Повелитель Тайн (джен)

«Норма — умереть всем вместе? Очень рады, что я жив? Удача, что я жив?»

Клейн вздрогнул и поспешил к двери, пытаясь догнать полицейских и попросить у них защиты.

Но едва он взялся за ручку, как внезапно остановился.

«Тот полицейский так ужасно всё расписал, так почему они не предложили защиту мне, важному свидетелю или ключевой зацепке?

Не слишком ли они небрежны?

Они просто прощупывали меня? Это приманка?»

В голове Клейна теснились всевозможные мысли. Он заподозрил, что полиция всё ещё тайно наблюдает за ним и его реакцией.

Подумав об этом, он немного успокоился и уже не так паниковал. Он медленно открыл дверь и нарочно крикнул дрожащим голосом в сторону лестницы:

— Вы же защитите меня, не так ли?

Топ, топ, топ…

Полицейские так и не ответили, а стук кожаных ботинок о деревянные ступени нисколько не сбился.

— Я знаю! Вы это сделаете! — Клейн снова закричал с наигранной убеждённостью, пытаясь вести себя как обычный человек, которому грозит опасность.

Звук шагов постепенно стих и исчез на нижних этажах дома.

Клейн фыркнул и усмехнулся.

«Не слишком ли всё это фальшиво? Актёрское мастерство не дотягивает!»

Он не стал бежать за ними. Вместо этого он вернулся к себе в комнату и закрыл за собой дверь.

В следующие несколько часов Клейн в полной мере демонстрировал всё, что в его родном Китае, Великой стране обжор, называли беспокойством, нервозностью, возбуждением, рассеянностью и чтением без понимания смысла. Он не снижал требований к себе только потому, что рядом никого не было.

«Это и называется самовоспитанием актёра!» — в глубине души он смеялся над собой.

Когда солнце склонилось к западу, облака на горизонте запылали красновато-оранжевым, а жильцы дома начали возвращаться один за другим, Клейн переключил внимание на другое.

«Мелисса скоро вернётся из школы…» — он посмотрел на печку, поднял чайник, разгрёб угли и достал револьвер.

Не теряя времени, он потянулся к обратной стороне доски под нижней койкой, где её крест-накрест поддерживали больше десятка деревянных планок.

Зажав револьвер между одной из планок и доской, Клейн выпрямился и с напряжением ждал, опасаясь, что в его комнату сейчас ворвутся полицейские с оружием в руках.

Будь это обычный паровой мир, он был бы уверен, что никто его не увидит. Однако здесь существовали потусторонние силы, и он уже убедился в этом на собственном опыте.

Подождав несколько минут, он убедился, что за дверью не было никакого движения. Слышалась лишь болтовня двух жильцов, направлявшихся в бар «Сердце дикой природы» на улице Железного Креста.

«Фух…» — Клейн выдохнул с облегчением, почувствовав себя немного увереннее.

Теперь на сегодня оставалось лишь дождаться возвращения Мелиссы и приготовить тушёную баранину с нежным горошком!

Стоило этой мысли прийти Клейну в голову, как во рту у него словно разлился насыщенный вкус подливы. Он вспомнил, как Мелисса готовила тушёную баранину с нежным горошком.

Сначала она кипятила воду и ошпаривала куски мяса. Затем добавляла лук, соль, немного перца и воду. Через какое-то время клала горох и картошку, а потом тушила всё под крышкой ещё минут сорок-пятьдесят.

«Да уж, способ простой и грубый… Всё блюдо держится исключительно на вкусе самого мяса!» — Клейн покачал головой.

Но другого выхода не было. У простолюдинов редко находилось сразу несколько видов приправ, не говоря уже о разных способах готовки. Им оставались лишь самые простые, практичные и экономные приёмы. Пока мясо не подгорело и не испортилось, для тех, кто и мясо-то ест лишь дважды, а то и раз в неделю, сгодится что угодно.

Клейн и сам не был особенно хорошим поваром, большую часть времени предпочитая покупать готовую еду на вынос. Но за долгие недели готовки по три-четыре раза в неделю он набил руку до приемлемого уровня и чувствовал, что не подведёт этот фунт баранины.

«Если Мелисса вернётся домой и сама возьмётся за готовку, ужин будет готов только после половины восьмого. Она же всё это время будет голодной… Пора показать ей, что такое настоящая кулинария!» — подумал Клейн, придумав себе оправдание. Сначала он вновь развёл огонь и отправился в общую умывальную, чтобы набрать воды и помыть баранину. Затем достал кухонную доску и ножи и принялся резать мясо.

Что до внезапно проявившихся кулинарных навыков, всю вину он решил свалить на мёртвого Уэлча Макговерна. Тот не только нанял повара, искусного в кухне Мидсишира, но и сам часто придумывал деликатесы и приглашал людей их попробовать.

Мёртвые всё равно ничего мне не возразят!

«Впрочем, тц, это мир с потусторонними, так что ещё не факт, что мёртвые не умеют говорить», — от этой мысли Клейн почувствовал лёгкий укол вины.

Быстро отбросив эти мысли, он положил мелко нарезанное мясо в глубокую миску, достал коробку для приправ и зачерпнул оттуда ложку крупной, уже чуть пожелтевшей соли. Кроме того, он осторожно взял несколько зёрен чёрного перца из специальной бутылочки, смешал всё вместе и оставил мариноваться.

Он поставил кастрюлю на плиту и, пока ждал, когда она нагреется, отыскал вчерашнюю морковь и нарезал её кусочками вместе с купленным сегодня луком.

Закончив приготовления, он достал из шкафа маленькую баночку и открыл её. В ней уже почти не осталось жира.

Клейн зачерпнул ложку жира, положил его в кастрюлю и растопил. Затем добавил морковь с луком и некоторое время помешивал.

Как только пошёл аромат, Клейн выложил в кастрюлю всю баранину и некоторое время осторожно её поджаривал.

По-хорошему сюда следовало бы добавить кулинарного вина, а на худой конец — заменить его обычным виноградным. Однако в семье Моретти такой роскоши не водилось, и даже Бенсон мог позволить себе лишь стакан пива в неделю. Клейну пришлось обойтись тем, что было под рукой, и влить кипятка.

Потушив мясо минут двадцать, он открыл крышку и добавил нежный горошек, нарезанный кусочками картофель, чашку горячей воды и две ложки соли.

После этого он закрыл крышку, убавил огонь и удовлетворённо выдохнул, ожидая возвращения сестры.

Секунды складывались в минуты, и аромат в комнате становился всё гуще. В нём были соблазнительный дух мяса, насыщенный запах картофеля и свежая нота лука.

Запахи постепенно смешивались, а Клейн время от времени сглатывал слюну, то и дело щёлкая крышкой карманных часов и поглядывая на минутную стрелку.

Спустя больше сорока минут послышались неторопливые, но ритмичные шаги. В замок вставили ключ, ручка повернулась, и дверь открылась.

Ещё не успев войти, Мелисса удивлённо прошептала:

— Какой приятный запах…

С сумкой в руке она вошла в комнату и взглянула на плиту.

— Это ты сделал? — Мелисса снимала шляпу с вуалью, и её рука замерла в воздухе. Она испуганно посмотрела на Клейна.

Она повела носом и вдохнула ещё больше аромата. Её взгляд быстро смягчился, и она, кажется, немного успокоилась.

— Это ты сделал? — переспросила она.

— Боишься, что я испорчу баранину? — Клейн улыбнулся и ответил вопросом на вопрос. Не дожидаясь ответа, он добавил: — Не волнуйся, я специально попросил Уэлча научить меня готовить это блюдо. Знаешь, у него ведь хороший повар.

— Ты в первый раз это делаешь? — Мелисса неосознанно нахмурилась, но, вновь вдохнув аромат, немного расслабилась.

— Похоже, у меня талант, — засмеялся Клейн. — Всё почти готово. Положи куда-нибудь свои книги и шляпу с вуалью, сходи в ванную вымыть руки, а потом готовься пробовать. Я в этом блюде уверен.

Услышав, как брат уверенно распоряжается, и увидев его мягкую, спокойную улыбку, Мелисса застыла в дверях, отупело не реагируя.

— Хочешь, чтобы баранина ещё больше потушилась? — со смехом напомнил ей Клейн.

— Ах, хорошо, хорошо! — Мелисса пришла в себя и быстро вошла в комнату, держа в одной руке сумку, а в другой — шляпу.

Когда Клейн снял крышку, перед глазами у него внезапно поднялся клуб пара. Два куска ржаного хлеба уже лежали рядом с бараниной и нежным горошком, впитывая аромат и тепло, чтобы стать мягкими.

К тому времени как Мелисса убрала свои вещи, умылась и вернулась, на столе уже стояла тарелка с тушёной бараниной, нежным горошком, картофелем, морковью и луком. На их тарелках лежали два куска ржаного хлеба, слегка окрашенные подливой.

— Давай, попробуй. — Клейн указал на деревянные вилку и ложку рядом с тарелкой.

Мелисса всё ещё была немного смущена. Она не стала отказываться, взяла вилку, подцепила кусочек картошки, поднесла ко рту и слегка откусила.

Вкус рассыпчатого картофеля и аромат подливки разошлись по всему рту. Слюна хлынула с бешеной силой, и она за несколько укусов быстро расправилась с картошкой.

— Попробуй баранину. — Клейн указал кивком на тарелку.

Он только что попробовал её и чувствовал, что она едва дотягивает до приемлемого уровня, но этого было достаточно для девушки, мало повидавшей в жизни. В конце концов она лишь изредка ела мясо.

В глазах Мелиссы светилось предвкушение, когда она осторожно наколола вилкой кусочек баранины.

Баранина была такой нежной, что, попав в рот, чуть ли не растаяла. Аромат мяса просто взорвался у неё во рту, наполнив его вкуснейшими мясными соками.

Ничего подобного она ещё не испытывала, поэтому просто не могла остановиться.

К тому времени как она осознала это, она уже съела несколько кусков баранины.

— Я… Я… Клейн, это ведь готовили для тебя… — сказала Мелисса, заикаясь, а потом покраснела.

— Я уже немного съел. Такова привилегия повара, — улыбнулся Клейн и успокоил сестру. Он взял ложку и вилку: то съедал кусок мяса, то набивал рот горохом, то откладывал приборы, брал кусок ржаного хлеба и макал его в подливу.

Непринуждённое поведение Клейна помогло Мелиссе расслабиться, и она снова погрузилась в наслаждение едой.

— Очень вкусно. Не похоже, что ты делаешь это впервые, — Мелисса посмотрела на пустую тарелку и от всей души похвалила его. Не осталось даже подливки.

— Мне ещё далеко до повара Уэлча. Когда я разбогатею, я свожу тебя и Бенсона в ресторан и покажу, что такое настоящая еда, — сказал Клейн. Он и сам с нетерпением ждал этого момента.

— Твоё собеседование… Бууу! — Мелисса не договорила: у неё неожиданно вырвалась отрыжка.

Она торопливо и смущённо прикрыла рот ладонями.

Во всём была виновата тушёная баранина с горошком! Всё оказалось слишком вкусным.

Клейн улыбнулся, но не стал смеяться над сестрой. Он указал на тарелку и сказал:

— А вот это уже на тебе.

— Хорошо! — Мелисса тут же встала, взяла таз и выбежала за дверь.

Когда она вернулась, то по привычке открыла шкаф и проверила коробку для приправ и прочие вещи.

— Ты их только что использовал? — Мелисса удивилась и повернулась к Клейну, держа в руках бутылочку с чёрным перцем и банку с жиром.

Клейн пожал плечами и рассмеялся.

— Лишь немного. Такова цена вкусного блюда.

В глазах Мелиссы мелькнул блеск; выражение её лица несколько раз изменилось, и наконец она сказала:

— В следующий раз оставь готовку на меня.

— Угу… Тебе нужно поскорее готовиться к собеседованию, подумать о работе.