Тетрадь Смерти:AU (джен)

Рэй Пембер устало потер переносицу, не выпуская из рук тяжелый армейский бинокль. Салон серого седана насквозь пропитался запахом остывшего фаст-фуда и горького кофе. Агент ФБР находился в Японии уже третий день, и задание, полученное из Вашингтонского штаба под грифом строжайшей секретности, начинало казаться ему пустой тратой времени.

В его списке значилась семья Ягами. Глава семейства — Соитиро Ягами, высокопоставленный офицер полиции, человек безупречной чести. Его сын, Лайт Ягами — лучший ученик префектуры, гордость школы и, судя по досье, идеальный кандидат в преемники своего отца.

Рэй снова прильнул к окулярам. В окне второго этажа было видно, как Лайт спокойно сидит за столом, переворачивая страницы толстого справочника. Никаких подозрительных звонков, никаких признаков того, что этот парень — безжалостный Кира, держащий в страхе весь мир.

«Это просто подросток, — подумал Рэй, делая пометку в электронном блокноте. — Идеальный, собранный, но всего лишь ребенок. L перестраховывается. Не может Кира быть сыном одного из тех, кто возглавляет расследование».

Чего Рэй Пембер не мог видеть через свой бинокль, так это огромную, уродливую фигуру бога смерти, которая парила прямо за его спиной на заднем сиденье автомобиля. Рюк с любопытством разглядывал затылок агента, а затем сквозь стекло уставился на Лайта, стоявшего у окна своего дома, и беззвучно захихикал.

Тем временем в комнате Лайта атмосфера была раскалена до предела, несмотря на внешнее спокойствие парня. Лайт аккуратно перевернул страницу, делая вид, что полностью поглощен подготовкой к экзаменам. Но его мысли были заняты совершенно другим.

*«Рэй Пембер. Агент ФБР. Ты думаешь, что ведешь охоту, но ты уже в ловушке. Я знаю твое имя»*.

Лайт понимал: действовать импульсивно нельзя. Если Рэй Пембер сейчас внезапно умрет от сердечного приступа, L мгновенно поймет, что Кира находится среди тех, за кем следил именно этот агент. Круг подозреваемых сузится от сотен семей до одной конкретной группы.

*«Мне нельзя избавляться от него сейчас. Рэй Пембер — мой идеальный козырь на будущее. Пока он жив и считает меня невиновным, его отчеты будут щитом для меня перед L. Но козырь должен быть полным. Мне нужно его лицо»*.

Лайт плавно поднялся со стула, потянулся и подошел к шкафу, чтобы сменить школьную форму на повседневную одежду. Завтра были выходные. Лайт уже знал, что поедет в город на метро, и у него созрел гениальный, хладнокровный план.

— Рюк, — не оборачиваясь, тихо позвал Лайт. — Завтра этот агент последует за мной. Мне нужно, чтобы в метро ты летел прямо перед ним. Как только мы будем подходить к турникетам на выход, подай мне знак. Займи такое положение, чтобы Рэй Пембер оказался прямо зажатым в потоке людей за мной.

Рюк, вернувшийся в комнату, завис под потолком и оскалился в своей привычной манере:

— О-о, Лайт, ты задумал что-то интересное? Хочешь столкнуться с ним «случайно»?

— Именно, — холодная улыбка скользнула по лицу Лайта. — На выходе из метро всегда давка. Если я резко остановлюсь в узком проходе, ему придется врезаться в меня или попросить пройти. Он будет вынужден заговорить, а значит — поднимет голову и покажет мне свое лицо. Дело будет в шляпе.

На следующий день план Лайта работал как швейцарские часы. Рэй Пембер, держась на безопасном расстоянии, следовал за парнем до самой станции. Когда Лайт зашел в вагон, агент затерялся в толпе на противоположном конце платформы, не сводя глаз со своей цели.

Поезд громыхал по рельсам, приближаясь к центральной станции Канто. Народу в вагонах становилось всё больше.

Лайт спокойно стоял у дверей, держась за поручень. Прямо над головой Рэя Пембера, невидимый для человеческих глаз, кружил Рюк. Бог смерти строил рожи, забавляясь ситуацией, но четко выполнял свою часть сделки.

Когда поезд остановился и двери распахнулись, плотная стена людей хлынула наружу, устремляясь к эскалаторам и узким переходам к турникетам. Лайт шел ровным, уверенным шагом. Рюк летел чуть позади него, удерживая в поле зрения Рэя Пембера, который осторожно следовал за объектом слежки, затерявшись в людском потоке.

Вот и финишная прямая — длинный, зажатый с двух сторон бетонными стенами коридор, ведущий к выходу в город. Плотность толпы здесь была максимальной. Люди двигались единым, тяжелым массивом. Рюк резко спикировал вниз и завис прямо перед идущим впереди Рэем Пембером. Бог смерти обернулся к Лайту и победно оскалился, растопырив три длинных костлявых пальца. Три метра. Затем два. Один.

В ту же секунду идущий впереди поток людей на мгновение затормозил перед сужением прохода у турникетов. Рэй Пембер, шедший чуть впереди Лайта по параллельной траектории, инстинктивно сместился вправо и замер, пропуская женщину с тяжелыми сумками. Толпа сзади тут же напирала, и Лайт, просчитав секунды по знакам Рюка, намеренно сделал шаг вперед, оказавшись заблокированным прямо за широкой спиной агента ФБР.

Рэй стоял неподвижно, надежно перекрывая единственный свободный просвет к выходу. Вокруг них ворчали и протискивались пассажиры, создавая глухую давку. Лайту больше ничего не оставалось, кроме как безупречно отыграть свою роль. Он слегка подался вперед.

— Простите, — мягко, с идеальной вежливостью японского школьника произнес Лайт, коснувшись плеча мужчины. — Позвольте пройти.

Рэй Пембер вздрогнул от неожиданности. Услышав за спиной голос объекта, за которым он следил, агент ФБР инстинктивно нарушил главное правило наружного наблюдения — он резко обернулся на звук.

Его суровое лицо с четко очерченными чертами, глубоко посаженными темными глазами и короткой стрижкой на секунду оказалось в паре десятков сантиметров от Лайта. Взгляд Рэя мазнул по лицу парня, в нем отразилось мимолетное замешательство взрослого, который случайно загородил дорогу подростку.

— О, извини, — негромко, с легким иностранным акцентом ответил Рэй Пембер и быстро отступил в сторону, вжимаясь в стену коридора.

— Спасибо большое! — Лайт вежливо склонил голову в коротком поклоне и скользнул мимо него вперед, к турникетам.

Рэй Пембер подождал пару секунд и двинулся следом, уверенный, что слежка не раскрыта, а этот короткий диалог в переполненном токийском метро был лишь досадной случайностью.

Выйдя на залитую солнцем улицу, Лайт смешался с толпой и на секунду замедлил шаг. На его губах заиграла хищная, торжествующая ухмылка. Глаза бешено блеснули. В его разуме, словно выжженное клеймо, теперь отпечаталось это лицо.

«Рэй Пембер, — мысленно произнес Лайт, глядя перед собой. — Твое лицо и твое имя теперь у меня. Ты думаешь, что контролируешь меня, но отныне ты — мой идеальный туз в рукаве, которого я разыграю в самый нужный момент. Ты мой щит перед L. Игра только начинается».