Гарри Поттер и братья Дракула (джен)

Воздух в Большом зале стал настолько холодным, что у учеников пошёл пар изо рта. Гарри не стал ждать министерских чиновников. Он знал, что Корнелиус Фадж попытается замять скандал, чтобы спасти свою репутацию. Поэтому он сделал то, чего никто не ожидал: он воззвал к стражам Азкабана напрямую.

— Вы чувствуете их, Питер? — прошептал Гарри на ухо дрожащему предателю. — Они голодны. Двенадцать лет они питались душой Сириуса, пока ты грелся у камина. Теперь пришло время вернуть долг!

Двери зала вновь распахнулись, и внутрь вплыли две высокие фигуры в рваных чёрных плащах. Дементоры. Ученики закричали, многие спрятались под столы, но Гарри стоял неподвижно. Его вампирская натура, родственная тьме и холоду, позволяла ему не поддаваться их влиянию. Раду лишь презрительно фыркнул, глядя на призрачных существ.

— Стойте! — закричал министр Фадж, вбегая в зал вместе с аврорами. — Поттер, вы не имеете права! Это прерогатива Министерства!

— Министерство двенадцать лет держало невиновного в аду! — Гарри повернулся к Фаджу, и его голос зазвучал как удар колокола. — У вас нет власти здесь. Хогвартс признал меня своим защитником. Либо вы сейчас же подписываете приказ об освобождении Сириуса Блэка и полной его реабилитации, либо я позволю дементорам забрать Петтигрю прямо здесь. И поверьте, они не остановятся на нём одном, если почувствуют вкус страха в этом зале!

Фадж побледнел, глядя на дементоров, которые замерли в ожидании команды Гарри. Дамблдор попытался вмешаться, но Гарри вскинул руку, и древняя магия замка запечатала уста директора на мгновение.

— Подписывайте, министр! — надавил Гарри. — Или завтра заголовки «Пророка» будут кричать о том, как вы пытались скрыть правду ценой жизней детей!

Дрожащими руками Фадж достал пергамент и нацарапал приказ. Как только печать была поставлена, Гарри толкнул Петтигрю навстречу дементорам. Те с жадностью набросились на предателя, унося его прочь из замка под его истошные крики. В этот момент в небе над Хогвартсом тучи разошлись, и первый луч утреннего солнца осветил фигуру Сириуса Блэка, который медленно шёл к замку, наконец-то свободный.