Ревенант (джен)

Ненависть к самому себе сжимала Регулусу горло и давила на плечи, почти не давая пошевелиться. Ему некого было винить, кроме самого себя. Он был так ослеплён жаждой покончить с крестражем, что не удосужился хотя бы секунду поразмыслить о том, насколько оправданно и безопасно бить клыком василиска по предмету, расположенному прямо на груди живого человека.

Слёзы катились из глаз его умирающей жертвы. Она больше не смотрела на Регулуса, а блуждала взглядом. Её тихий шёпот почти таял в воздухе, но Регулус расслышал:

— Я собиралась отравить всю больницу. Мерлин… Мерлин…

В её взгляде горел ужас. Но не перед собственной смертью, как теперь понял Регулус, а перед тем, что она могла совершить под действием крестража.

— Если бы ты меня не остановил… Сотни людей бы…

«Не стой истуканом! — рявкнул в воображении голос Сириуса. — Салазаровы потроха, она ещё жива! Делай, на хер, что-нибудь!»

В голове открылась энциклопедия. Сосредоточившись на знаниях и фактах, Регулус смог немного отвлечься от разъедающей вины. «Яд василиска. Есть только одно известное противоядие — слёзы феникса. Их срок годности слишком мал, чтобы можно было хранить, транспортировать и продавать их. Нужны именно свежие слёзы, пролитые прямо над раной. Значит, нужен рыдающий феникс. Прямо сейчас. Ну и где его?..»

Внезапно Регулуса осенило. Птица-спутник директора! Если бы у него был шанс успеть…

— Есть чем остановить кровь и замедлить яд? — спросил он хрипло и резко, прервав её горестное бормотание.

Анна подняла взгляд. Окровавленный уголок её рта дёрнулся, а глаза скользнули над головой Регулуса по полкам с зельями и ингредиентами. Он порывисто опустился на одно колено возле неё.

— На, — он всучил ей волшебную палочку. — Призови, что нужно.

Она замешкалась, с тревогой глядя на древко, дрожащее в руке. Затем на лице отразилась решимость. Одними губами она прошептала: «Акцио» и выронила палочку. Пузатый флакон, расталкивая другие, выбрался из глубины стенного шкафа и по воздуху спустился к ней. Регулус поймал его на подлёте, откупорил тугую пробку и поднёс горлышко ко рту Анны. Она качнула головой и попыталась объяснить что-то, но вместо слов изо рта потекла лишь кровь. Её лицо исказилось страданием.

Задача захватила разум Регулуса настолько, что он смог трезво мыслить даже в такой момент.

— Посмотри мне в глаза, — холодно велел он.

Анна подняла горький взгляд. Регулус нырнул в глубину её разума через зрачки. Это было похоже на падение в бесконечную шахту со слепящим мерцанием вспышек.

«Не сопротивляйся, — прошептал он мысленно. — Что делать с зельем?»

Паническое метание образов в голове Анны немного унялось. Её мысли, за которыми Регулус неотступно следовал, шарахнулись по нескольким углам и наконец привели его в нужное воспоминание. Это был урок в Мунго, где седовласый врач настойчиво объяснял студентам, сколь рискованно использовать Напиток Живой Смерти.

— Лишь в крайних случаях и не более трёх капель! Иначе вашему пациенту смерть обеспечена!

Узнав ответ, Регулус вынырнул из её разума и вернулся в реальность. Он схватил с полки ложку и отмерил три густые капли. Не сопротивляясь, Анна приняла эту дозу из его рук. Но её безмолвный взгляд выражал сомнение и страх. Стоило ей проглотить капли зелья, как глаза расширились точно от новой боли, а белки начали голубеть. С присвистом втянув воздух, Анна застыла, замороженная изнутри.

Подобрав палочку, Регулус призвал метлу. Она резво прилетела из соседней комнаты. Распахнув окно, Регулус склонился к Анне и, сдерживая свой извечный голод, с трудом поднял её на руки.

Только теперь его как ледяным шипом уколола мысль: где феникс, там и Дамблдор. Пытаясь спасти эту женщину, он собрался лететь прямо в руки Ордена Феникса? Как ни странно, страха он не испытал. Главное, что не в руки Пожирателей, а остальное… Что ж, предназначение он выполнил — крестраж разбил. Дальнейшая судьба казалась неважной, как пустая половина листа, оставшаяся ниже последнего слова в письме.

Регулус почти успел разместиться вместе с Анной на метле, как вдруг за спиной раздался трескучий шелест, пустивший дрожь между лопаток. Все размышления рассыпались прахом, их сменила лишь одна пылающая мысль:

Это она!

Ужас стиснул горло острыми когтями, потому что Регулус уже слышал точно такой звук в этой квартире. В тот раз он знаменовал появление воскресшей Беллатрисы.

Сгорая от паники, Регулус, не оборачиваясь, рванул на метле в окно. Его квиддичной ловкости хватило, чтобы мгновенно разогнаться, при этом вписавшись в узкий проём и удержав Анну. Осталось изловчиться и аппарировать из полёта, но тут…

— Семперхик! — рявкнул мужской голос.

Разряд заклинания ударил Регулуса в спину. Между лопаток словно кто-то схватил, не пуская в аппарацию. Его с новой силой ужалило ужасом.

Следом за первым заклинанием за спиной прозвучал другой голос, более низкий: «Винкулум!» Регулус вместе с метлой резко ухнул вниз, уходя от магического лассо. «Не оборачивайся. Не оборачивайся», — приказывал он сам себе без остановки. Неважно, кого именно послали за ним и сколько их. Важно лететь как можно быстрее, непредсказуемо меняя траекторию, чтобы не попасть под атаку. Всё.

𝓞дин за другим Пожиратели отбыли, и Нарцисса осталась с Тёмным Лордом наедине. По-своему это было даже более пугающе. Холл фамильного особняка Малфоев теперь был затуманен зловонным дымом.

Она нерешительно шагнула к трону.

— Боюсь, милорд, среди сражений и погонь я не смогу быть вам полезна, — осторожно сказала она.

— Я знаю, леди Малфой. Вы передадите моё недовольство Регулусу иначе. Ближе, — велел он.

Она повиновалась, привычно скрывая эмоции. Подступила, шелестя шелками, и сквозь страх протянула лорду левое предплечье с уродливой чёрной отметиной, а сама напряглась, ожидая неизбежной боли. Он уткнул палочку в татуировку и прошипел что-то иное на своём мерзком змеином языке, не те звуки, с помощью которых отправлял Пожирателей в дымную аппарацию. Руку Нарциссы охватила обжигающая боль. Она попыталась отпрянуть, но Лорд схватил её цепкими подростковыми пальцами.

— Терпите, моя дорогая, — прошептал он. — Только через вас я могу доставить эту кару адресату.

Регулус слышал свист мётел в воздухе за спиной, ругань и выкрики заклинаний. Вспышки пронзали пространство вокруг него. Чаще других звучало «Арресто моментум!» Попав, оно бы обездвижило Регулуса прямо в воздухе — заставило зависнуть вместе с метлой. Задачей Пожирателей, очевидно, было схватить его живым. Любое атакующее на такой высоте и скорости могло сбить его с метлы, и тогда последствия непредсказуемы.

Левой рукой он сжимал древко, правой удерживал бессознательное тело Анны. Защищаться возможности не было, единственная надежда на уклонение. Ветер бил в лицо, трепыхал одежду.

Если его схватят... когда его схватят... он сможет посмотреть в глаза лорду и сказать: «Я его уничтожил. Делай со мной что хочешь, но одного не изменишь: я уничтожил твой крестраж!» Эта мысль наполняла гордостью и отчаянием одновременно.

Резко свернув в узкий переулок, Регулус ушёл в крутое пике. Сверху кто-то заверещал, не вписавшись в поворот. Взрывающее заклинание ударило в стену над Регулусом, и тот едва успел уйти из-под града щебёнки и кирпичей. Мантии свистели за спиной, не отставая. Но он нёсся почти вертикально в брусчатку, и с руганью преследователи начали отступать. В последний момент Регулус вывернул направление полёта в горизонталь и нырнул под арку, идущую тоннелем сквозь дом. Пара маглов, куривших там, завопили, когда Регулус пронёсся, чуть не сбив их. Он вылетел из арки, набрал небольшую высоту и быстро свернул в следующий переулок.

Так, пользуясь лабиринтом городской застройки, ему удалось слегка оторваться. Но не успел он обрадоваться этому, как вдруг жалящая боль впилась в руку, и он едва не выпустил древко метлы. Полёт стал неровным. В узком пролёте между домов Регулус чуть сам не впечатался в стену. Боль всё усиливалась, и подступающие слёзы туманили взор.

У него всё ещё была небольшая фора. Пожиратели ещё не нагнали его. И ему удалось не закричать, выдав своё местоположение. Но с каждой секундой их новая встреча неумолимо приближалась. Регулус мог надёжно укрыться лишь на территории Хогвартса. Но городской лабиринт вёл его прочь оттуда, убивая последнюю надежду. Нет, пока его не нагнали, надо воспользоваться единственным шансом!

Регулус направил древко метлы вверх и взмыл, стремительно набирая высоту. На долгие секунды он стал лёгкой мишенью для любого, кто посмотрит в небо. Но он надеялся, что Пожиратели не ожидают такого отчаянного манёвра и продолжают рыскать по переулкам. Приглушённые взрывы внизу подтверждали эту мысль.

Сотня ярдов, десяток — и вот наконец он ворвался в промозглую густую взвесь облаков. Здесь его никто не увидит.

Жгучая боль в предплечье то отступала, то набрасывалась с новой силой. Вкупе с ледяным голодом она скручивала чувства Регулуса в тугой жгут. Он бы непременно сорвался и выпил остатки жизни Анны, если бы не зелье, которое замедлило все жизненные процессы настолько, что она казалась практически трупом.

Лишь давняя любовь к полётам оттеняла этот кошмар. Несмотря ни на что… он свободен. В эти жестокие, возможно, последние секунды он всё ещё был свободен.

𝓒мотря вверх, Нарцисса не понимала, потолок над ней или небо. Чёрные клубы дыма слишком напоминали ночные тучи, и разум, отравленный болью, отказывался осмыслять реальность.

Леди Малфой лежала на холодных плитах пола в собственном доме, осквернённом захватчиками, и медленно приходила в себя. В эти недолгие минуты вуаль, за которой она обычно прятала чувства, ещё не скрыла их, и Нарцисса обжигающе ярко ощущала ненависть. К Тёмному Лорду, который устроил всё это. К Пожирателям, которые свинарничали в её доме и бросали на неё похотливые взгляды. К Регулусу, из-за которого ей только что пришлось испытать этот ад. К покойной Белле, которая навлекла эту беду. К покойному Люциусу, который не смог защитить семью. Ко всем. Всем, кроме малыша Драко. Он был единственным, ради кого она терпела все эти мучения.

Наконец сознание окончательно вернулось. Нарцисса задёрнула окклюментическую шторку и отключилась от собственных эмоций. Поднявшись с пола, она осмотрелась и прислушалась к голосам.

Пожиратели, которых до этого отправили в погоню за Регулусом, уже вернулись. Доносились какие-то крики. Надо полагать, задачу Лорда они выполнили, и теперь в особняке новый пленник. Неважно, для каких целей он лорду. Неважно, что он твой кузен. Неважно, каким чудом он вообще жив. Неважно, что его ждёт. Ты не будешь проявлять жалости.

Все были отвлечены. Настолько, что оставили её валяться без сознания на полу! Этот факт оскорблял Нарциссу, и возмущение пробивалось даже сквозь завесу безэмоциональности. Неважно. Все отвлечены, а значит, самое время подняться наверх, к Драко, и на время забыть обо всех этих ужасах.

Быстрыми тихими шагами она скользнула к лестнице. От круга Пожирателей доносилось стенания и повторяющееся ледяное «Круцио!» Нарцисса постаралась отрешиться, но всё же бросила ненароком взгляд между их спинами и замерла в потрясении. На полу в ногах Лорда корчился вовсе не пленник, а один из Пожирателей.

Закончив истязать его, Лорд перевёл палочку на Рабастана Лестрейнджа.

— Может, ты намеренно отпустил его, вспомнив старую дружбу?!

— Милорд, умоляю! — всхлипнул тот. — Мы сделали всё, что могли! Прошу, позвольте объяснить!

— Что ж, попытайс-ся.

— Блэк скрылся в облаках и движется слишком быстро! — затараторил Лестрейндж. — Магия метки, она переносит нас туда, где предатель был в момент аппарации, но он успевает улететь дальше и затеряться в облаках! Даже Ревелио не дотягивается! Милорд, умоляю! Скоро он выдохнется и приземлится где-то — и тогда мы сможем его поймать! Но до той поры нам тоже необходим отдых!

— Вас дюжина и вы не в состоянии справиться с одним мальчиш-шкой? А теперь ещё просите отдыха? — вкрадчиво спросил Тёмный Лорд. Его неестественно юное лицо странно искажалось при артикуляции слов, словно он нарочно выговаривал предельно чётко каждый звук.

— Милорд… — пролепетал Пожиратель, но закончить фразу не успел.

— Круцио!

Нарцисса зажмурилась. Отвернувшись от жестокой сцены, она поспешила наверх по лестнице. Как хорошо, что к ней у Повелителя нет никаких претензий. Потому что сейчас, когда Регулусу Блэку удалось уйти, Тёмный Лорд был в беспредельном гневе.