Шкатулка октября (джен)

С того самого дня в библиотеке прошло чуть больше суток. И большую часть Эрна спала из-за действия лекарств.

Конечно, пару раз она проявляла активность, и Том старался целиком занять это время: незатейливый разговор за завтраком, немного досуга после ужина. Так он узнал, что заставить Эрну сесть за стол еще то приключение, «достаточно ужина или обеда, чего-то одного»; или что играть с ней в шашки, все равно, что в покер Блэками — проигрыш еще до начала. Эрна так быстро выходила в «дамки», а потом так молниеносно «сжирала» все на поле, что Тому оставалось лишь удивляться.

— Где ты так научилась?

Эрна наклонила голову, задумалась:

— Долохов?

— Знакома с Антонином? — Странно. Здесь она его не узнала. Или была не сосредоточена?

— Не со старшим, с младшим.

Теперь Том удивлялся уже открыто:

— Нет младшего Тони. — Эрна подняла бровь. — У Тони три сына: Николас, Майкл и Алекс — и дочь Лиза.

Жена лишь покачала головой:

— Эти ваши причуды…

Тома раззадорила мысль отличия миров, и уже не мог угомониться:

— Как ты познакомилась с… младшим Долоховым?

— Тебе первую встречу, вторую или третью?

У Тома пальцы дрожали от предвкушения:

— Можно все сразу?

Эрна хмыкнула:

— Первая — мимолетная. Мы даже не встретились. Были в одном зале пророчеств. Мне потом Джинни хвасталась, как отбросила Долохова через ползала. — Том сразу понял: кажется, тот был союзником Волдеморта. Мордред, он не хотел напоминать Эрне об этом! — Вторая — я лично зачитывала его список преступлений: семнадцать убийств и это только доказанных! Третья в Азкабане. Его байки хорошо разбавляли мои будни тюремщика.

Глаза Тома расширились:

— Ты из Отдела Исполнителей.

— Была. Пока не убили. С вашими связываться не желаю. — Эрна зевнула. — Даром что ли от них бегала?!

Том проводил ее в комнату, укрыл теплым одеяло. Ничего не сказал, да и не особо горел желанием.

Эрна посмотрела на него сонными глазами:

— Я не собираюсь возвращаться к ним. — Том слушал очень внимательно. — После войны, я так и не закончила Хогвартс. По знакомству, меня пристроили в аврорат, а спустя два года я попала к ним… Не хочу туда. Больше никогда…

Она размеренно засопела. Зелья, выпитые в ужин начали действовать. Именно они вызывали сонливость. Не побочный эффект, необходимость и человеколюбие.

Том просидел у ее постели некоторое время, что провел в раздумиях.

Ему не нравилось прошлое Эрны: ее шрамы, истощенное сердце, хриплые легкие, переполнением дикой, необузданной, настолько темной магией тело, что любой другой на ее месте, уже давно бы скончался. Не нравились Тому ее глаза, переполненные светом непростительных; не нравился его двойник-идиот, затеянная им война — теперь еще и работа Эрны. Не окончила школу (очевидно, война, сколько бы она не длилась, пришлась на ее юность), поступила в аврорат (хрупкая девушка с хроническим недоеданием), отработала на Исполнителей (полностью лишилась хоть какого-то сна, если он вообще был) — ко всему прочему зависимость от зельев Сна Без Сновидений и Бодрящего (как такое вообще допустили?) Том не понимал, плакать ему или смеяться. Истерически. Ведь Эрна, несомненное чудо, свалилась именно на его голову.

Каждый день обе Эмбер отчитывались Тому. Составляли список зелий и лекарств. Список уже тянул на шесть сотен галлеонов, и это еще не считая работу самих целителей, упорно отнекивающихся от заслуженной платы.

Цена — последнее, что волновало Тома. Он уже собрал множество свидетельств своей невиновности: воспоминания, письменные сделки, свидетельские показания — Соль обещал в ближайшее время вынести из Зала Тишины фальшивое пророчество. Том уже подал апелляцию. Вчера к нему заглядывал министерский адвокат, никак не связанный с ним или Пожирателями. Они мило побеседовали, обсудили самые сложные моменты. Том подписал официальную бумагу, согласившись и на извлечение воспоминаний, и на Веритасеум. Крайне болезненное зелье. Но самого важного он достигнет — свобода и очищение имени. Там уже и до снятия ареста с семейного дома и сейфа не далеко. Том очень хотел привести Эрну в свой дом. В дом, которых он готовил для них обоих.

* * *

Ночью наступило благодатное для Тома время. Время ритуалов и рун. Для него, ученого и в некоторой степени даже художника, подобное было необходимо, как воздух.

Том спустился в теплый подвал, без малейшего намека на сырость (подобного безобразия он просто не потерпел), приготовил шкатулку, кольцо Гонтов, два оставшихся у него крестража. Только целым, условно целым, Том мог точно воспринимать информацию. По подвалу разлился его голос на древнеирландском, руны пульсировали. Вторжение из вне, Магия негодовала от чуждой магии, безконтрольной, темной. Темной, не в привычном Тому понимании, древней, а по-настоящему темной, кровожадной. Одна Магия пыталась вытеснить другую. Теперь стало более-менее понятно, что произошло в мае.

На самом деле Эрна правда не должна быть здесь: другой мир, другие законы, другая магия — но та сторона истощилась. Война и множество смертей подточили саму основу того мироздания, и та Магия захотела кусок чего-то спокойного и стабильного, другой Магии. И очевидно, какой-то кусок был оторван. Но и мир Тома решил себя не оставаться в долгу, забрав с собой Эрну. Случайность, да не совсем.

Везением было то, что она умерла в нужный момент, и вместо того, чтобы спокойно уйти за другую Грань, ее перехватили. А вот за неслучайностью скрывался ключ. От Ville errante, который был у Эрны.

Почему оказался важным именно фактор его наличия, Том так и не понял. Том не так хорошо знал Ville errante, чтобы утверждать хоть что-то, а руны-ответчики светились слишком хаотично, что можно было бы принять за ошибку, хотя смысл имелся.

Том не забывался. Он не первый, кто додумался запустить этот ритуал. Многие волшебники уже провели его гораздо раньше. Скорее всего в мае. Хотя Том продолжал себя успокаивать. Эрна в ответе показывалась исключительно как «это» — характеристика, не присущая живым существам, людям — предмет. Ее не найдут, если не будут знать, что она из другого мира, если никто не проболтается.

Том облегченно упал на пол. Он чертовски устал.

* * *

Утро, начашееся с необычно бордой Эрны и письма Гарри, очень порадовало. Пока его жена, до которой официальная свадьба обязательно докатиться, голодно жевала будерброды с инжировым вареньем, Том просматривал отчет своего ученика.

На самом деле, его общение с Поттером началось исключительно от скуки. Да и у Гарри почерк был похож на эрнин. Сейчас же Том сознательно решил продолжить общение. Было бы глупо оставлять столь ценного мальчишку без присмотра.

— Меня все еще удивляет, что ты общаешься с мелким, — проговорила Эрна, набивая полный рот хлеба.

— Почему же? — сыронизировал Том с улыбкой. — Он бестолочь, каких еще поискать. Выпустишь в мир — сразу собьется с пути. — Но кое-что привлекло его внимание: — Платформа 6 и 3/4 ведет до Азкабана?

— Да. Каждый первый понедельник четвертого месяца, — спокойно ответила Эрна. — Только без метки управления дементорами стена не пропустит.

Том вцитывался дальше:

— А поезд в Лилль? Что в нем особенного? — Обычный французский город. Добраться можно легко, сев на регулярный рейс Лондон-Париж. Там уже по местным дорогам…

Эрна хитро заулыбалася:

— Крупнейший черный рынок Европы.

Том нахмурился:

— Разве он не в Копенгагене?

— Какой смысл в том, что знает каждая собака. — Вот теперь Том был заинтигован. — Рынок в Лилле имеет свою изуминку, — Эрна захихикала, — он расположен в маггловском районе! Замаскирован под улочку антиквариата! — Ее глаза заблестели от неподдельного восторога. — Собственно, туда нельзя являться как маг, нужно выдержать дресс-код. Нужны евро. И да, магглы там то же оторвариваются. — Хотя она говорила про другой мир, Том уже взял на заметку проверить здесь, в своем. — Работает этот рынок три недели в году: на Новый год, на Певрое мая и Черную пятницу.

— Почему на Первое мая? — Что такое «Черная пятница» он не знал.

— Это все маггловские праздники.

Том наконец-то понял логику:

— Чем дальше от магии, тем…

— Больше выгоды! — Эрна радостно захлопала в ладоши. — Ох, ты бы знал, сколько я всего там понакупила в свое время… только в кредит.

Он перенял ее игривое настроение:

— Почему? Фамильные сейфы Поттеров опустели?

— У меня их не было.

— Как не было? Разве твоя семья не была богата?

— Родители оставили мне прилично в сейфе, только… — Ее взгляд потух. — Доступа к нему у меня не было. Ключ был у Дамблдора. Мне выдавали пятьдесят галлеонов в год на карманные расходы. Среди своих друзей я была среднего достатка! А после Хогвартса в сейфе ничего не осталось.

Тома все настораживало:

— В личном сейфе наследника древнего рода, пускай и девушки, не может быть меньше пяти тысяч золотом. — Он хорошо знал традиции. Может даже слишком. — С этим сейфом ребенок живет до совершеннолетия. Наследник обязан учиться управлять деньгами.

С её пятидесятью галлеонами в год, за семь никак даже тысячу не потратить!

Эрна фыркнула:

— В моем было куда больше пяти!

— Тогда где они?

— Нужды Ордена Феникса… — Том застонал. Только не Орден Трех Пингвинов. — Жизнеобеспечение его членов. Особенно, когда Волдеморт пришел к власти. А еще… у Дамблдора мантии были красивые. — Вот только этого еще не хватало! Эрна тут же выставила вперед руки: — Не злись! Я не знаю, как все было на самом деле! Дамблдор давно мёртв!

— Мертв?

— Его убили.

Они пристально смотрели на друг друга. Том хотел узнать все подробности, Эрна не хотела говорить — Том выйграл!

Эрна подернула плечами:

— Дамблдора убил Снейп, по его же просьбе. Директор долго болел. Я не знаю почему, но он решил одеть твое кольцо. Ну то самое, кольцо Гонтов, крестраж. Дамблдора поразило проклятие. Он и так умирал. А как только Снейп убил его и занял пост директора, то заслужил доверие Волдеморта. Это сыргало свою роль в дальнейшем. Змеемордый был уверен, что у него Хогвартс под колпаком и студентов не трогал, лишь меня искал.

Том быстро складывал детали головоломки. Последнее письмо Эрны: «Я не поехала в Хогвартс. Кровная защита спала. Я сбежала. Он ищет меня» — вот когда это было!

Том внимательно осмотрел Эрну:

— На какой курс ты должны была пойти?

— На седьмой.

— Снейп? Северус?

Том плохо помнил этого юнца: вроде как амбициозный, напыщенный, переполненный злобой, грубым призрением. Том никогда бы такому не доверился.

Эрна меланхолично кивнула:

— Да, он был первым другом моей мамы. Он любил её и поэтому защищал меня до самого конца.

— Вы хорошо ладили? — Конечно, у Тома были сомнения, но если чувства Эрны сильны, он не против из общения в этом мире. Под его присмотром, конечно.

— Нет, — она прыснула: — Как профессор просто отвратителен. Он был двойным шпионом, человеком, которого я ненавидела. Он копался в моей голове, словно нож затачивал…

Том прервал ее:

— Копался в твоей голове?!

— Да. Уроки окклюменции. Они были бесполезны. Против Волдеморта все равно ничего не спасало.

— Конечно, это крестраж, и он прямо в твоей голове!

— Мы об этом тогда не знали! Никто не знал. Даже сам Волдеморт. Кроме…

— Дамблдора, — Том закончил за нее и поймал оцепенелый взгляд.

Мерлин, Мордред и Моргана, Том надеялся, что не матерился в слух. Тактика Дамблдора была одинаковая, что в этом мире, что в другом.

Вдруг Том вспомнил про кое-что важное. Он уставился на Эрну:

— Что Дамблдор говорил тебе про Волдеморта? — Он не хотел ей напоминать про этот кошмар. Никогда. Но знания были необходимы.

— Он показывал мне свои воспоминания о нем, — проговорила Эрна, запинаясь, дрогнув всем телом. — Том Марволо Реддл, сын маггла Тома Реддла и слабой, бедной Меропы Гонт, из разорившего рода, зачатый под приворотным зельем и неспособный на…

Том жестом прервал ее:

— Спасибо, я понял. — Он увидел ее обеспокоенное лицо. — Дамблдор говорил, что я не способен на любовь. Про нашу переписку, как и про мои игры в «Фатум Кюаре» с друзьями, он тоже не знал.

Эрна поджала губы:

— Ты — другой человек, Том. Я знаю. Между вами колоссальная разница. Я видела это все своими глазами.

Том ничего не ответил. Ему, несомненно, стоило подумать. Пока просто перевел тему:

— Хотел отдать это тебе еще два дня назад, но не получилось. — Он протягивал ей биографию Каролины Брайт. — Это твоя новая личность. Имя изменено. Фамилия осталась. Ты теперь Эрнестина Брайт.

Эрна тщательно прочитала официальный протокол. Не то, чтобы там было много. Большая часть биографии Каролины неизвестна. Да ее и не существовало до мая. О чем, Том, естественно, говорить не спешил.

Эрна уронила руки с документами на колени, бегло осмотрела комнату, пребывая в прострации:

— Ты же не убил ее?

— Нет. Солвет нашел ее в морге ДМП некоторое время назад. Немного денег и ее похоронили, как положено, только тайно. Это твоя личность. Законная. — Том легонько улыбнулся: — И она связана с Поттерами.

Эрна лишь нахмурилась:

— И кем же я прихожусь мелкому?

Том быстро прикинул:

— Троюродной прабабушка.

— Что?! — Ее лицо перекосило от удивления.

— Он тебе — троюродный правнук.

— Да нет! Это какой-то абсурд! — Тома ее реакция веселила. — Я — бабушка?! В двадцать семь?!

Том рассмеялся:

— Волшебники живут очень долго, солнце мое. Ты сейчас звучишь очень по-маггловски.

Эрна швырнула в него бумагу:

— Да пошел ты!

* * *

Следующие дни уходили на размышления. И разговоры. Время бодрствования Эрны становилось все длиннее, и она начала рассказывать. Про свое детство в чулане под лестницей, про первый курс с идиотским испытанием для прохода к философскому камню, про василиска и слезы феникса, про крестного и орду дементором, про войну, пророчество, Отдел тайн, перестрелку тайнами в леггименции, пущенную в нее Аваду, аврорат — рассказывала не всегда по порядку, часто сбивчиво.

Единственное, о чем отказалась говорить наотрез, Отдел Исполнителей. Услышав про который, случайно зашедший в этот момент Тони перекрестился.

Чуть позже перекрестился и совершенно не религиозный Соль, услышав, про Турнир Трех Волшебников. После встал из-за общего стола, с накрытым на нем обедом, и нагрянул в дом Краучей. Даже официальный предлог выдумал так, что не отвертишься.

Барти-младшего вытащили. Направили к целителю душ. Том хорошо помнил веснусчатого мальчишку, абсолютно преданного, беспардонного, залезшего не к Пожирателям, а прямо к Рыцарям. В самую душу. Знать, что собственный отец держал его много лет под Империусом было неприятно. Болезненно.

Примерно тогда встал вопрос, что же делать с Лестрейнджами и обезумевшей Беллой. Друзья Тома лишь руками разводили. Не было ни одного доказательства непричастности девушки к пыткам, доказательств вины же — намного больше.

Том, на самом деле, не планировал затевать дело сейчас. Когда его собственное имя еще не очищенно. Как и некоторое время после: ему надо набрать репутацию.

Спасало одно: Крауч-страший связан Неприложным обетом, запретившим говорить о сыне. Он не мог пожаловаться, что находился под Империусом, ведь это вызвало бы вопросы и Азкабан уже для него самого.

Подтвердившаяся о Краучах информация и найденные сведения о готовящемся черном рынке в Лилле утверждали, что часть правды в другом мире была. Многие, не только Том, начали прислушиваться к сбивчивым речам Эрны куда пристальнее.

И тогда встал другой вопрос: ведь помимо Барти-младшего были и другие люди.

Со многими, кого Эрна оправдала после той войны, Том уже списался. Обстоятельства союзников его не радовали, но помощь и знания Эрны были предоставлены. Визенгамот мигом завалили апелляционные иски.

Том же с интересом думал о Северусе Снейпе. Честно, мальчишку не примечал и даже не замечал. Но это только его взгляд. Ведь зачем-то самый молодой мастер зелий Британии пребывал в Хогвартсе, хоть и не имел к преподаванию никаких способностей.

В ответ на его размышления, Эрна огорошила:

— Снейп может работать на Отдел Исполнителей. — И заметив чужое недоумение закатила глаза. — Кажется вы не понимаете, что такое на самом деле этот ваш Отдел Исполнителей. Это не организованная группа, не слаженный коллектив — набор индивидов, работающих ради собственной выгоды. Они — люди, зараженные какой-то навязчивой, оглушающей идеей: семья, любовь, всеобщее благо. — Том вздрогнул от последнего, явно намекающего на Дамблдора. — Чем идея безумнее, чем более прилипчивая, тем проще попасть в Отдел Исполнителей. В один момент человеку обнаруживает на столе письмо от мистера Ноу, что он теперь один из них. Исполнители не бросают свою работу: авроры все еще авроры, журналисты — журналисты. Только теперь они в добавок работают над «проектами». «Гарри Поттер» и «Лорд Волдеморт» — «проекты». Меня приписали к Отделу Исполнителей лишь потому, что они понятие не имели чем меня занять после войны. Я — «проект», чье выживание не предполагалось.

После Том задумался. Волдеморт был «проектом», Гарри Поттер тоже. Связь между мирами существует. Отдел Исполнителей сейчас повылезал изо всех щелей. Был ли сам Том «проектом?» Работал ли Дамблдор на Исполнителей?

Бывший профессор трансфигурации и нынешний директор почему-то был очень хорошо уведомлен о жизни Тома, чуть не задолго до его рождения. Ведь именно Дамблдор сказал про приворотное зелье.

Так же стоило учесть книги с описанием бессмертия и крестражей, что находились в Запретной секции Хогвартса именно в те годы, когда учился Том. Он проверил, до него и после этих книг уже не было.

Почему-то все сразу вцепились за фальшивое пророчество… Гарри!.. Сердце Тома пропустило удар. Он не желал Поттеру зла, не мечтал о его боли и страданиях. Не хотел… чтобы он был был «проектом, чье выживание не предполагается!»

Вывод напрашивался только один: мальчишку нужно вытаскивать — из-под носа Дамблдора, Исполнителей, кого угодно — но вытаскивать!