Карьера Джораджона Лукаса (джен)

— Серпида — дружественное нам государство, заключившее союз с Империей. Народ серпов избрал путь прогресса и развития. Но нашлись силы, которым этот путь оказался не по сердцу. Мягко говоря.

Прохаживаясь вдоль строя штурмовиков, Лея сделала многозначительную паузу.

— Как серпом по яйцам! — подсказали ей из строя.

— Можно и так сказать. Но главное — помнить, что имперские силы пришли на Серпиду как защитники. Пришли помогать простым людям защищать свое право жить в современном и безопасном мире.

Подобные разъяснительные беседы велись не только со штурмовиками. На мониторах перед Дартом Вейдером сразу несколько таких бесед. Вот генерал Вирс уже перешел к ответам на вопросы.

— Как отличить дружественных серпов от мятежников, сэр?

— По повадкам. Вот, например, барон Пух-хан, владелец старинного замка. Подался в лидеры заговорщиков, потому что жители окрестных селений посмели переезжать из лачуг с соломенными крышами в современные дома. А дома эти мало того, что портят барону вид из окна, так еще и оскорбляют баронскую честь тем, что оказались выше его замка.

Похоже, все идет, как должно. Вообще-то, на Серпиде у СИБ получилось бы лучше. Все эти заговоры по их части. Но повелителю захотелось, чтобы все силы СИБ были брошены на зачистку структур «Черного Солнца». Таркина послали с некоей миротворческой миссией. Серпида же досталась флоту. Только, может статься, огневая мощь для решения этой задачи флоту не понадобится.

Причина тому весьма нестандартная. Странная прихоть, создание пресс-службы флота, за которую повелитель сгоряча едва голову ученику не оторвал, вдруг начала давать плоды. После очерка об Акселане разведка сперва доложила о всплеске интереса определенных кругов серпской аристократии к дальним космическим путешествиям. Сразу несколько знатных серпских семейств отправились в туманную даль, забыв оставить адрес пунктов назначения. Следом политическая жизнь планеты замерла. Ни власть, ни заговорщики резких действий не совершали. Есть надежда на то, что появление флота позволит обойтись без эксцессов и дальше.

* * *

Серый бок ночной Серпиды неспешно плыл под плоскостями патрульных космолетов. Некогда народ инженеров и конструкторов давно скатился в устойчивое средневековье. Поэтому электрические огни на темной стороне планеты большая редкость. В эфире тоже в основном флотские переговоры. И тех мало. Сейчас и по корабельному времени глухая ночь. В наушнике только позевывание Зева слышно с завидной регулярностью.

— «Новичок-8» «Новичку-13», не спи в оглоблях, курсант.

— Солдат спит — служба идет.

— Не спи — замерзнешь. Делай, как я.

Джо заложил крутой вираж. Несколько минут два файтера рассекали пространство в замысловатых фигурах не очень высшего пилотажа. Пока диспетчерам не надоело мельтешение перед обзорной плоскостью и на радарах.

— Эй, «Новички», угомонитесь уже. Мало вас милорд дрючит? Послали патрулировать орбиту, так и глядите в оба, а не суетитесь как влюбленные ранкоры в период гона.

— Есть, сэр.

Пара космолетов возобновила чинное движение по маршруту.

— Парни, кто в столицу спускались, говорят, будто местные прямо верхом по улицам ездят. Интересно, народ тут реально такой дикий, или наши врут? — чтобы вновь не начать зевать, заговорил Зев.

— Ну чего сразу дикие-то? Где-то они конечно и дикие, но где-то такое придумали, фиг кто другой додумается. Сам прикинь, вместо меча на основе регулируемого потока плазмы они куют мечи из металла путем передела чугуна в тигельную сталь, потом отжига, ковки и закаливания. Булат называется. Там такая мудреная технология, я всего до конца так и не понял. А ты — дикие.

— Да ладно. Болтают, небось.

— Нет, не болтают. Мне пацан, что на стажировке в ремонтных мастерских «Опустошителя» остался, все в деталях рассказал и даже фотки из оружейной комнаты какого-то жутко породистого графа показывал. Булат этот красивый, зараза! Головой понимаешь, что узоры на металле по сути дефект, а все равно…

— А пацан откуда фотку взял? Нафотошопил, небось, — от скуки принялся спорить Зев.

— Он в том замке вырос. У него папаша — графский шут.

— В смысле — шут?

— Ну, типа, клоун.

— Зашибись. Вот где дикость-то.

Пилоты притихли. Думали. Нестерпимая обида от того, что сын твоего шута возжелал стать механиком-наладчиком гипердрайва, может считаться серьезным основанием для мятежа против допустившей такое непотребство власти?

Тишина продлилась недолго. Диспетчер дал команду идти на сопровождение опускающегося на поверхность десантного модуля.

— Что, понеслось уже? — азартно завозился Зев. — Интересно, кто первый начал? Наши, небось. Местные при флоте не рыпнулись бы.

* * *

Дружественный визит вежливости все больше начинал походить на арест. Нет, оружием генералу Вирсу никто не угрожал и руки за спину не заламывал. Все выглядело цивильно. Только возможность свободно покинуть уютные апартаменты гостеприимного замка отсутствовала. А ввязываться в драку без уж совсем крайней необходимости милорд запретил.

Максимилиан Вирс нервно барабанил по резным подлокотникам антикварного кресла, наблюдая за тем, как один из сопровождающих его офицеров пытался вскрыть замок, а второй — наладить связь. Неудача первого занятия заранее очевидна: дубовую дверь с коваными петлями снаружи наверняка закрыли на засов. Примитивно, но о-о-очень надежно. Такое только детонатором взломаешь. Отсутствие же связи настораживало, заставляя подозревать местных в связях с кем-то, куда более технологически продвинутым. Агентами Альянса, например. Хотя, зачем врать, никого, кроме местных, Вирс в замке не видел.

От имени главкома генерал провел встречу с королем, а затем отправился в загородные владения одного из его вельмож.

Что до короля, он произвел двоякое впечатление. Энтузиаст технологического прогресса, Си-шах просто с детским восторгом глаз с имперской техники не сводил. Пожалуй, такой напор и без подстрекательства мятежников способен вызвать противодействие со стороны более осторожных и расчётливых соплеменников. Пожалуй, имперская база на Серпиде нужна не столько для охраны проимперского режима, сколько для сдерживания излишне активного реформатора. Кто-то же должен защитить рядовых серпов от благих, но опрометчивых действий.

Только эти мысли посещали генерала Вирса утром, по дороге в охотничий замок графа Щак-бека. Теперь не до этого. Их встретили, выстроеным во дворе почетным караулом из лакеев, конюхов и поварят. Затем пригласили отдохнуть с дороги. И заперли без объяснений причин и выдвижения требований. Впрочем, если это захват заложников, то требования предъявить станут не ему. Обидно. Офицеру броне-штурмовых сил Империи роль пассивной жертвы непривычна.

— Что-то есть, сэр, — подал голос один из адъютантов.

* * *

А у местных чешуйчатых феодалов оказались вполне современные ПКО. Немногочисленные, правда. Двух патрульных космолетов для подавления вполне хватило. Три батареи погасили с низкой орбиты, а четвертую уже штурмовики с первой прибывшей платформы успокоили. В общем, несколько минут заполошной стрельбы в верхних слоях атмосферы, и «Новички» монотонно нарезают круги над атакованным десантурой замком.

— Чего ждем-то? — недовольно ворчал Зев, из чьей крови еще не выветрился адреналин после первого боя. Ему не терпелось мчаться за врагом к новым победам.

— Вдруг у них тут боевые драконы с водопоя вернутся? — не поймешь, в шутку или всерьез, отозвался Джо.

* * *

— Где заложники?

Дарт Вейдер в очередной раз встряхнул повстанца-человека. Только все без толку. Ответа не последовало. Его альянсовец просто не знал. А то, что знал, сформулировать более-менее внятно не мог. Слишком велика оказалась растерянность. К некоторому удивлению ситха, не страх, а именно растерянность. Что заставляло удивляться уже самого Вейдера: мятежники на что рассчитывали-то?

Около часа назад местный граф выступил с заявлением на флотской волне. Обращался не абы к кому, а прямо к темному лорду. Вейдер капризничать не стал и на связь с его сиятельством вышел. Только тот общаться посредством богомерзкой голосвязи не пожелал, банально шмыгнув куда-то за пределы захвата проектора, только кончик хвоста мелькнул, и потребовал, вероятно из-под стола, Вейдера себе в замок для доклада о планах Империи на Серпиде. Иначе с группой имперских офицеров может случиться непоправимое. На сборы ситху дали час и, не дождавшись ответа, отключили передатчик.

— Прошу прощения, милорд, но лететь на зов этой каракатицы, пусть и со штурмовой группой, — значит, дать повод говорить о том, что лорд Вейдер подчинился диктату… — вкрадчиво подал голос осторожный Пиетт.

— Не полететь — значит дать повод для разговоров о том, что испугался, — не согласился с адмиралом новый капитан «Опустошителя»

— Кто посмеет обвинить лорда в трусости? — гнул свое Пиетт.

— Те же идиоты, что будут орать об уступках террористам. Впрочем, если отозваться на приглашение последних достаточно энергично, то у первых повода для болтовни станет меньше.

Слушающий все это Вейдер повернулся к офицерам-спорщикам с живейшим интересом.

— Господа всерьез полагают, что я руководствуюсь в принятии решения чьим-то мнением, неважно, назло или на поводу?

На этом воспитательную пятиминутку Вейдер решил закончить, ибо хорошенького понемножку. Зато сборы к высадке на Серпиду завершились в кратчайшие сроки. В течение часа десант собран, высажен и решил основную поставленную задачу: взял замок

Формально. Ибо фактического результата не достигнуто. Замок оказался пуст. Граф с несколькими сотнями своего окружения плюс полдюжины офицеров миссии генерала Вирса бесследно исчезли. Два десятка альянсовцев имелись и даже внятного сопротивления не оказали, ибо одномоментное исчезновение союзников и заложников их в конец деморализовало.

— То есть граф со свитой исчезли бесследно? А мои офицеры исчезли вместе с ними? Причем, последние — прямо из запертой на три засова комнаты без окон и запасных выходов?

— Выходит, что так, — обреченно вздохнул старший повстанец.

Не врал. Сканеры десантников тоже очевидных тайных ходов не нашли. Некие подземные коммуникации имелись, но недостаточные для быстрого бегства сотен разумных.

— Как это произошло? — зарычал на пленника Вейдер.

Не то, чтобы ситх надеялся страхом добиться от мятежника большей откровенности. Скорее собственную растерянность маскировал. А страх — исключительно для того, чтобы пленник место свое помнил. Хотя немолодой степенный дядька в поношенной форме имперской армии об этом и так не забывал.

— Да сит… сарлакк его знает, как оно вышло-то. Бек этот перетрусил, едва понял, что разговаривать прямо с вами придется. Аж под стол залез. И смех, и грех, право слово. Только хвост наружу торчал. Потом он приказал своим гаврикам собраться для вашей встречи, а нас отправили на стены наблюдать, и у вас на глазах не отсвечивать. И все…

— Что, все?

— Все. Не видели больше того графа.

Спрашивать о том, на что рассчитывали мятежники, вызывая лорда Вейдера на разговор, бессмысленно. Командир маленького отряда о планах большого начальства не то, чтобы может не знать, он и не должен об этом знать.

— Где граф собирал своих для исчезновения?

— В крытом дворике.

— Показывайте.

Темный лорд ситхов не был суеверным. В смысле, в происки нечистого конкурента из некоторых монотеистических культов окраинных миров не верил. А как инженер, понимал нереалистичность баек про телепортацию.

Небольшой толпой: Вейдер впереди, пленники в окружении штурмовиков следом, спустились во дворик — глухой колодец. Если бы заговорщики реально планировали здесь встречать ситха, то вполне недурно могло получиться. Атмосферно. И неудивительно, что соучастники не заметили бегства. Дворик окружен стенами без единого окна основных построек замка. Удивительно, куда серпы отсюда делись. Впрочем, некие неприметные двери здесь при внимательном осмотре все же нашлись. Солдаты отжали массивные створки.

— Похоже, грузовой лифт, милорд.

— Помещение, в котором заперли людей Вирса, случайно не над ним?

— Так точно, милорд. Только на лифте никуда дальше подвала не уедешь.

— Осмотреть подвал.

— Есть, милорд.

Вообще-то сканеры показали, что под замком помещений едва ли не больше, чем в самом замке. Причем не только в традиционно каменном исполнении, но и в бетоне и арматуре. Хотя исчезновение сотни разумных это не объясняет. Разве что станция метро «Графский замок». На перегоне между станциями «Заливной лужок» и «Коровники» на навозной линии, язвил про себя лорд Вейдер, пока его люди осматривали шахту воистину гигантского лифта. Осмотр затягивался, и ситх принялся цепляться к пленному мятежнику.

— Дезертиры?

— Нет, — старший повстанец понимающе одернул имперский мундир. — Просто в этом наше появление в замке не вызывало лишнего интереса у соседей.

Жаль. С дезертирами можно не церемониться. С ними в зоне боевых действий разговор короткий. Но мятежник не врет. Дожить до суда он не надеется, ибо не подозревает за лордом Вейдером склонности сомневаться «делать — не делать». В реальности же ситха терзали муки выбора. Расстрелять нескольких боевиков — дело нехитрое. Этому даже принцесса Лея возмущаться сможет недолго и небурно. Но отловить кого-то более солидного на Серпиде не факт что получится. А публичный процесс, раскрывающий разумным глаза на связь местных заговорщиков-традиционалистов с трансгалактическими террористами, был бы весьма полезен. Конечно, за пределами Серпиды мужичок из работяг с разорившейся верфи, что с голодухи подался в наемники, а там и до Альянса докатился, на серьезного террориста не потянет. Но в этой провинциальной глуши сойдет.

Эти в целом некровожадные размышления Дарта Вейдера прервал свист падающего кажется прямо на головы корабля.

* * *

— А на орбите бой, — завистливо сообщил своему ведущему Зевулон. — Вспышка слева. Парни чего-то нехилое прищучили. Похоже на перехват протонной торпеды.

— А вот и торпедоносец.

— Падает.

— Или на таран замка пошел, гад.

Оценивать вероятность попадания в цель переделанного в тяжелый торпедоносец среднемагистрального грузопассажирского звездолета, как и храбрость или фанатизм его экипажа, нет времени. Патруль рванул на перехват. Только стрелять из лазерной пушки в условиях облачности — то еще занятие. Джораджону даже с его форсюзерскими способностями пришлось стрелять практически в упор.

Едва сумевший стабилизировать полет после взрыва торпедоносца Зевулон ошалело перевел взгляд с горящих на земле обломков звездолета на исчезающий за кромкой леса чадящий космолет Лукаса. В огромном небе вдруг стало пусто и одиноко. Не особо задумываясь о смысле своих действий, Вирс бросил машину следом за товарищем. Сесть на образованную падающим космолетом просеку получилось почти мягко. Только в самом конце носом в буерак зарылся.

Только буерак это — не просто так оказался. В нем жил некто на шести ногах, с мощными челюстями, в прочной хитиновой броне и с серьезной обидой на незваное вторжение. Свое недовольство чудовище решило выразить посредством откусывания головы опрометчиво выпрыгнувшего из кабины пилота. Зев вполне понимал и даже отчасти разделял гнев местной твари, но головы было жалко. Только гад одной ногой уже влез в кабину через откинутый колпак. Пришлось прямо с плоскости космолета нырять в противоположные кусты. Едва ли это могло кардинально изменить расклад. Пилота спасла не его прыгучесть, а плазменный разряд, влетевший в разинутую пасть вместо головы. Такая замена сняла вопрос с хищником, но не решила проблему Зевулона. Ибо обладатель плазменной винтовки показываться не торопился. Вот и Вирс высовываться не рискнул. Мало того, поняв, что спаситель первым на контакт не идет рванул прочь сквозь кусты в режиме, куда глаза глядят. Бежал, пока чья-то рука не ухватила его за шиворот.

— Стой, чудила. Там кусты кончаются.

— Джо?

— Нет, блин. Я за него, — усмехнулся приятель. — Там стреляли?

— Ага. То ли ребел, то ли серп-охотник зверя местного подстрелил.

— Может, наш?

— Нет, он меня видел, но не подошел и не окликнул.

В кустах вроде бы зашевелились.

— Бежим! Туда!

Оба рванули в сторону от того направления, которым Зевулон бежал в одиночку. Бежать, слушая только бешеное биение собственных сердец. И пока не замерли от истошного крика в считанных шагах впереди. Очень захотелось рвануть прочь. Поэтому эти самые шаги все-таки сделаны, но очень медленно и осторожно. Вот последняя ветка отведена в сторону. И взорам пилотов открылась гнездо с шестилапым то ли птенцом, то ли котенком. Голодным, судя по ору и разинутой пасти.

— Это его мамаша мне голову откусить собиралась…

— Как думаешь, он съедобный?

— Ты чего? Он же маленький!

— Вот именно. Его все равно кто-нибудь сожрет. А нам до замка километров пятьдесят по лесу чапать. Ты сухпай взять успел?

— Нет…

— Вот и я нет.

— Сумеешь? — с нескрываемым сомнением покосился на с удвоенной силой вопящего детеныша Зев.

— А чего уметь? Я на Татуине сто раз на охоту ходил. И добывал, и разделывал, и на костре готовил. Это у вас в городе отбивная из холодильника появляются. А в иных прочих местах ее сперва догнать надо.

— Ладно. Только давай его сперва с собой возьмем и только в крайнем случае… Ну, мало ли, вдруг зверь какой-нибудь особенно редкостный.

— Ладно, зоозащитник хренов. Только ты его сам потащишь. Я помогать не буду.

— Ага!

Обрадованный Зев уже принялся сооружать из ремней пилотского костюма некое подобие «кенгурятника». Засовывать себя в это приспособление детеныш не мешал. Мало того, притих, испугавшись или сомлев от равномерного покачивания при ходьбе. Кстати, ибо Зевулону и так приходилось очень стараться, чтобы поспевать за идущим первым Джо. Приноровился. Потекли часы равномерного движения без слов и мыслей.

От резкого толчка Вирс едва не упал.

— Что? — одними губами спросил резко обернувшийся Лукас.

Зев только плечами пожал. Оба сперва услышали смачное чавканье за спиной. Потом увидели, как пассажир вытянул шею, чтобы дотянуться до следующего плода на свисающей над головами путников ветке.

— Думаешь, они съедобные? — завистливо посмотрел на лопающего зверька Зев.

— Так ситх его знает. У этого может желудок восьмикамерный: он гвозди переваривать умеет.

Есть хотелось, но еще не настолько, чтобы не согласиться с разумностью доводов товарища. Все-таки опыт жизни в пустыне здорово отличал мировоззрение Джо от взглядов горожанина Вирса.

Только от шума крыльев вспорхнувшей почти из-под ног крупной птицы шарахнулись все трое с одинаковым усердием. Шестилапый аж из кенгурятника вывернулся и засеменил в кусты. Откуда почти сразу раздалось смачное чавканье. Джо ринулся следом.

— А ну отдай, гад! — донеслось из кустов.

Еще через миг Джо и детеныш вернулись. Первый нес два крупных, больше чем с кулак, яйца, а второй облизывал с морды яичный желток.

— Надеюсь, против поедания яиц ты ничего не имеешь? — поделился Джо добычей с приятелем.

— Нет. Птица назад на гнездо все равно не сядет, — смирился с жестким укладом лесной жизни Вирс.

Яйца выпили на ходу, скормив скорлупу возвращенному в «кенгурятник» детенышу.

Усталость ли взяла свое, подкрадшиеся сумерки, или Джо от сытости концентрацию потерял, но… Сырости под ногами, конечно прибавилось. Но чтоб один неосторожный шаг, и вместо устойчивой кочки под ногами оказалась бездонная топь... Протянутая палка помогла Лукасу удержаться, но выбраться на сухое место не получалось. Зев пробовал тянуть, но сам провалился по колено и едва выполз на твердый участок. Теперь он приблизился к товарищу ползком, но так тянуть оказалось совсем неудобно. Но он тянул. Без особой надежды на успех, молча скрежетал зубами и тянул. Тянул, пока чьи-то сильные руки не пришли на помощь.