Из личного дневника посла Та'Лона (джен)

У меня нет привычки долго размышлять о том, что уже случилось. Если оглядываться назад слишком часто, можно угодить в ловушку и застрятЕсли бы время можно было повернуть вспять...все мы совершали ошибки, произносили слова, которые с радостью забрали бы обратно. Они преследуют нас, вызывая чувство вины.

Что было, то было. Что сделано, то сделано. Так я считаю.

Хотя одно воспоминание преследует меня особенно часто.

Что было бы, если…

Когда центавриане оккупировали мой мир во второй раз, меня приставили телохранителем к советнику НаʼФару. К сожалению, он знал меня с довоенных времен и сам дал им рекомендации.

Это была позорная служба, от которой сперва я хотел отказаться.

Охранять предателя, прислужника центавриан! Такое задание не могло присниться мне даже в кошмарном сне!

Я понимаю того, кто предложил мне это дело. Я был его телохранителем раньше, и он просто хотел спасти мою жизнь. А заодно обезопасить свою.

Центавриане ввели очень строгие порядки на Нарне, и в любой момент меня могли отправить в концлагерь, в «пункт утилизации», как они называли эти места, и вскоре расстрелять из-за каприза «господ». Они искали всех потенциальных воинов, способных оказать сопротивление.

Как и тысячи других граждан, я ждал своего приговора в пункте распределения.

Именно там советник На'Фар нашел меня и предложил вот такой выход.

Быть может, мне надо было отказаться.

Если бы я сказал «нет» тогда, то, скорей всего, был бы уже мертв. Я бы умер как герой, как мученник, как истинный нарн.

Непокорным.

Это если рассуждать с поэтической точки зрения. Но я всегда был реалистом, поэтому знал, какая смерть ожидала меня на самом деле. Меня бы застрелили и бросили гнить на улице. Или заковали в цепи, одурманив наркотиком, и отправили бы в лагерь смерти, где я сгинул бы среди тысяч таких же несчастных пленников. Никакой патетики, никакого героизма.

И никакой пользы.

А для воина такая смерть, не в бою с врагом, даже позорна.

Наверное, во всем виноват мой практицизм. Я решил тогда, что оставшись в живых, смогу сделать для родины больше.

НаʼФар умел убеждать, и некоторое время я даже верил в его политику.

Население Нарна, однако, не хотело внимать его уговорам. Это были очень тяжелые дни. Я честно исполнял свой долг телохранителя, но мне всегда было тяжело обнажать меч против своих же соплеменников.

Быть может, я бы остался рядом с НаʼФаром до конца, если бы он не преступил грань дозволенного.

Когда я узнал, что центавриане поручили ему заманить ГʼКара в ловушку…

Это было слишком.

Возможно, политика ГʼКара была слишком агрессивной, и НаʼФар был прав, укоряя его за это. Возможно, они оба были патриотами, просто понимали это по-разному…

Не знаю. Не дело телохранителя вникать в такие сложные вопросы.

Но я понимал одно: если погибнет ГʼКар, мой народ потеряет последнюю надежду.

Я не хотел стать палачом этой надежды. Поэтому остался на станции.

Когда вспоминаю о том времени, то всегда чувствую стыд, всегда хочу изменить то, что случилось. Это мой позор и моя вина. Но вы должны понять: телохранитель, заступая на службу, берет на себя некоторые обязательства. Когда мне предложили охранять НаʼФара, я уже не работал на гильдию. Я был сам по себе. Любой наемник-телохранитель скажет вам, что если клиент ему не нравится, он не возьмется за дело. Потому что порукой в том деле будет его жизнь. Я сомневался в НаʼФаре. Но согласился стать его телохранителем.

И в результате нарушил договор, оставшись на «Вавилоне 5». Мое имя опозорено, и вряд ли я возьмусь за это ремесло снова.

Когда думаю об этом, мне хочется вернуться туда и сказать «нет».

Но что сделано, то сделано. Прошлое нельзя изменить. Можно лишь запомнить ошибки и постараться не повторять их снова…