вместе с Алармом. С ее слов, во время восстания Дарины набралась небольшая группа сторонников Темной Элли, в основном из назначенных ею комендантов и приближенных к ним лиц, которые теперь организовали восстание против вернувшейся Ланги и смогли втянуть в него несколько сотен человек. Элли глубоко вздохнула, но отказать естественно не смогла. Аларм к такой срочности, то есть к необходимости именно телепортации, отнесся спокойно. После месяцев пребывания в заточении и регулярных пыток, боль от телепортации уже не казалась ему чем-то серьезным.
Через пару минут они уже стояли на центральной площади острова Горн и слушали речь предпоследнего коменданта Змеиной крепости, назначенного Элли и смещенного Дариной. Торжественным и немного зловещим тоном он вещал о преступлениях Ланги, которые, несомненно, повторятся, если она снова взойдёт на трон, и о благодеяниях Хранительницы, благодаря которым люди, наконец-то, заняли достойное место в Подземной стране, а каббары были наказаны за многовековое служение Пакиру. О постигших страну экономическом кризисе, голоде и безработице он, разумеется, умолчал. Пришлось Элли повторять все то, что недавно рассказывала жителям Изумрудного города, и выставлять Аларма живым подтверждением этому. Основная часть восставшей толпы отрезвилась уже в начале ее выступления, а небольшой кучке организаторов пришлось смириться и покинуть площадь с позором, так как призывать народ к борьбе за власть Хранительницы, в то время как она сама от этой власти отрекается, было совершенно бессмысленно. Ланга искренне поблагодарила Элли, и она вместе с Алармом телепортировалась обратно в Изумрудный дворец.
Теперь, казалось, можно было отправляться за Анни, но, как назло, Элли, которая весь день провела на голодный желудок, нестерпимо захотелось есть, и Аларм уговорил ее поужинать вместе. За столом прислуживала Фаина, которая в последнее время помимо обязанностей старшей фрейлины исполняла множество других обязанностей (а связано это было с тем, что после того, как другая Элли начала создавать глиняных монстров, из дворца разбежалась большая часть прислуги). И не успела Фаина принести вторые блюда, как в голове у Элли зазвучал голос ее сестры.
«Элли, ты не могла бы ненадолго телепортироваться к нам во дворец?»
«Что случилось? Тебе нужна помощь?»
«Не совсем мне…» — замялась Энни.
«Ладно, буду минут через десять».
Элли наспех доела ужин и телепортировалась в Голубой дворец. Аларма на этот раз брать с собой не стала. В Тронном зале ее ждала Энни, а на небольшом столике стояла клетка, в котором сидела маленькая напуганная мышка с оранжевыми глазами.
— Кто это? — удивилась Элли.
— Это Агнет. Ты же слышала уже, что она взяла меня в заложницы и пыталась захватить власть над Голубой страной, но не знаешь окончания истории. Другая Элли героически спасла меня ценой перелома ноги и других травм, а Агнет превратила в мышь, да еще и вытянула из нее вечную молодость для исцеления своих и моих ран. Я, конечно, понимаю, что Агнет получила по заслугам, но мне всё-таки жаль ее. Ведь она в образе мыши совсем не может жить — ни еды себе добыть не может, ни от опасности скрыться. Целые сутки она просидела в клетке. Один только раз пыталась выйти поискать еды, но чуть не попала в лапы дворцового кота, и после этого отказывается выходить из клетки даже в моем присутствии.
Элли посмотрела на Агнет довольно строго, хотя и с небольшой долей жалости. Агнет еще больше забилась в угол клетки и сжалась в комок.
— А та Элли, значит, отказалась ее расколдовать?
— Она что-то говорила насчет того, что Агнет и сама не захочет превращаться обратно в человека, хотя в этом она, конечно ошибалась.
— Да, я хочу стать обратно человеком. Расколдуй меня… пожалуйста, — невероятно пискливый голос мышки звучал настолько жалобно, что Элли не могла ей отказать. Тем более, что она понимала, насколько тяжело Агнет перебороть свою гордость и попросить что-то у нее.
Элли подошла ближе к клетке, начала бормотать заклинание, но внезапно прервалась и нахмурилась. Закрыла глаза, как будто пыталась что-то почувствовать, постояла несколько секунд.
— Энни, можешь вызвать Рамину? — попросила Элли, открыв глаза и повернувшись к сестре.
— Конечно, — Энни трижды подула в серебряный свисточек, и на полу рядом с ними появилась Рамина в сопровождении трех фрейлин.
Элли подняла Рамину на ладонь, отошла немного в сторону, отгородилась от остальных звуконепроницаемым барьером и обменялась с ней несколькими фразами, периодически бросая в сторону Агнет тревожные взгляды. Затем Элли посадила Рамину на столик, та зашла прямо в клетку к Агнет и принялась ее обнюхивать. Не окажись Агнет в таком беспомощном состоянии, она бы никогда не позволила подобного хамства со стороны мыши, пусть даже и феи. Но сейчас она лишь еще больше сжалась в комочек и брезгливо подергивала усиками. Закончив осмотр и обнюхивание, Рамина снова забралась на ладонь к Элли, и они снова о чем-то долго совещались. Потом обе исчезли, даже не оставив после себя искр, и отсутствовали минут десять. Даже Энни эти минуты показались вечностью, не говоря уже про беднягу Агнет. Энни пыталась сказать своей бывшей противнице что-то утешительное, но та ничего не ответила. Наконец, феи появились снова, и Элли подошла к столику с несколько виноватым видом.
— Что случилось, Элли? — не выдержала Энни. — Ты не можешь ее расколдовать?
— Могу, но ты, Агнет, этого не захочешь, когда узнаешь все нюансы. Та Элли была права. Дело в следующем, — Элли долго подбирала слова. — Когда Стелла вытягивала из тебя при рождении магию, она вытянула не только врожденную способность к магии, но и сделала что-то вроде общей блокировки магии. У моего Тома, кстати, то же самое. Любое заклинание в твоих устах или примененное к тебе не срабатывает, ну или срабатывает очень плохо. Чтобы дать тебе вечную молодость Стелле пришлось давать тебе понюхать аромат белых гвоздик не один раз, как всем, а семь раз с интервалом в сутки. Помнишь, как заболела Алина, и Стелла настояла на том, чтобы прилетать к вам ежедневно в течение недели, якобы, чтобы ее лечить? — Агнет робко кивнула. — Теперь же, когда другая Элли вытянула твою вечную молодость, вернуть ее снова будет еще намного сложнее. Мы были сейчас у Стеллы, она говорит, что потребуется, как минимум месяц, и то Стелла не уверена в успехе. Но у тебя не будет этого месяца. Как только я верну тебе человеческий облик, а вместе с ним и твой реальный биологический возраст, ты сразу умрешь от старости, как это случилось с Кориной. А вернуть тебе вечную молодость в мышином облике и вовсе невозможно, опять же из-за твоих особенностей. Все, что тебе остается, это прожить отмеренный тебе срок в мышином теле.
— И сколько я проживу в мышином облике? — казалось, что Агнет побелела от страха, хотя под шерстью этого увидеть, конечно, было невозможно.
— Учитывая твой текущий биологический возраст в образе мыши — год, если повезёт, то два, — ответила Рамина. — Мало кто из моих подданных живет больше.
— Не смей называть меня своей подданной!
— Как хочешь, я не настаиваю. Но одна в дикой природе ты погибнешь гораздо быстрее. Я же хочу предложить тебе должность своей младшей фрейлины, на которой ты будешь под моей защитой и обеспечена едой. За это место многие мыши готовы перегрызть друг другу глотки. В переносном смысле, конечно.
— Уж лучше я буду жить в клетке у Энни! — гордо заявила Агнет.
— А ты спросила у Энни, готова ли она нянчиться с тобой? Ты вообще-то угрожала ее убить и завладеть ее троном? Твой муж трагически погиб, детям ты не нужна. Подумай, как следует, прежде чем отказываться.
Агнет вопросительно посмотрела на Энни.
— Я думаю, тебе стоит поработать фрейлиной у Рамины, — твердо сказала Энни. — Я, конечно, люблю, когда меня считают доброй. И я терпеть не могла принципы Корины, но сейчас вспоминается ее любимая фраза о том, что нельзя допускать, чтобы тебе садились на шею. А уж Тим и вовсе не будет рад такому домашнему питомцу, как ты.
Агнет разрыдалась от досады на свою беспомощность.
— Я согласна, — выдавила она через минуту.
Рамина попрощалась с Элли и Энни, подошла к Агнет вместе с другими фрейлинами, коснулась ее хвостом, и исчезла.
Элли тоже попрощалась с сестрой, попросила у нее серебряный обруч, чтобы было легче применять магию в Большом мире и не бояться, что кто-то это увидит, и, наконец-то смогла приступить к поискам дочери. Она телепортировалась к Кругосветным горам и неожиданно для себя обнаружила, что уже поздний вечер, и на улице довольно темно. Но откладывать поиски до утра и возвращаться в Изумрудный дворец Элли не стала. Не хватало еще, чтобы утром на нее взвалили еще какие-нибудь срочные дела. Отключив защитную оболочку Волшебной страны, она перенеслась в Канзас к своей старой ферме. Почему-то ей казалось, что Анни должна была дожидаться ее именно там, или хотя бы оставить в старом доме какое-то послание. Но ферма была пуста, никаких следов пребывания человека Элли обнаружить не удалось, сканирование магией тоже ничего не дало. Элли попыталась мысленно связаться с Алисой Селезневой, но та не ответила, скорее всего, еще спала, ведь в Москве сейчас было раннее утро. Тогда Элли решила тоже поспать несколько часов, а после этого отправиться к Алисе, которая вместе со своей семьей были в Большом мире единственными друзьями как для Элли, так и для Анни.
* * *
Элли проспала целых десять часов — значительно больше, чем собиралась. Наскоро умывшись водой из прогнившего колодца (доставать оттуда воду пришлось магией) и даже не позавтракав, Элли связалась с Алисой. Убедившись, что она дома, девушка телепортировалась в Москву в квартиру Гераскиных. Дома оказалась не только Алиса, но и Пашка, и Кора с Аркашей. Все семейство встретило ее несколько холодно и настороженно, так что Элли даже немного растерялась, однако к столу ее пригласили.
— Вы общались с Анни около года назад? — спросила Элли. — Она пропала где-то в Большом мире, и я не могу ее найти.
— А почему она вообще оказалась в Большом мире? — поинтересовался Павел.
Элли рассказала им всю историю, разумеется, в весьма сокращенном виде. К концу рассказа напряжение между ними, с самого начала не дававшее Элли покоя, спало почти до нуля.
— Элли, прости за недоверие. Анни действительно была здесь и предупредила нас, что за твоей внешностью скрывается Темная фея Элли из другого мира. Со слов Анни, сходство настолько хорошее, что даже она сама не сразу заподозрила неладное. А окончательно она в этим убедилась лишь тогда, когда та Элли выгнала Анни из Волшебной страны и перед закрытием оболочки сама раскрыла свою тайну. Мы не хотели ничего рассказывать, если бы ты оказалась Темной феей, но судя по твоему рассказу, и по показаниям детектора лжи, тебе можно верить.
— Вы проверили меня на детекторе лжи? Нет, я, конечно, вас понимаю и не обижаюсь, но когда и как вы это сделали?
— В течение всего разговора. Его датчики вмонтированы во все столовые приборы, которыми ты пользовалась, включая чашку с чаем. Мы же не зря работаем в ИнтерГполе.
Элли тотчас поставила чашку на стол, как будто она представляла опасность, хотя скрывать ей на самом деле было нечего.
— Анни побыла у нас совсем недолго и отправилась в Хогвартс, — продолжила Алиса. — Она надеялась пообщаться там с разными волшебниками и найти какой-нибудь способ проникнуть в Волшебную страну, чтобы организовать войну против Темной феи. Мы тоже искали способ проникнуть в Волшебную страну с помощью науки и техники, но совершенно не преуспели в этом. Анни повезло больше. В библиотеке Хогвартса она нашла дневник некой Люси Певенси. Она не была волшебницей, но в детстве несколько раз бывала в какой-то сказочной стране Нарнии. Одно из путешествий туда произошло через шкаф-портал в древнем поместье на окраине Лондона. В нашем последнем разговоре Анни сообщила, что нашла это поместье и собирается поизучать этот шкаф — вдруг с его помощью можно попасть и в другие волшебные миры, в том числе в вашу страну, — Алиса назвала адрес поместья, показала его на карте на большом экране в стене и даже распечатала фрагмент карты. — С тех пор известий от Анни больше не было. После того разговора с Анни мы с Пашей побывали в этом поместье — оно оказалось заброшенным. Видели шкаф, на вид он совершенно обычный. Спектрограф зарегистрировал какое-то необычное излучение, идущее от него, но науке оно неизвестно. Паша очень хотел залезть в шкаф, но я его удержала. Мы же не дети, чтобы лезть в любое приключение, не думая о последствиях. Больше, к сожалению, ничего не знаем ни о шкафе, ни о судьбе Анни.
— Спасибо за такую ценную информацию! Думаю, Анни пыталась проникнуть в Волшебную страну с помощью шкафа, а попала совершенно не туда, куда хотела. Значит и искать ее нужно с помощью этого шкафа. Кстати, Алиса, ты не окажешь мне услугу? — Элли достала из кармана уменьшенные в размере кинжал и меч, собравшие в себя Темную магию Кощея и второй Элли (она носила их с собой все это время, считая это самым безопасным способом их хранения). — Это нужно отправить на Солнце. Могу я поручить это тебе?
— Конечно, Элли, это не составит для нас большого труда.
— Кстати, Элли, — обратился к ней Аркаша. — Я хотел тебя спросить, как происходит твоя телепортация? Мы недавно поспорили с Корой насчет этого. Я предполагаю, что при телепортации маг переходит в волновую форму и движется со скоростью света, а Кора считает, что телепортация происходит мгновенно. На мой взгляд, такого быть не может, это ненаучно.
— А магия и не должна быть научной! — воскликнула Кора.
— Я не знаю, — растерялась от такого вопроса Элли. — Я просто произношу заклинание и оказываюсь в другом месте. Само перемещение я не чувствую.
— Вот видишь! — обрадовалась Кора.
— Это еще ничего не доказывает, — не сдавался Аркаша. — Если Элли переходит в волновую форму при телепортации, то она и не может ничего чувствовать в это время.
— Обещаю сообщить вам, если когда-нибудь в этом разберусь, — улыбнулась Элли. — Но сейчас, вы сами понимаете, мне немного не до этого.
Элли еще раз поблагодарила хозяев за информацию, за помощь, а также за завтрак и собралась уходить. Вставая с дивана, она облокотилась на большую подушку, которая почему-то оказалась у нее прямо под рукой, и вдруг подушка отпрыгнула в сторону и заверещала что-то на непонятном языке, как будто ее обидели. Элли, конечно, уже в прошлые посещения квартиры Гераскиных привыкла, что у них пылесос самостоятельно убирает квартиру по расписанию, шторки раздвигаются и сдвигаются в зависимости от наружного освещения и многие другие приборы управляются голосом с помощью так называемого голосового помощника Алисы (и ей казалось очень нелепым, что голосового помощника назвали в честь хозяйки квартиры), но подушки, жалующиеся на то, что на них облокотились, показались фее перебором. Зачем же они тогда вообще нужны? Элли испуганно вскочила с дивана, Алиса ойкнула, Кора заулыбалась, Аркаша и Павел прыснули в кулак.
— Элли, извини, мы так привыкли к его присутствию, что забыли тебя о нем предупредить, — попыталась сгладить неловкость Алиса. — Это Дигон, мимикр с планеты Федул. Он может менять свою внешность, как пожелает. А когда спит, а спит он большую часть свободного времени, он обычно принимает форму подушки.
— Он разумный? — уточнила Элли.
— Конечно, я разумный, — встрял в разговор Дигон, который уже слез с дивана и принял облик самой Элли. — Я самый ценный сотрудник ИнтерГпола! Ну, после Аркаши и Коры, конечно, — поправился мимикр, поймав возмущенные взгляды близнецов. — А все благодаря моей находчивости, храбрости, уникальной способности менять внешность, ну и тому, что я крупнее других мимикров. Я размером со взрослого человека, что позволяет мне принимать облик людей в правдоподобном масштабе. Мой дедушка Фуго, который был одним из первым мимикров, перебравшихся с нашей ужасной планеты на Землю, и организовавший миграцию других мимикров, был почти вдвое меньше меня, поэтому мог изображать только ребёнка или щуплого подростка. Помню, он рассказывал, как они изображали взрослого человека вдвоем со своей тетушкой Дариндой, а потом этот человек распался на две части, — Дигон захихикал.
Элли захотелось поближе познакомиться с таким необычным существом, поэтому она позволила себе задержаться еще на пятнадцать минут. Дигон показал ей целую череду перевоплощений, причем сумел очень правдоподобно изобразить даже Страшилу с торчащей из боков соломой и вылезшими из головы иголками и булавками, образ которого Элли транслировала Дигону телепатией. Элли в ответ тоже продемонстрировала свои способности в магии. Во время этого импровизированного двухстороннего представления Гераскины наперебой рассказывали Элли о своих последних заданиях в ИнтерГполе. В ходе разговора Элли поняла, что ей очень повезло, что она попала к ним именно сегодня, так как завтра у всей компании заканчивался отпуск, и они разлетались по заданиям. Алиса с Пашкой — на Брастак примерно на месяц, а Кора, Аркаша и Дигон — на Марс на неопределенный срок. Пообщавшись еще немного, Элли распрощалась с друзьями и телепортировалась в Англию, оставив после себя целый фейерверк зеленых искр, что оказалось самым эффектным магическим трюком за сегодня. На самом деле разноцветные искры не были обязательной составляющей при телепортации, а скорее побочным эффектом, который мог быть или не быть по желанию волшебницы.
* * *
Элли появилась на окраине Лондона недалеко от поместья Малфоев, так как это место ей было знакомо. Дальше пришлось добираться на облачке под серебряным обручем, так как телепортироваться в неизвестное место Элли не могла, даже если видела его на карте. Найти нужное место с помощью карты не составило труда, ведь Элли смотрела на город и его окрестности с высоты, и уже через полчаса она стояла перед шкафом с очень сильным магическим фоном. Элли прислушалась к своим чувствам, попыталась проанализировать магию шкафа. Без сомнения, он предназначался для перемещения между разными мирами, но как конкретно он работает, пока было непонятно. Основная его магия была спрятана внутри, наружу выходили лишь обрывки заклинаний. Элли открыла дверцы шкафа, в нем плотным рядом висели шубы, за которыми ничего не было видно. Но Хранительница чётко чувствовала, что за шубами открывается проход в другой мир. Какой этот мир? Нарния или какой-то другой? Дружелюбный или враждебный? Не заполнен ли он Тьмой, которая лишит ее сил и сделает совершенно беспомощной? Выпустит ли портал ее обратно, когда она захочет вернуться? Да и там ли Анни? На секунду Элли засомневалась, если не сказать «испугалась». Но в следующее мгновение фея устыдилась накатившего на нее страха и смело шагнула в шкаф. Дверцы за ее спиной захлопнулись и стало темно. Элли на ощупь раздвинула руками шубы и шагнула вглубь шкафа. Но на первом же шаге споткнулась, упала и больно ударилась головой.
Когда Элли очнулась, она увидела, что находится в фургоне, том самом, что уже дважды принес ее в Волшебную страну. «Удивительно, посещение каждого нового мира начинается именно с этого фургона, — подумала девушка. — Но как он оказался в Нарнии? То, что я читала про Нарнию, с этим фургоном никак не должно быть связано». Элли огляделась. В убранстве фургона сочетались два совершенно непохожих стиля. Здесь сохранилось почти все, что было в нем в эллином детстве — кровати, стол, посуда, даже железная печка. И в то же время одна из кроватей, та, что когда-то принадлежала самой Элли, была застелена шикарным постельным бельем, над ней был подвешен не менее шикарный балдахин. Рядом с кроватью стоял небольшой изящный столик с набором письменных принадлежностей и другими мелкими девчачьими вещицами. Все это было выдержано в том же дорогом стиле с преобладанием изумрудного цвета. Удивленная девушка выглянула в окно и поразилась еще больше. Фургон не летел по воздуху, как она ожидала, а стоял за троном в Тронном зале Изумрудного дворца. Тронный зал немного отличался от того, где она жила, и того, где она проспала последние месяцы. По всей видимости, это был еще один параллельный мир.
Недалеко от трона стояло несколько мягких кресел. В двух из них сидели юноша и девочка, смотрели что-то в волшебном ящике, очень похожим на тот, что Стелла когда-то дарила Страшиле (Элли знала его только по описанию сестры), и кого-то обсуждали. Лиц говоривших Элли не видела, так как они сидели к ней спиной, зато видела изображение на экране. Там была видна ее родная ферма и сама Элли, работающая в небольшом саду около дома.
— Ты уверен, что хочешь этого? — спрашивала девочка. Голос Элли показался знакомым, но кому он принадлежит, вспомнить она не могла.
— Да, я только о ней и думаю. Я не могу жить без нее. Если она откажется переселяться в Волшебную страну, я сам останусь в Канзасе. — Элли узнала голос Аларма и на глаза предательски навернулись слезы умиления, ведь он, без сомнения, говорил о ней, точнее о ее двойнике из этого мира.
— А если ты будешь нужен Волшебной стране?
— Тогда ты позовешь нас на помощь, и мы вместе с Элли придем тебе на выручку!
— Я рада, что ты наконец-то, решился. Надеюсь, Элли ответит тебе взаимностью. С телепортацией, сам понимаешь, помочь не могу, поэтому полетим вместе на Ойххо.
— Вместе?
— А ты думаешь, я упущу случай повидаться с лучшей подругой и Хранительницей моих регалий?
Элли было неудобно от того, что она подслушивает чужой разговор, да еще и такого личного характера, но она никак не могла поймать момент, чтобы дать о себе знать. После последней фразы девушки в разговоре на несколько секунд повисла пауза, и Элли осторожно покашляла. Парень с девочкой резко обернулись, и Элли узнала девочку.
— Озма?!
— Элли?!
Озма с Алармом обернулись к волшебному ящику, в нем Элли по-прежнему возилась с цветами в саду.
— Что это значит? — удивился Аларм.
— Кажется, я знаю, — сказала Озма. — Ты Элли из другого хронопотока. Хотя нет, тогда ты должна была вселиться в нашу Элли…
— Если ты называешь хронопотоком другую хронологию, то я не из другой хронологии. Хотя я много путешествовала по другим хронологиям и ни разу при этом не вселялась в саму себя. Но сейчас я попала к вам из параллельного мира.
Повисла небольшая пауза, Озма к такому ответу оказалась не готова, Аларм и подавно. Поэтому Элли продолжила.
— Правда я хотела попасть в Нарнию, но почему-то попала в страну Оз.
— Оз?
— Ну ты ведь Озма?
— Да.
— Ты же правишь страной Оз?
— Называть страну в честь себя — это не в моем стиле. Мы называем свою страну просто Волшебной страной.
— А ты знакома с Дороти Гейл, Бетси Боббин, Трот, Тыквоголовым Джеком, Глиндой?
— Впервые слышу, — удивилась Озма.
— Значит, это действительно не страна Оз… Хотя да, ведь Элли и Аларм и не должны быть в стране Оз, так что все сходится.
— Аларм? — юноша недовольно нахмурился. — В нашей стране даже Энни коверкала мое имя всего несколько дней, а за Элли такого и вовсе не водилось.
— А как же тебя зовут? — удивилась Элли.
— Аврал, конечно!
— Прости, Аврал, я не хотела коверкать твое имя. Просто моего мужа — твою точную копию, только постарше, зовут Аларм.
— Вы женаты? — у Аврала немного порозовели уши, на что Озма еле удержалась от смешка.
— Да, уже больше ста лет. Наш мир во многом похож на ваш, но опережает его по времени примерно на век.
— Вы вечно юные? — удивилась Озма. — У нас этим обладают только я и Стелла.
— Наша Стелла поделилась вечной юностью с несколькими правителями, родственниками и друзьями. Я ведь близкая подруга Стеллы, фея и Хранительница Волшебной страны. Какое-то время правила Изумрудным городом, но потом передала Изумрудный город и Зеленую страну своей дочери Анни.
— У вас и дети есть? — вопрос Аврала звучал немного наивно.
— А как ты думаешь? Они же сто лет уже вместе, — съехидничала Озма. — Наверняка, и внуки есть, и правнуки.
— Правнуков пока нет, — улыбнулась Элли. — А внуков и внучек целых пять.
— Получается, ты правишь всей Волшебной страной вместо меня, — задумчиво протянула Озма. — Значит, Озму у вас не расколдовали? А Урфин Джюс у вас есть? Он еще жив?
— Урфин Джюс давно умер, но при чем тут он? — удивилась Элли.
— Урфин Джюс был заколдованной Озмой, — вздохнула девочка. — Выходит, в вашем мире про Озму так никто и не узнал. Подожди, а как же ты меня узнала?
— Получается, наши миры отличаются довольно сильно. Наш Урфин Джюс точно не мог быть Озмой. Потому что Озма родилась десять тысяч лет назад в Мире Облаков, создала с другими феями страну Оз, а потом оказалась запертой в ней. А Волшебную страну Торн создал чуть позже, отчасти по образцу страны Оз. Лишь несколько десятилетий назад Анни удалось там побывать, и мы узнали историю Озмы. Кстати, нашу Озму тоже однажды заколдовали и превратили в мальчика с потерей памяти, а потом расколдовали. Только мальчика звали Тип, и происходило это все в стране Оз.
— Да, отличий и правда очень много, — подвела итог Озма. — И я бы с удовольствием выслушала историю твоего мира более подробно, и рассказала бы свою. Но ведь ты не для этого здесь? Как ты сюда попала и зачем?
— Я переместилась через магический шкаф, позволяющий перемещаться между мирами. Много лет назад четверо детей попали через него в некую чудесную страну Нарнию и смогли через него же вернуться. А чуть меньше года назад моя дочь Анни оказалась в Большом мире и нашла этот шкаф. Скорее всего она воспользовалась им. Я была уверена, что она попала в Нарнию, и что я тоже окажусь там, если пройду через шкаф. Но, видимо, портал в шкафе перемещает в самые разные миры. Почему я оказалась именно здесь, и куда он забросил Анни, я не знаю. Озма, ты не знаешь, не появлялась ли с вашей стране молодая, но довольно сильная волшебница примерно год назад?
— Я ничего не знаю об этом, — с сожалением произнесла Озма. — Может она скрывается? С ней можно как-то выйти на связь?
— Конечно! Я совсем забыла про это. Сейчас попробую связаться с ней телепатией. Если она на этой Земле, то она должна ответить.
— Ты можешь связаться телепатией с любым человеком на Земле? — удивился Аврал.
— Не с любым. Только со знакомыми.
Элли закрыла глаза и несколько минут пыталась связаться с Анни, однако не получила никакого ответа.
— Вероятнее всего, ее здесь нет, — вздохнула она.
— А что если шкаф-портал сломан? — воодушевленно начала Озма. — И перебрасывает каждый раз в случайно попавшийся мир. Ты не проверяла сплетение магических нитей на портале? Не было ли оно повреждено?
— Нет, — растерянно ответила Элли, — не проверяла.
— Ты же понимаешь, о чем я говорю? Ты умеешь видеть магические заклинания в виде паутины белых или прозрачных нитей? Это должна уметь любая Светлая фея.
— Наверно, умею, — неуверенно произнесла Хранительница. — Если очень сосредоточиться. Обычно я этого не делаю, так как магия в нашей стране работает довольно стабильно. Но много лет назад после войны с Темным магом Пакиром магическое поле Волшебной страны было немного подпорчено, волшебство начало постепенно исчезать. Тогда я действительно смогла сосредоточиться, разглядеть эти нити, и даже починить их. Если же выходит из строя какой-то магический артефакт, то я просто разрушаю полностью его заклинание и накладываю новое.
— А как ты полностью разрушаешь заклинание?
— Главным заклинанием Торна.
— А, точно, у нас оно называется главным заклинанием Гуррикапа. Но я привыкла всегда чинить магические нити, а не разрушать их. В случае со шкафом, думаю, лучше починить, чем разрушать.
— Да, конечно, у этого портала очень сложная магия, завязанная на другие миры, о существовании которых мы даже не знаем. Если ее уничтожить, воссоздать ее будет невозможно. А как часто ты имеешь дело с магическими нитями?
— Ну, несколько раз в год приходится что-нибудь чинить или усовершенствовать, — Озма уже предвкушала, что Элли попросит ее о помощи, и оказалась права.
— А ты не могла бы помочь мне с этим разобраться?
Озма чуть не запрыгала от радости. Когда еще удастся побывать в параллельном мире, да еще и поработать в паре с другой могущественной феей над починкой сложного межмирового портала.
— Ты еще спрашиваешь! Конечно помогу. Как мы туда попадем? Проход через мой фургон еще открыт?
— Не знаю, давай проверим.
— Можно и мне с вами? — попросил Аврал. — Я буду вас защищать.
Озма прыснула от смеха.
— От кого ты будешь защищать двух могущественных фей в стране, в которая одна из них — правительница, а вторая — почетная гостья?
— Мало ли куда вы попадёте через этот портал? Может там ваша магия не будет работать? А мой меч слушается меня везде.
— А ведь Аврал прав, — неожиданно согласилась с ним Элли. — Мне случалось попадать в хронологию, где моя магия была заблокирована, я еле выбралась оттуда. Думаю, Аврал нам ничем не помешает.
— На самом деле, и я в подобной ситуации бывала, — признала Озма. — В другом хронопотоке.
Озма оставила записку на столике рядом с волшебным ящиком на случай, если задержится в другом мире, и все трое зашли в фургон. Обошли всю площадь внутри фургона, но ничего так и не произошло.
— Видимо портал закрылся. Выходит, ты тут застряла, — сочувственно произнесла Озма.
— Вовсе нет. Просто телепортируемся в мой мир. Для вас, особенно для Аврала, это будет немного болезненно, — сразу предупредила Элли.
Предупреждение, конечно же, никого не остановило, и уже через несколько секунд они были в заброшенном поместье рядом со шкафом. Озма, будучи феей, перенесла телепортацию терпимо, а Аврал согнулся от боли, но быстро пришел в себя.
Озма осмотрела шкаф снаружи, потом открыла дверцы и заглянула внутрь.
— Ты видишь это?
Элли напряженно всматривалась и анализировала магию шкафа. Она чувствовала, что заклинания работают неправильно, но что именно не так — понять не могла. Было острое желание стереть все заклинания и наложить новые. И хотя заклинания телепортации между мирами были ей по силам, но только между теми мирами, которые ей уже известны. Но Анни ни в одном из них, скорее всего, нет, ведь создатель этого портала знал, по-видимому, гораздо больше магических миров.
— Что я должна видеть?
— Магические нити, — Озма достала из кармана платья небольшой бриллиант. — Посмотри через него.
Элли посмотрела на шкаф через бриллиант и отчетливо увидела, что вся поверхность шкафа опутана прозрачными магическими нитями. Внутри была целая паутина, наружу выходили лишь некоторые из них. Часть нитей была порвана, а некоторые перепутаны, как будто через них кто-то продирался силой (хотя они, конечно, должны пропускать через себя любое вещество). Элли убрала от глаз бриллиант и поняла, что может видеть нити и невооружённым глазом, главное — понимать, что нужно увидеть. Когда-то давно Элли смогла разглядеть и починить аналогичные нити, пронизывающие всю Волшебную страну, но тогда она не знала о свойстве бриллианта и потратила на это гораздо больше времени и сил.
Элли и Озма принялись восстанавливать поврежденные участки нитей. Некоторые из них повиновались одному взгляду, другие приходилось соединять руками. Примерно за полчаса удалось восстановить все хитросплетения нитей, как внутри, так и снаружи шкафа, но оставалось самое сложное — те участки нитей, которые проходили насквозь через дверцы шкафа. Чтобы восстановить их, нужно было закрыть дверцы и подвести два участка каждой нити к одной точке дверцы снаружи и изнутри одновременно, и только тогда соединить их магическим импульсом. Озма вызвалась поработать внутри шкафа, и Элли, не подумав о возможных последствиях, согласилась остаться снаружи. И вот тут возникли проблемы. Чтобы, не видя друг друга, подвести нити к одной точке, было необходимо чувствовать магию друг друга, но магия Озмы и Элли были слишком разные. Промучившись минут пятнадцать, потратив на это намного больше сил, чем за предыдущие полчаса, они так и не смогли соединить ни одной нити. Закончилось все тем, что Озма потеряла от напряжения сознание и рухнула куда-то вглубь шкафа. Перепуганная Элли открыла дверцы и обнаружила, что Озмы в шкафу нет.
— Элли, где Озма? — вскричал Аврал, до сих пор не издавший ни одного звука, чтобы не мешать волшебницам.
— Видимо, в каком-то из магических миров, — произнесла побледневшая Элли.
— Она же не сможет вернуться, она не умеет телепортироваться, как ты! — Аврал уже собрался лезть в портал, но Элли остановила его.
— Жди здесь! — приказала она, вошла в шкаф и закрыла дверцы.
Элли сделала шаг вглубь, протиснулась сквозь шубы и… уперлась в заднюю стенку шкафа. Портал не сработал. Элли ткнулась влево и вправо, но также лишь уперлась в боковые стенки. Открыв дверцы, девушка вышла обратно и развела руками.
— Портал меня вообще никуда не отправил, и я понятия не имею, где сейчас Озма.
— И что же делать? — взволнованно спросил Аврал.
— Для начала телепортируемся в ваш мир, вдруг Озму выкинуло именно туда.
На этот раз Аврал перенес телепортацию чуть менее болезненно, но все равно еле устоял на ногах. Элли огляделась, но Тронный зал был пуст.
— Еще одна фея потерялась из-за этого портала, — с горечью произнесла Элли. — Похоже, единственный способ найти Анни и Озму — починить шкаф. Насколько я поняла, в исправном виде портал должен перемещать по требованию путешественника, а не случайным образом, а также запоминать историю перемещений.
— И как же ты собираешься сделать это без Озмы, если с ней не смогла? В нашей Волшебной стране Озма самая могущественная фея.
— Дело не в могуществе, а в нашей с ней несовместимости… Будь со мной в паре моя дочь, мы бы точно справились.
Оба замолчали.
— А ваша Элли не фея случайно? — внезапно осенило Элли.
— Нет. Хотя она Хранительница регалий Озмы и что-то вроде латентной феи, хотя я не до конца понимаю, что это значит.
— Это значит, у нее есть магический потенциал, но не развит. И при этом она моя копия. Может, это даже лучше. Я могла бы просто отражать свою магию от нее, как от зеркала, а ей почти ничего не пришлось бы делать.
— Ты хочешь отправить нашу Элли в этот портал?! — закричал Аврал. Было видно, что об Элли он беспокоится гораздо больше, чем об Озме, и не только потому, что она не фея.
— Нет, еще раз эту ошибку я не совершу. В шкафу буду я сама, а Элли останется снаружи. Под твоей охраной.
Аврал немного успокоился и уже через минуту они были в Канзасе и объясняли удивленной девушке, откуда взялась вторая Элли, и что от нее требуется, чтобы спасти Озму. Элли, конечно, не очень поняла, как она, не умея колдовать, будет участвовать в починке такого мощного магического объекта, как межмировой портал, но согласилась, не раздумывая ни секунды. Родителей и Энни на ферме не было, они отлучились в ближайший городок, поэтому Элли оставила им записку, и все трое телепортировались к злополучному шкафу. Элли, которая-не-фея, на удивление легко перенесла телепортацию, почти как настоящая волшебница, разве, что немного закружилась голова.
Элли, которая-фея, дала последние наставления своей младшей копии и скрылась в шкафу. На этот раз дело пошло гораздо лучше. Элли-младшая закрыла глаза и постаралась ни о чем не думать. Элли-старшая установила с ней телепатический контакт и начала подводить первую нить к дверце шкафа со своей стороны. Затем, придерживая ее в нужном положении, мысленно подала через вторую Элли команду другой половине нити и подведя ее к нужному месту снаружи, соединила магическим импульсом с ее внутренней частью. Воодушевленная успехом взялась за вторую нить. На третьей нити Элли-младшая уже сама сообразила, как это делается, и стала помогать старшей напарнице. Последние свои половинки нитей Элли, которая-была-не-фея, уже уверенно подводила сама точно к нужному месту, так что старшей Элли оставалось лишь подвести свою часть и соединить.
Когда последняя нить была восстановлена, пространство внутри шкафа внезапно преобразилось. Исчезли бесполезные шубы, стены разъехались в разные стороны, расширив пространство в несколько раз, со всех сторон заструился неяркий желто-голубоватый цвет, который осветил стены и двери, выполненные в стиле древнего замка. Напротив дверей появился прямоугольный непрозрачный портал, светящийся всеми цветами радуги. Приятный мужской голос негромко, но отчетливо произнес:
— Добро пожаловать в шкаф-портал Гуррикапа. Спасибо, что починили меня.
— Я тоже рада, что мы смогли Вас починить. А Вас изобрел сам Гуррикап?
— Не совсем. Он изобрел заклинания для перемещения между мирами, которые являются моей магической основой. Сам шкаф изготовил намного позже Дигори Кёрк, а сеть заклинаний на него наложил Аслан, чтобы дети Певенси смогли попасть в Нарнию.
— А как оказалось, что паутина заклинаний была так сильно испорчена? — поинтересовалась Элли.
— О! Это печальная история, — грустно ответил голос. Видимо, он не был лишен эмоций. — Его испортило Лихо Одноглазое. Однажды, когда в поместье никого не было, появилось это странное существо неопределенного пола, за которым гналось несколько волков под руководством бабы Яги в летающей ступе и мальчика, которого она называла Митей. Они планомерно и целенаправленно загоняли его в шкаф. Лихо отчаянно сопротивлялось, но все пути отступления были отрезаны. Когда Лихо было загнано в шкаф, мальчик заскочил следом и попросил открыть портал в мир, где Лихо никому не смогло бы навредить. Я открыл портал в мир, давно разрушенный Черным пламенем, где смогли выжить только злобные джинны. Митя втолкнул Лихо в портал, вывихнув, кажется, при этом руку, и… больше я ничего не помню. Только сейчас я как будто проснулся от долгого сна и снова чувствую себя живым.
— То есть Вы не помните, кто и когда перемещался через портал, пока он был испорчен? — у Элли чуть не выступили слезы на глазах. — Ведь портал не был испорчен полностью, он по-прежнему перемещал между мирами, только делал это в каком-то хаотичном режиме.
Голос помолчал несколько секунд и неожиданно произнес.
— Оказывается, помню. То есть я не помню, как это происходило, но история перемещений у меня записана.
Элли облегченно вздохнула и подумала, что надо максимально осторожно пользоваться порталом, и все перемещения держать под строгим контролем. Не хватало еще случайно открыть проход в мир джиннов и Одноглазого Лиха или какой-нибудь подобный. Вот выручит Озму и Анни, и больше никаких перемещений по неизвестным мирам.
— Так куда желаете отправиться? — напомнил о себе голос портала.
— Можно ли попасть в тот мир, куда около часа назад, отправилась принцесса Озма? И еще подскажите, насколько он опасный?
— Конечно, можно. По имеющимся у меня сведениям — совершенно безопасный. Желаете ли оставить портал открытым до возвращения или закрыть сразу после перехода?
— Лучше оставить открытым.
— Пожалуйста, проходите в радужные врата.
Элли шагнула в разноцветный прямоугольник в максимальном собранном и напряженном состоянии, готовая при необходимости отразить любую атаку, и… оказалась на опушке живописного леса. Вдалеке за ручейком был виден небольшой городок. А в пяти метрах от портала на яблоне сидела Озма и собирала в подол своего парадного платья яблоки.
— Озма, ты в порядке? — немного расслабившись, окрикнула ее Элли.
— Да, — Озма радостно помахала ей рукой. — Присоединяйся! Где еще ты сможешь полазать по яблоне, не рискуя быть замеченной своими подданными? Только не задави местных жителей! — Озма показала рукой куда-то вниз.
Элли поглядела под ноги и ахнула. На земле копошились маленькие человечки, даже меньше гномов Арахны, размером примерно с небольшой огурец. Двое из них в кожаных куртках, очках и шлемах везли на крошечном автомобиле яблоко из кучи под деревом (очевидно, эти яблоки им нарвала Озма) в сторону моста. Еще несколько коротышек стояли около кучи в ожидании возвращения автомобиля, чтобы погрузить следующее яблоко. Один из них, одетый в оранжевую рубашку, желтые штаны, зелёный галстук и с голубой шляпой на голове, активно суетился, по-видимому, изображая из себя главного, хотя остальные явно не собирались его слушаться. Элли оглянулась в сторону городка за ручьем и поняла, что на самом деле он расположен не так далеко, как она подумала вначале, а просто все дома в этом городе крошечные, как и сами его жители.
— Слезай уже, я прибыла за тобой. Там Аврал с вашей Элли за тебя волнуются, — Элли не была в восторге от идеи посидеть в королевском платье на дереве. Хотя она и была вечной юной, но не ребенком, и к тому же прожила до этого полноценную человеческую жизнь, включая старость.
— Значит, вы починили портал? — спросила Озма, спрыгнув с яблони и осторожно высыпая яблоки из подола в кучу.
— Да, мне помогла ваша Элли. Из нее получилась бы хорошая фея, если ее обучать. Ты уже познакомилась с обитателями этого мира? Представишь меня им?
— Мы говорим на разных языках, — вздохнула Озма. — В этом мире нет никакой магии, в том числе той, что позволяет понимать любые языки. А сама я такой магией не владею. Но хоть мы и не смогли познакомиться, мне удалось помочь им со сбором яблок. Поначалу они, конечно, меня испугались, но я быстро убедила их, что я добрая, — улыбнулась Озма. — Хотела помочь им магией, но потом решила не смущать их. Для этих коротышек появления великана — уже невероятное событие, а уж магия и вовсе повергла бы их в шок.
Элли нагнулась, чтобы получше рассмотреть коротышек и постаралась изобразить на лице максимальную доброжелательность. Они сперва робко, а потом все увереннее стали приближаться, о чем-то переговариваясь.
— Мне кажется, они говорят по-русски, — задумчиво произнесла Элли. — Я не владею этим языком, но во времена работы в колледже в Большом мире слышала речь русских мигрантов.
Элли вежливо поприветствовала коротышек на родном английском и понаблюдала за ними ещё несколько минут. На прощание Элли вытащила из кармана платья большую шоколадную конфету размером с коротышку и оставила им в подарок. Конечно, Элли не носила в кармане конфеты, а создала ее магией, но коротышки этого не видели и заподозрить ничего не могли. После этого две феи скрылись в разноцветном портале, который схлопнулся сразу за ними.
Аврал и Элли-младшая радостно приветствовали найденную Озму. Элли-старшая осмотрела шкаф. Снаружи он совершенно не изменился, был все таким же старым и потертым, видимо, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Элли на всякий случай сопроводила новых друзей в их мир, чтобы убедиться, что их не забросит неизвестно куда, но портал и в этот раз сработал безукоризненно. Озма на прощание пригласила Элли наведываться в гости, и Элли вернулась в заброшенное английское поместье.
Чтобы не оставлять отремонтированный портал без присмотра, Элли решила переправить его в Изумрудный город. Создав большое и крепкое облачко, она левитацией подняла на него шкаф и полетела в Волшебную страну. Добравшись домой, Элли установила шкаф-портал в Тронном зале Изумрудного дворца и попросила Аларма охранять шкаф, пока она будет искать Анни. На будущее она решила поставить у шкафа регулярную охрану из нескольких дуболомов и двух-трех гвардейцев-марранов, когда те вернутся на службу в Изумрудный город, а также поставить магическую защиту на дверцы.
Элли зашла в шкаф и закрыла за собой двери.
— Куда изволите отправиться?
— Туда, куда попала волшебница Анни примерно год назад, — с замиранием сердца произнесла Элли и подумала: «А что если в памяти портала не сохраняются столь давние перемещения?»
Но ее опасения были напрасными.
— Оставить портал открытым до Вашего возвращения?
— Нет, закрой его за мной, неизвестно сколько времени займут там поиски Анни, — ответила Элли.
— В таком случае, запомните заклинание-пароль, которое поможет Вам снова открыть портал на том же месте, когда захотите вернуться, — на стене большими красными буквами высветились два слова на непонятном языке (а может это были просто случайные наборы букв, но, к счастью, легко запоминающиеся). — Но помните, что этот пароль работает только один раз. При Вашем следующем путешествии пароль будет другим.
Элли на всякий случай запомнила пароль, хотя не сомневалась, что сможет вернуться телепортацией, и шагнула в портал.
Как только Элли вышла из портала, цветной прямоугольник за ее спиной исчез. Девушка огляделась. Вокруг был не очень густой и довольно дружелюбный лес, похожий на леса Волшебной страны. Единственной странностью был стоящий невдалеке фонарный столб с настоящей электрической лампой, к которому не подходило никаких проводов. Было светло, лампа в фонаре не горела, и было непонятно, загорится ли она благодаря какой-то магии ночью, или нет.
Пройдя немного и выйдя на опушку леса, Элли увидела вдалеке красивый дворец. В самом дворце и его окрестностях наверняка должны быть люди, но прежде, чем телепортироваться туда, Элли решила найти хоть кого-то разумного и расспросить об этой стране и об Анни. Она направилась пешком в сторону дворца и через некоторое время увидела в скале небольшую дверь. Элли постучалась, и спустя несколько секунд дверь отворилась. На пороге стояло странное существо, похожее на человека, но с копытами вместо стоп, как у козла. В лице существа тоже прослеживались козлиные черты, хотя человеческого в нем, без сомнения, было больше.
— Здравствуйте. Я прилетела в вашу страну издалека, — начала Элли. — Я ищу свою дочь фею Анни. Она попала в эту страну около года назад. Вы что-нибудь знаете о ней?
Фавн (о том, что существо называется фавном Элли узнала позже) мелко задрожал при упоминании Анни и чуть не упал в обморок. Однако быстро совладал с собой и ответил.
— Кто же не знает Анни? Она с незапамятных времен строго, но справедливо правит Нарнией, так что мир и спокойствие не покидают нашу страну.
Что-то в его ответе показалось Элли подозрительным, но радость и удивление не позволили ей задержаться на этой мысли.
— Анни — ваша правительница? — воскликнула Элли, а про себя подумала «когда же она успела прийти к власти? Уж не захватила ли ее силой? Недаром, это существо так испугалось при ее упоминании».
— Конечно! Ведь она человек и к тому же волшебница. Никто лучше нее не правил Нарнией за всю ее историю.
— А почему Вы особенно упомянули, что она человек? Разве в вашей стране мало людей?
— Да, в Нарнии почти нет людей. В Тархистане и Тельмаре всегда жили люди, но от них Нарния получала лишь беды и гонения, особенно в те периоды, когда у нас не было правителя-человека. Магические существа, населяющие Нарнию, не способны к самоуправлению. Но в те годы, когда нами правили короли Певенси, король Каспиан и другие люди, Нарния жила спокойно и счастливо. А королева Анни превзошла их всех. За время ее правления не было ни одной войны с соседними государствами, да и в самой Нарнии царят порядок и процветание.
Чем больше Элли слушала фавна, тем меньше ей верилось в то, что он рассказывал, однако она всё-таки решила уточнить.
— А живет королева Анни в том дворце, что был виден с опушки леса?
— Да, конечно! Где же еще жить королеве?
Элли поблагодарила хозяина, отметив про себя, что в дом он ее не пригласил, выглядел испуганным и вообще вел себя немного странно. Поэтому Элли решила пройтись еще немного пешком и поискать кого-нибудь еще, чтобы сверить полученную информацию.
Через пару километров ей повстречалась группа подростков с человеческой головой, руками и верхней половиной туловища, которая плавно переходила в лошадиный круп с четырьмя мощными ногами, заканчивающимися копытами. С мифологией Элли была немного знакома, поэтому безошибочно узнала в них кентавров. Они играли на небольшой полянке и не обратили на Элли внимания, пока она сама не заговорила с ними. Молодые кентавры в отличие от фавна ее совсем не испугались, на вопросы отвечали охотно и в целом подтвердили все, что Элли узнала перед этим.
Обрадованная и успокоенная Элли решила больше не тратить время впустую, дошла до ближайшей возвышенности, откуда был виден королевский замок, и телепортировалась на самую высокую башню. В следующее мгновение она почувствовала острую боль во всем теле, от которой помутнело в глазах. А еще через секунду ее тело было сковано заклинанием, на нее кто-то набросился и попытался снять с пальца кольцо Торна. И когда кольцо уже соскальзывало с пальца, Элли из последних сил сосредоточилась, сняла с себя парализованность главным заклинанием Торна и мощным магическим импульсом отбросила противника в другой конец просторного зала. Кольцо покатилось по полу, но Элли бросилась за ним, схватила, надела на палец и поставила вокруг себя магический щит. Только после этого девушка встала и огляделась. Ее противником оказалась ее родная дочь!
— Анни! Ты зачем напала на меня? — Элли не верила своим глазам.
— А откуда мне знать, кто ты на самом деле — моя мать или ее темный двойник из другого мира? — проворчала Анни, поднимаясь с пола и залечивая себе магией ушибы. Вид у нее был крайне настороженный. За дверью были слышны звуки, словно кто-то хотел прийти на помощь, но не решался открыть дверь королевских покоев без приказа. — Но кто бы ты ни была, ты меня победила, хотя моя ловушка сработала, как и должна была.
— Анни, это я — твоя настоящая мама! Вторая Элли разоблачила себя и уже больше не является Темной феей, да и вообще феей.
— И как ты мне это докажешь? Вы абсолютно идентичны по внешнему виду, и у Темной Элли все воспоминания моей мамы. Конечно, я тогда догадалась, что что-то не так, но только по поведению. А за столько лет поведение можно научиться копировать.
— Темная Элли получила мои воспоминания лишь за последние несколько лет, а о более ранних событиях знала только из моих рассказов. Спроси у меня все, что угодно про свое детство, я отвечу на любой вопрос.
— Но откуда мне знать, что ты говоришь правду? Вдруг ты завладела всеми ее воспоминаниями, а сейчас просто обманываешь меня.
Элли молчала. Ситуация казалась тупиковой. Анни смотрела на Элли напряженно, ожидая возможного нападения, хотя и понимала, что в честном бою у нее нет шансов. Даже тщательно проработанный план с перенаправлением телепортации из любой точки дворца в точку, где в этот момент находится сама Анни, обеспечивающий ей внезапность нападения, и то не сработал. Наконец, Элли приняла решение. Она сняла кольцо Торна, вызвала из него третью книгу Торна и протянула ее Анни.
— Возьми. С главным заклинанием Торна ты сможешь не бояться меня. Я отдаю ее тебе навсегда. Надеюсь, это убедит тебя, что я не Темная фея и не желаю тебе зла.
Анни недоверчиво протянула руку и взяла третью книгу Торна. Открыла, прочитала заклинание. Недоверие и напряженность сошли с ее лица.
— Ты и вправду моя мама! — Анни обняла мать и чуть не расплакалась. — Но как ты одолела Темную Элли?
— Я же уже сказала, ее никто не одолел, она сама раскаялась, разоблачила себя перед всеми и попросила лишить ее магии. А я вообще проспала волшебным сном все ее правление.
— Разве такое бывает с Темными магами?
— Я тоже думала, что не бывает. Но Элли смогла. В отличие от Пакира, от которого сбежала его возлюбленная Стелла, у Элли все сложилось иначе. Она вышла замуж за Гарри Поттера и родила сына. Это и стало тем, что помогло ей окончательно решиться на свое разоблачение.
— Жаль, что этого не произошло раньше, — вздохнула Анни.
— Куда уж раньше? — удивилась Элли, но тут же перевела разговор на другую тему. — Расскажи, как ты оказалась здесь и так быстро стала королевой?
— Быстро? — Анни издала нервный смешок. — Ну на самом деле не так уж быстро. Расскажу по порядку. Темная Элли выставила меня за пределы Волшебной страны и закрыла оболочку. Перед этим правда открыла свою тайну, видимо считая, что я никогда не вернусь и не смогу ей навредить. Я, разумеется, решила вернуться и организовать в Волшебной стране восстание. Только как это сделать, если оболочку можно открыть лишь кольцом Торна?
Я обратилась за помощью к Алисе, а сама в это время разыскала Хогвартс и стала искать решение в магии Большого мира. Алиса помочь мне не смогла — вся современная наука и техника оказались бессильными против магии. Меня тоже ждала череда неудач, пока я не наткнулась в библиотеке на дневник Люси Певенси, которая несколько раз побывала в Нарнии. С помощью дневника я разыскала платяной шкаф, который, как я надеялась, сможет отправить меня в Волшебную страну через магический барьер. Но, видимо, шкаф может отправлять только в Нарнию, поэтому я оказалась здесь.
— На самом деле шкаф может перемещать между любыми магическими мирами, просто его магия была неисправна, — перебила ее Элли. — Я с помощью Озмы и еще одной Элли из третьей Волшебной страны смогла ее починить. Теперь портал полностью исправен. Именно так я и смогла попасть сюда и найти тебя.
— Это здорово! — ответила Анни и продолжила рассказ. — Оказавшись здесь, я не стала сразу телепортироваться обратно, понадеялась, что смогу здесь найти какое-то средство проникнуть в Волшебную страну. Средство в итоге так и не нашла, но постепенно привыкла и вообще оказалась полезной для всей Нарнии. Несколько раз я телепортировалась в Большой мир в надежде, что ты вернулась, и я смогу дозваться до тебя телепатией. Но ты не отвечала, оболочка Волшебной страны оставалась для меня непреодолимой, поэтому со временем я даже перестала мечтать о возвращении.
— Как ты быстро сдалась, — с удивлением и некоторым укором в голосе произнесла Элли.
— Быстро?! — вспылила Анни. — Может быть ты и проспала все это время, а я жила насыщенной жизнью, полной забот, проблем и опасностей. Когда я оказалась здесь, Нарния была на грани конца света. Обезьян Хитр обманул большую часть населения, надев на ослика Лопуха львиную шкуру и выдавая его за Аслана — создателя Нарнии, которого здесь все очень почитают. Король Тириан не смог одолеть Хитра, на страну обрушились многочисленные беды, и Аслан уже собирался полностью уничтожить Нарнию. Я, конечно, пришла на помощь законному королю. Вместе с ним и с другими друзьями Нарнии из Большого мира мы с большим трудом остановили Хитра, убедили Аслана сохранить Нарнию и постепенно восстановили порядок в стране. Эти события подорвали здоровья короля Тириана, и вскоре он умер, завещав трон мне. Я, конечно, была не против, и приняла бремя власти, хотя не все из окружения Тириана были довольны таким решением. В первые годы против меня было организовано два заговора и три покушения, но я выжила и удержала власть. Нет, я не была узурпаторшей, ведь большая часть населения Нарнии меня поддерживала, и объективно я была единственной, кто мог в то время поддерживать мир и порядок в стране.
— Подожди, Анни! — до Элли наконец-то дошло, что казалось ей странным во всех разговорах и с дочерью, и с фавном, и с кентаврятами. — Какие еще первые годы?
— Ну первые лет 30-40. Потом все стало спокойно.
— Но прошел всего один год!
— Может быть, для тебя прошёл всего год, а остальное время ты проспала?
— Да нет же. Для меня прошло всего несколько дней, а в Волшебной стране прошел год.
— Значит, то, что я читала в дневнике Люси про разное течение времени в Нарнии и остальном мире — это не ошибка и не выдумка, как я думала…
— Анни, сколько лет ты уже здесь?
— Пятьсот шесть лет.
— И год здесь состоит из 365 дней?
— Да, продолжительность суток и года здесь такая же.
— Тогда понятно, почему ты потеряла надежду вернуться. Полтысячелетия! Даже мне сложно представить такой срок. А ведь получается, что теперь ты старше меня, и правишь гораздо дольше.
— Получается так. Но…
— Что?
— Получается, что мои дети не только живы, но и выросли всего на год? И Астерий меня еще не забыл?
— Конечно, он ждал тебя все это время. И дети тоже.
У Анни от счастья выступили слезы на глазах.
— Я думала, уже никогда их не увижу. Мы же можем прямо сегодня побывать в Изумрудном городе?
— Конечно, мы можем вернуться в любой момент. Но тебе, наверно, нужно сперва передать кому-то власть?
Анни помолчала несколько секунд в задумчивости.
— Нет, я не могу вернуться в Волшебную страну навсегда, не могу бросить Нарнию. Волшебная страна во мне не нуждается, а здесь без меня снова начнутся войны и беспорядки. Но я хочу повидаться с Астерием и детьми. Может, они захотят переселиться ко мне в Нарнию.
Элли потребовалось несколько минут, чтобы осмыслить услышанное. Ее дочь, которую она так старалась найти, не собирается возвращаться домой. Впрочем, она сразу поняла, что удивляться тут нечему и любые уговоры совершенно бессмысленны. Анни права, она действительно нужнее здесь. Да и вообще, она прожила в Нарнии пять веков, и Нарния давно стала для нее домом. Но принять это все-таки было нелегко. Элли глубоко вздохнула и произнесла.
— Тогда мы можем отправиться прямо сейчас. Ты сможешь вернуться, когда захочешь, портал теперь работает стабильно. И в дальнейшем мы можем навещать друг друга.
Анни уже начала было собираться, как внезапно остановилась и испуганно произнесла.
— Но ведь мы не знаем, сколько времени пройдёт в Нарнии, пока я буду в Волшебной стране. Что если я пробуду там один день, а здесь пройдёт несколько лет?
— Да, я как-то не подумала об этом, — Элли поразмышляла минуту и добавила. — Я думаю, разное течение времени как-то связано с магией Нарнии. Может, она частично испорчена, как была испорчена магия шкафа?
— Думаешь, это можно исправить? — с надеждой спросила Анни.
— Не знаю. Но попробую с этим разобраться. Давай телепортируемся к порталу, я хочу кое-что проверить.
Через минуту обе волшебницы стояли у фонарного столба. Начинало вечереть, и фонарь зажегся приятным желтым светом, хотя никаких источников энергии рядом по-прежнему не было.
— Он магический. Светит каждую ночь, — объяснила Анни, заметив интерес матери.
Элли хотела было проанализировать фонарь магией, но потом решила не отвлекаться от того, зачем они сюда прилетели. Она произнесла пароль-заклинание и шагнула одной ногой в открывшийся портал. Несколько минут она стояла с закрытыми глазами так, что половина ее тела была в Нарнии, а половина в Волшебной стране и прислушивалась к своим чувствам.
— Я смогла почувствовать, как течет время, — произнесла Элли, возвращаясь целиком в Нарнию. — Это что-то вроде течения реки, которое несет нас вперед. Оно должно быть равномерным, и в Волшебной стране, а значит, и во всех остальных мирах кроме Нарнии, это действительно так. Но в Нарнии, течение времени то ускоряется, то замедляется без всякой системы. Причем, в среднем оно значительно быстрее, чем в остальных мирах. Обычный человек не способен сопротивляться этому течению и даже не замечает его. Я, пожалуй, могу немного влиять на него, но пока не очень понимаю, как и насколько сильно. Если бы мне удалось замедлить течение времени в Нарнии и синхронизировать его со временем в других мирах, то мы могли бы спокойно жить каждая в своем мире и навещать друг друга, не боясь искажений во времени.
Элли закрыла портал, и они телепортировались обратно во дворец. Элли вызвала из кольца книги Торна и принялась их внимательно изучать, а Анни в нетерпении ходила по залу и представляла встречу с родными и друзьями. Хотя проблема синхронизации времени еще не была решена, но Анни верила, что у Элли все обязательно получится.
Через полчаса Элли закрыла обе книги Торна, убрала их в кольцо и достала из скрытого кармана платья книгу Виллины. Еще через пятнадцать минут убрала и ее и принялась объяснять.
— Каких-то определенных заклинаний для управления времени я не нашла. Видимо, их не существует. Но поскольку мои магические способности позволяют чувствовать течение времени, то и влиять я на него тоже могу. Неравномерное течение времени связано с особой магией Нарнии, точнее это побочный эффект магического поля страны. Если бы мне удалось синхронизировать течение времени во всей Нарнии с остальными мирами хотя бы ненадолго, то главным заклинанием Торна можно было бы заблокировать этот побочный эффект, что зафиксировало бы нормальное течение времени навсегда. В целом на магию Нарнии это не окажет никакого серьезного воздействия.
— Это было бы здорово! — восхитилась Анни.
— Но есть проблема, — поспешила разочаровать ее Элли. — Когда я находилась в портале между мирами, я чувствовала воздействие двух сильно отличающихся магических полей с двух сторон. Это очень сильно мешает колдовать, тем более таким сложным колдовством, как влияние на течение времени. И потом портал всегда открывается в одном месте — около фонарного столба, а мне, прежде чем закрепить время, нужно будет выровнять течение времени во всей Нарнии, а для этого нужно подняться высоко в воздух. Я пока не знаю, как решить эти проблемы.
— Может быть, я попробую встать в портал, выровнять время вокруг себя, хотя бы на небольшом расстоянии, а ты, находясь на облачке, уже распространишь это на всю Нарнию? — предложила Анни.
— Можно попробовать, — согласилась Элли.
Волшебницы снова телепортировались к фонарному столбу, Элли произнесла заклинание-пароль, но ничего не произошло.
— В чем дело? — испугалась Анни. — Портал снова испортился?
— Я совсем забыла, что свободно портал открывается только с той стороны, где сам шкаф. А на обратный проход дается одноразовый пароль, но мы его уже один раз использовали. Жди меня здесь, сейчас я телепортируюсь туда и снова пройду через шкаф, чтобы получить новый пароль.
Элли телепортировалась, но, конечно, не в саму Волшебную страну, так как она была недоступна для телепортации из-за защитной оболочки, а в Великую пустыню. Затем сняла оболочку и перенеслась в Изумрудный дворец. Снова входя в шкаф, Элли ожидала удивленных вопросов от голоса в шкафу, но, видимо, он все понял, и поэтому не удивился. Голос снова спросил, куда она направляется, высветил ей на стене новый одноразовый пароль и открыл портал в Нарнию. Все эти действия заняли примерно полминуты, но, как выяснилось, Анни пришлось ждать целых сорок минут, и она уже начала немного волноваться.
Чтобы не тратить впустую пароль, портал не стали закрывать, а сразу приступили к эксперименту. Анни встала в портал и долго сосредотачивалась, пытаясь почувствовать течение времени. Наконец, после многочисленных подсказок Элли, как словесных, так и телепатических, ей это удалось. Анни сама прочувствовала, как нестабильно течет время в Нарнии, хотя для самих обитателей Нарнии это совершенно незаметно. Однако, к разочарованию обеих фей, повлиять на ход времени Анни никак не смогла. Были перепробованы все способы: и в портал вместе становились, и кольцо Торна Анни надевала — управление временем оставалось для Анни абсолютно недоступным. Элли пробовала сама управлять течением времени, находясь вне портала и установив телепатическую связь с Анни, но и это не дало никаких результатов.
— Может, попросить помощи у кого-то ещё? — устало предложила Анни.
— Ланга, Дарина и Стелла — сильные волшебницы, но это совсем не их профиль, Виллина подошла бы больше, но она слишком слаба, — начала перебирать Элли. — Гарри Поттер со своей палочкой не подходит совершенно, другая Элли больше не фея. Остаются Корина, которая теперь владеет книгами Торна, и Озма.
— Озма из страны Оз? — удивилась Анни.
— Нет, другая Озма, с которой я познакомилась недавно, мы с ней ремонтировали магию портала. Потом расскажу об этом поподробнее. Но у нее магия слишком непохожа на мою, нам не удастся согласовать совместные действия. Пожалуй, Корина — наш последний шанс, она моя ученица, и у нас обеих магия Торна. Правда она совсем недавно стала Хранительницей, и у неё, наверно, дел невпроворот.
— Еще есть Кора — моя ученица, но она, наверно, слишком слаба для этого.
— Да, Кора точно не подойдет, — Элли на секунду запнулась. — Аркаша! Вот кто нам нужен! Он же Флеш. Хоть он и не владеет магией, но управление временем — это его конек. Уверена, он справится с этим даже лучше меня.
Анни поддержала идею матери, и было решено, что Элли сейчас же отправится за ним, а Анни останется дожидаться их в Нарнии. Покидать страну до того, как будет синхронизировано время, Анни не хотела, однако на всякий случай запомнила одноразовый пароль для открытия портала в Волшебную страну. Элли обняла на прощание дочь, пообещала вернуться вместе с Аркашей как можно скорее и телепортировалась в Москву.
* * *
Элли появилась перед квартирой Пашки и Алисы, спугнув дремавшего в подъезде кота, и позвонила в дверь. Никто не открыл, и Элли вспомнила, что все Гераскины собирались разлететься по заданиям — Алиса с Пашкой на какую-то далекую планету, название которой Элли не запомнила, а близнецы вместе с мимикром — на Марс. «Как же мне повезло, что не наоборот» — подумала девушка. Из школьных уроков по астрономии (как же давно это было, как будто в прошлой жизни!) Элли знала расположение планет Солнечной системы. Она до сих пор помнила картинку из учебника, где в правом углу располагался край ярко-желтого Солнца, а влево от него в один ряд шли девять планет. Земля была третьей, а Марс — четвертой планетой от Солнца. И на картинке они располагались так близко, что почти касались друг друга. Конечно, Элли понимала, что на самом деле расстояние между планетами во много раз больше самих планет, и в памяти даже откуда-то всплыли числа — 150 миллионов километров — расстояние от Земли до Солнца, а Марс — в полтора раза дальше, то есть примерно 225 миллионов километров. Стало быть, между Землей и Марсом 75 миллионов километров, посчитала девушка. До сих пор в космосе Элли телепортировалась лишь однажды и то всего на несколько тысяч километров. Возможна ли телепортация на расстояние в десять тысяч раз большее, Элли не знала. Но ждать, пока Аркаша доберется оттуда своими силами, Элли не хотела — неизвестно, сколько времени пройдет в Нарнии. Поэтому она решила попытаться связаться с ним телепатией, и если телепатия туда дотянется, то, авось, дотянется и телепортация.
На мысленный призыв Аркаша ответил не сразу, и поддержание с ним связи требовало огромных усилий. Стоило Элли немного отвлечься, как связь прерывалась, и приходилось вызывать его снова. За несколько попыток Элли вкратце обрисовала ситуацию и попросила его помощи. Аркаша сразу же согласился, Дигон, который был рядом, пообещал временно заменить его на задании, а Кора, как старшая в их группе, пообещала скрыть его отсутствие на задании от комиссара Коры Орват. Аркаша добавил, что вылетит через десять минут и будет спешить, как только сможет, но Элли велела ему ничего не предпринимать без нее, отключилась и телепортировалась.
* * *
Когда Элли внезапно отключилась, Аркаша тревожно поглядел на сестру и передал ей последние слова Элли.
— Думаешь, она телепортировалась? — с ужасом в глазах произнесла Кора.
— Кажется, да, — с не меньшим испугом ответил Аркаша. Помолчал и добавил. — И судя по тому, что ее здесь все еще нет, я все-таки был прав насчет того, что телепортация происходит не мгновенно, а со скоростью света, или чуть меньшей.
— Или это говорит о том, что телепортация на 350 миллионов километров в принципе невозможна, и Элли материализовалась где-то на полпути в открытом космосе. А может, даже в самом Солнце… — Кора, кажется, была на грани истерики.
— Будем надеяться, что прав все-таки я, — попытался успокоить ее Аркаша, — и что через 19,5 минут Элли появится здесь живой и невредимой.
* * *
Элли долго не могла прийти в себя. Ей все казалось, что в ней самой чего-то не хватает. Что она стала какой-то легкой, почти воздушной, ее чувства и эмоции притупились, а мозг вообще работает в полсилы. Может она умерла и превратилась в привидение? Тогда в Изумрудной дворце будет жить свое собственное привидение, как в Голубом дворце у Энни давно живет Мом. Интересно сможет ли она говорить или будет немой, как Мом? А может она превратилась в Тень и будет жить на пустоши Теней. Так стоп! Причем тут Тени? Совсем уж какая-то чушь лезет в голову! Элли собрала в кулак всю оставшуюся у нее волю и открыла глаза.
Она лежала в больничной палате, рядом никого не было. Элли начала осматриваться и внезапно ее взгляд упал на ее руки. Они были белые-белые и даже немного прозрачные — если приглядеться, можно было рассмотреть кости. Девушка встала и подошла к зеркалу. Как она и ожидала, все тело было таким же белым и местами чуть прозрачным. Несмотря на неважное самочувствие, Элли по-прежнему ощущала какую-то необыкновенную легкость. Заметив рядом с койкой напольные весы, Элли встала на них. Вместо обычных 60 кг, весы показали 44. Элли просканировала себя магией и ясно ощутила, что часть ее массы действительно куда-то исчезла. Элли немного запаниковала и вызвала телепатией Кору. Через несколько секунд в палату вошли Кора, Аркаша и еще какой-то мужчина, видимо, врач.
— Что со мной произошло?
— Не беспокойтесь, ничего страшного не произошло. Вернее, произошло, но Вы каким-то чудом выжили и уже идете на поправку, — начал объяснять ей врач. — Меня уже посвятили в то, что Вы волшебница и телепортировались к нам с Земли через 350 миллионов километров, причем через само Солнце.
— Как это через Солнце? Какие еще 350 миллионов? — растерянно пробормотала Элли. — Я же телепортировалась в противоположную сторону от Солнца. Марс же дальше от Солнца, чем Земля. И между ними всего 75 миллионов километров. Нас так учили в школе.
— Элли, Вы, кажется, не учитываете, что планеты не стоят на месте, а вращаются вокруг Солнца, причем с разными угловыми скоростями. В момент вашей телепортации Земля и Марс находились с разных сторон от Солнца, почти на одном диаметре, поэтому и расстояние между ними было гораздо больше того, что Вы рассчитали.
До Элли наконец-то начало доходить, в чем она просчиталась. Конечно, она знала, как вращаются вокруг Солнца планеты, просто так давно изучала астрономию, что даже не подумала об этом.
— Вас спасло то самое «почти», — продолжал в то время врач. — Если бы Вы телепортировались на сутки раньше, Земля и Марс были бы точно на одном диаметре, и Вам пришлось бы пройти через самый центр Солнца. Боюсь, это закончилось бы Вашей смертью. А так Вы прошли через край Солнца, где и плотность, и температура вещества намного меньше. Но все-таки некоторая часть Вас провзаимодействовала с раскаленным солнечным веществом и не материализовалась. В первый день Вы весили 25 кг и были почти целиком прозрачными. К счастью, Ваше тело очень быстро восстанавливается, еще через пару дней Вы вернетесь в свое нормальное состояние. Думаю, Вас спасла именно Ваша магия.
— И кстати это полностью доказывает мою теорию о волновом способе телепортации, — хвастливо заявил Аркаша. — Ты, Элли, летела к нам 19,5 мин, то есть со скоростью света, и взаимодействовала с Солнцем именно так, как должна это делать волна.
Элли ошарашенно глядела на врача и друзей. То, что они сказали, требовало серьезного осмысления, но главное, что поняла Элли, что своей телепортацией она создала серьезную задержку.
— Сколько времени я уже здесь?
— Четверо суток и пять часов, — ответила Кора.
— О нет! — воскликнула Элли. — Нам нужно срочно лететь на Землю. В Нарнии уже могли пройти месяцы, если не годы.
— Но Вам нельзя никуда лететь! Пока Ваше тело полностью не восстановится, Вам нужен полный покой, — не согласился доктор.
После непродолжительных споров пришли к соглашению, что Элли с Аркашей вылетят на Землю прямо сейчас, но применять магию и вообще нагружать себя чем-либо Элли не будет до полного исцеления. Полет до Земли занял около трех часов, а полет на облачке от Канзаса до Изумрудного города — еще пять часов. Это по их собственному времени, а по независимому времени, благодаря стараниям Аркаши — всего полтора часа. Приземлившись прямо в Тронном зале, Элли в двух словах рассказала дежурившему здесь Аларму о том, что нашла Анни, и что ей срочно требуется их с Аркашей помощь, попросила его и дальше охранять шкаф, и нырнула вместе с Аркашей в портал.
* * *
Все семнадцать месяцев после встречи с матерью Анни жила надеждой. Она знала, что найти Аркашу, который работает в ИнтерГполе, не так легко и быстро, а каждый день поисков в Большом мире, может соответствовать нескольким месяцам в Нарнии, поэтому с самого начала запаслась терпением. А терпению она за пять веков жизни в Нарнии научилась как следует. Главное, что теперь была надежда в обозримом будущем воссоединиться с семьей и друзьями, не оставляя при этом народ Нарнии.
К тому же Анни придумала себе довольно важное занятие — обучать своих помощников и заместителей управлять страной в ее отсутствие. Хотя она и не собиралась покидать Нарнию надолго, но какой-то минимальной самостоятельности придворный штат научить все-таки стоило.
Конечно, было искушение самой открыть портал паролем и хоть на несколько часов отправиться в Изумрудный город, но она не была уверена, что за это время в Нарнии не произойдет какой-нибудь государственный переворот, последствия которого потом придется расхлебывать очень долго.
Наконец ее терпение было вознаграждено. Во время завтрака она увидела в окне облачко, которое уверенно снижалось, направляясь прямо ко дворцу. А через несколько минут с облачка на балкон спустились Элли и Аркаша. После взаимных приветствий и рассказов о произошедшем Элли отправилась в выделенную ей комнату, где еще целую неделю восстанавливалась после неудачной телепортации. За эти дни мать и дочь успели многое друг другу рассказать, а Флеш успел перезнакомиться с половиной населения Нарнии, удивляя всех своей суперскоростью. Спешить им было некуда, ведь сколько бы дней они здесь ни провели, в остальном мире пройдут считанные часы, если не минуты.
Наконец, настал день, когда Элли полностью восстановилась. Хранительница, Флеш и королева Нарнии отправились к фонарному столбу. Анни вообще-то полетела просто за компанию, так как у нее никакой функции в операции не предполагалось. Разве, что присмотреть за тем, чтобы никто из нарнийцев случайно не помешал спасателям. Элли открыла портал, и Аркаша встал в него наполовину.
— Что-нибудь чувствуешь? — спросила Элли.
— Разумеется, — ответил Аркаша. — Я чувствую, насколько несогласованно течет время с двух сторон портала. Могу любое из них подстроить под другое на небольшом расстоянии от себя. Метров десять точно осилю, дальше уже могут быть искажения.
— Искажений нам не нужно, но нескольких метров вполне достаточно, — одобрила Элли.
Она создала облачко и приподнялась на нем над землей. Аркаша замедлил время вокруг той части себя, которая находилась в Нарнии и синхронизировал ее с временем остального мира. Элли начала расширять область, созданную Аркашей, постепенно поднимаясь на облачке все выше и выше. Операция оказалась очень энергозатратной и довольно долгой, так как область нормального времени нужно было расширять очень осторожно. Спустя полчаса, когда область была на подступах ко дворцу, Элли почувствовала, что задыхается от усталости. К счастью, Анни за время жизни в Нарнии отточила магию целительства. Она поднялась на облачке к Элли и поддерживала ее силы своей магией. Когда обе феи и Флеш окончательно выбились из сил, область нормального времени наконец-то накрыла всю Нарнию.
— Все, — прохрипела Элли. — Я закрепляю время. На Тархистан, Тельмар и прочие окрестные страны наших сил не хватит.
— Да, на них я и не рассчитывала, — согласилась Анни. — Мы с ними почти не взаимодействуем.
Элли произнесла главное заклинание Торна, отменив одно из заклинаний, составляющих магию Нарнии, которое так негативно влияло на ход времени, и время было закреплено. Теперь Анни могла беспрепятственно посещать Волшебную страну, не боясь, что в Нарнии за время ее отсутствия пройдут месяцы или годы.
Этим же вечером Элли, Анни и Аркаша отправились в Изумрудный город. Аркашу Элли сразу же телепортировала в Канзас, чтобы он мог поскорее вернуться к своему заданию на Марсе. А Анни сразу же по прибытии встретилась с Алармом, Астерием и детьми. Встреча была очень трогательной, особенно для Анни, которая не видела родных полтысячелетия и почти не надеялась увидеть их снова. Астерий, конечно же, сразу согласился переселиться в Нарнию, тем более что посещать Изумрудный город можно будет в любой момент.
Перед возвращением в Нарнию вместе с семьей Анни позволила себе погостить в Волшебной стране целую неделю, чтобы вдоволь пообщаться со всеми друзьями и родственниками.
* * *
Вернувшись в Нарнию, Анни жестоко пожалела о своем затянувшемся отпуске, а также о том, что не догадалась сообщить пароль от портала кому-то из своих заместителей. Нарния была в состоянии войны с Тархистаном. На границе уже вторые сутки шли напряжённые бои. Жертв пока было не очень много, но тархистанские войска все прибывали и прибывали с огромной скоростью, угрожая задавить отважных нарнийцев своим количеством.
Позаботившись о том, чтобы Астерий с детьми укрылись в безопасности во дворце, Анни сразу же телепортировалась на линию фронта. Ее прибытие решило исход битвы. Первым делом Анни наколдовала черный туман, который погрузил все тархистанские войска в кромешнюю тьму. Мало того, что солдаты абсолютно ничего не видели, так еще и началась серьезная паника — солдаты не были готовы воевать против волшебницы. Не удовольствовавшись этим, Анни наколдовала невероятно сильный дождь над тархистанским войском, такой, что уже через 5 минут солдаты шли по колено в воде, спотыкались, падали и давили друга. Магический щит вокруг вражеского войска не давал воде растекаться, еще больше усиливая панику. Нарнийцам осталось лишь стрелять из луков в сторону чёрного тумана, не приближаясь к врагам.
Бегство неприятеля длилось довольно долго, но Анни дождалась, пока последние клочки черного тумана пересекли границу и развеялись, обнажив полных ужаса тархистанцев. За это время Анни удалось расспросить нескольких военачальников своей армии и выяснить, что же произошло.
Никаких сбоев со временем, которых боялась королева, не было. В Нарнии прошла та же неделя, что и Волшебной стране. Но в Тархистане время по-прежнему шло гораздо быстрее. Когда пара нарнийских пограничников, нарушив приказ, отлучились почти на сутки в соседнее поселение, тархистанские разведчики увидели пустую границу, которая по их времени пустовала несколько месяцев. Один из разведчиков проник в Нарнию, добрался до дворца и узнал, что королева Анни сейчас не в Нарнии. Когда он вернулся, тархистанцы начали срочно собирать войска со всей страны и подтягивать их к границе, постепенно переходя в область нормального времени. Но в Нарнии с их медленным временем казалось, что войска переходят границу с невероятной скоростью, и за считанные минуты тысячи вражеских солдат уже толпились возле границы. Их командирам ничего не оставалось, как пустить их в бой. В общем, только появление Анни помогло избежать масштабного кровопролитного сражения.
И хотя среди нарнийцев было лишь семь убитых и двадцать два раненых, Анни сильно переживала, чувствуя в случившемся свою вину. В тот же вечер Астерий отправился через портал за Элли. Та, узнав о произошедшем, винила себя не меньше Анни и немедленно вернулась вместе с Астерием в Нарнию, чтобы синхронизировать время и в остальных странах, окружающих Нарнию. Аркашу повторно звать не стали, так как теперь образцовое время было не в труднодоступном портале, а во всей Нарнии. Следующая неделя была потрачена на то, чтобы синхронизировать время в Тархистане, Тельмаре, Орландии, Эттинсмуре, Подземье и даже расположенном глубже Подземья Бисме. Лишь в страну Аслана Элли по совету Анни не стала соваться со своей магией, так как любое взаимодействие с ней было возможно лишь с разрешение самого Аслана, а он так и не появился, чтобы как-то поучаствовать в этом процессе.
* * *
Спустя неделю невероятно уставшая, но довольная Элли вернулась в Изумрудный город. Там она к огромному облегчению обнаружила, что все последствия правления Темной феи устранены усилиями Аларма, Ланги, Дарины, Энни и остальных правителей. Жизнь в Волшебной стране потекла по-прежнему за исключением того, что Анни осталась править Нарнией. Элли как Хранительница всей Волшебной страны наотрез отказалась возвращаться к должности королевы Зеленой страны, поэтому власть над Изумрудным городом по решению Большого совета снова перешла к Страшиле Мудрому.
Анни с семьей почти каждый вечер проводили в Изумрудном дворце, а на ночь возвращались в Нарнию, и это больше не создавало ни для кого никаких проблем. Ее родственники и друзья из Волшебной страны тоже иногда посещали Нарнию, хотя и не очень часто.
Шкаф Гуррикапа Элли взяла полностью под свой контроль, следя за всеми перемещениями между знакомыми мирами, и категорически запретила перемещения в незнакомые миры всем без исключения. Том-младший, Энни и Лили пробовали ее уговорить исследовать хотя бы несколько миров, которые голос портала назовет безопасными. И у самой Элли было большое желание этим заняться, но, помня до чего довело ее любопытство при перемещении во времени, а также помня о мире, уничтоженном Черным пламенем, Элли не поддалась на искушение, ограничив перемещения в портале только тремя Волшебными странами (включая собственную), страной Оз и Нарнией. Даже в уже отчасти знакомый мир коротышек Элли больше соваться не стала, справедливо решив, что им частые визиты великанов могут скорее навредить, чем принести пользу.
А во
время одного из посещений Нарнии Элли встретилась с Асланом. Создатель Нарнии
признал, что неравномерное течение времени было создано им специально, чтобы
призывать в Нарнию друзей из Большого мира в удобные на его взгляд моменты
времени. Течение времени лишь казалось хаотичным, а на самом деле управлялось
непосредственно самим Асланом. Элли при этом смутилась, извинилась за свое
вмешательство и спросила, почему же Аслан не помешал им синхронизировать время.
Но Лев ответил, что теперь, когда у Нарнии есть достойная правительница и
защитница, которая пожертвовала своим возвращением на Родину ради жителей
Нарнии, время должно служить на пользу ей, и поэтому он полностью одобряет их
вмешательство. В заключение разговора Аслан добавил, что рад тому, что среди
современных волшебников еще встречаются такие могущественные феи как Элли,
всенародно объявил ее другом Нарнии и присвоил ей титул, под которым она войдет
в историю страны — титул «Повелительницы времени».
|
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
|