Круг (гет)

— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовалась внимательная Аяно утром, когда девушки собирались на завтрак в Большой зал.

— Не выспалась, — ответила Ева с зевком, натягивая на себя пуловер, — но в целом нормально.

— Джойс, конечно, своё ещё получит, — процедила Аяно, которой не оказалось в гостиной Слизерина минувший вечер. — Поверить не могу, что она додумалась до такой идиотской выходки. Я недооценивала то, насколько непроходимой тупицей может быть наша посредственная принцесса. Но будь уверена — миссис Блэк это так не оставит.

— Нет уж, — отрезала Ева. — Бабуле об этом знать не нужно. Это исключительно наши внутренние проблемы.

— Какие глупости, — отозвалась Аяно. — Она первой должна была о этом узнать.

— Но она не узнает, потому что я ябедничать не стану, — Ева была непреклонна. — И я жду того же от тебя.

Аяно недобро взглянула на приятельницу, но по её лицу нельзя было понять, предпримет ли она что-либо или предпочтет не вмешиваться в эту ситуацию.

— Ты расскажешь мне потом о том, что именно произошло в тот вечер? — поинтересовалась Кавагучи.

Ева опустила взгляд в пол, продолжая расчесывать свои волосы. Аяно была единственным человеком с факультета, с которым у неё были более-менее дружеские отношения, но по злой иронии именно она не знала всего происходящего с ней в детские годы. У неё было только примерное представление тех вещей, что показала Ричи на проекции в гостиной, но всех деталей она не знала.

— Расскажу, но после каникул, — подумав, ответила Ева. — Если честно, то сейчас я не хочу снова говорить об этом.

— Хорошо, — кивнув, согласилась японка.

В ожидании подруги Ева опустилась на кровать и сложила руки на коленях. Некоторое время она бессмысленно глядела перед собой, обводя взглядом комнату, которую за пять лет изучила от пола до потолка. Неприятные воспоминания в сопровождении неугасающей напряженности посетили её вновь, и Ева провела рукой по голове в бесполезной попытке себя успокоить. Но ей вдруг резко и очень отчетливо вспомнилось, как маленький Гвандоя любил трогать её волосы, до белизны выжженные солнцем Африки, и отдернула руку.

Ни друзьям, ни своему дневнику, ни тем более Малфою она так и не рассказала о том, как в тот злополучный день она струсила. Как смотрела в спину маленького Гвандое, который без тени сомнений побежал в самое пекло и больше не вернулся. Ева не побежала за ним, и не за кем-либо, даже когда слышала чьи-то по-настоящему ужасающие, но знакомые вопли. Она продолжала прятаться в тени сухих кустарников неподалеку до самого возвращения бабушки, и этот поступок преследовал её и по сей день.

Опустив тяжелые веки, она постаралась незаметно утереть мокрые глаза, чтобы Аяно ничего не заподозрила. Было паршивее некуда.

— А о Малфое расскажешь? — неожиданно спросила Аяно у неё за спиной.

Разворошенные воспоминания многолетней давности тесно переплетались с теми, в которых Драко Малфой стискивает её ладонь, после чего целует. И если от воспоминаний об Африке ей было плохо, то от этих воспоминаний попросту тошно. Но они удивительным образом приводили её в чувство.

— Может быть. Я ещё не решила.

* * *

Как Ева и ожидала, стоило ей покинуть спальню, как она угодила в бесконечных ворох взглядов и шепотков, в которых то и дело звучали имена как её, так и Малфоя. Без имени Джойс так же не обошлось. Принцесска объявилась только на последнем уроке зельеварения с самой неискренней невозмутимостью на свете, села в компанию своих подружек, и каждое её движение было наполнено резкостью и раздражением. Ева же старалась на неё не смотреть, поскольку один её вид вынуждал тошнотворный ком подниматься вверх по трахее.

Когда прозвенел колокол, предвещающий об окончании этого изнурительного дня, Ева побросала свои учебники в сумку одной из первых и хотела было пулей покинуть аудиторию, но её остановил бархатный, но холодный голос:

— Мисс Хейг. Вы и мисс Джойс должны задержаться.

Ева неслышно вздохнула, ощущая, как внутри неё что-то ухает. Она встретилась взглядом с Аяно, которая смотрела на неё в ответ с тревогой. Каким-то образом слухи о драке в гостиной Слизерина всё-таки достигли ушей декана, и Ева понимала, что ничего хорошего от этого разговора не будет. Слишком уж Снейп её недолюбливал.

— Не дай ей тебя закопать перед ним, — едва слышно сказала Аяно, пока все остальные ученики спешно собирались и покидали аудиторию в ожидании отдыха. — Расскажи всё, как есть. Джойс должна получить по заслугам.

Ева хмуро взглянула на неё, но ничего не ответила, и Аяно поняла её молчание верно. Водрузив сумку на плечо и с достоинством выпрямившись, она проговорила:

— Разберись с ней, иначе разберусь я. И результат тебе как всегда не понравится.

Ева разозлилась и хотела было завести свою привычную тираду, но Аяно только развернулась и направилась прочь, покидая аудиторию одной из последних. Хейг оставалось только смотреть ей вслед и нервно заламывать пальцы.

— Мисс Хейг. Подойдите сюда.

Ева тяжело вздохнула и поплелась к своему декану как на плаху. Ричи Джойс уже стояла у стола и смотрела на неё с тенью самодовольной улыбки, которая Еве совершенно не понравилась. Видимо, та была заранее уверена в собственной победе и, зная отношение Снейпа к Хейг, Ева и сама начала сомневаться в том, что сможет донести до него хоть крупицу истины.

— Итак, — проговорил он, смерив девушек суровым и прохладным взглядом. — До меня дошли слухи произошедшей драке в гостиной Слизерина между вами двумя. Я хочу услышать вашу версию произошедшего. Мисс Джойс?

— Она накинулась на меня, сэр! — вырвалась вперед обидчица прежде, чем вторая вообще смогла что-либо сообразить. Хейг посмотрела на сокурсницу не без раздражения. — Я всего лишь сидела в гостиной, никого не трогала, а она вдруг кинулась на меня, повалила и начала душить!

— Не было такого! — возмутилась Ева, нахмурившись. — Ну, то есть… не совсем так. Но я сделала это не беспричинно!

Снейп перевел взгляд на Еву, сощурившись.

— Не перебивайте мисс Джойс. Когда она закончит свой рассказ, тогда говорить будете вы.

Ева поджала губы на эти слова, но промолчала, а в следующее мгновение с ошеломлением заметила, что глаза Ричи намокли:

— Я просто в шоке! Я даже воспротивиться не могла, потому что в голове у меня был только один вопрос: «За что?» Но она продолжала меня душить, обзывалась на меня при всех… Если бы её не оттащили, она бы точно меня убила!

По щекам Джойс потекли слезы, и она запрокинула голову, словно пытаясь сдержать их. Ева же в этот момент пожалела, что даже не попробовала её задушить — может тогда ей не было бы так паршиво слушать эту ересь.

Но в этот момент произошло то, чего никто из присутствующих предугадать не мог. По крайней мере Ева уж точно.

— Я там был, но что-то не заметил, чтобы Хейг тебя душила, — раздался со спины мелодичный голос, пропитанный знакомой надменностью. — Ну получила ты пару оплеух, но это не стоит той драмы, что ты развела.

Хейг обернулась словно ужаленная, обнаружив приближающегося к ним Драко. Он неспешно направлялся к ним, выпятив грудь — невооруженным взглядом было видно, как ему нравился тот пафос, с которым он ворвался в это обсуждение.

Сердце совершило неприятный кульбит.

Когда он остановился у стола, он на секунду глянул на Еву. Та нахмурила брови с подозрением — она всё ещё ждала какого-то подвоха с его стороны.

— Неужели, мистер Малфой? — поинтересовался Снейп, которого обстоятельства начали заинтересовывать. — Вам есть, что добавить по этой ситуации?

— Да, профессор, — только и ответил Драко. Ричи тем временем смотрела на него так, будто увидела впервые: даже слезы на её глазах моментально высохли. — Насколько мне известно, Ричи Джойс, видимо, попросила своего отца в Министерстве Магии одолжить ей одно магловское видео с места преступления, которое она показывала в нашей общей гостиной.

— Вот как, — бесстрастно отозвался Снейп. — И что именно было на этом видео?

— Убийство африканского поселения в Свазиленде в 1989 году Пожирателями смерти Редсебом и Иизакки Маллиганами.

— Врёшь! — рявкнула вдруг Ричи, сжав кулаки. Лицо у неё страшно побледнело — она явно не ожидала, что Малфой узнает о том, как именно видео с места преступления попало к ней в руки.

— Я вру? — брови Драко поползли вверх, а сам он обернулся к сокурснице с насмешливым выражением лица. — Ты, должно быть, шутишь.

— Не было такого, он всё врёт! — процедила Ричи, сверкая злыми глазами. — Профессор, да кто угодно может сказать, что…

— Осторожнее, Джойс, — предупредил Малфой, улыбаясь. — Будь вежливее. И раз уж тут нужны доказательства, то…

Не закончив говорить, Малфой, даже не пытаясь сдержать улыбку, извлек из кармана своей мантии магловскую плёнку, которую с видом триумфатора покрутил перед лицом ошеломленной Джойс и положил на стол перед безэмоциональным Снейпом. Последний, не особо удивляясь, неспешно перевел взгляд на Джойс, испуганно глядящую на декана.

— Будете три месяца оставаться после уроков и убирать котлы без магии, — отчеканил он. — Я был о Вас лучшего мнения. Я также буду вынужден сообщить об этом не только вашему отцу, но и в Министерство магии. Можете только представить, чем это грозит вашему семейству.

Он перевел взгляд на Еву, которая нервно сглотнула и выпрямилась.

— Что касается Вас, мисс Хейг, то наличие доказательств никак не освобождает Вас от ответственности. Будете три недели оставаться после уроков в библиотеке и помогать мадам Пинс. И, разумеется, миссис Блэк так же будет проинформирована о произошедшем.

Не думая спорить, Ева просто кивнула, не до конца осознавая, что на этот раз ей страшно повезло. Она мельком взглянула на Малфоя, и впервые за всё время, что его знала, прониклась к нему чувством огромной благодарности.

— Я сообщу директору о произошедшем. Можете идти.

Еву уговаривать дважды не пришлось — она развернулась и чуть ли не бегом направилась прочь из кабинета. Но взбешенная Ричи выскочила первая, хлопнув дверью, и Ева заметила, что от обиды та чуть не плачет. Никакого сочувствия к ней не было.

— Ты вновь проявляешь инициативу и спасаешь меня, — тихо и смущенно сказала Ева, как только Драко поравнялся с ней. — Я не думала, что когда-то скажу это тебе, но... спасибо. Огромное.

— Должна будешь, — хмыкнул Малфой, выглядящий очень довольным собой. — В конце концов, я староста, Хейг, и иногда должен восстановить справедливость.

Ева расплылась в улыбке после этих слов, отведя смущенный взгляд.

— Ах, кстати! — громко воскликнула Ричи и, резко остановившись, обернулась в нескольких шагах от них. Ева перевела на неё настороженный взгляд. — Я тут забыла сказать самое интересное! Я же упоминала, где именно нашла твой милый дневничок?

Ева нахмурилась, взглянув на Драко с недоумением. Лицо того сделалось непроницаемым, словно ему только что залепили пощечину, и Ричи, заметив это выражение, расплылась в ещё более широкой ухмылке.

— Пэнси мне тут шепнула мне на ухо, что её ненаглядный принц стал зачитываться дневником сучки Хейг! И это правда, потому что я нашла книжонку именно у него в сумке! Так что твой дорогой спаситель ничуть не лучше меня!

Ричи обвела торжественным взглядом своих обидчиков, триумф которых испарился буквально в воздухе. Ева чувствовала, как липкое разочарование обволакивает её изнутри, и думала только о том, что была полной дурой, доверившись Драко Малфою мгновение назад или когда-либо.

Этого стоило ожидать.

— Это в общем-то, всё, что я хотела сказать! — заключила Ричи и, одарив сокурсников кокетливым подмигиванием, удалилась прочь.

Между Евой и Драко нависла самая напряженная тишина из всех прежде. Она смотрела куда-то в сторону, варясь в гадливости к самой себе, после чего бросила безразличный взгляд и сказала:

— Спасибо, что заступился.

И с этими словами поспешила направиться прочь, лишь бы больше не видеть этого лица. Но почти сразу Ева услышала приближающиеся шаги.

— А ну-ка стой! — шикнул он, вновь сравнявшись с ней, и это заставило Хейг остановиться. Но смотреть ему в лицо она по-прежнему не хотела.

— Что ещё?

— Я не крал твой дневник!

— И это делает тебя молодцом? — поинтересовалась она.

— Тогда что не так-то? — раздраженно спросил Малфой.

— А вернуть его мне ты не догадался? — поинтересовалась Ева, пронизывая его своим тяжелым взглядом. — Я столько дней искала его и из сил выбивалась, а он всё это время у тебя был! И ты видел всё это, но не сказал мне ни слова!

— Вообще-то я собирался его отдать! — искренне возмутился Драко. — Я просто не успел!

— После того, как прочитал бы его от корки до корки? — потеряв спокойствие в голосе, прошипела Ева, которая не готова была верить ни одному его слову.

Тот запнулся на секунду, а затем вдруг ответил:

— Именно так. Я вернул бы его после того, как узнал о тебе больше.

От такой наглой честности Ева растерялась, не найдясь, что ответить. А когда пришла в себя, ярость вскипела в ней в десятикратном размере.

— То есть, копаться в прошлом без ведома человека — это нормально? — прошипела Ева, наступая на него. Драко даже отступил на шаг, но быстро взял себя в руки и выпрямился.

— Я не узнал о тебе практически ничего нового, кроме того инцидента в Африке, — ответил он. — Ну и того, что у меня красивые руки, но это я и так знал! — Его лицо расплылось в привычной ухмылке. Еве захотелось его ударить.

— Этого вполне достаточно! — рыкнула она, отчаянно краснея. — И если бы ты сразу мне вернул мой дневник, то ничего бы этого не произошло!

— Я же сказал, что не успел! Я не виноват в том, что Джойс приспичило лазить в моей сумке, — Драко не собирался сдваться.

— Конечно же, ты не виноват! — воскликнула Ева, всплеснув руками. — Я виновата!

— Вот именно! Нечего было брать его куда попало! — тут же подхватил Малфой. — Тогда и мне бы не пришлось вытаскивать тебя из неприятностей!

— Больше и не придётся! — холодно отозвалась девушка. — Спасибо за то, что тратил своё драгоценное время! Ценю донельзя!

— Что-то незаметно, — ядовито отозвался Драко.

— Я уже сказала «спасибо», или тебе и этого мало?

— Да, — бросил Драко, — Этого действительно мало.

А затем произошло странное.

Одним шагом Малфой преодолел дистанцию между ними. Его ладонь змеей скользнула за талию, притянула её к нему, а после он крепко припал к её губам. Ева так растерялась от такого поворота событий, что не сразу отреагировала, однако сердце пришло в себя быстрее разума. Оно зашлось в таком беспокойном ритме, что стало очень жарко. То была буря, которую невозможно было обуздать, а затем довольно резко пришло то самое подлое осознание.

Она целуется. Она целуется не с кем-то, а с Драко Малфоем.

Драко вдруг сам неспешно прервал поцелуй, внимательно глядя в лицо девушки, а Ева смотрела ему в глаза, и не могла поверить, что он это только что сделал. Это было так не похоже на аристократичного и воспитанного в чистокровных кругах слизеринца, что не укладывалось в голове.

— Нахал! — выдохнула она ему в губы, упираясь ладонями в его грудь. — Надеюсь, теперь ты доволен!

Она совершила усилие и отпрянула от него, после чего не глядя, устремилась прочь в противоположном направлении.

Что это только что было?!

Ева не могла отделаться от мысли, что у неё на лице написан этот ужасающий факт: «Я целовалась с Драко Малфоем». И хуже этого было только невыносимое сердцебиение и гул в ушах, которые не дали ей вовремя услышать приближающиеся шаги.

— Только не говори, что теперь будешь меня избегать! — с улыбкой во весь рот поинтересовался Драко, нагоняя раскрасневшуюся девушку. Ева вздрогнула, посмотрела на него с негодованием, но почти сразу продолжила свой стремительный путь в Большой Зал — только пятки сверкали.

— Еще чего! — фыркнула она, нервно бросая взгляды по сторонам. Вокруг было полно студентов, неспешно скользящих вдоль коридора, и ей казалось, что все они смотрят на них и знают. Знают, почему её лицо горит, почему Драко идет вслед за ней и так нахально улыбается. Ей казалось, что на её губах появилась метка, которую никто не мог бы спутать, и это вызывало в ней желание разреветься на месте от безысходности.

— В таком случае остановись и давай поговорим, — непринужденно продолжил Малфой. Как бы Ева не паниковала, она всё же смерила его оценивающим взглядом и не остановилась.

— Я хочу есть, — бросила она. — Но если хочешь извиниться, можешь сделать это на ходу.

— За что ты хочешь извинений? За хранение дневника или за поцелуй, который я тебе подарил? — лукаво поинтересовался Малфой.

— За что считаешь нужным, — сдержанно ответила Ева и поджала свои губы в смущении. От внимания Драко это не ускользнуло — он стал напоминать кота, объевшегося сметаны.

— Я не буду извиняться, — сказал он с наглой улыбкой. — Только не за то, что тебе явно понравилось.

— Тогда нам и говорить не о чем, — Ева всё-таки остановилась и, поборов свою панику, взглянула на Драко. Он тоже остановился. — Я уже поблагодарила тебя — ты даже позволил себе больше, чем положено, — при этом упоминании на лице Малфоя снова растянулась самодовольная улыбка. — Не хочу больше играть в твои игры!

— Ты просто дуешься, потому и говоришь так, — насмешливо сказал тот, хотя было видно, что услышанное ему не понравилось. — Не говори того, о чем потом будешь жалеть.

— Я и так жалею, — сказала Ева, отведя взгляд, — что подумала, будто ты обладаешь хоть какой-то порядочностью.

— Я только что тебя спас! — возмутился Драко, мгновенно разозлившись от её слов. На лице его не осталось ни следа от былой уверенности. — Но ты как всегда не способна оценить это по достоинству!

— А я и ценила, — возразила Ева, снова на него взглянув. — Пока не узнала, что ты втайне читал мой дневник, и не... поцеловал меня.

— Ещё скажи, что тебе этого не хотелось! — фыркнул он, сощурившись.

Ева сурово смотрела на него несколько секунд, а затем спокойно и размеренно сказала:

— Даже если я этого и хотела — это не дает никакого право делать что-либо против моей воли. Ты можешь паясничать, сколько тебе угодно, но твой выпендреж меня никогда не привлекал.

Драко смотрел на неё молча и грозно, но Ева не сказала больше ни слова в ответ. Когда молчание затянулось, она молча развернулась и пошла прочь, оставив собеседника наедине с самим собой.

Когда Ева вернулась в спальню, чтобы заняться подготовкой к трансфигурации, то застала там Аяно. Та сразу же отложила свой учебник в сторону, завидев соседку, и устремила испытующий взгляд.

— Ну?

— Всё нормально, — сдержанно отозвалась Ева, плюхаясь на кровать. — Три недели буду оставаться в библиотеке и помогать мадам Пинс.

— Всего три недели? — удивилась Аяно, чьи брови взлетели верх. — Как-то маловато.

— Считаешь, что нужно больше? — хмыкнула Ева, стараясь не смотреть той в глаза.

— Учитывая отношение Снейпа к тебе — да, — ответила Кавагучи. — А что насчет Ричи?

— Ей дали три месяца.

— Ну точно странно, — Ева чувствовала в её взгляде подозрение. — Ты всё-таки рассказала Снейпу всё, как есть?

— Я не успела ничего сказать, потому что Малфой…

Ева запнулась, со злостью выругавшись про себя, но было поздно. На миг уголки губ Аяно дернулись в попытке улыбнуться, но она сдержалась, одарив приятельницу насмешливым взглядом.

— Да? Так что с там с Малфоем?

— Он рассказал Снейпу про видео с Африки и даже показал ту самую пленку, которую Джойс хотела скрыть, — вздохнув, ответила Ева. Отступать было уже некуда. — Не знаю я, почему он это сделал, и хватит на меня так смотреть! — прошипела она, не выдерживая этого напряжения.

— Да успокойся, — легко и невозмутимо сказала Аяно. — Не знаешь, так не знаешь. Главное, чтобы тебя это так не парило.

Ева предпочла ничего не отвечать, спрятавшись за учебником трансфигурации, но ей упорно казалось, что она чувствует на себе снисходительную ухмылку на лице Аяно. Впрочем, стоило ей бросить опасливый взгляд на приятельницу, то следом она понимала, что ошибалась.

* * *

За всеми переживаниями, связанными с геноцидом в Свазиленде и, конечно, Малфоем, Ева одной из последних заметила, как поредели столы гриффиндорцев. Не было видно ни одной рыжей головы Уизли, ни самого Гарри — и это наблюдение заставило Еву здорово напрячься. Что-то определенно произошло, но никто не мог дать четкого ответа. Сами пропавшие на письма не отвечали, Гермиона лишь в общих чертах сказала, что произошли некие семейные обстоятельства, и даже миссис Блэк не давала каких-то уточнений. Это заставляло здорово переживать, но Ева знала, что стоило им всем встретиться, как те непременно расскажут всё, что с ними приключилось за неделю до Рождества.

И всё же была новость, которая заставила Еву в нетерпении ерзать на месте и буквально светиться от радости. Миссис Блэк объявила, что Рождество они проведут не как обычно в их поместье, а в гостях у Оджи, после чего остаток каникул Ева проведет там. Когда она прочитала эту новость в письме, то не могла поверить своим глазам, однако это было абсолютной правдой. Впервые за последний месяц Ева расплылась в искренней широкой улыбке, и даже предостережение о неком серьёзном разговоре не убавило её пыл. Она не виделась с другом больше года и не ожидала полноценной встречи в целые зимние каникулы. Лучших праздников было и представить сложно!

Ева рассекала по территории школы как ни в чем не бывало, словно ничего и не произошло. Она видела Ричи Джойс — удивительно бледную и раздраженную (Хейг знала, что её бабушка устроила полномасштабный разнос её отцу, и останавливаться на этом явно не собиралась), однокурсники постепенно перестали обмусоливать детали их драки и увиденного террора, а Драко Малфой был тих, невозмутим, но ощутимо мрачен. Пару раз они пересекались взглядами, но, хоть Ева и чувствовала странное трепыхание в груди, это не могло ей испортить положительного настроя на каникулы. Ожидание встречи светило внутри неё, словно самый мощный на свете Патронус.

И потому уезжала она со спокойным сердцем, думая лишь о долгожданной встрече.

* * *

Выбравшись из такси, Ева оплатила проезд магловскими деньгами, приняла чемоданы из рук водителя и огляделась по сторонам. В совершенно обычном квартале Лондона ей предстояло найти нужную ей квартиру, но пока ничего не давало знаков о том, что где-то здесь могут происходить магические процессы. Люди сновали туда-сюда, торопясь закупиться подарками для близких, и не обращали ни на что вокруг никакого внимания — эта рождественская суета всегда приносила Еве чувство глубокого удовлетворения.

— Ты уверена, что это то самое место? — уточнила Гермиона, подойдя к Еве со своим чемоданом. Та мгновенно очнулась от наблюдения за прохожими.

— Должно быть, — неуверенно ответила она, заглядывая в письмо от миссис Блэк. — Но здесь только одиннадцатый и тринадцатый дома. Двенадцатого нет.

В замерзших руках Ева держала раскрытое письмо, в котором умная Лира Блэк зашифровала новый адрес Оджи. У них с бабушкой была собственная тайнопись, поэтому некоторые письма могли понять только они двое, однако сейчас Ева сомневалась в том, правильно ли она перевела шифр.

— Подойдём ближе? — предложила Гермиона, стискивая ручку чемодана.

Девушки приблизились к домам, и в следующий миг Гермиона удивленно выдохнула, заметив, как буквы в письме Евы собираются в тот самый адрес, который она всё-таки верно расшифровала:

«Дом 12, площадь Гриммо».

Затем письмо просто сгорело в руках.

Послышался странный треск, и Ева подняла глаза. Прямо в простенке между одиннадцатым и тринадцатыми домами материализовалась новая дверь с аккуратной табличкой под номером «12». Скользнув взглядом по этим цифрами, Ева судорожно вздохнула, не в силах сдержать рвущуюся наружу улыбку. Она так волновалась, что без конца поправляла свою белую пушистую шапку.

— Ох уж эта магия! — тихо произнесла Гермиона, первой очнувшись от наваждения.

— И не говори! — с трепетом произнесла Ева.

Девушки сорвались с места и направились к двери, постоянно оглядываясь, но маглов в округе не было. Кое-как затащив чемоданы на каменные ступеньки, они постучались в дверь, и та сама пустила их внутрь старинного дома. Преступив порог, Ева заозиралась по сторонам, вдыхая спертый запах. Она вдруг поняла, что смутно помнит это место из очень далекого детства. Именно этот дом прежде считался главным поместьем Блэков, а потому именно здесь когда-то давно проходили похороны Сагитты Хейг, дочери миссис Блэк. Тогдашняя глава дома Вальбурга запомнилась Еве на всю жизнь тем, как резво для своего возраста сцепилась с её бабушкой, и как быстро в тот день они покинули этот злополучный дом. Ева разглядывала темный и неосвещенный коридор, выхватывая отрывки очень смутных и смазанных воспоминаний далекого детства, которые сознание всё это время успешно отвергало, и чувствовала скорое сердцебиение. Она неспешно прошла вдоль по коридору, оставив чемоданы на входе, а пришла в себя, когда в коридор выпорхнула раскрасневшаяся миссис Уизли.

— Мерлин, девочки! — воскликнула она, привычно всплеснув руками. — Я и не думала, что вы приедете именно сегодня!

— Простите, миссис Уизли, — смущенно начала было Гермиона, но женщина только махнула ладонями и затараторила:

— Все хорошо, милые мои, скорее проходите! Бог ты мой, Ева, я тебя так давно не видела! Такая ты взрослая стала! Миссис Блэк говорит о тебе при каждом удобном случае! Проходите же скорее! Вы голодные?

— Нет, — только и успела вставить Ева, но в этот миг громкий и мелодичный голос, раздавшийся в конце коридора, выбил из её головы все мысли:

— Не слушай её, Молли! Она похудела за то время, что я её не видел, и это нужно срочно исправить!

Ева резко обернулась, с надеждой уставившись на лестницу, а после не сдержала восторженного вздоха. Конечно же, ей не показалось.

Улыбаясь во весь рот своей почти незнакомой, но очень обаятельной улыбкой, этот человек распахнул свои широкие объятия — словно мир весь хотел объять. И Ева, не размышляя ни секунды, на сорвалась с места и преодолела расстояние несколькими скачкообразными шагами. Она влетела в него с такой силой, что тот пошатнулся и рассмеялся, и этот смех, похожий на хриплый собачий лай, заставил Еву взвыть от переизбытка эмоций и только теснее сжать руки на его широкой спине.

До сих пор она не осознавала, как сильно она по нему скучала.

— Похоже я ошибся, — посмеиваясь, сказал Сириус Блэк, приподнимая девушку над полом. — Сил у нее хоть отбавляй!