Спи, моя маленькая... (гет)

Kaleo — Run no more

Холодный бункер разрывал её стон.

Стены давили. Сжимали воздух.

В конце комнаты, опустив голову, стоял Дин.

Он не смотрел на неё.

Не мог.

Мэй сидела в центре, привязанная к стулу.

Тело дёргалось.

С губ срывались тихие, рваные звуки.

— Отпустите... — шептала она. — Пожалуйста...

Она смотрела сквозь них.

Не узнавая.

Дин сжал челюсть.

Сэм, не поднимая глаз, чертил вокруг неё символы.

У стола стоял Бобби.

Осколки камня мигали тусклым красным светом.

Его лицо было неподвижным.

Только дёргалось.

Каждый раз, когда она говорила.

Возле него стояла женщина.

Медиум.

Кажется… Рут.

Дин закрыл глаза.

Это сон.

Просто сон.

Он цеплялся за эту мысль.

Но её стон не исчезал.

— Пора.

Дин вздрогнул.

Рука легла ему на плечо.

Бобби.

— Пора, сынок.

Дин медленно двинулся вперёд.

И только сейчас увидел её.

По-настоящему.

Запавшие зелёные глаза.

Грязное лицо.

Спутанные белые волосы.

И руки.

Тонкие.

Разодранные.

В крови.

Бобби взял со стола книгу.

— Maledictum exigo, tenebrae discedite.

Пламя свечей вдруг рвануло вверх.

Мэй замолчала.

Выгнулась.

Её ногти вцепились в стул.

Челюсть сжалась.

Глаза закатились вверх.

А стон пробирал его до мурашек.

Дин не мог шевельнуться.

И не мог вдохнуть.

В комнате замигал свет.

Мэй застонала громче.

— Per lucem aetern... — он запнулся, поднял к ней глаза.

— Давай. — Сэм вцепился в его руку слишком сильно.

Но Бобби не заметил.

Опустив глаза, он продолжил читать.

— ...nunc evanescat.

Комната вдруг затрещала.

Огонь погас.

Осколки камня затряслись.

Вспыхнули красным.

И рванули в разные стороны.

От стен отразился её протяжный крик.

А после — она опустила голову.

И бездвижно повисла.

— Мэй... — Дин пулей подлетел к ней. — Малыш, эй... Открой глаза. Давай... Чёрт! Что с ней?

Его глаза рванули к Бобби.

Но он отвёл взгляд.

Будто не выдержал.

Его лицо побледнело.

Казалось, он еле держится на ногах.

Сэм, сорвавшись с места, подлетел к Мэй.

Нож вмиг разорвал верёвки.

Её тело упало Дину на руки.

— Мэй... Открой глаза. Ну же...

— Дин...

Её ресницы дрогнули.

— Мэй. — выдохнул он. — Чёрт...

Он закрыл глаза и прижал её к себе.

— Всё... Всё хорошо...

— Дин... — она говорила тихо, почти беззвучно. — Дин... Они... — По его щеке скользнуло её слабое дыхание. — Дин... Они... убьют меня.

Вихрем он влетел в комнату, прошибая дверь плечом.

Чёрт!

Рёбра сдавило.

Руки налились кровью.

Он схватил настольную лампу.

Швырнул её вниз.

Нога врезалась в столик, ломая его в щепки.

Тумба полетела следом.

Кровь стучала в висках.

Он всё ещё видел её лицо.

Слышал её крик.

Кулак врезался в шкаф.

Раз.

И ещё.

И ещё...

— Чёрт!.. Чёрт!.. Чёрт!..

Он остановился.

Разбитый кулак опустился.

Дин выдохнул.

И рухнул на пол.

— Бобби тебя убьёт.

В комнату, с бутылкой виски, зашёл Сэм.

— Плевать. — бросил Дин.

Не поднимая глаз, он сжимал ноющий кулак.

Сэм медленно присел рядом с ним.

Крышка бутылки отлетела в сторону.

Он сделал глоток.

И передал её Дину.

— Мы придумаем что-то ещё. — тихо сказал Сэм.

— Что, Сэм? — выпалил Дин. — У нас был один шанс. Один. И он не сработал.

Сэм молчал.

Приложившись к горлышку, Дин сделал три больших глотка.

Виски прожог горло.

Но он даже не скривился.

— Почему она? Не я? Не ты? Чёрт, почему не отец? Чем она заслужила?

— Не знаю... — протянул Сэм. — Потому что она — его дочь.

— Дочь... — хмыкнул Дин. — Она неделями его не видела. Сколько её дней рождения он пропустил?

— Почти каждый. — чуть слышно ответил Сэм.

Дин снова приложился к бутылке.

Виски ударил в голову.

В глазах поплыло.

Но её крик никуда не исчез.

— Она каждый раз ждала его... И каждый раз плакала... А я кормил её мороженым, чтобы хоть как-то отвлечь.

— Со мной ты делал так же. — усмехнулся Сэм.

— Нет. — Дин толкнул его в плечо. — Тебя я кормил чипсами.

— Точно. — кивнул Сэм. — Ты хороший брат, Дин.

— Да уж...

Отставив бутылку, Дин провёл рукой по лицу.

— Помнишь, мы как-то охотились в Иллинойсе? В Лейквуде. Ты тогда сбежал в первый раз.

— Когда я в грозу угнал машину и застрял в луже? — Сэм глухо засмеялся. — Конечно, помню...

Дин улыбнулся с ним.

Но улыбка не коснулась его глаз.

— Мэй тогда лет пять было. Пока отец искал тебя, я пытался улажить её спать. Она долго не засыпала. Всё спрашивала про вас... А я не знал, что ей ответить. Только злился, и...

Сэм сидел тихо, слушая каждое слово.

Дин опустил глаза.

Сглотнул.

И стал говорить тише.

— Уже не помню, что тогда сказал. Только её слёзы. И слова "Ты тоже уйдёшь... "

Лицо Сэма дрогнуло.

Он поджал губы.

Но молчал.

— И знаешь, мне стало так... паршиво. Она была такой маленькой, но боялась не монстров или чудовищ... А того, что её все бросят.

Вцепившись в бутылку, Дин снова выпил.

Разбитый кулак гудел.

Капли крови стекали на пол.

Но он ничего не чувствовал.

— Помню как прижал её к себе, стал вытирать слёзы, и... пообещал... Пообещал, что всегда буду рядом... и буду защищать её... Защищать, Сэми. А теперь... — он поджал губы. И посмотрел на брата. — Как?... Как мне защитить её... от самой себя?

Он ждал ответа.

Но Сэм не отвечал.

Обхватив голову, он опустил глаза и уставился в пол.

— Никак.

Дин дёрнулся.

В дверном проёме, за спиной Бобби, стояла женщина. Рут. Её темная кожа сливалась с комнатой. А глаза напоминали угольки.

— На кой чёрт ты вообще приехала? — бросил Дин.

— Помолчи. — отрезал Бобби. — Я позвал её.

— Зачем? — он скривил рот, уставившись на неё. Но не двинулся с места. — Она ничего не знает.

Сэм медленно поднялся на ноги.

— Что значит «никак»?

— Что она не может нам помочь. — скривился Дин.

— Я сказал, помолчи. — вспылил Бобби. — Дай ей сказать.

— Ты прав. Помочь я не смогу. — тихо сказала Рут. — Никто не сможет.

— Но может есть ещё способ, или... — начал Сэм.

— Нет. — отрезала она. — Уже нет. То, что овладевает вашей сестрой, запечатано в её крови. Оно росло вместе с ней, врастая всё глубже.

— Но почему сейчас?

— Смерть вашего отца стала отправной точкой. — спокойно ответила Рут. — Оно питается её страхом. Страхом потери. Чем больше она боится, тем сильнее проклятие. И чем сильнее проклятие, тем сильнее она боится.

— Откуда ты можешь знать? — Дин отставил бутылку, сжав окровавленный кулак.

— От тебя. — её рука упала на его плечо.

— Что это значит? — процедил Дин.

— Она цепляется за тебя, — тихо сказала Рут. — И то, что внутри неё… питается этим.

Его пьяные глаза за миг разъяснились.

— Что?..

— Ты знаешь... И закончишь это, когда придёт время.

— Но... как? — спросил Сэм.

— Не знаю. Я вижу только тьму, — её взгляд упал на Дина. — И тебя внутри неё.

Дин усмехнулся.

Но слишком быстро.

Бобби стоял рядом, не в силах ничего сказать.

Рут поднялась на ноги, и подошла к Сэму.

— Она не виновата. — прошептала женщина. — Никто из вас.

— Тогда почему она страдает? — его глаза смотрели в пол. Голос звучал слишком тихо.

Рут коснулась его руки.

— Дети платят за грехи родителей.

Она обернулась к Бобби.

— Это всё, что я могу.

— Надеюсь, ты ошиблась... — глухо сказал Бобби.

Её взгляд снова скользнул к Дину.

— Мне жаль...

В тёмных глазах стояли слёзы.

Бобби взял её под руку.

Обернулся.

Но ничего не сказал.

И медленно вывел Рут в коридор.

Сэм опустился к Дину, схватил бутылку и снова выпил.

Сухие поленья тихо потрескивали в тишине.

Огонь отбрасывал слабую тень.

Прокручивая нож, Дин сидел в кресле и колыхал наполненный стакан.

— Решил зажечь камин? — зайдя в комнату, спросил Сэм.

— Нет. — махнул Дин. — Это Бобби.

— Приступ заботы?

— Хуже, чем крик...

Сэм хмуро усмехнулся.

— А это... отцовский нож? Я думал он у Мэй.

— Бобби забрал его, когда она напала.

— Ясно.

Сэм подошёл к Дину.

И сев напротив, опустил глаза.

— Я думаю... мне стоит увести её.

— И куда? — напрягся Дин.

Сэм сглотнул.

— Куда-то подальше...

— Подальше от чего? Проклятье в ней. Ты же слышал...

— От тебя.

Дин медленно поднял глаза.

— Объясни.

— Руд сказала, Мэй цепляется за тебя...

— И?..

— И проклятие... питается этим.

Сцепив перед собой руки, Сэм уставилс в пол.

— То есть теперь я виноват? — тихо бросил Дин.

— Я не это сказал.

— Да? — он подался вперёд. — Очень похоже.

Сэм поджал губы.

— Я сказал, что ей хуже рядом с тобой.

Дин криво усмехнулся.

И сжал пальцы.

— Повтори.

— Ты необъективен, Дин. — выпалил Сэм. И понизил тон. — Думаешь я не вижу, как ты на неё смотришь?

Дин застыл.

На секунду.

— Закрой рот.

— Между вами что-то происходит...

— Я сказал, закрой рот. — сцепив зубы, Дин подорвался и впился в него взглядом.

Тишина натянулась, как струна.

— Где ты был, Сэм?

— Что? — Сэм нахмурился.

— Где ты был, когда ей было восемь?

Когда он на неё орал? За каждый чёртов выстрел? Не помнишь? — он усмехнулся — резко, зло. И сделал шаг вперёд. — Конечно не помнишь. Ты же сбежал.

— А помнишь её день рождения? Одиннадцать. Она весь день сидела у окна. И каждый раз думала — это он. А потом всю ночь рыдала в подушку.

Он шагнул ближе.

Сэм напрягся.

— А когда она уехала на концерт, и он впервые чуть не поднял на неё руку?

Сэм качнул головой.

— Ты даже не знаешь об этом. Ты же был в Стенфорде.

Сэм отвёл взгляд.

— Зачем ты вернулся? — Дин наклонился и посмотрел на него в упор. — Тебя же всё устраивало.

В комнате стало тихо.

Сэм медленно провёл рукой по лицу.

— Мне позвонила Мэй...

Дин замер.

Сэм поднял глаза.

— За день до того, как я приехал. Она просила меня вернуться.

Дин усмехнулся.

Но отвёл взгляд.

— Завтра я увезу её. — отрезал Сэм.

— Попробуй.

— Я не спрашиваю. Я ставлю тебя перед фактом.

Дин смотрел на него.

Слишком долго.

Затем хмыкнул, скривил улыбку.

И вышел из комнаты, хлопнув дверью.

В проёме показался Бобби.

Он долго смотрел на дверь.

— Он не отдаст её.

— Я и не собираюсь спрашивать. — ответил Сэм.

Бобби покачал головой.

— Вот этого я и боюсь...

— Мэй...

Знакомый голос прорвался сквозь бездну.

Веки не поддавались, но она пыталась их открыть.

— Мэй...

Снова он.

Нет...

Тело казалось невесомым.

Глаза едва раскрылись.

Над ней нависал тёмный силуэт.

— Давай, Мэй. Открой глаза. Нам надо уходить.

— Дин... — голос был таким слабым, что она сама почти его не слышала. — Не надо... Оставить меня...

— Ещё чего. — выдохнул Дин. — От меня так просто не отделаешься.

Тело сковывала боль, но она подняла ослабевшую руку.

И вцепилась в него.

Живой...

Настоящий.

— Вставай. — Дин осторожно посадил её, и накинул на плечи куртку.

Мэй не сводила с него глаз.

Оперевшись на него, она стала на ноги.

Но они подкосились.

— Так... — Дин успел подхватить её. — Ладно... Я понесу тебя. Только тихо.

Он аккуратно взял её на руки и вышел за дверь.

Тусклый свет сменился давящей тьмой.

Мэй обхватила его руками.

Уткнулась в его плечо.

Дин быстро поднялся по ступенькам в тихий, казалось, пустующий дом.

В груди защемило.

Мэй закрыла глаза.

Но Дин не остановился.

Рядом что-то заскрипело.

В лицо ударил прохладный ветер.

По телу бежали мурашки.

Мэй открыла глаза.

И затихла.

Над ней, рассыпаясь по бескрайнему небу, блестели сотни горящих звёзд.

Подойдя к машине, Дин осторожно усадил её внутрь и прыгнул за руль.

Мотор заревел.

Дом Бобби скрылся в темноте.

А Дин увозил её всё дальше...

— Чёрт... — процедил Сэм, собирая дорожную сумку. Свет полной луны падал на пол и делил комнату пополам.

— Сэм... — Бобби стоял рядом, сжимая холодный стакан.

— Нет, Бобби. Я должен. Ей нужна помощь.

— С ней Дин.

— Он не знает, что творит. — его голос сорвался, а лицо напряглось. — Прости... — он тяжело выдохнул и облокотился об стол. — Я должен помочь. Им обоим.

— Сэм, мы попробовали. Ты сам видел, что сделал с ней ритуал очищения. — он сглотнул. — Я не говорю, что мы должны сдаться. Но пока ничего не найдём...

— Хочешь сказать, мне стоит просто отпустить их и ждать пока Мэй снова на кого-то нападёт? — Сэм выпрямился и посмотрел на Бобби. — А если она нападёт на Дина?

— Сынок, — тяжёлая рука упала на плечо. — Я знаю вас почти всю жизнь... — он сжал пальцы сильнее. — Если кто и удержит её... это он.

Несколько минут Сэм стоял молча, смотря в пол.

Всем телом он всё ещё рвался вперёд.

Но вместо этого просто рухнул на стул.

Полная луна врывалась в комнату бледно белым светом.

С улицы доносилась музыка.

Стоя у кровати с полным стаканом, он слушал как в ванной журчит вода.

Стакан коснулся губ.

Виски обжог горло, но приятно согрел желудок.

Он выдохнул.

И прислушался.

Вода больше не бежала.

Через мгновение дверь открылась и в проёме показалась Мэй.

— Я не нашла вещей, — сказала она чуть слышно. — И... взяла твою белую рубашку.

— Да, я... — слова вдруг замялись. — Я не успел их взять.

Она двинула к нему, осторожно шагая по красному пыльному ковру.

Дин смотрел.

И не мог вдохнуть.

Крепко вцепившись в стакан, он открыл бутылку и снова наполнил его.

Мэй подошла совсем близко.

Её дыхание обдало его спину.

Бурая жидкость полилась через край.

Стекло дрожало в руках.

Чёрт.

Нет...

Его кинуло в жар.

Её руки скользнули к нему, обвивая тело.

Он коснулся их.

И не отбросил...

Я не должен.

Не должен...

Он развернулся.

Хотел её остановить.

Хотел...

Но её дыхание коснулось его лица.

Близко...

Слишком...

Он впился в её губы, хватая каждый её вздох...

И больше ничего не помнил.

Рука сжимала тонкую талию.

Скользила к бёдрам.

Пальцы путали волосы.

Лаская её нежную кожу, он спустился ниже.

Коснулся шеи...

И вдруг...

Губы нащупали холодный металл.

Цепочка...

Крыло...

Его подарок.

Он замер.

Открыл глаза.

Чёрт...

Резко отпрянув, Дин сорвался с места.

И выбежал за дверь.

По комнате прошёл сквозняк.

Белую шторку колыхал ветер.

Там, возле кровати, сжимая ногтями локти, стояла Мэй.

А перед ней — его отражение.