Дотла (гет)

3 ноября, понедельник, 9:05

Ноябрь вступил в свои права тихо, без лишнего шума. Дожди прекратились, и Хогвартс медленно замерзал той особенной, прозрачной стылостью, когда воздух пахнет снегом, а небо затянуто белесой пеленой.

Первой парой были прорицания, и Гарри, входя в кабинет, уже приготовился слушать очередной бред про значение чисел и знаков в его, лично, жизни.

Но на этот раз Трелони превзошла себя.

По всему кабинету, на столах были расставлены металлические жаровни. Свечи были погашены, шторы плотно закрывали окна, и единственным источником света служили тлеющие травы — они мерцали оранжевыми искрами, пуская к потолку тонкие струйки дыма. Пахло полынью и чем-то сладковатым, дурманящим голову.

— Сегодня, — провозгласила Трелони, взмахнув руками, когда ученики уселись на свои места, — мы будем читать будущее в струйках дыма. Древнейший способ заглянуть за грань. Смотрите пристально, не отводите взгляд — и судьба явит вам свой лик.

Гарри сидел у окна и смотрел, как она ходит между столами, вглядываясь в дым над жаровнями. Симус, устроившийся рядом, шепнул:

— Лишь бы не поджечь ничего.

— Лишь бы поскорее закончилось, — буркнул Гарри.

Трелони подплыла к ним, раздувая ноздри, будто принюхиваясь.

— Мистер Поттер, я чувствую в Вас вибрации. Вы сегодня особенно открыты для знаков. — Она указала на жаровню перед ним. — Смотрите в дым. Не отвлекайтесь. Пусть он расскажет Вам то, что предстоит.

Гарри закатил глаза, но в дым посмотрел. Тонкая струйка вилась к потолку, распадалась на несколько нитей, и снова сплеталась.

Ничего особенного. Просто дым.

— Вы видите? — раздалось над ухом. Трелони уже стояла рядом, вцепившись взглядом в его жаровню. — О, мистер Поттер. Какая сложная картина.

— И что это? — спросил Гарри без особого интереса.

— Это... — она замерла, прищурилась, потом резко выпрямилась. — Это знак. Видите, как переплелись линии? Это борьба. Вы мечетесь между тем, что должны чувствовать, и тем, что чувствуете на самом деле. Вы ищете бурю, мистер Поттер, но находите только тишину.

Гарри хмыкнул.

— Бурю? Это же просто дым.

— Не обманывайте себя, — голос Трелони стал глубже, почти зловещим. — Ваше сердце не находит покоя. Но будьте осторожны — буря может прийти оттуда, откуда Вы не ждёте. И не факт, что Вы будете к ней готовы.

Она постояла ещё секунду, глядя на него сквозь свои немыслимые очки, и уплыла к другим ученикам.

Симус присвистнул.

— Жутковата она сегодня. Про бурю — это про погоду, как думаешь?

— Про что угодно, — Гарри отодвинул жаровню. — Она каждый раз городит какую-то чушь.

Но внутри почему-то засело это слово: буря.

Оно крутилось в голове, как назойливая муха, и отделаться от него не получалось. Гарри поймал себя на том, что снова смотрит в дым, хотя жаровня уже погасла.

После урока Гарри спускался по винтовой лестнице и чувствовал, как внутри всё зудит. Предсказание, даже самое бредовое, застряло занозой.

В коридоре его догнал Невилл.

— Слышал, что она тебе сказала? — спросил он, запыхавшись. — Про бурю?

— Ага. Чушь, конечно.

— А мне в прошлый раз про потерю вещала, — Невилл махнул рукой. — Я потом месяц свою палочку искал.

Гарри усмехнулся, но мысль не отпускала. Они шли молча, пока Невилл не сказал, понизив голос:

— Слушай, а ты Малфоя в последнее время замечал?

Гарри споткнулся на ровном месте.

— Чего?

— Ну, Малфой. Странный он. Я его в библиотеке видел, случайно задел его, а он даже не шелохнулся. Просто прошел мимо, как будто меня нет. Гермиона говорит, может, заболел.

Гарри промолчал. Внутри что-то дёрнулось — не злость, не раздражение, а что-то другое, чему он не мог дать названия.

Малфой. Опять Малфой. Почему его имя теперь лезет отовсюду?

— А мне какое дело? — сказал он вслух, слишком быстро.

Невилл пожал плечами.

— Да никакого. Я просто так спросил.

Они дошли до поворота, где их пути расходились. Гарри махнул рукой и направился к лестнице в гриффиндорское крыло. Ноги сами несли его вперёд, а под ложечкой всё ещё ныло что-то неопределенное. Гарри не понимал. И разбираться не хотел. Но знал: рано или поздно, скорее всего, придётся.

* * *

тот же день

Гермиона сидела за дальним столом библиотеки. Студентов почти не было — сегодня здесь было особенно тихо. После пар, перед ужином, они с Гарри договорились сделать домашнее задание.

Ну, как «они». Инициатором была она сама, так как Гарри особо не горел желанием. По-крайней мере, ей так показалось.

Весь день он не находил себе места, и был чем-то озабочен. Пару раз, спросив что с ним, получила только его обычное: «Всё в порядке». Но она же не идиотка. Может, сейчас удастся поговорить?

Перед ней ровными стопками лежали пергаменты, справа громоздилась башня книг — половина из них были лишними, но привычка перепроверять всё по сто раз никуда не делась. Перо скрипело по пергаменту, выводило очередной абзац про свойства корня асфоделя, когда дверь библиотеки хлопнула.

Гарри ввалился резко, бросил сумку на соседний стул и застыл посреди прохода.

— Гарри? — спросила Гермиона, не поднимая головы.

Он не ответил. Вместо этого, начал ходить туда-сюда, разгоняя небольшой ветер.

Сначала он прошёлся вдоль стеллажей, разглядывая корешки книг, которые не собирался читать. Потом вернулся, сел за стол, через секунду встал, подошёл к ней, взял первую попавшуюся книгу, полистал и небрежно бросил обратно. Снова сел. Начал барабанить пальцами по столу и тереть шрам. Старая привычка, которая иногда проглядывалась. Потом встал, подошёл к другому стеллажу, вытащил какую-то тонкую брошюру, пролистал и сунул обратно.

Гермиона наблюдала за ним краем глаза и молчала. Она знала, что лезть с расспросами не было смысла. По-крайней мере, сейчас. Раньше, когда они ещё не так хорошо знали друг-друга, она бы обязательно начала читать нотации. Сейчас просто тихо наблюдала и ждала, когда этот огонь угаснет.

Гарри снова сел. Посидел секунду, потом резко отодвинул стул и подошёл к окну.

Она подняла голову. Он стоял боком к ней, в профиль. Было видно, как плечи напряжены. Он смотрел куда-то вдаль, кажется, не видя ничего перед глазами. Гермиона всё-таки решилась.

— Гарри, — сказала она спокойно.

— Что? — бросил он не оборачиваясь.

— Ты какой-то нервный сегодня. Что с тобой?

— Ничего, — быстро ответил он. Слишком быстро.

Гермиона открыла рот, чтобы сказать что-то ещё, и закрыла.

Понятно.

Она молча смотрела на него, пока тот стоял и отстукивал ногой какой-то непонятный ритм.

А потом лицо его изменилось. Он будто просто перестал дышать. Смотрел в одну точку за окном, вглядывался. Спина ещё больше напряглась, а пальцы сжались на подоконнике.

Гермиона не успела спросить. Он уже рванул к столу, схватил сумку, закинул на плечо и почти побежал к выходу из библиотеки.

— Ты куда? — она привстала.

— Надо идти, — бросил на ходу.

— Гарри!

Дверь хлопнула. Гермиона осталась одна. Посидела секунду, глядя на пустой стул, где только что лежала его сумка. Потом медленно встала и подошла к окну.

Солнце уже клонилось к закату, его золотое свечение заливало верхушки деревьев и попадало в её глаза.

Гермиона присмотрелась.

По тропинке, которая вела к Чёрному озеру, шла чья-то маленькая, неясная фигура.

* * *

Он шёл вдоль берега, когда услышал быстрые, тяжёлые шаги за спиной. Не надо было оборачиваться, чтобы понять, кто это.

Поттер.

— Малфой!

Голос требовательный, злой. Но Драко продолжал идти.

— Малфой, стой!

Да чтоб тебя...

Он лениво развернулся.

Перед ним стоял Поттер — взлохмаченный, с каким-то бешеным блеском в глазах. Дышит тяжело, будто бежал.

— Чего тебе? — устало спросил Драко.

Гарри дернулся, как от пощечины.

Весь день у него чесались руки что-то сделать, и увидев Малфоя из окна библиотеки, уходящего вдаль, к озеру, он принял это почти как приглашение к беседе.

Но сейчас, смотря на его равнодушное лицо, он не знал, с чего начать.

Сказать хотелось много чего. Например: «Ты чего тут ходишь?». Или: «Совсем с катушек слетел?». Но слова застряли где-то в горле.

— Чего мне?, — Гарри сделал паузу, потому что сам не знал ответа на свой вопрос, — После того случая, как я упал с метлы, ты ходишь как приведение! Будто варёный! Смотреть тошно!

— Не хочешь смотреть — не смотри, — процедил Малфой сквозь зубы, — Это вообще тебя не касается, — в голосе послышались еле уловимые нотки раздражения, и он отвернулся, делая шаг вперёд.

— Как это не касается?, — Гарри подошел ближе, схватил его за плечо и развернул на себя, — Ещё как касается! Я не собираюсь тебе быть обязанным до конца жизни!, — выпалил он. Честно говоря, понимая, что несёт откровенную чушь, но слова уже вылетели изо рта.

Драко смотрел на него, надеясь, что тот оставит его в покое.

— Да плевать мне на тебя. Я же сказал: «Забей». — он снова отвернулся, чтобы уйти.

Поттер не унимался. Он схватил его за рукав мантии и дернул на себя. Это уже начинало бесить.

— Отвали! Что пристал?, — крик вырвался сам собой, хотя он не собирался повышать голоса.

Гарри увидел в его глазах какую-то давно забытую искру.

Наконец-то.

— Да что с тобой не так?!, — Гарри толкнул Малфоя в грудь. Сильно. Тот отлетел на пару шагов назад, но удержался.

— Да пошёл ты!, — крикнул Малфой, и резко, двумя руками толкнул его в ответ. Поттер упал, но быстро встал. Глаза его были налиты кровью.

Драко моргнул.

«Сам напросился», — пронеслось у него в голове. Внутри потихоньку закипал огонь, и он наконец-то почувствовал себя живым.

Поттер толкнул снова. Сильнее. Драко отступил на шаг, споткнулся о камень и вдруг — рванул вперёд.

Удар пришёлся Поттеру в грудь, он пошатнулся, но удержался и тут же ответил тем же.

Они закружились на месте, толкая друг друга, как мальчишки на драке, которая ещё не началась по-настоящему. Никто не бил в лицо — пока. Только плечи, грудь, жёсткие толчки и попытки вывести из равновесия.

— Только и можешь, что толкаться?, — Драко уже вошел в раж, и ему хотелось продолжения, — Давай, — он посмотрел гриффиндорцу прямо в глаза, и в них Гарри прочитал вызов, — Покажи на что способен, раз пришёл.

Тот двинул ему в челюсть.

Резко, неожиданно и достаточно сильно. Драко пошатнулся, но устоял, и тут же ответил — куда-то в скулу. Рука встретила оправу его очков. Она больно резанула по костяшке и съехала куда-то вбок, от лица.

Голова Гарри дёрнулась, во рту стало солёно. В глазах была какая-то дымка, но он даже не замедлился. Потому что это было лучше, чем ничего.Он ответил. Целился в челюсть, попал в ухо.

Драко мотнул головой и бросился вперёд.

Они сцепились уже по-настоящему — катались по земле, по мокрой траве, по камням, не разбирая, где чьи руки и ноги.

Гарри чувствовал, как под рёбрами горит, а во рту уже накопилась кровь.

Драко дышал хрипло, рвано, матерился сквозь зубы, но не останавливался. Он не чувствовал боли — только этот дикий, долгожданный выплеск энергии, которая копилась неделями.

Каждый удар выбивал из него злость на отца, на себя, на эту дурацкую пустоту. Поттер был просто спусковым крючком. Волчонком, который сам сунулся в логово охотника.

Они заехали в воду — холод обжёг ноги, но никто не обратил внимания. Гарри прижал Драко к валуну, тот вывернулся, ударил локтем в бок. Гарри согнулся, но тут же вцепился в его мантию и рванул на себя. Они снова упали, уже на мелководье, вода плеснула в лицо, в глаза, в рот.

Наполовину в воде, мокрые и уставшие, они ещё какое-то время боролись.

В какой-то момент они оба выдохлись. Расцепились и упали куда-то в воду.

Драко чувствовал, как сердце колотится где-то в горле, как саднит разбитая губа, как холодная вода уже пробирается к телу через наполовину промокшую мантию.

Гарри лежал рядом и хрипел. В трёх шагах. Может, в двух. Мокрые волосы прилипли ко лбу, с подбородка текла вода. Щека горела и, кажется, распухала прямо на глазах — он чувствовал, как кожа натягивается под глазом.

Они полежали так ещё несколько минут, тяжело дыша. Волны прибывали с тихим журчанием, доходя до головы, и убывали. Где-то далеко крикнула птица. Было слышно, как ветер шелестит травой.

— Ты зачем пришёл?, — вдруг спросил Драко, смотря куда-то наверх, на низкие серые тучи, которые отливали золотом.

В воздухе повисла недолгая пауза.

— Не знаю, — тихо ответил Гарри.

Драко закрыл глаза. Губа саднила, бок ныл, но внутри впервые за долгое время не было пустоты. Было что-то другое. Что-то, чему он пока не мог дать названия.

Он сел, опираясь на локти, потом медленно поднялся на ноги. Вода стекала с мантии, с волос. Драко бросил последний взгляд на озеро и не оборачиваясь, пошел в сторону замка. Шаги хлюпали по воде, потом стали глухими — он вышел на берег и ушел, ни разу не взглянув на Поттера.

Гарри смотрел в серое небо и чувствовал, как адреналин отпускает, оставляя после себя странную, почти спокойную пустоту. Он поднял голову, и проводил Малфоя взглядом до тех пор, пока светлая макушка не скрылась за деревьями.

Он остался один.

Холодный ветер уже лез под кожу, но Гарри почему-то не хотелось уходить. Он приподнялся и уставился на горизонт, туда, где солнце уже наполовину скрылось под водой. Оно таяло в волнах, и еле видимый свет, словно от свечи, горел где-то в глубине.