My way (гет)

16 ноября, дом Юн Ми, обед.

Валяюсь медузой на матрасе, полный неги и пофигизма. Никуда бежать не надо, марафон с шоу против суицидов закончен, можно отдыхать. На шоу "Сильные люди" мне завтра, а борьба за рождаемость только начинается, пока одни планы. Все хорошо с приютами, даже если я прям сейчас склею боты — фонд будет работать в том же режиме.

Само собой, одной акции мало для решения проблемы суицидов, но мы же на этом не остановимся. Я тут вспомнил прикольную песенку "Ули ты ноешь", переведу на корейский, авось остановит хоть часть самоубивцев. А то одни последний хрен без соли доедают, как Шариков возмущался, а другие зажрались, да еще и с мостов сигают. Нехорошо, пристыдим. А не посетить ли мне новостные порталы?

Так, что тут у нас? Транслировали нас на восемь стран, и в записи покажут еще много где, но это уже не то. В списке Япония, Аргентина, Мексика, Франция, Испания, Бельгия, Италия и почему-то Филиппины. Уже купили контент ФРГ и Россия. Есть идея! Сделаю-ка я на своем портале страничку "Стоп суицид", и там буду размещать песни про трудные судьбы и счастье жить. Все на корейском, конечно. Думаю, дюжину наберу, как раз на диск. Примерно такой список выходит — "Шоу маст", "СОС", из "Генералов песка" утащу с нашими словами, "Прекрасное далеко", "Крылатые качели", "Ули ты ноешь" обязательно. Что там еще подойдет? "Дом, над которым Солнце встает", "От героев былых времен" пойдет, в реалиях корейской войны. "Кукушку" могу теперь в стиле Гагариной, "Группу крови". Уже десять. Интересно, "Я ни о чем не жалею" Пиаф переведется на корейский? Попробуем. И "Солнечный круг" добавлю, тоже подходит. Вот дюжина и есть уже, если все переведется, конечно. Поработал, устал, поесть надо! И отдохнуть как следует, а то вдруг война, а я уставший? Кх-кх-кх.

https://yandex.ru/video/preview/18350505950107062674

14 часов, дом Юн Ми.

Онни как раз шла меня будить на завтрак-обед, так что я вовремя пришел. Курочка в кляре, рис, салатик, ням-ням. Мульча, отстань, тебе же рыбки положили?! Что, у меня вкуснее? Ну на кусочек. Жри, зараза, раз просила! То-то!

Там же, позже.

Смотрим новости, наше шоу по всем каналам. Никогда не думал, что бешено скачущая кошатина, то есть я в "Крейзи Трайн", вызовет такой восторг, тем более у дэнсеров. Надо ролик с концерта сделать с ней. Шаффл тоже разбирают по косточкам, одни ругают за не корейский стиль, другие обзывают новым словом в корейском к-попе. Ну да, еще и Халлю приплели. Где шаффл, и где к-поп? Надо срочно делать клип на "Is this the love", они вовсе с ума спрыгнут. На шоу по поводу концерта сцепились насмерть какая-то местная рок-звезда и профессор консерватории. Первый орал про новое слово в роке, это он про "Радугу во тьме", другой обзывал чуть ли не гуаном. Дескать, и композиции нет почти, и пою я не так. Слово за слово, и за малым профессор не получил по морде, еле растащили их. Там еще с мест типа для зрителей дружки рокера по банде полезли на подмогу, народ в студии визжал(женщины) и закрывал лица растопыренными пальчиками. Мужики ржали. Весело там у них. Потом разбирали "Звездочета", но уже как-то вяло, устали наверное. И тут подлец ведущий выкопал якобы только что полученный ролик с камеры телефона из кафе, ну тот, где я на соло-гитаре "Metal Church" жарю, и драка таки началась! Один из мэтров что-то вякнул про какофонию и понеслась! Восторженные и обозленные несправедливостью рокеры минуты три гоняли профессуру по студии, пока трансляцию не прервали. Мама и онни смотрели на страсти по рок-музыке круглыми глазами, а я ржал, аки конь. Хорошо посидели.

Комната Юн Ми, чуть позже

Сижу в позе лотоса на матрасе и составляю планчики, планы и планищи. Вздохнул, пошел к ноуту, сделал концертный ролик "Крейзи Трайн", забросил в интернет. Трудоголик, блин. Опять сажусь отдыхать. Плохо мне отдыхается, голова кругом идет от планов и идей. Такое чувство, что я опаздываю, сейчас что-то не сделаю, и все! Кто не успел — тот опоздал.

Первый план — что надо сделать в ближайшее время. Денег надо всё больше, проекты их сосут, как теленок корову. Хорошо хоть, они восстанавливаются, так же, как у коровы молоко. На будущее все равно надо больше, кино — дело дорогое. Пишу в графу "Планище" примерный список фильмов. Про джаз и девушек снять близко к оригиналу сложновато, а вот на азиатских реалиях вполне. Безработные музыканты станут японскими джазменами, женский джаз женским оркестром, мафиозо якудзой, а слет триад пройдет на Чеджу. Вместо поезда — паром, вместо автоматов — катаны, ну и так далее. Черная комедия наше все! В ту же степь и "Терминатора", он следующий. Первый в нашем мире обошелся в шесть с половиной миллионов долларов, сейчас с намного лучшими спец-эффектами встанет минимум в тридцатку. Для Кореи круть немерянная. Так же неплохо бы "Хищника" снять, первого. Отмечаю, найти актера на эти два мега-проекта, на главную роль. Молодого Такеши Китано бы сюда, злодеев играть, так нет его в этом мире. Поищем среди неизвестных героев актеров на роли героев и злодеев. Хотите стать звездой? Тогда мы идем к вам!

17 ноября, Студия КБС, съемки шоу "Сильные люди", 11-00.

Нас трое, жертв ТВ-индустрии, в студии сидят эксперты, широко популярные в узких корейских кругах, и несколько рядов подставных зрителей. Ведущий немолод и строг, в квадратных очках. Шоу очень популярно, идет в прайм-тайм. Снимают его заранее, наше должны показать завтра в 20-00. По договору предусмотрены конские штрафы с ТВ-шников, если шоу не выйдет в вечер перед сунын. Ведущий начинает.

-Уважаемые зрители и эксперты, сегодня у нас в студии очень интересные гости. Чен Чхо Сок, выживший под обвалившимся домом. Пак Юн Ми, школьница, пережившая клиническую смерть в течении десяти минут и потерявшая память, и пилот истребителя Чхой Ду Хван, до последнего отводивший неисправную машину от жилого квартала и чудом выживший. Начнем с господина Чен.

Чен рассказывает, как при обвале в горах от сотрясения завалилась хижина, где он ночевал, как ему повезло спать как раз у уцелевшей стены, и как он трое суток разбирал завал изнутри. Вопросов ему задали всего два. Потом ведущий объявил меня. Я кратенько, минутки на три, изложил свою историю и начались вопросы. Ну думаю, сейчас начнется, когда ведущий передал микрофон какой-то актрисе лет тридцати. Так и вышло.

— Скажите, Юн Ми-ян, как ты выучила шесть языков за такой короткий срок?

— После амнезии моя память стала абсолютной, я купила самоучители и ездила в аэропорт Инчхон, поговорить с носителями языка. Вот так и выучила. Потом спрашивал мужичок, похожий на Псая, в желтом галстуке и бордовом пиджаке.

— На шоу против суицидов ты играла на синтезаторе и гитаре, как же ты успела научиться?

— Тоже по самоучителю. Два месяца сутками разрабатывала пальцы. Я способная, сразу начала писать музыку и стихи.

— Про тебя писали, что это не твои песни, что ты скажешь на это?

— Я сомневаюсь, что кто-нибудь отдал бы мировые хиты девочке из Гванак-Гу. Я ведь пишу песни на разных языках, целая бригада композиторов и поэтов должна работать на меня, но их никто не видел, не так ли? — "Псай" все не отстает.

— Ты не могла бы нам продемонстрировать, как ты так быстро пишешь музыку и стихи, что нибудь простенькое. Я задумываюсь. Да запросто!

— На японском подойдет?

— Да, конечно, но это должна быть совершенно новая песня!

— Как скажете. Мне приносят гитару, я подбираю мелодию, изображая муки творчества, пока ведущий объявляет последнего гостя. Вот кто реальный герой, катапультировался низко над лесом, сломал обе ноги и ребра, уважаю!

— Давайте посмотрим, что получилось у нашего юного дарования. — с иронией говорит ведущий.

— Каникулы любви. — объявляю я. Играю заводную "У самого синего моря", пою по японски, публика машинально притоптывает и поводит плечами.

— Мне удалось вас убедить? — спрашиваю "Псая", он встает и аплодирует, ведущий засчитывает это за ответ. Ведущий: — Мы так же выяснили, что на заработанные деньги вы основали фонд помощи сиротам, почему вы занялись благотворительностью и почему именно сиротами? — вот и началось самое главное! Отвечаю.

-Это произошло случайно. На концерте в Марселе(зал восторженно гудит о-о-о!) мне зрители подарили несколько мешков мягких игрушек. По приезду домой я решила подарить большую часть какому-нибудь приюту, и представьте себе, один оказался в двух кварталах от моего дома в Каннам-Гу. Мы с сестрой взяли два мешка игрушек и понесли их в этот приют. Я никогда, слышите, никогда не видела, чтобы дети жили в таких ужасных условиях. Без отопления и воды, без игрушек и хоть какого-то развития. И это район Каннам-гу! После оказалось, что в остальных приютах не лучше. Я сама выросла в бедной семье, моя онни рассказывала, как зимой мы вдвоем сидели под грудой одеял зимой, пока наша мама работала. Я не смогла просто уйти и организовала модернизацию этого приюта, а потом основала фонд и внесла туда 25 миллионов. Долларов(зал — о-о-о-о!). Сейчас мы модернизируем еще четыре приюта, и шесть готовы вместе с первым. На государство надежды нет, на приюты выделяются сущие крохи, пришлось нам действовать.

— А как вам пришла в голову пришла идея устроить шоу против суицидов? У вас кто-нибудь из родни покончил с собой? — спрашивает похожий на профессора аджосии.

— Нет, слава Гуань Инь. Просто раньше я собиралась сдавать сунын и прочитала в интернете про статистику суицидов. Прочитала, что правительство выделяет крупные суммы для борьбы с суицидами, но так и не поняла, на что же их тратят. Долго думала, что можно сделать, и поняла — хорошие песни и наглядная социальная реклама помогут! Я пошла к директору ФАН Энтертейтмент Сан Хену, он меня свел с дядюшкой Хваном, они меня поддержали, так все и началось. Мы готовились 11 месяцев! И вот в прошедшее воскресенье шоу состоялось с огромным успехом. Его показали на восемь стран, приняли участие шесть самых крупных агентств. Я ответила на ваш вопрос?

— Да, очень подробно и понятно, спасибо.

— Скажите, а как вы познакомились со своим женихом Ким Чжу Воном и как развиваются ваши отношения? — спрашивает крашеная в блонду дамочка в очках со стразами.

— Это личный вопрос, но я отвечу. Официально мы не жених и невеста, помолвки не было, пока мы просто встречаемся. Познакомились в отеле, принадлежащем его семье, я там подрабатывала на кухне. Меня взяли из-за сертификата по английскому языку с 999 баллами.

— А в каком агентстве ты работаешь? Никто не признал тебя своим трейни или айдолом.

— Я независимый продюсер, певица и композитор. Зачем мне агентство? Студия у меня своя, если нужны исполнители со стороны, я заключаю разовые договоры, как с ФАН Энтертейтмент.

— Но ведь так в Корее никто не работает!

— Я не все, я особенная! (зал осуждает), и при чем тут Корея? У меня уже более трех миллионов подписчиков на моем портале, из них только шестьдесят тысяч из Кореи. Я работаю на весь мир. — вопросы идут потоком, еле успеваю отвечать, как в настольный теннис играем, туда-сюда, туда-сюда.

— Вы не боитесь критиковать правительство? Ваши намеки на нецелевое расходование средств вполне прозрачные. — наивные, я не идиот критиковать прямо, меня просто так не взять!

— Я никого не критиковала, просто не знаю, на что тратят триллионы вон, вот и все. Не смогла найти в интернете. Поэтому делаю сама, что смогу. Родители не помогают своим детям справиться со стрессом сунын, никто не помогает, пришлось мне. К детям часто предъявляют завышенные требования, вся система образования на это настроена, без учета способностей и склонностей детей. Вот они из страха подвести родителей и кончают с собой, они еще не знают слов "невозможно исправить", "навсегда". Может, у ребенка талант шить одежду, а его в СКАЙ запихивают в инженеры. У всех есть талант, абсолютно у всех, надо только его выявить и развить. Очень часто для этого не нужно высшее образование. Как раз перед вами пример — я не сдавала и не буду сунын, не училась в Школе Искусств, и в то же время могу преподавать в консерватории.

В студии шум и гам, как же так, на святое покусились! Ведущий: — Все знают, что корейское образование одно из лучших в мире, оно скопировано с системы образования США!

— Тогда почему в США нет проблемы суицидов школьников? Почему у нас на должности, где нужен творческий подход, приглашают иностранцев? У нас не учат думать, просто зубрят. Много знать — это очень хорошо, только если умеешь применять эти знания. В школах США учителя с удовольствием отвечают на вопросы детей, у нас вас накажут за вопрос. Полагаю, на этом можно закончить.

В студии народ ругается на меня, друг с другом, ведущий "потерялся", я встаю и иду к выходу. Все заняты, только операторы снимают меня.

18 ноября, вечер, дом Юн Ми.

Ужинаем, мои с нетерпением ждут начала шоу *Сильные люди*. Вчера я кратко рассказал про героев шоу, мы дружно похвалили их за мужество, особенно пилота. Про себя сказал, что спрашивали про языки, музыку и приюты. Сидим, едим, ведущие новостей трещат в основном про завтрашний сунын. Обычно на это время уже десяток-два школьников кончают с собой, не выдержав напряжения и ответственности. В этот раз ни одного! Чиновник из министерства распинается о своих якобы успехах в борьбе с суицидами, все делают вид, что верят. Ага, начинается!

Там же, после шоу.

Оказывается, я вовремя ушел! Бедолага ведущий, ушибленный такой неожиданной концовкой шоу, не нашел ничего лучше, чем опрашивать липовых зрителей, и первым ему попался здоровый такой мужик, поперек себя шире. Морда красная такая. Не вру, реально красная. И ведущий эдак с подковыркой его и спрашивает: — Что вы думаете о словах этой Пак Юн Ми про наше самое лучшее в мире образование? — мужик покраснел еще больше, помялся и говорит человеческим голосом: — Дык права девонька-то эта. И меня всё напрягали и напрягали, а я никак не мог всё выучить, мне в машинах копаться интересно было. Так и стал их ремонтировать в конце концов. Ведущий: — Но она же оскорбила наше правительство, осудила систему образования, разве вы считаете это правильным? — и зрители подзуживают: — Она не патриотка! Она сама не может учиться и другим мешает! — а мужик и говорит: — Она орден получила за дело, детишкам помогает, денег не жалея, вы все хоть вону дали? Да пошли вы все! И пошел на выход. А идиот, ведущий то есть, его останавливает, орет — уйдешь, не получишь денег, не заплатим! — мужик молодец, поднял его за пиджак, потряс и говорит: — В пик-пик-пик(Запикали слово, интересно, какое?) себе засунь свои деньги, мичинном! — и ка-а-ак швырнет его в толпу зрителей. Тут и сказочке конец, закончилось шоу. Что удивительно, ничего не вырезали! Мама с онни как всегда косплеят сусликов, глазами в основном, они узнали о нашем телевидении много нового. Я обхохотался, еще и после ужина, чуть не лопнул. Хорошо день прошел. С утра много сделал, и при этом всё в удовольствие. Предвидя хейт от министерства образования, записал как бы намекающую на них песню "Это сказал фараон" от "Наутилуса". Пусть выходят в окно вместо школьников. Пока только регистрация, на портал ей рано. Пару песен Цоя, Чхоя по корейски, оформил, записал тему из Крафтверка про "Мой папа робот", захотелось вот. Вокала там нет по факту, программкой голос обработал и всё. Хороший день.

https://yandex.ru/video/preview/9840714268559069967

19 ноября, дом Юн Ми, утро.

Сегодня для выпускников день сунына, или день Ада, как многие его называют. Около школ даже движение перекрывают, чтобы не мешать экзамену. Мне-то хорошо, мама и не заикалась про экзамен, понимает, что он мне не нужен, и даже онни помалкивает. Впрочем, ей не до меня — у нее в разгаре конфетно-букетный роман с Кваном. Разок я не утерпел и спросил ее, целовались они или нет. Онни покраснела и отвернулась, процесс пошел, это точно! Повезло ей, мужик надежный, как АК-47, не карьерист, это да, но тогда он бы и надежным не был. Как говорил мой однокурсник в том мире, успевший в армии отслужить, лучше АК-47 в руках, чем рога в заднице. На него лось вылетел, когда он на посту стоял. Он кричать не стал про стой, стрелять буду, сразу его завалил. И молодец, наказали, зато живой. За что наказали? Да ни за что, за перерасход патронов, он в него весь рожок высадил. Было бы за что, расстреляли бы! Шутка. На переводчика небось уже выучился, он с общаги как раз за неделю до взрыва съехал к своей девушке. Судьба...

19 ноября, дом Юн Ми, вечер.

В студии КБС обсуждают сунын и проблему самоубийств. И все гадают, а с чем связано отсутствие этих самых суицидов? Прям загадка, ага. То сразу после сунына минимум три десятка в первые два часа, а тут ничего! Представитель министерства долго врал про их титанические усилия на ниве борьбы и превозмогания, и тут его спросил какой-то молодой журналист, а как они конкретно боролись-то? Он что-то заблеял, но проговорился, что они проводили совещания, в основном с иностранными специалистами, и как раз по месту их пребывания. В Ницце там, в Каннах, на Канарах. Все же знают — там нет суицидов, вот они и ездят передовой опыт перенимать. Повеселили меня, молодцы. На вопрос о нашем шоу чиновник заявил, что это ерунда, баловство. Ну послушает молодежь наши песенки, ну сдаст потом плохо сунын — и бегом с крыши прыгать, чуть ли не во вредители нас оформил.

1 декабря, приют в районе Гванак-Гу, утро.

Онни, я и директриса приюта обходим с инспекцией здание, перед сдачей его комиссии. Комиссия — это я и онни, так что совмещаем инспекцию и сдачу объекта. Директриса, полная пожилая добродушная женщина, показывает нам игровую комнату. Там примерно полтора десятка детей примерно трех-четырёх лет бегают, катают машинки, качаются на лошадке-качалке, в общем, делают жизнь воспитателей как можно веселее. Только одна симпатичная девочка с кудрями, что странно для Кореи, сидит одна в углу и тоскливо ковыряет пальчиком ковролин. Спрашиваю директрису, что с ребенком. История печальная, как и у большинства детей. Мать и отец разбились на машине, родни нет. Отец сам был приютским, а мать вырастила бабушка, она уже умерла. Квартира в ипотеке, ее банк забрал, а ребенка сюда.

— А почему у нее такая европейская внешность? — Спрашиваю.

— Так отец метис был, тягубя. Нагуляла мамаша от американца какого и сдала в приют. Усыновление ей не грозит — не берут таких. Не ест она почти ничего, вот что плохо, тоскует.

— А как ее зовут?

— Джун. Ли Джун.

Подхожу к девочке, беру ее на руки, она серьезно смотрит мне в глаза. Не отучили еще, у местных это не принято. Спрашиваю: — Джун, почему ты не кушаешь? Детям надо хорошо кушать, чтобы вырасти сильными и красивыми. Вон ты худенькая какая, как воробышек. — а она так глазищами хлоп, хлоп, обнимает меня за шею и говорит: — Мама, ты плишла за мной? Я так ждала, так ждала.

У меня ноги подкосились, так и сел, где стоял. Это я что, теперь мама??? И по реакции тела Юн Ми понимаю — да, теперь да. Меня посчитали и признали годным. И все, не соскочить, да и не надо.

Подхожу к директрисе, что-то обсуждающей с онни, спрашиваю: — Могу я удочерить эту девочку? Точно моя онни станет вегугинкой, опять глаза круглые. Шипит мне: — Ты с ума сошла, ты сама еще ребенок, никто тебе девочку не отдаст! И с нами не посоветовалась. Положи, где взяла!

— Моя! Не отдам! — закрываю руками малышку, не отдам никому! Только сейчас я понял, что чувствуют матери.

— Ну-ну, давайте успокоимся и поговорим. — говорит директриса. — Пойдемте в мой кабинет.

Сидим в кабинете, онни держит Джун "на ручках", хитрый котенок уже веревки вьет из онни. Хватает онни за ушки, за пальчик и радостно хохочет, куда и тоска делась, а онни млеет. Директриса разъясняет мне мои перспективы. Если коротко — только брак, иначе ни за что не отдадут, такие законы. Там еще много всего, но в основном возможности содержать ребенка касается, мне это не интересно. Брак, ага! Ну Богиня, ну и затейница! Не мытьем, так катаньем своего добивается, при чем внутренняя Юна так и тащится от одного слова "брак". И поди объясни ей, что хорошее дело браком не назовут! А если...

Раньше в экстремальной ситуации я или тормозил, или чаще откалывал всякую дичь, а тут вдруг как компьютер в голове, моментально все рассчитал. Подхожу к директрисе.

— Воспитатели же могут забирать детей домой?

— Могут. — заторможено отвечает директриса.

— Онни, у тебя печать фонда с собой? Отлично! Оформляй нашу омму воспитательницей, грант на зарплату от меня лично, сверх штата. Должностные обязанности — присмотр и воспитание Ли Джун, в связи с ее тяжелой психологической травмой из-за потери родителей. Директрисе: — Давайте бланк!

Вот они тормозят-то. Не привыкли так быстро решать проблемы, ну да ничего, научатся.

Такси, середина дня.

-Омма, а мы куда едем? Я — омма, охренеть! Это как я так? Как в торнадо попал, раз — и я омма уже. Но довольный...

— Домой едем, доченька, домой.

— А где мы живем?

— Мы живем в Сеуле, в районе Каннам-Гу. — интересно, что скажет мама Юн Ми? Онни вон уже любимая тетя, имо по корейски, не будь меня рядом, Джун с нее бы и не слезла. Подъезжаем.

Чуть позже, дом Юн Ми.

— Мама, а я свою дочку нашла! Смотри, какая красавица! — мама садится на диван, удивленно смотрит на меня и на Джун. Рассказываю, как все вышло, на удивление мама довольна, говорит, о внуках мечтала, и вдруг откуда ни возьмись, ни откуда не взялось. Посвятили ее в ее обязанности по договору с фондом, решили вечером все обсудить. Пока же мама бодро потащила мелкую в ванную, купаться, а мы с онни(имо, кх-кх-кх!) так же бодро поскакали в магазин, прихватив платье Джун как образец! Ребенку носить нечего, ужас, ужас!!! Что со мной? Я стал еврейской мамой в квадрате?

Дом Юн Ми, вечер.

Поужинали, теперь держим семейный совет. Ребенок наелся, помучил Мульчу и спит без задних ног на моем матрасе. Вместе с замученной кошатиной. Друг нашел друга, ура товарищи! Хорошо им, а нам еще думать, как жить дальше. С мамой-то все понятно, у них с Джун любовь с первого взгляда. Онни тоже не против, тоже понятно, что за. Вот с законами все хуже. Это пока к нам не докопались всякие проверялкины, все нормально, но если что... Можем и потерять дочку! То есть, удочерение актуально, как никогда. Если онни выйдет замуж немедленно, то и да. Все тогда в порядке, но онни еще не знает, серьезно ли у них с Кваном, или просто дружат. Так дружат, дружат, а потом живот на нос лезет! О чем это я? Рисковать или нет? Если замуж выйду я, Серега то есть(ха-ха-ха!), то проблем нет. Никому, кроме нас тягубя Джун не нужна. Позвонить Пацаку или нет, насчет фиктивного брака?

Минутой позже, радиоволна над Сеулом.

— Халло, оппа, привет! Еще не спишь?

— Рано еще, новости смотрим.

— А ты сидишь сейчас? — заботливо спрашиваю я.

— Сижу, а тебе какая разница?

Как прыгая с трамплина, выпаливаю: — Оппа, мы должны срочно пожениться, у меня появился ребенок, мне надо замуж! — вот что я за идиота кусок, а? Убил ведь Пацака, точно он там помер, уже секунд двадцать молчит.

— Юна, с тобой точно все в порядке? — отмирает Пацак.

— Оппа, я не так выразилась. Я удочерила девочку, Джун зовут, ей три годика, почти. Но мне ее не отдадут, я не замужем. Мне нужен фиктивный брак! — к чести Чжу Вона думал он не долго.

— Я согласен! Завтра напишу рапорт, подадим заявление, распишемся сразу и в опеку. — вот это я понимаю, сразу видно — военный! Раз, два, на три всё расписал и издал приказ, ага.

— Оппа, а твои родители и хальмони не будут против?

— Если я малышку усыновлю, не будут. У ребенка должны быть оба родителя, а хальмони давно мечтает о правнуках.

2 декабря, дом Юн Ми, утро.

Сидим, завтракаем. Джун увлеченно наворачивает кашу с изюмом, я яичницу и сосиски в томатном соусе, а мама с онни свою острятину.

— Мама, я договорилась с Чжу Воном, он согласился. Завтра-послезавтра ему дадут увольнительную на четыре дня для свадьбы и мы распишемся. Потом сразу в опеку, удочерять Джун.

— Джун, тебе папа нужен?

— Да! — твердо уверен ребенок. Мама вздыхает: — Надеюсь, ты уверена в своем решении?

— Мама, это же фиктивный брак, ты же понимаешь.

— У вас и помолвка фиктивная была, родишь ты ему тоже фиктивно?

— Еще не хватало, у него уже есть дочка, ну то есть будет, и хватит с него.

Нафига рожать, если готовых сколько угодно и просто так отдают, то-есть, даром?

Ладно, ребенка выгуливать надо, заодно и в планшете полазаю.

— Доча, гулять пойдем? Пошли одеваться, на улице прохладно. Котю с собой? Если котя захочет, она самостоятельная у нас. Мульча, гулять пойдешь? Иди одевайся... Тьфу ты, совсем заговорился.

Чуть позже, в садике.

Джун увлеченно "окапывает" кусты пластиковой лопаткой, вчера купили и ведерко тоже, Мульча охотится неизвестно на кого, вон крадется вдоль забора, постоянно замирая на месте. Я пасу мелкую и втыкаю в планшет. Что тут из Сеула в Каннам пишут? Самоубийств нет! Ни одного. Совсем! Ура, мы победили. И Министерство Образования в первую очередь. Министра уже наградили. Ну и в рот ему ноги, мы не за награды старались, главное — пусть не мешают! Когда моя доча вырастет, хрена лысого я ей дам нервничать из-за сунына, как сдаст- так и сдаст, была бы здорова. Надо еще раз документы ее посмотреть. Так, родилась 23 февраля 2012 года, на соллаль ей четыре запишут, а по факту три. Прикольно, как мы с ней похожи. У нее прямые ножки, не коротенькие, как у многих местных, волосы темно-русые, мои немного светлее, светлая кожа, носик чуть вздернут, Довольно узкое лицо и большие глаза. Ресницы длинные, как похлопает ими, и хальмони ей все разрешит! Надо это дело контролировать, а то разбалует мама Юны внучку. Надо будет юристам заказать пробить семью Ли по всем базам, может, что интересное узнаем. Родня дальняя нам ни к чему, а вот происхождение Джун знать надо, во избежание. Теперь и о работе можно подумать. Для начала проверить слух дочки, если есть — начинать учить играть на пиано, Корг годится вполне. Годика через три укулеле купим, гитару освоит.

Сижу, уже весь в мечтах, как Джун выступает на конкурсе пианистов, и тут является, понимаешь...

Ага, Сам! Пацак то есть. Стоит у калитки и лыбится, довольный — спасу нет. Впускаю, что поделаешь. Джун бежит к нам, прячется за меня и спрашивает Пацака: — Дядя, а ты кто? Смотрю на Пацака и думаю — как выкручиваться будет. Не стал он долго тянуть.

— Я твой папа. Долго мы тебя искали и наконец нашли. Доча, маленькая лиса, сразу подскочила к Пацаку и вытянула ручки вверх, он ее подхватил, его обняли за шею.

— Ты только не уходи больше, папочка. — занавес.

Дом Юн Ми, обед.

Обедаем, Джун супчик лопает, иногда проливая, Мульча съела свою рыбку и бдительно следит, как бы ее какой вкусняшкой не обнесли мимо носа, Чжу Вон трескает свои свиные шкурки. Ох, и балует его мама, ох, и балует. Семейная идиллия прям. Онни ускакала к своему Квану, а мы обсуждаем, как бы поскорее все оформить. Оказывается, он уже известил Му Ран и она не против. Странно как-то это, чую засаду на меня! Чжу Вон поведал, что хальмони позвонила старому приятелю из Министерства Обороны и тот попросил(ага, ага!) выделить ефрейтору Киму отпуск для решения семейных проблем. Начальство Пацака просьбу удовлетворило и ему дали десять дней. Должны все успеть. Хорошо иметь такие связи. Прямо сейчас и поедем, Чжу Вон на машине, в этот раз на внедорожнике. Как он сказал, так для ребенка безопаснее. Э?!

Позже, ЗАГС района Каннам-Гу.

ЗАГС оказался в трех кварталах от нашего дома, так что решили прогуляться. Сегодня среда, народу мало на улицах, все работают. В ЗАГСе тоже свободно, пошли в отдел регистрации брака, заполнили анкеты, родителей вписали, и через пять минут: -Жених может поцеловать невесту! — я те поцелую! Отстал пока. Эт что, я теперь- жена? Как звучит, а? Серега Юркин — жена! Тьфу ты, пропасть. Потом вызвали маму Юн Ми с Джун и документами, справка из приюта, что опекун, то есть директриса, не против, есть, работник отдела усыновления посмотрел на меня с Джун на руках, на Чжу Вона, хмыкнул, мы расписались, печать и всё! Вот так просто? Бац — и я жена, бац — и я законная мамаша, а Пацак папаша. Полтора часа на все! Так бывает разве?

Дом Юн Ми, вечер.

Пацак уехал домой, но обещал вернуться. Завтра поедем знакомить Джун с родней. Брак-то у нас липовый, а вот дочка она Чжу Вону настоящая, и вроде это его даже радует. Он-то мог и не усыновлять ее, но вот усыновил же! После ЗАГС устроили хвесик, вызвали дядю, про него мы как-то забыли впопыхах. Дядя прилетел из Попыхов и дал нам разгон, какого-такого хрена мы его раньше не позвали. Джун сначала спряталась от грозного "Штирлица", а потом как выскочит, как топнет ножкой!

— Не кличи на мою мамочку! — тут-то дядя и попал. Утащила она его играть, до начала хвесика мы их и не видали. Ребенок счастлив, куча родни, и все готовы играть. Посидели хорошо, мне и то пивка налили, я типа взрослый теперь, замуж вышел. У-у-у-у-у!!! Чжу Вон машину на стоянке оставил и на такси усвистал, выпил же. Завтра заберет.

3 декабря, дом семьи Ким.

Всей кампанией приехали к Кимам. Я так и остался Пак, в Корее жены не меняют фамилию. На двух машинах, Пацака и дяди. По дороге купили мелкой детское кресло, тут с этим строго, и подарки. Корзинку с фруктами и вином. Заходим в зал, а там все готово, стол накрыт, нас встречают Му Ран и дед Чжу Вона, его мама Ин Хе, его онни. Мелкая слезает с моих рук, бежит к Му Ран и залезает на колени.

— Плавда, что ты моя хальмони?