Так вот оно чё, Персивальич (джен)

Если брать в целом, то поход в Тайную комнату закончился успешно, что не помешало Гарри повозмущаться часть пути к второму входу, потому что попался им по дороге змеиный выползок длиной, примерно метров двенадцать-пятнадцать. «Блин! — возмущался Гарри. — Да чего такое? Это же... титанобоа, дурмашина... И Дамби всем говорил что он понятия не имеет кто нападает на учеников? Да ни за что не поверю. Нет, ну какая же он всё таки тварь». А дальше пришлось успокоится, потому что они подошли ко второму входу и нужно было сосредоточиться чтобы его открыть.

Разумеется, сразу прямиком к Джинни Уизли никто не бросился, да и вообще, перед тем как Гарри открыл второй вход сначала дядя Сол наложил на всех заклинание Невидимости и усовершенствованное заклинание Неслышимости, то есть услышать их никто бы не смог, но друг с другом они спокойно могли разговаривать. После чего он и его подчинённые палочками помахали и сообщили что змеюки в зале нет. И только после этого все они подошли к Джинни.

— Ну что, Добби, узнаёшь тетрадочку? — спросил дядя Сол.

— Да, — подтвердил домовик, — она из той секретной комнаты что в поместье старого, плохого хозяина. Очень злая вещь.

— И это действительно хоркрукс, — дополнил Добби один из подчинённых Кроакера. — А прямо сейчас этот... субъект высасывает из мисс Уизли жизненную силу, чтобы материализоваться. Только я не могу определить, где он прячется.

— Нет, найти-то мы его найдём, конечно, — добавил второй, -

но... как бы его не вспугнуть и не дать ему возможность

василиска призвать. Не хотелось бы с ним пересекаться.

— Так может его как-то выманить? — спросил Гарри. — Нет, ну а чего? Я давайте я буду живцом, а вы меня подстрахуете.

— Ну... давайте попробуем, — согласился дядя Сол и добавил что-то про то что Гриффиндор мозга не лечится, его только сдерживать можно.

Дальше было просто. Гарри стянул с себя мантию-невидимку в которой он всё это время находился и принялся тормошить младшую Уизли:

— Джинни! Джинни! Очнись! Нужно уходить, здесь опасно.

— Она не очнётся, — послышался вдруг чей-то негромкий голос и недалеко от Гарри как будто бы соткался из воздуха юноша в школьной форме, со слизеринскими знаками отличия.

— А ты кто ещё такой?! — сделал вид что удивился Гарри. — Что-то я не припоминаю тебя среди слизеринцев. И почему ты утверждаешь что она не очнётся?

— Ах да, — усмехнулся юноша. — Где же мои манеры? Том Марволо Риддл...

— А я Гарри, — перебил его Поттер. — Гарри Джеймс Поттер и мне очень жаль что наше знакомство будет непродолжительным.

— Почему?

— Да, вот поэтому...

В общем, пока они разговаривали, Добби установил за спиной Тома ловушку для душ и как только он это сделал, то Гарри перестал отвлекать Риддла разговорами. Он выхватил одной рукой тетрадку у Джинни, а второй пронзил её насквозь. Разумеется, тетрадку он пронзил не голой рукой, а тем самым ножом, которым ещё летом снабдил его дядя Сол. А так же Гарри слегка усилил и заострил нож с помощью Хаки вооружения, поэтому он вошёл в тетрадку как нож в масло. После чего Поттер его ещё и провернул.

— А-а-а!!! Что ты делаешь?! — заорал Риддл, которого стало втягивать прямо в ловушку. — Ответь мне, Сли-и-и... — Но это было всё что он успел сказать.

— Не думаю что Слизерину доставляло большое удовольствие общаться с таким мудаком как ты, — заметил Гарри, сразу же как осколок Томовской души засосало в ловушку. — И, наверное, это было хорошо что ты материализоваться полностью не успел, а то намучилась бы мы с тобой.

— Да, действительно неплохо всё вышло, — заметил дядя Сол. — Ладно, Гарри, вас с Джинни сейчас Добби доставит к мадам Помфри, а Бибби нас — в Хогсмид. Ну, а оттуда мы уже сами.

— Только я по дороге входы закрою. И тетрадку с собой возьму, мне так интуиция подсказывает, — предложил Гарри.

На этом они и расстались, а Гарри с Джинни оказались, в итоге, в больничном крыле, где он обрисовал что с Джинни произошло и мадам Помфри, обследовав её, тут же переправилась с ней в Мунго. «Я, конечно, неплохой специалист, — сказала она прямо перед этим, — но если мисс Уизли столько времени подвергалась ментальному воздействию, то тут нужны целители совсем из другой области. И уровнем повыше».

А сам Гарри отправился к профессору Макгонагалл, которую нашёл в её же кабинете. А ещё там присутствовали Артур и Молли Уизли — родители Джинни, Рона и прочих рыжих — и... Альбус Дамблдор. Которого Гарри, если откровенно, то не ожидал встретить.

— Снова нарушаете, мистер Поттер? — накинулась на него Макгонагалл, едва он вошёл. — Ведь я же распорядилась чтобы все находились в своих факультетских общежитиях.

— Увы, профессор, так оно и есть, — Гарри пожал плечами. — Зато школу теперь можно не эвакуировать. Кстати, мистер и миссис Уизли, ваша дочь жива, но прямо сейчас она находится в Мунго, вместе с мадам Помфри.

— Артур, мы немедленно туда отправляемся! — сквозь слёзы выкрикнула Молли и они с мужем выскочили из кабинета.

— А вы, мистер Поттер, расскажете нам всё... в подробностях.

— Разумеется, профессор. Началась эта история когда мистер Артур Уизли, вдруг ни с того, ни с сего стал инициатором рейдов в поместья старых семей с целью поиска там разных вредоносных артефактов и сам тоже начал участвовать в этих самых рейдах. Вот, интересно, лежали они там не одну сотню лет, никого не трогали и вдруг на тебе, срочно понадобилось их все отыскать. И кому понадобились? Артуру Уизли. Вот и скажите мне какое он к ним имеет отношение?

Разумеется, не стал Гарри намекать на то, что с данной инициативой без подсказки кое-кого бородатого Артурчик бы вряд ли выступил. Да и зачем? Умные и так поймут, а глупцам и знать об этом нечего. А дальше Гарри вкратце рассказал, как Люциус Малфой подбросил тетрадочку Джинни Уизли, сразу после драки с её отцом и как эта самая тетрадка на неё ментально воздействовала весь учебный год. Которую он положил на стол Макгонагалл прямо перед тем как рассказывать начал. И так же он рассказал как начал слышать чей-то голос в стенах школы, а как он с друзьями пришёл к выводу что это парселтанг и что по школе ползает большущая змеюка, которой кто-то управляет. А ещё о том, как они поняли что это за змеюка такая и как они пытались вычислить кто именно натравливает её на учеников. Ну, и о том, что окончательно пазл сложился только сегодня, когда стало известно что это Джинни. А ещё Гарри не забыл рассказать о том как они вычислили где именно находится вход в Тайную комнату и как в этом помогли Хагрид и Плакса Миртл.

И так же, Гарри обратил внимание, что по мере его рассказа, Макгонагалл всё чаще и чаще поглядывала на Дамблдора и отнюдь недоброжелательно. А тот, в свою очередь, делал вид что его тут вообще нет. Или если он есть то рассказ Гарри самого Альбуса совсем не касается.

— Но почему вы не рассказали об этом взрослым? — спросила она когда Гарри закончил рассказ.

— Ну... Сначала у меня не было доказательств, — пояснил он, — а сегодня, когда стало известно насчёт Джинни, то — времени. Там счёт на минуты шёл и если бы я не успел, то Джинни бы не выжила.

— Что значит на минуты, мистер Поттер? — потребовала Макгонагалл дальнейших объяснений.

— Видите ли, профессор, то что находилось внутри тетради начало высасывать из Джинни жизненную силу, в попытке материализоваться и если бы я не проткнул тетрадку обломком какого-то клыка, найденного мной по дороге, то ему бы это удалось.

— И во что же оно попыталось материализоваться?

— Не во что, а в кого. В слизеринского ученика по имени Том Марволо Риддл. Кстати, сэр, — Гарри обратился к Дамболдору. — а вы не знаете что это за штука такая была и как она называется по научному?

— Боюсь... — начал было Дамблдор, но договорить не успел.

Потому что дверь в кабинет распахнулась с оглушительным грохотом и внутрь ворвался злющий Люциус Малфой, который тут же напустился на Альбуса.

— Дамблдор! — начал он говорить повышенным тоном. — Я смотрю вам наплевать на решение Совета попечителей и вы появились в школе?!

— Ну-у... Люциус, мальчик мой, ты меня удивляешь, — ответил ему Дамблдор самым благожелательным голосом. — Ведь меня-то отстранили всего лишь от должности, а вот о запрете приходить в школу и общаться с коллегами, с которыми я проработал бок о бок не один десяток лет речи не было. Этого-то мне, как раз, никто не запрещал. И это только, во-первых. А, во-вторых, почитай вот это.

— Что это?! — уточнил всё ещё злой Люциус.

— Да ты и читать, что ли, разучился, Люциус, мальчик мой? — всё тем же доброжелательным голосом поинтересовался Дамблдор. — Пожалуйста, не разочаровывай меня ещё больше.

— А что там на самом деле, Альбус? — уточнила Макгонагалл пока Малфой вчитывался в документ переданный ему Дамблдором.

— Всего лишь постановление Совета попечителей о возвращении меня на должность директора и исключении из его состава мистера Люциуса Малфоя. Кстати, я тут кое с кем пообщался и выяснил что кое-кто, не будем показывать пальцами, — пояснил Дамблдор, тем не менее тыча пальцем в Люциуса, — оказывается угрожал некоторым членам Совета. Интересно что на это скажут в нашем сообществе?

— Да ничего такого и не скажут,- включился в разговор Гарри. — Нет, поговорят, конечно и может даже кто-то его и осудит, но недолго это будет продолжаться.

После чего в кабинете ненадолго повисла тишина и все уставились на Поттера, включая Люциуса.

— А не скажут потому, что одних он снова запугает, а других подмажет и всё будет почти как раньше, — объяснил Гарри присутствующим. — Но вот если об этом узнает моя кузина... ну, из-за кого чуть не погиб её сын, то боюсь, тут ему ничего не поможет и это обернётся для него катастрофой.

— Какая ещё кузина? Что ты мелешь, Поттер? — окрысился на Гарри Малфой.

— Ну-у, Люциус, я так не играю, — Гарри сделал вид что огорчился. — Я говорю про ту мою кузину, которая в девичестве носила ту же фамилию что и моя бабушка Дорея, до того как вышла замуж за моего дедушку Чарлуса и стала миссис Поттер. И если вы всё ещё не вспомнили, то я помогу и напомню что её фамилия была Блэк.

Вот тут-то Люциуса и проняло. Сначала он замер с открытым ртом и побледнел ещё больше, потом его лицо пошло красными пятнами, после чего он судорожным движением выдернул из кармана платок и вытер пот, разом выступивший и на лбу, и на висках. Только Гари на этом не остановился и добавил:

— А представьте себе что будет не только с вами, но и с вашей семьёй, когда или если об этом узнает тот, кто передал вам эту тетрадку на хранение. Но...

— Чего ты хочешь? — спросил Люциус хриплым голосом, разом растеряв весь свой лоск.

— Вот это уже деловой разговор. Для начала, мистер Малфой, вы отправитесь в Мунго и оплатите, анонимно, разумеется, услуги самых лучших целителей для лечения мисс Уизли. Ну, а после, когда она вылечится, то я слышал что её семья хочет навестить их старшего сына, в Египте. Так что, пусть мистер Артур Уизли выиграет в какой-нибудь лотерее, например. Впрочем не мне вас учить.

А дальше он немного помолчал и добавил:

— Да, Люциус, и вот что я вам ещё скажу. Не пытайтесь решить вопрос радикально. Ну, типа, нет человека, нет проблем, это я про себя говорю. Не советую. И о том что тут произошло не говорите никому, не надо.

Сказав это Гарри, ни у кого не спрашиваясь, вышел из кабинета и отправился в ним, в гриффиндорскую общагу. Нет, так-то он сразу же отправил Добби сообщить друзьям что всё закончено, но он был больше чем уверен что прямо сейчас они ждут его и сгорают от нетерпения узнать подробности. И ещё у него вдруг появился вопрос, скорее всего риторический. «Вот нахрена, спрашивается, Люциус сотворил такую эпическую дурь. Нет, ну додуматься же нужно так распорядиться хоркруксом самого Волди. Если только... тот сам ему не напел как-то прорвавшись через сквозь защиту его секретного хранилища». А потом его мысли переключились на другое.

«Хм-м... — подумалось ему, — и было очень здорово что мелкая рыжуха не додумалась натравить василиска ни кого из моих самых близких друзей».

А когда он добрался до общаги, то на него сразу же накинулись Уизли с расспросами насчёт Джинни. Гарри им объяснил ситуацию, а сам направился к друзьям.

— Вот ведь... блин! Всполошились. Весь год до неё никому из них дела не было, а тут забегали, заёрзали, поляну сечь начали, — возмутился таким отношением Гарри.

— Да брось ты, — махнул рукой Невилл. — Это же Уизли, а они и в Африке тоже... Уизли. Тут о другом подумать нужно...

— О чём? — уточнил Гарри.

— Насчёт Долга жизни, — пояснила Гермиона. — Получается что ты её спас и у неё теперь перед тобой долг. А лучший способ его вернуть, в данном случае, это выйти за тебя замуж и ребёнка тебе родить.

— Что-о?!! — разозлился Гарри. — Жениться? Хотя... — он быстро успокоился, — есть у меня одна мысль и она совсем не о гареме.

— А о чём? — поинтересовалась Гермиона. Она, кстати, как только Поттер появился в гостиной, так и вцепилась в него и не отпускала, настолько сильно она переволновалась.

Да и Невилл периодически вздыхал так, как будто бы до сих пор пытался восстановить дыхание после длительного забега.

— А я о том, что пусть она подумает как сделать это по другому. И если Джинни попробует отдать мне долг таким способом, то её «Да» у алтаря, если не дай бог мы с ней там когда-то окажемся в качестве жениха и невесты, будет последним словом в её жизни. Магия мне свидетель.

А следующим утром Дамблдор сделал объявление. Те кто попал под взгляд василиска были приведены в нормальное состояние. А вот ни про Джинни, ни про то что по школе ползала здоровенная змеюка так сказано и не было.

Заговорил всех директор, запутал в словесной паутине, а потом ещё и объявил что годовые экзамены отменяются, кроме как для тех кто СОВ и ЖАБА сдают и по домам все отправились.

Ну, а так как отпустили всех на неделю раньше чем обычно, то это время Гарри провёл у Гермионы в гостях. И там у них появилась новая способность и их отношения перешли на новый, более высокий уровень. Появилась у них способность понимать друг друга без слов. Не то чтобы они могли читать мысли, но вот угадывать то, о чём в это время думает другой стало у них получаться. И это вызывало удивление к родителей Гермионы.

Вот, сядут они, посмотрят друг другу в глаза и... бах! Возьмут и чего-то сделают. При этом уровень взаимодействия был такой, как будто бы работал один человек. И на вопрос родителей, мол, как так-то, Гарри с Гермионой улыбались до ушей, поднимали пальцы вверх и говорили хором: «Магия». Вообще, неделя прошла чудесно и Гарри очень не хотелось расставаться с Гермионой, но... обстоятельства требовали. Она с родителями отправилась во Францию, на пляжике позагорать, в море поплавать, а Поттер вернулся к родственничкам. Ну, а на море они все вместе решили в следующем году съездить.

А пока, по совету дяди Сола, Гарри предстояло изображать мальчика хоть и умного, но, в целом, послушного. Потому как было непонятно чего в итоге хочет добиться Дамблдор и раз дело обстояло так, то нужно было ему подыграть. Поэтому вернулся Гарри к родственничкам и снова, в первую очередь, приложил всех Королевским Хаки. Причём, в этот раз, ещё и кузена, а то тот похвастался что стал заниматься боксом, вот чтобы у него мыслей дурных в связи с этим не возникло, Поттер и его приложил. Ну, и лишний раз убедился, что с помощью доброго слова и живительного пенделя можно добиться гораздо больше чем только добрым словом. И если бы не коты миссис Фигг, которые следили за ним как и в прошлом году, то было бы вообще замечательно.

А ещё, когда Гарри уже собирался перебираться к Невиллу, случилось кое-что и он понял что в этом году тоже просто поучиться не получится. А получилось как? Он спустился в гостиную и застал там тётю с дядей у телевизора, по которому в этот момент передавали о побеге особо опасного преступника и предупреждали быть крайне осторожными. Но не это заинтересовало Гарри, а личность этого преступника, потому как звали его... Сириус Блэк.

И если это был тот самый Блэк, то сбежал он из самого Азкабана, тюрьмы в которой отбывали свой срок британские маги. А узнал он его потому что Хагрид, в своё время, подарил ему альбом с колдографиями, так как узнал что Поттер понятия не имел как его родители выглядели при жизни. А так как там были ещё и групповые фото, то узнал, заодно, Гарри как выглядят их школьные друзья. И всмотревшись в фото этого сбежавшего зэка, которого по телеку показали, понял Гарри что был он очень, очень похож на того Блэка что был на колдографиях.

— Вот ведь... — выдал Гарри вслух увидев его фото. — Не было печали... Хотя, может это всё-таки не он? Но, вряд ли, а то было бы слишком здорово.

— А ты что его знаешь? — удивился Вернон.

— Скорее всего, правда заочно. Впрочем, подождите...

Гарри сбегал наверх и притащил альбом, а там отыскав нужную колдография, показал её родственникам и поинтересовался: «Ну как, похож?».

— Ух ты, двигаются, — удивился Вернон увидев колдофото.

— Лили такие же из школы привозила, — вспомнила Петуния. — Да похож, только я никогда бы не подумала, что он в тюрьме окажется. Я бы скорей вот на этого подумала, было в нём что-то вызывающее неприязнь. — Она ткнула пальцем в другого. Низенького толстячка с каким-то угодливым, что ли, выражением на лице и чем-то похожим на крусу. — Не помнишь как его звали, Вернон.

— Помню, — не стал отрицать дядя. — Питер его звали. Питер Петтигрю.

— А почему вы так о нём думали? — спросил Гарри.

— Да потому что он умел превращаться в крысу и подглядывал за девушками, когда им нужно было посетить дамскую комнату, — пояснила тётушка. — Тьфу! Извращенец.

А дальше Гарри поднимаясь к себе в комнату подумал что пендель животворящий всё-таки классная штука. «Приложишь и люди сразу почти нормальные, — рассуждал он. — Даже поговорить есть о чём. И ещё теперь мне более-менее понятно стало из-за чего у меня к крысам такая неприязнь». После чего его вечером переместили в поместье к Лонгботтомам, утром прибыла Гермиона и после празднования сдвоенного дня рождения — Невилла и его — через пару дней они собрались вечером и снова обсудили текущую обстановку. Разумеется, не втроём, а совместно с миссис Лонгботтом и дядюшкой Солом.

В частности разговор зашёл про Долг жизни появившийся у Джинни Уизли перед Поттером. Тут, кстати, Гарри попросил разъяснений потому как непонятно было, ведь спасали-то её все: И дядя Сол с подчинёнными, и домовики и Гарри, а должна оказалась Джинни только ему. Типа, чего за дела такие. Но, тут оказалось просто всё, потому как видела Джинни только самого Гарри, к тому же инициатором её спасения был он сам, вот перед ним долг и образовался. И на вопрос что делать, чтобы как-то от этого долга отмазаться, он пояснил что полностью это не удастся. Но... можно так сказать уменьшить величину Долга и сделать его не таким навязчивым, ну, чтобы на неё магия Долга давила не так сильно и дурные мысли в голову не лезли.

— И что вы предлагаете? — уточнил Гарри.

— Обручение вам с Гермионой устроить, — ответил Сол. — Но, не просто так, а провести магический ритуал. И тут было бы весьма здорово чтобы это прошло в вашем поттеровском поместье.

— А почему именно там? — спросила Гермиона. — А не где-нибудь на нейтральной территории?

— Потому что это одна из тех вещей, когда магия и логика не идут нога в ногу, — пояснил он. — Тут... как бы сказать? В общем, будущие супруги не только дают друг другу обещание, но и магия рода взвешивает и оценивает будущую хранительницу рода. И если она подходит, по оценкам магии, то обручённые наделяются дополнительной защитой, что ли. Короче говоря, после этого если кто-то попробует с подобными мыслями к кому либо из вас подойти, то и забудет он или она тут же зачем подходил. И действие Амортенции вы сами перебороть сможете если вам её подлить удастся.

— Н-да... Вот только как туда попасть я, пока, понятия не имею, — грустно заметил Гарри.

— Да ладно, Гарри, не расстраивайся, — вступила в разговор миссис Лонгботтом. — Сейчас имеется возможность решить эту проблему не особо напрягаясь.

— Это как же?

— Отловить Сириуса Блэка и у него поспрашивать. Ведь если вспомнить его школьные годы, то и бунтовал он, и к Поттерам сбегал, мне Фрэнк рассказывал, а значит может у него остаться допуск в их поместье. Только как бы его отловить?

— Отловить, говорите?

А дальше Гарри с Гермионой уставились друг другу в глаза и застыли так на некоторое время. После чего, как они посовещались, слово взяла Гермиона.

— Скажите, дядя Сол, — уточнила она, — а можно ли создать что-то вроде маячка на магию которого были бы настроены домовики?

— Ну, — подумав ответил Сол, — в принципе такое возможно. А что вы предлагаете?

— Сове его вручить, — пояснила Гермиона. — Ведь вручаешь же сове письмо и просишь её отнести какому-то адресату, которого она до этого в глаза не видела. В общем, сова найдёт Блэка, выпустит из когтей маячок, тот ударится об землю и активируется, а дальше туда переместятся домовики и скрутят его в две минуты. Уж против их-то магии он точно ничего не сделает. Ну... мы с Гарри так думаем.

— И доставят они его прямо к нам в подвал, — дополнила бабушка Августа. — Есть у нас соответствующие помещения где он нам, даже если захочет никому вред причинить не сможет.

В общем, через три часа Сириус Блэк оказался в почти роскошной камере Лонгботтмовского подвала. Для чего дядя Сол буквально на коленке сварганил этот самый маячок, а дальше было как они запланировали. Кстати, по дороге в совятню, куда Гарри пошёл сове своей маячок вручить и проинструктировать, то появилась у него мысль которую ему опять голос навеял. «Шура, запускайте Берлагу», — вдруг появилось у него в голове и он даже захихикал.

Вот только в камере оказался большущий ирландский волкодав, когда они на пленника взглянуть пошли, ну, и выяснили заодно, что Блэк так же, как и Питер Петтигрю анимагом оказался.