Джедай почти не виден (джен)

То, что застал Хан Соло на Креше, земные партнеры Дарта Вейдера назвали бы либеральной семибанкирщиной. Причем управлялись с планеткой вчерашние финансисты повстанческого Альянса вполне умело. Во всяком случае, просторы бескрайнего океана деловито бороздили дымящие пароходы. На орбите ползали тихоходные, но вместительные грузовики — углевозы. На островах мелковатые, но трудолюбивые солличиане в буквальном смысле вручную возделывали рисовые поля. В общем, лепешка с куском рыбы на ужин при свете электрической лампочки имелась у всех. Правда, телевизор себе мало кто мог позволить. Да и зачем, если о новых решениях Делового Совета Морского Мира вам перед рабочей сменой расскажут прямо на сейнере, в поле или в цеху рыбзавода. А то двенадцать часов наломаешься, какой уж там телевизор. Поужинал, и спать.

Либеральной семибанкирщина Креша величала себя на основании лозунгов типа: «Свобода самовыражения через свободу обогащения», «Свобода предпринимательства — гарант свободного общества», «Революция дала тебе шанс, не упусти его!» При этом с выборами членов Делового Совета заморачиваться не стали. Зачем тратиться на избирательные процедуры, когда и так ясно: самые достойные представители народа — это первая дюжина богатейших людей планеты. Так что министров-капиталистов, своим кошельком доказавших право представлять интересы свободного народа Креша, на самом деле было не семь, а двенадцать.

Вот с ними-то и вел переговоры посол Хан Соло. И чем дольше, тем больше эти представительные господа сливались в глазах кореллианина в собирательно-неприглядный образ незабвенного Джаббы Хатта.

Самым неприятным в них было то, что планета оказалась в принципе самодостаточной. Да, они откатились на уровень железа и пара. Да, уголь для всей своей энергетики они возят за миллионы километров старыми ракетного типа кораблями. Но на этом уровне они самодостаточны. И единственное, что их интересует — это прибыль. Они готовы поставлять морепродукты на Корусант, отчего нет? Но не по бросовым ценам. И никаких политических союзов. Только бизнес.

— Но вы же понимаете, что такое положение продлится очень недолго. Когда новый Галактический Союз встанет на ноги, вашему изоляционизму придет конец. Причем, условия станут гораздо более жесткими чем теперь.

— Возможно, так и будет. А возможно, и нет. Но за отпущенное нам время мы возьмем свою прибыль сполна. А независимостью расплатятся другие.

От столь откровенного цинизма Соло опешил. Но рук не опустил. Слов господа не понимают? Значит, убеждать будем действием. Слабым местом Креша казалась его зависимость от поставок с рудников астероидного пояса. Для того, чтоб оставить строптивцев без угля и руды хватит эскадрильи истребителей. Вот только от прямого насилия Соло решил воздержаться. Потому что точно знал, восемь из двенадцати нынешних правителей Креша Солличе совсем недавно финансировали Альянс.

Хан Соло планировал действовать хитрее: поставить под контроль рудничное начальство, а уж его руками диктовать условия Крешу. В успехе этой миссии кореллианин был уверен, просто потому, что даже в нынешнем, отнюдь не цветущем состоянии Корусант способен обеспечить приискам гораздо более разнообразное снабжение, чем это делает Креш Солличе.

Для пущей надежности к станции шахтоуправления Хан полетел лично и без крейсерского эскорта. Это помогло избежать вооруженного конфликта, но не делу в целом.

На подступах к станции висело не меньше дюжины мелких военных кораблей с эмблемами Альянса. Сила, неспособная охранять торговые караваны на всем пути до Креша, но достаточная, чтоб защититься от тех же пиратов. Слава богам, но сопровождающие встреченный несколько дней назад углевоз истребители тащатся со скоростью местной колымаги и прибудут сюда дней через десять — не раньше. А то и до беды недалеко.

Бывшего же повстанческого генерала здесь узнали и встретили радушно. С управляющим, точнее управляющей Конди Ра Хан хоть и шапочно, но знаком. Лихая женщина — командир рейдера повстанцев могла поспорить в храбрости и авантюризме своих вылазок против имперцев с самим Соло. Она и теперь всем прочим нарядам предпочитала полевой комбинезон с совсем недамским бластером на поясе.

Похлопав друг друга по плечам, (Конди всегда предпочитала сугубо мужской стиль общения) повспоминали былые деньки. Затем Хан осторожненько начал подбираться к делу. Не желает ли боевая подруга перейти под непосредственное управление революционного правительства галактики во главе со славным малым Люком Скайуокером? К удивлению посла, подруга не захотела.

— Зачем? Сейчас здесь почти тот самый мир, за который мы сражались. Мы свободны, ни от кого не зависим, живем, может, и скромно, но исключительно плодами своего труда.

— Люди на рудниках согласны с такой оценкой своей жизни?

— Полагаю, что да. Во всяком случае, желающих завербоваться к нам на работы в системе не убывает.

— Допустим, но почему бы не попробовать достичь лучшего?

— Лучшего ли? — поморщилась Конди. — Нет, материально, конечно. Только оно того стоит? Опять будем собирать всех в кучу и грести под одну гребенку.

— Откуда такой скепсис? Разве мы не за братство и равноправие сражались?

— Какое может быть братство и равноправие между сотней миров связанных между собой тысячами нитей: ложью политиков, деньгами корпораций, силой армии, желанием жить лучше за счет соседа. Довольно этого! Я хочу жить в мире без паутины!

— А ваш союз с Крешем?

— Это не союз, скорее симбиоз. Я же о тех союзах, которые вызваны не необходимостью, а прихотью. Если можешь делать что-то сам, то делай, а не жди подачек.

— Корусант не может без поставок продовольствия.

— Но купить его у Креша за справедливую цену вы не готовы?

— Смотря что считать справедливой ценой.

— Ту, которую хозяин товара сочтет достойной его трудов. Столичные дармоеды не готовы платить? Или опять надеются заменить справедливый обмен силой оружия? Сколько «разрушителей» ты привел с собой к Солличе, генерал Соло?

— Девять, — не стал врать Хан.

— Всего год назад казалось, эти «утюги» навсегда уйдут из нашей жизни. Я надеялась у вас хватит воли довести татуинский проект до конца и избавить галактику от призрака войны…. Жаль. А как здорово было бы лететь между звезд и знать, что тебе не выстрелят в спину, — горько усмехнулась Конди.

— В спину-то обычно стреляют не с крейсеров, а со с виду гражданских контейнеровозов, — в тон ей отозвался Соло.

Конди Ра искренна в своих убеждениях. И с этим ничего не поделаешь. Разбитая иллюзия способна погрести под своими осколками собственного творца. Хан Соло не хотел причинять ей зла. Во всяком случае, бессмысленного зла.

— Какие доводы припасены у тебя в рукаве, генерал? — внутренняя целостность Конди не позволяла ей выходить из себя надолго, и она уже вновь уверенна в себе и насмешлива.

— Никаких, подруга. Постарайся сберечь свою свободу. Пусть хоть кому-то этот мир кажется гармоничным. Я не хочу его разрушать.

— Ну, и правильно. Я тоже не хочу с тобой воевать, Соло.

Конди вроде бы шутливо коснулась кобуры на бедре. А ведь когда от таких цельных натур уходят их идеалы, у них только бластер и остается. Убереги ее от этого, Великая Сила. Хану стало тошно.

И вот эта тоска как-то плавно превратилась в холодную злость. Подстегнутый ею мозг усиленно ринулся искать выход. Может, эту щель и нельзя назвать полноценным выходом, но кое-что нашлось. В общем, если слабым местом правителей Креша являются деньги, будем бить по карману. Кто у нас еще в этом секторе рыбой торгует? А что? Сами напросились.

* * *

Идея Хана Соло оказалась простой и непробиваемой как лом. Вообще-то, двупланетная система Яаммы среди первоочередных целей создающегося Галактического Союза не значилась. Но в сферу его потенциального влияния входила. Так почему бы слегка не подкорректировать планы? Причем, на извечно склонный ко всяческому сепаратизму и своеволию Ямм пока можно и не соваться.

Коварные надежды Соло связаны с океанским Аммом — довольно холодной планетой, населенной разумными осьминогами. В старые добрые времена основными поставщиками рыбы в центральном секторе. И этой самой рыбы у них из-за кризиса меньше не стало. Так что, если флот Союза поможет организовать поставки морепродуктов на рынки миров Солличе, то конкурентам мало не покажется.

А пока крейсера с орбиты Креша демонстративно убрались. Пусть министры-капиталисты расслабятся до срока. Да и кто-то должен идти конвоем с первыми торговыми караванами Солличе — Корусант — Солличе.

Сразу два таких конвоя Дарт Вейдер наблюдал сейчас через обзорную плоскость «Возмездия». Прибывшие с Луны Корусанта танкеры уже встали под разгрузку, а мимо них проплывают груженные зерновозы Беша. Короче, глаз радуется.

Точнее, радовался бы, кабы не серая физиономия замершего за спиной капитана Гафра.

За последние дни в экипажах группы установилось настроение спокойной уверенности. В отличие от десантников-клонов звездолетчики — люди с семьями. Причем, родней в столичном Корусанте могли похвастаться разве что старшие офицеры, да и то — далеко не все. Остальные связь с семьями потеряли год назад. Но положение таких разных планет Солличе внушало оптимизм всем. Уж если на безатмосферных рудниках выжили и в экстренной помощи не нуждаются, то, глядишь, и у них дома не все так безнадежно плохо, как пару месяцев назад с орбиты Корусанта казалось.

И тут Ямм… На Ямме война. Которая по идее очень скоро закончится. После чего людей на планете не останется. Год назад осьминоги Амма вдруг вспомнили, что их легендарной прародиной является теплое мелководье морей Ямма. Потом там невесть откуда завелись люди. Понастроили богомерзких дамб, понасыпали из всяческого мусора островов. От всех этих непотребств великие осьминоги Ямма захирели, да и повымерли. Так оно было на самом деле или нет, кто ж знает. Только вывод напрашивался сам собой: пойти и забрать у клятых гуманоидов свое, исконное.

Первый раз попробовали полгода назад. Яммское ополчение сопротивлялось отчаянно, но западное полушарие потеряло почти полностью. В восточном же хотя и сожжено несколько крупных городов, но пока держалось.

Некое равновесие поддерживалось висящим над восточным континентом «суперразрушителем» «Жнец». Оставшийся благодаря вирусу без гипердрайва корабль тащился на досветовой скорости от окраин сектора. Цели у этого полета не было. То, что с Империей приключилось беда, по молчащему эфиру понятно. А экипажи кораблей имперского флота всегда комплектовались исключительно из гуманоидов. Поэтому, когда «Жнец» подошел к Ямму в надежде на ремонт, у капитана не было сомнений, на чьей стороне сражаться.

Вот только осьминоги упертые оказались. Собрали и вооружили без малого четыре с половиной сотни разномастных полуторговых — полупиратских посудин и прут этой толпищей на «суперразрушитель». И это только на первый взгляд кажется безумием. Опыт Альянса говорит скорее об обратном. При некотором упорстве и равнодушии к потере большей части своих сил, одинокий боевой корабль они доконают. После чего защитникам планеты нечего рассчитывать не только на победу, но и на снисхождение потерявшего слишком многих противника.

И самое поганое то, что появление полдюжины «звездных разрушителей» едва ли изменит ситуацию кардинально. Разве агонию продлит. Хотя нет — не это, точнее, не только это. Погано еще и то, что новый капитан «Возмездия» Гафр — уроженец Ямма. Кто у него там: мать, сестра, девушка или все вместе? Если бы лорд Вейдер вовремя не перебрался с «Грозящего» на «Возмездие», парень бы без приказа увел корабль к Ямму. И хорошо, если за ним «Имперец» не увязался бы. С аферюги Верто станется.

В общем, вмешиваться глупо, пройти мимо — подло. Что хочешь — то и выбирай. За спиной кашлянул Гафр. Вейдер обернулся.

— Старшие офицеры группы прибыли, мой лорд.

— Хорошо, иду.

В зале для совещаний капитаны шести незанятых в конвое «разрушителей», командиры штурмовых бригад, послы Соло и Калриссиан, с торчащим за спиной своего нового шефа Нагаррой. Этот совсем не уверен, что имеет право здесь находиться, но и не прийти не мог. Лорд одобрительно кивнул бывшему капитану и перевел взгляд на командира «Верного». Вот кому тут делать нечего.

— Почему «Верный» еще не в конвое? Или зерновозы охранять уже не надо?

— Но, мой лорд…

— К себе на борт, живо!

Орущего ситха присутствующие раньше не видели. Капитан подчинился, словно дворняга после хозяйского пинка, поплелся в конуру. Вейдер окликнул его уже у выхода.

— Капитан, ваши пилоты на разведку к Ямму ходили? То есть обстановку знаете. Вот на обратном пути «Исполнителя» на орбиту Амма и выведите.

— Да, мой лорд! — офицер рванул к выходу куда живее.

— Почему не к Ямму? — уточнил Ландо.

— Потому что победить ценой потери заметной части кораблей мы права не имеем. Чего дальше-то без флота делать будем. Значит, придется изгиляться.

— Да чего особо вымудряться-то? — отозвался Дик Верто. — Имеющихся штурмовых бригад на снятие блокады и зачистку оккупированного полушария хватит. Тут без проблем.

Командиры штурмовиков синхронно закивали в знак согласия. Командир «Имперца» продолжил.

— «Возмездие» с тремя крейсерами с Креша плюс уже имеющийся «суперразрушитель» орбитальную оборону закроют надежно. Если никто вперед лезть не будет, то может и без серьезных повреждений продержатся, — тут Верто выразительно покосился на ерзающего Гафра.

Особой надежды на то, что необстрелянный капитан сам в горячке боя не подставится и других не подставит, у него не было. Одновременно с двух концов стола на Вейдера глазами больных собак смотрели испугавшиеся, что без них обойдутся, Гафр и Нагарра. Лорд старательно не замечал обоих.

— Не спешите, господа. Сперва действия десанта. Доложите ваши соображения, полковник.

Бугай — штурмовик не многим мельче Дарта Вейдера, неловко поднялся из-за низковатого для него стола.

— Вторую гвардейскую бригаду высаживаем для усиления местных отрядов. Все три штурмовых — на зачистку оккупированных территорий. Первая гвардейская — в резерве.

— Гвардию в резерв? — позволил себе выказать удивление Вейдер.

— Видите ли, мой лорд, — вдруг засмущался штурмовик: — Первая гвардейская весь последний год на Корусанте находилась и… В общем, когда они на борт грузились, половину бабы провожали. И половина тех баб с животами. Я не хочу сказать, что женатики дерутся хуже. Просто зачем безотцовщину плодить?

— Понял. Согласен, — кивнул лорд. — Представление о ситуации на поверхности имеется?

— Более-менее. Четыре из десяти зондов-разведчиков передают устойчивый сигнал. Хотя проводники нужны. Но с этим на месте разберемся.

— Гафр, кроме вас выходцы с Ямма в эскадре есть?

— Не знаю, мой лорд.

— Узнайте. Соберите всех, кого найдете, и в распоряжение штаба наземной группировки. На орбите и без вас разберутся, а на поверхности, может статься, что и нет. Нагарра, принимайте «Возмездие».

— Есть, мой лорд! — счастливо заорали оба.

— Верто, вы с О’Каном на пару по тылам осьминогам пройтись мечтаете?

— Да, мой лорд, и, если нам удастся создать у противника впечатление о серьезных силах, задействованных в этом рейде, головоногие могут засуетиться.

— Почему это на пару? — вдруг возмутился Соло. — Или вы всерьез полагаете, что на наших с Ландо лимузинах нет ничего скорострельного?

— Принято, — вопреки ожиданиям не стал возражать Верто. — В общем, если в этот момент у них в тылу — на орбите Амма нарисуется «Исполнитель», осьминоги, пожалуй, и побегут.

— Побегут. Только догнать и успокоить нам их будет нечем, — попортил общий энтузиазм Дарт Вейдер. — Значит, нам придётся полфлота в секторе держать, чтоб вторжение не возобновилось. А нормального флота у нас пока нет… Значит, одним боем, даже выигранным малой кровью, ничего не закончится. Мало того, обиженные, но оклемавшиеся от первого шока осьминоги получат моральное право атаковать любую из гуманоидных планет. Кроме Татуина, разве что. Там океанов нету.

— Стойте! О Татуине! — от вопля Соло, кажется, и ситх зубами клацнул. — Тут на днях одна подруга, ну, в общем, неважно, про татуинский проект первого правительства Альянса упомянула. Вроде бы захваченные имперские корабли туда перегнали на утилизацию. Да только не срослось, вроде.

— Про утилизацию первый раз слышу, а вот про то, что пленных имперцев на Татуин сослать собирались в Сенате болтали, — отозвался Калриссиан.

В зале повисла напряженная тишина.

— Проверить, конечно, надо. Только сколько их там на орбите Татуина поместиться сможет? Бортов десять от силы, — заранее, чтоб потом не разочаровываться, заворчал О’Кан.

— Не скажи. Только после взрыва «Звезды смерти» им кораблей двадцать сдалось. А дурацкое дело — нехитрое. Они и двадцать пять на одну орбиту загонят, хоть в три слоя, если о последствиях типа приливов-отливов не думать, — привычно не согласился с ним Нагарра.

— Да уж Окаса, сука, соловьем заливался, сдаваться призывал, — отчего-то смущенно кивнул Верто.

— Помним мы, по какому неуставному курсу ты адмирала послал, — объяснил это смущение О’Кан.

— Ладно вам. Он. может, искренно считал кровопролитие бессмысленным, может, с бластером у виска заявление делал. По-любому, там теперь народ с голодухи пухнет, — гнул свое Нагарра.

Тема иссякла. Все снова выжидательно смотрели на Вейдера. Ну да, как бы оно ни было, а лететь надо. И лететь надо ему. Очень хочется надеяться, что ощущение того, что он бросает эскадру перед боем, возникло только у него. Со своими чувствами он управится сам. А вот лишать уверенности остальных не надо бы. Но правильные акценты расставлены Ханом Соло.

— Найдите их, лорд, очень вас прошу. А то и правда — хана.

— Постараюсь. Только и ты в разгар заварухи по старой привычке по мне шмалять не начни.