Through Passion, I Gain Strength (гет)

Одессен, 24 ATC

Две чашки с ещё горячим чаем стояли на столе перед Гневом в компании голопроектора и разбросанных датападов. Рядом с ними на тарелке блестел шоколадной глазурью домашний торт, принесённый её гостьей, которая с гордостью уверяла, что испекла его сама. Гнев провела весь вечер за разведывательными сводками, анализируя маршруты снабжения Республики во Внешнем Кольце. Без поддержки Вечного Флота каждую цель приходилось выбирать с хирургической точностью. Оставшиеся корабли Альянса не были способны на что-то кроме быстрых атак и столь же стремительных отступлений.

Женщина, сидевшая напротив неё, выглядела на удивление обыденно по сравнению с тем обществом, к которому привыкла Гнев. У неё были умные, проницательные голубые глаза, тёплая улыбка и приятные черты лица. Сиенна — хотя Гнев очень сомневалась, что это было её настоящее имя — держала в руках её датапад и пролистывала сообщение.

— "Хотя уничтожение Вечного Флота, безусловно, стало трагическим и крайне невыгодным для хода войны поворотом событий", — прочитала гостья вслух с сильным имперским акцентом. — "Я верю, что этот прискорбный случай не умалит ценности нашего союза..."

Гнев сидела, погружённая в свои мысли, и наблюдала за поднимающимся из чашки паром. Это были, пожалуй, худшие несколько недель в её жизни. Её флот был уничтожен за считанные часы древним искусственным интеллектом, и вместе с ним были потеряны власть и влияние, отличавшие её от обычного лорда ситхов. Вчера она отреклась от трона Закуула. Это решение было неизбежным — без флота она не могла бы удержаться на нём долго, и добровольный уход по крайней мере позволял ей сохранить остатки достоинства. Республика, конечно же, уже мобилизовалась, не упуская возможности воспользоваться моментом. Радость, надежда и злорадство, которые Гнев видела в перехваченных Сиенной республиканских коммуникациях, заставляли её кровь закипать от бессильной злости.

Дарт Марр не обвинял её и не требовал объяснений. Во время голозвонков Гнев с трудом заставляла себя продолжать смотреть ему в глаза, не в силах выдержать его взгляд, способный — если бы Марр этого захотел — ранить её сильнее, чем смог бы любой световой меч. Он разговаривал с ней по-прежнему мягко, но за этой сдержанностью она чувствовала ярость, которой он пока не давал выхода. Иногда Гневу казалось, что она задыхается, ощущая её через Силу даже с другого конца галактики. Или, возможно, воображать это её заставляли её собственные стыд и страх.

Гостья поднесла чашку к губам, сделала неспешный глоток и продолжила читать.

— "Учитывая изменившиеся обстоятельства, мы были бы рады вашему возвращению и глубоко признательны за ваш личный вклад в наш продолжающийся конфликт с Республикой". — Сиенна отложила датапад. Когда она заговорила снова, её акцент был едва заметен. — Ну, теперь ты понимаешь, почему я вас всех не слишком люблю.

— Ты не смогла бы ненавидеть меня больше, чем я ненавижу себя сейчас, — ответила Гнев с горькой усмешкой. — Я ненавижу, что не смогла удержать единственное, что давало мне независимость. Я не могу вернуться. Не хочу возвращаться. Не после того, как я узнала, что это значит — обладать всем.

— Тогда не возвращайся. — Сиенна посмотрела ей в глаза, протянула руку и коснулась её ладони. — Ты не обязана играть по их правилам, не обязана быть той, кем они хотят тебя видеть. Ты не обязана отчитываться ни перед кем. Разве всё это время здесь ты уже не действовала в интересах Империи?

— Империя рассчитывала на меня, а я подвела её.

Хуже того, она подвела Дарта Марра.

— Империя, — в глазах Сиенны вспыхнули нехарактерные для неё злые искры и тут же погасли, — должна быть благодарна, что у неё вообще были твои ресурсы. А теперь Тёмный Совет смеет винить тебя в том, что было вне твоего контроля.

— Сила ситха определяется силой его базы власти, — объяснила Гнев, ставя чашку на стол и устало откидываясь на спинку кресла. — От моей осталось немного. Возможно, мне пришло время научиться принимать благотворительные подаяния с достоинством.

Сиенна поднялась из-за стола, подошла к ней и крепко обняла. Запах её волос напомнил Гневу о цветах с Дромунд Кааса, название которых вылетело у неё из головы. Пожалуй, Сиенна была единственной, кому вообще пришло в голову поинтересоваться её состоянием, и Гнев была ей за это признательна.

— Нет поражения, которое мы не смогли бы пережить, Гнев. Настоящая сила — не в ресурсах и титулах, а в том, кем мы остаёмся, когда всё остальное потеряно. В том, что никто не сможет у нас отнять.

— Спасибо, — прошептала Гнев куда-то ей в плечо. Она не была уверена, что Сиенна её услышала.

— Кроме того, — добавила Сиенна более лёгким тоном, — у тебя может и нет больше флота, но зато есть торт.

Гневу удалось выдавить слабое подобие улыбки.

— Мне никогда не нравилось твоё чувство юмора.

— Мне все это говорят. — Сиенна отстранилась и тихо рассмеялась. — Вот, выпей чаю. Он всегда меня успокаивает.

— Я не хочу успокаиваться, — запротестовала Гнев, взяв чашку, но не делая глотка. — Через страсть я обретаю силу.

— Точно. — Сиенна пару секунд смотрела на неё с весельем в глазах, затем пожала плечами. — Ну, хорошо, если это работает. Просто... не позволяй своей страсти поглотить себя полностью.

Почувствовав знакомое присутствие, Гнев посмотрела в сторону двери, а затем снова на подругу. Дверная консоль издала писк. У Марра был неограниченный доступ к её покоям, но на этот раз он счёл нужным предупредить о своём прибытии. Она приподняла пальцы лежавшей на столе руки, и дверь открылась. Гнев заметила, как Сиенна напряглась, когда Дарт Марр вошёл в комнату. Он повернул голову в сторону стола, затем перевёл взгляд на её гостью.

— Агент, — с коротким кивком сухо поприветствовал ту Марр.

— Лорд Марр, — с той же формальностью ответила Сайфер Девять.

Сиенна отступила к своему креслу, чтобы забрать висящее на спинке пальто. Уже на полпути к двери она внезапно остановилась, словно вспомнив что-то важное, затем вернулась и, легко обняв её, прошептала Гневу на ухо: "Не позволяй им себя контролировать."

Дарт Марр молча ждал. Сиенна проскользнула мимо него в коридор, не сказав больше ни слова. Гнев смотрела на закрывающуюся дверь, жалея, что гостья не могла остаться чуть дольше. Она боялась разговора, который ей предстоял.

— Если ты пришёл сказать, как я тебя подвела, — говорить было трудно, каждое слово как будто требовало усилий, — то ты не скажешь ничего, чего бы я уже не знала.

— Я не стану притворяться, будто потеря нашего главного преимущества не усложнила ситуацию значительно, — сказал Марр, снимая маску и кладя её на стол. — Но я здесь не поэтому.

Он выглядел усталым, как будто не спал несколько дней, разбираясь с последствиями её ошибок. Если бы существовала премия за самое большое преуменьшение, подумала Гнев с удушающим чувством вины, Марр без труда занял бы первое место. "Не усложнила ситуацию значительно" даже близко не описывало тот хаос, в котором они оказались.

— Тогда зачем?

— Чтобы лично попросить тебя рассмотреть предложение, которое прислала Императрица Асина. Формулировка оставляет желать лучшего, но его суть вполне разумна. Ты нужна Империи, Гнев.

— Чтобы снова быть чьим-то личным палачом? — уточнила Гнев. — Подчиняться тому, кто сидит на троне на этой неделе?

— Не подчиняться никому, — резко перебил её Марр. — Ты знаешь, как это работает, Гнев. Формальная власть имеет силу только тогда, когда есть средства обеспечить послушание. Ты убила Императора и нескольких членов Тёмного Совета. Неужели ты действительно думаешь, что кто-то в здравом уме попытается заставить тебя делать то, чего ты не желаешь?

— Это, кажется, работает с Малгусом. — Она посмотрела на Марра, внимательно наблюдая за его реакцией.

— Ты в курсе. — Марр выглядел удивлённым. — Могу предположить, откуда у тебя эта информация.

— Уж точно не от тебя. — Глаза Гнева на мгновение вспыхнули от злости.

— Малгус столкнулся с естественными последствиями своих решений, — с холодным пренебрежением отмахнулся Марр. — Тебе же предлагают всю власть, свободу и ресурсы, которые у тебя были раньше.

Гнев скептически посмотрела на него и промолчала. Она не чувствовала сострадания к Малгусу после того, что он сделал, но случившееся с ним казалось неправильным. Он был воином и должен был умереть как воин.

— Ты вернёшься не обычным лордом, ты вернёшься как завоевательница. Ты вернёшься как героиня, — продолжил Марр. Он начал расхаживать по комнате. — Мы ситхи, Гнев. Мы рождены для войны, выкованы в конфликтах. Мы существуем, чтобы подчинять галактику своей воле. Разве ты не хочешь, чтобы победы Империи стали твоим наследием?

Когда он говорил так, было легко поверить, что всё возможно. Центральные миры Республики под контролем Империи, джедаи уничтожены и забыты, их слабость и лицемерие стёрты, побеждённые неумолимой силой имперской власти. Ей почти хотелось согласиться, но она не могла. Она должна была исправить свою ошибку.

— Республика уверена, что переживёт нас. Они думают, что наши недавние победы были возможны лишь благодаря твоему флоту. Докажи, что они ошибаются, — сказал Марр с огнём и неколебимой уверенностью в глазах. — Покажи им, что истинная сила Империи заключается в страсти, что пылает в сердце каждого ситха.

Марр остановился. Гнев глубоко вздохнула, собираясь с духом.

— Альянс, разумеется, сочтёт за честь присоединиться к Империи. Я уже поручила Лане начать процесс. Я буду и дальше служить интересам Империи, как делала всегда. — Облегчение, которое она увидела в глазах Марра, сделало последующие слова ещё труднее. — Но я не вернусь.

Марр долго молчал, пристально глядя на неё.

— Это её идея? — наконец спросил он, указав на кресло, где недавно сидела Сайфер Девять. — Тебе не стоит слушать предателей.

— Она верна Империи, — возразила Гнев. Этот разговор они вели не впервые, и каждый раз он заканчивался одинаково. — Она пожертвовала всем ради нашего дела.

— Она отказалась выполнить свой долг, а теперь взламывает имперские счета и шантажирует имперских чиновников, — сказал Марр с раздражением. — Она полезнее Империи живой, чем мёртвой, это правда. Иначе бы её давно казнили.

— Она ни разу не предала Империю, — глаза Гнева опасно сузились. — Империя предала её.

— Она профессиональный манипулятор, верная в конечном счёте только себе самой, — ответил Марр, и в его голосе впервые за весь разговор прорвалась откровенная злость. — Неудивительно, что Император выбрал именно тебя своим новым сосудом. Это чудо, что он не преуспел в своём замысле, учитывая твою наивность.

Гнев застыла с расширенными от удивления глазами. Она не ожидала таких слов от Марра. Возможно, она этого заслуживала, подумала Гнев, ощущая странную пустоту, разливающуюся внутри. Если бы он достал световой меч в этот момент, она была не уверена, хватило ли бы у неё воли защищать себя. Впрочем, она бы в любом случае не стала с ним сражаться.

Марр, казалось, сразу же осознал свою ошибку. Он закрыл глаза и медленно выдохнул. Когда он открыл их снова, злость исчезла без следа, вытесненная сожалением, бесконечной усталостью и чем-то, похожим на отвращение к самому себе.

— Прости, Гнев, — произнёс он тихо. — Это было недостойно меня.

Гнев долго смотрела на Марра, не двигаясь. Наконец, она сделала шаг вперёд и обняла его. Напряжение в его теле словно растаяло, когда он обнял её в ответ, зарывшись лицом в её волосы.

— Что бы ты ни решила, я поддержу тебя, — сказал он. Она почувствовала, как его губы коснулись её волос. — Но я не перестану пытаться убедить тебя вернуться. Ты нам нужна. Империя до сих пор держится только благодаря тебе. — Его следующие слова едва можно было расслышать. — Я ещё держусь по той же причине.

Коммуникатор Марра издал тихий, но настойчивый сигнал. С тяжёлым вздохом он отстранился от неё и активировал устройство.

— Милорд, — раздался голос одного из его офицеров, — поступила новая информация по операции на Кореллии. Дарт Кровос созывает срочное совещание.

— Я буду через минуту.

— Есть, милорд.

Марр завершил связь и посмотрел на неё с извиняющимся выражением.

— Мне нужно идти. Пожалуйста, обдумай то, что я сказал.

Гнев приблизилась и коротко поцеловала его в губы.

— Я люблю тебя, — прошептала она. — Обещай, что позаботишься о себе.

— Обещаю, — ответил он, коснувшись рукой её плеча. Через несколько секунд его уже не было в комнате.

Гнев опустилась в кресло и прижала пальцы к вискам, почувствовав, как тяжесть последних дней обрушивается на неё. Несмотря на взаимное недоверие, Сайфер Девять и Дарт Марр имели кое-что общее: оба не одобрили бы того, что она собиралась сделать.

— Думаю, пришло время, — произнесла Гнев вслух, смотря в окно отрешённым взглядом. — Я откладывала это достаточно долго. Знаешь, Сиенна была права. Истинная сила — это не то, чем ты владеешь, а то, чем ты являешься. Ты ведь тоже это понимал, не так ли?

Ей никто не ответил.

* * *

Кому: Дарт Марр

От: Гнев Империи

Тема: Надеюсь, ты поймёшь

Милорд,

Моя слабость привела к поражению. Я отказываюсь оставаться слабой. Я отказываюсь оставаться чем-то меньшим, чем ты заслуживаешь, меньшим, чем требует Империя.

Знай, что я люблю тебя больше собственной жизни, больше, чем могут выразить слова. Ты — причина, по которой я сражаюсь, причина, по которой я отказываюсь принимать поражение. Благодаря тебе я найду в себе силы пережить что угодно.

Передо мной лежит путь, который я должна пройти одна. Он либо переплавит меня во что-то достойное веры, которую ты в меня вложил, либо уничтожит меня. В любом случае, итог будет один — я больше никогда тебя не подведу.

До тех пор постарайся не умереть каким-нибудь бессмысленно героическим образом. Ты — мой, и я не позволю никому, даже смерти, забрать то, что мне принадлежит.

Гнев