Фриволите-2 (джен)

Утром мне прислали огромный букет белых роз. Летней ночью на улице было жарко и окна в доме были открыт настежь. Я еще спала, когда две незнакомые совы натужно притащили корзину с цветами на широкий подоконник моей комнаты. Сорт был какой-то магический, потому что крупные бутоны изнутри немного светились. По спальне сразу разнесся приятный аромат.

Розы были потрясающе красивы, но я их опасалась. Мало ли кто и зачем их прислал. И каких заклинаний на них навешал.

— Герми, что у тебя за шум? — Пока я раздумывала над тем, что делать с букетом, в комнату зашла мама. — Ой, какая прелесть, — воскликнула она, увидев цветы.

Я не успела ничего сказать или сделать, а она уже схватила корзину и уткнулась носом в цветы.

— Какой аромат, невозможно оторваться. О, тут конверт. «Гермионе Грейнджер». Можно я его открою? — В предвкушении спросила мама.

— Это может быть опасно, — попыталась я ее остановить.

— Не выдумывай, — ответила мать, вскрывая конверт. — Иногда цветы, это просто цветы.

Кинув лишь взгляд на записку миссис Грейнджер протянула ее мне. На клочке бумаги было всего одно слово. «Прости. Д.»

— Доченька, тебя кто-то обидел? — Участливо спросила мать, присаживаясь на край моей кровати.

— Не переживай, мам, это подростковые мелочи. В школе один мальчик гадостей наговорил.

— Ну, раз мелочи, то извиняться этот мальчик умеет. Надо обязательно показать твой букет Теду. Пусть и у него совесть проснется, а то уже забыл, когда последний раз цветы жене дарил. — Мама подхватила корзину и понесла ее, чтобы похвастаться отцу, записка осталась у меня.

Уже две недели подряд совы носили мне цветы каждый день. В букетах, корзинах, шляпных коробках. Всегда рано утром. Подозреваю, что почтальоны, получили указание, не показываться на глаза посторонним, вот и выбирали время, когда на улице точно никого не было. Наглые птицы, не реагировали на мои окрики и отказывались нести ответное послание.

Я не представляла, как прекратить этот ужас. Весь дом Грейнджеров был уже заставлен букетами. Свободные вазы закончились на второй день. Теперь цветы стояли в банках и ведрах на любой свободной поверхности. Текст записки не менялся: «Прости. Д.».

— Гермиона, а ты можешь вызвать «Ночного рыцаря» и отправить ответное послание этому «Д.» с Косой аллеи? Я люблю цветы, но наш дом превратился в клумбу, — не выдержала мать за завтраком.

— Ты читаешь мои мысли, — сонным голосом ответила я. Эти наглые птицы опять разбудили меня на рассвете.

— Может нам стоит завести своего почтальона? Совы дорого стоят? — Предложил отец.

— Сама птица галеонов десять-пятнадцать. Плюс к ней клетка, поилка, корм. Это еще пять, — перечислила я предполагаемые расходы.

— Я готов потратить сотню фунтов, чтобы эта цветочная вакханалия прекратилась и больше не повторялась. — Быстро произвел в уме подсчеты мистер Грейнджер.

Так я стала обладательницей милой болотной совы с красивыми золотистыми глазами. Новую питомицу назвала Минни. С помощью продавца «Магического зверинца» я провела короткий ритуал привязки, чтоб мою почту не могли перехватить.

Первой работой для совы стала доставка ответного письма Малфою. Я честно пыталась писать вежливо. Даже извинилась за нападение на него Лаванды и Парвати. Но под конец все-таки сорвалась и высказала все, что думаю про его методы просить прощения. Предупредив, что если еще хоть одна невоспитанная сова появится на моем подоконнике, она отправится в суп вместе со своим веником, в качестве приправы!

Ответное письмо пришло от Люциуса. Лорд сильно извинялся за поведение сына и ссылался на то, что был не в курсе сложившейся ситуации.

«Драко сказал, что уладил вопрос и у вас нет претензий к роду Малфой. Я же признаюсь, все это время был поглощен Элпис и Алейфом», — писал лорд.

С его слов выходило, что глава семейства заметил происходящее, только после жалобы Нарциссы на разоренную оранжерею. Юный наследник вынес подчистую любимые розы матери. Люциус просил прощение за поведение сына и извинялся за ситуацию с василиском. А чтобы окончательно уладить ситуацию, лорд приглашал меня завтра на обед в Малфой-мэнор. Портключ прилагался.

— Драные пикси! — Не смогла я сдержать эмоций, прочитав письмо.

Идти в мэнор не хотелось, но отказывать главе рода — себе дороже. Окончательно испортить отношения и завести себе врага подобного уровня… плохая идея. Пришлось отсылать Минни с подтверждением.

Собираться мне долго не пришлось. Надела свою единственную не школьную мантию фиолетового цвета. Выглядела она простенько, но элегантно. Я себе в ней нравилась. Возможно по протоколу, мне полагалось выглядеть более нарядно, но по первому зову бежать за обновками я не собиралась. Только правила этикета освежила, чтоб совсем уж не накосячить.

Свой образ я дополнила плетенными украшениями из шерсти единорожков. Ссора с Драко, навела меня на мысль, что мне не помешает защита. А его выходка с букетами настолько раздражала, что я едва ли не сутками плела, исключительно, для самоуспокоения. Вот и обзавелась, браслетом, чокером и парой серег, которые должны были помешать меня опоить, зачаровать или воздействовать ментально. Рунные цепочки брала готовые, как раз из подарка Малфоев, так что я надеялась, что все сработает, как надо.

— Добрый день, мисс Грейнджер. Меня зовут Долли. Вас ждут. Позвольте я вас провожу в малую гостиную, — поприветствовал меня домовой эльф.

В комнате кроме Люциуса, Нариссы и Драко никого не было. Глава семейства сидел в кресле с бокалом чего-то алкогольного, а мать и сын разглядывали какой-то журнал. При моем появлении, мужчины встали.

— Добрый день, мисс Грейнджер, спасибо, что пришли. Еще раз приношу свои извинения за то, что частично по моей вине вы чуть не погибли. Также прошу простить поведение моего сына. К сожалению, Драко совершенно не умеет извиняться, — с порога начал свою речь лорд.

Мне ничего не оставалось, как принять все извинения главы рода, и заверить его в том, что не держу зла за эти недоразумения. После непродолжительной беседы леди пригласила всех к столу. Прислуживали домовые эльфы.

Обед прошел в немного натянутой обстановке. Мне было некомфортно в этом «музее», по-другому дом Малфоев я не воспринимала. Драко, смущался из-за речи отца, указавшего на ошибку наследника. Нарцисса и Люциус не совсем понимали, как себя вести с маглокровкой, которая с одной стороны сильно ниже их по положению, а с другой — род ей обязан.

За обедом поднимались исключительно нейтральные темы. Мы обсудили погоду, я похвалила представленные блюда. Нарцисса в ответ извинилась, что пока не может познакомить меня с Элпис и Алейфом. По своим соображениям маги не показывали детей посторонним в первые три месяца жизни. Все выдохнули, когда эта трапеза подошла к концу.

— Мисс Грейнджер, я бы хотел пригласить вас в свой кабинет и обсудить кое-какие моменты, — заявил лорд после того, как мы покинули обеденный зал.

Драко и Нарцисса остались в гостиной, а мы с хозяином дома удалились.

Кабинет главы семейства понравился мне больше, чем гостиная и обеденный зал. Здесь не было дворцовой позолоты и лепнины, только темное дерево, кожа и строгий стиль. Я расположилась на уютном диванчике, Люциус сел в соседнее кресло, а на журнальный столик между нами эльфы установили чай, кофе и эклеры. Практически дружеская беседа.

— Признаюсь честно, я до этого не вел переговоров с детьми, — начал лорд.

— Через месяц мне исполняется четырнадцать. Не так давно в этом возрасте замуж выдавали, — перебила я старшего Малфоя. Он явно этого не ожидал и сбился с мысли.

— Что ж, значит буду считать вас взрослой. Так будет проще и вам и мне.

Я согласно кивнула, подтверждая, что меня устраивает такой формат общения, делая маленький глоток чая из чашки. Интересно, как мои браслеты должны реагировать, если в моей еде или напитках окажутся неучтенные примеси? Я читала про перстни, которые меняли цвет камня или нагревались в случае опасности. В моем браслете не было камней, лишь несколько небольших бусин. Вряд ли сразу замечу изменения, значит мой артефакт должен работать как-то иначе.

— Мисс Грейнджер, вы оказали неоценимую услугу роду Малфой. И мне бы хотелось вас как-то отблагодарить. Учитывая то, что вы настойчиво просили держать в секрете ваше участие и то, что Драко упоминал о ваших страхах, оказаться в… заложниках у влиятельных семейств. Я бы хотел предложить вам принять вассалитет. Так наш род сможет вас защищать и оказывать вам покровительство.

Для безродной маглокровки это предложение было по-настоящему щедрым. Малфои в качестве сюзеренов открывали мне любые двери в мире магов. А в ответ мне просто было нужно не гадить роду и встать на его защиту в экстренных случаях.

— Я очень ценю ваше предложение лорд Малфой, но не могу его принять, — уверенно ответила я после паузы, взятой на раздумья.

— Вы отказываетесь? — Люциус подавился чаем от неожиданности.

— Я бы очень хотела принять вассалитет, но это убьет нас обоих.

Виде непонимание на лице лорда я встала и подошла к стене, на которой висел родовой гобелен семейства.

— Лорд Малфой, что вы здесь видите? — Спросила я блондина — Указывая на некогда раскидистое дерево, от которого сейчас осталась лишь одна ветвь со скромными тремя листочками на конце. Драко, Элпис и Алейф гласили надписи на листьях идущих от надписи Люциус.

— Генеалогическое дерево нашего рода, — лорд подошел ко мне, пытаясь понять, что же я пытаюсь ему донести.

— Смотрите выше. Видите, возле имени Абракас изображена круглая ягодка с именем Мартин Гойл. Еще выше целая гроздь с фамилиями Крэббов.

— Да, это стандартное обозначение вассалов. Если примете оммаж, вы тоже появитесь на этом гобелене.

— Вот именно! И не только на вашем. Я отображусь на гобелене Блэков, как вашей ближайшей родни. А через них на генеалогических деревьях Поттеров, Лонгботтомов и всех с кем за последние сотни лет и вы и они успели породниться.

— Это сделано для того, чтобы все видели вассалов чужих родов и понимали, что эти люди находятся под защитой сюзерена, — как маленькому ребенку объяснял мне Люциус, начиная раздражаться.

— А как вы думаете, сколько из них донесут на вас Темному лорду, когда через пару лет он возродиться? И как Волдеморт воспримет появление вассала-маглокровки у одного из своих самых близких соратников?

Люциус побледнел, схватился за предплечье и непроизвольно сделал шаг назад. Не знаю, повлияло ли на него произнесение имени Темного лорда, вроде меченным от него больно. Либо же блондин осознал глубину… ситуации, в которую чуть сам себя не загнал.

— Если добавить сюда, что после возрождения он будет на вас зол, смертельно зол, то не удивлюсь, что первым же приказом он потребует моей смерти. Исполните это указание и вас размажет откатом от клятвы вассал-сюзерен. Не исполните — убьет вас сам за неповиновение. Надеяться на пощаду бесполезно. Вряд ли после десяти лет, проведенных за гранью он вернется в мир живых добрым и понимающим. — Продолжила я излагать свои мысли, еще больше пугая главу семейства.

— Так, стоп. — Быстро взял себя в руки блондин. — С чего вы взяли, что Темный лорд скоро вернется? И почему он должен быть зол на мой род?

— Лорд Малфой, напомните, что вы подсунули Джинни Уизли?

Люциус напрягся. О его выходке негласно знали все, но официальных обвинений никто ему не предъявлял и не собирался. Вот только прямо говорить на эту тему — ему не хотелось.

— Дневник Темного лорда, — процедил Малфой. — Но это была лишь безделица, которую мне оставили на хранение. Памятный сувенир без единой записи, я проверял. Не думаю, что его потеря приведет лорда в бешенство.

— Возможно. Но вот потеря крестража, с заключенной в него частью души, точно приведет. Вместо того, чтобы попытаться возродить своего сюзерена, вы своими руками помогли уничтожить бессмертие Волдеморта.

Люциус схватился руками за голову и начал метаться по кабинету. По пути он снес журнальный столик с эклерами, но даже этого не заметил. На звон разбившихся чашек явилась Долли, но увидев состояние хозяина поспешила ретироваться, щелчком пальцев убирая беспорядок.

— Нет, это не мог быть крестраж, — убеждая себя выдал блондин.

— Дамблдор считает иначе.

— Что? — Не понял меня Малфой.

— Я случайно услышала разговор директора с мадам Помфри, когда лечилась из-за взгляда василиска. Профессор сказал медиоведьме, что на Джинни воздействовал крестраж. А потом… Дамблдор стер ей память. Он ушел и не заметил, что я не сплю.

— Северус как-то говорил мне о вашей нездоровой тяге к подслушиванию, — поддел меня блондин, но быстро вернулся к серьезному тону. — Но раз крестраж уничтожен, Темный лорд не вернется.

— Разве вы единственное доверенное лицо Волдеморта?

— У него есть еще один крестраж, — осенила Люциуса идея.

— А вы как думаете? — Недовольно буркнула я себе под нос.

— Значит я могу воскресить Темного лорда. Не будет же он убивать своего спасителя. — нашел лазейку хитрый лис.

М-да, куда-то не туда зашла логика блондина. Я надеялась, что получив информацию о крестражах, он отстанет от меня со своим вассалитетом и сбежит куда подальше. Ну, или хотя бы вывезет семью за границу. Но мыслили мы с Люциусом явно по-разному.

— Можете попробовать, если найдете другие крестражи, — остудила я пыл блондина. — Шанс мизерный, но вдруг вам повезет.

— Я и сам понимаю, что это маловероятно, но других вариантов нет.

— Ну, почему же? Попробуйте обелить имя Сириуса Блэка. Это будет легче, — предложила я нестандартное решение. Информация о его побеге из Азкабана появилась во вчерашнем «Пророке». Но во время обеда мы эту тему не поднимали, как не сильно приятную.

— Не думаю, — усмехнулся лорд. — Пожизненное кузен Нарциссы получил вполне заслуженно.

— Не думаю, — в тон Люциусу ответила я, почесав нос. — Два года назад, попав в мир магов, я усиленно искала информацию. Любую. Читала все подряд, даже детские сказки, изучала законы. По подшивкам старых «Пророков» знакомилась с событиями последних лет. Дело Сириуса в газетах тоже освещалось. Вот только протоколы допросов Пожирателей смерти печатались пачками, а о деле Блэка в газетах очень мало информации. Только короткая строчка, что он во всем сам сознался.

— Я был на том суде, — сказал блондин, не уточняя в качестве кого он там присутствовал. — Блэка действительно не допрашивали, только спросили признает ли он вину. Сириус в ответ кивнул и расхохотался, как безумный.

— Его могли «Конфундусом» приложить или чем-то похожим? — Высказала я свою мысль. — Потому что судить его было по сути не за что. Метки у него не было, так что доказать связь с Волдемортом невозможно. За то, что предал доверие Поттеров? Так за это наказания нет. За своего Хранителя каждый несет ответственность сам. «Фиделиус» вообще неофициальное заклинание, которое маги накладывают на свой страх и риск. Что там еще? Дюжина убитых маглов? Ну, это максимум лет пять Азкабана. И то, если судья строгий попадется, а так не больше трех лет.

— Убийство Петтигрю. А он аврором был. — Напомнил Люциус еще один грех Блэка.

— Так Питер жив. Либо же в Хогвартсе обитает его полный тезка. С учетом того, что Петтигрю был полукровкой с матерью волшебницей и отцом маглом, вряд ли в магической Британии это возможно.

— Мне нужны подробности.

— По Хогвартсу уже много лет гуляет занятный артефакт. Карта, на которой отображаются все обитатели замка. В реальном времени можно посмотреть, кто и где находится. Мне удалось несколько раз заглянуть в этот пергамент, и я своими глазами видела имя Питтер Петтигрю в гриффиндорской спальне мальчиков. Вот только ученика с таким именем в школе нет.

— Мисс Грейнджер, вряд ли ваши однокурсники не заметили бы постороннего мужчину в своей спальне.

— Наш декан, находясь в анимагической форме, на карте отображается, как «профессор Макгонагалл», — я развела руками, показывая, что это всего лишь догадка.

— Вашу логику я понял, — после раздумий ответил лорд. — Раз Питер жив и скрывается, значит что-то тут не так. Но зачем кому-то убирать Блэка? Политического веса он не имел. Богатства рода до сих пор никем не востребованы.

— А кто был бы опекуном Поттера, если б Сириус остался на свободе?

Блондин в очередной раз завис от моего вопроса, что-то просчитывая в уме. Из ступора его вывел стук в дверь.

— Не хотела прерывать ваш разговор, но скоро ужин, — намекнула нам Нарцисса.

— Я совсем забыл про время, — повинился лорд Малфой. — Я вас услышал и принял к сведению. Давайте закончим наш разговор в другой раз. А сейчас, позвольте пригласить вас к столу.

— Боюсь, что меня уже ждут дома, — отказалась я от очередной пытки этикетом. Погоду мы уже обсудили на год вперед.

— Долли, помоги мисс Грейнджер добраться до дома, — призвал блондин домовушку, не особо расстроившись из-за моего отказа.

— Просто представьте место, в котором хотите оказаться и Долли вас перенесет.

Я распрощалась с четой Малфоев и взяла эльфийку за теплую сморщенную ручку. Зажмурив глаза, я представила свою спальню и в следующий миг ощутила рывок.

Двойная аппарарация мне не понравилась. Перемещение портключ ом было более щадящим. Что ж, осталось испытать на себе только путешествие по каминной сети. И тогда я точно буду знать, какой из видов магического транспорта я ненавижу больше всего.

Эльфийка исчезла сразу после аппарации, даже не попрощавшись. Я же, сняв мантию, спустилась вниз. Как ни странно, родители даже не заметили, что я отлучалась.

Люциус стоял в детской и смотрел на спящих в кроватках Алейфа и Элпис. Детей, своим рождением снявших проклятие с рода и подаривших Малфоям надежду. Вот уже третий день Лорд думал над словами маглокровки.

Первым порывом после общения с Грейнджер было бежать на поиски крестражей, искать и воскрешать повелителя, чтоб отомстить Дамблдору и его прихвостням. Но посоветовавшись с Нарциссой и взвесив все, что получит или же наоборот потеряет от воскрешения Темного лорда, Люциус призадумался.

Второй день он не вылезал из закрытой части семейной библиотеки, изучая темнейшие гриммуары, описывающие процесс создания крестражей. Глава рода искал информацию о тех, кто прошел подобный ритуал. Пытаясь понять, чего нужно ждать от повелителя, разодравшего собственную душу на несколько частей. Да еще и пробывшего столько лет, если не за гранью, то на ней. Такие путешествия не проходят бесследно.

Результаты исследования Люциуса не обрадовали. Как ни крути, выходило, что прежнего умного и харизматичного Темного лорда уже не будет. В мир вернется практически лич. Чудовище, лишенное чувств и эмоций. А всем тем, кто позволил себя заклеймить, придется служить этому монстру.

— Какое ты принял решение? — Тихо спросила Нарцисса, незаметно подошедшая сзади.

— Его не вернуть, — признал реальность лорд Малфой.

— Метка не даст тебе отступить.

— Я знаю. Но я сделаю все возможное, для того, чтобы сохранить наш род. Пойду на сделку с кем угодно, но Малфои должны подготовиться и выжить в этой ситуации.

— Люциус, ты же никогда не был силен в окклюменции. А семейные артефакты не выдержат натиска Темного лорда.

— Знаю, Нарцисса. Я все продумал и уже заказал в «Горбин и Беркс» омут памяти. Когда повелитель вернется, я солью туда все свои воспоминания о крестражах, Грейнджер и всем, что на тот момент узнаю и ты сотрешь мне память.

Леди Малфой испуганно зажала рот рукой. План был слишком рискованным. Одно неверное движение и Люциус мог потерять себя навсегда. Но другого выбора не было, а если и был, то Нарцисса не знала, что еще можно предложить.

— И Нарси, мне бы хотелось, чтоб, когда все начнется, вы с детьми покинули Британию

— Ты же знаешь, что это невозможно. Лорду нужны заложники. Он не отпустит нас. Ты же помнишь судьбу Берков. Герберт тоже, просто хотел вывести детей. А теперь в живых лишь старый Карактак.

— В домик у озера ты тоже не уедешь? — Покорно спросил лорд, мысленно уже смиряясь с ситуацией.

— Ты сам знаешь ответ. Я вообще хотела тебе предложить, давай подарим его Грейнджер, раз от вассалитета она отказалась.

— Нарси, ты же обожаешь этот дом! Огромная терраса, фасад увитый плющом, кресла-качалки у камина. А вокруг густой, но светлый лес, кристально-чистое озеро и маглоотталкивающие чары, чтоб жители окрестных деревень не мешались под ногами.

— Да, мне очень нравится это место. Но там всего три спальни. С рождением Алейфа и Элпис этот дом стал нам мал. Не предложишь же ты детям ютиться всем в одной спальне.

— Я подумаю, дорогая.

* * *

Две недели ничего не происходило. А потом в «Пророке» вышла целая серия статей о Сириусе. Нет, заметки о Блэке в газете мелькали довольно часто, но они были краткими: «Замечен в Йоркшире», «Видели в графстве Суррей».

Сейчас же упор в текстах шел на суд и отсутствие доказательств. Рита Скиттер выкладывала интервью со свидетелями и даже где-то добыла протоколы допросов самого Блэка. И по всему выходило, что Сириус не очень-то и виновен.

В министерство посыпались жалобы на притеснение древних родов и требование провести повторное расследование дела Блэка. Скиттер же только и делала, что подливала масло в огонь. «Представьте только на миг, что все эти годы в Азкабане в обществе дементоров находился невиновный наследник рода. Заточенный туда без доказательств, просто по чьей-то прихоти», — писала Рита. И чистокровные представили. Кресло под министром зашаталось. А потом грянул гром. В доме семьи Уизли нашли Питера Петтигрю.

По официальной версии, декан Гриффиндора в компании представителей попечительского совета в лице лордов Малфоя и Гринграсса, явились в дом Уизли, чтобы справиться о здоровье пострадавшей Джинни и обсудить возможную компенсацию для девочки. Вот только Артур при виде Люциуса начал второй раунд схватки не законченной во «Флориш и Блоттс». Никто так и не понял, чье шальное заклинание угодило в крысу, превратив ее Петтигрю.

— Это же Питер, — выдала ошеломленная Макгонаггал, а лорд Гринграсс кинул «Петрификус тоталус» в незаконного анимага.

Про Джинни все забыли. Петтигрю был в срочном порядке доставлен в аврорат, где допрошен под Веритасерумом. После чего на внеочередном заседании Визенгамота полностью оправдали Блэка, а настоящего предателя приговорили к пожизненному заключению в Азкабане.

Вот только Сириус, скрываясь от всех в образе собаки, понятия не имел о том, что его оправдали. И даже назначили весьма приличную компенсацию за ошибочно проведенные в заточении годы.

Питер тоже до тюрьмы не доехал. Обратившись крысой, он выпрыгнул из лодки по пути к Азкабану. Мнение охранников по этому поводу разделились. Одни утверждали, что Петтигрю сбежал, а другие, что утонул.

Радовало одно, с дементорами его искать никто не собирался. Все решили, раз уж за двенадцать лет на свободе, он ни на кого не напал. То и дальше вряд ли это сделает. Портреты его, конечно расклеили в Хогсмиде, на Косой аллее и даже в Лютном. Но искали без особого энтузиазма.

* * *

— Добрый день, приветствую вас в «Ночном рыцаре», автобусе для ведьм и волшебников, попавших в трудное положение. Куда изволите добраться?

За несколько дней до начала учебы, я отправилась на Косую аллею за покупками. В этом году у нас появлялись дополнительные предметы на выбор. Первой дисциплиной я сразу взяла руны. А вот при выборе второй случилась заминка.

С одной стороны, я хотела выбрать Уход за магическими существами, чтоб лучше разбираться в повадках животных и понимать, кого еще можно использовать для добычи шерсти. Но Хагрид — это не тот преподаватель, у которого я бы хотела обучаться. Объяснять он совершенно не умеет. Даже если и знает тему досконально, то внятно сформулировать свои мысли он все равно не сможет.

Треллони с отпадала сразу, для меня Прорицания — это бесполезный предмет. Магловедение в Хогвартсе — чисто поржать. Видела я конспекты старшекурсников. Методом исключения оставалась Арифмантика. В принципе, это тоже в какой-то мере «угадайка», как и урок Сибиллы. Но здесь за основу брался более научный подход с числами и точными расчетами.

— Привет, Гермиона, — окликнул меня Поттер, глазевший на «Молнию» в витрине магазина метел.

— О, привет, Гарри. Ты тут один?

— Да, тут такая история приключилась, — с заминкой ответил герой. — Короче, я уже почти месяц живу в «Дырявом котле».

— Я сейчас к Фортескью иду, пойдешь со мной есть мороженое?

— Пошли, там как раз новый сорт появился. Фисташковый с орешками. — Поттер отлип от витрины и пошел за мной. — Я за этот месяц уже все на Косой аллее перепробовал, тут, кстати, за «Зонко» есть магазинчик, в котором делают очень вкусные молочные коктейли. В них плавают разноцветные шарики, которые прикольно лопаются во рту.

Мы весело болтали о всякой ерунде. Без рыжего говорить с Гарри было проще. Уизли же любую тему сводил к еде или квиддичу. Поттера тоже заносило, но его хотя бы можно было вернуть к нормальному разговору. Рон же смену темы воспринимал, как личное оскорбление.

— Гарри, а ты можешь еще раз сходить в Тайную комнату Салазара? — Озвучила я, случайно пришедшую в голову мысль.

Да, я подумала, что пожалев Бродягу я нарушила ход событий. Если Петтигрю сбежал, то канон еще может вернуться в свою колею. Но вдруг Питер действительно утонул в холодных водах Северного моря. В этом случае события могут развиваться непредсказуемо. Еще и Люциусу про крестраж ляпнула не подумав. Хитрый лис тоже может что-то учудить.

— Могу, только что там делать? Это же канализация. Там сыро, грязно, воняет, еще и потолок в проходе обрушился. Мрачно там и опасно, — подытожил Поттер, поглощая очередной шарик мороженого.

— Место не самое приятное, — согласилась я. — Но там же туша василиска осталась.

— О! Рон тоже, хотел его на ингредиенты пустить, чтоб денег заработать. Даже сам меня в библиотеку потянул, выяснять, что там самое ценное. Вот только из-за сильного яда, туша василиска очень быстро портится. Разделывать надо было сразу, буквально в первые часы после смерти, а нам эта идея только через пару дней в голову пришла. Пока из больничного крыла выпустили, пока информацию нужную нашли, уже все протухло.

— Мне не ингредиенты нужны. Представь, клык монстра самого Слизерина! Коллекционеры с руками такой трофей оторвут. Это ж можно, как семейную реликвию использовать. Похлеще ювелирных украшений.

Идея, пустить василиска на сувениры Поттеру в голову не приходила. Из разговоров мальчишек я знала, что Дадли коллекционировал карточки то ли футболистов, то ли боксеров. Так что Гарри примерно представлял, сколько может стоить череп или клык раритетного василиска. А если сюда добавить, что легендарный монстр принадлежал самому Салазару, и убит был не кем-нибудь, а Мальчиком-который-выжил. Ценность таких предметов взлетала в поднебесье.

— Спасибо. С меня лучший клык за идею, — с предвкушающе горящими глазами сказал Поттер. Герой уже явно прикинул сумму, которую он положит в Гринготтс по итогам этой операции.

— Только все сразу не продавай, чтоб рынок не обвалить. И рыжих в Тайную комнату не пускай. Особенно близнецов, а то тебе только дырка от ж… бублика достанется. — Дала я Гарри последние наставления, он же в ответ понятливо ухмылялся. Этот Поттер деньги ценить умел, Уизли тут мало что светило.

Моя порция мороженого подошла к концу и я попрощалась с Поттером. Его как раз удачно Оливер Вуд отвлек, а я ушла за совиным печеньем для Минни. Помимо угощения для совы, я решила побаловать и себя, поэтому у Малкин купила не только школьную форму, но и пару дополнительных мантий. Одну темно-зеленую попроще, а другую более нарядную красивого серо-голубого оттенка с серебристой вышивкой по вороту и манжетам.

Возле «Все для квиддича» я столкнулась с Люциусом и Драко в обнимку с огромным набором по уходу за метлой. Вот, блин, еще один фанат полетов.

— Добрый день, мисс Грейнджер, — первым поздоровался лорд.

Я поприветствовала блондинов, получила ответный «Привет» от Драко, не выпускающего из рук свое сокровище.

— Мы встретились очень удачно, — высказал свою мысль глава семейства. — Я как раз собирался писать вам, чтобы выслать приглашение.

«Только не на обед», захотелось мне крикнуть в ответ, но я удержлась, вежливо улыбаясь.

— У нас остался неоконченным разговор, мисс Грейнджер и появилась еще пара моментов, которые мне бы хотелось с вами обсудить до вашего отъезда в Хогвартс.

— Завтра у меня день занят, а послезавтра я свободна, — прикинула я свои планы.

— Тогда до встречи, я пришлю вам портключ совой.

Мы раскланялись, и я направилась к месту вызова «Ночного рыцаря», пора было возвращаться домой.

Новая встреча в доме Малфоев прошла лучше предыдущей. Не было пытки этикетом и бессмысленными разговорами о погоде. Вместо обеда меня напоили чаем вместе с вкусным, нежным десертом. Часть напряжения тоже ушла. Может мы постепенно привыкали к обществу друг друга, или же прошедшее время немного сгладило неловкость от конфликта, но общаться в этот раз было легче. В разговоре появилась какая-то непринужденность.

После чаепития Драко отправился в сад полетать на метле. По его словам все лето он усиленно тренировался, чтоб в этом году уж точно надрать зад Поттеру в квиддичном матче Гриффиндор — Слизерин.

Мы же отправились беседовать в уже знакомый мне кабинет Люциуса. В этот раз при разговоре присутствовала и Нарцисса.

— Мисс, Грейнджер я хотел бы вас поблагодарить за идею с реабилитацией Блэка, — начал серьезный разговор хозяин дома.

— Сириуса уже нашли? — Поинтересовалась я.

— Нет. И это добавляет пикантности ситуации. Скиттер в своих статьях уже открыто намекает на то, что власти убили невинно осужденного. Точную причину убийства она еще не придумала. Две основные версии: замять дело и не выплачивать компенсацию за годы Азкабана. Оба варианта выглядят слабовато. Но на фоне скандала, практически удалось сместить министра. Да и под Дамблдором уже качается кресло в Визенгамоте. — Люциус, был явно доволен итогами спонтанной, но молниеносной операции.

— Мы же хотели поговорить о другом, — сменила тему Нарцисса.

— Да, — опомнился лорд. — Мисс Грейнджер, в прошлый раз вы отказались от вассалитета. И узнав ваши доводы, я признал этот отказ здравым. Но вопрос вашей награды остался открытым. Я помню, что свои работы вы приносили в дар и не требовали оплаты, — он остановил меня жестом руки, не давая возразить, пришлось закрыть рот и слушать дальше. — Но нам с леди Малфой хотелось бы подарить вам ответный подарок. — С этими словами блондин протянул мне папку с документами.

— Что это? — Уточнила я продираясь через сухой канцелярский текст документов.

— Это документы на небольшой домик в Озерном крае, неподалеку от деревеньки Хартсоп. Густой лес, горы, красивое озеро и солнечная полянка — идеальная местность для уединения, которое вы так цените.

— Это шикарный подарок, мистер Малфой. Но я не могу его принять, иначе уже я буду чувствовать себя обязанной.

— Гермиона, я могу к вам так обращаться? — Вмешалась в беседу Нарциса и, дождавшись ответного кивка, продолжила. — Гермиона, не преуменьшайте своих заслуг и значимость нашего рода. То, что вы сделали, поистине бесценно. Да и, если б мы захотели купить что-то подобное, то такая пара артефактов стоила б не менее десяти тысяч галеонов. А это практически стоимость того домика, который предлагает вам мой муж в качестве ответного дара.

— Смотрите на ситуацию с другой стороны, — вернул к себе внимание хозяин дома. — Вы сами утверждаете, что Темный лорд в скором времени возродится. Мисс Грейнджер, как думаете, какая жизнь настанет у маглорожденных? — Задал Люциус риторический вопрос и удовлетворившись моим скептическим выражением лица продолжил. — Поверьте, вам не помешает уединенное убежище, о котором никто не будет знать.

— Это многоразовый портключ, — Нарцисса положила на стол серебряный браслет-манжету. — Он переносит в дом и возвращает обратно в ту точку, из которой было отправление. В принципе, в паре километров от домика есть небольшая магловская деревенька, так что добраться можно даже на «Ночном рыцаре».

— Хорошо, я принимаю подарок, — сдалась я под двойным напором. Да и что уж тут говорить, свой дом иметь хотелось. А тут еще и магический. Но надеюсь, что я не пожалею о своем решении.

— Раз все так хорошо, разрешилось, то предлагаю выпить чаю и обсудить еще один вопрос. — Довольно потирая руки, сказал Люциус.

— К нам обратился колдомедик Сметвик, — перехватила инициативу Нарцисса. — Его очень сильно заинтересовали пояса, которые вы сотворили. К сожалению, Люциус испортил свой артефакт, но Гиппократ тщательно изучил даже те обрывки, которые остались от плетения. Руны он с трудом, но опознал. А вот материал установить не смогли.

Леди Малфой выжидательно уставилась на меня, ожидая ответа. Я же усиленно делала вид, что не понимаю намека, и спокойно пила чай. Осознав, что я не собираюсь раскрывать свои секреты, Нарцисса продолжила:

— Мой экземпляр также остался в Мунго. Более того, Сметвик рискнул и использовал его беременных, которым по тем или иным причинам, грозила потеря плода.

— Подождите, — прервала я леди Малфой. — Ваш сын говорил, что ваш пояс тоже испортился. Концентраторы не выдержали нагрузки и лопнули, взяв на себя основной удар проклятия.

— Так и есть, — подтвердил Люциус. — Но Сметвик, он немного фанатик медицины. Если есть хоть малейший шанс на спасение, он его использует. Даже если это будет наитемнейшее заклинание. Он до сих пор не в Азкабане только потому что регулярно спасает жизни представителям аврората и министерства.

— Здесь я полностью согласна с мужем, Гиппократ действительно немного помешан на медицине. И поняв, что не может помочь одной из пациенток стандартными методами, он снял испорченные концентраторы с артефакта и надел его на беременную даму.

— В чем-то он прав, ведь концентраторы — это по факту обычные усилители. Их отсутствие не меняет сути артефакта. Да, эффект от пояса станет слабее, но он будет работать. — Встал на защиту колдомедика Малфой.

— В этом есть здравая мысль, — подумав, согласилась я. — Но я не совсем понимаю, к чему вы ведете.

— Даже в таком виде Сметвик в восторге от работы артефакта. Он уже спас трех пациенток и теперь хочет полный парный комплект, такой же, как вы делали для нас. Даже нашел меценатов, готовых оплатить полную стоимость артефактов. Выдавать мы вас не стали, как и обещали, но согласились выступить в качестве посредников, если вы возьметесь за эту работу.

— Леди Малфой, я ничего не понимаю, как он смог спасти троих, если вы сняли пояс месяца четыре назад, не больше? — Спросила я, пытаясь оттянуть время принятия решения по главному вопросу. Если я возьмусь за работу по тем расценкам, которые раньше озвучила Нарцисса, я одним махом закрою вопрос с оплатой обучения в Ильверморни. Вот только ниток из шерсти единорогов у меня осталось не так уж и много. На два комплекта поясов хватит точно, а вот на большее — не уверена.

— Ну, не у всех же такая сложная ситуация, как была у нас. Одна дама носила пояс буквально пару недель, пока готовилось зелье, способное решить ее проблему. Другая попала под проклятие на последних сроках беременности и проносила артефакт до самых родов. Сейчас же его надели на третью будущую мамочку. И вот ей, вероятнее всего, как и мне придется ходить в нем все девять месяцев. Вот Сметвик и начал искать средства для получения собственных экземпляров, — пояснила блондинка.

— По правде сказать, не только в Мунго заинтересовались артефактом. Есть еще пара семейств, которые бы хотели инкогнито приобрести подобные наборы. Да и мы сами не отказались бы от подобного сокровища у себя в сейфах. Проклятие с рода мы сняли, но преступника не нашли, так что нет никаких гарантий, что беда не повторится, — намекнул Люциус.

— Для Мунго пояса сделаю точно, — приняла решение я. — По поводу остальных заказов смогу ответить не раньше мая.

— Может вам нужна какая-то помощь или предоплата? — Предложил лорд свою посильную помощь.

— Нет. Здесь вопрос в том самом материале, который не смог определить Сметвик. Мне он достался случайно, в ограниченном количестве. Если я смогу пополнить свои запасы, то смогу сделать артефакты всем. Того что у меня есть сейчас точно не хватит на три комплекта поясов. Один, максимум два.

— У меня есть знакомства среди сборщиков ингредиентов, — намекнул Люциус.

— Среди ваших знакомых много юных девственниц? — С усмешкой спросила я лорда, в ответ он стушевался. — Ну, раз нет, то я сама попробую добыть недостающее.

Домой меня как и в прошлый раз доставил домашний эльф, но сейчас он вежливо попрощался перед тем, как исчезнуть. Я же стала готовиться к поездке в Хогвартс.

В последний день перед отъездом я не удержалась и все-таки посетила свой новый дом в Озерном крае. Сжав браслет на запястье я перенеслась на порог двухэтажного домика, увитого плющом. Согласно инструкции, составленной Нарциссой, дверь открывалась не ключом, а все тем же браслетом.

Внутри было очень уютно. Признаться, я боялась, что здесь, как и в родовом гнезде Малфоев, будет использован замковый стиль, превращающий человеческое жилище в музей. Но здесь интерьер был ближе всего к модерну. Резная деревянная лестница с растительными мотивами вела на второй этаж. Причудливые арочные проходы, мебель на гнутых ножках, красивые кованные светильники. При этом комнаты были светлыми и просторными. Мне понравилось.

На первом этаже был холл, кухня с вместительной кладовкой, небольшой санузел, кабинет-библиотека и просторная то ли столовая, то ли гостиная. В одной половине стоял стол и стулья на шесть персон, а в другой располагались мягкие диванчики, камин и кресла качалки.

Из гостиной был отдельный выход на деревянную террасу, которая ступеньками спускалась к небольшому круглому озерцу с песчаным берегом и маленьким пирсом. Озеро, как и дом располагались на краю светлого леса. Молодого подлеска в нем не было, только высокие раскидистые исполины, уходящие ветвями ввысь.

На втором этаже было три спальни, каждая со своим санузлом и гардеробной. Я выбрала себе ту, в которой был маленький балкончик, смотрящий на озеро. Мне этот дом казался огромным, но зная размах Малфоев, для них это и правда был «сельский домишко».

Эльфов не прилагалось, бытовой техники тоже не было. На кухне, каменный очаг вместо привычной электрической плиты смотрелся дико. Что ж придется активнее налегать на бытовую магию. А еще надо бы узнать, смогу ли я сама наложить Фиделиус. Этим местом ни с кем не хотелось делиться.

Я шла по вагону, выискивая себе пустое купе. Отворив очередную дверь, я увидела… бомжа, спящего на одном из сидений. Да, это же Люпин, осенило меня. И что он тут делает, если Блэка ловить уже не надо. Неужели в Ховартсе без оборотня нельзя было обойтись?

Оставаться рядом с опасным пассажиром не хотелось и я прошла дальше по вагону. В последнем купе обнаружилась Лаванда. Чуть позже к нам присоединилась Парвати. А последнее пустое место неожиданно занял Долгопупс.

— Ты давно виделась с Малфоем, — внезапно спросил Невилл, когда мы уже подъезжали к Хогсмиду.

— Несколько дней назад встретила его с отцом на Косой аллее, когда закупалась к школе. А что? Я там многих видела, с Поттером даже мороженое у Фортескью ела, — удивилась я вопросу.

— О, меня Гарри тоже мороженым угощал неделю назад, он там в Дырявом котле половину лета прожил, — поделилась информацией блондинка.

— Да так, ничего, — немного обиженно ответил Долгопупс и уставился в окно.

Странный он, подумала я, но внимание на не совсем адекватном поведении Невилла заострять не стала.

Очередная песня шляпы и распределение на третьем курсе интереса уже не вызывали. Дамблдор представил Люпина, Северус демонстративно выражал свою неприязнь. Двойной шпион и не может скрыть своих эмоций — не верю. Скорее это негласный сигнал для слизеринцев.

Учеба проходила в привычном режиме. Интерес вызывали только новые предметы в моем расписании. Мне понравилась профессор Бабблинг, преподающая руны. Видно было, что она любит и знает свой предмет. Дамой она была весьма требовательной и строгой, но это даже хорошо.

Профессор Вектор, читающая арефмантику, вела свой предмет скучновато. Слушать можно, но особого интереса он не вызывал. Может и правда нужно было выбрать уроки Хагрида? Хотя, помнится, что после первого урока с гиппогрифами третьекурсники до конца года кормили флоббер-червей капустными листьями. Не веселее арефмантики.

В первые же выходные я отправилась на свою любимую полянку за теплицами. За лето она подзаросла травой, но мне это не мешало. Я планировала провести за фриволите весь день до самого ужина. Хотелось побыстрее сделать хотя бы часть заказа для Сметвика. Не столько из-за денег, сколько из-за желания помочь его пациенткам. Из моей сумки раздавался аппетитный аромат пирожков, взятых с собой в качестве обеда.

Через час после начала работы у меня появилось стойкое ощущение, что за мной следят. Я несколько раз отрывалась от плетения и осматривалась, даже обходила полянку целиком, но ничего подозрительного не заметила. В какой-то момент стало понятно, что слежка ведется из Запретного леса. И вроде знала, что ничего опасного оттуда не может проникнуть за защитную границу, но было страшновато.

Вскоре к ощущению слежки добавились настораживающие шорохи в кустах. Там явно кто-то был, но рассмотреть его, не входя в лес, было невозможно. Искать себе приключения я не собиралась, поэтому собрала вещи и ушла, решив перенести работу на следующий день.

— Гермиона, ты сегодня рано. Мы думали, опять до самой ночи будешь свое кружево плести, — высказала общую мысль Лаванда, когда я вернулась в спальню задолго до ужина.

— Вдохновения что-то нет, — соврала я, опасаясь, что мне могут запретить мои посиделки за теплицами.

Во всем есть свои плюсы, от безысходности сделала все домашние задания на ближайшие три дня. А вечером вспомнила про карту Мародеров.

— Клянусь, что замышляю только шалость, — прошептала я пароль, предварительно задвинув шторки балдахина.

На моей полянке ожидаемо никого не было. Что интересно, карта показывала не только территорию Хогвартса до границы школьного двора, но и территорию за ними. Но не сплошной полосой, а какими-то кусками. Где-то больше, а где-то меньше. Видимо, это были тропы по которым в свое время успела пробежать славная четверка в своих звериных обликах. До этого я не обращала внимания на этот нюанс артефакта, теперь же он мог пригодиться.

В воскресенье после завтрака я снова была за теплицами. Сегодня помимо какао и пирожков взяла с собой еще и карту Мародеров. До обеда ничего не происходило. Я спокойно выплетала руны узелок за узелком, отрешившись от мира. Решив немного передохнуть и подкрепиться, достала какао и пирожки. По поляне разнесся вкусный аромат выпечки, а следом опять появилось ощущение слежки.

Стараясь вести себя естественно, я незаметно достала карту и прошептала пароль. Себя за я нашла быстро. В ближней теплице к Хогвартсу находилась точка «Помона Спраут», которая даже в выходной обязательно что-то поливала или подвязывала. А в Запретном лесу у самой кромки я заметила точку «Сириус Блэк». И что теперь делать с Бродягой?

Я порывшись в сумке вытащила старый номер «Пророка», который сохранила на память. В нем как раз описывался двойной суд над Петтигрю и «невинным узником Азкабана». В какой-то момент мелькнула мысль, а вдруг он в тюрьме с ума сошел? Но я успокоила себя тем, что в этом случае защитная граница его не пропустит. Наверное.

— Мистер Блэк! — Прокричала я, обращаясь к кустам, указанным на карте. — Не бойтесь, выходите, я вас пирожком угощу.

В кустах что-то зашевелилось, но выходить оттуда никто не торопился, но и уходить не спешил.

— Мистер Блэк, я вижу вас на вашей же карте. — обратилась я к кустам повторно, — Сейчас кину вам газету, в которой написано, что вас давно оправдали. Просто никто не знал, как вам это сообщить.

Я скомкала газету в плотный комок и кинула в кусты. Мой импровизированный мяч пролетел немного дальше. Но тут уж, что поделать, я не охотник из квиддичной команды, чтоб точно в цель квофлы кидать.

Шорох веток и листьев сменился звуком разворачиваемой бумаги. Несколько минут ничего не происходило, а затем над поляной разнесся пронзительный собачий вой. Не знаю. Чего в нем было больше обиды и тоски или радости и облегчения. А еще спустя какое-то время на поляну вышел очень худой, грязный и заросший человек.

— Добрый день мисс…, простите, не знаю, как вас зовут. Вы мне пирожок предлагали?

— Добрый день, мистер Блэк, меня зовут Гермиона Грейнджер. Я учусь вместе с вашим крестником Гарри Поттером. Присаживайтесь, — немного волнуясь пригласила я бывшего заключенного, раскладывая оставшиеся пирожки и наливая ему какао.

Кружку пришлось наспех трансфигурировать из ножниц, и ручка у моего творения осталась именно от них. Но Сириус претензий не предъявлял. Он с аппетитом поглощал пирожки, хорошо, что их было много. Я вопросов не задавала, давая человеку утолить голод. А судя по его виду, голодал он давно.

— Я вам очень благодарен, мисс Грейнджер, — сказал Блэк, когда пирожки закончились. — Но теперь даже не знаю, что мне делать. Признаюсь, я шел в Хогвартс мстить Петтигрю, а он уже… в Азкабане.

— Вообще-то нет. — Прервала я бывшего сидельца.

Дальше пришлось пересказывать как попался и сбежал Питтер. О своей роли я естественно умолчала. В моей версии выходило, что профессор Макгонагалл вместе с представителями попечительского совета пришли к Уизли, узнать о самочувствии ранее пострадавшей дочери, и случайно нашли там Петтигрю. О допросе крыса и суде над ним Сириус и сам прочитал в газете, так что мне осталась рассказать только о побеге по пути в Азкабан.

Несмотря на человеческий облик Блэк в процессе моего рассказа периодически порыкивал, и даже порывался скулить. Его возмутил тот факт, что предатель сбежал. Бродяга вскочил и начал метаться по поляне, словно прямо сейчас собирался бежать на поиски Питера. Знать бы еще куда.

— И что теперь? — Уточнил он, когда я закончила рассказ.

— Петтигрю ловит аврорат и вроде даже невыразимцы, — сказала я, безразлично пожав плечами. — А вам бы не мешало вернуться домой, привести себя в порядок. Затем потребовать причитающуюся компенсацию, подлечиться, восстановиться и подумать над тем, кому было выгодно без суда из следствия отправить вас за решетку. Дальше уже по обстоятельствам.

— Мисс Грейнджер, вы предлагаете оставить предателя на откуп аврората? — Возмутился Блэк. Самому ему даже в голову не приходило, что крысу можно не искать самостоятельно.

— Это их работа. Они за нее деньги получают. Да, и давайте вспомним, чем закончилась ваша предыдущая попытка поймать предателя? По Азкабану соскучились? — Строго отчитывала я Блэка. — Подумайте лучше о Гарри. Из-за вашей выходки он уже двенадцать лет у маглов живет, в семье тетки, которая его ненавидит. Лучше б опеку над ним оформили и дали пацану шанс на счастье. А то ему даже разрешение на прогулки в Хогсмид не подписали,

— Гарри живет у Петуньи? — Обескуражено спросил Сириус, усаживаясь обратно на подстилку.

— А у кого еще? Родители мертвы, Долгопупсы в психушке, вы в Азкабане. Не Малфоям же его отдавать? Вот Дамблдор и сбагрил Поттера к маглам.

Блэк закрыл лицо руками и начал качаться из стороны в сторону. Выглядело страшно.

— Давайте, успокаивайтесь. Отправляйтесь домой и занимайтесь своей жизнью. С пожирателями смерти вы уже на три жизни вперед навоевались. И какую награду получили?

— Спасибо. Я, пожалуй, пойду. Мне надо подумать, — взяв себя в руки, выдал Бродяга.

— Пожалуйста. Вы правы, подумать вам действительно надо. Только у меня к вам одно дело, мистер Блэк.

— Мне нечем заплатить вам сейчас, но я обязательно рассчитаюсь, когда получу компенсацию, мисс Грейнджер, — немного разочаровано выдал Бывший-узник-Азкабана.

— Речь не о деньгах, — перебила я его. — Я хотела попросить, чтоб вы никому не говорили, что ваша карта у меня. Отберут же, а она удобная, — смущенно попросила я.

— Извините, я не то подумал. Конечно-конечно, я обещаю, что не расскажу о ваших шалостях, — с улыбкой и ностальгией сказал Сириус.

Попрощавшись Блэк снова ушел в Запретный лес. Сириус отказался от моего предложения вызвать и оплатить Ночного рыцаря, сказав, что до Лондона доберется сам. Я же поняла, что опять вернусь в замок раньше запланированного. Хорошо хоть на обед еще успеваю. А то пирожков мне опять не досталось.

В замке о своей встрече я не упоминала. Стоит только заикнуться о том, что Бродяга нашелся, как на него устроят охоту Дамблдор, Малфои, Скиттер, а может и еще кто подключится. Пусть он сначала немного отдохнет и сориентируется, прежде чем встретится с этими прохиндеями.

— Гарри, где ты был весь день? Выходные прошли, а мы даже не полетали, — ныл за ужином Рональд.

— Ну, почему же, я вчера с метлы до вечера слезть не мог, Вуд нас весь день гонял, — ответил Поттер.

— Так, то тренировка, она не в счет, я хотел, чтоб мы вместе полетали, а ты сегодня пропал на весь день, — продолжал свой скулеж младший Уизли.

— Мне иногда еще и домашние задания делать надо. Тебе кстати тоже. Ты эссе по трансфигурации написал? А карту неба для Трелони составил?

— Ты что в библиотеке весь день просидел? — В ужасе спросил Рон и, дождавшись ответного кивка, обиженно продолжил. — Гарри, ты уже хуже Грейнджер!

Поттер невозмутимо пожал плечами, а я не стала говорить Уизли, что Поттер был где угодно, но точно не в библиотеке. Потому что с обеда до ужина там была я. И никого из наших там вообще не было. Если не считать Невилла и Парвати, заскочивших на пять минут, чтобы сдать книги.

Первый поход в Хогсмид был назначен на последние выходные октября. Больше всего его ждали третьекурсники, особенно Поттер. Ведь за неделю до этого он получил письмо от Блэка. Сириус писал, что смог восстановить свою опеку над юным героем, прислал ему разрешение на посещение деревушки. А главное предлагал Гарри переехать в Блэк-хаус, и для обсуждения этого хотел встретиться в пабе «Три метлы».

Дамблдор не остался в стороне. Он вызвал своего карманного героя для беседы, и попытался убедить его остаться Дурслей. В ход шли угрозы Волдемортом и пожирателями смерти, манипуляции виной за смерть родителей и будущее магической Британии. Поттеру было сложно, но он устоял и не стал давать опрометчивых обещаний, лишь сказал, что окончательное решение примет после знакомства с Блэком.

Все это Гарри тихим голосом рассказывал Рону за ужином. Уизли сразу же принял сторону директора.

— Мало ли, чего этого Блэка оправдали? — Вещал Рональд, уже благополучно забыв, что именно в его доме был пойман Петтигрю. — Вдруг он вообще сумасшедший, а ты к нему переехать хочешь

— Я еще ничего не хочу. Пока я собираюсь только познакомиться с крестным во время похода в Хогсмид. — Отбивался от еще одного «благожелателя» Поттер.

За день до похода в Хогсмид я выловила в коридоре Малфоя и отдала ему первый пкомплект поясов. Как раз доплела его накануне. Драко предложил мне самой передать артефакты, но я честно призналась, что не хочу отправлять такие вещи совой, а встреча в «Трех метлах» нарушит всю конспирацию. Блондин прикинул и понял, что найти укромный уголок в деревне, в которую вышел на прогулку весь Хогвартс — нереально. Не у мадам Паддифут же нам с Люциусом встречаться.

— Гермиона, ты куда больше хочешь попасть в «Три метлы» или в «Сладкое королевство»? — Предвкушающее спросила Парвати, когда мы в первый раз отправились в Хогсмид.

— В «Сладкое королевство» обязательно загляну, но уже перед возвращением, чтоб не таскать все с собой, а то еще лягушки растают. Еще хочу в «Фолианты и свитки» заглянуть, говорят, у них бывают книги, которых нет во «Флориш и Блоттс». И в «Зонко» наведаюсь, чтоб с ассортиментом ознакомиться, и потом случайно не взять у близнецов какую-нибудь гадость. А в «Три метлы» вообще не пойду.

— Ты что? — Возмутилась Лаванда. — Там же сегодня Поттер должен с Блэком встречаться.

— Вот поэтому и не пойду. Туда же весь Хогвартс сбежится посмотреть на историческую встречу года. Не удивлюсь, если некоторые уже родителям растрезвонили об этом событии, и туда еще и Рита Скиттер подтянется с толпой особо любопытных.

Это была не совсем правда. На самом деле меня смущал не ажиотаж вокруг Бывшего-узника-Азкабана и Мальчика-который-выжил, а тот факт, что я не знала, как вести себя с Блэком. Сделать вид, что мы не знакомы? А если поздоровается, как потом объяснять знакомство? Поздороваться первой, и оправдываться, почему не рассказала о встрече с Сириусом за теплицей? Нафиг-нафиг, лучше вообще не встречаться в таком шумном месте.

— Нет, я такое пропустить не могу. Ты как хочешь, а я обязательно пойду в «Три метлы», — кипятилась Лаванда. — Парвати, ты со мной?

— Конечно, с тобой. Мама сказала, что Блэк сейчас самый богатый холостяк в Британии, — привела веский аргумент Патил.

— Идите-идите, невесты, — подколола я юных охотниц за перспективными женихами. — Сливочного пива мне принесете на пробу. А я лучше в Визжащую хижину прогуляюсь, вдруг привидение там встречу.

— Тебе в Хогвартсе приведений мало? — Отшутилась Лаванда и потянула за руку Парвати в сторону «Трех метел».

Я же отправилась на экскурсию по Хогсмиду. Хотя, смотреть здесь было особо нечего. Возможно, улочки деревни выглядели бы живописно вечером в свете уличных огней или зимой в обрамлении сугробов и морозных узоров. Но октябрьская слякоть красоты не прибавляла. От мрачной унылости отвлекали только украшения для Хэллоуина, которые развесили некоторые владельцы лавок. Яркие тыквы выгодно разбавляли скучно-серый пейзаж.

По пути заглянула лишь в «Зонко», здесь был полный аншлаг. Студенты наперебой скупали весь ассортимент магазина приколов. Меня же не впечатлили ни навозные бомбы, ни кусачие кружки или икотные конфеты. Видимо, душой я слишком стара для подобных шуток.

Визжащая хижина одиноко возвышалась на холме. Вид был унылый. Даже в какой-то момент я подумала, туда не идти. Но решила закрыть этот гештальт и стала карабкаться на гору.

Сначала обошла хижину вокруг, она сильно напоминала заброшку. Почему-то вспомнились бомжи и Люпин. Я храбро затаила дыхание и толкнула дверь. Внутри было пыльно, по углам гирляндами свисала паутина. Обычное никому не нужное строение. Я поднялась наверх. Тут меня ждала неожиданность в лице Поттера и Блэка

— Здравствуйте, а что вы тут делаете? — Не смогла сдержать удивления я.

— Привет, — поздоровался Гарри. — Мы ту общаемся, надеялись, что никого здесь не встретим.

— Ну, да. Вас все в «Трех метлах ждут».

— Я специально Рону сказал, что встречаюсь с крестным именно там. Знал, что он всем растреплет. Кстати, познакомься, это мой крестный Сириус Блэк.

Сейчас бывший арестант выглядел намного лучше, чем при нашей предыдущей встрече. Все еще слишком худой, но уже не напоминающий полуживой скелет. Одетый с иголочки, с ухоженной кожей и модной прической он был практически красив.

— Очень приятно мистер Блэк, рада знакомству.

Бродяга понял, что я не желаю афишировать нашу предыдущую встречу. И видимо здесь наши желания совпали, поэтому он вежливо раскланялся и тоже охотно «познакомился» с Гермионой Грейнджер, однокурсницей его крестника.

— Ладно, не буду вам мешать. Пойду осматривать другие достопримечательности Хогсмида.

Парочка новых знакомых попросила не выдавать их убежище и тепло со мной попрощалась. Им действительно было о чем поговорить без лишних глаз.

Я же прикупив сладостей и пару книг по рунам отправилась обратно в школу. Хотя был соблазн все-таки зайти в «Три метлы», чтоб посмотреть, кто из любопытных явился в паб, глазеть на Поттера и Блэка.

— Ты представляешь, — возмущалась вечером Лаванда, — Уизли наврал. Даже Поттера не было в «Трех метлах», не то, что Блэка. А мы все так ждали, так ждали.

— Да, я знаю, встретила их случайно, пока гуляла по Хогсмиду.

— Ух, ты! И какой он? — Влезла несостоявшаяся невеста Сириуса. — Красивый?

— Худой, высокий, голубоглазый. Мужик, как мужик. Не урод точно.

На следующий день меня отловил Малфой, который передал записку от Люциуса. Лорд благодарил за пояса для Мунго. Уточнял, не хватит ли случайно материала еще хотя бы на один комплект. И параллельно невзначай отметил, что открыл на мое имя счет в Гринготтсе, куда и перевел оплату за первый заказ. Ключ прилагался. Правда, не маленький обычный, как был у Поттера, а в виде тонкого золотого колечка.

— Обычный ключ делают только для детских сейфов. Взрослые предпочитают использовать кольца или браслеты. Так носить с собой удобнее, украсть сложнее, а понять является ли то или иное украшение ключом, могут только сами гоблины. Тебе уже четырнадцать, значит уже можно отказаться от стандартной формы, — пояснил Драко.

Колечко я надела. На рождественских каникулах наведаюсь в банк и посмотрю, не обманули ли меня блондины, но это вряд ли. Им репутация не позволит. Блондина же я заверила, что как только будет информация по второму комплекту, сразу сообщу.

Не успела я налюбоваться своей «прелестью», как из-за поворота вырулил Поттер. Он очень мне обрадовался и с заговорщическим видом утянул меня в пустой класс. Тот самый, в котором мы только что секретничали с Малфоем. Гарри хитро подмигнул и достал что-то непонятное, завернутое в старую мантию.

— Это клык василиска. Самый лучший, как и обещал, — протянул мне сверток Поттер, только сейчас я заметила, что на нем надеты перчатки из драконьей кожи.

— Клади сам в сумку, не хочу голыми руками его трогать, — напряженно сказала я.

— Я с Сириусом договорился, — похвастался Гарри, — он мне помогает скелет продавать, а то близнецы себе тридцать процентов от выручки запросили за услуги посредников.

— Ты, что им признался, что монстра Слизерина на сувениры распродаешь? — Удивилась я опрометчивости героя.

— Нет, конечно, предложил свои старые очки продать, какому-нибудь моему фанату.

— Так это у них сестра главным клиентом будет и ее друг с колдокамерой.

Мы вместе посмеялись с идеи пустить еще и Поттера на сувениры, но он сказал, что не такой уж он и меркантильный. К тому же Бродяга разработал целый план с постепенной продажей раритетного змея и обещал Поттеру вполне приличную прибыль.

— Даже на ремонт дома в Годриковой лощине должно хватить, — не удержался от признания герой.

Все-таки ему сильно не хватало места, которое он бы мог считать домом, исключительно своим. И я его полностью понимала, клык василиска я собиралась хранить как раз в своем логове в Озерном крае, тем более, что я наконец-то нашла заклинание «Фиделиус». Оно было очень затратным, и непонятно, как его тренировать, но я была готова наизнанку вывернуться, чтоб наложить его самостоятельно. Да, у меня и выбора-то особого нет. Если откинуть всю команду Дамблдора и меченое братство Волдеморта, то попросить я могла только кого-нибудь из своих одноклассников. А им всем я не настолько сильно доверяю.

Добытый клык я временно перенесла в Тайную комнату, в ту версию где хранились остатки пряжи из шерсти маленьких единорожков. Держать столь опасный предмет в своем сундуке я побоялась. Честно говоря, я и сама не знала, зачем выпросила этот раритет у Поттера.

С одной стороны был соблазн напроситься в гости к Блэку или устроить обыск в комнате-где-все-спрятано и ткнуть зубом василиска пару крестражей. А с другой, я чувствовала, что все глубже увязаю в каноне, и мне это не нравилось. Вон уже Гарри считает меня чуть ли не другом, а дальше что? Чем дольше мы будем общаться, тем сложнее мне будет всех их бросить и уйти после пятого курса. А участвовать в его подвигах мне все так же не хотелось.

— Это же ты, признайся, это сделала ты? — Практически кричал на меня Долгопупс перед уроком трансфигурации. — Я же просил тебя, но мне ты отказала, а слизню сделала!

— Невилл, я не понимаю о чем ты, — удивленно глянула я на всегда нерешительного одноклассника.

— Вот посмотри! И только попробуй сказать, что это не ты! —Долгопупс ткнул пальцем в интервью Скиттер со Сметвиком, которое напечатали в «Пророке».

Я свежую газету еще не читала, потому что за завтраком дописывала эссе по зельям. Сейчас же с первой страницы на меня смотрела колдография Люциуса Малфоя, передающего мои пояса главному колдомедику Мунго. Ниже шла статья авторства Риты, но написанная от имени Гиппократа. Даже без обычного ее яда.

«В ходе работы персонал Мунго регулярно сталкивается с проклятиями, наложенными на беременных ведьм. До этого момента колдомедики могли помочь лишь в единичных случаях. Часто приходилось спасать только кого-то одного, выбирая, кому жить, а кому умирать. Но благодаря этому набору артефактов персонал лечебницы наконец-то сможет сохранять жизни и матери, и ребенка».

В какой-то момент я испугалась, что блондины меня все-таки выдали. Но в статье не было ни слова о мастере, создавшем пояса. Дальше шло описание действия артефактов на примере Малфоев и благодарности Сметвика попечителям Мунго.

— Невилл, а с чего ты взял, что эти пояса сделала Гермиона? — Спросила Лаванда, читавшая статью через мое плечо.

— Потому что мне она сплела такой же браслет, — он задрал рукав и показал плетенное украшение. — Этот артефакт помогает мне учиться. И я нашел всю информацию про него, это руны, хоть и необычные. Теперь посмотри в «Пророке», там же практически такие же руны.

— Долгопупс, — не выдержала я, — ты, правда, уверен в том что все маги абсолютно тупые?

— Это еще почему? — Злобно уставился на меня Невилл. Сейчас в его взгляде было столько ненависти. Этот бы точно запер меня в подвале и не выпустил, пока не решу его проблему.

— Ну, по твоей логике все магическое сообщество — это сборище умственно отсталых глупцов. И только я, будучи третьекурсницей эти руны нашла и смогла использовать. Кстати, ты и сам их тоже нашел и даже что-то там смог понять. Видимо мы с тобой два гения, так?

Сзади раздались одиночные смешки от невольных слушателей нашего диалога.

— Долгопупс, за такое оскорбление можно и вызов на дуэль схлопотать, — растягивая слова протянул, подошедший сзади Малфой.

— Я такого не говорил, — сдал назад гриффиндорец.

— Тогда прекрати меня в чем-то обвинять, и подумай о том, что в этом мире может быть множество мастеров, работающих именно с этим рунным алфавитом.

— Но там же тоже кружево! И только ты маглокровка!

— Кружево, что только Гермиона плести умеет? — Спросила Лаванда. — Я, между прочем, на каникулах тоже уроки фриволите брала. А в следующем году хочу попробовать кружево шантильи. Оно сложнее, но нежнее и реснички по периметру красивые можно сделать.

— А мой статус крови здесь причем? — Сменила я тему.

— Что здесь происходит? — Прервала наш разговор Макгонагалл. — Урок начался три минуты назад, всем зайти в класс и прекратить этот балаган.

Мы заняли свои парты и начали слушать новую тему. Вот только Долгопупс продолжал обиженно поглядывать на меня и почему-то испуганно на слизней. С другой стороны мою спину прожигали взгляды Нотта и Малфоя, которые упорно о чем-то шептались, игнорируя замечания Маккошки. В конце концов она не выдержала и сняла по пять баллов с обоих слизеринцев. Только после этого они утихли и стали слушать урок.

Я ожидала продолжения представления после трансфигурации. Но Невилл чуть ли не бегом покинул класс. Его проводили подозрительно задумчивые взгляды серебристо-зеленых, после чего они опять начали шушукаться. Кажется опять происходит то, чего я не понимала.

— Гермиона, пошли быстрее, а то на чары опоздаем, — поторопила меня Парвати, затолкав в сумку учебник и пергамент, я поспешила за индианкой.

На чарах Лонгботтом забился в самый угол класса. Меня этот вариант полностью устраивал. Продолжать скандал не хотелось, но и оставлять все как есть, делая вид, что ничего не случилось, тоже неправильно. Лаванда уже шепотом у меня интересовалась, а точно ли не я автор артефактов для Мунго. Я ее послала к Невиллу теории заговора составлять. Но всех же не пошлешь. Значит надо чем-то отвлекать внимание.

— Профессор Флитвик, в библиотеке я читала про заклинание «Фиделиус» и не до конца поняла, как определить, что чары удались и оно наложено успешно? — Спросила я полугоблина после урока, решив, что это сможет хотя бы временно отвлечь интерес от меня, рун и фриволите.

Услышав вопрос Парвати и Невилл решили задержаться и тоже послушать ответ Филиуса, а следом за ними притормозили практически все слизеринцы. А вот Гарри заклинание сокрытия почему-то не заинтересовало. Для меня это было странно, а вдруг дом его родителей вообще никак не был защищен. Могли же чары неправильно сработать, или Петтигрю их вообще специально не наложил.

— Мисс Грейнджер, это заклинание слишком сложное для третьего курса, его рекомендуют изучать не раньше пятого.

— Я пока только читаю об этом заклинании, из любопытства, сэр.

— Самый простой способ, это спросить адрес своего дома у друзей. Если они его не помнят, и вообще не могут вспомнить, как к вам добраться, значит у вас все получилось.

— А, если факт наложения «Фиделиуса» не хочется афишировать? — Задал вопрос Теодор, опередив меня на мгновение.

— При правильно наложенных чарах, мистер Нотт, хранитель видит защиту.

— Мыльный пузырь, как у «Протего», сэр? — Уточнил Долгопупс.

— Не совсем. Заклинание сокрытия практически незаметно. Но на закате хранитель может увидеть легкие искорки, которые стоят куполом над домом. С непривычки их заметить сложно. Лучше видно, когда кто-то пересекает незримую границу, в этот миг его силуэт на доли секунды приобретает искрящийся контур. Это работает не только с людьми, но и с животными и даже насекомыми.

— Понял Тео, будешь сидеть и смотреть, как сияют мухи, залетающие в зону действия «Фиделиуса», — шутка Крэбба была глупой, но слизеринцы засмеялись.

— Профессор, а вы можете показать нам, как это работает? — Неожиданно спросил Малфой.

Все зашумели, выражая свою солидарность с Драко. Флитвик отбивался, как мог, но его все-таки уговорили общими силами. Потом долго выбирали, что будем прятать, не Хогвартс же от первокурсников скрывать. В итоге решили накладывать «Фиделиус» на дом Хагрида, потому что всем было лень идти до Визжащей хижины. И делегация третьекурсников под предводительством полугоблина отправилась в школьный двор.

Лесника долго уговаривать не пришлось. Полувеликан как раз собирался уходить на обход территории, так что доверил свой дом Филиусу.

Третьекурсники обступили профессора, пытаясь получше рассмотреть правильные движения палочкой. Несколько секунд и хижина Хагрида буквально растворилась в воздухе. Вместе с домом исчезли и тыквенные грядки, которые также попали под действие заклинания. Парвати ахнула от неожиданности, слизеринцы ощупывали воздух перед собой, не находя стены, которые только что были прямо перед нами.

— И куда он делся, сэр? — Восхищенно спросил Невилл, пытаясь нащупать дверь в дом лесника.

— Не пытайтесь его найти, мистер Долгопупс, заклятие «Фиделиуса» прячет объект в складку пространства. Нет смысла скрывать дом, если его можно просто нащупать, — усмехаясь ответил Флитвик.

— Что здесь происходит? — Раздался из-за спин строгий голос не вовремя вышедшего из Запретного леса Снейпа.

— О, Северус, — принял на себя удар полугоблин, выходя из-за скрывающей его спины Невилла. — Я показываю студентам чары сокрытия.

— Третьекурсникам? — Скептически спросил зельевар.

— Исключительно в ознакомительных целях, — практически пропел Флитвик и двумя взмахами палочки вернул дом из ниоткуда.

Меня слегка оттолкнула, появившаяся из складки стена. Теодор на момент появления дома был в самом его центре, и от толчка не смог удержаться на ногах, упав под ноги собственному декану.

Было видно, что Снейп в бешенстве. Но устроить скандал он не мог, ведь с нами был полугоблин. Плюс, на несанкционированном уроке присутствовало гораздо больше слизеринцев, чем гриффиндорцев. Не придумав ответа Северус удалился, напоследок он кивнул Филиусу и прожег недовольным взглядом своих змей. Что ж, про статью в «Пророке» и выодку Невилла все точно забыли, хотя бы на время.

— О чем вы задумались, мисс Грейнджер, — задал вопрос Флитвик на обратном пути к замку.

— Профессор, мы наложили «Фиделиус» на хижину Хагрида без его присутствия. Получается так можно скрыть любой дом, а хозяин жилища даже знать не будет кто это сделал. И как тогда пострадавшему вернуть свое имущество?

— Не скажите, мисс Грейнджер. Я ведь предварительно спросил у Рубеуса разрешения. Без его ведома или без согласия, чары сокрытия бы просто не сработали.

До самого Рождества я упорно работала. В этом году Хогвартс засыпало снегом задолго до каникул, поэтому мне пришлось переехать из-за теплиц в Выручай-комнату. Именно там я петля за петлей плела свое кружево. Руна за руной вырисовывался очередной пояс.

Сейчас я понимала насколько мне повезло, сложить правильную цепочку. Изучив только азы рунологии, я уже видела, где именно могла ошибиться. Даже не так. Я должна была там сделать ошибку. Девяносто процентов новичков ошибалось в одних и тех же местах. Мне просто повезло. Мне и Малфоям. Сейчас мне было страшно от того, что я могла натворить. Тогда же — просто не осознавала возможных последствий. Может именно это меня и спасло.

Незадолго до Рождества нам снова разрешили посетить Хогсмид. Покрытая снегом, деревушка выглядела более живописно. Яркие огоньки гирлянд и венки из хвои добавляли праздничной атмосферы. Я купила подарки родителям и соседкам по комнате. Также приобрела несколько приличных наборов конфет и открыток про запас, вдруг кто-то неожиданно решит меня поздравить, как Малфои в прошлом году. Так хоть будет, чем отдариться.

— Гермиона, ты идешь пить сливочное пиво? — Позвала меня Лаванда.

— Конечно, хочется уже немного погреться.

Девчонки приносили мне сливочное пиво из прошлого похода в Хогсмид. Оно мне даже понравилось. Вкус чем-то напоминал Бейлиз, только газированный и не такой насыщенный.

— Ой, а кто это рядом с Гарри? — Удивленно спросила Парвати, когда мы уже сделали заказ и чудом нашли свободный столик.

Я оглянулась, Поттер сидел за угловым столиком, прикрытым от лишних взглядов пушистой рождественской елью. Рядом с ним сидел крестный и раздувавшийся от гордости Рональд Уизли, был там и кто-то еще, кого скрывала густая хвоя.

— Это мистер Блэк собственной персоной, — ответила я индианке. В этот момент Сириус обернулся, почувствовав наши взгляды и, узнав меня, приветственно кивнул. Я в ответ помахала рукой.

— Гермиона, признаюсь, я тебе не поверила, когда ты говорила, что успела познакомиться с Блэком во время прошлой прогулки в Хогсмид, — заявила Лаванда, заметив наши с ним жесты.

— Жалко, что с ними Рон, а то б можно было подсесть и самим пообщаться с этим таинственным джентльменом, — Парвати тоскливо посмотрела на Бродягу, а потом перевела обиженный взгляд на Уизли, которого сильно недолюбливала.

— Ничего. В следующий раз вас познакомлю, если тебе он так сильно приглянулся.

— Конечно. Гермиона, ты только глянь, какие яркие у него глаза. Горят, как два сапфира. А как подумаю, сколько денег у него на счету, так он мне сразу кажется моложе лет на десять.

— Парвати, а по вашим традициям, ты разве не должна выходить замуж за индуса.

— Должна, но учитывая уровень богатства Блэка, папа простит ему этот недостаток. Да, и где я тут в Англии смогу найти себе достойного индуса? А тут же еще и Падме надо жениха искать.

Мы с Лавандой согласно покивали, проникнувшись проблемой индианки. Затем подумав, заказали по еще одной бутылочке сливочного пива. А я еще решила, что надо взять с собой такой вкуснятины. Родителей на Рождество угощу. Не знаю, как папа, а мама точно оценит.

Этот учебный год сильно отличался от предыдущих. В первый раз Поттер не вписал свое имя в список, остающихся в замке на зимние каникулы. Он ехал к крестному на Гриммо. По слухам, Сириус смог вернуть опеку над Мальчиком-который-выжил. Правда, не без скандала. Гарри жаловался Рону, что Блэка вызвал к себе Дамблдор и два часа полоскал ему мозги на предмет того, что герой обязан жить с магловской теткой, ибо там на доме кровная защита матери.

У директора даже почти получилось промыть мозги Сириусу и убедить его отказаться от опеки. Но в разгар разглагольствования о коварстве темных сил, почти возродившегося Волдеморта и сбежавшего Петтигрю, Альбус заикнулся о возрождении «Ордена феникса».

— Мальчик мой, ты же понимаешь, что необходимо продолжить борьбу с набирающим силы злом, — обратился Дамблдор к Блэку, подливая ему в чашку чай. — Я надеюсь, что ты разрешишь «Ордену» собираться на Гриммо. Все-таки у нас нет более защищенного места для штаб-квартиры. Не в Хогвартсе же встречи устраивать.

— Альбус, я правильно понимаю, для проживания Гарри мой дом «совсем незащищен», а для штаба «Ордена феникса» — это идеальное место в плане защиты? — Уцепился за промах директора бывший узник.

Дамблдор попытался юлить, вещать о «всеобщем благе», но второй раз сбить с мысли Блэка ему не удалось. Он не отказался от опеки и настоял на переезде Поттера на Гриммо. Старик даже попытался подключить Люпина, который то запугивал Гарри, то ныл Сириусу о том, что нужно слушать директора. Не помогло. Старой гвардии пришлось отступить, чтобы окончательно не испортить отношения с бывшим другом и соратником.

* * *

На каникулы я уезжала очень охотно. Этот семестр меня утомил, хотелось побыстрее оказаться в своей личной комнате в одиночестве, без соседок. Отдохнуть от вечного гомона толпы студентов и немного поразмышлять в тишине. Еще я собиралась посетить свой дом в Озерном крае и все-таки попробовать наложить «Фиделиус». Да и клык василиска спрятать не помешает.

— Привет, Грейнджер. Отец просил уточнить, что там с остальными артефактами? — Украдкой перехватил меня Малфой возле туалета Хогвартс-экспресса.

— Второй комплект, практически готов, с ним проблем не будет. А вот на третий точно материала не хватит, но я об этом предупреждала. Смогу ли найти все нужное, будет понятно не раньше мая, — я развела руками, показывая, что здесь я бессильна, Драко в ответ кивнул и поспешил уйти, пока нас никто не заметил.

На самом деле второй комплект артефактов я доплела недели две назад. И в последние дни я выплетала обычные серьги и браслеты на подарки к Рождеству. Но говорить об этом Малфоям я не торопилась. Сначала проверю свой счет в Гринготтс, а потом уже решу, когда отдавать пояса и стоит ли вообще их отдавать. Конечно, вряд ли блондины будут дурить меня в вопросе оплаты, но убедиться лично не помешает.

А вот по поводу того, что шерсть единорожков у меня заканчивается, я не соврала. Материала действительно осталось мало. Сплести пару-тройку браслетов или серег еще смогу, а вот на комплект поясов точно не хватит. И это было проблемой. Хоть последний месяц я и занималась фриволите в Выручай-комнате я все равно регулярно ходила за теплицы, искала следы единорогов, оставляла им угощения — но все было бесполезно. Мою прикормку ели только зайцы и белки.

— Можно я с вами поеду? — С таким вопросом на пороге нашего купе появился Поттер вместе со своим сундуком и клеткой с совой.

— Конечно, но ты же вроде с Невиллом и Роном ехал? — Пригласила его Лаванда, двигаясь ближе к Парвати, чтоб освободить место герою. — Кстати, а чего вы с Уизли с этой девчонкой не общаетесь, которая с вами всегда третьей была, Линдси вроде?

— Рональд с ней еще в конце прошлого года поссорился. На фоне размолвки она практически перестала общаться с нами обоими, а потом еще начала встречаться с каким-то пятикурсником. Ну, и как-то так. — ответил Гарри сначала на второй вопрос блондинки. — А Рон — он меня достал! Уже второй час убеждает отказаться от поездки к крестному и прямо сейчас требует отправить Буклю Дамблдору, чтобы директор забрал меня с перрона обратно в школу.

— Чего это он? — Удилась Парвати. — Разве не Уизли вчера за завтраком радовался, что наконец-то сможет показать тебе рождественские украшения на Косой аллее. А еще просил тебя угостить его снежным тортом с кокосовой стружкой, который у Фортескью подают только во время зимних каникул.

— Ага, а за ужином Рон получил письмо от матери. Не знаю, что ему написала миссис Уизли, но он половину ночи убеждал меня в том, что мне нельзя на Гриммо, потому что меня там будут ждать Пожиратели смерти, чуть ли во главе с самим Волдемортом. А сейчас в Хогвартс-экспрессе, чуть ли не ультиматум предъявил, что я обязан в школу вернуться. — Возмущался герой.

— Мы тебя поняли, — за всех сказала я. — Близнецы говорили, что их мать очень эмоциональна и впечатлительна. Видимо это младшему сыну передалось. Он успокоится и помиритесь, а сейчас давай лучше чай пить, мы с собой от кухонных эльфов целую корзину пирожков прихватили. Надо успеть их съесть до приезда в Лондон.

Не успели мы убрать все после чаепития, как дверь купе отворилась и в щель заглянул Малфой.

— О, Поттер, тебя там по всему Хогвартс-экспрессу близнецы Уизли ищут, а ты тут у девчонок прячешься, — радостно известил блондин, протискиваясь внутрь и закрывая за собой двери.

— Он не прячется, а чай с нами пьет, — поправила Драко Парвати. — И вообще, зачем Фреду и Джорджу Гарри?

— Тебе повезло Поттер, что Дамблдора я терпеть не могу больше, чем тебя, так что слушай. Близнецы на весь коридор орали на младшенького братца, за то, что он не смог тебя уговорить вернуться в школу. А сейчас они ищут тебя, чтоб приложить «Конфундусом» и заставить написать Блэку письмо, что ты не приедешь. Ну, и все-таки как-то вернуть тебя в Хогвартс. — Самодовольно заявил Малфой.

— Бред какой-то, — не поверила Лаванда, но тут послышался шум в начале вагона, в котором четко можно было разобрать голос Фреда и произнесенное «Поттер».

— Драко, можешь задержать их на пару минут? — Взяла я ситуацию в свои руки.

— Я? — Возмущенно уставился на меня блондин.

— Конфеты на Рождество подарю, — предложила взятку я.

— Магловские, большую коробку. Даже две. — Подтвердил сделку Малфой и выскочил из купе.

— Гарри, быстро прячься под ТУ мантию. Парвати, Лаванда, задвиньте его сундук под стол, — принялась командовать я, накрывая клетку с Буклей корзиной из-под пирожков и задвигая получившуюся конструкцию себе за спину.

За дверью разгорался скандал Малфоя с близнецами. Склока продлилась недолго, но нам времени хватило. Когда в проеме появились две рыжие шевелюры, мы с девочками демонстративно читали «Ведьмополитен». Лаванда и Парвати сидели, тесно прижавшись друг к другу, чтобы полами мантий скрыть сундук Гарри. Я же наоборот развалилась на все сиденье, закрывая собой и распущенными волосами клетку с Буклей.

— Поттера не видели? — Спросил Фред, оглядывая купе. Получив в ответ отрицательные покачивания головой, близнецы удалились.

До Лондона оставалось часа два пути. И мы единогласно решили, что Гарри не стоит выбираться из-под мантии до самого прибытия. Буклю отправили к Сириусу с письмом, в котором описали происходящее и попросили не опаздывать на перрон 9 ¾.

— Поттер, а откуда у тебя мантия-неведимка? — Шепотом спросила любопытная Лаванда.

— Подарили. Мне больше интересно, откуда Гермиона знала о том, что она у меня есть?

Девчонки с любопытством уставились на меня. Гарри было не видно, но я была уверена, что его выражение лица ничем не отличается от взглядов Браун и Патил.

— Гарри доставай свою мантию, там Филч впереди, — перекривляла я манеру разговора младшего Уизли, а потом пояснила, — когда вы бродите по коридорам, вас невидно, но слышно. Топот, сопение, шелест одежды. Еще и Рон твой вечно шепчет так, что его в другом конце коридора можно расслышать. Уверена, что не только я в курсе ваших похождений.

Из ниоткуда раздалось возмущенное сопение, подтвердившее мои слова. Девочки, расслышав этот звук, рассмеялись.

— Я раньше думала, что это привидения шумят, — сквозь смех сказала Парвати.

Решение, оставить Поттера под мантией оказалось правильным. Близнецы еще дважды заглядывали к нам в купе, на этот раз поодиночке. Видимо разделились, чтобы увеличить территорию поисков. Рон тоже заходил, а еще Гарри почему-то искал Невилл.

— Гермиона, я должен тебе и Малфою, — признал невидимый Поттер, — если бы не его предупреждение и не твоя сообразительность, меня бы уже поймали.

— Кстати, как тебе удалось подкупить слизеринского принца конфетами? — Не могла пройти мимо такой сплетни Лаванда.

— Случайно узнала, что Драко любит магловские сладости. А отец понятное дело ему их не покупает.

Да, после того памятного Рождества, когда мы впервые обменялись подарками с семейством Малфоев, блондин узнавал у меня расценки на не магические угощения. И даже летом пару раз сову присылал, с деньгами и просьбой, купить ему конфет. Даже несколько любимых названий запомнил.

— А давайте все ему на Рождество магловских конфет купим, — предложила Лаванда. — Только меня в магазин маглов не пустят.

Я представила себе лицо Драко, которого одарит половина Гриффиндора и поддержала эту идею. Гарри собрался выбирать сладости сам, только уточнил предпочтения Малфоя. Для девчонок конфеты должна была купить я и переслать заказ Лаванде и Парвати своей совой. Денег мои соседки дали с запасом, им и самим хотелось попробовать, что ж там маглы делают такое вкусное, что аж слизеринца пробрало.

Впереди показался перрон 9 ¾. По нашей задумке, первой выходила я, чтобы позвать Блэка. Браун и Патил, оставались сторожить Поттера, разложив для виду журналы на всех свободных поверхностях. Это бы объяснило любопытным, почему они так задержались в купе.

Бродягу я заметила сразу, вокруг него был круг отчуждения, потому что Блэк был взбешен. От него буквально исходили волны ярости и тьмы. Интересно, кто решил, что он светлый волшебник? С его силищей, при определенных обстоятельствах, из него бы и новый темный лорд получиться мог.

— Добрый день, мистер Блэк. Гарри в третьем вагоне, четвертое купе, прячется под мантией своего отца. С ним девочки сидят, его охраняют, — шепотом протараторила я, «случайно» уронив сумку под ноги Сириусу.

— Добрый день, мисс Грейнджер, спасибо за помощь, — прошептал он в ответ, помогая мне поднять, рассыпавшиеся перья.

Дальше я пошла к выходу на магловский вокзал, стараясь не привлекать к себе внимание. Блэк же выждав несколько секунд, стал прорываться к третьему вагону.

На следующее утро я совершила налет на конфетный магазин. Иначе это назвать нельзя. Потому что я все коробки конфет покупала в шестикратном размере. Себе, девчонкам и на подарок для Малфоя от каждой из нас. Продавец с интересом наблюдал, как я уношу от него два больших пакета сладостей. Моей Минни пришлось делать четыре отдельные ходки, потому что за раз она бы все посылки не утащила. В итоге сова освободилась только поздно вечером, устало приземлившись на жердочку.

— Ешь, ты сегодня хорошо поработала, — сказала я птице, угощая ее печеньем.

Утром пришло письмо от Гарри, явно написанное под диктовку Блэка. Поттер витиевато благодарил за помощь шаблонными фразами. Писал, что сильно обязан за спасение и надеется когда-нибудь в будущем оказать мне подобную услугу. Ниже шел своеобразный постскриптум от самого Сириуса. Он просил ни во что не вмешиваться и делать вид, что мы вообще ничего не знаем о случившемся.

Официально никаких доказательств нет. Есть только слова Драко, подслушавшего скандал в семействе Уизли, но рыжие на поводке у Дамблдора и будут все отрицать. А брать у несовершеннолетних воспоминания, легилиментить их или поить сывороткой правды — запрещено. Да и повода для этого как бы нет, Поттер у крестного все так, как и должно быть.

Ну, искали его все Уизли по очереди, так он же дружит с Роном, значит у рыжих есть повод переживать за пропавшего приятеля. Ну, пытались самого Бродягу перед выходом задержать сначала Молли, а потом и Люпин. Так они просто поболтать хотели, мало ли, что «срочный» повод нашелся именно в тот момент, когда крестника пытались похитить.

Директор не причем и состава преступления как бы нет. Поэтому сидим тихо и делаем вид, что ничего не заметили. Тем более, что никто не знает, кто именно помог Гарри спрятаться и без происшествий добраться до Блэка.

— Минни, как же все это мерзко, — пожаловалась я сове, дочитав постскриптум, птица в ответ согласно у-ухнула и с хрустом разгрызла печенье.

К вечеру пришли письма от Лаванды и Парвати, они благодарили за сладости, но тут их мнения разделились. Блондинка была в восторге от магловских конфет, особенно ей понравились батончики Кетберри, а вот индианку немагические вкусняшки не впечатлили. Также Браун написала, что Блэк аппарировал с Гарри прямо из купе, поэтому никто так и не узнал, куда делся Поттер.

* * *

— Добрый день, я бы желала посетить свой сейф, — продемонстрировала я кольцо работнику банка.

Дежурный гоблин перегнулся через стойку и долго рассматривал мое украшение. В какой-то момент мне показалось, что Драко надо мной подшутил и сейчас мне скажут, что кольцо не является ключом.

— Гапхар, проводите мисс Грейнджер к ее сейфу, — выдал указание дежурный молодому гоблину, проходящему мимо.

Меня пригласили в зал с тележками. Выбрав одну, по понятным лишь ему критериям, сотрудник банка жестом пригласил меня садиться. Помня, что в каноне Хагрид побежал запивать поездку огневиски, я ожидала худшего. Но все оказалось не так уж и плохо, особенно после «Ночного рыцаря». На фоне бешенного автобуса, тележки — это почти американские горки. В какой-то момент мне даже понравилось.

— Прошу, мисс Грейнджер, сейф 2048, приложите руку с кольцом к двери, — пригласил меня гоблин, указывая на отпечаток ладони, органично вписанный в узор двери.

— Спасибо, мистер Гапхар. Простите, не знаю, как к вам правильно обращаться. — Только сейчас я сообразила, что своего имени я в банке не называла, но гоблины его откуда-то знали. Я еще раз внимательно осмотрела кольцо, но на нем своей фамилии не нашла. Магия-с.

— Обращение «мистер Гапхар» — приемлемо, мисс Грейнджер, — заверил он меня.

Почему-то мне показалось, что гоблина я развеселила. Но заострять внимание на этом я не стала и приложила руку к двери. Поверхность металла была немного шершавой и холодной. При соприкосновении кольца с шероховатым покрытием пробежала маленькая искорка. Внутри что-то заскрежетало и створка пришла в движение, открывая проход.

— Десять тысяч галеонов, помещены в сейф Люциусом Малфоем, — бесстрастно объявил сотрудник банка.

Пятьдесят тысяч фунтов, мысленно перевела я. Что ж, мне уже хватает на обучение в Ильвермони. Думаю, с деньгами мне будет проще заручиться согласием родителей.

— Спасибо за информацию, мистер Гапхар, — сказала я, разглядывая ровные стопки золотых монет. — Вскоре лорд Малфой удвоит эту сумму. А пока я бы хотела снять полторы тысячи галеонов. И, если можно, тысячу двести из этого количества, обменяйте сразу на фунты.

— Как пожелаете, мисс Грейнджер, — после моих слов об удвоении капитала, в интонациях гоблина появился легкий интерес, но от вопросов он удержался.

Щелчком пальцев, гоблин удалил из моего сейфа несколько стопок галеонов, заверив меня в том, что на выходе из банка я получу заказанное. Я попыталась разузнать, предоставляют ли они услуги чековой книжки или же сквозного кошелька, в котором деньги появляются напрямую из сейфа. Теперь уж мои слова точно развеселили Гапхара.

— Естественно, нет, мисс Грейнджер. Маги слишком хорошо умеют пытать друг друга. Одно «Империо» или пара «Круциатусов» и любой мошенник получит доступ ко всему содержимому сейфа, — пояснил свой смех гоблин. — Мы несем ответственность за ваши деньги, поэтому снять вы из можете только после личного посещения сейфа. Вам не выдадут ни кната пока вы не приложите ключ к двери, перед этим проехав под водопадом, снимающим все заклятия и действия зелий.

— Спасибо, мистер Гапхар, я поняла, что сказала глупость. Но у маглов такая услуга присутствует, чековые книжки — это удобно.

В ответ гоблин пренебрежительно фыркнул, показывая свое отношение к маглам и их системе безопасности.

Обратный путь ничем не отличался от дороги к сейфам. В холле меня встретил дежурный и деловито вручил пачку банкнот и увесистый кошель. Я поблагодарила его и распрощавшись направилась к выходу.

На Косой аллее приобрела три дополнительные книги по рунам. Продавец из «Флориш и Блоттс» меня узнал. И даже слегка насмешливо поинтересовался, пригодились мне «Руны Русичей». Когда же я заверила его, что куплю у них все, что есть по этой теме, он немного изменился в лице и принес тонкую брошюру «История славянских рун». Я с удовольствием взяла и ее.

Решив не затягивать с заказом Малфоев, я отправила Люциусу общественную сову прямо с почты на Косой аллее.

«Добрый день, лорд Малфой.

Второй комплект готов. Как вам будет удобно его получить?

Г. Г.»

Завтра Рождество, так почему бы не порадовать семейство блондинов? Потом я купила большой торт из мороженого у Фортескью и отправилась домой. Гулять дальше с большой суммой денег в сумке не хотелось.

После обеда прилетел ответный филин от Малфоя. В письме был портключ и записка, в которой лорд сильно просил доставить ему артефакты «вот-прям-сейчас». На Рождество он их пообещал что ли кому-то? Но привередничать я не стала, накинула сверху домашней одежды зеленую мантию, причесалась, надела свои защитные артефакты из фриволите и прихватив коробку с поясами взялась за портключ из старинного веера. Малфои-с, понты — наше все.

В гостиной меня встречала уже знакомая эльфийка Долли. Она сопроводила меня в кабинет Люциуса.

— Спасибо, что смогли доставить заказ именно сегодня, мисс Грейнджер. Вы не представляете, как сильно меня выручили, — сказал лорд, после взаимного приветствия.

Я заверила блондина, что вечер у меня был абсолютно свободен и его письмо не доставило мне неудобств. Глава семейства не терял времени и, слушая мои заверения, прятал пояса в сейф.

Кстати, недоверие — это наша общая черта характера. Люциус перед тем, как убрать артефакты их чуть ли не обнюхал. Внимательно рассмотрел каждый узелок и сверил узор со схемой на столе. Вот же ж гад! Уже зарисовал себе мое творение. Уверена, что в недрах малфоевской библиотеки уже появилось полное описание всех завитков в комплекте с лабораторным журналом испытаний и развернутой инструкцией по применению.

— Вы же останетесь на ужин, мисс Грейнджер? — Уточнил Малфой тоном, который не предполагал отказа, что ж придется терпеть очередную пытку этикетом.

Провожая меня в столовую лорд уточнил, желаю я получить оплату за второй комплект артефактов сейчас или деньги стоит поместить в банк. Я выбрала второй вариант, не таскаться же с мешком галеонов по улицам.

— Драко, рассказал о вашем приключении в Хогвартс-экспрессе, мисс Грейнджер. Мы даже задержались на платформе 9 ¾, но Поттера так и не увидели. Зато вчера заметили его в компании кузена на Косой аллее, — поведала Нарцисса, когда мы закончили с приветствиями и все заняли свои места за столом.

Что ж, теперь понятно, зачем я им понадобилась за ужином. Блондинистое семейство жаждет подробностей, а я самый доступный источник информации.

— Да, мисс Малфой, ваш сын смог нас напугать в поезде. Не знаю, насколько данные были верны, но мы решили перестраховаться. Поэтому мистер Блэк лично аппарировал Гарри из купе, в котором он ехал, — выдала я сжатый минимум информации, Драко в ответ обиженно засопел, но комментировать не стал.

— Лорд Блэк, — поправила меня блондинка. — Сириус вчера принял наследство и стал главой рода. Как бы он не бегал от своих обязанностей, они его все равно настигли, — с сарказмом закончила хозяйка дома.

— Он не хотел становиться главой рода? Разве быть лордом — это плохо? — Удивилась я, подумав, что свое решение Бродяга изменил из-за Гарри.

— Нет, конечно, — рассмеялась леди. — Просто глава семейства обязан обеспечить род наследником, и для этого ему нужно жениться. А вот связывать себя узами брака мой кузен как раз-таки и не хотел.

— Как вам удалось спрятать Поттера? — Прервал нашу беседу глава семейства.

— Простите, лорд Малфой, но я не буду отвечать на этот вопрос. Это — тайна Гарри и только он может раскрыть свой секрет, — пресекла я дальнейшие вопросы, игнорируя недовольный взгляд блондина.

— Я так понимаю, что и о дальнейших планах моего кузена вы нам тоже ничего не расскажете? — Более мягко уточнила Нарцисса.

— Лорд Блэк со мной своими планами не делился, — подтвердила я сомнения блондинки. — Что касается меня и соседок по купе, мы собираемся делать вид, что ничего не знаем об этой ситуации. Поттера с нами не было, куда он делся мы не в курсе.

* * *

Рождество мы с родителями провели на окраине Шеффилда, где отец снял уютный домик возле леса. Помня о моих прошлогодних лыжных успехах, Грейнджеры в этом году выбрали тихий и спокойный отдых без ярких развлечений. Днем мы участвовали в деревенских гуляниях, катались с горки, гуляли по парку ледяных фигур, а вечером мило общались возле камина.

Утром начали прилетать совы с подарками. Моя Минни, тоже активно махала крыльями, разнося ответные дары. К прошлогоднему списку адресатов я добавила Поттера, которому сплела из остатков шерсти браслет, как у меня и Невилла. Может, ему будет легче, если начнет соображать получше. Инструкцию к артефакту я вложила в коробку конфет, но попросила Гарри лишний раз не светить мой презент.

Ответные поздравления от Поттера тоже были. Хотя здесь, наверное, правильнее сказать, что подарок был от Сириуса. Блэк разграбил свою библиотеку и прислал мне целую стопку книг по рунам. В постскриптуме к поздравительной открытке он просил не отказываться от презента, аргументируя это тем, что общался с Нарциссой, и приблизительно представляет стоимость браслета, доставшегося от меня Поттеру.

От Малфоев, кстати, тоже была книга, для разнообразия с чарами сокрытия, а не очередной учебник по рунам. Умный все-таки мужик Люциус. Хотя, может то мать семейства так точно предугадывает мои желания. Я их тоже подарками не обделила, в этот раз подготовив презенты и для двойняшек. Милые мягкие игрушки. Магловские, но очень качественные и полностью натуральные.

Драко же особо фантазией не отличился и к подарку опять приложил записку:

«Ну, ты и язва, Грейнджер! Это ведь из-за тебя меня грифы завалили магловскими конфетами. На меня отец уже косится!»

Д.

Домой мы вернулись за день до окончания каникул. Родители сразу же сбежал в клинику. А я, пользуясь моментом, перенеслась в Озерный край, оставив на столе записку «Ушла к подруге, буду поздно». Руки чесались от желания наложить «Фиделиус».

Первоначально я планировала скрыть еще и свое озерцо, и даже часть леса захватить. Но внимательно изучив заклинание, а точнее зависимость расхода силы от скрываемой площади, я отказалась от этой идеи. Мне хоть бы на дом силенок хватило. И это я еще методично запасалась укрепляющими и восстанавливающими зельями при каждом походе на Косую аллею.

Продираясь через сугробы, я расставила метки на будущей границе сокрытия. В попытке оттянуть время, повторила заклинание. Выставила перед собой бутылки с зельями и даже вынула пробки. Потом подумала и сразу опустошила два флакона из шести. И не давая себе времени передумать, речитативом прочитала катрен.

— Фиделиус макасима! —произнесла я последнюю фразу чар сокрытия.

С последним звуком, сорвавшимся с моих губ, я почувствовала неимоверное жжение в груди, после чего со стуком свалилась на пол, потеряв сознание.

В себя пришла уже на закате. Неимоверно слабая, с ломотой во всем покрытом испариной теле и с сильной головной болью. Собрав все силы кое-как встала на четвереньки и дотянулась до флаконов, стоявших на столе. «В следующий раз надо ставить их на пол», — промелькнула дурацкая мысль.

Минут через десять после приема восстанавливающего и укрепляющего стало чуть легче. Тошнота и головная боль отступили. И я смогла даже встать на ноги. Висящее на противоположной стене зеркало отразило какое-то всклоченное чучело с трупным цветом лица и засохшими потеками крови из обоих ноздрей. Провела рукой под носом, да, действительно спекшаяся корка над губой. Показываться в таком виде родителям нельзя. А они уже точно дома и, наверное, уже волнуются.

— Минни, отнеси письмо папе, — попросила я сову, накарябав записку, о том, что переночую у одноклассницы из Хогвартса. — Если родители попросят, принесешь мне ответ.

Сама же по стеночке направилась в ванную комнату. А впереди еще лестница на второй этаж. Но уж очень хотелось принять душ и смыть с себя пот и кровь.

Не так я себе представляла первую ночь в своем доме. Совсем не так.

После душа стало легче. Я даже нашла в себе силы съесть шоколадный батончик, завалявшийся в сумке. Потом, подумав, неспеша спустилась на первый этаж и пошла в кухню, готовить плотный ужин. Не знаю, получилось ли у меня наложить «Фиделиус», но выложилась я по полной. Надо восстанавливать силы. Хорошо хоть от Малфоев остался запас продуктов под стазисом.

Со старой английской печью пришлось повозиться, разжигая огонь. С меню не заморачивалась, разбив на сковороду сразу четыре яйца и поставив рядом чайник. В чашку щедро сыпанула сразу три ложки сахара, хотя всегда ограничивалась одной. Но сейчас мне нужны были калории, чтобы восстановиться. Последнюю порцию зелий оставила на утро, так же как и немытую посуду. Сейчас же дико хотелось спать.

— Сплю на новом месте, приснись жених невесте, — прошептала я фразу из прошлой жизни, неожиданно всплывшую в перегруженном мозге.

Проснулась я после обеда. Снилась мне какая-то туманная муть, в которой я искала Блэка, Поттера, Снейпа и Драко Малфоя. То ли мне светит многомужество, то ли мое ночное гадание не сработало. Ну и ладно. Зато самочувствие было практически замечательным, только очень сильно хотелось есть. Даже не есть, а жрать.

Мой поздний завтрак или это уже обед состоял из овсянки и целой горы бутербродов с крепким кофе. Минни встретила меня недовольно, потому что не смогла добудиться меня ночью и отдать ответное письмо. Родители были недовольны моим поведением и просили в следующий раз о своих ночевках предупреждать заранее. Но убивать меня за то, что заставила их поволноваться, вроде не собирались. Что ж осталось убедиться в том, что все это было не напрасно.

Я допила остывший кофе, запила его последними порциями «Восстанавливающего» и «Укрепляющего», оделась и отправилась на улицу. Искать те самые пресловутые искорки, о которых рассказывал Флитвик, когда зачаровывал хижину Хагрида.

За ночь на улице ничего не изменилось. Ярко светило солнце, отражаясь в белоснежных сугробах. Следы вокруг дома были только мои и пары недовольных ворон.

— Ну, и где этот купол из искр? — Недовольно задала я риторический вопрос, обходя дом по кругу, и до рези в глазах вглядываясь в воздух над черепичной крышей.

— У-ух, — ответила мне Минни, перелетев с моего плеча на перила террасы.

— Неужели, ничего не вышло? — Разочаровано спросила сову.

— Кар! —вместо Минни резко заорала ворона на ветке, разрывая зимнюю тишину.

Я резко обернулась на громкий крик и тут краем глаза заметила мелкие искры, появившиеся на долю секунды, сразу за порогом террасы. Показалось или это то, что я искала? Я принялась вертеть головой, пытаясь увидеть дом боковым зрением. Действительно, с определенного ракурса я видела искорки на предполагаемой границе «Фиделиуса». Они были довольно тусклыми и небольшими, но это точно были они.

— Минни! Я это сделала! —я радостно закружилась, не сдержав эмоций, чем спугнула «свою» ворону.

В дом Грейнджеров я вернулась в прекрасном настроении. Его мне не смогли испортить даже морали, которые мне прочитали родители. Я честно пообещала, больше так не делать и отправилась собирать сундук. Каникулы закончились, завтра нужно было возвращаться в школу магии и волшебства.

На перроне 9 ¾ я оказалась одной из первых, даже Хогвартс-экспресс еще не подъехал. Родителям нужно было попасть в клинику пораньше, поэтому меня отвезли на вокзал с большим запасом времени.

Сюрпризом стало то, что следом за мной на перроне появился Поттер в сопровождении Блэка. Гарри выглядел странно. Украшений на нем было, как на новогодней елке. Два массивных перстня на пальцах, серьга в ухе, запонки, булавка на галстуке и цепь с массивной подвеской.

— Это все родовые артефакты, — оправдался Гарри, заметив мой обескураженный взгляд на его драгметаллы.

— А скрыть их никак нельзя? — С сомнением спросила я. — На Малфое я такой ювелирной выставки не видела, а у него точно должно быть что-то похожее, — пояснила я свою мысль.

— Можно, — вместо Поттера ответил мне Блэк, ехидно улыбаясь. — Но так мы показываем всем заинтересованным, что знаем о их попытках нападения и готовы к отражению потенциальной атаки.

— Будет скандал, — констатировала я, обдумав ситуацию.

В клубах пара на перрон вкатился Хогвартс-экспресс. Мы с Гарри, попрощавшись с Сириусом, стали его первыми пассажирами. Вскоре к нам присоединилась Парвати, а следом за ней и Лаванда. Девочки боялись пропустить что-нибудь интересное и решили приехать пораньше.

Дверь нашего купе постоянно открывалась. Очередной ученик заглядывал, видел, что свободных мест здесь нет и уходил искать дальше. Очередным посетителем стал Малфой.

— О, опять вы! —весело ухмыльнулся Драко, потом оценил ювелирный ассортимент Поттера, понятливо хмыкнул и скрылся в проеме.

Семейство рыжих появилось на перроне незадолго до отправления. Молли, как ледокол разрезала толпу провожающих, освобождая дорогу детям и мужу. Джини, как флаг веялась позади матери, тащившей дочь за руку.

Первыми к нам в купе заглянули близнецы. Оценивающе, окинули взглядом нашу компанию и не сказав ни слова удалились. Лаванда в ответ на этот перфоманс лишь пожала плечами.

Следом за Фредом и Джорджем, к нам заглянул Рон.

— Привет, Гарри, там дальше есть свободное купе, — не терпящим возражения голосом заявил рыжик. При этом нас он демонстративно не замечал.

— Привет, Рон, я уже нашел себе место и буду ехать здесь, — нейтрально ответил Поттер.

—Ты что мне больше не друг? — С пол-оборота завелся младший Уизли. — На Рождество подарок не прислал, письма наши игнорировал все каникулы, а теперь еще и ехать собрался с… девчонками.

— Рон, ты же сам всю дорогу до Лондона твердил мне об опасности. Крестный поддержал идею Дамблдора и полностью закрыл дом на Гриммо для посещений. Совы не могут ни вылететь из особняка, ни попасть обратно. Поэтому в этом году никаких подарков.

В ответ на эту тираду Парвати открыла рот, порываясь сказать, что ей рождественский презент от Гарри все же достался, но понятливая Лаванда наступила на ногу подруги и та умолкла на полуслове.

— Что касается моего нахождения здесь, то я уже занял место, и мне здесь удобно, — тем временем продолжил Поттер отчитывать Уизли. — И я не собираюсь таскать сундук из вагона в вагон, только потому что тебе этого захотелось.

— Но тебя видели на Косой аллее, — привел свой аргумент Рон.

— И что? Да, у меня были дела в Гринготтсе, — невозмутимо заявил Гарри, демонстративно поправляя перстень на правой руке.

— Почему на тебе комплект наследника? — Возмутился Рон, наконец-то заметивший украшения друга. — Два комплекта.

— Потому что я являюсь наследником двух родов: Блэков и Поттеров. Сириус настоял на том, чтобы я носил сразу оба набора артефактов в целях безопасности.

В этот момент рыжий что-то понял. Он с какой-то детской обидой посмотрел на Гарри и молча покинул купе.

— Может ты зря с ним так? — Тихо спросила Браун. — Мы же не знаем, правду ли тогда сказал Драко. Вдруг он пошутил?

— Нет, Лаванда, он не шутил. Я тоже ненавижу слизней, но в этот раз Малфой сказал правду. Крестный рассказал мне, как сильно Молли Уизли и мистер Люпин пытались задержать его в тот день. Сириусу пришлось приказать домовому эльфу убрать из особняка посторонних. Если бы не помощь Кричера, Блэк бы не успел на перрон.

— Может это просто совпадение? — Не сдавалась блондинка.

— За время каникул особняк на Гриммо трижды пытались взломать. Когда Сириус стал главой рода, он начал чувствовать всех, в ком течет кровь Блэков. Он пытался мне объяснить, как это происходит, но я до конца не понял. Единственное, что я уяснил, крестный понял, среди тех, кто ломал защиту была Нимфадора Тонкс. Дочь его кузины Андромеды Блэк. Обе дамы полностью поддерживают Дамблдора и состоят в Ордене Феникса.

— И что ты теперь будешь делать? — Признала поражение Лаванда.

— Я буду жить и учиться, как и раньше. А вот крестный активировал полную защиту особняка на Гриммо. Ему даже свою вторую кузину, Нарциссу Малфой пришлось привлекать для проведения ритуала. Теперь в дом сможет попасть только тот, кто принадлежит роду Блэк. Сириусу даже меня пришлось наследником назначить, чтоб я смог внутрь попасть. Хотя, это ж тоже защита, — Гарри показал рукой на комплект артефактов с гербом, на котором две собаки держали щит.

В Хогсмиде нас как обычно встречал Хагрид и кареты, запряженные фестралами. Поттер сел вместе с нами. Рон ехал с Невиллом и Джинни. Дин и Симус убежали к двум пуффендуйцам, с которыми сдружились еще на первом курсе на почве футбола.

Ужин в Большом зале проходил, как всегда шумно. Я же постаралась сесть так, чтобы ненавязчиво наблюдать за Дамблдором. Директор держал лицо, мило улыбался и активно вел беседу с Помфри и Макгонагалл. Вот только временами он кидал цепкие взгляды на Поттера. Альбус явно понял намек Блэка и оценил количество артефактов на Гарри. Но сдаваться старик не собирался, так легко он своего карманного героя Бродяге не отдаст.

Рон и Невилл о чем-то шептались. Дамблдор иногда поглядывал и на эту парочку. И что-то такое было в его взгляде… Как бы Долгопупса не назначили новым героем, если Блэк сможет Поттера отстоять.

— Гарри, это правда? Анджелина сказала, что видела, как ты выгружал из Хогвартс-экспресса настоящую «Молнию»? — Неожиданно подскочил сзади Вуд с вопросом.

— Да, Оливер. Сириус подарил мне новую метлу на Рождество, — скромно ответил герой.

— Метлу? Метлу!? — Капитан гриффиндорской команды не мог сдержать эмоций. — Нет, Гарри, это не просто метла. Это… «Молния»! Ты теперь единственный ловец в Хогвартсе на профессиональной гоночной метле. Эх! Теперь-то кубок точно наш.

— Кстати, о квиддиче. Этот год я доиграю, а вот на следующий вам придется искать нового ловца.

— Что? Гарри, ты собираешься нас бросить? — К Вуду присоединилась Анджелина.

— Бросил бы я вас, если б прямо сейчас отказался играть в квиддич. Но я понимаю, как сложно вам будет найти нового ловца среди учебного года. Поэтому этот сезон я доиграю, но заранее предупреждаю, что дальше на меня не рассчитывайте. — Поттер говорил спокойно, но был непреклонен, и в такой версии герой мне нравился намного больше. — Вон, к Джинни присмотритесь, ее братья неплохо натаскали.

Оливер и Джонсон скептически уставились на младшую Уизли, покрасневшую до ушей от неожиданного внимания кумира. Рон же прожигал Гарри обиженным взглядом. Рыжий аж привстал, когда услышал про «Молнию», но быстро сообразил, что теперь ему не удастся покататься на метле бывшего друга. От зависти и злости лицо Рональда пошло некрасивыми красными пятнами, но всем было не до него. Все смотрели на Поттера.

— Обсудим это на тренировке, — Вуд быстро сообразил, что не стоит устраивать шоу в Большом зале и свернул разговор, утащив подальше возмущенную Анджелину.

Первые бури поутихли и установилось шаткое равновесие. Поттер не стал возвращать дружбу с Роном, но и воевать с рыжим не стал. Со своими соседями по спальне Мальчик-который-Выжил поддерживал нейтралитет. Вроде и приятели, но особо близких отношений нет.

Девчонок Гарри тоже старался не выделять, поддерживая со всеми дружеские, но какие-то поверхностные отношения. Мы смеялись, общались, вот только личных тем в разговорах практически не поднимали.

Складывалось ощущение, что Поттер сильно обжегся с младшим Уизли и теперь боялся кому-то довериться и подружиться всерьез. И я еще не поняла, хорошо это или плохо. Канонный Альбус строил стратегию победы на дружбе, любви и самопожертвовании героя, а эта версия очкарика получилась осторожной и недоверчивой. Куда это приведет — непонятно.

А через две недели грянул гром. Дамблдор пригласил Гарри к себе в кабинет, а после разговора с директором Поттер загремел в больничное крыло. Мадам Помфри не смогла помочь герою и его переправили в Мунго. Целители колдолечебницы вызвали Блэка, а тот, когда вник в ситуацию, явился в Хогвартс и устроил разнос в кабинете Альбуса.

Подробностей студентам никто не сообщал, но слухи ходили разные. По одной версии Дамблдор пытался отравить Гарри. По другой — директор подлил в чай Поттера то ли Веритасерум, то ли зелье доверия, из-за чего защитные артефакты пошли в разнос. По поводу конфликта с Сириусом тоже предположений хватало. Самая популярная догадка: Блэк устроил дуэль с Альбусом и они сильно попортили директорский кабинет.

Достоверно было известно немногое. Гарри три недели провел в Мунго, причем первые семь дней он был в магической коме. Из-за этого случая был собран совет попечителей в полном составе, привлекали даже представителей министерства.

Интриг и скандалов было много. Дамблдор потерял председательское кресло в Визенгамоте, которое и так качалось, после скандала с ошибочно осужденным Блэком. С должности директора Хогвартса Альбуса полностью сместить не смогли, но теперь перед ней появилось «И.О.». Как шепнул по секрету Малфеныш, старик на ближайший год находится на испытательном сроке. Малейшая оплошность и новой директриссой станет Макгонагалл.

— Как ты? — Уточнила Парвати у Гарри, наконец-то вернувшегося к занятиям.

Выглядел герой откровенно неважно. И так тощий Поттер похудел до состояния скелета, скулы заострились, а глаза потускнели. Даже вечно недовольный Снейп смотрел на Гарри с сочувствием. Чем же Дамблдор приложил Мальчика-Который-Выжил?

— Терпимо. Только колдовать в ближайшие две недели запретили и каждый вечер нужно у Помфри проверяться.

— А что хоть с тобой было? — Не унималась индианка.

— По официальной версии: несчастный случай. А «неофициальные сплетни» меня настойчиво попросили не распространять, — грустно усмехнулся герой.

Парвати поняла, что подробностей не будет и переключилась на Лаванду. Я же крепко сжала руку Гарри, в попытке выразить ему свою поддержку. Говорить банальные глупости не хотелось

После разборок с попечительским советом директор затаился. Он больше не вызывал к себе Поттера и даже в Большом зале стал появляться реже. Зато в окно его кабинета стали чаще влетать совы, это даже первокурсники заметили. Дамблдор явно готовил ответный ход. Приближалась весна.

* * *

Я писала эссе по травологии в библиотеке, когда за соседний столик уселись Паркинсон и Булстроуд. Меня они то ли не заметили за стопкой книг, то ли просто были сильно увлечены беседой.

— Отец вчера купил ребро василиска самого Слизерина, — шепотом хвасталась Пэнси.

— Сомнительно. О Салазаре уже тысячу лет никто не слышал. Василисков тоже уже лет сто никто не видел. Скорее уж подделку подсунули, кусок скелета от какой-нибудь бразильской анаконды. Я читала они до шестидесяти футов вырастать могут, а то и больше, — скептически восприняла информацию Милисента.

— Точно подлинник. Во-первых, это новый лорд Блэк продавал, а этот род не будет портить себе репутацию подлогами. Во-вторых, он всем желающим начало боя с василиском в омуте памяти показывал. Отец сказал, что битва в Тайной комнате проходила, там так величественно, везде статуи змей и даже монумент самого Слизерина. И там ребро размером с меня! Там длина змеюки не шестьдесят футов, а минимум сто! Папа вообще череп купить хотел, но слишком дорого. Он за ребро несколько тысяч галеонов отдал. — Разошлась Паркинсон, доказывая свою правоту.

— Девочки, говорите потише или покиньте библиотеку, — сделала замечание слизеринкам Ирма Пинс, и слизеринки умолкли.

Я же анализировала услышанное. С такими расценками на салазарова питомца Поттер скоро станет самым завидным женихом магического мира. Он и так небедный был, еще и наследник двух родов. На него б уже охоту начали, если б не непонятки с Волдемортом и борода Дамблдора, маячившая за спиной.

С начала марта я начала прикармливать единорогов. Я каждый день собирала за завтраком и обедом свежие фрукты и овощи и относила их на свою полянку за теплицами, раскладывая приманку по кустам. Прикормка пропадала, но никто крупный на мое угощение не позарился. Надежды я не теряла и методично продолжала таскать корм в свое логово.

А через две недели в свежем «Пророке» вышла статья с кричащим заголовком: «Петтигрю видели в Хогсмиде». Никаких ужасов он не натворил, его просто узнала продавщица, у которой он покупал мясо и овощи. Дамочка подняла крик и Питер аппарировал в неизвестном направлении. Из этой информации Скиттер сделала вывод, что беглый преступник охотится на Поттера и вообще хочет напасть на Хогвартс.

В магическом мире началась паника. Школу и министерство атаковали десятки сов от перепуганных родителей. Походы Хогсмид отменили, учителя усилили патрулирование. А Фадж не придумал ничего лучшего, чем окружить Хогвартс дементорами. Корнелиус пояснил свое решение очень просто, раз Петтигрю сбежал по дороге в Азкабан, значит он очень боится тюремных стражей и не сунется в место, которое они охраняют.

Такое решение мало кому понравилось. Но Дамблдор, находящийся на испытательном сроке, возразить министру не посмел, а остальных Фадж даже слушать не стал.

— Смотри, смотри! Вон он полетел, — выкрикнул первокурсник-пуффендуец, показывая пальцем в небо над Запретным лесом.

— Здоровый какой, я думала они не такие огромные, — ответила ему такая же мелкая подруга.

Теперь в Хогвартсе главным развлечением было — наблюдать за дементорами. Студенты толпами собирались на Астрономической башне. Откуда открывался наилучший обзор на всю территорию школы и кусок леса в придачу. Наблюдали из окон верхних этажей, а вот на улицу учащиеся выходить стали реже. Было страшно. Угнетающая аура азкабанских стражей ощущалась даже на большом расстоянии.

— Не пересекайте границы Хогвартса! — Напоминал Дамблдор каждый день в Большом зале. — Дементоры не знают жалости и сочувствия. От голода они могут напасть. Их нельзя попросить или уговорить. Единственное, что может их отпугнуть — Патронус.

— Кто-нибудь умеет колдовать Патронуса? — Спросил Дин за завтраком. — А то теперь и в футбол нормально не поиграешь.

Однокурсники в ответ отрицательно покивали головами.

— Это высшая магия, его раньше шестого курса не изучают, — поучительно ответил Томасу староста.

— Не скажи, — влез Ли Джордан, — отец говорил, раньше Патронуса на пятом курсе учили. Он был обязательным условием для сдачи СОВ.

Старшекурсники начали спорить, а наш курс поник. Дин сказал правду, теперь к границам школы было не подойти. Тренировки квиддичных команд проходили под надзором преподавателей. А вот игры в футбол или прогулки к озеру накрылись. Студенты не боялись гулять только на полянке перед главным входом.

В свой уголок за теплицами я тоже ходить перестала. Слишком уж близко он был к Запретному лесу, где вовсю хозяйничали дементоры. Даже на травологию и обратно мы теперь ходили только в сопровождении профессора Спраут.

Пришлось мне со своим кружевом опять переехать в Выручай-комнату. Там было удобно, но единороги туда точно не придут. А значит никаких серьезных артефактов на ближайший год. Сейчас же я создавала новые рунные цепочки из обычных ниток. Тестировала разные варианты. Но в готовых изделиях практически не было ощущения магии. Это были слабенькие амулетики, которые я выплетала, чтоб не потерять навык. Мне же хотелось работать с шерстью маленьких единорожков, которой не было.

— Надо попросить Флитвика, чтоб научил нас вызывать Патронуса, — не сдавался Томас, как главный футболист.

— Тогда уж не Флитвика, а Люпина, — поправила его я. — Дементоры — это самые, что ни на есть темные силы, а Патронус как раз-таки защита от них.

— Люпина? — С сомнением потянул Дин. — Может все-таки Флитвик согласится, он же главным дуэлянтом был. Тем более профессор защиты опять болеет.

В чем-то я Томаса понимала, Филиус был более привычным и понятным, чем мутный Люпин. Я-то понимала, что его инаковость — это последствие оборотничества. А вот для других он оставался темной лошадкой. Выглядит, как обычный человек, но его чуждость ощущается на клеточном уровне. Поэтому профессора защиты студенты сторонились, хоть он и пытался всеми силами показать свою доброту.

— Я попрошу Люпина, он вроде уже выздоровел, — неожиданно выдал Поттер. — Профессор с крестным раньше дружил. Потом они поссорились, но сейчас, вроде отношения у них немного наладились, может не откажет, — Пояснил свою позицию Гарри.

— Хочешь, пойду с тобой? В качестве моральной поддержки, — предложила ему я.

— Давай, — подумав, согласился Поттер. — Будем изображать парламентеров от нашего факультета.

Люпина удалось уговорить на удивление просто. Правда, сначала он подумал, что учить нужно только нас двоих. А когда понял, что уроки нужны чуть ли не всему факультету, слегка приуныл, но отступать уже не стал. Только дал задание для всех желающих до субботы найти и разучить заклинание «Патронуса». Так что ближайшие два дня вотчина мадам Пинс стала очень популярной среди грифов.

В субботу третий и четвертый курс Гриффиндора в полном составе пришел на дополнительный урок к Люпину. Младшекурсников профессор брать не стал, объяснив, что это заклинание для них слишком энергозатратное, может навредить магическому ядру. Пятикурсники отсутствовали, потому что и так должны были его изучать на ближайшей Защите от темных искусств. А старшекурсники с «Патронусом» уже были знакомы.

Римус выстроил всех желающих полукругом и несколько раз показал правильные движения палочкой, попутно объясняя, как каждый жест должен перекликаться со звуковой формулой заклинания. Дальше мы почти час честно отрабатывали заклятие, а Люпин ходил от одного ученика к другому, исправляя ошибки.

— Мистер Уизли, руку выше и взмах делай резче, — профессор в очередной раз поправил действия Рона, который упорно делал все по-своему.

— Да, профессор, я стараюсь, — ответил младший рыжик и снова повторил движение неправильно.

Люпин не выдержал, обошел Рональда сзади и, взяв его руку начал чертить правильную линию заклятия.

— Так, а теперь сосредоточьтесь на самом счастливом воспоминании и попробуйте повторить заклинание, вливая в него силу, — предложил Римус начать практику.

То там и тут из палочек гриффиндорцев начали вылетать бесформенные белесые облачка. Но профессор не расстраивался и хвалил своих учеников. Объясняя, что для первого раза даже такой «Патронус» — это замечательный результат. У меня же не было и этого. Раз за разом я повторяла нужный жест и словесную формулу и ни-че-го.

— Мисс Грейнджер, попробуйте выбрать другое воспоминание. Вы делаете все правильно. И раз результата нет, то проблема в том, что вы подобрали недостаточно счастливый момент, — заметил Люпин мои безрезультатные старания.

— Вас, мистер Поттер, это тоже касается, — переключился профессор на Гарри.

Я в ответ кивнула и перестала впустую размахивать палочкой. Вот с воспоминанием у меня была проблема. Но я и подозревала, что так будет. Счастливые события из прошлой жизни, казались подернутыми пеленой, и я сомневалась, что они могут сработать. В этой же реальности у меня было слишком мало ярких моментов.

Помнится в каноне Поттеру помогло воспоминание о том, что он волшебник. Я же в этот миг больше ощущала испуг и растерянность, чем счастье. В Хогвартсе я тоже по большей части была настороже, что мешало полностью расслабиться и погрузиться в счастливые эмоции.

Перебирая в голове одно воспоминание за другим я раз за разом повторяла заклинание, но безрезультатно. Момент, когда Малфой сообщил, что его мать беременна? Тогда я больше переживала, что ничего не получится и беременность сорвется. Рождение двойняшек? Опять мимо — это не моя радость. Обретение дома? Нет, к нему я привыкала постепенно, поначалу ощущая его больше малфоевским, чем своим. Миг, когда увидела горы золота в собственном сейфе? Тут скорее, облегчение, а не счастье.

— Патронус! —в очередной раз выкрикнул Гарри и с его палочки вырвался белый олень, а не бесформенное облачко, как у остальных гриффиндорцев.

Со всех сторон раздавались восхищенные вздохи. Девчонки, старались погладить туманного оленя, мальчишки — потрогать его рога. Я же разглядывала это величественное животное и в какой-то миг поняла, какое воспоминание просто обязано сработать.

— Патронус! —прокричала уже я, вложив в заклятия все свои положительные эмоции и мимо поттеровского оленя по залу проскакал белоснежный единорог с пышной гривой.

По залу второй раз разнеслись восторженные вздохи. Лаванда завизжала от счастья. Я же зачаровано разглядывала своего Патронуса, который медленно возвращался ко мне, оббежав весь зал.

Да, моим воспоминанием стали те самые единорожки, которых я сопливой первокурсницей вычесывала, восхищенно затаив дыхание. Патронус подошел ко мне и я аккуратно погладила его лоб и гриву. Он был божественно прекрасен. И стало немного грустно, когда он растаял, напоследок посмотрев мне в глаза.

— Обязательно съешьте шоколада, вы потратили много сил, — Люпин чуть ли не силой воткнул мне в руку плитку шоколада, рядом Поттер хрустел такой же.

— На сегодня урок окончен. Вы и так превзошли мои ожидания. Я сегодня и не надеялся увидеть овеществленных Патронусов. Продолжим в следующую субботу. — Люпин с трудом выгнал на ужин возбужденных учеников.

За ужином все разговоры были только о патронусах. Все обсуждали оленя Поттера и моего единорога. Некоторые хвастались даже бесформенными облачками. Дин утверждал, что в своем облаке четко видел крылья. Парвати показалось, что в ее тумане проглядывала чешуя. Я же просто сидела и счастливо улыбалась в никуда. В какой-то момента заметила похожее выражение лица у Гарри, сидящего напротив.

Остальные студенты, послушав наши разговоры, после ужина потянулись к Люпину, выпрашивать дополнительные уроки и для своих факультетов. Закончилось все тем, что Дамблдор объявил, что в следующую субботу, будет совместная отработка «Патронуса» для всех третьих и четвертых курсов. Римус уже пожалел, что ввязался во все это, но было поздно.

— Гермиона, ты пойдешь на урок в следующую субботу? — Уточнил Поттер.

— Вряд ли. Там будет балаган, а не занятие. Лучше сама потренируюсь в пустом классе среди недели.

Гарри согласно кивнул, подтверждая, что тоже никуда идти в следующие выходные не собирается. Пусть дальше учатся те, кто еще не смог полноценно освоить заклинание. А мы дальше как-нибудь сами.

Неделя пролетела незаметно. В субботу все однокурсники отправились к Люпину. Гарри умотал в библиотеку, а я отправилась в Выручай-комнату. Хотелось заняться плетением фриволите. За теплицы я так и не ходила. Патронус это хорошо, но я не была уверена, что в ответственный момент не запаникую и смогу справиться с несколькими дементорами. А они летали парами, иногда даже тройками. Так что пока буду создавать кружево в замке.

Я трижды прошла мимо стены на седьмом этаже и уже привычно взялась за ручку появившейся из ниоткуда двери. Мой кабинет не изменился. Тот же удобный стол, кресло и камин. Разложив челноки и нитки, я принялась выплетать узор, попутно витая в раздумьях.

В какой-то момент браслет-портключ на руке неудобно съехал, и я поправила его, невольно сжав и вспоминая свой дом в Озерном крае. Миг и стою на крыльце своего уютного домика с видом на озера.

— Драные пикси! — Невольно вырвалось у меня.

Обошла дом, но ничего подозрительного не заметила, только трава подросла за время моего отсутствия. Открыла дверь и зашла внутрь, в надежде, что это все — просто очередной выверт Выручай-комнаты.

Последняя надежда рассыпалась, когда я посетила кухню. Там была еда: запасы круп, остатки чая в жестяной банке и несколько магловских шоколадных батончиков, которые я оставила в прошлый раз. Магический закон Гампа запрещает наколдовывать еду, а значит я действительно перенеслась в Озерный край. Я нервно схватилась за браслет, пожелав вернуться обратно. Рывок и вот я снова в интерьере «своей» Выручай-комнаты. А вот это уже интересно.

Я с начала сентября несколько раз пыталась перенестись из Хогвартса в Озерный край. Но запрет на аппарацию и портключ и на территории школы работал отменно. Мой браслет не работал ни внутри здания, ни на школьном дворе.

Выручай-комната оказалась брешью в монолитной защите Хогвартса. В принципе, я и раньше находила в книгах информацию о том, что это помещение — своеобразная «складка» мира вне времени и пространства. Со своими правилами и законами. В гриффиндорскую спальню я возвратилась довольная новым открытием.

— Гермиона, у моего патронуса точно есть хвост! — С порога обрадовала меня Парвати, вернувшаяся с очередного урока Люпина.

— Ты уверена? — Осторожно уточнила я.

— Лаванда, скажи ей, — обиженно протянула индианка.

— Да, подтверждаю. Мы все видели в белом облачке наколдованном Парвати чешуйчатый хвост. Профессор сказал, что это скорее всего ящерица или змея, — отчиталась блондинка.

— А у тебя кто получился? — Спросила я Браун.

— Пока никто, только облако, но довольно плотное. Из наших только у Невилла крыса вышла, ну и у Парвати хвост. А так еще у троих четверокурсников: собака, опоссум и заяц. И у какого-то слизня ворон вышел, а у когтевранца — змей. Было забавно, — вспомнила Лаванда.

— Еще Малфой кричал, что видел когтистую лапку в своем облачке, но никто ничего подобного там не заметил. Туман, как туман, — самодовольно добавила Парвати.

— Пошли на ужин, пока не опоздали, — поторопила я соседок.

Спустя неделю Патил таки получила своего патронуса — королевскую кобру. Драко тоже справился, ему достался енот. Лаванда обзавелась шустрой лисичкой, а Паркинсон — поросенком. На четвертом курсе овеществленных патронусов было больше. Но третьекурсники не сдавались.

Наступили пасхальные каникулы, обычно их проводили за посиделками в школьном дворе и походами в Хогсмид, но дементоры внесли свои коррективы. Практически все студенты слонялись по замку, создавая проблемы Филчу и нервируя Снейпа.

Я же отдыхала в Озерном крае. Каждое утро я за завтраком брала запас продуктов, проверяла путь по карте Мародеров и через Выручай-комнату уходила к себе домой. Там я занималась фриволите, делала домашние задания и просто валялась на травке у озера или пила чай на террасе. Главной проблемой было, не потерять счет времени и к ужину вернуться в Хогвартс.

В один из дней я задремала на берегу своего озерца и проснулась от странного фырканья и влажных прикосновений к руке. Открыв глаза, я чудом сдержала крик. Меня окружил целый табун единорогов, а маленький жеребенок тыкался носом мне в ладонь, пытаясь отобрать остатки яблока.

— Держи, малыш, — осторожно отозвалась я протягивая надкушенное яблоко единорожку.

Он в ответ фыркнул и слизал угощение у меня с ладони. Я же, стараясь не делать резких движений, откинула салфетку с корзины, стоявшей на пледе и протянула ему следующее яблочко, попутно трансфигурируя один из челноков в чесалку для шерсти. В этот раз я почти опоздала, линька подходила к концу и старая длинная шерсть жеребят сбилась в колтуны и клочьями свисала, практически до земли.

— Можно я тебя расчешу? — Успокаивала я единорожка, тихонько поглаживая ему шею.

Маленький жеребенок был не против. Его сейчас больше интересовало яблоко, чем я. Он чувствовал себя полностью защищенным в окружении взрослых особей. У меня сложилось впечатление, что до этого они не встречались с людьми и воспринимали меня, как часть пейзажа. Поэтому и внимания уделяли мне не больше, чем воробьям на соседней ветке.

Я принялась осторожно вычесывать зимнюю шерсть, стараясь не причинить боли жеребенку. Сначала он не обращал на мои действия внимания. А когда понял, что я делаю, начал поворачиваться так, чтобы мне было удобно его чесать. Через десять минут над озером раздалось довольное ржание, освободившегося от «шубы» единорожка.

Следом за ним подтянулись еще трое жеребят и наперебой начали тыкаться мордочками в чесалку. Работа закипела и через полчаса на них не осталось старой шерсти, а у меня в корзине закончились не только яблоки, но и пирожки с повидлом.

Вожак стада подошел ко мне, понял, что угощения ему не досталось, обиженно фыркнул и увел своих подопечных на водопой. Весь табун дружно напился из озера и ускакал обратно в лес, оставив меня восхищенно смотреть им вслед. Общение с единорогами, как родник омывало душу, унося все тревоги и печали, оставляя после себя лишь чистую светлую радость. Интересно, знали ли Малфои, что в их лесу водится такое чудо. Если, знали, но все равно подарили мне этот дом, то это семейство намного лучше, чем я о них думала.

Заходящее солнце коснулось кромки леса и вывело меня из раздумий. Пора возвращаться в замок. Я убрала корзину, завернула добытую шерсть в плед, закрыла дом браслетом и перенеслась обратно в Выручай-комнату. Отточенными движениями очистила мантию и поспешила на ужин в Большой зал.

— Гермиона, где ты вечно пропадаешь? Иди к нам, мы заняли тебе место, — позвала меня из-за стола Лаванда.

— Забыла про время, хотя есть хочу, аж руки трусятся, — ответила я, накладывая себе запеченную курицу и салат с шампиньонами.

— На обед приходить надо, чтоб руки от голода не трусились, — поучительно произнесла Парвати.

— Завтра обязательно приду, — признала я свою ошибку.

Тем более, что в ближайшие несколько дней я не собиралась возвращаться в Озерный край, а планировала заняться вычесыванием и очисткой добытой шерсти. Я надеялась до начала учебы закончить с прядением, чтобы потом не отвлекаться на этот вопрос.

* * *

Учебный год подходил к концу, я училась, готовилась к экзаменам и неспешно плела пояса. Через Драко я пообщалась с лордом Малфоем, мы договорились, что последние заказы я отдам ему летом. Это его полностью устроило, тем более, что из-за дементоров в Хогсмид мы не выходили, а пересылать подобные артефакты совиной почтой — не стоило.

— Гермиона, ты в совятню? Подожди меня, вместе пойдем, — окликнул меня Поттер после ужина.

— Да, хочу проведать свою Минни. А ты письмо отправить хочешь или просто Буклю навестить?

— Я сейчас Сириусу чуть ли не каждый день доклады отправляю. Директор опять активизировался и крестный попросил писать обо всем, что здесь происходит.

— Ты что опять в кабинет Дамблдора на беседы ходишь? — Удивилась я.

— Нет, конечно. Он попробовал снова меня на чай пригласить, но я сказал, что все учебные вопросы буду решать с нашим деканом. А в директорский кабинет пойду только в сопровождении своего опекуна. Теперь достопочтенный Альбус меня в коридорах встречает. За последние два дня уже три раза «случайно» столкнулись, — возмущался герой.

— И что ему теперь от тебя надо?

— Все то же. Требует, чтобы я на летние каникулы вернулся в дом тетки. Пугает Волдемортом, Петтигрю и дементорами. Чувствую, в Лондон опять под мантией-неведимкой ехать буду.

— Интересно, директор сам верит в то, что магловская родня, защитит тебя лучше чем Блэк? — Скептически усмехнулась я.

— Вот-вот. Сириус тоже сильно недоволен Дамблдором, но пока ему нечего предъявить. После зимнего скандала с попечительским советом великий светлый волшебник стал осторожничать. Только ходит и нудит теперь: «Мальчик, мой, ты обязан позаботиться о своей защите, потому что весь магический мир надеется на тебя», — перекривлял Гарри директора.

— А директор не говорил, почему весь волшебный мир надеется на школьника, а не на министра, начальника аврората или на нашего великого светлого? — Невольно съязвила я.

— Ну, я же — Избранный, — невесело улыбнулся Поттер.

— И что? Раз выжил, значит можно всегда на тебя свою работу скидывать? Гарри, это не ты обязан волшебному миру, а он тебе. Подумай об этом.

Только пройдя несколько шагов вперед, я осознала, что Мальчик-который выжил завис и больше не идет рядом. Выражение лица Поттера было непередаваемым. Мои слова сломали его картину мира.

— Гермиона, иди одна, мне нужно переписать письмо, — резко вышел из ступора Поттер и убежал обратно в замок.

Я пожала плечами в ответ, и пошла в совятню одна. Писать мне было некому и Минни скучала без работы. Иногда я отправляла письма родителям, но они не очень любили этот способ связи, побаиваясь мою птицу.

За завтраком все обсуждали главную новость «Петтигрю видели в Девоне». Свежий «Пророк» переходил из рук в руки, за столом стоял гул. Делались ставки на то, как быстро уберут из Хогвартса дементоров, раз Питер сейчас на другом конце Англии.

Мне вся эта возня была непонятна. Какая разница, где именно находится преступник, если он может мгновенно аппарировать или переместиться камином в любой уголок страны? Но в дискуссию я вступать не стала, предпочитая есть запеченную рыбу с гарниром, а не спорить с соседями по столу.

— Ну, что сдала? — Окликнула меня Лаванда, когда я выходила с экзамена по Древним рунам. Они с Парвати этот предмет не сдавали, выбрав вместо него Прорицание.

— Думаю, что на «Превосходно». Не чувствую, что где-то ошиблась, как по мне, экзамен был довольно легким, — уверенно ответила я.

— Вот, руны щелкаешь, как орехи. С нитками и челноками своими, наверное, даже ночью не расстаешься, а родителям моим помочь не хочешь, — раздался сзади недовольный голос Невилла.

— Долгопупс, ты опять? — Не выдержала я, вот же гад, одной фразой настроение умудрился испортить. — Сколько раз тебе повторять, я не не хочу, а не могу тебе помочь.

— Ты все врешь! Я проверял и уверен, что это ты сплела артефакты для Малфоев и Мунго. А мне не хочешь их делать, потому что у меня денег столько нет. Бабушка разговаривала со Сметвиком и знает, сколько больница за пояса заплатила.

— Невилл, я не смогу тебе помочь, даже если ты мне сейчас в десять раз больше галеонов отсыплешь. Да, пойми же ты, я не умею работать с мозгом и памятью. Хочешь сделать из своих родителей подопытных кроликов, которым школьница-недоучка выжжет мозги? Если ты так уверен в этом варианте лечения, найди профессионального рунолога, и работай с ним.

Гриффиндорец психанул, оттолкнул меня и убежал. Девчонки сочувственно вздыхали, не зная, кого в этой ситуации жалеть: его или меня.

Я же в чем-то понимала Долгопупса, но брать такую ответственность на себя была не готова. Даже пробовала консультироваться с Батшедой Бабблинг по этому вопросу, но наш профессор рунологии оказалась компетентна только в классическом старшем и младшем футарке. Здесь она могла четко пояснить толкование каждого символа, определить смысл дополнительных рун, характерных для определенных народностей. А вот руны русичей она знала очень поверхностно. Вернее просто знала, что они есть, а тонкости и нюансы разобрать не могла.

— Девочки, идите сами на обед, мне что-то есть перехотелось. Я лучше у озера прогуляюсь, — расстроено сказала я.

— Мы тебе бутербродов прихватим, — Лаванда сочувствующе похлопала меня по плечу и они с Парвати удалились.

Я обернулась и только сейчас заметила, что у нашей перепалки с Невиллом был свидетель. Возле ниши с рыцарскими доспехами стоял Малфой и он тоже смотрел на меня с обидой и разочарованием.

— Ты то чего? — Устало спросила я, заниматься выяснением отношений еще раз — не хотелось.

— Та я тут подумал, что родителей Долгопупса ты пожалела, а вот мои подошли в качестве подопытных кроликов, так? Слизней же не жалко? — С укором спросил блондин.

— Нет, Драко. Ты все неправильно понял. Пошли на улицу, чувствую разговор будет длинным.

Толковать о пропущенном обеде Малфой не стал, безропотно следуя за мной. Все-таки обсуждать подобную тему в коридоре не хотелось. Но и недомолвок в таком вопросе оставлять не стоило.

— Садись, расскажу тебе, почему я помогла тебе, а не Невиллу. А ты уж дальше сам решай: подопытные вы кролики или нет. — Начала я, указав слизеринцу на место рядом с собой на пледе, который я постелила под раскидистым дубом. — Да, на первом курсе я еще толком не разбиралась в рунах. Да и сейчас мне еще очень далеко до звания мастера. Но в тот момент я использовала только защитные и лечебные символы, которые не должны были навредить. Моя логика была проста: или все получится, и твоя мать забеременеет, или же ничего не получится, и ребенка не будет. Но с беременностью у твоих родителей и так были проблемы, поэтому, в принципе, вы ничего не теряли. Если и была вероятность, что что-то пойдет не так, и здесь я была убеждена, что лорд и леди Малфой при первом же подозрении снимут артефакты и обратятся в Мунго.

— Да, отец порвал свой пояс, когда их обоих начало рвать темнотой. И Сметвика позвал, — подтвердил мою догадку Драко.

— А теперь представь, что я бы сплела что-то подобное для семейства Долгопупсов. Во-первых, мозг — более тонкая структура. Малейшая неточность при воздействии могла привести к катастрофе. Допустим, артефакт бы в процессе лечения перегрузил какой-то участок мозга — реакция могла быть непредсказуемой: кровоизлияние и смерть, полный паралич и еще масса неприятных последствий. Во-вторых, с твоими родителями все было более или менее понятно. Есть проклятие, которое как-то негативно воздействует, то ли только на лорда, то ли на них обоих. А с мамой и папой Невилла что? Никто же точно не знает, что именно там произошло. Тоже проклятие? Но говорили, что это последствие пыток или «Круциатуса». А может это просто защитная реакция организма, который предпочел отключиться. И что делать? Какую рунную связку плести? На лечение, защиту, очищение от проклятия, улучшение памяти? Напихать в цепочку весь рунный алфавит и ждать резонанса, чтоб уж точно выжечь мозг столь сильным воздействием? Ну, и последнее. Как думаешь, в своем теперешнем состоянии они бы смогли позвать на помощь? Я лично не уверена, что они бы вообще успели понять, что что-то пошло не так.

— Да. С Долгопупсами связываться не стоило, — признал Малфой, услышав мои аргументы.

— Я ни сейчас за их лечение не возьмусь, ни даже через пять лет. Просто потому что шансы на успех крайне малы. А вот в вашем случае было проще. Согласен с этим или так и считаешь, что я «ставила опыты на слизнях, которых не жалко»?

— Нет, Грейнджер. Я понял твою логику, и свои претензии снимаю, — блондин протянул мне руку, чтобы закрепить перемирие.

— Вот бы ты еще Долгопупсу это объяснил. А то он каким-то образом догадался, что артефакты для вас делала я, и теперь проходу мне не дает, уже не знаю, чего от него ожидать.

— Помнишь, Винсент тебе рассказывал про маркер и условие снятие проклятия? — Уточнил Малфой.

— Это когда вы за теплицами павлинов поминали? — Подколола его я. Драко в ответ фыркнул, но продолжил:

— Да, именно тогда. Так вот, Нотт считает, что в нашем случае условием снятия была маглокровка. Когда вы осенью с Долгопупсом ссорились, он предъявлял тебе за статус крови. Теодор считает, что это предки Невилла прокляли мой род.

— А ты так не считаешь? — Зацепилась я за последнюю фразу.

— В принципе, достаточно правдоподобно. Все знают, что у нас в кодексе рода прописан запрет на браки с маглорожденными. Допустим, тайный враг, придумывая условие снятия, решил сработать по схеме win-win. Если лорд женится на чистокровной или полукровке, на их детей продолжает действовать проклятие. Если же выполняет требование и женится на маглокровке, то проклятие снимается, но родовой алтарь не принимает такое потомство. В любом из вариантов род обрывается.

— Но я-то не выходила замуж ни за кого из Малфоев. И других маглорожденных у вас в семье нет.

— В этом и секрет условий снятия. Чаще всего они срабатывают совсем не так, как задумывалось. Мне как-то попалась магловская сказка о джине. Где пленник лампы извращал каждое желание своего хозяина. Попросишь бессмертие, и он его подарит, но без вечной молодости. И будешь бесконечно стареть на протяжении тысячелетий. Вот и здесь, сказано, что проклятие уйдет, если в рождении наследников рода участвует маглокровка, ты поучаствовала, хоть и не так, как задумывал автор.

— То есть это все-таки Долгопупсы вас прокляли?

— Не знаю, Гермиона, — устало сказал Драко, привалившись спиной к дереву. — С одной стороны, уверенность Невилла в твоем участии и его обмолвка про статус крови говорит о многом. Такие вещи посторонним неизвестны. А с другой, ну не было никогда у Малфоев серьезных конфликтов с Долгопупсами. Да, стабильно наши предки принимали участие в традиционной вражде Слизерина и Гриффиндора, были споры в Визенгамоте. Но это все мелочи, из-за которых так не проклинают. Иначе б уже все маги вывелись. Мы с ними даже не роднились никогда. Сначала их семейство было слишком маглорожденным для нас, а потом из-за нашей ситуации приходилось точно высчитывать личность будущей леди Малфой. Так что и любовную историю можно смело вычеркивать.

— А может их попросил кто-то? — Это мое заявление вызвало искренний смех блондина, Драко хохотал аж до слез.

— Грейнджер, какая же ты… маглокровка, — сказал он отсмеявшись. — О таком не просят. Понимаешь, это кровная вражда. У Малфоев вообще за всю историю было всего три кровника. Бэрнсы, но они вымерли лет пятьсот назад и даже без нашей помощи. Уизли, с которыми мы с переменным успехом воюем уже лет триста, а то и больше. И Вилны, которые решили добить наш ослабленный род. С ними мой прадед поссорился. Так сильно, что последний наследник сбежал куда-то за океан и о нем уже лет сто никто ничего не слышал.

— А почему любое из этих семейств не могло нанять для своих целей Долгопупсов? — Скептически спросила я.

— Да, потому что ни один вменяемый волшебник на это не пойдет. Там откаты такие, что лет сто из них выбираться будешь и не факт, что получится. На такой риск идут только из искренней ненависти. Даже не знаю, какие деньги надо заплатить за подобную услугу, тут наверное даже не о тысячах, а о миллионах галеонов речь должна идти. — Видя, что не меня это заявление особо не убедило, Драко продолжил. — Да и по срокам не попадает. Бэрнсы вымерли лет за двести до появления павлинов, вражда с Вилнами появилась гораздо позже. Да и первый Долгопупс пришел в мир магов незадолго до наложения проклятия. Первое поколение, еще по факту маглорожденный, у него бы и знаний на подобное не хватило. Вот сама б ты смогла б сейчас такое провернуть? — Блондин свысока на меня взглянул, считая что привел убойные аргументы.

— В том-то и подвох! — Не согласилась я. — Смотри, это ты знаешь о возможных последствиях и реальной стоимости подобной услуги. А маглокровка, вроде меня и не подозревает о серьезности такой работы. Для многих все эти маркеры, условия, откаты — как бабкины страшилки. Представь, что триста лет назад в магическом мире появился молодой маглорожденный Долгопупс. Такой же наивный и дурной, как наш Дин Томас или Финч-Флетчли с Пуффендуя. Как думаешь, мог ли кто-то из ваших недругов задурить голову такому идиоту и, поманив его кругленькой суммой в несколько десятков, а то и сотен тысяч галеонов, убедить его провести ритуал?

Малфой завис. Я практически увидела, как в его черепушке зашевелились извилины. Минут через десять он вернулся в реальный мир, полностью обдумав ситуацию.

— С точки зрения маглокровки, мы это не рассматривали. Но сейчас мне твоя версия кажется реальной. Но тогда выходит, что это Уизли прокляли нас и подставили Долгопупсов. Мой предок и подозревал рыжих, даже ритуал один проводил для проверки. Результат тогда был отрицательный, но если эти гады сработали руками дурного маглорожденного, то других вариантов и не было. Я напишу отцу. Спасибо.

Драко встал и побрел к замку, я же осталась под деревом, потому что заметила, как во двор вышли Лаванда и Парвати со свертком и термосом. Значит буду есть пирожки и отходить от нашей беседы. Слишком много эмоций и событий для одного дня. А ведь еще не вечер.

Девчонки подошли ближе, сгрузили добычу и стали рассаживаться на моем пледе. Лаванда даже расслабленно прилегла, жмурясь на нежном весеннем солнышке.

— Гермиона, ты же знаешь, что Малфоям запрещено жениться за маглорожденных? — Осторожно уточнила Парвати, пока я выбирала пирожок порумянее.

— Да, я в курсе, а что?

— Просто у вас с Драко какие-то очень странные отношения. То вы ссоритесь, то часами болтаете наедине и ты знаешь, какие конфеты он любит… — многозначительно умолкла индианка.

— Скажу тебе больше, я даже знаю, что он умеет кататься на магловском велосипеде, — весело продолжила я. — Твою мысль я поняла, но не переживай, между нами нет ни капли романтики. Наши отношения исключительно деловые. Ну, может приятельски-деловые, не больше.

— Да, очень жаль, что ему придется выбирать жену, опираясь на расчеты и гороскопы, — тоскливо потянула Браун. — Такой жених пропадает.

— Ну, ты загнула, — рассмеялась я, выплескивая напряжение последних часов. — И вообще, у него же брат и сестра появились. Вон, годик им месяц назад отмечали. Так что проклятия больше нет. Драко может жениться на ком захочет, кроме маглорожденных, понятное дело. Так что, Лаванда, если тебе блондин приглянулся, можешь начинать осаду слизеринского принца.

Браун заметно оживилась, даже поднялась с пледа и начала прикидывать варианты. Неужели ей так хочется породниться с Малфоями? Семейство, конечно, богатое, солидное, но очень уж сильно втиснутое в рамки этикета и родословных. Не мое это. Еще и Волдеморт маячит на горизонте, а у Люциуса метка. Так себе перспективы.

— Может и мне жениха найдешь? — Спросила Парвати, наблюдая за повеселевшей подругой. — Только я блондинов не люблю, мне брюнета если можно. Блэка не предлагай, родители ему уже намекали на помолвку, а он сказал, что жениться в ближайшие лет пять не планирует, а то и десять. Хоть он и лорд и обязан обеспечить род наследником.

Индианка была возмущена поведением такого неправильного лорда. А я Сириуса в чем-то понимала. Он чуть ли не со школьной скамьи отправился за решетку. Парень толком-то и не погулял. Ему хочется наверстать пропущенные годы. Хоть по факту ему уже давно за тридцать, но в душе он все тот же двадцатилетний пацан, который по глупости или благодаря чужим интригам загремел в Азкабан.

— Так Поттера бери, — без сомнений заявила я. — Богат, знаменит, брюнет еще и сирота в придачу. Так что никакой вредной свекрови к нему не прилагается. А если Блэк и дальше будет бегать от своих обязанностей, то в перспективе, ты станешь леди двух родов.

— Там же Уизли, — досадливо процедила Парвати. — Рон говорил, что Гарри женится на Джинни.

— А Поттер об этом знает? — Спросила я. — Он рыжих в последнее время не жалует, вряд ли он обрадуется такой перспективе.

— Не скажи, — вернулась к разговору Лаванда. — Гарри мелкой Уизли и место свое в квиддичной команде отдал, и на метле его она теперь летает. А это «Молния», а не какой-то там «Чистомет».

— Он же до конца года обещал в команде играть? — Уточнила я, точно помню, как он об этом Вуду говорил.

— Обещал. Но потом же наш герой в Мунго загремел на три недели. Тренировки пропускал, еще и на матч с Когтевраном не успел. За него тогда Джинни играть пришлось и она победила. Так, Гарри потом, как вышел, та и оставил ее ловцом.

— Оливер не хотел его отпускать, но Поттер сумел отбиться, пообещав на тренировки и игры давать рыжей свою «Молнию», типа, раз она и на «Чистомете» Чжоу Чанг тогда уделала, то на крутой метле всех за пояс заткнет, — закончила за подругу Патил.

— Ну, так видишь. Тут у них с Гарри не любовь, а расчет чистой воды. Так что Парвати, не тупи и будешь ты леди Поттер. Ему вообще брюнетки нравятся.

— Думаешь? — С надеждой спросила индианка.

Я в ответ прикинула, что в каноне первой любовью Гарри была экзотическая Чжоу Чанг. Да и с самой Парвати он тогда на бал Тремудрого турнира ходил. Если б индианка ему вот совсем не нравилась, выбрал бы кого-то еще, у героя и чемпиона Хогвартса вариантов много было.

— Да, — уверенно заявила я, глядя, как довольная улыбка расцветает на лице гриффиндорки.

Интересно, если Браун и Патил реально выскочат замуж за Малфоя и Поттера, что в итоге получится? Их мужьям придется дружить семьями или же вражда блондина и брюнета победит и детская дружба девчонок останется в прошлом?

— А ты себе кого присмотрела? — С хитрым прищуром задала вопрос Лаванда.

— А я, как Блэк. В ближайшие лет пять замуж не собираюсь, — со смехом ответила я.

— Значит его себе и забирай, — поддержала шутку Парвати.

Так мы и сидели до самого ужина, болтая и перекидываясь шутками. Наш смех то и дело разрывал тишину школьного двора. Старшекурсники временами неодобрительно поглядывали, но мне было все равно, девчонки тоже не обращали внимание на косые взгляды. Нам даже не мешали дементоры, грязными тряпками маячившие на горизонте. Их уже несколько раз обещали вернуть в Азкабан, но все откладывали это решение. Надеюсь, хоть в следующем году вокруг Хогвартса не будет тюремных стражей.

Последние дни учебы пролетели незаметно. Экзамены я сдала хорошо, свободного времени появилось больше. Готовые нитки из шерсти единорожков были успешно перенесены в мой дом в Озерном крае. Именно там я собиралась доделывать заказ Малфоя. Драко больше беседовать со мной не спешил, а вот на Невилла и Рона смотрел очень нехорошим взглядом. Гриффиндорцы даже нервничать начали, когда слизеринский принц появлялся на горизонте.

— Гермиона, до Хогвартс-экспресса всего час, а ты так и не сказала, приедешь ли ко мне в гости? И не смей говорить «я пока не знаю». Ты каждый год так отвечаешь, а потом находишь причины для отказа, — всегда спокойная блондинка возмущалась, размахивая руками.

— Ладно-ладно, Лаванда, я постараюсь к тебе вырваться хоть на пару дней. Вряд ли родители отпустят меня надолго.

— Договаривайся на август, — с видом знатока выдала Парвати. — В Англии в этом году будет проходить чемпионат по квиддичу, это потрясающее событие. Вместе пойдем.

— Я же терпеть не могу квиддич. Даже на школьные матчи не хожу, — постаралась я отказаться от такой сомнительной чести.

— Школьные матчи — это ерунда. А мировой чемпионат — это совсем другое. Там будут волшебники со всего мира, такое нельзя пропускать! — Кипятилась индианка.

— Хорошо, я уговорю родителей и пойду с вами на матч. Лаванда, пришлешь мне потом сову с датой чемпионата. И скажи, сколько билет стоит?

— Ой, вот билеты туда дорогие, — с сомнением протянула блондинка. — Особенно верхние ложи.

— Не переживай, родители меня точно проспонсируют, — убежденно заявила я.

Естественно, я не собиралась брать у родителей ни кната. Поездку на мировой чемпионат я планировала оплатить собственными сиклями и галеонами. Тем более, что все равно надо будет наведаться в Гринготтс, проверить, все ли заказы оплатил Люциус.

После завтрака мы дружно загрузились в кареты и отправились в Хогсмид встречать поезд. Мы уже загружались в вагон, когда на перроне неожиданно материализовался лорд Блэк. Кивнув в качестве приветствия он выдернул из толпы Поттера и, уменьшив его сундук и прихватив клетку с совой, аппарировал вместе с Гарри.

Хагрид, контролирующий погрузку студентов, попытался его остановить, но Сириус не обратил внимание на действия великана. По-моему, он даже не заметил лесника, который размахивал руками и пытался перекричать галдящих учеников.

— А что так можно было? — В обалдении спросила я.

— Вообще нельзя, но кто ему помешает? — Пожав плечами ответила проходившая мимо Анджелина.

До Лондона добрались без приключений. Кстати, рыжие прозевали момент похищения героя. И в Хогвартс-экспрессе Рон пытался найти Гарри. Уизли быстро просветили, что Поттер с нами не едет и он убежал докладывать информацию братьям.

Отец, как всегда ждал меня на магловской стороне вокзала. Он помог мне донести сундук, пока я тащила пустую клетку. Минни решила лететь в Лондон своим ходом.

Улица встретила нас мелким моросящим дождем. Все-таки погода в предгорной Шотландии намного лучше, чем в столице Англии.

— Гермиона, как ты смотришь на то, чтобы отправить тебя в детский лагерь на все каникулы? — Спросил меня отец за завтраком.

— Честно говоря, я не очень хочу туда ехать, — осторожно ответила я.

— Понимаешь, мы собираемся открыть филиал нашей клиники в Девоншире и в связи с этим у нас очень много работы. Вырваться в отпуск этим летом у нас не получиться. Еще и в командировки туда ездить придется. — Пояснила мама мысль папы.

— Командировки будут не прямо сейчас, а ближе к концу лета, — попытался успокоить меня отец.

— Ну, мы и подумали, чтоб не лишать тебя отдыха. Да, и не мучать переездами, может все-таки лагерь? — Не сдавалась миссис Грейнджер.

— У меня идея получше, — поразмыслив выдала я. — В июле я побуду дома, не переживайте, я найду, чем заняться. А на весь август уеду к своей школьной подруге Лаванде. Она как раз письмо с приглашением прислала.

Я быстро убежала наверх и принесла из своей спальни, полученный утром свиток. В нем помимо записки от одноклассницы была приписка от миссис Браун о том, что мне билет на финал чемпионата мира по квиддичу уже купили, поэтому отказ не принимается.

— Квиддич, это что-то волшебное? — Уточнил отец, ознакомившись с письмом.

— Да, это спорт магов. Смесь футбола, баскетбола и бейсбола, только на метлах, — отрапортовала я.

— Звучит ужасно, но пусть так. Ладно, это решает нашу проблему. Можешь ответить миссис Браун, что принимаешь ее приглашение.

Родители уехали в клинику. А я отправилась писать ответное письмо. На самом деле я не собиралась гостить у Браунов весь август. Дней пять, максимум неделя. Исключительно, на чемпионат сходить и последние сплетни обсудить. Лучше я этот месяц проведу у себя в Озерном крае. Все-таки мне уже почти пятнадцать, не пропаду.

Грейнджеры практически жили в клинике, уходя рано утром и возвращаясь поздно вечером. Я же была предоставлена сама себе и меня это полностью устраивало. Как только они уезжали, я переносилась в Озерный край, где доплетала пояса для лорда Малфоя и обустраивала дом.

Для этого я даже несколько раз смоталась на Косую аллею на «Ночном рыцаре». Там посетила Гринготтс, пополнила запас галеонов, а еще тысячу обменяла на фунты. Потихоньку пополняла запас провизии в своем жилище и покупала в дом всякие полезные мелочи. Новые полотенца, занавески, постельное белье, посуду и даже канцелярию. Времени катастрофически не хватало. А тут еще Поттер прислал письмо, вернее приглашение на день рождения. Пришлось еще ему спешно подарок готовить.

Дом Грейнджеров я покинула двадцать седьмого июля. По официальной версии, остаток каникул я должна была провести в гостях у Лаванды и от нее отправиться в Хогвартс. Поэтому уезжала я с сундуком, совой и деньгами на новые мантии и школьные покупки. Список необходимого удачно прислали из Хогвартса накануне. Родители проводили меня до закутка в конце улицы, из которого я всегда вызывала «Ночного рыцаря». Я взмахнула палочкой и спустя несколько секунд автобус появился с громким «Бамс!».

— Добрый день, вас приветствует «Ночной Рыцарь», автобус для ведьм и волшебников, попавших в трудное положение. Меня зовут Стив Вонкс, куда вам нужно? — Отчеканил незнакомый кондуктор, соскочив со ступенек.

— Эрни не ори, это Гермиона, она наш постоянный клиент. Как обычно, на Косую аллею, мисс Грейнджер? — Спросил у меня бессменный водитель этого драндулета — Эрни Прэнг.

— Нет, мистер Прэнг. Сегодня мне нужно в Барнтон, в дом семейства Браунов.

Родители обняли меня на прощание. Стив помог загрузить багаж и принял оплату. Пользуясь ситуацией, я попросила его уменьшить сундук, ведь для меня колдовство на каникулах было под запретом. Это раздражало.

— Гермиона, обязательно пришли сову, как доберешься, — напомнил отец.

— Тогда забирайте птицу сразу, — весело заявил водитель. — Нам ехать всего пятнадцать минут.

— Пап, не переживай, я обязательно пришлю вам Минни. До встречи на Рождество.

Родители помахали мне в ответ и «Ночной рыцарь» исчез с очередным «Бамс!». Я же сидела крепко вцепившись в поручни и с удивлением смотрела на пожилую волшебницу, неспешно попивающую какао. Как ей удавалось не расплескать напиток на резких поворотах для меня оставалось загадкой. Магия, наверное.

К Лаванде я ехала отдать деньги за билет и договориться, что я приеду погостить в аккурат к финалу чемпионата. Барнтон оказался небольшой деревушкой, расположенной близ Ливерпуля. Место было довольно живописное, но мой Озерный край лучше.

Блондинка обрадовалась моему приезду, познакомила меня со своей матерью Розой Браун, миловидной шатенкой лет сорока. За чаепитием одноклассница сообщила, что она также приглашена на день рождение Поттера, а вместе с ней и Парвати.

От Браунов я уходила спустя три часа. Клятвенно заверив их, что вернусь за день до чемпионата. Мне еле удалось отбиться от Лаванды, желающей меня проводить к «Ночному рыцарю». Ведь в Озерный край я собиралась перенестись с помощью браслета, а не ехать туда на автобусе.

Рывок, и вот я стою на террасе своего любимого домика. Бах! С громким хлопком сундук принял свой прежний размер, не выдержав магического перемещения. Это еще удачно, я думала, что трансфигурация кондуктора развеется раньше.

— Минни, отнесешь письмо родителям и дождешься ответа, если они попросят, — проинструктировала я сову, привязывая к лапе записку.

Мне очень повезло, что Миссис Браун решила передать маме отдельно письмо с благодарностью за то, что меня отпустили в гости и разрешили посетить чемпионат. Роза написала всего пару строчек, но они придавали убедительности моей истории. Так что я могла спокойно заниматься своими делами в ближайшие три недели, не перемещаясь туда обратно по три раза на день.

Подарок Поттеру стал для меня проблемой. Дарить бесполезную ерунду — не хотелось. Сплести что-то? Вот только смысл и стоимость кружевной безделушки способен оценить Сириус, но никак не Гарри. А имениннику хотелось подарить действительно положительные эмоции, а не дежурный презент, за который благодарят сквозь зубы. Поэтому я проконсультировалась с Колином Криви и отправилась выбирать сюрприз в «Магическую технику Бэккинсов».

Стэн и Джим Бэккинсы были братьями полукровками, которые накладывали чары на магловскую технику. Не новую, но модели двадцатилетней давности вполне подходили. В эти параметры укладывались первые приставки и телевизоры.

Устаревшие девайсы у маглов особо не ценились, поэтому я купила их на барахолке по дешевке. Много функций мне не требовалось, лишь экран от магического воздействия, поэтому Бэккинсы запросили всего двадцать галеонов. Еще за два они наложили чары уменьшения и облегчения веса, а в подарок добавили чары самораспаковки.

На день рождение к Поттеру я не опоздала, но явилась самой последней. На Гриммо уже были Патил, Браун, Дин Томас и Финниган. Я всех поприветствовала и вручила подарок имениннику.

— Распаковывать на столе, — проинструктировала я Гарри, чем заинтриговала и его, и всех гостей.

Поэтому вечер начали с распаковки моего подарка. Любопытные скопились у стола и Поттер снял бант и разорвал подарочную упаковку. Маленькая шкатулка бесшумно трансфигурировалась в телевизор с кинескопом и приставку с парой джойстиков.

— Грейнджер, магловская техника не будет работать в доме магов, — с высока бросил Финниган.

— Эта будет. Бэккинсы дали гарантию, — насмешливо ответила я Симусу.

— Здесь инструкция, — прервал наш спор именинник, доставая из коробки лист пергамента.

Бродяга не остался в стороне и азартно читал руководство по эксплуатации через плечо крестника. Пара пассов волшебной палочкой, произнесенное заклинание, и вот экран телевизора (или правильно его называть колдовизором?) засветился.

Поттер встретил игровую заставку восхищенным вздохом. Остальные не понимали, но я-то знала, что Гарри не мог не завидовать Дадли. А значит, наш герой всеми фибрами души мечтал поиграть в приставку, тем более в свою собственную. И пусть это была одна из первых моделей с парой простеньких игр, но это было то, чего не было ни у кого в магическом мире. От избытка эмоций Поттер меня обнял и радостно схватился за джойстик.

— Э… Гермиона, а что это? — Вопросительно уставилась на меня Лаванда.

Парвати, Сириус и Финниган присоединились к вопросу блондинки. Лишь маглорожденный Дин помогал Поттеру настраивать новую игрушку.

— Гарри тебе объяснит, — соскочила я с ответа, переложив эту проблему на плечи именинника.

Герой не только объяснил, но и показал, как играть и куда нажимать. В итоге весь праздник прошел в обнимку с телевизором. Где мы попарно менялись у джойстиков. Даже лорд Блэк не устоял и с горящими глазами провел пару раундов.

Домой я вернулась едва ли не в полночь. Усталая, но довольная. Покормила сову и привязала ей к лапе удачно сделанную на празднике колдографию. Кричер сфотографировал всю нашу компанию на фоне приставки. На обратной стороне, написала родителям, что у меня все замечательно, и отправила Минни к Грейнджерам.

Ближайшие три недели стали для меня настоящей отдушиной. Я купалась в озере, загорала на полянке и естественно плела кружево. Фриволите я занималась утром на террасе, покачиваясь в кресле-качалке, а вечером читала, валяясь на пушистой шкуре у камина. И пусть огня там не было, лето все-таки, но все равно было очень тихо и уютно.

Одиночество меня не угнетало, а скорее успокаивало. Я полностью расслабилась, зная, что никто ко мне не вломится и не будет приставать с дурацкими вопросами. Зато сова моя без дела не сидела. Раз в три дня я отсылала Минни с очередной запиской к родителям. Пару раз засылала ее к девчонкам и один раз написала Люциусу, сообщив, что его заказ готов. Поэтому перед отбытием к Брауном мне пришлось посетить и Малфоев.

Встреча прошла по стандартной схеме: проверка артефактов, беседа, ужин, прощание. Вот только я не удержалась и перед уходом предупредила Люциуса:

— Постарайтесь на время чемпионата обеспечить себе алиби, — сказала я, и сразу же пожалела о сказанном.

— Вы что-то знаете? — Сделал стойку лорд.

— Считайте это дурным предчувствием, — ответила я, не сказав ни да, ни нет, и кивнув на прощание, шагнула в камин, чтобы выйти на Косой аллее.

В магическом квартале я пополнила запас провизии долгого хранения, купила совиных вафель для Минни, а себе взяла у Фортескью огромный торт из мороженого. Закончив совершать покупки, перенеслась в Озерный край с помощью браслета.

Весь следующий день я бездельничала и ела мороженое, не зная, как скоро у меня получится устроить себе подобные каникулы. Вечером пересортировала вещи, отбирая те, которые мне понадобятся у Лаванды. В тот же момент поняла, что мне катастрофически не хватает рюкзака. Не с сундуком же ехать к Браунам на пять дней.

Утром пришлось внепланово возвращаться на Косую аллею, где я заскочила в Гриннготс и сняла пару сотен галеонов, попутно отметив, что Малфой уже внес в банк деньги за последний заказ. Мой сейф приятно радовал глаз ровными столбиками золотых монет. Сундук сюда купить что ли.

— Еще десять тысяч галеонов и вам выделят личного поверенного, — уведомил меня гоблин, довольно потирая руки.

— Что мне это даст? — Уточнила я у разговорчивого сопровождающего.

— Сможете вести дела через банк, вкладывать деньги в ценные бумаги и различные предприятия.

— И в магловские или только в волшебные? — Спросила я, приподняв бровь.

— Гриннготс работает с любыми контрагентами, — важно ответил гоблин, выпятив грудь для солидности.

— Спасибо, за информацию, — поблагодарила я, осознав, что мой сегодняшний сопровождающий очень молод.

Из банка я отправилась за рюкзаком в «Сумки и сундуки семейства Хейден». Понравившаяся мне модель обошлась аж в семьдесят галеонов. Но защита от пыли и влаги, два отделения, множество карманов, троекратное увеличение пространства и уменьшение веса того стоили. Это взрослым магам подобные вещи были не нужны, а мне колдовать нельзя еще два года, так что об этой трате я не жалела. А вот продавец сильно обрадовался, что смог сбыть неходовой товар, он так расщедрился, что в подарок наложил на один из карманов чары стазиса. Так что расстались мы полностью довольные друг другом.

По дороге я осознала, что нехорошо идти в гости с пустыми руками, поэтому заскочила к Фортескью и купила еще один торт для Браунов. Затем из укромного уголка вернулась в Озерный край. Там загрузила вещи в рюкзак, избавилась от продуктов, которые могли испортиться до моего возвращения и отправила Минни к Лаванде. Моей сове не нравилось перемещение браслетом, она предпочитала летать своим ходом.

Я же вернулась на Косую аллею и уже оттуда вызвала «Ночного рыцаря». Рюкзак за спиной, в одной руке пустая клетка, а в другой подарочный торт — сама себе я напоминала туриста с кучей вещей. Хорошо хоть мой рюкзачок почти ничего не весил.

— Привет, Гермиона, — радостно воскликнула Браун, встретив меня на пороге.

— Привет, Лаванда. Держи угощение, — поприветствовала я блондинку и вручила ей торт.

— Я так надеялась, что ты приедешь с сундуком и погостишь у нас до самого отъезда, — разочарованно сказала одноклассница, заметив мою поклажу.

— Не переживай, успею надоесть тебе в школе, — успокоила я ее.

Вечер прошел замечательно, я познакомилась с мистером Брауном, Лаванда показала мне дом. А после ужина мы с ней отправились на экскурсию по Барнтону. Это было смешанное поселение, где жили маглы и маги.

Волшебники Барнтора не афишировали умение колдовать, поэтому деревня выглядела практически обычной, но очень аутентичной. Из-за обилия магии техника здесь практически не работала и было ощущение, что я попала то ли в конец девятнадцатого века, то ли в начало двадцатого. В целом мне понравилось, но жить здесь я бы не хотела.

— А здесь у нас библиотека, — рассказывала Лаванда. — Она магловская, но библиотекарь мистер Эрнст сквиб. Поэтому одну из комнат он выделил под магические книги и пускает туда только волшебников.

Все деревенские достопримечательности осмотреть так и не успели. Но Браун обещала позже показать мне местную речку и сквер на берегу.

Утром нам позволили выспаться, за что я была благодарно родителям Лаванды. Неспешно позавтракав мы собрались, после чего попарно аппарировали: я с Розой, а моя одноклассница с отцом. Отдышавшись после неприятного перемещения, мы отправились искать свои места на трибунах. Участок под палатку Брауны не бронировали, не планируя оставаться в лагере болельщиков.

— А если игра затянется на несколько дней? Я слышала, что такие случаи бывали, — уточнила я.

— Мы просто на ночь аппарируем домой, а утром вернемся обратно, — успокоила меня Роза. — Многие так делают. В лагере остаются только истинные фанаты, либо те, кто желает себе устроить мини отпуск.

Судя по виду Лаванды, она бы не отказалась пожить в палатке, моя одноклассница искренне сожалела, что ее родители на подобное не согласятся. Она взглянула на меня ища поддержки, но я сделала вид, что не поняла. Я не собиралась просить Браунов, задержаться в фанатском лагере на ночь.

В воздухе витала атмосфера праздника. Тут и там развивались транспаранты: «Приветствуем гостей 422-го Чемпионата мира по квиддичу!». Вот только они не были закреплены на шестах, а просто летали, перемещаясь с одного места на другое.

— Разве здесь нет маглов? — Удивилась я такому свободному проявлению магии.

— Это неважно, если и есть им сотрут память, — небрежно бросил мистер Браун.

Такое отношение к обычным людям меня покоробило, но ничего говорить я не стала.

По дороге к трибунам мы с Лавандой купили себе сувениры и омнинокли. И я, и блондинка решили болеть за Ирландию, поэтому шарфы и шляпы у нас были зеленые. Не знаю, чем руководствовалась Браун, я же выбрала ирландцев по двум причинам. Во-первых, я знала, что они победят, а за победителей болеть всегда приятнее. Во-вторых, мне зеленый шел больше, чем красный. Хватит с меня гриффиндорских галстуков, поэтому никаких болгар.

Мы поднялись на трибуны, пробираясь сквозь толпу и нашли места с нашими номерами. Рядом уже сидело семейство Патилов. Падма и Парвати были в черно-красных шарфах и с болгарскими флажками в руках. Родители моих одноклассниц поприветствовали друг друга, как давних знакомых.

— Лаванда, почему на тебе зеленый шарф? — Возмутилась Парвати. — У болгар же Крам!

— Мне никогда не нравились брюнеты, так что я буду болеть за ирландцев, — ответила блондинка, показав язык подруге.

Неожиданно, на пустые места рядом со мной приземлились Сириус Блэк и Поттер. Эта парочка тоже была в красно-черной экипировке и с полным комплектом сувениров.

— О, и вы здесь, — удивилась я. — Мне казалось, вы будете смотреть матч из министерской ложи, — я указала глазами на выдающуюся вперед трибуну чуть ниже и левее нас.

— Дамблдор нас туда приглашал, — подтвердил мою мысль Блэк, — но мы отказались, компания там… не лучшая.

Мы дружно повернули головы к министерской трибуне. Там уже расположился директор Хогвартса, рядом с ним сидел Корнелиус Фадж, беседующий с болгарским министром, ниже белели макушки Малфоев. Драко в таком окружении явно скучал, но усиленно держал лицо. Рыжих, кстати, рядом не было. Видимо, в каноне крутые места им достались только благодаря Поттеру. Сейчас же героя с ними не было, а значит приходилось ютиться где-то на галерке. Если они вообще на матч попали.

Да, на нашей трибуне обстановка более приятная. Лаванда болтала с Парвати, которая до сих пор не простила подруге зеленый шарф. Падма активно поддерживала сестру, я же завела разговор с Гарри:

— Вы после матча домой или в лагерь болельщиков?

— Сириус хотел бы повеселиться, но опасается провокаций. Директор слишком настойчиво приглашал нас в министерскую трибуну, — произнес Поттер досадливо и непроизвольно посмотрел в сторону Дамблдора.

Я повторила взгляд героя и только сейчас заметила, что кресло, которое я считала пустым, было занято домовым эльфом. А точнее эльфийкой, Винки. Значит младший Крауч тоже здесь и события развиваются по накатанной колее. Вот только сейчас он сидел за Драко Малфоем, а не за Гарри Поттером, как в каноне.

Блондин почувствовал мой взгляд и повернул голову в мою сторону. Я подняла свою палочку вертикально вверх и указала пальцем сначала на нее, а потом на Драко. Интересно, поймет или нет.

Малфой озадаченно смотрел на меня, я повторила свой жест. На нашу пантомиму обратил внимание Люциус. Пришлось повторять движение в третий раз. Лорд что-то сказал сыну и тот зашарил по карманам. Нам было ничего не слышно, но на министерской трибуне начались шевеления. Все заглядывали под сидения и проверяли карманы.

— Что там происходит? — Удивленно спросил Поттер, герой пропустил нашу пантомиму с Малфоем, отвлекшись на Бродягу, который принес сливочное пиво.

— Что-то потеряли, — ответила я, безразлично пожав плечами.

Наконец откуда-то из-под сидений вынырнул Драко с палочкой, зажатой в руке. Я незаметно показала ему большой палец, а лорд Малфой проследил за тем, чтобы сын надежно спрятал свое главное оружие в кобуру в рукаве. После чего лорд вежливо кивнул в мою сторону. Я повторила его жест. Что-то мне подсказывало, что он захочет пообщаться до моего отъезда в Хогвартс.

— Почему Люциус с тобой поздоровался? — Насторожился Сириус, который заметил наши кивки.

— Мы с ним знакомы, — попробовала я все свести к обычной вежливости.

— Хм… мы с ним родня, и то он через раз здоровается, — с сомнением протянул Блэк.

— Наверное у него настроение хорошее, — гнула я свою линию, добавив в голос побольше беззаботности.

— Допустим, — согласился бывший узник, но настороженность из его голоса не пропала, он собачим нюхом чуял, что тут что-то большее, чем просто знакомство.

Разборки в министерской ложе закончились и Людо Бэгмен объявил 422 чемпионат мира по квиддичу открытым. Выступили вейлы в поддержку болгарской команды. За ними на сцену вышли талисманы ирландцев — лепреконы. Наконец-то и их танец был завершен и они освободили поле напоследок осыпав зрителей фальшивым золотом.

— Гермиона, я думал, ты кинешься собирать лепреконские галеоны, — немного насмешливо проговорил Поттер.

— А я думала, ты начнешь ухлестывать за вейлами, — парировала я.

— Один-один, — подытожил герой.

На трибунах действительно были и те, кто пытался набить карманы фальшивыми монетами, и те, кто старался очаровать вейл. Но наша разношерстная компания стойко держалась. В целом же представление талисманов мне понравилось.

На поле вышли команды и матч начался. Квиддич меня никогда не прельщал, поэтому я больше игралась с омниноклем, чем смотрела за игрой. Замедлив момент я в подробностях рассмотрела Крама. Он выглядел гораздо старше своих лет. Черты лица довольно грубые, но приятные. Если Виктор и здесь, как в каноне позовет меня на бал, соглашусь.

Затем я перевела омнинокль на министерскую трибуну. В этот момент болгарский министр мистер Обланск забавно почесал нос. Я включила повтор, потом еще раз, но с замедлением. Это мне казалось более интересным, чем происходящее на поле. На третьем повторе я заметила что в кадр попал не только министр, но и кресло с Винки. И в замедленной перемотке на какой-то миг становилось видно ботинок и край мантии ее спутника. Удачненько.

Я сохранила этот момент на омнинокле, чтобы потом использовать эти знания.

— Гол! — Раздался истошный крик Браун, радовавшейся очередному голу ирландцев. — Тридцать-ноль, — победно усмехнулась блондинка и шутя показала язык сестрам Патил.

— Крам, все равно поймает снитч. Он лучший ловец в мире, — немного пафосно, но очень эмоционально высказалась Парвати.

— Спорим на галеон, что Крам поймает снитч, — поддержал индианку Поттер.

— Никаких пари на деньги, — встрял мистер Браун.

— А на шоколадных лягушек спорить можно? — Уточнила я. — Ставлю три шоколадные лягушки на то, что ирландцы победят, но снитч поймает Крам.

— Ну, ты завернула! —Восхитился Поттер.

Ставить шоколадных лягушек взрослые нам не мешали. В какой-то момент мне показалось, что и Сириус поучаствует в нашем пари, но взглянув на строгого мистера Брауна лорд Блэк передумал. Гарри и Парвати, поставили на победу болгар, а Лаванда и Падма на ирландцев.

— Я болею за Крама, но не верю, в победу болгар, — пояснила свое решение когтевранка под очередной забитый гол в ворота красно-черной команды.

Сделанные ставки сделали игру интереснее. Я с азартом болела, поддерживая громким криком каждый гол бело-зеленой команды. Блондинка поддерживала мою радость, а вот Поттер заметно поник, когда счет перевалил за сотню и не в пользу болгар.

Матч закончился с канонным счетом 160:170 в пользу Ирландии, а Крам торжественно облетел все поле, зажав в руке снитч. В то время, как бело-зеленый ловец находился в не совсем вменяемом состоянии, после того как не справился с финтом Вронского.

— Гермиона, а зачем тебе столько шоколадных лягушек? — Спросил Поттер, признавая поражение своей ставки.

— Гарри, шоколада много не бывает. Не веришь, у Малфоя спроси, — ответила я, указав в сторону министерской трибуны с которой как раз спускался Драко.

— Предлагаю всем переместиться в «Три метлы» и отметить победу ирландской команды, — предложил мистер Патил.

— Пожалуй, вы правы. Здесь сейчас будет слишком шумно, лучше перенести празднование в более спокойное место, — согласился с ним Сириус.

«Бамс!» взорвался фейерверк у нас над головами и в небе пронесся, огненный дракон осыпая всех искрами. Следом за ним взлетел зеленый клевер и с громким «Бух!» рассыпался в небе на сотню лепестков.

— Стоит поторопиться, — высказала свою мысль миссис Браун и взяла за руку восторженно разглядывающую небо Лаванду.

В Хогсмид мы аппарировали в том же порядке. На контрасте деревня казалась тихой, хоть из пабов и доносился шум праздничного веселья. Но по сравнению со стадионом и фанатским лагерем ту была тишь и благодать.

В Трех метлах мы были не единственными зрителями, вернувшимися с чемпионата. Тут и там на посетителях мелькали фанатские шарфы и шляпы, а практически все разговоры в пабе касались противостояния Ирландии и Болгарии. Мы хоть и не без труда, но нашли свободный столик. Вернее сдвинули два вместе, чтобы вся наша компания поместилась.

Импровизированный праздник удался. Гарри, хоть уже и не собирался играть в команде Гриффиндора, горел желанием повторить финт Вронского, который увидел в исполнении Крама. Парвати, пользуясь моим советом, пыталась произвести впечатление на Поттера, но по-моему, увлеченный герой даже не замечал ее маневров. Падма же с молчаливого одобрения отца старалась завести разговор с Блэком. Вот только Сириус недалеко ушел от своего крестника, и тоже не обращал внимания на настырную когтевранку, методично надираясь огневиски. Компанию ему составлял мистер Браун, воспользовавшийся тем, что жена отвлеклась на разговор с миссис Патил.

Я же наблюдала за происходящим, потихоньку попивая сливочное пиво и периодически отбиваясь от Лаванды. Блондинке было очень интересно, как я умудрилась победить в нашем пари, если абсолютно не интересуюсь квиддичем.

— Поттер же разбирается, — пояснила я свою логику.

— А Гарри здесь причем? — Сделала стойку Парвати, которая уже считала героя своим практически мужем и старалась отсечь от него потенциальных конкурентов.

— Он же сказал, что Крам снитч поймает. Я ему и поверила, как профессионалу. Да, и ты его поддержала в этом вопросе, — ответила я индианке, краем глаза поглядывая на приосанившегося Поттера. — А что касается победы ирландцев, так они на момент заключения пари уже вели со счетом 70:10. С таким темпом у болгар не было шансов, даже учитывая их «лучшего в мире ловца».

По домам мы разошлись уже за полночь. Поэтому утром спали практически до обеда. А потом прилетели совы с припозднившимся номером «Пророка». На половину главной страницы горел кричащий заголовок: «Международный скандал на чемпионате по квиддичу!». А ниже фото, где в ночном небе сияет зеленый знак Волдеморта — змея выползающая из черепа.

Весь текст на страницу не поместился, поэтому ниже шли только сноски:

«422 чемпионат мира по квиддичу завершен — Крам поймал снитч!» — стр. 2.

«Нападение неизвестных в масках Пожирателей смерти на лагерь болельщиков» — стр.3.

«Темная метка в небе — Тот-Кого-Нельзя-Называть вернулся»? — стр.4.

«Заклинание «Морсмордре» было сотворено палочкой министра Болгарии!» — стр. 6.

««Я потеряла все!» — погромы и грабежи на чемпионате по квиддичу» — стр.8.

— Какой кошмар! —выразила общие эмоции Роза Браун.

— А я еще весь вечер жалела, что мы не остались в лагере болельщиков, — ошарашено произнесла Лаванда, отложив газету.

Новости действительно были ужасными. При нападении Пожирателей смерти пострадал не только магл-смотритель со своей семьей, но и несколько волшебников, пытавшихся помешать нападающим. Помимо этого во время паники произошло несколько потасовок, а воришки, воспользовавшись общей неразберихой обнесли множество палаток.

От испуга маги неслись не разбирая дороги, и в толпе троих чуть не затоптали насмерть. Была масса потерянных детей и взрослых. А завершилось все огромным пожаром в котором чудом никто не пострадал, но выгорела половина лагеря.

Темная метка в небе добавила переполоха. Срочно прибывшие на место авроры никого не нашли кроме эльфийки Крауча с палочкой мистера Обланска. Когда же выяснилось, что «Морсмордре» была запущена палочкой болгарского министра, на месте разразился скандал.

— Я в Мунго, уточню, нужна ли им помощь, — проинформировал всех мистер Браун и, спешно собрав саквояж, шагнул в камин.

— Папа поставляет травы для больницы, — пояснила Лаванда.

Настроение у всех было подавленное. Гулять по деревне или развлекаться никому не хотелось. Я засела в библиотеке Браунов, где мне удачно попалась книга «История турнира Трех волшебников». Читать было интересно, но я проглядывала страницы по диагонали, в поисках информации о том, можно ли отказаться от участия в соревновании, если кубок Огня назвал твое имя.

Вечером совы принесли внеочередной номер «Пророка». Подозреваю, что Скиттер вторые сутки не спит, выдавая одну статью за другой.

«Болгария выражает протест по поводу подозрений в адрес министра Обланска» — стр.3.

«Паника отменяется! Темную метку в небо запустил сумасшедший эльф» — стр. 4.

«Аврорат за сутки провел 72 допроса и 17 задержаний» — стр. 5.

«Иностранные болельщики требуют компенсаций на сумму 3000 000 галеонов. Кто будет платить?» — стр. 8.

Мистер Браун вернулся поздно вечером, когда мы с Лавандой уже отправились по спальням. А когда мы проснулись его уже не было.

— Пара авроров попала под очень неприятное проклятие, — пояснила Роза отсутствие мужа, — для их лечения требуются редкие ингредиенты, а сейчас не сезон.

После завтрака два солидных филина принесли огромный букет белых роз. Эти светящиеся бутоны я уже знала. Но записку от Люциуса прочитать не успела. Как оказалось, с этим сортом знакома не только я.

— И почему это вам шлет букеты лорд Малфой? — Спросил неожиданно вернувшийся отец Лаванды. — В моем доме незамужние девушки не принимают цветы от взрослых женатых мужчин.

— Как скажете, мистер Браун. Я прямо сейчас покину ваш дом, — немного резко ответила я и развернувшись, отправилась в выделенную мне спальню за рюкзаком.

Так рано я уезжать от Лаванды не планировала, но тон и намек ее отца меня возмутил. Оставаться в гостях больше не хотелось. Тем более, что в спальне я наконец-то прочитала послание Люциуса:

«Спасибо. Ваше предупреждение помогло. Дважды. Нужно поговорить. Не могли бы вы посетить Малфой-мэнор до вашего отъезда в Хогвартс?»

Как я и думала в этом букете не было того смысла, который в нем увидел мистер Браун. Но оправдываться и что-то пояснять я не собиралась. Поэтому закинув в рюкзак немногочисленные пожитки я спустилась вниз с клеткой в руке и букетом наперевес.

— Гермиона, постой. Папа не хотел тебя обидеть, — жалобно пролепетала Лаванда, пытаясь остановить меня.

Я взглянула на мистера Брауна, который смотрел на мой букет, как на мерзкого таракана. В его взгляде не было ни капли раскаяния.

— Не переживай, я на тебя не обижаюсь, — успокоила я подругу, — но мне лучше уйти.

В этот момент в комнату влетела сова, несущая в лапах огромный букет кроваво-красных роз, по лепесткам которых пробегали черные искорки. Эта птица и цветы были мне не знакомы, но адресатом была я.

— Букет от лорда Блэка, — презрительно процедил мистер Браун. — Да, мисс Грейнджер, вам действительно стоит уйти. А тебе Лаванда, не стоит общаться с подобными особами.

Его реплика мне помогла, теперь я без опасений приняла цветы. И кивнув на прощание расстроенной подруге вышла на улицу.

Переноситься в Озерный край от дома Браунов я не стала. Иначе браслет в следующий раз вернет меня сюда же. А возвращаться обратно я не планировала. Выходка мистера Брауна меня возмутила. Он не спрашивал, не уточнял, а сразу обвинял и навешивал ярлыки. Неприятно.

Отойдя в конец улицы я взмахнула палочкой и вызвала «Ночного рыцаря», на котором добралась до Косой аллеи. А уже оттуда перенеслась к себе домой. В клетке недовольно заухала Минни, возмущаясь, что я переместила ее портключом.

— Потерпи милая, сейчас полетаешь, — успокоила я сову, забегая в дом.

Здесь за время моего отсутствия ничего не изменилось. Я поставила на стол клетку и сняла рюкзак. Вазы у меня не было. Зато было несколько хрустальных кувшинов, которые я временно повысила до звания ваз, разместив в них оба букета. Смотрелось оригинально и эффектно.

Осмотрев красно-черный букет, я нашла записку от Блэка. Как я и ожидала, здесь тоже никакой романтики не было.

«Мисс Грейнджер, я общался с Нарциссой. И теперь мне очень нужно с вами поговорить. Желательно до вашего отъезда в Хогвартс. Сириус».

— Ну, что, Минни, куда хочешь отправиться сначала: на Гриммо или в Малфой-мэнор?

Сова в ответ возмущенно ухнула, до сих пор не простив мне перемещения браслетом.

— Мэнор, так мэнор. Все-таки Люциус первым цветы прислал. Да, и белые розы мне всегда нравились больше, чем красные.

Я открыла клетку и отправила Минни к Малфою, предлагая ему встретиться через три часа. В ответ она принесла мне уже знакомый портключ.

Блэку я назначила встречу на завтрашнее утро. До отъезда в Хогвартс оставалось меньше недели и затягивать подобные вопросы — не хотелось. Бродяга пригласил меня на завтрак и пообещал открыть камин.

Перед отбытием в Малфой-мэнор я заварила себе чай с мятой и мелиссой, в попытке успокоить нервную систему. События последних дней напрочь выбили меня из колеи, сводя на нет эффект от моего летнего уединенного отдыха.

Я сидела на террасе, любуясь озером и попивая из кружки горячий чай. Вот бы не идти ни к Малфою, ни к Блэку. Да, и скорая поездка в Хогвартс не радовала. Хотелось спрятаться от всего мира в своем домике и тихонько плести себе фриволите, в тихом уединении природы. Но прятаться вечно не получится, поэтому одним глотком осушив чашку, я отправилась собираться на встречу.

Украшения-артефакты, туфли с пряжками, волшебная палочка, сумка и моя любимая мантия. Кстати, она уже впритык, надо будет перед отъездом в школу обновить гардероб. Палочкой мне тоже пользоваться запрещено, но с ней я чувствую себя чуточку увереннее.

В мэнор я перемещалась в два приема. Сначала с помощью браслета вернулась на Косую аллею, а уже там воспользовалась портключ ом Малфоя.

— Добрый день, мисс Грейнджер, позвольте проводить вас в кабинет, лорд Малфой вас уже ждет, — поприветствовала меня уже знакомая эльфийка Долли.

— Здравствуй, Долли, — поздоровалась я в ответ, чем удивила свою сопровождающую.

В кабинете меня ждал не только глава семейства, но и его жена. После приветствий и дежурного чая, к которому никто не притронулся, лорд начал разговор:

— Гермиона, позвольте мне вас так называть, ведь мы с вами уже почти любовники, если верить мистеру Брауну, — иронично начал Малфой.

— Уже? — Действительно удивилась я. — Оперативно, — скрыть досаду в голосе мне не удалось.

— Не переживайте, мой муж, остановит эти нелепые слухи. И да, меня и мужа, тоже можете называть по именам, раз уж у нас… такое тесное сотрудничество.

Вот же ж леди. Всегда непонятно, то ли успокоила, то ли уколола. Талант.

— О, сплетнях относительно меня и лорда Блэка тоже не переживать? — Не удержалась я от язвительного вопроса.

— Да, мистер Браун упоминал, что Сириус прислал вам знаменитые розы Блэков, — «вспомнила» мать семейства. — Не просветите, чего от вас хотел мой кузен.

— Совсем не того, о чем подумал мистер Браун, — спокойно ответила я, мелисса что ли подействовала.

— Правильно, Гермиона. Никому ничего не объясняйте. Чем больше будете оправдываться, тем меньше вам будут верить, — похвалила меня Нарцисса.

— Но мы здесь собрались для другого. — сменил тему лорд. — Гермиона, ваше предупреждение… помогло. Сильно. И даже не знаю, какое больше.

— Даже думать не хочу, что бы сейчас было, если бы «Морсмордре» запустили палочкой Драко, — в ужасе прошептала леди.

— Да, и если б не вечер у Гринрассов, на который ты идти не хотела, до сих пор бы нас аврорат допрашивал, как Нотта и Мальсибера, — буркнул лорд

Я слушала, как блондинистые супруги выплескивают эмоции, но вмешиваться в разговор не спешила. Хотят что-то сказать. Пусть говорят, я вопросов задавать не буду.

— Мисс, Грейнджер, — переключился на официальный тон Малфой. — В прошлый раз вы списали свое предупреждение на «дурное предчувствие». Но мне бы все-таки очень хотелось знать ваш источник информации.

Что ж, чего-то подобного я и ожидала. Блондин предпочитает держать руку на пульсе. Вместо ответа я достала из сумки омнинокль, выбрала на нем фрагмент с записью из министерской ложи и протянула прибор главе семейства.

Малфой посмотрел запись дважды. После чего непонимающе уставился на меня:

— Вы показали мне, как министр Обланск чешет нос?

Нарцисса не выдержала и отобрала омнинокль у мужа, чтобы самой убедиться, что я показала лорду именно это. Теперь на меня смотрело два ошарашенных взгляда.

— Вы не туда смотрите… Люциус, — обращение по имени далось мне не легко. — Не смотрите на министра, смотрите на место, где сидит эльф. И лучше в замедленном режиме.

Лорд вернул себе омнинокль и повторно поднес его к глазам. Теперь он смотрел гораздо дольше и явно несколько раз пересматривал этот отрывок.

— Там кто-то есть, под мантией-неведимкой, — вынес свой вердикт Малфой и вернул прибор, сгорающей от нетерпения, жене.

— Да, и этот кто-то забрал палочку у Драко. Тот момент я заснять не успела. Даже сама толком не поняла, что увидела. Вот и наблюдала за подозрительным местом. Все, что я смогла, это подать сигнал вашему сыну и вот это — я кивнула головой на омнинокль, закончив речь.

— Но, кто это может быть? — Задала риторический вопрос Нарцисса, в очередной раз пересматривая секундный момент с мелькнувшим ботинком и краем мантии.

— Это эльф Крауча, — размышляя вслух, произнес блондин. — Говорят, Барти выгнал его после чемпионата. Надо бы допросить эту эльфийку.

На этом мы и распрощались с семейством Малфоев. Оставаться на обед я сегодня не стала. Хотелось побыстрее вернуться к себе в Озерный край.

— Я вам обязан… Гермиона, — на прощание сказал мне лорд. Видимо ему тоже обращение по имени к маглокровке давалось непросто, но он старался и я это оценила.

Мой вечер прошел спокойно. Из мэнора я возвращалась через Косую аллею, где запаслась мороженым от Фортескью и другими вкусняшками для себя и Минни. Вечером мы с ней устроили небольшой пикник на берегу озера. Я запалила костер, на котором поджарила сначала несколько аппетитных колбасок, а потом воздушный зефир.

Колбаски Минни очень понравились. А вот зефир сове не понравился, мне он тоже показался слишком сладким, но интересным.

Когда от костра остались одни угли, из леса к нам пришли единороги. Это был уже знакомый мне табун. Уже подросшие единорожки меня узнали. Они бесстрашно доели мой зефир, им это лакомство пришлось по вкусу. Пока родители пили из озера, жеребята носились по полянке, а набегавшись, улеглись возле меня.

Я же аккуратно поглаживала их гривы и чесала за ушами, немного сожалея о том, что сейчас каникулы, и мне нельзя наколдовать себе гребень или скребок, для удобства. Вдали раздался одинокий тоскливый вой. Вожак табуна заволновался и увел своих подопечных в лес. Я тоже рассиживаться не стала. Залила угли водой из озера и вернулась в дом, унося с собой остатки пиршества.

Утром уже проторенной дорогой через Косую аллею я отправилась на Гриммо, где меня встретил Кричер и вопли портрета Вальбурги:

— Мерзкая грязнокровка! Позор дому моего рода!

— Приношу свои извинения, — выпалил Блэк, задергивая шторы на портрете.

В комнате сразу стало тихо, но атмосфера была натянутая. На празднике в честь дня рождения Гарри было как-то… проще и уютнее.

— Кричер, признавайся, ты специально открыл портрет? — Обратился Сириус к старому эльфу строгим тоном.

— Моя любимая миссис Блэк тоскует за портьерами, за которые ее спрятал непутевый сын, — проскрипел в ответ эльф.

— Я — глава рода Блэк. И я запрещаю тебе открывать портрет без моего прямого указания, — холодно процедил лорд на выходку своего домашнего раба.

— Слушаюсь и повинуюсь, — тихо произнес слуга, даже не пытаясь скрыть недовольство.

— Подай в гостиную завтрак, и не смей делать и говорить гадостей ни в мой адрес, ни в сторону мисс Грейнджер.

Кричер еще раз поклонился, показывая, что услышал и принял приказ и медленно направился в сторону кухни, бормоча себе под нос что-то, что явно не было комплиментами. Эльф шел настолько неспешно, что я заподозрила, что свой завтрак мы получим ближе к ужину.

Странно, вроде на празднике Поттера Кричер вел себя более адекватно. Хотя, может его лорд запугал. Или же слуга постеснялся позорить семью хозяина перед чистокровной Браун и Патил.

Мы с Сириусом прошли в гостиную, где он неожиданно встал на одно колено и протянул мне коробочку с явно старинным кольцом, в котором тускло поблескивал крупный изумруд.

— Мисс Грейнджер, я прошу вашей руки и в знак серьезности намерений вручаю вам свой фамильный перстень, — скороговоркой выпалил хозяин дома.

Такого развития событий я не ожидала, даже икнула от изумления.

— Лорд Блэк, что происходит? — Перепугано спросила я, скрыть панические нотки в голосе мне не удалось.

— Я делаю вам предложение руки и сердца, — немного раздраженно проговорил Сириус.

— Но я не хочу замуж. Вообще ни за кого, а не именно за вас. Может быть, когда-нибудь я и созрею для брака, но сейчас точно не планирую связывать себя какими-либо обязательствами.

— Да, я тоже, как-то не планировал жениться, — с сарказмом произнес Бродяга.

— Ни за что не поверю, во внезапно вспыхнувшие чувства. Корыстный мотив тоже исключаю, денег и связей у вас точно больше, чем у меня. Поэтому немедленно встаньте с колена и объясните, что это за представление. — Моя паника перерастала в истерику, я пыталась понизить тон, боясь, что сорвусь на крик.

— Мисс, Грейнджер… Гермиона. Предлагаю перейти на ты, раз уж так сложились обстоятельства, — Блэк видимо понял, что слишком резко начал и попытался сбавить обороты и дать нам обоим время прийти в себя.

Дождавшись моего ответного кивка лорд продолжил:

— Вчера вечером ко мне явилась Нарцисса. Кузина рассказала о сплетнях, которые распускает о вас мистер Браун. Честно говоря, я не думал, что обычный букет принесет столько проблем. Просто хотел… да, я сам толком не знаю, чего я хотел. То ли тебя порадовать, то ли отца Лаванды позлить. Мы же тогда в «Трех метлах» пока пили, он мне упорно сватал свою дочь. Причем ему было все равно, за кого ее отдавать: за меня или за Гарри. А потом и мистер Патил, своих на выбор предлагал, когда мы на улицу вышли. Меня вообще достали все эти отцы семейств с их дочками на выданье. — Блэк резко выдохнул и как-то беспомощно взъерошил волосы. — Но я, правда, даже не догадывался, какие последствия будут у моего поступка, все-таки мы не в средневековье живем. А это — просто цветы. Но, я осознаю свою вину и, чтобы пресечь слухи, готов жениться. Понятно, что не сейчас, а после того, как ты окончишь Хогвартс. Но уже сейчас мое кольцо гарантированно заткнет всем рты. Поэтому еще раз прошу его принять.

— То есть это будет фиктивная помолвка? Просто колечко поношу, чтобы избежать сплетен? — Уточнила я, расслабившись.

— Не совсем. Не выйдет носить на себе это украшение и параллельно крутить с кем-нибудь шашни, — остановил мой порыв Сириус. — Помолвка будет самая настоящая, но разорвать ее при желании можно.

Глава рода снова попытался встать на колено и вручить мне перстень, но я его остановила.

— Лорд Блэк.

— Сириус, зови меня по имени.

— Хорошо… Сириус, — не стала я спорить из-за мелочей. — Мне очень льстит ваше… твое предложение. Вот только прошу меня выслушать. Я не буду говорить о любви и чувствах, которые не испытываем ни ты, ни я. Не буду вспоминать о разнице в возрасте и положении. Но пару лет назад Драко мне популярно объяснил, почему он не может жениться на маглокровке. И почему старые семьи, вроде Блэков, Принцев или Прюэттов изгоняют из рода потомков, решивших связать свою жизнь с маглорожденными. Наглядно так объяснил на примере Поттеров и Долгопупсов. И я не хочу подобной судьбы, ни для себя, ни для своего гипотетического ребенка. Да и для тебя тоже.

— Это ерунда, — отмахнулся повеселевший Блэк. — Есть в наших закромах один небольшой ритуальчик, который позволяет обойти эту помеху. Ничего сложного и совсем уж темномагического. Перед бракосочетанием смешиваем кровь под певучие катрены и вот я уже женюсь не на безродной маглокровке, а на дальней родственнице. Очень дальней. Только там… э… нюанс. Невеста на момент свадьбы должна быть девственницей.

Закончив свою речь Блэк… покраснел. Уж чего-чего а такого я от вроде как распутного лорда не ожидала. Я всеми силами пыталась удержать лицо и не рассмеяться, глядя в глаза Сириусу.

— Есть еще одна проблема, — перевела я тему, стараясь не смотреть на смутившегося лорда. — После пятого курса я покину страну. Свое обучение я планирую закончить не в Хогвартсе. Мне совесть не позволит увести родовой перстень Блэков за океан.

— Поверь, этот перстень по миру и так знатно покатался, — Бродяга счел и эту проблему незначительной.

— А, если я не вернусь?

— Отнесешь перстень в местный филиал Гринготтса. Гоблины вернут кольцо в мой сейф, — пожал плечами мой почти жених.

— Не боишься, что я решу оставить такую красоту себе? — Подколола я Сириуса.

— А вот этого делать не стоит, — предостерег меня лорд блеснув синими глазами. — Род Блэк умеет защищать свое имущество. Проклятье на этом перстне очень неприятное. Могу гарантировать, что оно тебе не понравится.

— Может все-таки не стоит затевать эту историю? Как-то это для меня… дико. У маглов Англии не приняты столь ранние помолвки.

— Давай я обрисую тебе ситуацию, которой ты не понимаешь. Мистер Браун из мести, из-за дурости или из-за зависти — причину выбери сама — испортил тебе репутацию. Причем испортил ее качественно, со знанием дела. И теперь весь магический мир уверен, что ты спишь и со мной, и с Люциусом, то ли вместе, то ли по отдельности. Но это уже не важно. Важно то, что если ты вернешься в Хогвартс без кольца на пальце, то ты вернешься туда в качестве легкодоступной маглокровки. Сальные взгляды и пошлые шутки от парней, злоба, презрение и обидные ругательства от девчонок — это тот, минимум, который тебя ждет на каждом шагу. Защиты от этого у тебя не будет. И обязательно найдутся те, которые не ограничатся взглядами и словами. Укромных уголков в школе много. Беззащитную маглорожденную там никто не услышит, а если и услышит, то пройдет мимо.

— А профессора? Макгонагалл, Снейп? Я не верю, что они бросят ученицу, молящую о помощи.

— В Хогвартсе есть негласное правило: каждый сам выбирает свой путь. И маглокровки часто решают, что через постель проще всего занять место под солнцем. Поэтому можешь мне поверить, ты станешь далеко не первой маглорожденной, мимо которой пройдет Макгонагалл. Так что у тебя всего два пути. Или тот, что я уже описал, или кольцо на пальце. Букеты дарили я и Люциус, но он уже женат, да и не сможет ни один Малфой жениться на тебе без последствий. Могу Поттера, попросить, если я уж совсем тебе противен…

— Не надо Поттера, — смирилась я и протянула Сириусу руку.

Блэк надел мне на палец тяжелое кольцо. В прошлой жизни я убить была готова за такое украшение. Широкий перстень, закрывающий всю фалангу пальца. На удивление чистый изумруд насыщенного оттенка в обрамлении мелких бриллиантов. И никаких эмоций внутри.

Не так я представляла свою помолвку. Да я ее собственно, вообще никак не представляла.

— Вина? — Предложил Сириус.

— Да. Выпить не помешает, — согласно кивнула я. — Белого, если можно.

Блэк позвал Кричера. Чай нам, кстати, эльф так и не донес. Если он и вино так нести будет, то я лично устрою ему разнос. На правах… невесты. Я хихикнула. Попыталась сдержаться, но от этого смех только сильнее рвался наружу.

Хохотала я пока слезы не потекли из глаз. Остановиться не получалось. Я плакала и смеялась одновременно, вытирая слезы непонятно откуда появившемся в моей руке платком.

— Может ее стукнуть? — Услышала я голос Поттера откуда-то сбоку, эта фраза, как выключатель, остановила мою истерику.

— Не надо меня стукать. Мне вина обещали.

Блэк подал мне бокал, который я осушила залпом.

— Ну, за помолвку, — запоздало сказал тост Сириус.

— Так ее поэтому истерика накрыла? — Спросил Гарри у крестного, заметив кольцо на моем пальце. — А ты говорил, что девушки в очередь строятся, чтоб замуж за тебя выйти.

Я опять хихикнула. Блэк опасливо взглянул на меня, ожидая второй волны истерики. Но я уже взяла себя в руки.

— Крестник ты там на метле в саду летал? Вот пойди еще полетай, — культурно выставил Бродяга Поттера.

Тот противиться не стал и ушел, прихватив с подноса гроздь винограда. Мы остались одни. Повисло неловкое молчание. Я пыталась осознать ситуацию, в которой оказалась. Но мысли разбегались.

— Можно мне еще вина?

— Камином не стоит передвигаться в состоянии алкогольного опьянения, — поучительно сказал… жених, надо привыкать к этому странному слову, но вина налил.

— У меня портключ, — буркнула я, одновременно делая глоток из бокала и показывая Сириусу браслет.

— Знакомый браслет, — холодно процедил Блэк. — Ничего рассказать не хочешь… невеста?

Поняв, что лорд узнал бывшее украшение кузины я растерялась. Изначально я не собиралась никому выдавать свой домик. Но события развивались так стремительно, что я за ними не успевала. Сделав еще один глоток, чтобы потянуть время, я решила… ничего не решать.

— Завтра. Все завтра. На сегодня мне новостей хватает. Жди меня…, — сначала я хотела сказать «утром», но взглянув на оставшуюся половину бутылки вина передумала, — …к обеду. Мне надо собраться с мыслями и прийти в себя.

Не давая Блэку возможности возразить, я поставила пустой бокал на стол. Вместо него взяла в руку полупустую бутылку и сжала злополучный браслет. Миг и я стою в Озерном крае.

От пары бокалов, выпитых на Гриммо я опьянела. Все-таки это тело было не готово к серьезным алкогольным нагрузкам. Поэтому я отставила бутылку и отправилась готовить себе обед. Надо было заняться чем-то привычным, чтобы разложить мысли по полочкам.

На кухне мой взгляд натолкнулся на два букета в графинах. Первым порывом было, выкинуть эти веники, принесшие столько проблем. Но я себя удержала. Цветы не виноваты, что их хозяева — идиоты. Вот только, кажется, розы я теперь ненавижу. Пионы. Решено, буду любить пионы. Или вот хризантемы, тоже неплохой вариант.

Что-то мои мысли опять унесло куда-то не туда. Все-таки вино у Блэков вкусное, но коварное. Надо будет название запомнить. Так и размышляя о всякой ерунде я резала салат.

Пообедав и покормив Минни, я вернулась к своей главной проблеме. Что делать с Блэком? Еще и родители… Как я им объясню кольцо стоимостью под миллион фунтов. Раннюю помолвку Грейнджеры точно не поймут.

Весь вечер я сидела на террасе. Вывязывала узелки фриволите, мелкими глотками потягивала из бокала винишко и пыталась придумать выход из ситуации. Не помогло. Решения я так и не нашла, а вино закончилось. Если Блэк не сгустил краски, то помолвка — это действительно единственный выход. Вот только замуж я в ближайшие годы не собиралась. Да, и Сириус вроде в брак не рвался.

Значит честно отношу это украшение до конца обучения, а потом верну жениху. Надеюсь через столько-то лет все уже забудут о старых слухах. Тем более, что у них тут Волдеморт на носу. Там уж точно не до маглокровок будет.

Хотя… не припомнит ли Темный лорд Блэку такую невесту. Да, и по канону я должна овдоветь до того, как женой стану. Так, надо идти спать. А проблемы буду решать по мере их поступления.

Проснулась я почти в полдень. Голова, на удивление, не болела, только пить сильно хотелось. Спустившись вниз на кухню я открыла бутылку магловской минералки. Стало значительно легче. Сегодня вчерашняя проблема казалась лишь мелкой неурядицей. В клетке бесновалась моя питомица, требуя свой законный завтрак и утреннюю прогулку.

— Прости, Минни, свою непутевую хозяйку, — успокоила я птицу, угощая ее совиным печеньем.

Сова лакомство приняла, но прощать меня не спешила, попытавшись клюнуть за палец.

— Иди полетай, сбрось напряжение, — предложила я этой вредине, открывая дверцу клетки.

Обиженно ухнув Минни улетела. Я же пошла собираться, пора было идти на Гриммо. Сдаваться Блэку. Подойдя к лестнице, ведущей на второй этаж я остановилась. Только сейчас сообразив, что Сириус хотел вчера поговорить со мной о чем-то другом. Ведь букет с просьбой о разговоре он присылал еще до скандала с мистером Брауном.

Надев свой стандартный комплект из мантии и кружевных артефактов я сжала браслет. Портключ перенес меня в точку, из которой я уходила в Озерный край. Через миг я оказалась в гостиной, из которой вчера утащила бутылку вина. На Гриммо я попала в эпицентр скандала. В комнате ругался Блэк и незнакомый маг. Там же находился Поттер, который вроде и являлся причиной конфликта.

— Я не вовремя? — Уточнила я у разом замолчавших мужчин.

— Вовремя, — ответил мне незнакомец. Я все равно ничем не могу помочь. Невозможно за три дня, ни изготовить приличные артефакты, ни научить его окклюменции, — маг указал рукой на Гарри. — А ваш комплект я спокойно пробиваю.

Только сейчас, взглянув на Поттера, я заметила, что он бледный, какой-то взъерошенный и опять обвешан ювелиркой, как новогодняя елка. Что ж, я давно хотела проверить свой плетеный комплект. Так почему не сейчас?

— А, если так? — Предложила я и сняла с себя ажурный чокер. — Надень.

Мой браслет в технике фриволите Гарри давно носил, да и Блэк ему уже прочно вбил в голову, что в артефактах главное — польза, а не внешний вид. Поэтому герой безропотно застегнул на шее немного женское украшение.

— Я готов, — с долей смирения и обреченности произнес Поттер.

Незнакомец окинул нас насмешливым взглядом и не сомневаясь в своем превосходстве, немного пафосно бросил:

— Легилименс!

Дальше я, Гарри и Бродяга наблюдали, как пришлый маг перелетел половину гостиной и впечатался спиной в стену. Признаться, такого эффекта я не ожидала.

— Перебор, — констатировала я, — в резонанс вошли. Надо что-то с тебя снять.

— Ни в коем случае! — Вышел из ступора мой жених. — Это именно то, что нужно, — эмоционально заходил по комнате Блэк, рассуждая вслух. — Если кто-то решит прочитать твои мысли, ты сразу узнаешь, кто именно, — Сириус остановился и многозначительно посмотрел, на пытающегося встать легилимента, а потом продолжил. — И подозреваю, что второго нападения опасаться не стоит.

— Что это было? — Спросил ошарашенный незнакомец, которому наконец удалось подняться. — Вы вообще кто? — Уставился он на меня с каким-то ужасом. Ну, это он зря. Не такой уж я и монстр.

— О, простите, я вас не представил, — смутился Блэк. — Гермиона, познакомься, это Дорин Аргинтари, мастер легилимент из Трансельвании. Мэтр Аргинтари, позвольте представить вам мою невесту Гермиону Грейнджер, студентку Хогвартса.

Мы с мэтром опасливо раскланялись. Меня смутило его происхождение. Не вампир ли? Хотя, кожа вроде смуглая, а не бледная. Дорин тоже внимательно изучал меня, пытаясь, понять, что еще от меня можно ожидать.

— Мисс Грейнджер, вы позволите мне изучить ваш артефакт, — обратился ко мне трансельванец.

— Боюсь, что нет, мэтр Аргинтари. Через три дня Гарри поедет в нем в Хогвартс. Если вы что-то нарушите в плетении, добыть замену мы не успеем. Тем более, что это довольно дорогой чокер, сделанный по индивидуальному заказу.

Врать легилименту я не решилась, тем более, что моя защита сейчас красовалась на шее у Поттера. Так что пришлось юлить и недоговаривать.

Чокер я действительно плела по индивидуальному заказу, своему собственному. И дешево делать подобный артефакт из шерсти единорога я ни для кого не буду. Да, и не успею я его сплести за оставшееся до отбытия время. Вот за неделю — легко. Но этого Дорину знать не надо. Как и то, что я просто не хочу давать свое творение в посторонние руки.

— Где я могу приобрести такой же? — Трансельванец вычленил из моей речь главное.

— По всем вопросам к лорду Малфою, — сухо ответила я, переложив эту настырную проблему на плечи блондина.

Люциус, товарищ сообразительный, придумает, как ни себя, ни меня не обделить. Краем глаза я заметила, как заледенел взгляд Сириуса при упоминании Малфоя. Что это с ним? Ревнует что ли? Бред какой-то.

— Что ж, раз я вам больше не нужен, то я пожалуй пойду. Позволите воспользоваться вашим камином? — Поинтересовался мэтр у Блэка.

Дождавшись разрешение хозяина дома, Дорин со всеми попрощался и ушел камином на Косую аллею.

— Гарри, убери артефакты в свою комнату, и тебе стоит немного отдохнуть. Утро вышло напряженное, — отстраненно произнес лорд.

Поттер намек понял и слинял наверх, наспех поблагодарив меня за чокер. Мы с Сириусом остались одни.

— Не переживайте, мисс Грейнджер, — холодно бросил Блэк. — Я возмещу Люциусу стоимость твоего украшения.

— Не нужно ему ничего возмещать, — рассмеялась я. — Хотя, это было бы даже забавно.

Хозяин дома недовольно скрипнул зубами, но удержал эмоции и лишь непонимающе приподнял бровь, показывая, что ждет пояснений.

— Нам стоит поговорить, — сдалась я. — Но я вам все расскажу, только после того, как вы дадите мне клятву о неразглашении и непричинении вреда.

— Все настолько плохо? — Психанул лорд. — И кого же мне в невесты подсунула кузина, прикрываясь долгом за мое освобождение из Азкабана, — Блэк навис надо мной, гневно сверкая глазами.

— Сначала клятва, а потом разговор, — не поддалась я на его угрозы.

Лорд стукнул по столу, что-то прошипел сквозь зубы, но клятву дал. Я внимательно слушала каждое слово, опасаясь, что он схитрит и что-нибудь «забудет». Но Блэк мелочным не был и произнес все верно.

— Довольны? — Процедил хозяин дома, присаживаясь в кресло напротив.

Вместо ответа я начала рассказ:

— Я умею делать артефакты, единственные в своем роде. Настолько сильные и мощные, что с их помощью Люциус и Нарцисса смогли снять проклятие с рода Малфоев и обзавестись двойняшками: Элпис и Алейф…

После этих слов Блэк непроизвольно подался вперед, осознавая услышанное.

— Тебя же невыразимцы в своих лабораториях закроют, — взявшись за голову, сказал Сириус, даже не заметив, что от переизбытка эмоций он вернулся к неформальному общению.

— Чтобы этого не произошло все Малфои, включая Драко, дали мне такую же клятву о неразглашении, как и ты. Ты стал четвертым, кто знает правду о рождении двойняшек. Что касается остальных, то кто-то что-то может и подозревает, но точной уверенности нет ни у кого. Хотя намеки и вопросы от разных магов периодически поступают, потому что мои артефакты на Люциусе и Нарциссе видел Сметвик и другие колдомедики. В целях безопасности приходится врать и все отрицать.

Блэк встал и заходил по комнате, пытаясь успокоить эмоции и параллельно выстраивая в голове план будущих действий. Я обратила внимание на то, что мой жених ходит четкими кругами, вернее овалами, делая в каждую сторону всегда одинаковое количество шагов. Так ходят звери, большую часть жизни проведшие в клетке и точно знающие, где находятся границы их темницы. Сколько же еще подобных сюрпризов скрыто внутри бывшего заключенного.

— С Гарри тоже нужно взять клятву. Сам он может и не поймет всей опасности, но другие по крупицам этой информации узнают лишнее, — выдал Бродяга после раздумий.

— Люциус выступает в качестве добровольного посредника, принимая заказы на артефакты. Оплату он отправляет сразу в сейф в Гриннготсе, который он сам мне и открыл. Лично мы стараемся встречаться как можно реже, всю информацию передавая через Драко. Конспирация же, — я развела руками, подводя итог.

— А браслет портключ и дом в Озерном крае? — Решил прояснить последний вопрос Блэк.

— Плата за появление Элпис и Алейфа.

Разговор оборвался, каждый думал о своем. Сириус укладывал в голове кусочки мозаики, я прикидывала дальнейшее развитие ситуации.

— Почему Малфои уверены в том, что я обязан тебе своим оправдательным приговором? — Неожиданно сменил тему Блэк.

Переход был столь резким, что я растерялась и сразу не нашлась с ответом. Не думала, что Нарцисса поднимет эту тему в разговоре с кузеном. Но, видимо, он был сильно против помолвки и блондинке пришлось идти на крайние меры.

— Моя роль в этом вопросе сильно преувеличена, — сказала я, осторожно подбирая слова. — В первую очередь ты обязан себе, Мародерам и Люциусу.

— Мародерам? — Теперь уже Сириус был обескуражен моим ответом.

— Я заметила на вашей карте Петтигрю, который в образе крысы был питомцем младшего Уизли. И просто рассказала об этому Малфою, обратив внимание на то, что честный герой вряд ли будет годами прятаться в аниформе. Дальнейшей поимкой настоящего преступника и твоим оправдательным приговором лорд занимался без моего участия.

— Я должен попросить прощения, — после паузы выдал Блэк. — Я очень нехорошо о тебе подумал. Намеки мистера Брауна, цветы, браслет. Еще и Нарцисса слишком сильно настаивала на нашей с тобой помолвке. В какой-то момент я подумал, что любовь к мужу застила ей разум и она просто покрывает интрижку Люциуса. Был неправ, очень сильно. В свое оправдание могу сказать, только то, что сейчас на меня влияет родовой артефакт, — Сириус кивнул рукой на помолвочный перстень.

— Кольцо что заставляет тебя любить и ревновать меня? — Выпалила я в ужасе уставившись на собственную руку, на которой сверкал изумруд.

— Нет. Любовь не может внушить ни один артефакт. Даже хваленая Амортенция, лишь затмевает разум, а не дарит реальное чувство. Перстень действует иначе. Он усиливает присущее всем Блэкам чувство собственничества. Знаешь, такое дикое ощущение «мое». Но не пугайся, — увидев мое выражение лица, успокоил меня жених, — столь яркие проявления эмоций будут у меня лишь первые несколько недель или месяцев. Когда кольцо полностью настроится и войдет в силу, оно не будет так «бить по башке», контролировать себя станет проще и я начну адекватно воспринимать тебя и мир.

— Как это украшение действует на меня? — Опасливо уточнила я, уже пожалев, что согласилась на эту помолвку. Мой разум и сознание — это тот мизер, который от меня остался, не хотелось бы терять и его, становясь марионеткой какого-то артефакта.

— А никак, — откинувшись на спинку кресла заявил лорд. — В тебе нет ни капли крови Блэков и на тебя не действует наша родовая магия. Так что ты получаешь только плюсы: защиту от кое-каких проклятий и стороннего влияния. Ну, и как сигналку его можно использовать. Если с тобой что-то случиться, почернеет камень в моем перстне, а если я куда-то вляпаюсь — в твоем.

Мы долго еще обсуждали различные нюансы помолвочных перстней. У каждого рода были свои секреты. В какой-то момент, у Блэка заурчал живот от голода и он смутившись вспомнил, что я вообще-то на обед приходила. Вызвав Кричера хозяин дома приказал накрывать на стол и звать Гарри. А я вспомнила, что кое-что забыла.

— Сириус, у тебя в библиотеке есть «История турнира Трех волшебников»?

— Да, должна где-то валяться, — небрежно бросил жених. — Захвати книгу на обратном пути, — приказал он, обращаясь уже к домовому эльфу.

Издание у Блэков было более старым и дорогим, чем у Браунов. Красивые иллюстрации, богатая отделка, но текст практически тот же. Я довольно быстро обнаружила то, что искала. И ткнула под нос, спустившегося Поттера, нужную страницу.

— Читай внимательно, а лучше заучи, — практически приказала я Гарри.

— «Отказ от магического контракта», — прочел он заголовок. — Зачем это мне?

— А ты разве еще не в курсе, что в этом году в Хогвартсе будет проходить турнир Трех волшебников? Не видел разве парадную мантию в списке школьных покупок?

— Видел и даже купил себе. Зеленую, — отчитался герой. — Но я не собираюсь подавать заявку на турнир, мы с крестным решили, что это может быть опасным.

— Ты не собираешься, а ты уверен, что твое имя никто не подкинет в список конкурсантов? А, зная твою везучесть и длину списка твоих врагов… лучше заучи, — закончив свою пламенную речь, я повторно ткнула пальцем в страницу с отказом.

— Он выучит, — уверенно заявил Бродяга, который лучше себе представлял коварство окружающих и не понаслышке знал о последствиях неисполнения магических контрактов. — И, в случае чего применит все до последней буквы.

Обед на Гриммо мне понравился больше, чем в Малфой-мэноре. Блэк не особо следил за этикетом из-за чего обстановка за столом была более непринужденной. Никто, конечно, руками с тарелок не жрал, но батареи вилок и ножей у каждого обедающего не было. Хозяин дома считал, что для каждого достаточно одной пары столовых приборов, что меня несказанно радовало. В гостях у Люциуса и Нарциссы я постоянно боялась ошибиться и взять не тот бокал или ложку.

Беседа протекала ровно, без неловких пауз. Даже недовольное ворчание Кричера, прислуживающего за столом, органично дополняло антураж старинного замка. Кстати, клятву с Поттера бывший мародер все-таки стряс, при этом, не посвящая Гарри в детали.

Домой я уходила со спокойной душой. Без недомолвок жить стало чуточку проще. А с наличием «жениха» я уже даже почти смирилась.

Вечером в Озерный край прилетел филин Малфоя с букетом и конвертом. Первым порывом было гнать бедную птицу теми самыми белыми розами. Но я взяла себя в руки и прочла послание.

«Дорогая Гермиона Грейнджер!

Поздравляем тебя и Сириуса Блэка с заключением помолвки.

Ваша помолвка — это важный шаг, который требует доверия. И мы искренне рады, что вы оба на него решились. Пусть ваши планы реализуются с легкостью и вдохновением, а союз будет прочным и счастливым.

С наилучшими пожеланиями и поздравлениями, семья Малфой»

P.S. Мэтр Аргинтари требует у меня какой-то артефакт, защищающий от легилименции. Ничего пояснить не хочешь?

Скрепя зубами, нацарапала в ответ что-то такое же высокопарно-благодарственное в ответ на поздравление. Уточнила, что для Дорина за две недели сплету артефакт по стандартной цене, и пошла искать емкость для нового букета. Графины заканчивались.

Первого сентября на вокзал Кингс Кросс мы отправились втроем. Я с вещами перенеслась сначала на Гриммо браслетом, а затем Сириус по очереди аппарировал нас с Гарри на перрон 9 ¾. Явились мы туда гораздо раньше, чем это было необходимо, даже Хогвартс-экспресс еще не подъехал. Жених сказал, что так будет лучше, мы с Поттером спорить не стали.

Стоять на практически пустом перроне было скучно. Первым не выдержал Бродяга.

— Пойду на магловскую сторону, стаканчик кофе возьму, — оповестил нас бывший мародер, принял заказ на чай и ушел через проход в колонне.

Мы с Поттером остались скучать на перроне и разглядывать прибывающих студентов. Первым меня поразил Малфой, вернее его компания. Помимо его неизменных телохранителей Крэбба и Гойла, блондина сопровождал… Долгопупс.

— Чего это Невилл со слизеринцами идет? — Удивленно спросила я у Поттера.

— А, ты же не знаешь. Отец Драко какой-то сложный ритуал провел и выяснил, что проклятие, из-за которого род Малфоев едва не вымер, на них предок нашего Долгопупса наложил. И летом суд был, который Люциус выиграл.

— Подожди, я летом постоянно читала «Пророк», но ничего подобного там не видела, — прервала я Гарри.

— Заседание Визенгамота закрытым было, прессу туда не пускали, поэтому мало кто в курсе. Я б и сам не знал, но Нарцисса к Сириусу приходила, чтобы в библиотеке какой-то родовой ритуал Блэков взять, а я подслушал. — Выдав признание Поттер аж умолк и покраснел, ожидая, что я не оценю таких методов добычи информации, но я наоборот кивнула, негласно предлагая продолжать.

— Там вообще все сложно, — пояснял герой. — Законы у магов хитрые, мне крестный долго объяснял, но я не все понял. Короче, по решению суда, либо Невилл, вся его семья и даже больные родители отправлялись в Азкабан, либо Малфой должен был провести какой-то ритуал и род Долгопупсов становился даже не вассалами, а чуть ли не слугами блондинов. Не помню, как это называется.

— Я так понимаю, семья Невилла выбрала второй вариант? — Уточнила я.

— Как видишь, — подтвердил Поттер. — Там еще, вроде как, предки Уизли как-то замешаны были в этой истории. Но лорд Малфой этого доказать не смог, поэтому им ничего не было. Знаю только что рыжие с Долгопупсами из-за этого сильно рассорились. Мы с Бродягой, когда к школе покупки делали, видели их скандал на Косой аллее.

Не успел Гарри вспомнить про Уизли, как они всей толпой появились со стороны магловского вокзала. Я непроизвольно скривилась, увидев их шумную и неопрятную компанию. Гудок приближающегося Хогвартс-экспресса отвлек меня от рыжего семейства.

Я разглядывала красный поезд, выкатывающийся на перрон в белых клубах пара. Из кабины всем приветливо махал машинист, а первокурсники весело махали ему в ответ. Раздался еще один гудок, который частично заглушил слова, подскочившего сзади Рона. Я не расслышала, что именно рыжий сказал Гарри, только обрывок фразы «…первым Грейнджер застолбил».

Обернувшись, я видела покрасневшего Поттера, сжимающего кулаки, но ни он, ни я ничего сделать не успели. Нас остановил холодный голос Блэка, подошедшего сзади к нашей компании:

— Мистер Уизли, вы хотите что-то сказать моей невесте? — Бесстрастно уточнил мой жених, передавая мне и Гарри бумажные стаканы с чаем.

— Какой еще невесте? — Развязно спросил Рон.

— Простите, лорд Блэк, мой брат не хотел оскорбить вашу невесту, — быстро сориентировался Перси и оттащил от нас младшего Уизли, взглядом указывая ему на кольцо на моем пальце.

Подозреваю, что хитрый мародер специально принес нам стаканчики, чтобы всем желающим было четко видно перстень на моей руке. Что ж, значит не буду ломать Сириусу игру. Я перехватила стаканчик поудобнее, так чтобы фамильный артефакт Блэков начал отбрасывать блики в ярких лучах вокзала.

Мимо в этот момент удачно проходила Лаванда с отцом. Мистер Браун аж споткнулся, узнав помолвочное кольцо на моем пальчике. Презрительно-надменный взгляд, которым он меня наградил резко изменился на обиженно-неверящий. Он с какой-то затаенной злобой посмотрел на Сириуса, и даже не поздоровавшись проскочил мимо, утаскивая за собой дочь. Блондинка даже не поняла, что произошло, лишь как-то растеряно кивнула нам на прощание.

Мы допили чай, Гарри поболтал с Анджелиной, Сириус перекинулся парой слов с бывшими одноклассниками. После чего Бродяга решил, что на сегодня представлений достаточно и приказал нам загружаться в Хогвартс-экспресс.

Но бывший мародер не смог обойтись без финальной проказы. Помогая нам погрузить вещи в вагон, Блэк целомудренно чмокнул меня в щечку под чей-то резкий вздох. Проказливо улыбнувшись, лорд на прощание помахал Гарри рукой.

— Пришлите сову, как доберетесь, — дал нам последнее указание Блэк и скрылся в вихре аппарации.

— Позер, — припечатал Поттер. Не впечатлившийся представлением крестного.

Мы заняли последнее пустое купе в вагоне. Вернее, в нем сидел Дин, но его позвали к себе пуффендуйцы и он ушел, как только поезд тронулся, так что дальше мы остались одни, хоть и ненадолго.

Первым в купе заявился Малфой, который поздравил меня с помолвкой и впихнул к нам Невилла.

— Будешь ехать здесь. Это теперь твои лучшие друзья. Поттера не обижать, он мой… кузен. Грейнджер, тем более не обижать, она мне тоже уже почти… родственница, — насмешливо проинструктировал Драко Долгопупса. — Дал же Бог семейку, — возведя глаза к небу, играл на публику блондин.

— Малфой, а в лоб? — В тон слизеринцу спросил Поттер. — И вообще, с чего ты взял, что мы хотим становиться лучшими друзьями Невилла. Он помнится с Роном активно дружил последний год.

— Не кипятись, Гарри, — Драко перестал паясничать и присев рядом с очкариком, сказал совсем другим тоном. — Мне правда некуда его деть. Что мои, что ваши однокурсники его сожрут. Мои, просто за то, что он гриф, ваши за то, что служит слизням. Начну защищать, уже меня не поймут. Я и сам его уже прибить готов, а ты у нас парень добрый… герой. Так что в беде его не бросишь. Ну, и Гермиона тебе поможет… наверное.

Блондин сбежал, пока Поттер не передумал, а мы остались «дружить». Правда, дружить долго не получилось. К нам в купе началось настоящее паломничество. Все хотели посмотреть на «невесту Блэка». Одни хотели послушать «историю любви», другие полюбоваться кольцом. Булстроуд даже умудрилась кинуть в перстень каким-то заклинанием проверки, после чего мы дружно наблюдали, как слизеринку вынесло в коридор отдачей.

— Не подделка, — подвела итоги проверки Паркинсон.

— А ты чего ожидала? — Кинула ей Гринграсс. — О помолвке ж в сегодняшнем «Пророке» написали, а там такими вещами не шутят.

Свежую газету я сегодня не читала, за сборами в Хогвартс было не до этого. Поэтому информация от Дафны стала для меня новостью. И не только для меня. Невилл, не скрываясь, полез в сумку за газетой.

— Смотри на странице с объявлениями, — подсказала ему Панси.

«Редакция «Пророка» поздравляет лорда Блэка и мисс Грейнджер с заключенной помолвкой и желает любви и процветания вашему роду».

Змейки вырвали газету у Долгопупса и унеслись с ней в конец вагона.

— Пойдем Элли «порадуем», — прокомментировала свои действия Булстроуд.

Кто такая «Элли» мы с Поттером не поняли, но Невилл утверждал, что так зовут семикурсницу со Слизерина, которая вместе с ним помогает профессору Спраут в теплицах.

Уже на подъезде к Хогсмиду пришла Лаванда. Честно говоря, я не знала, как себя с ней вести. Вроде моя соседка по спальне ничего плохого не натворила, но ее отец сделал мне большую гадость. Сама блондинка решила игнорировать этот факт и уверенно тараторила обо всем на свете, присев рядом с Невиллом.

— Ой, Гермионочка, мне папа сказал, что ты замуж за Блэка собралась. Это же замечательно, вот я тоже выйду за Драко и будем мы с тобой родственницами, будем в гости друг другу ходить, званые вечера устраивать.

— Ну, вот это уж вряд ли, — послышался голос Малфоя из коридора, — у отца в последние дни развилась стойкая аллергия на фамилию «Браун». Так что поищи другого претендента на роль мужа.

Лаванда не ожидала такой отповеди и покраснев беспомощно оглядела, присутствующих в купе.

— На меня не смотри, — сразу открестился Поттер. — Сириус не допустит такого брака.

— Да, что я вам всем сделала?! — Обиженно прокричала блондинка, подскочив с сидения.

— Ты — ничего, — осторожно подбирала слова я, чтобы не обидеть в общем-то ни в чем не виноватую девчонку, — а вот твой отец поступил очень некрасиво.

— Такие подлости не прощаются, — подтвердил от двери Малфой. — Мало кто захочет породниться с таким, как мистер Браун.

Лаванда расплакалась и убежала в свое купе. Мне было ее искренне жаль, но догонять ее я не стала. Враждовать, надеюсь, мы с ней не будем, но вот дружить, как прежде, уже не выйдет.

В Хогвартсе за лето ничего не поменялось. Только исчезло кольцо дементоров, окружавшее школу. Невилл рассказал, что Петтигрю, вроде как, дважды видели во Франции, поэтому охрану вернули в Азкабан. Я же подумала, что здесь скорее Дамблдор подсуетился и убрал опасных соседей в ожидании турнира Трех волшебников.

Директор толкнул свою обычную речь, Грозный Глаз Грюм был представлен, как новый преподаватель Защиты от темных искусств.

— Не понял, — удивился Поттер, — а куда профессор Люпин делся?

— Его уволили, — по секрету сообщил ему Невилл. — Он оборотнем оказался. В конце прошлого года он напал на пару первокурсниц с Пуффендуя. Покусать не успел, его профессор Спраут со старшекурсниками отогнали. Это прям перед отъездом было, поэтому скандал тогда замяли, чтоб не портить репутацию школы. Люпина просто выгнали, а девочек попросили особо не болтать на эту тему.

— А ты тогда откуда знаешь и мне почему говоришь? — Озадачился герой.

— От бабушки, она дружит с теткой одной из пострадавших, — ответил Долгопупс. — А тебе все рассказываю, потому что Малфой так приказал. Велел тебе и Гермионе не врать, и ничего от вас не скрывать.

Было видно, что гриффиндорцу нелегко дается его служение. Он краснел, сжимал кулаки, но все равно выполнял приказ своего сюзерена. В чем-то мне его было даже жаль. Сам Невилл ничего не натворил, но ему пришлось расплачиваться за выходки предков. Чем-то это перекликалось с историей Лаванды, но ни в одну из ситуаций я вмешиваться не собиралась.

В первый же вечер я задернула балдахин на своей кровати и скрывшись за тяжелыми бархатными шторами тихонько прошептала:

— Клянусь, что замышляю только шалость!

В комнатах профессора Защиты от темных искусств отображалась точка «Аластор Грюм». Я поискала метку с именем «Крауч», но такой нигде не было. Я трижды внимательно осмотрела территорию школы, включая внутренний двор. Барти нигде не было. То есть этот мракоборец настоящий? Канон изменился?

— Шалость удалась, — я выключила карту ритуальной фразой.

Утром я явилась на завтрак одной из первых. За преподавательским столом кроме директора сидели лишь Снейп и Макгонагалл. Ученики тоже не спешили в Большой зал. Из гриффиндорского факультета присутствовало семеро, по пять когтевранцев и пуффендуйцев и всего три слизеринца. Я вяло ковырялась в тарелке омлета, пытаясь понять, зачем проснулась в такую рань.

— Привет, — уселся рядом до неприличия бодрый Поттер.

— Утро, — пытаясь не зевать, ответила я. — Возможно даже будет доброе, если я добуду себе кофе.

— Так это надо было в кухню к эльфам идти. В Большой зал они только тыквенный сок подают, — скривился Гарри, сделав глоток из собственного кубка.

— Нет, туда сейчас не доберусь, — я скептически покачала головой. — А ты то чего так рано встал.

Поттер осмотрелся, проверил, чтоб возле нас никого не было и никто разговор не подслушивал, и наклонившись к самому уху шепотом произнес:

— Я в Визжащую хижину ходил, пока все спали.

— Зачем? — Удивилась я.

— Мне крестный там Молнию передал. Я ее дома оставил, а сюда приехал и понял, что не могу без неба. В квиддич играть не буду, только иногда летать для души. Вот и написал вчера вечером Сириусу письмо.

В этот момент все звуки оборвал грохот со стороны преподавательского стола. Упал Снейп. А Гарри замер с открытым ртом. Все засуетились. Макгонагалл вместе с подошедшей Помфри пытались помочь зельевару. Директор пытался успокоить студентов, странно зыркая в нашу сторону.

— А ведь он пытался меня читать, — тихо произнес Поттер. — Когда Дорин в стену отлетел у меня такая же щекотка под чокером была.

Герой заметно повеселел. Не знаю, чему именно он обрадовался: падению Снейпа или тому, что декан змеиного факультета теперь не сможет безнаказанно лазить в голове у Гарри. Я же наблюдала за взглядом, которым наградил директор Северуса. Дамблдор понял то, что Поттер заметил, попытку залезть ему в мозги.

— Ты же напишешь об этом Сириусу? — Уточнила я.

— Обязательно, — лучезарно улыбнулся счастливый герой, а я наконец-то полностью проснулась. И кофе не понадобился.

Разговоры в первые дни учебы были только о моей помолвке с Блэком, даже турнир Трех волшебников, о котором официально объявил директор во время первого ужина в Большом зале, отошел на второй план. В меня тыкали пальцем в библиотеке, шушукались за спиной в коридорах, открыто обсуждали на уроках и в Большом зале. Даже в собственной спальне не было покоя. Фэй и Парвати сначала устроили мне форменный допрос, а когда я отвечать не стала, начали активно строить догадки, надеясь по моей реакции вычислить правду.

Приходилось через Выручай-комнату сбегать в Озерный край, где я могла в спокойной обстановке попить травяного чая и отвлечься на плетение кружева. Вот только на четвертом курсе домашних заданий стало намного больше. Мой браслет-артефакт помогал мне учиться, только благодаря ему я на домашнее задание тратила в разы меньше времени, чем однокурсники. Вот только помимо стандартного набора уроков я параллельно изучала руны. Свободного времени у меня оставалось совсем мало, но каждую свободную минуту я занималась фриволите.

Не знаю, как такое количество внимания выдерживал Поттер, я же очень обрадовалась, когда через неделю ажиотаж спал. После долгих дискуссий обитатели Хогвартса выдвинули свою версию происходящего.

Оказывается, мы с Блэком тайно встречались и так же тайно заключили помолвку, по случаю которой я и получила тот самый букет. А цветы от Малфоев отправила Нарцисса, с который кузен поделился новостью. Вот только все испортил мистер Браун, который то ли из зависти, то ли из вредности и глупости начал говорить гадости. Из-за последнего, кстати, на меня обиделась Лаванда, которую накрыло тенью отеческой «славы». В чем я здесь виновата, я не поняла, но спорить не стала.

Единственным не согласным с «официальной» версией, утвержденной в Хогвартсе, был Рон. Он почему-то был уверен в моей интрижке с Малфоем. Вот только не мог определиться со старшим или с младшим, из-за чего постоянно путался в показаниях, но не сдавался. Тем более, что его поддержала Лаванда, которая была уверена в том, что у меня не было помолвочного кольца, когда я получала букеты. Да, и за отца ей было обидно.

Люциус же подсуетился и Брауна убрали с должности поставщика ингредиентов в Мунго. Не ожидала, что лорд окажется настолько мстительным. Но было даже приятно. Не привыкла я, что меня защищают.

Уизли начал следить за Драко из-за чего нарвался на драку с Долгопупсом и даже умудрился победить. Но за Невилла, как за нового члена стаи, вписались Крэбб с Гойлом и теперь фингалами светил уже гриффиндорец. А потом еще и Снейп ему неделю отработок всучил. Страсти кипели так, что студенты Хогвартса скучать не успевали.

— Ты не представляешь, какая у нас сейчас обстановка в спальне. Рон постоянно собачится с Невиллом из-за Малфоя. Меня Уизли демонстративно не замечает, как предателя. — Жаловался мне Поттер, по дороге в совятню. — Дин и Симус только ночевать приходят, лишь бы в сварах не участвовать.

— Так скооперировались бы с Долгопупсом и прочистили б Уизли мозги, чтоб угомонился.

— Мы думали об этом. Но рыжих на факультете слишком много. Близнецы житья нам потом не дадут, а Маккошка их покрывать будет, — махнул рукой герой.

Поход в совятню стал нашим ежевечернем ритуалом. Сириус сильно переживал и просил хоть короткие записки присылать. Я поначалу сильно ругалась с ним из-за этого его вечного контроля. Но тут вмешался Гарри, который напомнил о том, как мой перстень влияет на Блэка и попросил потерпеть гиперопеку крестного. По словам Поттера мой жених и так держался из последних сил и даже собирался ехать в Хогвартс преподавать. Но все вакантные места уже были заняты. А может Дамблдор не пожелал иметь под боком невменяемого Мародера.

Я представила себе, что начнется, если Сириус явится в школу. Прониклась. И смирилась с ежевечерним отчетом для Гриммо. Зато Минни теперь не скучала, каждый день мотаясь в Лондон.

Чокер для трансельванца я отдала во время первого похода в Хогсмид. Незаметно перенестись камином из «Трех метел» в Малфой-мэнор было сложно, но возможно. Достаточно, лишь бегом добраться до Хогсмида, чтобы успеть проскочить до того, как паб заполонят студенты. С Люциусом мы распрощались довольно быстро, на обед я в этот раз оставаться не стала, чтобы не плодить сплетни. Вот только…

— Метка темнеет, — на прощанье сообщил мне хозяин дома.

Я в ответ резко выдохнула. Заявление лорда застало меня врасплох. Подходящих слов я не нашла, лишь кивнула Малфою, показывая, что услышала эту информацию.

Обратно в «Три метлы» я тоже перенеслась камином. Не успела я сделать и пары шагов, как пламя опять позеленело и следом за мной из огня шагнул Блэк. Все посетители затаили дыхание, в ожидании нового повода для сплетен. Все-таки в Хогвартсе было скучно и студенты были рады любому событию.

Не хотелось снова оказаться в центре внимания, поэтому я шустро утащила, ошарашенного таким приемом Сириуса, на улицу.

— К мадам Паддифут пошли, — донеслась мне в спину фраза Паркинсон, сказанная уверенным тоном.

— Ты, правда, тащишь меня в этот розовый ужас? — Нервно спросил, пришедший в себя Блэк.

— Как ты мог обо мне такое подумать? — Ужаснулась я, представив себе картину, как мы сидим в чайной в окружении студенческих парочек. — Мы просто идем туда, где на нас не будут пялиться и тыкать пальцем.

В этот момент мимо нас прошла стайка старшекурсниц и невозможно было не расслышать обрывков фраз, вроде «…она с Блэком». Многозначительные кивки и перемигивания Сириус тоже заметил.

— Пошли в Визжащую хижину. Меня там Поттер ждет, — предложил жених.

Этот вариант меня устроил и мы направились к окраине Хогсмида.

Гарри нас действительно ждал и даже подготовился к встрече. Плед, сливочное пиво и куча еды, захваченной из Хогвартса. Так что пикник у нас получился просто замечательный, хоть и спонтанный. И новости последние обсудили, и просто пообщались без лишних глаз и ушей.

Поттеру это было действительно нужно. Я хоть временами в Озерный край уходила, чтобы морально отдохнуть, а герой был в вечном напряжении. На уроках к нему всегда было приковано внимание преподавателей, в остальное время бесконечная нервотрепка с Уизли. До стычек не доходило, но и приятного было мало.

Через неделю в коридоре у библиотеки меня перехватил Малфой.

— Быстро читай и говори ответ, хочу успеть в совятню до отбоя, — протараторил Драко, затянув меня в пустой класс и вручив в руки записку.

«Мэтр в восторге от чокера. Он специально летал на материк, проводил испытания на симпозиуме легилиментов в Румынии. В чистом виде его смогли пробить всего двое. В комплекте с фамильными артефактами — никто.

Ему нужно еще семь таких же. Я тоже хочу пять, для себя, жены и детей. Возьметесь?»

Люциус в своем духе, ни дат, ни имен. Конспиратор белобрысый. Но информация, о надежности моей защиты порадовала. Я как раз доплетала себе новый чокер, взамен того, что отдала Поттеру.

— Передай отцу, что я возьмусь за оба заказа. На зимних каникулах передам ему все артефакты.

— Так на зимних каникулах все остаются в школе на святочный бал в честь турнира, — напомнил Драко.

— И кого предлагаешь отдать на растерзание Сириусу? Может ты меня на бал рискнешь пригласить? — Скептически усмехнулась я, показывая ему кольцо на пальце.

— Ой, я забыл про твою помолвку. Да, тебе лучше на бал не ходить. Блэки — народ горячий и скорый на расправу. Мама в гневе — та еще фурия.

Малфой попрощался и убежал в совятню, отправлять отцу послание, а я отправилась в башню Гриффиндора. До отбоя действительно оставалось совсем немного. Не хотелось бы попасться Филчу или Снейпу.

Тридцатого октября нас выстроили на крыльце, встречать студентов Шармбатона и Дурмстранга. Я стояла с термосом какао, второй был у Поттера. Однокурсники с нас сначала смеялись, а потом завидовали. Мы же тихонько болтали, потягивая горячий напиток, пока остальные мерзли и цокотели зубами на ветру.

— Могла бы и мне сказать, чтоб я термос прихватила, — обиженно протянула Парвати, закутываясь в шарф.

— Так она сказала, — заступился за меня Невилл, — а ты ей ответила, что у тебя шарф и мантия теплая.

— Она сказала, что на улице холодно, а не то, что надо взять какао, — не согласилась индианка, недовольно шмыгнув носом.

— Каждый греется по-своему, — флегматично произнесла я.

— Не ссорьтесь, — попросил нас герой. — Лучше смотрите, что там над Запретным лесом летит.

Если б Гарри не сказал, я б даже не заметила темную точку в небе. Хотя специально высматривала, зная, что именно надо искать. Вот же ж… ловец. Может зря он квиддич бросил. Хотя в этом году соревнования вообще отменили, оставив только турнир. Но тоже непонятно, зачем. В турнире один ученик нашей школы играет, а остальным что делать? Так бы хоть еще пару десятков при деле было. Вот только директору виднее, чего хотят его подопечные.

Наконец все гости прибыли. И полувеликанша со своими студентками из Шармбатона, и Каркаров в окружении крепышей из Дурмстранга, и даже Крам, которому особенно обрадовались все девчонки Хогвартса и… Рональд Уизли. Я же проводила Виктора равнодушным взглядом. С учетом помолвки с Блэком поход на школьный бал со звездой квиддича мне не светит. Сириус не поймет.

Торжественный ужин прошел шумно и весело. Гости распределились между столами Слизерина и Когтеврана, что Рон воспринял, как личное оскорбление. Рыжая макушка крутилась, как флюгер, пока ее хозяин решал, куда смотреть в первую очередь: на Крама, беседующего с Малфоем или Флер, которая как раз знакомилась с Лагвуд. Луна по случаю столь торжественного события была в своих любимых очках-редисках и ожерелье из пивных крышек, чем заинтриговала француженку.

Альбус щедро одаривал улыбками гостей и даже лично подливал напитки мадам Максим. Каркаров заметно нервничал, тем более, что место ему досталось рядом с профессором Грюмом, который регулярно зыркал своим глазом-артефактом на дурмстранговца.

В конце ужина Дамблдор подал сигнал и в Большой зал внесли Кубок Огня. Директор толкнул речь о дружбе и взаимовыручке и объявил о начале турнира Трех волшебников. Взмах палочкой, заклинание и над чашей взметнулось пламя.

— Гарри, ты помнишь, как отказаться от контракта с кубком? — Шепотом спросила я у Поттера, под завывание близнецов Уизли, сожалеющих о том, что они слишком малы для участия в турнире.

— Да, крестный трижды проверил у меня формулировку, перед отъездом в школу. Но, по-моему, вы сильно преувеличиваете опасность, — так же шепотом ответил мне герой.

— Я бы очень хотела ошибиться, — скептически прошептала я, вспомнив слова Люциуса о темнеющей метке. Да, и остальные меченные в лице Снейпа и Каркарова тоже выглядели напряженными и настороженными, что только добавляло мне нервозности.

Вернувшись вечером в спальню, я еще раз проверила Карту Мародеров. В Хогвартсе все так же был только Грюм, Крауча нигде не было. Зато Каркаров обнаружился в кабинете Снейпа. Встретились старые «коллеги».

Все время, пока горел Кубок, я обходила его, как ядовитую змею. Не нравился мне этот артефакт. Зато близнецы акулами кружили вокруг него. Очень уж им хотелось ввязаться в приключение. Тем более, что на горизонте маячил приз в тысячу галеонов. Угрозу смерти они всерьез не воспринимали, хоть я и слышала, как Джинни в гриффиндорской гостиной зачитывала им некрологи с прошлых турниров.

Лично у меня мурашки шли по коже от фраз «растерзан сфинксом», «сгорел в драконьем пламени», «умер от яда мантикоры». Фред и Джордж же только хохотали от описания очередной ужасной смерти.

— Турнир 1678 года. Один из чемпионов проглочен василиском, — вслух зачитала Джинни.

— Так это же замечательно, — рассмеялся в ответ один из близнецов. — На похороны тратиться не придется. Да и вообще, василиска Поттер еще на втором курсе убил. Так что переживать не о чем.

Второй Уизли поддержал его громким смехом. Я же заметила, как Гарри передернуло от воспоминаний о битве с василиском. У Джиневры тоже глаза уже были на мокром месте. Ведь и для нее это было очень неприятным моментом из прошлого. Но братья не обращали внимания на страдания младшей сестры. Они строили планы попадания на Турнир. Закончилось все ожидаемо — седыми бородами не хуже, чем у Дамблдора.

— Мы должны были попытаться, — признал поражение Фред, пожимая плечами.

В день оглашения чемпионов я шла на ужин, как на казнь. Поттер же был абсолютно спокоен. Ну, не верил он, что что-то может пойти не так. Гарри весело шутил с Фэй и Невиллом. Периодически они пытались втянуть в разговор и меня, но я не могла сосредоточиться и уловить суть их разговора.

Меня не успокаивало даже то, что перед ужином я снова проверила Карту и убедилась, что на ней все тот же Аластор Грюм и никакого Барти Крауча на горизонте. Других подозрительных имен я тоже не обнаружила. Хотя, я же не знаю пофамильно всех студентов Хогвартса. Да, и все подручные Волдеморта мне тоже неизвестны.

К ужину в Хогвартс явилась целая делегация. Крауч старший с Персивалем Уизли в качестве секретаря, Людо Бэгмен в своем неизменном желто-черном костюме «Уимбурнских Ос». Лорд Малфой, как представитель попечительского совета, и министр магии, который не мог пропустить такое событие, ведь на открытии была Рита Скиттер. А значит Фаджу гарантировано внимание прессы.

Очень хотелось еще раз проверить Карту Мародеров, вдруг кто-то из гостей не тот, за кого себя выдает. Но не доставать же артефакт в Большом Зале. Тем более, что Фред и Джордж уселись напротив меня и Гарри. А эти ушлые ребята сразу узнают «свой» пергамент.

Церемония выбора участников Турнира шла своим ходом. Виктор Крам стал чемпионом Дурмстранга, Флер Делакур — избранницей Шармбатона, а в Хогвартсе победил Седрик Диггори. Большой зал ликовал, крики и аплодисменты заглушали речь Дамблдора.

Всю троицу отправили в отдельный кабинет, ожидать инструкций. Я же не знала, куда смотреть, стараясь одновременно не спускать глаз с Кубка, и в то же время, пытаясь следить за всеми присутствующими за преподавательским столом, чтобы вычислить потенциального предателя.

Кубок мигнул, налился багряным светом и выкинул пергамент. Четвертый. В Большом Зале установилась гробовая тишина. Директор резким движением подхватил вылетевший лист и, выдержав паузу, огласил бесстрастным голосом:

— Гарри Поттер!

— Что происходит, Дамбльдор? — Возмутилась мадам Максим.

— Гарри Поттер, пройди в комнату к остальным чемпионам, — директор не обращал внимание на француженку, обращаясь только к гриффиндорцу.

— Ну, ты даешь, герой, — восхитился Фред. — Давай, иди, директор ждет.

Весь зал смотрел на Поттера, впавшего в ступор. Что-то обиженно шипел Рон, восторженно свистели Джордж и Ли Джордан, но внеплановый чемпион не обращал ни на кого внимания, находясь в прострации.

Я не выдержала и пнула очкарика под столом. Помогло. Взгляд Гарри стал осмысленным, он начал подниматься. Пнула его еще раз, обращая на себя внимание, и попыталась изобразить злющего Блэка. «Чемпион» намек понял.

— Я отказываюсь от звания чемпиона и участия в Турнире трех волшебников. Магией клянусь, что не заключал контракт с Кубком Огня. И требую разорвать соглашение с артефактом! — Голос Поттера звучал твердо и уверенно. Не зря он с Сириусом два часа репетировал. «От тебя не должно исходить ни тени сомнения», — инструктировал его крестный, разбирающийся в магически ритуалах.

На секунду в зале воцарилась тишина, после чего пергамент в руках Дамблдора вспыхнул и осыпался пеплом.

— Что это было? — Ошарашено спросил Рон, наконец прекратив жевать.

Вопрос младшего Уизли нарушил всеобщее молчание и резко заговорили все разом. Снейп возмущался, что только магловоспитанному могло прийти в голову клясться магией. Макгонагалл требовала, чтоб Гарри наколдовал «Люмос» и всех успокоил. Близнецы тормошили Поттера и просили раскрыть секрет фокуса. Каркаров и Максим наседали на Дамблдора. Фадж требовал объяснений. А Скиттер орала на фотографа, безостановочно щелкающего колдокамерой, и в то же время пыталась взять интервью у всех сразу.

— «Силенцио»! — Над Большим Залом разнесся голос директора, остановивший бедлам. Ну, как остановивший. Многие по инерции пытались что-то кричать и возмущенно размахивать руками. Вот только ни звука из их ртов не вылетало.

— Гарри, подойди ко мне, — позвал Альбус несостоявшегося чемпиона. — Продемонстрируй всем, что магия все еще с тобой.

Директор снял с Поттер заклятие и тот уверенно наколдовал «Люмос», «Нокс» и даже починил «Репаро» разбитую в суматохе тарелку.

— Теперь, когда все убедились, что ничего страшного не произошло, я попрошу всех успокоиться, — Дамблдор снял со всех заклинание немоты.

— Дамбльдор, что теперь будет с Турниром Трех Волшебников? Этот мальчик будет участвовать? — Задала вопрос мадам Максим, пока остальные возмущались произволом директора.

— Пергамент бы не сгорел, если бы контракт еще действовал. Гарри действительно не бросал свое имя в Кубок. Артефакт признал его право на отказ от участия в Турнире. А теперь все студенты и пресса могут быть свободны, комиссию попрошу проследовать к ожидающим нас чемпионам.

Никто естественно расходиться не спешил, хоть старосты и пытались разогнать своих подопечных по гостиным. Все обсуждали произошедшее, возле Поттера собралась толпа, через которую пыталась прорваться Скиттер, чтоб взять очередное разоблачающее интервью у героя. Раз уж высокое начальство ее с собой не пригласило. Вот только подросткам было наплевать на имидж и авторитет скандальной журналистки, Риту пропускать к Гарри не спешили.

— Спасать Поттера будем? — Уточнил, подошедший сзади Малфой.

— Думаешь, у нас есть шанс?

Вместо ответа блондин кивнул своим вассалам и Крэбб, Гойл и Долгопупс дружно заработали локтями, пробираясь к герою сегодняшнего вечера. Не без проблем, но удалось вывести несостоявшегося чемпиона.

— Как вы узнали о ритуальной фразе отказа от контракта? — Неслась ему в спину фраза пронырливой Скиттер, которую Гарри то ли не услышал, то ли проигнорировал.

В гостиную единогласно решили не идти. Поттер понимал, что оттуда он так легко не сбежит, ведь любопытные достанут его даже в спальне. А без силовой поддержки в виде Крэбба и Гойла один герой не отобьется. Слизеринцы поддерживали идею укрыться в пустом классе, но по другой причине. Им хотелось первыми получить доступ к эксклюзивной информации, а в логове Гриффиндора они б этого псевдо-чемпиона не достали.

— Все, Поттер, я тебя спас. Почти как принцессу из логова дракона, — самодовольно заявил Малфой, усаживаясь на парту.

— И теперь, как честный рыцарь, Драко, ты обязан на нем жениться, — ехидно продолжила я речь блондина.

— Ну, нет. Я лучше обратно к Скиттер, пойду, — возмутился очкарик и демонстративно развернулся к выходу.

— Не дождетесь, оба… обе… обои… Тьфу, на вас. Грифы! — Запутался блондин.

— Да, зря мы его спасли от этих стервятников, — пробурчал Винсент, потирая полученный в драке фингал.

— Давай, рассказывай, как твое имя в Кубке очутилось. И откуда ты фразу отмены знаешь. Даже я о ней не слышал. А то лично тебя к Скиттер оттащу и Крэбба с Гойлом на страже поставлю, чтоб никто ей не мешал тебя… интервьюировать, — ввернул умное словечко будущий лорд.

На пару с Гарри, мы поведали слизеринцам всю историю. Тем более, что и тайн там особо не было. Я честно призналась, что о разрыве контракта вычитала в библиотеке у Браунов. А Поттер хоть и не совсем цензурно, но рассказал, как Сириус заставил своего вечно влипающего в неприятности крестника зазубрить формулу отказа.

— Там же не просто пара фраз, — делился информацией Поттер. — Важна интонация, намерения. Если бы я послушал Дамблдора и прошел в комнату к другим чемпионом, то все, дальше б уже ничего не сработало. Это бы считалось неформальным согласием с условиями контракта, пусть и не мной заключенного.

— У Блэка в библиотеке тоже есть эта книга. Возьми, почитай, если интересно, — предложила я блондину. — Хотя, после сегодняшнего скандала, не думаю, что в ближайшие годы Турнир повторят.

Скандал вышел знатный. Скиттер ему посвятила первые три страницы «Пророка». Досталось и организаторам Турнира, и Дамблдору, и министру. По манерам подрастающего поколения Рита тоже прошлась. В углу даже колдофото соответствующее было, с Крэббом, получающим тот самый фингал, и подписью «Драка за Поттера». Смотрелось эпично. Малфой ржал и грозился вырезать этот шедевр и повесить его на стену в спальне факультета.

Гарри был единственным, кого язвительная журналистка практически не ругала. Наоборот, сделала акцент на высоком уровне знаний молодежи, ненавязчиво похвалив Блэка. На этом фоне Скиттер не упустила случая проехаться по качеству образования в Хогвартса. «В эксклюзивном интервью «Пророку» четверокурсница со Слизерина, мисс Паркинсон поведала очень интересную информацию: «Нам ничего подобного не преподавали. Даже не упоминали о такой возможности. Если бы кто-то подкинул мое имя в кубок, мне бы пришлось участвовать и выполнять опасные задания, предназначенные для старшекурсников.» Это возмутительная халатность со стороны руководства школы. Фактически, преподавательский состав Хогвартса подверг опасности жизни сотен младшекурсников».

После выхода статьи Риты, вопиллеры стали обычным явлением. Каждый прилет сов сопровождался криками очередного возмущенного родителя, обвиняющего директора и весь педсостав во всех мировых грехах. Закончилось все тем, что Дамблдор стал завтракать. Обедать и ужинать у себя в кабинете. Половина учителей последовала его примеру. Зато Каркаров и Максим стабильно являлись в Большой зал, чтобы насладиться унижением конкурентов.

— Это становится невозможным, — возмутилась Парвати, заранее затыкая уши, увидев очередную партию сов с красными конвертами.

— Школу можно закрыть от почты? — Поинтересовался Невилл. — Хотя бы на пару недель.

— Дамблдор на это не пойдет. Его снесут возмущенные родители, — авторитетно заявил Ли Джордон.

— Надо, чтоб все домой написали и попросили не слать вопиллеры, — предложила Джинни.

Через неделю ажиотаж спал. Виновника, подкинувшего имя Поттера в Кубок, конечно, не нашли, но скандал утих сам собой. Чемпионы готовились к первому туру. Хотя, для меня оставалось загадкой, как можно подготовится непонятно к чему.

— Рон, а ты часто видишь своих старших братьев? — Спросила я как-то вечером, застав рыжего за игрой в шахматы в гостиной Гриффиндора.

— У тебе зачем? — Удивился младший Уизли.

— Хотела у Билла кое-что по артефактам спросить, — ушла от ответа я.

— К Биллу мы летом ездили, теперь я его нескоро увижу. А вот Чарли скоро в командировку в Хогсмид приезжает. Или драконы тебя не интересуют?

— Спасибо, но мне больше Биллиус нужен.

Следующим утром я с чистой совестью отправилась на поле для квиддича, ловить Седрика. В Хогвартсе только ленивый не знал, что Диггори каждое утро летает на метле в качестве тренировки.

На трибунах я была не одна. Несколько стаек девчонок восседали вдалеке друг от друга, неприязненно поглядывая на конкуренток. Мое появление никого не обрадовало. Дамы были не рады очередной сопернице, а Седрику было не до меня, он летал.

Мне же было наплевать на страдания влюбленных дурех, в прочем, чувства летуна меня тоже не интересовали, но поговорить с ним хотелось. Поэтому я достала свои челноки и начала плести фриволите, в ожидании «сошествия с небес».

Ждать пришлось минут сорок, я даже почти успела доплести очередной чокер для трансельванца. Диггори эффектно приземлился, вызвав восхищенный вздох на трибунах. Я неспеша довязала дугу и убрала кружево в сумку. Что интересно, дамы не спешили окружать ловца Пуффендуя, наблюдая издалека. Меня же неписанные правила «любования» не интересовали, поэтому я направилась прямиком к летуну.

— Привет. Я Гермиона Грейнджер, надо поговорить, — обратилась я к Седрику.

— Привет, Гермиона. Я тебя не знаю, но девушку я не ищу, — отмахнулась от меня местная звезда.

— Я и не претендую, вроде как помолвлена уже, — саркастично отозвалась я продемонстрировав кольцо Блэка, — я по другому вопросу.

— Ну, удиви, — в тон мне ответил пуффендуйский ловец.

— Я, конечно, ни на что не намекаю. Но со мной учится Рон Уизли, и скоро в Хогсмид приезжает в рабочую командировку его старший брат, работающий… та-дам… в драконьем заповеднике.

— Та-а-ак, — протянул Диггори, остановившись.

— Как думаешь, что драконологу понадобилось возле Хогвартса?

— Драконы??? Они притащили в Хогвартс этих древних рептилий? — В шоке спросил Седрик. Мне показалось, что в эту минуту он пожалел о том, что кинул свое имя в кубок.

— Как думаешь, ты сможешь улететь от дракона на метле? — Уточнила я, кивнув головой на транспорт ловца Пуффендуя.

— Я тебя понял, Гермиона, — кивнул мне чемпион. — Сочтемся.

Пренебрежительно закинув на плечо метелку, Седрик ушел в Хогвартс. Меня же он оставил в компании недружелюбно настроенных поклонниц. Дамы не слышали, о чем мы говорили, но внимание «звезды» к конкурентке им не понравилось. До рукоприкладства не дошло, но пошипели мне в спину знатно.

Для себя я свой порыв обосновала, как мне казалось, логично. Я хотела победы Хогвартса. Сначала я боялась, что-либо говорить Диггори, ведь в прошлой жизни участие в Турнире закончилось для него смертью. Сейчас же ситуация изменилась. Поттер не участвовал в соревнованиях. Поэтому Седрик, даже, если победит, не станет лишним свидетелем на кладбище.

Да, возможно, он станет жертвой в ритуале Волдеморта. И, скорее всего, в итоге его убьют. Но если победит Крам или Делакур, то их постигнет та же участь. А так, хоть победа Хогвартсу достанется. Может это и цинично, но особой разницы я не видела.

Постепенно жизнь вошла в привычную колею. Чемпионы готовились к первому испытанию. Я училась, а вечерами выбиралась в Озерный край, чтобы плести кружево на террасе, мирно попивая травяной чай и любуясь природой. Даже Блэка вроде отпустило, он уже не так остро ревновал, даже писал не каждый день, а всего пару раз в неделю. Видимо, справился с действием помолвочного кольца, что меня безмерно радовало.

— Гермиона, пошли вечером к озеру, говорят корабль Дурмстранга красиво светится в темноте, — позвал меня на прогулку Поттер.

— А раньше он светился как-то иначе? — Удивилась я.

— Светился он так же, но теперь темнеет раньше и его огни лучше видно, — пояснил Гарри.

— Ну, пошли. Ты меня заинтриговал, — согласилась я.

— А можно с вами? — Спросила Парвати.

— Конечно, — подтвердил герой. — Вместе веселее.

— Тогда и я пойду, — выдал Невилл. — Я как раз эссе по чарам закончил.

К кораблю мы направились целой толпой. Он действительно красиво мерцал теплым желтым светом. Огоньки перебегали по корме и мачтам, почти как новогодняя гирлянда. С палубы за нашей делегацией наблюдали дурмстранговцы с Крамом во главе. Индианка предлагала познакомиться с ними, но я остудила ее пыл одной фразой:

— Парвати, напомни мне, какие языки кроме английского и хинди ты знаешь? — Спросила я гриффиндорку.

— Ну, я еще панджаби неплохо знаю и на чхаттисгархи немного говорю, — смутилась Патил.

— И на каком из этих наречий ты собралась говорить с немцами, болгарами, венграми и прочими обитателями Дурмстранга? — Насмешливо уточнила я у Парвати.

— Панджаби, хинди, чхаттисгархи? Это что вообще такое? — Бурчал себе под нос Долгопупс.

— Диалекты в Индии. Они там в каждом штате на своем собственном языке говорят. И часто жители юга совсем не понимают обитателей севера и наоборот, — пояснила я Невиллу.

— Какой кошмар, хорошо, что у нас не так, — ужаснулся гриффиндорец.

— Ну ты сравнил, — усмехнулась я. — Индия раз в двенадцать больше чем вся Великобритания вместе взятая. А если только с Англией сравнивать, чтоб Шотландию с Ирландией не учитывать, то во все двадцать пять. И людей там живет раз в двадцать больше. Отсюда и многообразие.

— Я слышал, что Малфой с Крамом на немецком болтал, — неожиданно выдал Поттер, пока Долгопупс ошарашенно утих, пораженный масштабами родины Патил.

— Парвати, немецкий знаешь? — Поинтересовалась я, взглянув на соседку по спальне.

— Пошли отсюда, — фыркнула она, признавая поражение.

Время летело незаметно, до первого испытания оставались считанные дни. Чемпионы заметно нервничали. Седрик осунулся и побледнел, Флер практически ничего не ела и походила на собственную тень. Один Крам более или менее держался, но практически не вылезал из библиотеки и жестко осаживал любого, кто пытался отвлечь его от учебы.

Расследование по делу Поттера зашло в тупик. Да, и было ли оно вообще? После происшествия в Большом зале Гарри никто не допрашивал. Пару раз к Дамблдору заходил Блэк, но это была инициатива Сириуса, а не Альбуса, и, как мне было известно, надавить на директора не получилось. Типа никто ж не пострадал, так зачем напоминать общественности о неприятном инциденте.

Я старалась почаще уходить через Тайную комнату в Озерный край. Там я спокойно выплетала заказы и отдыхала душой от школьного бедлама.

* * *

В день первого испытания Хогвартс бурлил. Еще до завтрака прибыли первые гости и попечительский совет в полном составе. Министр и пресса обещали подойти сразу на стадион. Но студентам, чтоб почесать языками, хватало Крауча, Бэгмена и Малфоя с Гринграссом.

— Гермиона, пошли быстрее, а то лучшие места займут, — Поторопил меня Поттер. — А нам еще к эльфам надо заскочить за какао.

— Уже бегу, — ответила я, залпом допивая тыквенный сок и уже на ходу дожевывая круассан.

На трибуны мы успели одними из первых. Не потому, что мы так быстро бегаем, а потому, что идея с какао ушла в народ. Во время октябрьской встречи участников из других школ наши с Гарри термосы оценили. Идею признали годной, поэтому все, кто знал местонахождение кухни, сначала забегали туда за своей порцией горячего напитка. Все-таки конец ноября на дворе, долго на открытом воздухе не посидишь.

Поле для квиддича преобразовали. Кольца убрали, заграждения, отделяющие трибуны, усилили. А в центре несколько драконологов пытались успокоить разъяренную драконицу.

— Драконы? — Ошарашенно произнес Поттер. — Они будут сражаться с драконами? И туда хотели отправить меня? — Его возмущению не было предела.

Сначала я даже удивилась тому, что Гарри не знал о сути первого испытания. А потом прикинула, что в каноне Хагрид выдал ему секрет по наущению фальшивого Грюма. Наш герой же чемпионом не был, вот лесник его на экскурсию и не повел. Да, и Грозный Глаз вроде был настоящий. В основном сегодня утром на Карте Мародеров он опять отображался собой, а не Барти Краучем.

— Вряд ли кто-то будет сражаться с драконами. Для этого команда драконоборцев нужна, — попыталась я успокоить Поттера. — Смотри, это самка. Вон у нее яйца под ногами. И одно блестит, явно не родное. Скорее всего его надо будет украсть или отобрать.

— Считаешь, это лучше? — язвительно прошипел герой.

Тут я с Гарри была полностью согласна. Лично я бы сейчас не хотела оказаться на месте Диггори или Крама. Все-таки у волшебников с головой не все в порядке. Странные у них задания для школьников. А наши родные магловские ученики еще на сложные олимпиады и ЕГЭ грешили.

Наконец все расселись, Дамблдор разразился речью, после которой Людо Бэгмен начал комментировать происходящее.

Жеребьевка прошла стандартно. Седрику Диггори достался шведский тупорылый и первый номер. Флер Делакур должна была выступать второй, ей выпал валлийский зеленый. А Виктор Крам шел последним, его ждала самка китайского огненного шара. Венгерской хвостороги не было.

Драконы мне понравились. Они смотрелись действительно величественными магическими существами. Стало даже немного обидно за то, как приземлено их используют маги. Для волшебников короли неба были обычными животными, как заяц или корова. Хотя, если подумать, то маглы, истребляющие слонов и китов, ничем не лучше.

Чемпионы Шармбатона и Дурмстранга выступили канонно. Флер воспользовалась какими-то вейловскими чарами, а Крам попытался ослепить своего дракона, из-за чего тот взбушевался и передавил половину яиц.

А вот Седрик частично использовал мою идею. Он, как и в каноне наколдовал фантом собаки, для отвлечения рептилии, но кроме этого призвал «Акцио» метлу и уже на ней полетел воровать яйцо. Драконица не восприняла всерьез опасность с воздуха, воюя с наглой псиной, игнорирующей грозный рев и пламя. Диггори воспользовался моментом и без потерь утянул золотое яйцо, чем честно заслужил высший балл в первом туре. Даже откровенно предвзятый Каркаров не нашел, за что можно занизить оценку, и признал, что чемпион Хогвартса выступил максимально чисто и эффектно.

— Пошли Седрика поздравим, — позвал меня Поттер к сходящим с ума от ликования трибунам Пуффендуя.

Я позволила Гарри, утянуть меня в круговорот веселья, пробираясь через толпы болельщиков. Очкарик активно работал локтями, четко следуя к своей цели. В итоге в желто-черном секторе мы очутились за пару минут. Там в кругу однокурсников стоял пьяный от восторга Диггори и по очереди принимал поздравления от друзей и соперников.

— Седрик, поздравляем тебя с победой! — Закричал Гарри из-за спин, так и не сумев прорваться сквозь плотный строй старшекурсниуов-пуффендуйцев.

Что интересно, Диггори нас заметил, хотя я была уверена, что в этом бедламе он не услышит крик очкарика.

— Спасибо, Гарри, — радостно ответил ему чемпион и весело помахал рукой.

Тут Седрик заметил рядом меня и от переизбытка эмоций кинулся обниматься, приговаривая:

— Спасибо, Герми, ты мне очень помогла!

В этот момент за спиной щелкнул затвор колдоаппарата и сзади раздался противный голос пронырливой журналистки:

— Рита Скиттер, ежедневная газета «Пророк». Мистер Диггори, разрешите вас поздравить и задать пару вопросов. Вашу победу вы планируете посвятить вашей девушке? Кстати, расскажите нашим читателям, как ее зовут?

— Что? — Не понял Седрик, ошарашенный напором Скиттер.

В ответ вредная блондинка жестом указала на меня, уже почти выбравшуюся из неожиданных объятий чемпиона.

— Нет, это не моя девушка, — практически отскочил от меня Диггори. — Это мой друг Гермиона Грейнджер, она студентка Гриффиндора и невеста Сириуса Блэка.

— Друг? Да, что вы говорите, как интересно, — протянула журналистка таким тоном, что всем стало понятно, что она ни на миг не поверила в просто «друг», но дальше эту тему Рита развивать не стала, задав следующий вопрос, — Расскажите, как вам пришла в голову идея, использовать метлу?

Я не стала слушать дальнейшее интервью, кивнула Седрику на прощание, и улизнула сквозь толпу. Следом за мной ушел Гарри.

— Давно вы с Диггори дружите? — Недоверчиво спросил Поттер.

— Мы с ним не дружим, — честно ответила я. — Пару недель назад я рассказала ему, что в первом туре будут драконы. Вот он на радостях и записал меня в друзья.

— А кто тебе рассказал про драконов? — Удивился очкарик.

— Не поверишь, — усмехнулась я. — Рон Уизли.

— Да, ладно! —Действительно не поверил герой. — Он же тебя терпеть не может. С чего б это ему с тобой такими секретами делиться?

— Ну, он не совсем прям делился. Я б даже сказала, что он сам не понял, что ляпнул. Помнишь, он в гостиной хвастался, что в Хогсмид в командировку его брат-драконолог приезжает?

— Было такое. Ну, приезжает и приезжает, что с того?

— А с каких пор у нас в Хогсмиде драконы завелись, чтоб сюда драконологов в командировки присылали?

— То есть ты просто догадалась? По одной фразе Рона? — От осознания, Гарри даже остановился.

— Да, я просто поделилась этой догадкой с Диггори. Как видишь помогло. Но что-то мне подсказывает, что Скиттер из этого сделает проблему.

— Она может, — признал Поттер. — Ты лучше крестному прям сейчас все напиши, потом он тебе не поверит. А то эта журналюга таким тоном «друг» протянула, что даже я в какой-то момент заподозрил, что у тебя с Седриком интрижка. Хоть и ни разу не видел, чтоб вы хотя б просто говорили.

— Пошли в совятню, — признала я правоту героя. — Поможешь мне письмо Сириусу сочинять.

— Пошли. А по дороге ты мне расскажешь, что будет во втором туре, — проказливо заявил заметно повеселевший Поттер.

Его заявление прервал жуткий то ли визг, то ли вопль, разнесшийся над школьным двором. От неожиданности мы с ним даже присели и опасливо завертели головами. Как оказалось, так поступили не мы одни, а мерзкий звук раздавался со стороны трибуны пуффендуйцев. Там Диггори судорожно пытался закрыть выигранное золотое яйцо. А вся толпа поклонников стояла, зажав уши руками.

— Ну, судя по этому пению из трофейного яйца, во втором туре будут русалки, — уверенно заявила я.

— Пению? — В ужасе уставился на меня очкарик. — Если они так поют, то я бы не хотел услышать, как они орут.

— Нормально они поют, — обиделась я за русалок. — Только их голос под водой надо слушать, а не на суше. Это в библиотечном бестиарии есть, зайди почитай, если хочешь.

— Надо Седрику об этом сказать, — раздумывая протянул Поттер.

— Ну, нет. Я к нему не пойду. Еще одна подсказка, и Скиттер нас женит в своей газетенке.

— Ладно. Сам ему намекну. Надеюсь, мне эта вредная журналистка роман с чемпионом не припишет, — шутливо фыркнул герой, за что схлопотал подзатыльник от возмущенной меня.

Первая страница утреннего «Пророка» была посвящена первому туру Турнира Трех Волшебников. Интервью с Диггори нашлось на третьей странице. И как Гарри и ожидал, самой победе там отводилось всего пара абзацев. Зато половину страницы Скиттер мусолила тему «просто друга» Гермионы Грейнджер и по странному стечению обстоятельств невесте Блэка.

В статье Риты я выходила коварной соблазнительницей охомутавшей лорда, а теперь положившей глаз на молодого и перспективного чемпиона. После прочтения этого опуса, я не знала куда бежать. То ли в душ, чтобы отмыться от всей грязи, которую на меня вылила мерзкая журналистка. То ли жалеть Блэка и Диггори, попавшихся в сети такой подлой и распутной вертихвостки.

— Какая гадость, — высказался Поттер, отложив газету.

То тут, то там раздавались шепотки, в которых явно мелькало «Грейнджер». Из-за стола на меня презрительно косилась Браун, что-то показывая в газете Фэй. Хотя, почему что-то, статейку эту она и показывала. Стало противно.

В этот момент ко мне спикировал филин Блэка с большим букетом его фамильных роз. Меня скоро типать будет от этих цветов. Я забрала у птицы презент и письмо и угостила почтальона печеньем.

Записка Сириуса меня порадовала. Он писал, что не переживает за мою верность ибо в его помолвочном кольце у меня при всем желании не выйдет крутить интрижки с кем-то кроме него. Особенно меня порадовало то, что жених удержал свою ревность и даже воспринял эту ситуацию с юмором. Это говорило о том, что он потихоньку справляется с действием древнего перстня, а значит уже не будет с кулаками кидаться на любую особу мужского пола в моем окружении.

— Пойду цветы в вазу поставлю, — воспользовалась я поводом и улизнула из враждебного сегодня Большого зала.

— Все хорошо? — Уточнил на прощанье Поттер.

— Все просто замечательно, — довольно пропела я и поспешила на выход.

Недовольное шипение за спиной только подняло мне настроение. Близкие люди знают правду, а на мнение остальных мне наплевать. Кстати, розы великолепно смотрелись на прикроватной тумбочке.

Повторялась история первых дней сентября. Опять в меня тыкали пальцами в коридорах и шептали гадости вслед. Я уже даже начала воспринимать это как должное. Просто фон и незначительные помехи. Правда, так было только до следующего утра.

За завтраком пришла новая почта. Меня буквально завалило конвертами от недовольных читателей «Пророка», желающих лично наказать коварную вертихвостку. Если конверты просто сваливала в кучу, не открывая, то вопиллеры начинали орать еще до того, как я успевала их отвязать от очередной совы. Мы с Хогвартсом узнали много нового обо мне и моем моральном облике.

Закончилось все тем, что один из вопиллеров помимо грозного послания выплюнул на меня гной бубонтюбера. Моя кожа быстро покрылась болезненными волдырями и Поттер увел меня в больничное крыло под едкие смешки Лаванды. Что интересно, смеялась только она. Даже слизеринцы смотрели сочувствующе. Честно говоря, бывшая подруга меня сильно разочаровала.

В Больничном крыле я провела двое суток. За это время директор успел объявить о Рождественском балу, и в школе начался ажиотаж.

— Ты хочешь пойти на бал? — Спросил Поттер, когда в очередной пришел меня навестить в вотчине мадам Помфри.

— Ты меня приглашаешь? — Удивилась я.

— Нет. То есть да. Вернее я тебя приглашаю на Рождество, но не на бал, а в поместье крестного на Гриммо, — путанно проговорил Гарри.

— Ты хочешь уехать на зимние каникулы из замка?

— Да, не хочу здесь оставаться. — Подтвердил герой.

— Я чего-то не знаю? — Уточнила я.

Поттер помялся, но ответил:

— Тебе сейчас лучше не появляться на балу. С кем бы ты не пришла, это извернут. Как очередное проявление «коварства и распутства». Я тоже не хочу идти на праздник. Честно говоря, пока тебя не было, я переругался едва ли не со всеми девчонками. После этого мне не хочется приглашать ни одну из них. А позову тебя, так тут же Скиттер очередную гадость накорябает. Поехали лучше на Гриммо. Нарядим там ель и спокойно отпразднуем с Сириусом.

Справедливости ради, я тоже не представляла, с кем бы могла пойти так, чтоб не нарваться на очередную порцию сплетен.

— Хорошо, напишу родителям, чтоб они выслали Макгонагалл разрешение на поездку на Гриммо. Все равно они утром прислали сову, что в связи с открытием новой клиники задерживаются в командировке, и просили меня остаться на рождественские каникулы в Хогвартсе. Думаю, мама и папа будут не против, если я вместо школы отправлюсь погостить к однокласснику.

— Не к однокласснику, а к жениху. Это крестный тебя приглашает, — поправил меня Гарри.

— Лучше молчи, — отмахнулась я. — Родители не знают о моей помолвке. И надеюсь, что в ближайшие годы и не узнают. Не поймут они столь поспешных решений.

Как я и ожидала, Грейнджеры с радостью согласились отпустить меня на Гриммо. И в первый день каникул мы с Поттером садились в практически пустой вагон Хогвартс-экспресса. Большая часть учеников предпочла остаться на каникулы в школе, и с нами в поезде ехали лишь младшекурсники и несколько старшекурсников.

Блэк встретил нас на перроне, весело обняв Гарри и церемонно чмокнув меня в щеку. Затем он по очереди перенес нас на Гриммо и потребовал у Кричера поздний обед.

— Может мне лучше уйти в Озерный край? Я могу пожить там, а к вам приходить лишь на ужины или на праздник.

— Тебе неприятна наша компания? — Расстроено спросил Сириус.

— Нет, но мне бы не хотелось стеснять вас, — пояснила я.

— Оставайся, — попросил меня Гарри. — Без тебя будет скучно.

Хозяин дома подтвердил слова крестника и я осталась гостить на Гриммо. Хоть мой домик и казался мне более уютным, в этом мрачном особняке было свое очарование.

Рождественские каникулы получились очень веселыми и какими-то… уютными что ли. Мы дружно наряжали большую елку в центре гостиной. Блэк прикалывался и предлагал нарядить Кричера ангелом. Даже наколдовал эльфу белоснежные крылья. Домовик ворчал, ругался и выдирал перья.

Затем мы отправились на Косую аллею. В этом году я готовила презенты только Гарри, Сириусу, родителям, Малфоям и… Невиллу. До этого мы никогда не обменивались подарками с Долгопупсом. Но в этом году с подачи Драко общаться мы стали гораздо плотнее, так что мы с Поттером единогласно решили выбрать что-нибудь и для него. А вот соседкам по спальне ничего покупать не хотелось. В последнее время мы с ними стали чужими. Лишь с Парвати я иногда перекидывалась парой слов, но так… дежурно.

— Смотри какой вредноскоп, я, наверное, его Невиллу подарю, — выдвинул идею очкарик, перебирая товары, выложенные на прилавке.

— С вами в одной спальне Уизли живет. Вредноскоп орать будет не переставая. — Забраковала я идею Поттера. — Я Долгопупсу лучше вон тот симпатичный набор перьев возьму. Вечно он их теряет.

— Что же мне ему подарить? — Растерянно пробурчал герой, с сомнением оглядывая витрины лавок. — Не хочется отделываться обычными конфетами и открыткой.

— Пошли на почту, — предложила я. — Оформишь там ему подписку на какой-нибудь журнал по травологии. Там точно что-то такое было. А я не видела, чтоб Нев журналы получал, он только по книгам из библиотеки учится.

— Травология это хорошо. Он растения любит, — подтвердил Гарри и утянул пеня в сторону почты.

Сириус от нас отбился в самом начале прогулки, поэтому бродили по Косой аллее мы вдвоем с Поттером. А Блэк обещал нас встретить через два часа в кафе у Фортескью.

На почте мы выбрали замечательный еженедельник «Альманах травоведа». Объемный журнал был хорошо иллюстрирован и выглядел солидно. Гарри не скупясь оплатил подписку сразу на год, отдав за нее аж восемь галеонов. Для сравнения номер «Пророка» стоил всего два кната.

Я же прикупила себе несколько «дежурных» открыток на всякий случай и оформила доставку подарков родителям. На Рождество им должны были отправиться сладости и потрясающие теплые шарфы.

— Все. Мы скупили всю Косую аллею, — отчитался Поттер, подсаживаясь за стол Сириуса у Фортескью и, сгружая на соседний стул кучу коробок и пакетов.

— Раз с подарками покончено, едим мороженое и идем домой, — выдал план Блэк, со смехом разглядывая наши покупки.

— Нет, нам еще надо к маглам. Конфет для Драко купить, — внесла корректировку я, а очкарик согласно закивал головой.

— Тогда так, Гермиона. Сейчас мы коробки и крестника закинем на Гриммо, а сами отправимся за твоими конфетами.

— Эй, я тоже хочу за конфетами, — возмутился герой коварством крестного.

— Ну, нет. Я отказываюсь таскать гору ваших покупок через всю Британию. Гарри, если ты так хочешь лично выбрать подарок для Малфоя, и знаешь, какой магазин нам нужен, то давай мы с тобой вдвоем пойдем за конфетами, а Гермиону отправим домой разбирать покупки.

— Не был я в том магазине, — признавая поражение, буркнул Поттер. — Грейнджер всегда сама все покупала, мы только деньги давали. Я, если честно, и конфеты нужные не помню.

Чтоб Гарри было не сильно обидно, мы купили большой набор мороженого. И Сириус камином отправил крестника со всем барахлом на Гриммо. Мне же Блэк приказал вспомнить укромный уголок поближе к нужному магазину и представить его в мельчайших подробностях.

— Есть там одна безлюдная подворотня, — выдвинула я идею.

— Подойдет, — кивнул жених. — А теперь сосредоточься, ты будешь ведущей при аппарации.

Лорд шагнул ближе и обняв одной рукой вплотную прижал меня к себе. Я постаралась сконцентрироваться на нужном закутке, откинув все другие мысли и эмоции. Рывок. И вот уже из-за угла доносится знакомый запах выпечки из нужной кондитерской.

Блэк поддержал меня, позволив прийти в себя после парной аппарации. Ощущения от такого перемещения мне сильно не понравились. Но все же лучше, чем вдвоем с эльфом Малфоев. Сириус сделал шаг назад, когда заметил, что мне полегчало и направился к выходу из пустынной подворотни.

— Постой, — притормозила его я. — Ты собрался так идти к маглам?

Жених удивленно осмотрел себя и меня, словно только сейчас заметил наши мантии. Взмах палочки и вот уже на нем красуется черное строгое пальто, мне же досталась чуть расклешенная шубка шоколадного оттенка.

— Малфой все это съест? — Удивленно спросил жених, наблюдая за тем, как я раскладываю конфеты по пакетам.

— Здесь сладости не только для Драко, но и для всех нас. Я обожаю вот эти трюфели, а Гарри очень нравятся эти маленькие шоколадки с орехами. Правда, он никак не может запомнить их название, а вечно просит «те, с орешками в синей обертке». А вот эти в кокосовой стружке я сама еще не пробовала, но должно быть вкусно.

Домой мы вернулись груженые под завязку, а после обеда устроили дегустацию магических и магловских сладостей. Хотя официально это считалось упаковкой подарков. Причем свои презенты друг другу все тщательно скрывали. Я особо не заморачиваясь сплела Сириусу такой же чокер, как дарила Поттеру перед отъездом в Хогвартс. Гарри я купила набор свежих игрушек к приставке. Артефактов на нем и так слишком много.

Все-таки наибольшее влияние на свойства моих изделий оказывала именно волшебная шерсть. А основным свойством всех единорожьих ингридиентов всегда было улучшение здоровья. Даже сильная ментальная защита, которую давали мои чокеры, была завязана на здоровье мозга. Зато, когда я на пробу сделала пару защитных браслетов — они оказались практически бесполезны. Просто слабенькие амулетики и не более того.

Поэтому в последние месяцы я не экспериментировала в других направлениях. Наоборот взялась за изучение колдомедицины, чтобы понимать, какие еще целебные артефакты смогу сплести из чудо-шерсти. Параллельно изучала бестиарий, в надежде найти других «доноров» среди магических животных. Даже остригла пару нюхлеров Хагрида, чтобы сделать что-то, улучшающее благосостояние. Но их мех был слишком коротким и не скручивался в нитки.

— Вы не против, если в День Подарков к нам придут Малфои, — уточнил у нас Сириус, получивший письмо от знакомого филина.

— Так Драко же в Хогвартсе остался? — Удивился Гарри словам крестного. — Он Лагвуд на бал пригласил.

Такие подробности мне были неизвестны. Я думала, он Дафну позовет или Панси, но уж точно не загадочную когтевранку. Луна была девочкой симпатичной, не спорю, но ее поведение и наряды иногда вводили в ступор.

— А детей они брать и не собираются. Будут только Люциус и Нарцисса, — пояснил Блэк.

— Нам присутствовать обязательно? — Уточнил Поттер. — Мы вам не помешаем?

— Ты можешь только поздороваться, а дальше смело идти летать в саду. А вот с Гермионой чета Малфоев хотела бы пообщаться.

— Да, мне тоже поговорить с ними надо. Я как раз думала, как готовые заказы Люциусу передать.

Всех такой расклад устроил и хозяин дома отправил официальное приглашение блондинам. А вечером нас ждал практически семейный праздничный ужин. Кричер чопорно прислуживал за столом и даже почти не ворчал. Сириус разрезал ароматную индейку. В честь Рождества нам с Гарри даже выделили по бокалу шампанского.

После ужина мы играли в приставку Поттера, и магические настольные игры. Мне такие были не знакомы, но было весело. Даже Кричер участвовал, потому что там нужны были парные команды.

Сначала эльфу в пару достался Поттер, но слуга упорно поддавался своему хозяину, не смея его обыгрывать. Так что мы с женихом постоянно выигрывали. В итоге в команде с Кричером стал играть Блэк, и тут уж эльф разошелся. Боясь разочаровать Сириуса, ушастик прокручивал такие комбинации, что нам с Гарри и не снились.

— Все. Я сдаюсь, — устало бросил очкарик и скинул фишки на стол. — Вас невозможно победить. Лучше спать пойду.

Время на часах давно перевалило за полночь, поэтому мы дружно поддержали это решение. А на утро нас ждали подарки под елкой. От Поттера мне досталось редкое издание «Вестника колдомедика» в семи томах. Когда только успел заметить мой пробудившийся интерес к колдомедицине. Блэк же вручил мне красивые золотые серьги с изумрудами.

— Они к кольцу подходят, — пояснил столь дорогой подарок жених. — И, как ты понимаешь, это не просто украшение. Защита, пусть и не очень сильная.

Ближе к обеду вернулась Минни и принесла конфеты и ежедневник от Невилла. Родители прислали мягкий пушистый свитер и огромную пачку натурального кофе.

— Кофе? — Заметил Сириус.

— Да. В Хогвартсе его не подают. А я полюбила этот напиток и без него страдаю. Вот родители и шлют мне его иногда. Правда, в школе невозможно заварить его в турке как полагается. Приходится просто в чашке кипятком заливать. Не так вкусно, но пить можно.

Малфои вышли из камина точно в назначенное время. В парадных мантиях, с подарками и подходящими по случаю улыбками на лице. Мы встречали их в столь же официальных нарядах. Практически по протоколу. Это вчера у нас был милый уютный ужин, а сегодня все согласно этикету. И никаких игр с Кричером. Не положено-с.

За обедом серьезных тем не поднимали. Только стандартные обсуждения погоды и последних новостей спорта и культуры. Утром как раз принесли свежий «Пророк», в котором описывался Рождественский бал в Хогвартсе. Даже Драко случайно в кадре мелькнул. Аж на шестой странице, но все же. Мы с Нарциссой делились впечатлениями от нарядов чемпионов и их спутниц. Гарри откровенно скучал, а мужчины беседовали о нововведениях в министерстве.

Сразу после десерта Поттер сбежал, а мы расселись вокруг камина. Мужчины налили себе огневиски, а нам с леди Малфой выделили по бокалу какого-то раритетного вина из блэковских подвалов.

— Метка еще сильнее потемнела, — прервал затянувшееся молчание Люциус. — Я говорил со Снейпом, его знак ведет себя так же.

— Еще сильнее? Не помню, чтоб ты говорил, что она темнела. — Встрепенулся Блэк, после чего все трое вопросительно уставились на меня.

— Я не разглашаю чужие секреты, — невозмутимо заявила я, делая глоток вина.

Сириус остался недоволен моим ответом, но спорить не стал. Нарцисса же быстренько рассказала кузену последние новости, что еще сильнее испортило ему настроение.

— Если метка будет темнеть с той же скоростью, то она примет свой изначальный вид не позднее лета, — мрачно подытожил блондин. — А это означает, что Темный лорд вернется.

— И что тогда ваша парочка делает в моем доме? «Повелитель» не похвалит вас за такие знакомства. Мы с вами были по разные стороны баррикад, если вы забыли. Да и маглокровка — не лучшая компания для чистокровного семейства в -надцатом поколении. Про Поттера вообще молчу. — Язвительно прошипел хозяин дома.

— Надеюсь, что никто не узнает о наших с вами посиделках. Лорд, конечно сильный легилимент, но благодаря артефактам мисс Грейнджер я верю, что мои мысли и планы останутся при мне. — Люциус кивнул на коробку с плетенными чокерами, которую я вручила Малфоям сразу по прибытии на Гриммо.

— А Волдеморт не заставит тебя снять чокер? — Напомнила я блондину о такой возможности, отметив, что все присутствующие вздрогнули, когда я назвала имя Неназываемого.

— Для того чтобы его снять, надо сначала узнать, что он на мне. А я не собираюсь делиться с Лордом подобной информацией. — Самодовольно заявил Люциус.

— Но я же плела артефакты и для мэтра Аргинтари. Так что это уже не секрет.

— Ошибаетесь, мисс Грейнджер, — насмешливо пропел Малфой. — О таких вещах никто распространяться не будет. Особенно легилименты, как Дорин. Зачем ему давать кому-то оружие против себя. Я заказал чокеры для своей семьи, он ؙ— для своей. Все остальные, присутствовавшие на демонстрации, уверены, что мэтр Аргинтари нашел новые методики и сильно усилился в окклюменции. Маги своими секретами делиться не любят, так что никто не ждет, что трансельванец выдаст им свои наработки.

Малфой довольно отпил огневиски и откинулся на кресло. А я поняла, что новых заказов на чокеры можно не ждать. Сириус тоже утром, когда мы распаковывали подарки, говорил что-то о том, что, как и Гарри, сохранит эту тайну. Но я тогда не обратила на это внимание, как оказалось — зря. У магов ничего не бывает просто так.

— Гермиона, я правильно понимаю, что про черную тетрадку, которая хранилась у нас дома, ты тоже моему кузену ничего не рассказывала? — Мягко спросила Нарцисса, пытаясь сменить тему.

— А смысл портить нервы окружающим, если ничего нельзя изменить? — Пожав плечами ответила я, бросая осторожный взгляд на все больше мрачнеющего Блэка. — Если хотите, можете окончательно испортить настроение моему жениху и рассказать ему все, что знаете.

Блондинка воспользовалась разрешением и поделилась историей о крестражах с хозяином дома. Сириус был в бешенстве. Не от наших тайн, а от ситуации в целом. До сегодняшнего вечера он надеялся, что его друзья отдали свои жизни ради избавления от Волдеморта. Но оказалось, что все эти смерти были впустую. Столь страшную цену они заплатили лишь за временную передышку.

Хозяин дома вызвал Кричера и потребовал принести несколько гриммуаров с информацией о крестражах. Оказалось, что эти раритеты из библиотеки вынести нельзя, поэтому мы все дружно переместились туда. Ничего нового, правда, не узнали. Ритуалы создания осколков души нам были неинтересны, хоть они и присутствовали в архивах Блэков. Чем можно уничтожить эту мерзость мы и так знали.

Единственная польза, выяснили, что максимально возможное количество крестражей — семь. Дальше душа просто распадалась, растворяясь в небытии. Извлечь эту гадость из предметов, не разрушая их, было невозможно.

— И так, что нам известно? — С какой-то дурной веселостью подытожил Сириус. — Тот-Кого-Нельзя-Называть, создал от двух до семи крестражей. Будем исходить из максимального числа и считать, что их семь. Один уничтожен, еще шесть — неизвестно где, предположительно у его соратников. Первая подозреваемая: моя «любимая» кузина Белла. Дом Лестрейнджей сгорел, так что наша добыча скорее всего в ее сейфе. Люциус, ты, как самый доверенный, кого посоветуешь еще в список внести?

— Я уже думал над этим. Не было у Лорда столько доверенных лиц. Повелитель… не отличался доверчивостью, — подбирая слова, произнес блондин. — Я, Беллатриса, возможно, хоть и сомнительно — Нотт. И… твой брат Регулус Блэк, но тоже, едва ли. Вот и весь список тех, кому мог достаться на хранение осколок души.

— Нотт — вряд ли, — озвучила свои мысли Нарцисса. — Не настолько Темный Лорд ему доверял. Да, и поместье у него — новодел, которому всего лет тридцать. Родовое гнездо во время войны разрушили, а у нового дома нет достаточной защиты. Все-таки старые ритуалы были понадежнее, хоть и значительно темнее. И в банке сейф у них практически на верхнем этаже — слабовато.

Поразмыслив, мужчины согласились с леди. Я в обсуждении не участвовала, раздумывая над другой проблемой. Сейчас был неплохой шанс избавиться от медальона Слизерина. Но стоит ли это делать? Принцип: «хотелось, как лучше, а получилось, как всегда» — я помнила хорошо.

Да, и себя бы не выдать, и так по краю хожу. Но с другой стороны, я и так уже много чего наменяла, уже и не знаю, что здесь от оригинала осталось, и чем все это закончится.

— Если отбросить Нотта, мы опять в тупике Регулус давно исчез. Родовой гобелен отображает его мертвым. Я спрашивал у портрета Вальбурги, она не знает что случилось с ее младшим сыном. — Тем временем продолжил обсуждение Блэк.

— А Кричер? — Решившись, задала вопрос я.

— Что Кричер? — Не понял меня жених.

— Сириус, ты спрашивал Кричера о судьбе Регулуса? Твой эльф последний ныне живой свидетель тех событий. Вдруг он знает, где твой брат спрятал крестраж. Если, конечно, Темный Лорд доверил ему свой осколок души, — пояснила я свою мысль.

Осознав мою идею, Блэк вызвал домовика и устроил ему допрос с пристрастием. Эльф юлил, как мог, но ослушаться прямого приказа хозяина не смел. В итоге, через полчаса стенаний и заламываний рук, домовик все-таки поведал страшную историю гибели Регулуса Блэка и отдал Сириусу медальон Слизерина.

Мы собрались вокруг стола, на котором тускло поблескивал старинный артефакт Салазара со змеей, свернувшейся в виде буквы «S», на крышке. В углу тихо скулил Кричер, оплакивая невыполненный приказ хозяина Регулуса.

— Поттера будем будить или подождем до завтра? — Уточнила я.

Да, за всеми этими событиями, время перевалило за полночь. Но никто этого даже не заметил. Все даже забыли о пропущенном ужине, довольствуясь чаем, который иногда подносил домовик. Не до еды всем было. А Гарри ушел спать еще часа два назад, не понимая смысла наших поздних посиделок.

— Зачем нам Поттер? — Осторожно спросила Нарцисса. — Может не стоит еще и его посвящать в эту тайну?

— Кричер сказал, что за двенадцать лет он так и не смог открыть медальон. Слизерин же змееустом был. И Волдеморт тоже. Подозреваю, что мы ничего не сможем сделать без того, кто говорит на серпентарго. Из моих знакомых змеиный язык знает только Гарри. У вас есть другие варианты? — Подбирая слова, сформулировала я свою идею.

Ждать до утра никто не захотел. Поэтому Блэк послал домовика за крестником, приказав эльфу по дороге прихватить с собой клык василиска. Только обязательно в защитных перчатках из драконьей кожи.

Нам же хозяин дома предложил перебраться в дуэльный зал, так как это одно из самых защищенных помещений. Если что-то пойдет не так, больше шансов, что мы и стены уцелеем.

— Люциус должен уйти, — тихо сказала я, не двинувшись с места.

— Что, ты себе позволяешь? — Возмутился блондин.

— Лорд Малфой, — перешла на официальный тон я. — У вас на руке рабская метка Темного Лорда, осколок души которого мы сейчас собираемся уничтожить. Вы знаете, как поведет себя то, что вылезет из медальона, когда Гарри его откроет? Может, все пройдет спокойно, а может с крестражем придется сражаться. Если это нечто прикажет вам убить всех нас и воскресить своего повелителя, вы сможете ослушаться?

После моих слов в комнате установилась тишина. Все явно забыли об «украшении» на предплечье блондина, а теперь осознали возможные последствия. И для нас, и для самого Малфоя.

— Я уйду, — признал поражение Люциус. — Нарцисса, ты пойдешь со мной или останешься?

— Останусь с кузеном. Всем может понадобиться моя помощь. Не детям же сражаться с Темным Лордом. Пусть даже осколком, — озвучила леди принятое решение. — Я позову тебя, если все закончится хорошо… И… Люц, позаботься о детях.

Только сейчас пришло понимание, что мы все эту ночь можем не пережить. Стало страшно, но отступать было еще страшнее.

Люциус ушел, на прощание обняв жену и кивнув нам. Сверху спустился заспанный Поттер в компании эльфа, осторожно несущего клык василиска. Такой компанией мы и отправились в дуэльный зал, находящийся в подвале дома. Сириус на ходу пояснял Гарри, что от него требуется.

В дуэльном зале все заняли свои места. Поттер и Блэк стояли в центре возле постамента, на который водрузили крестраж. Гарри должен был открывать медальон, Сириус держал наготове клык, чтобы без промедления нанести удар. Нарцисса и Кричер их страховали, а меня, как самую бесполезную, задвинули в дальний угол.

Я вытерла о мантию, вспотевшие от страха руки и достала палочку. Боевых заклинаний я толком не знала, но может, хоть что-то наколдовать успею, если все пойдет не так. На всякий случай закатала рукав. Если помочь не смогу, то может хоть браслет сжать успею, и сама сбегу.

— Что ему говорить? — Пересохшими губами спросил герой.

— Ты как-то открывал Тайную Комнату, попробуй так же, — почему-то шепотом ответила я.

Поттер зашипел что-то непонятное. Несколько секунд ничего не происходило, а затем крышка медальона откинулась с резким щелчком. Вверх рванула черная дымка, которая стремительно уплотнялась. И вот уже на ней засияли красные змеиные глаза. Они пристально взглянули на Гарри, практически моментально перевели взгляд на Сириуса, затем метнулись к Нарциссе, практически проигнорировали Кричера и уперлись в меня.

Наш контакт длился какие-то мгновения, но этот взгляд пробрал до костей. Затем бесформенное облако вернуло свое внимание к эльфу. И все услышали леденящий голос. В котором проскакивал змеиный присвист:

— Криче-е-ер, ты плохой эльф. Твой Хозя-я-яин никогда не пове-е-есит твою отрубленную голову на сте-е-ену этого до-о-ома. Тебе вручат оде-е-жду…

Что еще хотел сказать Волдеморт бедному эльфу мы не узнали, потому что в этот момент Блэк опомнился и пронзил медальон клыком. Красные глаза моментально потухли, а черный туман рассеялся с диким визгом.

Домовик сидел, не шевелясь, и стеклянными глазами смотрел в то место где только что был туманный Темный Лорд. Сжавшаяся фигура эльфа выражала крайний испуг.

— Все закончилось? — Озираясь спросил Поттер.

Сириус и Нарцисса наперебой начали кидать какими-то заклинаниями в медальон. Через пару минут подобных манипуляций они расслабились и подтвердили, что крестража в нем больше нет.

— А Кричера он зачем пугал? — Не сдавался Гарри.

— Он его не пугал, а пытался взять под контроль, — пояснила леди Малфой. — Перед тем как спуститься в дуэльный зал, я надела артефакт Гермионы. Вы, я так понимаю, тоже в чокерах. Поэтому осколок души смог пробиться только в разум Кричера. Если бы Сириус не прервал их контакт, через пару минут у Темного Лорда появилась бы послушная марионетка, а у нас — проблемы.

Кричер тихонько всхлипнул, только он сам знал, какие именно ужасы показал ему, вломившийся в разум, крестраж. Неожиданно Блэк присел на корточки возле своего слуги и начал его успокаивать, обещая, что никогда-никогда не подарит ему одежду. И даже когда-нибудь лично отрубит ему голову, если эльфу это действительно надо.

Честно говоря, я не ожидала такого от своего жениха. Его отношение к собственному рабу всегда было несколько пренебрежительное. Но сегодня Сириус смог подняться в моих глазах. Я присела с ними рядом и протянула Кричеру чистый платок. В какой-то момент мне показалось, что эльф отвергнет подношение грязнокровки, но он с поклоном принял кусочек ткани и вытер им, катившиеся по щекам, слезы.

— Я, наверное, пойду, — взглянув на часы сказала Нарцисса. — Мы все устали. Да, и Люциус там волнуется.

— Нам определенно надо отдохнуть, — подтвердил Блэк. — Я пришлю тебе завтра сову.

На следующий день я выползла из комнаты уже после обеда. И оказалось, что я проснулась первой. Перекусив и выпив кофе я воспользовалась моментом и ненадолго перенеслась в Озерный край, проверить, как там мой дом и озеро. Все было в порядке, только все горизонтальные поверхности покрылись слоем пыли. Сейчас возиться с уборкой не хотелось, да и колдовать на каникулах нельзя. Лучше вернусь в Хогвартс, а потом заскочу сюда на полчасика и почищу все «Тергео» и «Эскуро».

Вернувшись на Гриммо я застала жениха, то ли за поздним обедом, то ли за ранним ужином. Гарри уже поел и камином ушел на Косую аллею. По словам Блэка, крестник обещал вернуться оттуда с мороженым. Мы с Сириусом обменялись приветствиями и, присев за стол, я попросила у Кричера кофе. Есть все так же не хотелось.

— Кузина прислала сову, — отчитался Блэк. — Люциус хочет взглянуть на остатки медальона. А еще они спрашивают, когда будем следующий крестраж уничтожать.

От такой прыти и наглости, я кофе подавилась. Вот же ж скользкий змей! Прокашлявшись, я возмутилась:

— Вообще-то, у нас с Гарри через неделю каникулы заканчиваются. Или Малфои думают, что мы теперь каждый день по крестражу долбить будем? Да и что они делать собрались? Гринготтс грабить? Нам и так повезло, что медальон у Кричера был.

— Банк мы грабить не будем, — спокойно заявил Сириус. — Люциус обещал поговорить с гоблинами и поискать менее… рискованные варианты.

— Тогда какой осколок души они уничтожать собрались? — Смиряясь с очередным безумством, спросила я.

— Ну… Нарциссе понравилось, твое мышление. Никому из нас троих, даже в голову не пришло, спросить эльфа. А у тебя, Гермиона, свежий взгляд, который позволяет заметить детали, которые мы упустили. Малфои надеялись, что ты подкинешь еще пару идей по поиску крестражей.

Я задумалась, медленно попивая кофе. Какой из тайников Волдеморта можно сдать этому не в меру деятельному трио? Хм… а ведь из Сири, Люца и Нарси действительно получился аналог канонного Золотого трио. Только постарше лет на двадцать. И, надеюсь, поумнее. Только вот идей для них у меня сейчас нет. Вернее есть, только как их обосновать и самой не спалиться, я не знаю. Хотя…

— Мы вчера перебирали близких людей Волдеморта, — начала я излагать свои мысли. — Но, кроме слуг и соратников у Темного Лорда должны быть какие-то привязанности. Значимые места, с которыми связаны какие-то эмоции или памятные предметы. Может стоит там поискать? Только вот я не знаю, где это может быть. Где он вообще родился? Где учился? Кто его родители и школьные приятели? Может с друзьями детства стоит поговорить.

— Гермиона, когда ты начинаешь задавать вопросы, я теряюсь. Вроде все логично, но я никогда не задумывался о том, откуда появился Тот-Кого-Нельзя-Называть. Но идею твою я понял. Попробуем вместе с Малфоями покопаться в прошлом Темного Лорда.

— Сириус, только я прошу, будьте осторожны. Метки темнеют. Вдруг в магическом мире уже появились шпионы Волдеморта, которые донесут ему о ваших расспросах? И… если у вас получится что-то разузнать, помните о словах Кричера. Он рассказывал о страшной защите, установленной вокруг крестража. Думаю, что и остальные осколки души защищены не слабее. На них могут быть наложены самые ужасные проклятия, убивающие любого, кто к ним прикоснется, или даже просто подойдет слишком близко.

— Вот бы еще знать, что мы ищем? — С досадой произнес Блэк.

— Что-то очень личное или значимое, — без раздумий ответила я.

— Уверена? — С сомнением уточнил жених.

— Не совсем, но смотри. Первым крестражем был личный дневник Волдеморта. Предмет в который он в каком-то смысле и так изливал свою душу, мысли, эмоции. Второй осколок Темный Лорд поместил в медальон Салазара Слизерина. Личности знаменитой и значимой в магическом мире. Вряд ли остальные части своей жалкой душонки Тот-Кого-Нельзя-Называть распихал по драным носкам и помойкам. Он ведь всегда считал, что маги гораздо выше маглов. А себя он превозносит над магами, иначе бы не пометил своих приспешников рабскими татуировками. Такой человек себя очень любит и выбирать для себя будет все самое лучшее. Может реликвии других основателей, фамильные артефакты каких-то древних родов, ну или что-то важное именно для него самого.

— Так, пошел я писать ответное послание кузине. Хотя нет, лучше я напрошусь в Малфой-мэнор. Сову перехватить могут. А такими вещами рисковать не стоит, — уверенно заявил Блэк, затем резко встал из-за стола и нацарапал коротенькую записку для блондина.

— Гермиона, ты пойдешь со мной к Малфоям или останешься дома с Гарри?

— Лучше дождусь Гарри. Мороженого с ним поедим. Ты же мне потом расскажешь все самое интересное?

— Обязательно. А самые интересные моменты могу даже в омуте памяти показать могу.

Следующие пять дней мы Сириуса не видели. Он уходил еще затемно и возвращался, когда все уже давно спали и видели десятые сны. Я за это время успела сделать домашние задания, изучить фамильную библиотеку Блэков и даже найти в ней пару раритетных изданий по рунам. Чем занимался Гарри не знаю, но за книгами я его не видела, мы с ним встречались только в столовой.

— О, крестный, ты вернулся? — Удивился Поттер за очередным ужином, когда за столом к нам присоединился хозяин дома.

— Да, Гарри. Завтра последний день каникул. Хочу провести его вместе с вами, — сказал Блэк, и какая-то грустная улыбка промелькнула на его лице.

Сириус осунулся, похудел, под глазами залегли темные тени, а волосы утратили блеск. Интересно, он вообще спал с нашего последнего разговора. Но я не решилась задать этот вопрос, хоть и хотелось.

После завтрака Блэк полетал с крестником на метлах. Я в воздух подниматься не стала, а наблюдала за их весельем с земли, закутавшись в плед и грея руки об чашку горячего чая.

Вдоволь налетавшись, парни утащили меня в дом, играть в настолки. Опять пришлось брать в команду Кричера. В этот раз мы с Поттером победили, потому что Блэк хоть и передвигал фишки и подкидывал карты, но мыслями был где-то далеко, не вникая в происходящее за столом. Так что фактически против нас играл один эльф, а он, хоть и старался, но с нами двумя справиться не смог.

— Ну, что готовы к отъезду? Все собрали? Уроки все сделали? — Уточнил Сириус, когда мы закончили игру.

— Ой, — спохватился Гарри. — Я забыл про домашнее задание. Снейп меня убьет за то, что я ему эссе не написал.

Поттер надеялся, что крестный его пожалеет и позволит ехать в Хогвартс без готовых уроков, но тут он ошибся. Блэк популярно объяснил крестнику, что Дамблдор только и ждет, к чему бы придраться, чтоб попытаться аннулировать опеку. Так что Гарри отправился в библиотеку писать эссе, бурча себе под нос проклятия в адрес Снейпа.

— Люциус смог договориться с Гринготтсом? — Спросила я для того, чтобы заполнить тишину, повисшую, после ухода Поттера.

— И да, и нет, — устало откинувшись на спинку кресла, сказал жених. — Единственный, кого гоблины готовы впустить в сейф Беллы, кроме нее самой — это глава ее рода. Вот только Беллатриса давно Лестрейндж, и глава ее рода сидит в соседней с ней камере.

— И что вы теперь будете делать?

— Я ходил на свидание к Белле. Пытался уговорить ее выдать мне разрешение на посещение сейфа. Обещал ей поблажки. Не свободу, конечно, но я мог бы оплатить ее перевод с нижних этажей на верхние. Где почти… приемлемо. Не знаю, на что я надеялся, но она отказала. Ее сумасшедший смех до сих пор стоит у меня в ушах.

— Ты решился и посетил Азкабан? — Скрыть ужас в голосе мне не удалось. — Не представляю, что ты испытал, опять увидев дементоров.

— Это было… непросто, — Сириус непроизвольно передернул плечами, а я не знала, что сказать ему в ответ, сама я б точно не решилась на подобный подвиг.

— Это тупик, — разочарованно выдала я.

— Адвокат Малфоя где-то раскопал древний закон, позволяющий расторгнуть брак, если в течение пятнадцати лет в нем не появились дети. В марте как раз исполняется пятнадцать лет с момента свадьбы моей кузины с Родольфусом Лестрейнджем.

— Люциус подаст в суд заявку на расторжение брака? — Уточнила я.

— Не Люциус, а я. Как глава ее изначального рода. А Малфою нечего светиться в этой истории. Если Тот-Кого-Нельзя-Называть действительно вскоре возродиться, то…, — Блэк не договорил, предлагая мне самой додумать, что Волдеморт сделает с блондином, если узнает о его попытках попасть в сейф Беллы.

Утром Сириус доставил нас с Гарри на перрон 9 ¾. В Хогвартс-экспрессе мы быстро нашли свободное купе, ведь сейчас в школу возвращались лишь младшекурсники. Накануне мы засиделись до глубокой ночи, болтая с Блэком. Поэтому сейчас Поттер запер дверь и мы завалились спать, зашторив окна. Нас не смогла добудиться даже продавщица сладостей и вопли первокурсников из коридора.

В школе за каникулы ничего не изменилось. Хотя нет, Крам начал встречаться с какой-то француженкой, Мэри Энн. Невилл сказал, что болгарин ходил с ней на рождественский балл и именно с праздничного вечера, начались их отношения. Так что теперь я не была новостью номер один, что меня безмерно радовало. Ведь все сплетницы толпой ходили за этой интернациональной парочкой. Сначала шипели на них из-за кустов, а потом обсуждали каждый их жест и слово.

— И что он в ней нашел? — Возмущалась за ужином Браун, — Вы видели, как она одевается? Опять этот дурацкий бант нацепила, как какая-то магла!

— Так Мэри Энн же полукровка, — ответил ей Рон, накладывая себе в тарелку целую гору картошки-фри. — Не удивительно, что она с детства привыкла к магловским аксессуарам.

Блондинка в ответ пренебрежительно фыркнула, показывая свое отношение к не подобающим магам украшениям. А потом стала подкладывать куриные окорочка в тарелку к рыжему.

— Лаванда, что встречается с Уизли? — Шепотом спросил Гарри у Долгопупса.

— Да, — так же тихо ответил Невилл, наклонившись поближе к уху героя. — Они тоже вместе на балл ходили. И теперь… вот… Если честно, это какой-то кошмар. Они постоянно зажимаются в гостиной факультета. А по вечерам в спальне Рон вслух сочиняет стихи о своей «Лав-Лав».

Поттер не выдержал и заржал. Я тоже тихонько подхихикивала, стараясь одновременно выразить свое сочувствие несчастному Долгопупсу. Видимо получилось у меня не очень, потому что он обиженно посмотрел на меня и ехидно прошипел:

— Гермиона, ты бы не обольщалась. Не удивлюсь, если в девчачьей спальне Браун сочиняет ответные послания своему «Бон-Бону».

Я подавилась, представив эту картину. Гарри рядом едва не плакал от смеха. А сидящий напротив Рональд подозрительно косился на нашу троицу. Чувствовал что ли, что мы его обсуждаем.

На следующий день я убедилась, что Невилл не врал. Лаванда и Рон липли друг к другу, как привязанные. Они всюду были вместе: сидели рядом за обеденным столом и на занятиях, гуляли за ручку после уроков, целовались вечерами в гостиной факультета. Им даже теперешний староста пару раз замечания делал. Причем эта сладкая парочка делала все как-то очень наигранно и демонстративно. Складывалось впечатление, что они играют на публику. Выглядело это… противно.

Фальшь в их отношениях заметила не только я. В библиотеке ко мне за стол подсел Поттер и, покосившись на Уизли и Браун, сидевших в обнимку за соседним столом прошептал мне на ухо:

— Мне кажется, или Рон после каждого поцелуя искоса поглядывает на меня с каким-то… превосходством, что ли? Еще и сестра его постоянно крутиться стала в зоне моей видимости.

Не успел Гарри это договорить, как с другой стороны от нас уселась Джинни со стопкой книг. Она демонстративно проигнорировала меня и ослепительно улыбнувшись очкарику сказала:

— Привет, Гарри.

— Виделись же за завтраком, — недовольно буркнул в ответ герой.

— Мистер Поттер, Мисс Уизли, ведите себя потише или я выгоню вас из библиотеки, — возмутилась Ирма Пинс.

Гарри в ответ кивнул, а рыжая посмотрела на библиотекаря с раздражением и обидой, но продолжать беседу не стала. Я же взглядом предложила очкарику сбежать из библиотеки. В таком окружении все равно нормально позаниматься не удастся. С одной стороны томно вздыхала Джиневра, с другой на нас перешептываясь косились Рон и Лаванда.

— Ты видишь, что они творят? — Распинался герой, когда мы покинули библиотеку. — Если я сейчас сяду в гостиной, они все втроем туда переберутся и на соседний диван усядутся. В Большом Зале от них тоже спасенья нет, даже на квиддичное поле за мной притащились.

— Думаешь, тебе хотят сосватать Джинни? — В лоб спросила я.

— На что-то такое намекала Молли, когда я гостил у них летом после первого курса. Но я тогда не воспринял это всерьез, мы совсем мелкие были и я даже не думал о создании семьи. Так, пошутили и забылось. Ну, я так думал раньше. А теперь подозреваю, что Уизли всерьез хотят меня женить на их младшенькой. И как они это представляют после выходок Рона и близнецов?

Поттер возмущенно размахивал руками, выражая свои эмоции. Я же раздумывала над тем, кто автор этой идеи с женитьбой. Матриарх семейства или же Дамблдор? Оба варианта вполне вероятны, но вот пути воплощения этой идеи могут сильно отличаться.

— Ты, на всякий случай, поосторожнее с едой и напитками. Могут приворотное подлить. Или у Сириуса какой-то артефакт попроси. Было что-то такое от Амортенции и подобных зелий, — предложила я Гарри.

— Гермиона, я уже и так, как елка новогодняя. Хоть в центр Большого Зала становись, — недовольно буркнул очкарик.

— Ну, выбирай: или очередное «елочное» украшение на тебе, или рыжая и конопатая женушка. Да еще и все семейство Уизли в придачу, — усмирила я его недовольство.

— Умеешь ты… успокоить. Пойду я в совятню. Крестному письмо писать, — выдал Поттер после секундного раздумья.

Следующие три недели пролетели незаметно. Я ходила на занятия, а после уроков заседала в библиотеке или сбегала в Озерный край. Не знаю, что прислал Блэк, но в Большом Зале Гарри ел уверенно. Зато при первой же возможности старался улизнуть от сладкой парочки и младшей сестрицы рыжего. Те же, казалось, везде старались выловить героя.

Сплетницы продолжали обсуждать Крама с его француженкой и таскались к озеру, смотреть, как Виктор и Седрик плавают, готовясь к очередному испытанию. Я на такие подвиги была не готова, ибо погода на улице стояла ужасная. Диггори в плавках — это не тот экспонат, ради которого я была готова покинуть теплую гостиную с камином и переться сквозь дождь и ветер на улицу.

* * *

В день второго испытания погода была особенно ужасной. Идти на трибуны к озеру не хотелось. Но и отказаться от чести лицезреть «столь знаменательное событие» было нельзя.

Все, что мне удалось, это ненадолго сбежать в Озерный край и запастись там термосом с кофе. Потому что школьные эльфы упорно выдавали только чай или какао. А я, как на зло, не выспалась, просидев половину ночи за разбором сложных формул по трансфигурации.

И кому, скажите на милость, нужно превращать крыс в бокалы? Я так и не смогла придумать ситуацию, в которой у меня б под рукой оказалась крыса, а мне б срочно понадобился бокал. Если только в Азкабане пить воду из лужи с элегантностью и пафосом. Но вряд ли б там мне оставили волшебную палочку. Ну, да ладно. Пьем кофе и задорно машем флажками.

— Когда они уже начнут? Холодина же, — возмутился Томас, оказавшийся рядом со мной на трибуне, с другой стороны от меня восседали Поттер и Невилл.

— Дин, радуйся, что не тебе сегодня в озеро надо лезть. — Успокоила его я своего соседа. — Так что сиди себе тут в сухости и тепле. Ну, почти. — Поправила я себя, заметив, что начал моросить мелкий промозглый дождь.

Вышел Дамблдор с очередной приветственной речью. В этот раз короткой для приличия. Видимо Альбус оценил наши цокотящие зубы и хлюпающие носы.

На чемпионов, стоящих у самой кромки воды, вообще было жалко смотреть. Флер из соблазнительной вейлы превратилась в синеватую курицу. Я искренне радовалась, что сейчас не я плаваю у русалок в качестве заложника Крама.

Наконец чемпионы скрылись под водой, мы же остались скучать на холодных трибунах. Единственным развлечением были комментарии Бэгмена, который прикидывал, какое решение удачнее: головные пузыри, наколдованные Седриком и Флер, либо же частичная трансформация Виктора. У Людо выходило, что болгарин выбрал неверный путь, так как не сможет колдовать с головой акулы, а значит у него могут возникнуть проблемы с защитой от обитателей озера.

— Что у тебя с лицом? — Уточнил Гарри у витающего в облаках Долгопуппса.

— Пытаюсь представить себя на месте гриндилоу, — смущенно ответил Невилл. — Мне кажется, что Бэгмен не прав. Если б на меня с одной стороны плыл Седрик, выбрасывающий из палочки струи кипятка или даже «Секо», а с другой несся Крам с его акульими челюстями. Я б посчитал Диггори менее опасным противником.

Поттер поразмыслив, признал правоту своего соседа. К той же мысли пришли и другие зрители. А Виктор лишь подтвердил эту теорию, придя первым к финишу. Правда, свою француженку он при этом испугал до полусмерти. И я ее понимала. Не хотелось бы очнуться в воде в обнимку с акульей мордой.

В этой реальности спасать сестру Делакур никто не стал. Так что Флер, которая не смогла справиться с гриндилоу, получила всего десять баллов из пятидесяти возможных. Крам и Диггори со своими заложниками вернулись практически одновременно, но тут подсуетился Каркаров. В итоге Седрику досталось на семь баллов меньше.

По итогам двух туров у Хогвартса и Дурмстранга образовалась ничья.

— Если и третий тур будет такой же нудный, я на него не пойду. — Недовольно шмыгнул носом Дин.

Я была полностью согласна с Томасом. Потому что наша роль свелась лишь к тому, что мы пару часов просидели на неудобных трибунах вокруг холодного озера, как курицы на насесте. Расстраивать Дина я не стала, но что-то мне подсказывало, что отвертеться от просмотра финального этапа никому не удастся.

Третий тур назначили на двадцать четвертое июня и всех распустили. Потянулись обычные школьные будни. Учителя вспомнили о приближающихся экзаменах и завалили нас домашней работой. Мы не вылезали из-за учебников, я даже в Озерный край ходить стала реже. Хотя, заказов у меня сейчас не было, поэтому плела исключительно для расслабления и самоуспокоения.

— Гарри, ты не думал о том, чтобы завести себе девушку? — Спросила я Поттера, когда в очередной раз в гостиной рядом с ним с одной стороны уселась Джинни, а с другой — целующиеся Рон и Лаванда.

— Ты говоришь, как крестный, — буркнул в ответ герой. — Будто это так просто. Тем более, что я — Мальчик-Который-Выжил, наследник Поттеров и Блэков. Любое семейство сразу начнет настаивать на помолвке, стоит мне сходить на пару свиданий с их дочерью. Сириусу и так регулярно прилетают брачные предложения в мой адрес. При том, что половину «невест» я вообще не знаю.

— Думаешь, все настолько плохо, что тебя потянут под венец после первого же поцелуя? — Скептически хмыкнула я.

— Ты единственная девчонка из нашего класса, от имени которой ко мне еще не сватались, — победно заявил очкарик. — И то, только потому, что ты и так уже помолвлена с моим крестным.

— Не льсти себе, — спустила я героя с пьедестала. — Наследство твое мне не интересно, своих денег хватает. А проблем от такого брака в разы больше, чем бонусов.

— На Волдеморта намекаешь?

— В какой-то мере. Победишь ты — и к твоей спутнице сразу будут предъявлены самые высокие требования. Это касается всего: внешности, денег, происхождения, ума. Ей придется соответствовать статусу «жены главного героя». Причем заметь, никаких бонусов, это не дает. Ну, если только нос задрать повыше позволяет. А для меня это не та плата ради которой я готова на то, чтоб мое имя полоскали все кому не лень.

— Да… Скиттер это умеет, — протянул Поттер.

— И не только Скиттер. Но это самая маленькая проблема. Хуже будет, если ты проиграешь. В этом случае велик шанс стать вдовой не успев побыть женой. Да, и статус «жены главного злодея» — это не то звание, которое я бы себе хотела.

— Чего это я злодей? — Возмутился очкарик.

— А ты думаешь, что при победе Пожирателей смерти, тебя как-то иначе назовут? Нет, конечно. Будешь ты главным злом, покусившимся на вековые устои чистокровных в целом и лично на Волдеморта в частности. Как понимаешь, в этом случает твою даму сердца и всех друзей приятелей ждет не самая лучшая участь.

Судя по выражению Поттера, до этого момента он своего проигрыша не допускал. И только сейчас осознал возможные последствия. Долгопуппса Малфой прикроет, как своего вассала. Судьба Дурслей Гарри особо не волновала. А вот Сириус мог оказаться под ударом. И я вслед за ним. Хотя, я и так находилась под ударом из-за статуса крови.

— Почему тогда все за меня замуж рвутся?

— Многие просто не верят в то, что Волдеморт вернется. Они не знают о… крестражах, — оглянувшись, шепотом сказала я. — А без Темного Лорда на хвосте, ты вполне себе завидный жених. Посмотри на себя глазами отца какой-нибудь невесты. Полные сейфы, геройский статус, еще и родни толком нет, а значит тобой можно будет вертеть, как марионеткой.

— И о каком «заведи себе девушку» можно говорить в таких условиях, — досадливо буркнул Поттер. — Я ж для них, как приз на блюдечке.

— Раз в тебе ищут выгоду, то и ты ищи. Сьюзен Боунс бери или же Луну Лагвуд. Обе девочки симпатичные. Сьюзен — племянница главы Отдела магического правопорядка и член Визенгамота Амелии Боунс. А это серьезная заявка. Думаю, она и от Дамблдора прикрыть сможет.

— Луна странная, — прикинул Поттер.

— Зато ее отец — владелец и главный редактор журнала «Придира».

— Сомнительное чтиво, листал я этот журнальчик пару раз. А кроме Боунс и Лагвуд других вариантов нет?

— Сам подумай, Слизерин отпадает сразу. Там тебе невесту искать не стоит. У нас на Гриффиндоре достойных партий нет. Из министерства только Уизли и то о его должности и говорить не стоит. Это ты для них выгода, а не они для тебя. Есть еще Ромильда Вейн на младших курсах. Влияния там нет, но денег у семьи много.

— Это не интересно, денег у меня своих хватает, — отрезал очкарик.

— Если искать дам со связями, то тогда лучший вариант Сьюзен Боунс. Есть еще Мариэтта Эджком на Когтевране, ее мать тоже работает в министерстве. Но должность у нее пониже, чем у Амелии, причем в транспортном отделе, от которого пользы тоже не много. Разве что камин без очереди подключить или портключ какой взять без регистрации.

— Сьюзен, так Сьюзен, — смирился Поттер. — Осталось только ее уговорить, чтоб со мной встречалась. Я ж по твоим словам не лучшая партия с «Волдемортом на хвосте».

— Гарри — ты балбес. Девушку не нужно уговаривать встречаться. Ее нужно очаровать. Цветы ей подари, на прогулку в Хогсмид пригласи, к мадам Паддифут своди или еще куда. Да, и про Темного лорда ей не обязательно говорить. — Отрезала я, а когда герой попытался возмутиться пояснила, — С учетом должности тети Амелии, Сьюзен и так будет в опасности, когда ОН возродится. Так что хуже ты вряд ли сделаешь.

Поразмыслив Поттер признал мою правоту и отправился на поиски Боунс. Очкарик решил времени не терять и начать с приглашения в Хогсмид. Тем более, что следующий поход в магическую деревню был назначен на ближайшие выходные.

Я же решила и себе занятие найти. Не романтическое, а практическое. Я отправилась искать диадему Кандиды Когтевран. Решив таким образом помочь Малфоям и Блэку в уничтожении крестражей.

Что я переоценила свои силы, я поняла сразу как только вошла в Выручай-комнату. Место, где все спрятано, оказалось гигантской помойкой. Единственное отличие, здесь гнилью не воняло, а пахло пылью и затхлостью, как на чердаке, который годами не открывали.

В остальном же — это была свалка. Такое ощущение, что магия замка использовала это место в качестве мусорника, куда переносилась сломанная мебель, драные балдахины, старые учебники и гнутые котлы. А посреди всего этого хлама студенты и преподаватели умудрялись прятать свои ошибки и сокровища.

Я бродила между горами этого мусора, копившегося на протяжении тысячелетней истории Хогвартса и прикидывала, как разгребать эти залежи, чтобы найти в них диадему. А здесь же могут скрываться и опасные вещи. Какой-нибудь древний артефакт или проклятый гримуар, спрятанный здесь лет пятьсот назад. Опять же в XV-XVI веках яды были популярны не только среди маглов, но и среди магов. Мало ли какая отравленная булавка может валяться, например, под той порванной мантией или в этой заляпанной книге.

Так и не решившись начать разбирать завалы, я покинула Выручай-комнату и отправилась думать. Даже Блэку письмо написала, поинтересовавшись поисковыми и защитными артефактами и заклятиями.

«Зачем тебе?», — прилетел ответ от жениха буквально через час.

Я честно, но завуалированно ответила, что хочу поискать в Хогвартсе то, что мы недавно уничтожили на Гриммо. Все-таки ОН тут семь лет учился. А вдруг?

Через день Сириус прислал книгу, в которой закладкой была помечена страница, краткое содержание которой поясняло, что подобные вещи поисковыми заклинаниями не ищут. Все магически-сильные вещи имеют естественную защиту от подобных чар. Так что мне перепала лишь пара защитных артефактов и предупреждение быть осторожной и не лезть куда не надо. А то вдруг и правда найду. Но по тону записки я поняла, что в «найду» ни Блэк, ни Малфои не верят, а защиту прислали просто так, чтоб я, вроде как, при деле была.

Разубеждать жениха я не стала, тем более что план поиска я уже почти придумала. И лишние запреты и помехи мне были не нужны. Поттера привлекать не стала, у него вроде что-то начало вырисовываться с Боунс. В основном вчера он радостно заявил мне за ужином:

— Она согласилась пойти со мной в Хогсмид.

Подробности я у Гарри выпытывать не стала, потому что напротив сидела Джинни, которая упорно пыталась подслушать наш разговор с очкариком.

Так что на выходных все отправились в Хогсмид, а я в Выручай-комнату. Я прикинула, что Темный лорд вряд ли спрятал свой крестраж где-то в глубине тысячелетних завалов. Все-таки он это делал в спешке, когда приходил устраиваться в Хогвартс. А значит времени рыться и выбирать место у него не было. Так что мне не придется разгребать до дна кучи мусора.

Опять, же этот самовлюбленный гад вряд ли бы стал накрывать такой раритет, как душа Волдеморта, драными носками или грязными тряпками. Смотреть нужно только под чем-то приличным: шляпы, шали, парики. В крайнем случае газеткой бы прикрыл и то, с какой-нибудь значимой новостью.

На канонный шкаф и бюст ориентироваться не стоило. Здесь повсюду были шкафы. С дверцами и без, с ящиками, с зеркалами, с выдвижными столешницами и открытыми полками. Кстати, шкафы и кровати и натолкнули меня на мысль, что в Комнату-Где-Все-Спрятано ненужные вещи по большей части переносит сама магия, а не прячут нерадивые студенты.

Ну, не смогла я представить себе ситуацию, в которой какой-нибудь школьник сначала зачем-то незаметно везет с собой в Хогвартс трехдверный шифоньер, а потом так же незаметно тащит его на седьмой этаж в Выручай-комнату. И, судя, по количеству мебели здесь, таких студентов ежегодно минимум человек пять-семь. Вариант с директором или завхозом методически таскающими сюда сломанные парты и кровати я тоже откинула. Так что только магия или же эльфы, но тоже магией.

— Ну-с, приступим, — заявила себе под нос я, надевая защитные перчатки из драконьей кожи.

Начала я от левой стены, чтобы не запутаться. А дальше методично шла вдаль и возвращалась обратно, периодически заглядывая в дверцы шкафов и приподнимая разнообразные шляпы и ажурные скатерти. Диадемы видно не было, как и других ювелирных украшений. Но я и не надеялась найти крестраж в первый же день. Зато я обнаружила потрясающей красоты телескоп и коллекцию очень интересных флаконов.

Эту добычу я утянула в «свою» версию Выручай-комнаты, из которой я обычно переносилась в Озерный край. Совесть по поводу присвоения чужой собственности меня не мучала. Судя по слою пыли на этом антиквариате, на школьной помойке эти вещи провалялись несколько десятилетий, а то и столетий. А значит своим истинным хозяевам они были не нужны. Может конечно и нужны, просто владельцы не смогли найти то, что спрятали. Но это уже не моя проблема. Хотели бы — нашли.

В Выручай-комнате я провела весь день, опомнившись лишь перед ужином. Пришлось быстро чиститься от пыли и бежать в Большой Зал. Студенты уже вернулись с прогулки в Хогсмид, так что я была чуть ли не последней, и садилась за стол под пристальным взглядом Маккошки и директора. Хорошо, хоть однокурсникам до меня не было дела. Мое отсутствие даже Поттер не заметил, он эмоционально рассказывал Невиллу, как прошло свидание с Боунс.

— Сьюзен намного интереснее, чем мне казалось. Она увлекается артефактами, а с следующего года будет брать дополнительные уроки у мастера в Хогсмиде, — отчитывался Гарри, накладывая себе в тарелку салат.

— Она что, после СОВ переведется в Эдинбург в Академию Артефакторики? — Поинтересовался Долгопуппс.

— Я не знаю, — растерялся герой. — Вообще первый раз об этой Академии слышу.

— Артефакторы не учатся в Хогвартсе. Там либо система учитель-ученик, так, например, Олливандер учился и другие узкие специалисты, которые изготавливают что-то одно. Мастера широкого профиля учатся в Академии. Туда берут только после СОВ, плюс серьезные вступительные экзамены. Я не интересовался, но знаю, что по чарам и зельям точно высший бал должен быть. Еще вроде по УЗМС и травологии, но лучше у Боунс спроси, — пояснил Долгопуппс.

— Гарри, а ты что хочешь артефактором стать? — Влезла в разговор мальчишек Джинни, услышавшая лишь конец беседы.

— Я пока еще не думал об этом, — ушел от ответа Поттер и увлеченно начал есть, чтобы Уизли больше не приставала с расспросами.

Следующий месяц я ходила в Комнату-Где-Все-Спрятано, как на работу. За это время я не проверила и половины помещения, но не теряла надежду. Пыльные залежи хлама мне порядком надоели, тем более, что за это время я успела обзавестись целым рядом интересных вещичек.

В Озерный край я уже перенесла три десятка старинных гриммуаров, половину из которых я даже открывать боялась, трогая их лишь в перчатках из драконьей кожи. Туда же отправила под сотню книг попроще, решив, что они станут началом моей личной библиотеки. Кроме того, мне достался красивый хрустальный шар для гадания, накрытый бархатным палантином. Я нашла его случайно, изначально подумав, что вот это и есть бюст с диадемой под покрывалом. Но нет, под тканью был скрыт не крестраж. Это меня разочаровало, но шар был великолепен и я решила утащить его к себе. Гадать на нем я не собиралась, да и не умела. Он мне нужен был, как элемент декора.

Стильные латунные весы и шкура какого-то неведомого, но очень пушистого зверя тоже переехали в Озерный край. Для меня осталось загадкой, почему мех не съела моль, но выглядела моя добыча очень достойно. Еще я нашла ящик с очень пыльными винными бутылками. Что в них было налито — непонятно, но интересно. Поэтому эта находка отправилась на Гриммо. Правда, Минни осталась очень недовольна тяжелым грузом.

«То, что искала, пока не нашла, зато вот. Проверь, не яд ли это. Пить можно?», — написала я в сопроводительной записке для Блэка.

«Травануть решила?», — шутливо уточнил жених в ответном послании, но обещал проверить содержимое бутылок.

Через три дня от него прилетела вторая записка: «Не знаю, где ты обыск проводишь, но продолжай. Ты нашла Château d’Yquem 1811 года. Такие вина только на магловских аукционах продают. За десятки тысяч галеонов, если цену в волшебные деньги перевести».

«Продавать не будем, сами выпьем», — отправила в ответ я. Предупредив, чтоб Сириус гонял от бутылок Малфоя. Люциус был известным ценителем вин, не удивлюсь, если он захочет позаимствовать такой раритет.

Таская в Озерный край свою добычу, я успела застать там уже знакомый табун единорогов. В этом году у них был только один жеребенок, подходящий мне по возрасту. Но я и ему была рада, тщательно вычесав его пушистую шерстку. Взамен я накормила всех животных яблоками и пирожками. Вроде все остались довольны.

На каникулах продолжила поиски с усиленным рвением. Вина больше не было, но наконец обнаружила крестраж. В аккурат перед выходом на учебу. Сначала я даже не поверила в свою удачу. Даже на Когтевран прорвалась, чтоб убедиться, что на голове у статуи Кандиды в гостиной сине-бронзовых именно эта диадема. Правда, студенты Флитвика мне не особо обрадовались, хоть по официальной версии я и приходила на консультацию к их декану.

— Гриффиндорцам не место в гостиной нашего факультета, — с порога заявил мне Энтони Голдстейн.

— Профессор Флитвик редко сюда заходит, жди его в кабинете чар, — поддержал его Майкл Корнер.

Из дальнего угла сочувствующе смотрела Луна, но заступаться блондинка не стала. Я Лагвуд не винила, ей и самой жилось не сладко на родном факультете. Но осадочек от «дружелюбности» когтевранцев остался. И это при том, что в их гостиную вроде как может прийти любой, если сможет отгадать загадку на входе. Я смогла. Не помогло. Хорошо хоть статую рассмотреть успела до того, как меня попросили на выход.

«Я его нашла», — отправила я Сириусу три слова. Даже подпись ставить не стала.

«Не смей его трогать! Жди меня в два часа ночи у Статуи Одноглазой ведьмы. У Поттера мантию возьми, чтоб не застукали», — прилетел ответ за ужином.

Гарри не захотел пропускать такое приключение. Я честно пыталась убедить его остаться, но у меня не получилось. Ночью под статуей Блэка мы ждали вместе. Поттер держал мантию у нас над головами, я же под светом «Люмоса» следила за картой Мародеров. Точки на пергаменте практически не шевелились. Даже Снейп мирно спал у себя в комнатах. Только миссис Норис бродила в подземельях и эльфы копошились на кухне. Кстати, Крауча на карте так и не было. В спальне учителя Защиты от Темных искусств был только Грозный Глаз Грюм.

Сириус опоздал на десять минут.

— У владельца «Сладкого Королевства» бессоница, — оправдался Блэк, накидывая на себя дезиллюминационные чары, мы с Гарри так и пошли под мантией.

На седьмой этаж вела всех я, потому что мужская половина нашей компании понятия не имела о существовании Выручай-комнаты.

— Мне нужна Комната-Где-Все-Спрятано, мне нужна Комната-Где-Все-Спрятано, мне нужна Комната-Где-Все-Спрятано, — бубнила я себе под нос, разгуливая мимо стены напротив портрета с троллями.

Блэк и Поттер смотрели на меня, как на сумасшедшую, но ровно до того момента, пока в стене не проступила дверь.

— Что это? — Ошалело спросил Гарри, разглядывая бесконечную свалку.

— Выручай-комната, — вместо меня ответил ему крестный. — Я о ней только слышал, но так и не смог найти, пока учился.

— Поздравляю, ты ее нашел, — немного нервно сказала я. — Нам туда.

Мы прошли мимо залежей очередного хлама. Очкарик чуть не перецепился об окровавленный топор, покрытый засохшими бурыми потеками. Мой жених внимательно разглядывал клетку со скелетом пятинога, но я тащила их дальше, вглубь помещения.

— Вот, — театральным жестом сдергивая шляпу с пером с головы бюста, указала я. — Диадема Кандиды Когтевран, она же — крестраж Волдеморта.

— Разве диадема не была потеряна много веков назад? — Засомневался Поттер, пока его крестный заклинаниями проверял древний артефакт

— Темный лорд ее нашел, — печально сказала я. — И испортил.

— Да. Это точно крестраж, — подтвердил Блэк, надевая перчатки из драконьей кожи и доставая из сумки клык василиска.

В этот раз завываний не было. Зуб древнего змея с хрустом проткнул диадему. Лишь темная дымка взвилась вверх и волна магии прокатилась по замку.

— Получилось? — Шепотом уточнил Поттер.

— Да. Теперь это просто обломки металла, — подтвердил Блэк, отбрасывая от себя изуродованный артефакт.

Гарри голыми руками взял покореженную диадему и водрузил ее себе на голову. Вот же ж храбрый придурок. Я б не решилась. Даже зная, что там уже нет души Волдеморта. Мало ли, как поведет себя испорченный артефакт. Но этому «герою» плевать на подобные мелочи.

— Надо возвращаться, — заявил Сириус, упаковывая бывшее вместилище в наплечную сумку. Люциусу что ли показывать этот хлам собрался?

— У нас проблема, — разглядывая Карту Мародеров, сказала я. — Учителя почувствовали всплеск магии и теперь обыскивают замок.

Поттер и Блэк вместе со мной склонились над старым пергаментом, разглядывая зашевелившиеся точки. Проснулись практически все преподаватели, директор и несколько старшекурсников. Снейп и Спраут бродили по коридорам подземелья. Флитвик и Макгонаггал были в кабинете Дамблдора вместе с Альбусом. Профессора Синистра и Вектор осматривали третий этаж. В «нашем» коридоре пока никого не было.

— Придется сидеть здесь до утра, — подытожил герой.

— Сириус не пройдет к статуе даже утром, — возразила ему я.

— Значит посижу тут пару дней, — Смирился Блэк. — Вы же будете носить мне еду?

— У меня идея получше. Держите меня за руки.

Миг, и наша троица перенеслась в Озерный край.

— Где мы? — Спросил Поттер, пытаясь в темноте разглядеть озеро и крыльцо моего дома.

— В доме Нарциссы, — за меня ответил Блэк.

— Это уже давно мой дом, — не согласилась я. — Кстати, он под Фиделиусом. Поэтому я бы попросила не распространяться о его местонахождении. Прошу, — сделав приглашающий жест рукой, открыла дверь я.

— Отсюда Сириус сможет аппарировать на Гриммо. А мы с Гарри подождем, когда все успокоится и вернемся в Хогвартс.

— Из школы же нельзя аппарировать, — вспомнил Поттер. — И обратно тоже нельзя.

— Я случайно выяснила, что на Выручай-комнату это правило не распространяется. Так что добро пожаловать в Озерный край.

Блэк отказался возвращаться в Лондон, пока мы не в школе. Ложиться спать было бессмысленно, поэтому мы сначала пили кофе с бутербродами на кухне. А потом Сириус помогал мне перенастроить чары сокрытия.

Если раньше Фиделиус покрывал лишь дом, даже терраса «торчала», то теперь с помощью жениха мне удалось скрыть даже озеро. Хранителем все так же оставалась я. И пустить посторонних могла только я. Но теперь Блэк и Поттер, в случае чего, могли укрыться в этом доме. Я давно обдумывала это решение и смирилась с тем, что на моей территории буду не только я. Но это была та помощь, которую я была готова дать Гарри. Да, я трусиха и планирую сбежать, а не сражаться с Волдемортом. Но «запасной аэродром» я герою дам. Даже с риском для себя.

Хогвартс лихорадило до самого завтрака. Преподаватели методично обходили коридоры, не давая нам и шанса, вернуться в башню Гриффиндора незамеченными. Удивительно еще, что никому не пришло в голову, осмотреть спальни. Иначе наше с Гарри отсутствие скрыть бы не удалось.

Наконец все собрались в Большом Зале, только Снейп продолжал обходить подземелья. Но там он нам не мешал. Поэтому Блэк вернулся на Гриммо, а мы с Поттером отправились прямиком на за завтрак. Опоздали, но не критично.

— Кажется Сьюзен на меня обиделась. Она как-то странно посмотрела, когда мы вошли, — поделился со мной Гарри, когда мы уселись за стол.

— Вали все на крестного, — предложила я. — Скажи, что он меня ко всем ревнует и заставляет тебя везде меня сопровождать. Я подтвержу.

Очкарик в ужасе уставился на меня. Ему и в голову не могло прийти такое поведение Сириуса. Я же пофигистично пожала плечами. Если это поможет сохранить отношения Поттера и Боунс, то почему бы и нет. Хотя, отношениями это было назвать сложно. Они были больше, чем друзья, но меньше, чем пара. Я списывала все на трусость Гарри, который боялся сделать первый шаг, но герой был со мной не согласен. Так они и «дружили» периодически выбираясь в кафе мадам Паддифут.

На Зельеваренье не выспавшийся Снейп умудрялся подозрительно смотреть на всех сразу. С Гриффиндара в сумме сняли аж тридцать баллов. Досталось даже вечному любимчику Малфою, загремевшему на отработку. Блондин особо не расстроился, потому что Поттеру досталась целая неделя чистки котлов, а рыжему аж две. Я же сидела, как мышь, боясь привлечь к себе внимание злобного зельевара.

— Урок окончен, — заявил декан факультета и слизеринцы наперебой с гриффиндорцами поспешили покинуть опасный класс.

Весь день директор «гулял» по коридорам. Альбус чуял, что пропустил что-то важное, вот только не понимал, что именно.

— Представляешь, он попытался меня прочитать, — жаловался мне Поттер за ужином.

— И что? — Заинтересованно спросила я.

— Улетел в нишу с доспехами. Еще бодрее, чем тогда Снейп в большом зале, — отчитался очкарик.

— А ты? — Уточнила я.

— Сделал вид, что не заметил нападения и прошел мимо, — повинился герой.

— Не заметил грохот доспехов, который я услышала аж на третьем этаже? — Усомнилась я.

— Претензий мне никто не предъявлял, — отрезал Мальчик-Который-Выжил. Я в ответ покивала головой, сделав вид, что так и надо.

Последний тур подкрался незаметно. Казалось, вот только мы крадемся по коридорам, чтоб уничтожить крестраж в диадеме и вот уже сидим на трибуне, разглядывая лабиринт, в котором скрылись чемпионы. Я нервничала. Мне так и не удалось найти на карте младшего Крауча. Но я нутром чуяла, что что-то пойдет не так.

— Представляешь, ко мне подходил директор. Спрашивал, кто обучал меня окклюменции. Я ему соврал, что Сириус учил. Пусть Дамблдор теперь еще крестного прочитать попытается, — мечтательно сообщил мне довольный очкарик, видимо, мысленно представляющий очередной «полет» Альбуса.

Мы с Поттером сидели в окружении однокурсников. Гарри успевал не только болтать со мной, но и следить за Седриком на экране, искренне болея за пуффендуйца. Мне было все равно, кто победит, я наблюдала за трибуной жюри. Там разместились директора школ, представители министерства и попечительского совета, а вот преподавателей там практически не было. Они следили за порядком. Часть учителей прогуливалось вдоль трибун, а некоторые патрулировали границы лабиринта.

Я же искала глазами Грюма и не находила его. Перед началом испытания я видела его на карте. Аластор проверял лабиринт. А теперь его не было видно. И артефакт Мародеров незаметно проверить не выйдет. Я в очередной раз осмотрелась, но не увидела ничего подозрительного.

На экране Крам сражался с акромантулом, Флер пыталась пройти мимо какой-то жутко агрессивной растительности, а Диггори отгадывал загадку сфинкса. Зрители активно кричали и свистели, реагируя на каждый выпад болгарина. Рядом Невилл активно болел за Седрика, пытаясь подбодрить его криками. Гриффиндорец игнорировал тот факт, что чемпионы нас не слышат и орал изо всех сил.

Вдруг сбоку, перекрывая шум трибун, раздалось:

— Поттер, лови!

Я как в замедленной съемке увидела небольшой шарик летящий в нашу сторону. Гарри на автомате его схватил рукой и исчез. Следом за ним аппарировал лже-Грюм, кинувший герою тот самый злополучный мячик. В гуще событий практически никто и не заметил, что произошло. Лишь Невилл спросил:

— А где Гарри?

Но я не ответила Долгопуппсу, потому что уже спешно проталкивалась к выходу из трибун, параллельно сжимая в руке сквозное зеркальце, выпрошенное у жениха накануне.

— Гермиона? Что-то случилось? — Не сразу ответил Блэк.

— Гарри похитили. Его только что унесло портключ ом в неизвестном направлении. Стоит сказать Дамблдору? — Взволнованно отчиталась я на бегу.

— Гермиона, все будет хорошо. Если бы его хотели убить, это сделали бы прям там, на трибуне. Раз его похитили, то он им зачем-то нужен. В кольце наследника есть маяк и даже встроен портключ. Поттер или сам вернется, или я его найду, обещаю. Директору пока ничего не говори. — По голосу Сириуса было непонятно, пытается он успокоить меня или себя.

— Держи меня в курсе, — кинула я в зеркало и отключилась, проталкиваясь в сторону судейской трибуны.

На экране Крам как раз заметил кубок, к которому с другой стороны приближался Диггори. Зрители голосили во все глотки, а я металась, не зная, что предпринять. Мое состояние заметил Снейп, патрулирующий трибуны.

— Посмотрите мне в глаза, — приказал зельевар. Я не раздумывая исполнила приказ, лишь в последний момент сообразив, что хочет сделать профессор.

— Нет! — Крикнула я, но опоздала. Бесцеремонный легилимент уже летел в сторону трибун. Мой чокер в комплекте с защитой Блэка сработал, как обычно.

Один плюс, полет зельевара привлек внимание директора. Я быстро объяснила Дамблдору, что случилось. Рядом возмущенно сопел обиженный Северус. Оправдываться декан Слизерина не пытался, лишь сказав, что я что-то скрываю. Альбус на несколько секунд завис, казалось, что он рассматривает что-то внутри себя, после чего неожиданно выдал:

— Защиту школы нарушали дважды за последние полчаса. Кто-то действительно воспользовался тем, что на время проведения третьего тура с этой части Хогвартса был снят запрет на аппарацию. Северус проверьте периметр и пришлите ко мне Грюма и Минерву. А вы мисс Грейнджер, возвращайтесь к своим одноклассникам. Вы с профессором Снейпом просто друг друга не поняли, — покровительственно заявил Дамблдор.

Моему возмущению не было предела. Несанкционированная легилименция — это «друг друга не поняли». Он меня совсем за дуру держит? Но сейчас было не время и не место для разборок. Финал турнира подходил к концу, пропавший Гарри, вернувшийся Волдеморт. Вот только разборок с зельеваром мне сейчас и не хватало. Но ситуацию эту я запомню.

— Я уже сообщила о произошедшем лорду Блэку, — мстительно оповестила профессоров. С удовольствием отметив, как обоих перекосило, при упоминании фамилии Сириуса.

— Поторопилась ты, моя девочка. Поторопилась, — разочарованно протянул директор.

Не став никому ничего объяснять, я отправилась в спальню. Тут мне делать было нечего. Диггори победил и вместе с добытым кубком стоял возле судейской трибуны, принимая поздравления от собственного декана. Я была рада за Седрика, в этой реальности он остался жив. И даже выиграл в турнире. Но что будет с Поттером?

Я шла по пустому замку и прикидывала, что можно предпринять. Сообщить Сириусу, что Гарри вероятнее всего на кладбище Литтл-Хэнглтона? И что это даст? Блэк рванет туда, прямиком в лапы Волдеморта и толпы пожирателей. Сможет он в таких условиях спасти Поттера или сам там погибнет? Вызвать авроров? А как я им объясню, откуда знаю, где искать героя и почему я не сообщила Дамблдору о пропаже студента?

Уже в гостиной меня настиг звонок Блэка:

— Гарри перенесся на Гриммо. Он жив, но у него сильно рассечено запястье, перелом ноги, несколько ушибов, к тому же он перенес несколько «Круциатусов». Я вызвал Сметвика, он сейчас занимается Поттером. И не говори пока никому, но… Волдеморт вернулся.

— Хорошо. А вы придумайте там убедительную легенду. Невилл и другие ученики видели, как исчез Гарри. Дамблдору я ничего не говорила, но он что-то подозревает. Сейчас учителя прочесывают Хогвартс, пытаясь понять, что произошло.

— Постарайся до утра прикрыть крестника, а я подумаю, как его вернуть незаметно.

— Аппарируй его в Озерный край, а я оттуда заберу браслетом, — предложила я.

Посовещавшись со Сметвиком Сириус дал добро. Колдомедик обещал к утру последствия «Круциатуса» уменьшатся, перелом под действием костероста затянется за пару часов, а об ушибах и говорить не стоит. Так что Гарри накачали зельями и оставили ночевать на Гриммо, а я должна была забрать его в Хогвартс перед завтраком.

У входа в Большой Зал я успела перехватить Невилла и предупредила его, чтоб он не привлекал внимание к исчезновению Поттера. Пообещав Долгопуппсу, что Гарри завтра вернется и сам ему все расскажет. Одноклассник хоть и сомневался, но дал слово не поднимать шум до завтрака.

Праздничный ужин прошел мимо меня. За столами все праздновали победу Хогвартса, я же как стоп-кадры отмечала моменты. Флитвика, Грюма и Макгонагалл за столом нет. Дамблдор заметно нервничает. Вдруг Снейп, Малфой и Каркаров синхронно хватаются за предплечья. После чего Люциус едва ли не бегом покидает Большой зал, удивив своим поведением министра и попечителей. Зельевар спешно уводит директора. А следом за ним в панике сбегает Игорь Каркаров.

В спальню я вернулась в полном раздрае. Наспех умывшись залезла на кровать и задернула балдахин. Соседок по комнате еще не было, они вместе с остальным факультетом продолжили отмечать победу Хогвартса в гостиной Гриффиндора. Близнецы притащили с Хогсмида огневиски и сливочное пиво, поэтому праздник был в самом разгаре.

— Клянусь, что замышляю только шалость, — прошептала я, глядя на старый пергамент.

По карте побежали тонкие линии, вырисовывая план Хогвартса. Следом появились точки с именами. Практически все студенты были в своих гостиных. Не сомневаюсь, что и остальные факультеты отмечали победу нашей школы. В своих спальнях были только первокурсники, я, Долгопуппс и Малфой. Видимо, Драко понял, что значило поведение отца за праздничным ужином и теперь переживал за Люциуса.

Снейпа в школе не было. Грюма я тоже не нашла. В его спальне почему-то был Флитвик. Маккошка сидела в кабинете директора вместе с Дамблдором. Школу патрулировал Филч с миссис Норис.

Выключив карту, я спрятала ее под подушку. После всех событий взбудораженный организм отказывался спать. Еще и шум из гостиной докучал. Не выдержав я встала, наложила на свой балдахин заглушающие чары. А потом подумав выпила флакон сна без сновидений и улеглась в кровать.

На следующее утро я была единственным выспавшимся человеком на факультете. Встала задолго до завтрака и без проблем добралась по пустой школе до Выручай-комнаты. Поттер и Блэк уже ждали меня в Озерном крае. Помятые, но вполне здоровые и бодрые.

— Давайте кофе выпьем, у нас еще есть пятнадцать минут, — предложила я, оценив внешний вид обоих представителей сильного пола.

Я поставила на огонь турку, а тем временем Гарри рассказал, что с ним вчера произошло. Его, как и в каноне выкинуло на кладбище под ноги Петтигрю. От удара о надгробную плиту Поттер потерял сознание, чем и воспользовался Питер. Крыс оперативно связал героя и провел ритуал воскрешения своего Повелителя.

Наш очкарик очнулся, когда у него брали кровь для зелья. От шока и последствий удара в первые минуты ничего не соображал. Поэтому успел рассмотреть и появление Волдеморта, и награждение верного слуги искусственной рукой. Даже пару Круциатусов схлопотать успел за свой длинный язык. Опомнился Гарри, когда Темный лорд решил вызвать своих Пожирателей смерти.

Встречаться с ПС-ами Поттер не хотел, поэтому извернулся и активировал кольцо-портключ, которое и перенесло его на Гриммо. Недоработочка, кстати с этим родовым артефактом. Почему он не сработал, когда владелец потерял сознание или, когда его, как жертвенного барашка резали для ритуала. Но это пусть у Сириуса голова болит.

Я со своей стороны рассказала о событиях в замке. Блэк подумал и предложил никому ничего не сообщать. Оставив себе пространство для маневра.

— Ты уверен? — С сомнением спросила я, делая очередной глоток ароматного кофе. — Может стоит предупредить магический мир? Иначе Волдеморт будет готовиться и собирать армию, а его оппоненты — в облаках витать до последнего.

— Даже не надейся, — не согласился со мной жених. — Темный Лорд вчера собирал своих приспешников. А значит и Снейп был у него на аудиенции. Альбус все эти годы утверждал, что зельевар — его карманный шпион. Вот пусть эта мышь летучая и докладывает директору обстановку. А тот уже министру донесет эту мысль.

— А, если Снейп не шпион? Если он все эти годы дурил Дамблдора? Вдруг этот скользкий змей скроет возрождение Волдеморта? — Продолжил Поттер явно давний спор. Видимо вчера крестник и крестный уже обсуждали эту тему и так и не пришли к общему мнению и Гарри решил таким способом подключить к разговору и меня.

— Смотри с другой стороны, — перебил его стенания Блэк. — Что будет, если тебя обвинят в соучастии в воскрешении Темного лорда. Кровь же для ритуала твою брали.

— Да. Зря мы вчера утаили от директора похищение Гарри, — согласилась я с женихом. — Теперь будет сложнее объяснить все события и наше молчание.

Так и не придя к общему мнению мы с Поттером отправились обратно в Хогвартс. Время поджимало, до завтрака оставалось всего несколько минут. Очкарик и так вчера ужин пропустил, но это в суматохе празднования могли и не заметить. А вот отсутствие на двух приемах пищи подряд — уже слишком подозрительно.

Я оказалась права. В Большом зале нас уже встречала Макгонагалл.

— Мистер Поттер, мистер Уизли рассказал, что вы не ночевали сегодня в спальне Гриффиндора. Как вы можете это объяснить? — Строгим тоном спросила декан.

— А мистер Уизли не рассказал, что он вчера так сильно отмечал победу Хогвартса, что только с третьей попытки попал в собственную кровать? — Неожиданно вмешался в разговор Невилл. — Неудивительно, что он Гарри в спальне не заметил, если даже свою постель не смог сразу найти.

— А потом еще полночи в туалет бегал, унитаз пугал, — со смешком добавил Дин, а потом опомнившись пролепетал. — Простите, профессор.

— Предатели, — прошипел за спиной бледный и помятый Рон, злобно сжимая кулаки.

Маккошка переключила свое внимание на рыжего, и он схлопотал два дня отработок у Филча. Столь щадящим наказание вышло из-за того, что послезавтра мы отправлялись по домам. Экзамены в этом году отменили без объяснения причин, чему обрадовались и студенты и преподаватели.

— Он же мстить будет, — тихо сказала я мальчикам, когда декан отошла от нашего стола.

— Уизли и так постоянно гадости всем делает, а близнецы его прикрывают. Так что для нас особо ничего не изменится. Зато он напоследок туалеты помоет, — беспечно ответил Дин.

— Почему именно туалеты? — Скривилась я.

— Потому что его бестолковые братья взорвали в мужском туалете на третьем этаже пару навозных бомб. И Филч знает, кто именно это сделал, хоть и доказать не может, — пояснил Невилл.

Я прикинула, что в этом случае школьный смотритель точно отыграется на младшеньком. Как бы семейство Уизли потом в Хогвартс-экспрессе какую пакость не учинило, эти могут. Поттера может и не тронут, раз Джинни его в мужья захапать хочет. А вот Невилл и Дин могут пострадать, ходя Долгопупса Малфой прикроет. Он, хоть и подлый змееныш, но за своих стоит горой. А Нева он уже мысленно причислил к «своим».

После завтрака мы организованно провожали студентов Дурмстранга и Шармбатона. Прощание вышло каким-то скомканным и совсем не торжественным. Еще и Каркаров сбежал, из-за чего корабль пришлось вести Краму и еще паре студентов. Но от помощи они отказались, а Дамблдор не сильно и настаивал.

Директор вообще был какой-то дерганный, видимо Снейп все-таки доложил Альбусу о том, что Темный Лорд вернулся. Еще и Грюм пропал. Официально ничего не объявляли, но слухи по школе поползли. Слизеринцы, какие поглупее, задрали носы. Те, что поумнее, наоборот затаились и вели себя настороженно.

— На меня Сьюзен обиделась, — пожаловался мне за ужином Поттер. — Мы с ней после турнира встретиться собирались. А я, получается что, не пришел. И как оправдаться не знаю. Правду рассказать не могу, а врать не хочу.

— Скажи, что свидание вам организовывал и замотался, — не видела я ничего страшного в маленькой лжи.

— Ага. Так организовывал, что аж ничего не организовал, — язвительно прошипел Гарри, недовольный моей идеей.

— Что ты, как маленький? Всему учить надо. Сейчас идешь на кухню к эльфам, берешь угощение, относишь его…, — я осмотрелась и понизив голос продолжила, — в Выручай-комнату. Она ж любой вид принять может, вот и придумай что-то… романтичное. Но не переусердствуй. А то знаю я тебя, еще напугаешь девочку своим размахом. Ну, а потом Боунс туда приведи. Все равно уроков уже нет.

Глаза очкарика загорелись энтузиазмом. Ой, чую переусердствует. Ну, да ладно, это его проблемы. Поттер же витал в облаках, явно представляя будущее свидание. Меня же больше волновал Снейп. Выглядел он… неважно. Утром в Большом Зале зельевар не появлялся, а вот на ужин пришел или скорее приполз. Подозреваю, что ему от Волдеморта досталось. По случаю «радостной» встречи. Но тут уж не спросишь, только догадываться остается.

Я же наконец добралась до шерсти единорожка, которую собрала еще весной. За оставшееся до отъезда время я успела ее вычесать и превратить в нитки. А еще, мне пришла в голову идея, забрать себе бывшего эльфа Крауча.

Винки по слухам обитала на кухне Хогвартса и безбожно пила. На сколько знаю, Люциус пытался ее допросить о событиях чемпионата, но ничего внятного не добился. Я же надеялась, что она придет в себя, если даст мне клятву верности и поселится в Озерном крае.

Моя идея с эльфийкой провалилась самым позорным образом. Я честно пришла на кухню со своим очень заманчивым предложением, но Винки меня даже услышала. Она была в полной отключке. Другие представители ушастой общины помогли мне разбудить эту пьянчужку, но она моментально начала рыдать.

— Мой бедный-бедный хозяин Крауч, — непрерывно повторяла сквозь всхлипы и слезы эта начинающая алкоголичка. — Что же с ним будет без Винки? Кто ему приготовит завтрак? Кто почистит туфли и брюки?

Я несколько раз пыталась привлечь внимание страдающей эльфийки, но она не реагировала на мои предложения. Даже не уверена, что она меня услышала. В итоге я сдалась и решила отказаться от своей идеи.

— Мисс, а вам нужна именно Винки? — Раздался у меня за спиной писклявый голос, когда я уже собиралась уходить.

Обернувшись на звук, я увидела крошечную эльфочку в полотенце с гербом Хогвартса. Она была ощутимо меньше своих сородичей. Мне даже показалось, что это ребенок.

— Сколько тебе лет, малышка? — Непроизвольно вырвалось у меня.

— Шестнадцать. Пенни уже совсем большая, мисс. Эльфы начинают работать с пятнадцати лет. Пенни уже год трудится на кухне Хогвартса. Но, если мисс согласится принять в дом такого маленького и нерадивого эльфа, Пенни с радостью принесет клятву верности мисс, — эльфийка закончила свою речь и, страшась собственной храбрости, прижала уши и немного втянула голову в плечи. От чего она стала казаться еще меньше.

— Пенни, меня зовут Гермиона Грейнджер. Я маглорожденная ведьма и невеста лорда Блэка. Если тебя отпустят и ты согласна мне служить, я приму твою клятву верности и поселю в своем доме, — сказала я смелой эльфийке, присев перед ней на корточки, чтобы хоть немного сравняться с ней в росте.

Она боязливо оглянулась в глубь на старого морщинистого эльфа, который на полголовы возвышался над остальными.

— Рингкалл — старейшина эльфийской общины Хогвартса, — представился морщинистый эльф. — Пенни — слабая эльфийка. Постоянно роняет большие котлы и тяжелые корзины с овощами.

От такой характеристики маленькая эльфа совсем сжалась, стыдливо опустив глаза. Я же внимательно смотрела в глаза старейшины, пытаясь понять, это он меня так проверяет или отговаривает?

— Старейшина Рингкалл, у меня небольшой дом, в котором я живу одна. Даже не живу, а лишь периодически там бываю. У Пенни не будет много работы, и уж точно ей не придется носить большие котлы. Потому что я не ем такими огромными порциями, как толпа студентов Хогвартса. Но, если вы не хотите отпускать ее со мной, я пойму и приму ваше решение.

— Когда директор Дамблдор вернется в школу, старейшина Ринкгалл поговорит с ним и попросит отпустить Пенни в дом мисс. Такой слабой эльфийке там будет лучше.

— Спасибо. Зайду за ответом завтра. Только не говорите, пожалуйста, директору, от кого именно исходит просьба. Альбус меня недолюбливает и вряд ли позволит взять эльфа.

Попрощавшись с эльфийской общиной и отдельно с Пенни, глаза которой лучились надеждой, я ушла. Винки так и пришла в себя, лишь пьяно икнув напоследок.

Мне не очень хотелось ставить в известность Дамблдора о наличии у меня дома и о появлении в нем Пенни. Но тут я понимала, что самовольно уйти из Хогвартса эльфийка не сможет. А найти другого свободного эльфа — это задача со звездочкой. Я уже обсуждала этот вопрос с Сириусом, он даже пытался найти для меня слугу, но безуспешно. Но я надеялась, что Рингкалл сдержит свое слово и до Альбуса лишняя информация не дойдет.

Чем закончилось свидание Гарри не говорил, но ходил довольный. Сьюзен тоже счастливо улыбалась. Значит все у них хорошо, а то что они не зажимаются на каждом углу, как рыжий со своей Лавандой — это только плюс. Вот только на зарождающиеся отношения очкарика обратила внимание Джинни. С вопросами она не подходила, но за похождениями Поттера следила внимательно.

На следующий вечер я вернулась на кухню, где меня встретил Ринкгалл и довольная Пенни в длинной майке вырвиглазной расцветки. Я рассматривала переливающиеся звезды на пурпурном фоне и понимала, что точно знаю, кто раньше был хозяином этой маечки.

— Мисс Гермиона, директор Дамблдор подарил Пенни одежду, — радостным тоном подтвердила эльфийка мои подозрения.

— Теперь, если мисс не примет клятву, Пенни умрет, или даже хуже, — закончив речь Рингкалл выразительно посмотрел в угол, где похрапывала пьяная Винки.

Чтобы не пугать ушастиков, я тут же торжественно приняла магическую клятву верности у эльфийки и вручила ей белоснежную наволочку с кружевами, которую заблаговременно принесла из своего дома в Озерном крае.

— Пенни больше не эльф Хогвартса. Она должна покинуть территорию школы, — строгим тоном произнес старейшина.

Мы с моей появившейся служанкой не заставили себя просить дважды и быстренько ушли из кухни. Пенни ждала, что я поведу ее на улицу, к выходу за пределы школы. Но взяв с ушастой обещание молчать об увиденном повела ее в Выручай-комнату, а оттуда перенесла ее в новый дом.

Пенни пришла в восторг от озера и небольшого домика. От личной спальни она отказалась, выпросив себе для жилья небольшой чулан на первом этаже. Я провела ей экскурсию и оставила обустраиваться и хозяйничать, попросив составить список всего необходимого. Ушастая довольно кивала головой и счастливо улыбалась.

Попрощавшись со своей новой помощницей, я пообещала на днях ее навестить, и перенеслась обратно в Хогвартс. Пора было собирать вещи и готовиться к поездке в дом Грейнджеров.

— И как мы все в купе влезем? — Спросила я, оглядывая нашу разросшуюся компанию, собравшуюся на перроне в Хогсмиде.

— Я с Малфоем поеду, — первым ответил Долгопупс. — Он предупредил, что мы вчетвером отдельное купе займем.

Понятно, Драко решил окружить себя вассалами-телохранителями. Видать что-то знает змей белобрысый, но лезть к нему сейчас бесполезно. Только подставлю и его, и себя.

— Без Нева нас остается всего пятеро, втиснемся как-нибудь, — подвел итоги Поттер.

В купе мы действительно «втиснулись». Я сидела рядом с Дином, а Сьюзен и присоединившаяся к ней Ханна, практически зажали Гарри у окна. Но герой, по-моему, был только рад такой близостью к своей подружке. Аббот, правда, немного свисала с сидения, рассчитанного на двоих, но уходить от нашей веселой компании не собиралась.

Уйти порывался Томас, ровно до того момента, пока к нам в купе не заглянули близнецы Уизли. Окинув собравшихся неприязливым взглядом, рыжие удалились, напоследок прошипев себе под нос:

— Все тут собрались.

После этого мы из купе решили по одному не выходить. Мало ли что они учудить могут.

До Лондона доехали без происшествий. Поттера с платформы 9 ¾ забрал слегка помятый Сириус. Меня с магловской стороны встречали родственники, поэтому я быстро попрощавшись ушла туда. Напоследок только успела договориться с Блэком, что зайду на днях в гости. Уж очень мне хотелось новостей, в свете последних событий.

Отца, которого не видела целый год, даже сразу не узнала. За это время он отрастил бороду и набрал пяток килограмм, из-за чего стал выглядеть солиднее. Но это не помешало ему радостно обнять меня при встрече. А мама была беременна. Месяц шестой, не меньше. И хоть с родителями мы регулярно и списывались, об этом факте они не говорили.

— Мама! — Не удержала я удивленный возглас.

— Хотели сделать тебе сюрприз, — пояснила миссис Грейнджер, поглаживая выпирающий живот.

— У вас получилось, — приходя в себя, сказала я.

— Ну, поехали домой, — подытожил отец, подхватывая мой сундук.

Каникулы начались.