Фриволите-2 (джен)

В Хогвартсе за лето ничего не поменялось. Только исчезло кольцо дементоров, окружавшее школу. Невилл рассказал, что Петтигрю, вроде как, дважды видели во Франции, поэтому охрану вернули в Азкабан. Я же подумала, что здесь скорее Дамблдор подсуетился и убрал опасных соседей в ожидании турнира Трех волшебников.

Директор толкнул свою обычную речь, Грозный Глаз Грюм был представлен, как новый преподаватель Защиты от темных искусств.

— Не понял, — удивился Поттер, — а куда профессор Люпин делся?

— Его уволили, — по секрету сообщил ему Невилл. — Он оборотнем оказался. В конце прошлого года он напал на пару первокурсниц с Пуффендуя. Покусать не успел, его профессор Спраут со старшекурсниками отогнали. Это прям перед отъездом было, поэтому скандал тогда замяли, чтоб не портить репутацию школы. Люпина просто выгнали, а девочек попросили особо не болтать на эту тему.

— А ты тогда откуда знаешь и мне почему говоришь? — Озадачился герой.

— От бабушки, она дружит с теткой одной из пострадавших, — ответил Долгопупс. — А тебе все рассказываю, потому что Малфой так приказал. Велел тебе и Гермионе не врать, и ничего от вас не скрывать.

Было видно, что гриффиндорцу нелегко дается его служение. Он краснел, сжимал кулаки, но все равно выполнял приказ своего сюзерена. В чем-то мне его было даже жаль. Сам Невилл ничего не натворил, но ему пришлось расплачиваться за выходки предков. Чем-то это перекликалось с историей Лаванды, но ни в одну из ситуаций я вмешиваться не собиралась.

В первый же вечер я задернула балдахин на своей кровати и скрывшись за тяжелыми бархатными шторами тихонько прошептала:

— Клянусь, что замышляю только шалость!

В комнатах профессора Защиты от темных искусств отображалась точка «Аластор Грюм». Я поискала метку с именем «Крауч», но такой нигде не было. Я трижды внимательно осмотрела территорию школы, включая внутренний двор. Барти нигде не было. То есть этот мракоборец настоящий? Канон изменился?

— Шалость удалась, — я выключила карту ритуальной фразой.

Утром я явилась на завтрак одной из первых. За преподавательским столом кроме директора сидели лишь Снейп и Макгонагалл. Ученики тоже не спешили в Большой зал. Из гриффиндорского факультета присутствовало семеро, по пять когтевранцев и пуффендуйцев и всего три слизеринца. Я вяло ковырялась в тарелке омлета, пытаясь понять, зачем проснулась в такую рань.

— Привет, — уселся рядом до неприличия бодрый Поттер.

— Утро, — пытаясь не зевать, ответила я. — Возможно даже будет доброе, если я добуду себе кофе.

— Так это надо было в кухню к эльфам идти. В Большой зал они только тыквенный сок подают, — скривился Гарри, сделав глоток из собственного кубка.

— Нет, туда сейчас не доберусь, — я скептически покачала головой. — А ты то чего так рано встал.

Поттер осмотрелся, проверил, чтоб возле нас никого не было и никто разговор не подслушивал, и наклонившись к самому уху шепотом произнес:

— Я в Визжащую хижину ходил, пока все спали.

— Зачем? — Удивилась я.

— Мне крестный там Молнию передал. Я ее дома оставил, а сюда приехал и понял, что не могу без неба. В квиддич играть не буду, только иногда летать для души. Вот и написал вчера вечером Сириусу письмо.

В этот момент все звуки оборвал грохот со стороны преподавательского стола. Упал Снейп. А Гарри замер с открытым ртом. Все засуетились. Макгонагалл вместе с подошедшей Помфри пытались помочь зельевару. Директор пытался успокоить студентов, странно зыркая в нашу сторону.

— А ведь он пытался меня читать, — тихо произнес Поттер. — Когда Дорин в стену отлетел у меня такая же щекотка под чокером была.

Герой заметно повеселел. Не знаю, чему именно он обрадовался: падению Снейпа или тому, что декан змеиного факультета теперь не сможет безнаказанно лазить в голове у Гарри. Я же наблюдала за взглядом, которым наградил директор Северуса. Дамблдор понял то, что Поттер заметил, попытку залезть ему в мозги.

— Ты же напишешь об этом Сириусу? — Уточнила я.

— Обязательно, — лучезарно улыбнулся счастливый герой, а я наконец-то полностью проснулась. И кофе не понадобился.

Разговоры в первые дни учебы были только о моей помолвке с Блэком, даже турнир Трех волшебников, о котором официально объявил директор во время первого ужина в Большом зале, отошел на второй план. В меня тыкали пальцем в библиотеке, шушукались за спиной в коридорах, открыто обсуждали на уроках и в Большом зале. Даже в собственной спальне не было покоя. Фэй и Парвати сначала устроили мне форменный допрос, а когда я отвечать не стала, начали активно строить догадки, надеясь по моей реакции вычислить правду.

Приходилось через Выручай-комнату сбегать в Озерный край, где я могла в спокойной обстановке попить травяного чая и отвлечься на плетение кружева. Вот только на четвертом курсе домашних заданий стало намного больше. Мой браслет-артефакт помогал мне учиться, только благодаря ему я на домашнее задание тратила в разы меньше времени, чем однокурсники. Вот только помимо стандартного набора уроков я параллельно изучала руны. Свободного времени у меня оставалось совсем мало, но каждую свободную минуту я занималась фриволите.

Не знаю, как такое количество внимания выдерживал Поттер, я же очень обрадовалась, когда через неделю ажиотаж спал. После долгих дискуссий обитатели Хогвартса выдвинули свою версию происходящего.

Оказывается, мы с Блэком тайно встречались и так же тайно заключили помолвку, по случаю которой я и получила тот самый букет. А цветы от Малфоев отправила Нарцисса, с который кузен поделился новостью. Вот только все испортил мистер Браун, который то ли из зависти, то ли из вредности и глупости начал говорить гадости. Из-за последнего, кстати, на меня обиделась Лаванда, которую накрыло тенью отеческой «славы». В чем я здесь виновата, я не поняла, но спорить не стала.

Единственным не согласным с «официальной» версией, утвержденной в Хогвартсе, был Рон. Он почему-то был уверен в моей интрижке с Малфоем. Вот только не мог определиться со старшим или с младшим, из-за чего постоянно путался в показаниях, но не сдавался. Тем более, что его поддержала Лаванда, которая была уверена в том, что у меня не было помолвочного кольца, когда я получала букеты. Да, и за отца ей было обидно.

Люциус же подсуетился и Брауна убрали с должности поставщика ингредиентов в Мунго. Не ожидала, что лорд окажется настолько мстительным. Но было даже приятно. Не привыкла я, что меня защищают.

Уизли начал следить за Драко из-за чего нарвался на драку с Долгопупсом и даже умудрился победить. Но за Невилла, как за нового члена стаи, вписались Крэбб с Гойлом и теперь фингалами светил уже гриффиндорец. А потом еще и Снейп ему неделю отработок всучил. Страсти кипели так, что студенты Хогвартса скучать не успевали.

— Ты не представляешь, какая у нас сейчас обстановка в спальне. Рон постоянно собачится с Невиллом из-за Малфоя. Меня Уизли демонстративно не замечает, как предателя. — Жаловался мне Поттер, по дороге в совятню. — Дин и Симус только ночевать приходят, лишь бы в сварах не участвовать.

— Так скооперировались бы с Долгопупсом и прочистили б Уизли мозги, чтоб угомонился.

— Мы думали об этом. Но рыжих на факультете слишком много. Близнецы житья нам потом не дадут, а Маккошка их покрывать будет, — махнул рукой герой.

Поход в совятню стал нашим ежевечернем ритуалом. Сириус сильно переживал и просил хоть короткие записки присылать. Я поначалу сильно ругалась с ним из-за этого его вечного контроля. Но тут вмешался Гарри, который напомнил о том, как мой перстень влияет на Блэка и попросил потерпеть гиперопеку крестного. По словам Поттера мой жених и так держался из последних сил и даже собирался ехать в Хогвартс преподавать. Но все вакантные места уже были заняты. А может Дамблдор не пожелал иметь под боком невменяемого Мародера.

Я представила себе, что начнется, если Сириус явится в школу. Прониклась. И смирилась с ежевечерним отчетом для Гриммо. Зато Минни теперь не скучала, каждый день мотаясь в Лондон.

Чокер для трансельванца я отдала во время первого похода в Хогсмид. Незаметно перенестись камином из «Трех метел» в Малфой-мэнор было сложно, но возможно. Достаточно, лишь бегом добраться до Хогсмида, чтобы успеть проскочить до того, как паб заполонят студенты. С Люциусом мы распрощались довольно быстро, на обед я в этот раз оставаться не стала, чтобы не плодить сплетни. Вот только…

— Метка темнеет, — на прощанье сообщил мне хозяин дома.

Я в ответ резко выдохнула. Заявление лорда застало меня врасплох. Подходящих слов я не нашла, лишь кивнула Малфою, показывая, что услышала эту информацию.

Обратно в «Три метлы» я тоже перенеслась камином. Не успела я сделать и пары шагов, как пламя опять позеленело и следом за мной из огня шагнул Блэк. Все посетители затаили дыхание, в ожидании нового повода для сплетен. Все-таки в Хогвартсе было скучно и студенты были рады любому событию.

Не хотелось снова оказаться в центре внимания, поэтому я шустро утащила, ошарашенного таким приемом Сириуса, на улицу.

— К мадам Паддифут пошли, — донеслась мне в спину фраза Паркинсон, сказанная уверенным тоном.

— Ты, правда, тащишь меня в этот розовый ужас? — Нервно спросил, пришедший в себя Блэк.

— Как ты мог обо мне такое подумать? — Ужаснулась я, представив себе картину, как мы сидим в чайной в окружении студенческих парочек. — Мы просто идем туда, где на нас не будут пялиться и тыкать пальцем.

В этот момент мимо нас прошла стайка старшекурсниц и невозможно было не расслышать обрывков фраз, вроде «…она с Блэком». Многозначительные кивки и перемигивания Сириус тоже заметил.

— Пошли в Визжащую хижину. Меня там Поттер ждет, — предложил жених.

Этот вариант меня устроил и мы направились к окраине Хогсмида.

Гарри нас действительно ждал и даже подготовился к встрече. Плед, сливочное пиво и куча еды, захваченной из Хогвартса. Так что пикник у нас получился просто замечательный, хоть и спонтанный. И новости последние обсудили, и просто пообщались без лишних глаз и ушей.

Поттеру это было действительно нужно. Я хоть временами в Озерный край уходила, чтобы морально отдохнуть, а герой был в вечном напряжении. На уроках к нему всегда было приковано внимание преподавателей, в остальное время бесконечная нервотрепка с Уизли. До стычек не доходило, но и приятного было мало.

Через неделю в коридоре у библиотеки меня перехватил Малфой.

— Быстро читай и говори ответ, хочу успеть в совятню до отбоя, — протараторил Драко, затянув меня в пустой класс и вручив в руки записку.

«Мэтр в восторге от чокера. Он специально летал на материк, проводил испытания на симпозиуме легилиментов в Румынии. В чистом виде его смогли пробить всего двое. В комплекте с фамильными артефактами — никто.

Ему нужно еще семь таких же. Я тоже хочу пять, для себя, жены и детей. Возьметесь?»

Люциус в своем духе, ни дат, ни имен. Конспиратор белобрысый. Но информация, о надежности моей защиты порадовала. Я как раз доплетала себе новый чокер, взамен того, что отдала Поттеру.

— Передай отцу, что я возьмусь за оба заказа. На зимних каникулах передам ему все артефакты.

— Так на зимних каникулах все остаются в школе на святочный бал в честь турнира, — напомнил Драко.

— И кого предлагаешь отдать на растерзание Сириусу? Может ты меня на бал рискнешь пригласить? — Скептически усмехнулась я, показывая ему кольцо на пальце.

— Ой, я забыл про твою помолвку. Да, тебе лучше на бал не ходить. Блэки — народ горячий и скорый на расправу. Мама в гневе — та еще фурия.

Малфой попрощался и убежал в совятню, отправлять отцу послание, а я отправилась в башню Гриффиндора. До отбоя действительно оставалось совсем немного. Не хотелось бы попасться Филчу или Снейпу.

Тридцатого октября нас выстроили на крыльце, встречать студентов Шармбатона и Дурмстранга. Я стояла с термосом какао, второй был у Поттера. Однокурсники с нас сначала смеялись, а потом завидовали. Мы же тихонько болтали, потягивая горячий напиток, пока остальные мерзли и цокотели зубами на ветру.

— Могла бы и мне сказать, чтоб я термос прихватила, — обиженно протянула Парвати, закутываясь в шарф.

— Так она сказала, — заступился за меня Невилл, — а ты ей ответила, что у тебя шарф и мантия теплая.

— Она сказала, что на улице холодно, а не то, что надо взять какао, — не согласилась индианка, недовольно шмыгнув носом.

— Каждый греется по-своему, — флегматично произнесла я.

— Не ссорьтесь, — попросил нас герой. — Лучше смотрите, что там над Запретным лесом летит.

Если б Гарри не сказал, я б даже не заметила темную точку в небе. Хотя специально высматривала, зная, что именно надо искать. Вот же ж… ловец. Может зря он квиддич бросил. Хотя в этом году соревнования вообще отменили, оставив только турнир. Но тоже непонятно, зачем. В турнире один ученик нашей школы играет, а остальным что делать? Так бы хоть еще пару десятков при деле было. Вот только директору виднее, чего хотят его подопечные.

Наконец все гости прибыли. И полувеликанша со своими студентками из Шармбатона, и Каркаров в окружении крепышей из Дурмстранга, и даже Крам, которому особенно обрадовались все девчонки Хогвартса и… Рональд Уизли. Я же проводила Виктора равнодушным взглядом. С учетом помолвки с Блэком поход на школьный бал со звездой квиддича мне не светит. Сириус не поймет.

Торжественный ужин прошел шумно и весело. Гости распределились между столами Слизерина и Когтеврана, что Рон воспринял, как личное оскорбление. Рыжая макушка крутилась, как флюгер, пока ее хозяин решал, куда смотреть в первую очередь: на Крама, беседующего с Малфоем или Флер, которая как раз знакомилась с Лагвуд. Луна по случаю столь торжественного события была в своих любимых очках-редисках и ожерелье из пивных крышек, чем заинтриговала француженку.

Альбус щедро одаривал улыбками гостей и даже лично подливал напитки мадам Максим. Каркаров заметно нервничал, тем более, что место ему досталось рядом с профессором Грюмом, который регулярно зыркал своим глазом-артефактом на дурмстранговца.

В конце ужина Дамблдор подал сигнал и в Большой зал внесли Кубок Огня. Директор толкнул речь о дружбе и взаимовыручке и объявил о начале турнира Трех волшебников. Взмах палочкой, заклинание и над чашей взметнулось пламя.

— Гарри, ты помнишь, как отказаться от контракта с кубком? — Шепотом спросила я у Поттера, под завывание близнецов Уизли, сожалеющих о том, что они слишком малы для участия в турнире.

— Да, крестный трижды проверил у меня формулировку, перед отъездом в школу. Но, по-моему, вы сильно преувеличиваете опасность, — так же шепотом ответил мне герой.

— Я бы очень хотела ошибиться, — скептически прошептала я, вспомнив слова Люциуса о темнеющей метке. Да, и остальные меченные в лице Снейпа и Каркарова тоже выглядели напряженными и настороженными, что только добавляло мне нервозности.

Вернувшись вечером в спальню, я еще раз проверила Карту Мародеров. В Хогвартсе все так же был только Грюм, Крауча нигде не было. Зато Каркаров обнаружился в кабинете Снейпа. Встретились старые «коллеги».

Все время, пока горел Кубок, я обходила его, как ядовитую змею. Не нравился мне этот артефакт. Зато близнецы акулами кружили вокруг него. Очень уж им хотелось ввязаться в приключение. Тем более, что на горизонте маячил приз в тысячу галеонов. Угрозу смерти они всерьез не воспринимали, хоть я и слышала, как Джинни в гриффиндорской гостиной зачитывала им некрологи с прошлых турниров.

Лично у меня мурашки шли по коже от фраз «растерзан сфинксом», «сгорел в драконьем пламени», «умер от яда мантикоры». Фред и Джордж же только хохотали от описания очередной ужасной смерти.

— Турнир 1678 года. Один из чемпионов проглочен василиском, — вслух зачитала Джинни.

— Так это же замечательно, — рассмеялся в ответ один из близнецов. — На похороны тратиться не придется. Да и вообще, василиска Поттер еще на втором курсе убил. Так что переживать не о чем.

Второй Уизли поддержал его громким смехом. Я же заметила, как Гарри передернуло от воспоминаний о битве с василиском. У Джиневры тоже глаза уже были на мокром месте. Ведь и для нее это было очень неприятным моментом из прошлого. Но братья не обращали внимания на страдания младшей сестры. Они строили планы попадания на Турнир. Закончилось все ожидаемо — седыми бородами не хуже, чем у Дамблдора.

— Мы должны были попытаться, — признал поражение Фред, пожимая плечами.

В день оглашения чемпионов я шла на ужин, как на казнь. Поттер же был абсолютно спокоен. Ну, не верил он, что что-то может пойти не так. Гарри весело шутил с Фэй и Невиллом. Периодически они пытались втянуть в разговор и меня, но я не могла сосредоточиться и уловить суть их разговора.

Меня не успокаивало даже то, что перед ужином я снова проверила Карту и убедилась, что на ней все тот же Аластор Грюм и никакого Барти Крауча на горизонте. Других подозрительных имен я тоже не обнаружила. Хотя, я же не знаю пофамильно всех студентов Хогвартса. Да, и все подручные Волдеморта мне тоже неизвестны.

К ужину в Хогвартс явилась целая делегация. Крауч старший с Персивалем Уизли в качестве секретаря, Людо Бэгмен в своем неизменном желто-черном костюме «Уимбурнских Ос». Лорд Малфой, как представитель попечительского совета, и министр магии, который не мог пропустить такое событие, ведь на открытии была Рита Скиттер. А значит Фаджу гарантировано внимание прессы.

Очень хотелось еще раз проверить Карту Мародеров, вдруг кто-то из гостей не тот, за кого себя выдает. Но не доставать же артефакт в Большом Зале. Тем более, что Фред и Джордж уселись напротив меня и Гарри. А эти ушлые ребята сразу узнают «свой» пергамент.

Церемония выбора участников Турнира шла своим ходом. Виктор Крам стал чемпионом Дурмстранга, Флер Делакур — избранницей Шармбатона, а в Хогвартсе победил Седрик Диггори. Большой зал ликовал, крики и аплодисменты заглушали речь Дамблдора.

Всю троицу отправили в отдельный кабинет, ожидать инструкций. Я же не знала, куда смотреть, стараясь одновременно не спускать глаз с Кубка, и в то же время, пытаясь следить за всеми присутствующими за преподавательским столом, чтобы вычислить потенциального предателя.

Кубок мигнул, налился багряным светом и выкинул пергамент. Четвертый. В Большом Зале установилась гробовая тишина. Директор резким движением подхватил вылетевший лист и, выдержав паузу, огласил бесстрастным голосом:

— Гарри Поттер!

— Что происходит, Дамбльдор? — Возмутилась мадам Максим.

— Гарри Поттер, пройди в комнату к остальным чемпионам, — директор не обращал внимание на француженку, обращаясь только к гриффиндорцу.

— Ну, ты даешь, герой, — восхитился Фред. — Давай, иди, директор ждет.

Весь зал смотрел на Поттера, впавшего в ступор. Что-то обиженно шипел Рон, восторженно свистели Джордж и Ли Джордан, но внеплановый чемпион не обращал ни на кого внимания, находясь в прострации.

Я не выдержала и пнула очкарика под столом. Помогло. Взгляд Гарри стал осмысленным, он начал подниматься. Пнула его еще раз, обращая на себя внимание, и попыталась изобразить злющего Блэка. «Чемпион» намек понял.

— Я отказываюсь от звания чемпиона и участия в Турнире трех волшебников. Магией клянусь, что не заключал контракт с Кубком Огня. И требую разорвать соглашение с артефактом! — Голос Поттера звучал твердо и уверенно. Не зря он с Сириусом два часа репетировал. «От тебя не должно исходить ни тени сомнения», — инструктировал его крестный, разбирающийся в магически ритуалах.

На секунду в зале воцарилась тишина, после чего пергамент в руках Дамблдора вспыхнул и осыпался пеплом.

— Что это было? — Ошарашено спросил Рон, наконец прекратив жевать.

Вопрос младшего Уизли нарушил всеобщее молчание и резко заговорили все разом. Снейп возмущался, что только магловоспитанному могло прийти в голову клясться магией. Макгонагалл требовала, чтоб Гарри наколдовал «Люмос» и всех успокоил. Близнецы тормошили Поттера и просили раскрыть секрет фокуса. Каркаров и Максим наседали на Дамблдора. Фадж требовал объяснений. А Скиттер орала на фотографа, безостановочно щелкающего колдокамерой, и в то же время пыталась взять интервью у всех сразу.

— «Силенцио»! — Над Большим Залом разнесся голос директора, остановивший бедлам. Ну, как остановивший. Многие по инерции пытались что-то кричать и возмущенно размахивать руками. Вот только ни звука из их ртов не вылетало.

— Гарри, подойди ко мне, — позвал Альбус несостоявшегося чемпиона. — Продемонстрируй всем, что магия все еще с тобой.

Директор снял с Поттер заклятие и тот уверенно наколдовал «Люмос», «Нокс» и даже починил «Репаро» разбитую в суматохе тарелку.

— Теперь, когда все убедились, что ничего страшного не произошло, я попрошу всех успокоиться, — Дамблдор снял со всех заклинание немоты.

— Дамбльдор, что теперь будет с Турниром Трех Волшебников? Этот мальчик будет участвовать? — Задала вопрос мадам Максим, пока остальные возмущались произволом директора.

— Пергамент бы не сгорел, если бы контракт еще действовал. Гарри действительно не бросал свое имя в Кубок. Артефакт признал его право на отказ от участия в Турнире. А теперь все студенты и пресса могут быть свободны, комиссию попрошу проследовать к ожидающим нас чемпионам.

Никто естественно расходиться не спешил, хоть старосты и пытались разогнать своих подопечных по гостиным. Все обсуждали произошедшее, возле Поттера собралась толпа, через которую пыталась прорваться Скиттер, чтоб взять очередное разоблачающее интервью у героя. Раз уж высокое начальство ее с собой не пригласило. Вот только подросткам было наплевать на имидж и авторитет скандальной журналистки, Риту пропускать к Гарри не спешили.

— Спасать Поттера будем? — Уточнил, подошедший сзади Малфой.

— Думаешь, у нас есть шанс?

Вместо ответа блондин кивнул своим вассалам и Крэбб, Гойл и Долгопупс дружно заработали локтями, пробираясь к герою сегодняшнего вечера. Не без проблем, но удалось вывести несостоявшегося чемпиона.

— Как вы узнали о ритуальной фразе отказа от контракта? — Неслась ему в спину фраза пронырливой Скиттер, которую Гарри то ли не услышал, то ли проигнорировал.

В гостиную единогласно решили не идти. Поттер понимал, что оттуда он так легко не сбежит, ведь любопытные достанут его даже в спальне. А без силовой поддержки в виде Крэбба и Гойла один герой не отобьется. Слизеринцы поддерживали идею укрыться в пустом классе, но по другой причине. Им хотелось первыми получить доступ к эксклюзивной информации, а в логове Гриффиндора они б этого псевдо-чемпиона не достали.

— Все, Поттер, я тебя спас. Почти как принцессу из логова дракона, — самодовольно заявил Малфой, усаживаясь на парту.

— И теперь, как честный рыцарь, Драко, ты обязан на нем жениться, — ехидно продолжила я речь блондина.

— Ну, нет. Я лучше обратно к Скиттер, пойду, — возмутился очкарик и демонстративно развернулся к выходу.

— Не дождетесь, оба… обе… обои… Тьфу, на вас. Грифы! — Запутался блондин.

— Да, зря мы его спасли от этих стервятников, — пробурчал Винсент, потирая полученный в драке фингал.

— Давай, рассказывай, как твое имя в Кубке очутилось. И откуда ты фразу отмены знаешь. Даже я о ней не слышал. А то лично тебя к Скиттер оттащу и Крэбба с Гойлом на страже поставлю, чтоб никто ей не мешал тебя… интервьюировать, — ввернул умное словечко будущий лорд.

На пару с Гарри, мы поведали слизеринцам всю историю. Тем более, что и тайн там особо не было. Я честно призналась, что о разрыве контракта вычитала в библиотеке у Браунов. А Поттер хоть и не совсем цензурно, но рассказал, как Сириус заставил своего вечно влипающего в неприятности крестника зазубрить формулу отказа.

— Там же не просто пара фраз, — делился информацией Поттер. — Важна интонация, намерения. Если бы я послушал Дамблдора и прошел в комнату к другим чемпионом, то все, дальше б уже ничего не сработало. Это бы считалось неформальным согласием с условиями контракта, пусть и не мной заключенного.

— У Блэка в библиотеке тоже есть эта книга. Возьми, почитай, если интересно, — предложила я блондину. — Хотя, после сегодняшнего скандала, не думаю, что в ближайшие годы Турнир повторят.