↓
 ↑
Регистрация
Имя/email

Пароль

 
Войти при помощи
Временно не работает,
как войти читайте здесь!
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Хрустальная память (гет)



Автор:
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
AU, Фэнтези
Размер:
Макси | 251 676 знаков
Статус:
В процессе
Предупреждения:
ООС, AU, От первого лица (POV)
 
Не проверялось на грамотность
Я очнулся клишированно — рывком, словно кто-то дернул за невидимую нить, привязанную к сердцу. Тело нестерпимо зудело, будто под кожей копошились тысячи муравьев. Подо мной кололась жесткая, выжженная солнцем трава. В горячем воздухе пахло пылью и горькой полынью.
Но не зуд и не жара были самым странным. Память была чистым листом, на котором не осталось ни единой буквы. Как я здесь очутился? Кто я вообще такой?
QRCode
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава 11

Гермиона села на кровать и, достав из чемодана увесистую книгу и тонкую тетрадь, похлопала по покрывалу рядом с собой.

— Садись, — мягко, почти ласково позвала она.

Я опустился рядом, вглядываясь в её лицо и пытаясь угадать, насколько серьезным будет разговор. Судя по напряженной складке у неё на лбу — очень.

— Что это? — спросил я, беря в руки книгу в переплёте из жёлтой кожи.

«Записки Антиоха Фарсийского», — прочитал я на обложке. Книга была до жути ледяной — холод, казалось, тут же обволок мои ладони. Не зловещий, как у томов из запретной секции Хогвартса, а какой-то признающий. Словно вещь присматривалась к новому владельцу. Я внутренне напрягся и вопросительно посмотрел на подругу.

— Гермиона, эта книга...

— Сириус разблокировал её для меня, — перебила она, заметив мою реакцию. — Покалывает холодком? Так и должно быть. Он заверил, что ты можешь брать любые книги в его библиотеке, — добавила она, придвигаясь ближе. Наши колени почти соприкоснулись.

— Это записи ученика Герпия Злостного — первого известного создателя крестражей, — продолжала Гермиона, понизив голос до шёпота. Она раскрыла книгу на странице с закладкой.

— Вот здесь он впервые упоминает крестраж, — показала она на абзац под жуткой картинкой, где волшебник корчил мерзкие рожи. Её рука слегка дрогнула. — Жуткая чёрная магия. Волшебник, не желающий покидать этот мир, может расколоть свою душу и поместить её часть в какой-нибудь предмет или живое существо. Этот предмет потом не даёт ему умереть, словно своеобразный якорь, удерживающий его в мире живых.

— Понятно. Поэтому дух Волдеморта был вынужден скитаться по миру, но не исчез, — медленно проговорил я, сопоставляя факты. — Всё совпадает. Получается, он, не сумев убить меня... поместил часть своей души в меня?

В меня? Неужели во мне живёт осколок того монстра, что убил моих родителей? По спине пробежал ледяной озноб, к горлу подступила тошнота. Всё это время... я ношу его в себе?

— Помнишь дневник на втором курсе? — прервала мои мысли Гермиона. — Судя по описанию, это был его крестраж. Вернее, один из них.

— Похоже на то. Больно уж умная тетрадка была, — согласился я, вспоминая Тома из дневника. — Реддл тогда кидался чарами будь здоров, да и вернуться хотел за счёт Джинни. Если бы у него вышло… — я вздохнул, не в силах закончить мысль.

— Ничего бы у него не вышло, — уверенно, хоть и с ноткой горечи, покачала головой Гермиона. — Дамблдор за всем следил. Вспомни ту книгу, которую он «случайно» оставил, чтобы я нашла информацию о василиске. Или Фоукса, принёсшего тебе Шляпу с мечом. Он везде присматривал, всегда направлял. Я не удивлюсь, если и поезд тогда остановили с его позволения. — На секунду в её взгляде мелькнула глубокая печаль.

— Поезд? — недоумевая, спросил я. — О чем ты, Гермиона?

— На третьем курсе. Когда дементоры досматривали Хогвартс-экспресс в поисках Сириуса.

— Точно. Ты думаешь, это он позволил натравить дементоров? Чтобы я вспомнил, как погибла мама? — догадался я. Картинка складывалась пугающе логичная. — Ты права. Но что мне теперь с этим делать? С... собой?

— Подожди. Сейчас дойдём, — она перевернула хрустнувшую страницу. — Антиох описывает, что после первого раскола души Герпий стал несносным и немного пришибленным. После второго — совсем сошёл с ума. А после третьего…

— Что?! — нетерпеливо перебил я, вскакивая с кровати. Нервы были на пределе.

— Сядь! — неожиданно жестко приказала она.

От неожиданности я плюхнулся обратно.

— Я тут ему помогаю, ночи не сплю, ищу выход, а он и минуты потерпеть не может! — прошипела она, и в её глазах, обычно теплых, сейчас метали молнии.

— Хорошо, прости. Буду слушать не перебивая, — примирительно сказал я и, взяв её за руку, приложил теплую ладонь к своей щеке. Я посмотрел ей в глаза, и гнев в карих омутах тут же сменился чем-то мягким.

— Балбес, — беззлобно выдохнула она.

— Как скажешь. Продолжишь? Про крестражи и этого Герпия.

Гермиона осторожно высвободила свою руку и указала на иллюстрацию в книге. На рисунке было изображено создание, лишь отдалённо похожее на человека. Его покрытое чешуёй тело было уродливо: глаза тускло светились, словно угли, а вместо носа зияли две узкие щели. Длинные, тонкие руки заканчивались пальцами с когтями, а нижняя часть тела и вовсе представляла собой массивный хвост. Это было воплощение безумия и тёмной магии.

— Смотри. После третьего раскола он окончательно утратил человеческий облик и стал похож на змея, а точнее — на нага. Отрекаясь от частичек своей души раз за разом, он потерял всё людское и обрёл облик своего... хм... предка?

— Как и наш Змеелицый, — с отвращением заметил я, рассматривая рисунок.

Она попыталась улыбнуться, но вышло натянуто, и поспешила перевернуть страницу.

— Его сторонники смогли воссоздать ему тело. Но Герпий стал ещё более безумным и жестоким. Он не щадил ни врагов, ни союзников. В итоге, через несколько лет, его же последователи собрались и уничтожили все его крестражи.

— И как им это удалось? Яд василиска?

— Да, — кивнула Гермиона. — Одно из немногих веществ, способных уничтожить крестраж безвозвратно. Иронично — это был яд его собственного василиска.

— То есть... непонятно, как из меня вытащить эту штуку, не убив меня?! — голос мой, к собственному стыду, сорвался на визг.

— Успокойся! — крикнула она, и я увидел, как её глаза наполнились слезами. — Если бы ты знал, сколько я сама плакала, когда нашла это! Читай!

Она ткнула пальцем в последнюю строчку на странице:

«Аще кто хощет искоренити зло, Крестражем именуемое, то дóлжно вместилище оного Адским пламенем очистити, либо ядом василиска поразити до основания…»

Я ослабевшими руками уронил злополучную книгу на покрывало.

— То есть… Дамблдор приготовил мне роль?..

— Камикадзе. Свиньи на убой. Да, Гарри. Этот… старый козёл, скорее всего, планирует, что в конце ты сам… — голос её дрогнул, и она закрыла лицо руками.

— «Старый козёл»… Как ему подходит, — пробормотал я, безвольно откидываясь назад. Дамблдор… Он знал. Он должен был знать. — Пророчество… То, о котором он бормотал тогда… Так вот оно что! Он ждёт, пока оно осуществится, и тогда сам разберётся с Волдемортом. Пророчество — вот что они охраняют. Но где?..

Я поднялся и, не выдержав вида её трясущихся плеч, обнял её.

— Гермиона, не плачь. Мы…

— … найдём решение, — всхлипнула она, убирая ладони от лица и вытирая пальчиком уголки глаз. Впервые её лицо оказалось так близко. На секунду у меня перехватило дыхание: у неё всегда были такие губы? И этот аккуратный носик? А щечки? И глаза, блестящие от невысохших слёз... Она была прекрасна.

— Обязательно найдём, — она решительно обняла меня в ответ, прижавшись щекой к груди.

Я же начал медленно пьянеть от запаха её волос. Не удержавшись, я вдохнул глубже, буквально уткнувшись носом в её макушку.

— Гарри? Ты что меня... нюхаешь? — возмущённо-испуганно выдохнула она, слегка отстраняясь, чтобы заглянуть мне в глаза, но объятий не размыкая.

— Ты просто... пахнешь... приятно...

— Но я не цветок, — отшутилась она, мгновенно заливаясь румянцем.

— Ты милая, — ляпнул я, любуясь тем, как розовеют её щеки. И чего она так смутилась? Ведь я не сказал ничего "такого". Атмосфера безысходности, царившая минуту назад, отступила. В комнате даже посветлело — луна вышла из-за туч. Всё, что я чувствовал последнюю неделю... странный Патронус... "Любимая и милая". Только вот как теперь тебе сказать?

— Милая... — эхом отозвалась она, окончательно превращаясь в помидорку.

Я вновь посмотрел на её точеные черты, на слегка смуглую, тронутую загаром кожу.

— Ты была на море? — вдруг спросил я.

Вопрос застал её врасплох. Она отстранилась окончательно и, нервно поправляя волосы, ответила:

— Недолго. Полагаю, я должна тебе рассказать... Мы с родителями всего неделю отдыхали на Мальте, как вдруг прилетела сова. От директора. А следом явился и он сам. Заявил, что тебе потребуется помощь, и забрал меня сюда. А здесь уже попросил тебе практически не писать. Только... отписки. Для твоего же блага! Якобы сову могут перехватить. Я была так расстроена! Но после первого же моего нормального письма, которое вернул мне проф... мистер Люпин, я поняла...

— ... что это безнадежно, — закончил я за неё.

Она кивнула:

— А о том, что можно просто позвонить по телефону, я даже не подумала. Словно...

— Словно кто-то отвел глаза или наложил Конфундус? — напрягся я. Мысль о воздействии на разум неприятно кольнула. — Знаешь, я тут заметил, что Снейп...

— Профессор Снейп... ой, прости, — поймав мой тяжелый взгляд, она осеклась. — Пусть будет Снейп. Что с ним?

— Если кратко — он читает мысли. Ну, мне так показалось. Вечером, увидев его, я вдруг вспомнил момент из раннего детства, когда эта «Летучая мышь» убеждал маму покинуть страну. Да, именно — бежать, спасаться от Волде... Того-кого-нельзя-называть.

Гермиона слабо ткнула меня кулачком в плечо.

— Летучая мышь? — Она фыркнула, пытаясь сдержать смешок. — Прости, но... очень похоже.

Дождавшись, пока она успокоится, я продолжил тише:

— Так вот... я вспомнил, как видел его тогда. Видела бы ты, как он поменялся в лице, когда понял, что я его узнал. Словно саму Смерть увидел. И этот страх в его глазах... Потому-то я и подумал...

— Не может быть! Но... тогда все сходится! — Гермиона, выглядевшая теперь не просто обеспокоенной, а всерьез встревоженной, вскочила и принялась рыться в сундуке. Вскоре на свет показалась потрепанная брошюра, затертая буквально до дыр.

— Это не моё, — тут же начала оправдываться она. — Досталась... по случаю. Неловко рассказывать... Впрочем, потом.

Она быстро пролистала страницы, пробежала глазами по тексту, поджала губы и, отбросив книжицу на кровать, погрузилась в раздумья. Пальцы нервно теребили прядь волос.

— Головная боль, провалы в памяти... и потом всё резко проходит, словно и не было... — бормотала она себе под нос.

Я поднял брошюру.

— «Наставления новым волшебникам»? — прочитал я на обложке. Что-то новенькое. Я с удивлением листал эту инструкцию для маглорожденных. Множество странных правил, устаревший слог. На одном из разворотов была двигающаяся картинка лысого волшебника и заголовок: «Береги свои волосы — силу магическую хранящие».

Гермиона очнулась и перевернула страницу моей книги.

— Открой на сорок пятой. Остальное потом посмотришь, там много... суеверий, но есть и дельное.

— «Защити свой разум», — прочитал я вслух.

Из текста выходило, что опытный легилимент — маг со склонностью к ментальной магии — способен на многое: от простого чтения поверхностных мыслей до внушения образов и коррекции личности.

Я читал, чувствуя, как холодеют руки: «...При грубом ментальном вмешательстве жертва может испытывать мигрени, потерю аппетита, дезориентацию. Кроме того, возможны кратковременные провалы в памяти, сопровождающиеся ложным чувством спокойствия...»

— Видишь? — тихо спросила она. — У меня болела голова... некоторое время, а потом я просто перестала пытаться связаться с тобой иным способом. Просто приняла слова Дамблдора как аксиому.

— Тваааррь... — с ненавистью выдохнул я и, швырнув брошюру на кровать, вскочил.

Сжав кулаки от бессильной злости, я мерил шагами комнату. Внутри всё клокотало. Хотелось найти Снейпа прямо сейчас и... сделать из него отбивную. Глифом.

— Вот бы приложить его чем-нибудь осссобенно мерзсским... — последнее слово вышло почти на парселтанге.

— Всё уже в прошлом, — она тут же оказалась рядом, обняла со спины, прижавшись всем телом. Её волосы защекотали мне лицо, скрывая от меня комнату, и это совершенно волшебным образом уняло ярость.

Я встрепенулся — не я тот, кого нужно успокаивать. Развернувшись, я взял её за плечи.

— Гермиона, — я заглянул ей в глаза. — Ты как? Он ничего... важного не... изменил?

В её взгляде скользнула тень страха, но она быстро взяла себя в руки.

— Нет, не думаю. По крайней мере, у меня были просто головные боли, и я всего лишь забыла несколько минут принятия решения. Понимаешь, я ведь тоже... хорошо всё запоминаю.

— Нет. Ты запоминаешь лучше, — поправил я её. — Я лишь досконально помню всё, что было в прошлом. А новое... может, чуть лучше, чем раньше, но не так, как ты. Наверное. Только неделя прошла, сложно судить.

Мы снова устроились на кровати. Я рассеянно взял брошюру, повертел её в руках, открыл первый разворот и с изумлением уставился на надпись, выведенную аккуратным девичьим почерком: «Миртл Уоррен».

— Это что — книга Плаксы Миртл?! — ошарашено воскликнул я, тряхнув раритетом перед носом подруги.

— Это действительно неловко... — залилась краской Гермиона.

Глава опубликована: 14.02.2026
Отключить рекламу

Предыдущая главаСледующая глава
11 комментариев
Гут. Зер гут.
Любопытненько
Увы. Сириус сбежал из Азкабана не "чтобы защитить Гарри", а "чтобы прибить Петтигрю".
Kyeавтор
Raven912
Увы. Сириус сбежал из Азкабана не "чтобы защитить Гарри", а "чтобы прибить Петтигрю".

> Сириус. Вот кто уж точно на моей стороне. Мой крестный, сбежавший из Азкабана, чтобы защитить ___меня____. Он поможет. Он должен.

Все дело в том что, это поток мыслей самого Гарри.

Хотя ведь Сириус метнулся же к дому где Гарри жил? И откуда только адрес узнал?
qwertyuiop12345qwe
Знаете, в Северном море ветра и течения несут на Восток, волны даже в относительно спокойном море под 2 м, так еще и вода даже в июле не прогревается выше 18 градусов (а Блэк бежал, емнип, в мае). И вот представьте заплыв истощенной собаки против ветра и течения не меньше, чем на 2 мили.
Так что есть версия, что некто (с белой бородой), когда посчитал нужным - достал "бедного узника" с кичи, за шкирку принес к нужному дому и обливиэйтом заполировал. Это объясняет и почему Блэк не сдернул раньше, и как не утонул в море, и как нашел Гарри. Правда, что там осталось от возможности спмостоятельного мышления после такого "побега" - вопрос. Недаром из всех обитателей Гриммо только хозяин дома не радовался оправданию Гарри.
Интересно, ждём прод
Молодцы ребятки, глядишь, так и Сириусу мозги прочистят. Категорический одобрямс! Будем наблюдать.)
Отлично. Жду продолжения.
Во блин теперь и от приведений подальше держаться надо,а то так вселятся,делов натворят и моргнуть глазом не успеешь проснёшься в Азкабане.Кто его там знает этот замок,что он посчитает за вред,что нет.Вот только накой это всё было?Чейто многовато воды становится,а сюжет стоит
Очень интересно написано! Прочитала на одном дыхании. Правда немного нервировало имя автора: как бы не очередная нейронка, но текст на достойном высоком уровне. За все 14 глав увидела только пару ошибок! 🤓
Жду с нетерпением дальнейшего развития событий! 💖
НадеждаОо Онлайн
Ииии пищу от удовольствия. Очень классный фик😄
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх