Зануда (джен)

— Гарри Поттер! — раздался голос Дамблдора в притихшем Большом зале. И Перси поднял глаза в потолок.

Да вы издеваетесь!

Это что — он зря пахал как проклятый несколько месяцев для организации этого долбанного Турнира? Да они с Краучем дневали и ночевали на работе! А сколько документов было согласовано! Сколько совещаний! А иностранцы? Одни шармбатонцы своими капризами ему всю душу вымотали! И все это только для того, чтобы прямо сейчас репутация Британии, Хогвартса, Крауча и его лично полетела фестралу под хвост?

Не дождетесь.

А эта старая газовая кастрюля ему вообще не указ.

И Перси Уизли решительно поднялся.

— Как заместитель начальника ОМС по юридическим вопросам я вынужден заявить о нарушении процедуры выбора чемпионов школ, участвующих в Турнире Трех Волшебников. Согласно Уставу Турнира от 1426-го года, каждая школа может выставить только одного чемпиона. За соблюдением условий соревнования тщательно следит министерство магической Британии и наш долг — обеспечить честность и беспристрастность.

Весь зал слушал его, затаив дыхание.

— Участие Гарри Поттера в Турнире не представляется возможным по двум причинам. Во-первых, он является учеником Хогвартса, а чемпион этой школы уже определен. Во-вторых, Гарри Поттер не достиг возраста совершеннолетия, следовательно, не может полностью отвечать за свои поступки.

— Кубок Огня выбрал... — начал было Дамблдор, но тут от ступора очнулся Крауч, бросил на Перси благодарный взгляд и вступил в игру.

— Кубку пятьсот лет, директор, неудивительно, что у него сбились настройки. Я предлагаю пригласить экспертов из Отдела Тайн, они разберутся. Определенно, здесь какая-то ошибка, и надо выяснить, случайно это получилось или нет. Или вы хотите ввести в Турнир второго участника от Хогвартса и тем выставить Британию жуликами перед всем мировым сообществом?

— Но магический контракт...

— Нашли проблему на пустом месте, — проворчал Крауч и нашел взглядом растерянного гриффиндорца.

— Мистер Поттер? Встаньте, пожалуйста.

Гарри поднялся.

— Скажите, мистер Поттер, вы бросали свое имя в Кубок?

— Я? Нет, — Гарри помотал головой.

— А просили кого-нибудь из совершеннолетних волшебников бросить его за вас?

— Нет. Я ... я нет.

— Вы можете поклясться магией, что все сказанное вами правда?

— Могу. Я клянусь магией, что я не это. И не просил. И вообще.

— Зажгите Люмос. Погасите. Благодарю вас, мистер Поттер. А теперь, раз проблема решена, приступаем к следующему этапу.

Возражений ни у кого не нашлось. Чемпионы вместе с директорами школ и организаторами молча проследовали в отдельную комнату.

Хогвартс бурлил. Факультет Хаффлпафф радовался всем составом и носил Седрика Диггори на руках. Райвенкловцы, как истинные ученые, прикидывали, как можно было бы сломать Кубок. А потом починить. Слизеринцы злорадствовали над Избранным Героем, которого не пустили на Турнир, но как-то без огонька.

Мнения на Гриффиндоре разделились, некоторые считали, что Поттер избежал большой опасности, но большинство было уверено, что министерство в целом и Перси Уизли в частности просто отобрали грядущую славу у их факультета. Ну и у Поттера тоже. Из зависти, не иначе.

Громче всех на эту тему выступал Рон Уизли. Он даже предложил Фреду и Джорджу сделать значки с надписями "Позор министерству" и "Перси гад!" За что все трое получили от Гермионы Грейнджер по башке тем самым Уставом Турнира издания 1426-го года. Книга была старая, с пергаментными страницами и деревянной обложкой. Очень тяжёлая.

Впрочем, гриффиндорские значки все равно большой популярностью не пользовались.

Фред и Джордж решили немного испортить Перси триумф, чтоб не сильно задавался. И во время следующего визита министерских наблюдателей на обед в Большом зале подложили на его стул навозную бомбу. Но не учли одну незначительную деталь (— Я же говорил, что он всегда садится четвертый справа! — Идиот! Это если из зала смотреть, то справа, а если в зал, то слева!) и на стул села профессор МакГонагалл. Отработками у Филча близнецы были обеспечены до конца учебного года.

Крауч вызвал-таки специалистов из Отдела Тайн, и они пришли в полный восторг от интересной загадки. После трех дней общения с невыразимцами Дамблдор имел бледный вид, спутанную бороду и нервный тик на оба глаза. Зато эксперты цвели как розы.

А тем временем Турнир приобретал фееричный размах.

Драккловы драконы! Почему их четыре? В смысле — один запасной, вдруг кто-то заболеет? Вы знаете, сколько уходит на их прокорм? Отправляйте обратно! Почему арена для состязания не накрыта куполом защитных чар? А кто знает? Проверьте, где будут стоять авроры и раздайте им магические огнетушители. Пожаробезопасность — это важно! На нас весь мир смотрит, мы не можем облажаться!

Перси сбился с ног на этом Турнире. Хорошо хоть, можно было выпустить пар, жалуясь Тому на бардак в Хогвартсе, а то бы спятил уже. Драконы, которых Перси нарисовал, Тому очень понравились. И они старательно обходили в переписке тот факт, что вживую показать огнедышащих зверюг не получится. И выступление чемпионов тоже.

Незадолго до Святочного бала Аластор Грюм слишком увлекся огневиски, который постоянно пил из именной фляжки. Находясь в состоянии алкогольного опьянения, он споткнулся о свой сундук и упал в него. Крышка сундука захлопнулась, и профессор Грюм провел в заточении три дня, пока его искал весь персонал Хогвартса и приглашенный отряд авроров. Обнаружил профессора Гарри Поттер, но отказался объяснить, как.

За дискредитацию морального облика Хогвартса в присутствии иностранных гостей Грюм был уволен. Дамблдору опять объявили выговор и поставили на вид странный подход к подбору персонала.

"Реально никто не понимал, что он пьяный постоянно ходит?" — поинтересовался Том

"Да его первый раз трезвым увидели, когда из сундука достали. Разница впечатляет", — ответил Перси.

Для ЗОТИ из министерства снова прислали аврора, но уже другого. Предыдущий после учебного года в Хогвартсе вернулся на службу. И попросил начальство поставить ему в график как можно больше патрулирований Лютного переулка. Как он сам сказал, для восстановления душевного равновесия.

Святочный бал был великолепен. Ледяные скульптуры сияли в свете огней, струнная музыка была поистине волшебной и под ее чарующие звуки в центре зала вальсировали пары.

Несмотря на все усилия Джинни Уизли, Гарри-чтоб-его-Поттер танцевал с Парвати Патил, пригласив ее в последний момент. А ведь Джинни так старалась! Но ни новая мантия, ни тщательно уложенные волосы, ни рассыпанные Гарри под ноги учебники не сработали. Подействовал только томный и страстный взгляд, да и то все пошло не по плану. Невил Лонгботтом, добрый мальчик, увидел в этот самый момент Джинни с перекошенным лицом, решил, что она плачет и пригласил на бал из жалости. Вот скажите, как можно быть таким .. таким... таким Поттером?!

Звездой вечера была Гермиона Грейнджер, которую сопровождал чемпион Дурмстранга Виктор Крам. Тонкая, изящная, в розовом платье и с элегантной прической, она кружилась в танце и совершенно не замечала, какими глазами смотрит на нее Рон Уизли, от злости уже оборвавший половину кружев со своей старомодной мантии.

Рон хотел подойти и высказать подруге свои претензии за танцы с темным магом (да они в Дурмстранге все такие!), но его опередил Драко Малфой. Белый от ярости слизеринский принц, наплевав на количество зрителей, закатил гриффиндорской отличнице грандиозный скандал. За что получил от Виктора Крама заклятьем в лоб. Не смертельным, но очень неприятным. Ближайшие две недели ему предстояло радовать окружающих красным носом, синими щеками и зелёными волосами.

Глядя на это представление, декан Слизерина ностальгически вздохнул и тихо сказал Каркарову:

— Не думал, что увижу такое мастерское исполнение фирменного заклятия Долохова. Как он его называл? А, "Морозко". И модификация изменения цвета волос очень удачная.

— Разработка Дурмстранга, — ответил Каркаров и отсалютовал Снейпу бокалом огневиски.

Второй этап проходил в Черном озере. Перси очень бы хотел увидеть того муд...мудреца, который придумал задания, и от всей души пожать ему горло. Потом он вспомнил, что все вот это изобрела ученая комиссия при МКМ, те еще теоретики. И иностранцы в большинстве своем. Конечно, у Медичи в Италии озера не замерзают! А вот в Шотландии в середине февраля — очень даже. Растопить лед было ой как непросто с точки зрения организации.

А само задание! Не могли золотые статуэтки, что ли, для чемпионов спрятать в озере, и пусть бы искали. Обязательно человека надо? Флер Делакур, чемпионка Шарбатона, не успела за час достать свою сестру, это ж какой был бы международный скандал, если бы девочка погибла! Хорошо, что в озере дежурили авроры в гидрокостюмах, ластах и головных пузырях. За десять минут до установленного срока они прибыли на место, где были привязаны пленники и в нужный момент спасли Габриэль Делакур.

Перед третьим этапом Турнира, которым должно было быть испытание в лабиринте, в Хогвартс опять притащились невыразимцы. У них, видите ли, возникла идея. Во имя этой самой идеи они выпросили у Дамблдора Кубок Огня и уволокли его в свои секретные лаборатории, пообещав вернуть перед началом состязания. Что могло пойти не так? Да все, это же невыразимцы! Они на часы вообще не смотрят, скажите спасибо, если столетие правильно назовут.

Поэтому пришлось в спешке за полчаса до старта раздобыть хоть какой-нибудь приз и приклеить к нему зачарованный портал от середины лабиринта до площадки перед судьями Турнира.

Первым до финиша дошел чемпион Хогвартса Седрик Диггори. Но портал выкинул его совсем не туда, куда планировалось. Седрик искупался в Черном озере и утопил там дракклов кубок. Впрочем, победу ему засчитали все равно.

Больше всех окончанию этой возни с Турниром радовались даже не преподаватели Хогвартса, а авроры. Которым пришлось дежурить и возле драконов, и в Черном озере, и в лабиринте, вооружившись постоянной бдительностью. Да еще и отчеты по этому поводу писать, за правильность оформления которых треклятый Уизли (он точно на Гриффиндоре учился? Да быть не может!) сдирал с несчастных служителей закона три шкуры.

Так что неудивительно, что заместителя Крауча в аврорате сильно не любили. И даже прозвали его Ржавым Гвоздем, изящно соединив в двух словах и цвет волос, и паскудный характер, и манеру поведения.

Прозвище в министерстве прижилось, а Перси оно даже понравилось. Том так и вовсе был в восторге.

После удачного окончания Турнира Трех Волшебников в магической Британии прошли выборы министра магии. С большим отрывом их выиграл Бартемиус Крауч.

Через неделю после своей победы он обратился в Визенгамот с просьбой признать наследником Рода Крауч младенца по имени Феликс. Откуда он взялся, никто не знал, и министерство просто вскипело от сплетен:

— Да не может он быть дальним родственником, вранье это! Явно это сын самого Крауча.

— В его возрасте? Вы это серьезно?

— А что, мой дед говорил, что еще может, а ему уже девяносто.

— Доживете до таких лет — тоже будете так говорить.

— Может, ритуал провел?

— А может, это не сын, а внук?

— Откуда? Барти-младший в Азкабане умер.

— Ну не знааааю, а вот Джоркинс говорила, что она его видела.

— Нашли кого слушать, Берта врет как дышит.

— А вдруг вытащил сына из тюрьмы, запер в поместье, втихаря женил, вот и наследник...

— Да Крауч сроду до такой схемы не додумался бы, он же прямой как швабра.

— Тише ты, вон Уизли в нашу сторону чешет, опять работы подбросит. Гвоздь Ржавый.

Родство с младенцем Крауч подтвердил, Визенгамот возражений не имел, а в скором времени в министерстве грянула такая новость, после которой сотрудникам мгновенно стало глубоко пофиг на сыновей, внуков и их темное происхождение.

Министр Бартемиус Крауч объявил о создании МагКомНадзора, службы с самыми широкими полномочиями, которая будет заниматься проверкой отделов министерства и прочих бюджетных организаций. И проверять МагКомНадзор будет все.

Главой был назначен П. И. Уизли.

И вот тут всем резко поплохело.