↓
 ↑
Регистрация
Имя/email

Пароль

 
Вход при помощи VK ID
временно не работает,
как войти читайте здесь!
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Глаз дракона (джен)



Автор:
Рейтинг:
R
Жанр:
Приключения, Экшен, Фэнтези
Размер:
Макси | 477 390 знаков
Статус:
Закончен
Предупреждения:
Насилие, Читать без знания канона можно, Смерть персонажа
 
Проверено на грамотность
Контракт был простой: довезти повозку до Фандалина за десять золотых.
Никто не предупредил, что дорога поведёт через шахты, где молчание опаснее засады, что древние сделки с богами не забываются, а расплачиваются кровью того, кто подписал — или того, кто оказался рядом. Что чёрный паук плетёт паутину не в лесу, а в судьбах.
Три наёмника. Один груз. Множество тайн, которые лучше было оставить под землёй.
Не все, кто вышел в путь, дойдут до конца дороги. И не все, кто дойдёт — вернутся прежними.
QRCode
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава 11: Заброшенная деревня

Ночь у границ Громодеревья стояла глухая, без единого звериного шороха в кустах, пока ровно в полночь воздух вокруг потухающего костра вдруг не переменился.

Сай, дежуривший у старой межевой стены с луком на коленях, почувствовал это кожей раньше, чем увидел. Едкая болотная сырость и запах вулканического пепла исчезли за один вдох. Потянуло чистым январским морозом, свежей сосновой хвоей и мандариновой коркой — запахами, которых в этой прогнившей низине просто не могло существовать.

С тёмного неба, пробиваясь сквозь голые кроны мёртвых вязов, бесшумно повалил крупный, пушистый снег.

Сай бесшумно приподнялся с камня, кладя пальцы на тетиву. Но стрелять было не в кого: по свежему белому насту прямо к их стоянке, опираясь на высокий резной посох с серебряным навершием, шагал невысокий, кряжистый старик в длинной, подбитой белоснежным мехом красной шубе и с окладистой седой бородой до самого пояса. За его плечами висел туго набитый холщовый мешок.

Дед Мороз.

Сай не верил в детские сказки — в приюте на окраине тракта зимние праздники отличались от будней только тем, что замёрзшую баланду приходилось откалывать ложкой от краёв котла. Но старик перед ним был абсолютно реален: его валенки не оставляли следов в пепле, а от добродушного румяного лица и прищуренных глаз веяло такой древней, спокойной и светлой мощью, что даже чуткий ко всякой угрозе Гутрин, мгновенно открывший глаза у корней дерева, не потянулся за дубинкой.

Амулет на груди Гутрина сам собой отозвался мягким, тёплым изумрудным свечением, приветствуя гостя.

— Хо-хо, не спится вам в такой глуши, ребятушки, — негромко, басовито прогудел Дед Мороз, подходя к кострищу и одним движением варежки заставляя угасшие угли вспыхнуть чистым, бездымным золотистым пламенем. — Далеконько вы забрались от тёплых печей. Но ничего, старик про вас не забыл.

Проснулись все — без обычной тревожной суеты, словно само присутствие старика снимало с плеч усталость и настороженность. Орианна во все глаза смотрела на серебряный платиновый отблеск на его посохе, безошибочно узнавая благословение того, кому молилась с детства, а Карвик на всякий случай спрятал руки с татуированной монетой за спину.

Дед Мороз развязал тесьму своего мешка.

Первым делом он достал тяжёлый кулёк из вощёной бумаги, перевязанный алой лентой, и протянул Орианне: внутри оказались настоящие медовые леденцы, орехи в глазури и засахаренные ягоды. Тифлинг прижала кулёк к груди с такой детской, искренней радостью, какой Сай на её лице ещё не видел.

Затем старик обернулся к поднявшемуся Даларину и вручил ему небольшую резную шкатулку из тёмного дерева с серебряными наугольниками.

— С виду мала, служивый, а внутри места хватит на добрый обоз, — усмехнулся Дед Мороз, похлопав воина по латному плечу. — Магический ларец без дна. Что ни положишь — веса не прибавит. Может, ещё чего для души попросишь?

Даларин, растерявший всю свою командирскую суровость, бережно принял диковинную шкатулку и после секундного раздумья негромко попросил:

— Веточку омелы, дедушка. Зелёную. Как дома над порогом вешали.

Старик тепло улыбнулся в бороду и тут же вынул из рукава свежую, словно только что срезанную веточку с жемчужно-белыми ягодами, пахнущую весенним лесом. Гутрин, сидевший рядом, с тихим уважением коснулся живых листьев кончиками пальцев: в этом мёртвом краю живой росток омелы был дороже золота.

А напоследок Дед Мороз протянул им старинный пергаментный свиток с заклинанием «Света». Когда Даларин развернул пергамент и коснулся им широкого лезвия своей тяжёлой боевой секиры, воздух вокруг металла тонко зазвенел: письмена сошли с бумаги прямо в воронёную сталь, покрывая обух и кромку секиры вязью древних рун, которые мягко, ровно засветились в темноте холодным серебристо-голубым сиянием.

Когда Сай моргнул, отводя взгляд от ярких рун, у костра уже никого не было. Лишь на камне лежали несколько хвойных иголок, а вокруг лагеря белел чистый, нетронутый снег.

Утро началось с обмана.

Снег, выпавший за ночь вокруг их лощины, ещё не успел растаять на сером вулканическом пепле и лежал на камнях пушистыми шапками. Сай уже затянул ремни колчана и проверял подгонку кожаных перчаток, а Гутрин вполголоса переговаривался с Финненом у остывшего кострища, когда Даларин вышел на середину тропы, разминая плечи и любуясь тем, как играют на утреннем свету новые руны на его секире.

Орианна, дожевывавшая последний медовый леденец за спиной воина, вдруг хитро прищурила свои янтарные глаза, наклонилась к сугробу на камне и быстро слепила за спиной плотный белый ком.

— Даларин, берегись! — звонко, с неподдельным ужасом в голосе вскрикнула она, указывая пальцем в серое небо над соснами. — Сверху! Дракон!

Воин мгновенно развернулся на каблуках, срывая с плеча светящуюся секиру и сгибаясь в боевой стойке:

— Где?! В укрытие!..

Пушистый снежок со смачным хлопком врезался ему точно в середину кольчужного нагрудника, обсыпав колючей снежной пылью подбородок и усы.

На секунду в лагере повисла тишина — а потом Финнен захохотал так, что едва не выронил лютню, Карвик прыснул в кулак, а сама Орианна со смехом отскочила за широкую спину Гутрина, выставляя вперёд ладони:

— Прости, командир, но у тебя было такое важное лицо!

Даларин медленно смахнул снег с бороды, грозно сдвинул брови, но уже через миг сам сгрёб с валуна горсть снега и запустил вдогонку уворачивающемуся полурослику.

Сай стоял у края тропы, прислонившись плечом к сосне, и смотрел, как они перекидываются снегом на пороге мёртвого города. Уголки его сухих губ дрогнули в короткой, почти незаметной улыбке. Ремни на груди сидели туго. А пока рядом смеялись те, кого он прикрывал со спины, даже эта выжженная земля казалась чуть менее враждебной.

Улыбки погасли за первым же разрушенным забором Громодеревья.

Снег не переступал черту околицы — внутри самой деревни земля оставалась сухой, буро-серой от старого пепла и неестественно тёплой, будто под гнилыми погребами до сих пор тлел подземный жар. Сай шёл первым, взяв лук на изготовку, а рядом с ним, ступая почти невесомо и едва касаясь подошвами мёртвой травы, двигался Гутрин.

Следопыт считал сектора: дом слева с провалившейся стропильной балкой — четырнадцать шагов; каменный колодец справа, затянутый бурым плющом, — восемь; впереди у перекрёстка улица сужается до трёх локтей между обвалившимися стенами. Ни птиц, ни ветра в сухих кронах.

Гутрин остановился у покосившегося плетня и опустился на одно колено, приложив ладонь с тёмными линиями татуировок прямо к растрескавшейся почве. Его брови сошлись на переносице.

— Лес вокруг не умирал сам, — тихо сказал друид, поднимаясь и вытирая пальцы о кожаную куртку. — Корни внизу отравлены ядовитым дыханием с того холма, где стоит башня. А кусты у стен... они не спят. Они смотрят на нас.

Сай мгновенно перевёл прицел на густые заросли сухого, колючего кустарника у развалин пекарни.

Мёртвый хворост шевелился против ветра.

С сухим, похожим на треск ломаемых пальцев звуком сплетения корней и колючих ветвей отделились от стены, складываясь в уродливые, приземистые человекоподобные фигурки из гнилого дерева с острыми шипами вместо когтей. А в ту же секунду из тёмных дверных проёмов соседних лачуг, тяжело волоча ноги и осыпая на землю серую корку старой сажи, повалили распухшие, полусгнившие мертвецы.

Пепельные зомби и живые кусты. Шесть слева, четверо из проулка, ещё пятёрка тварей из хвороста под ногами.

— К стене спиной, не давать обходить! — коротко скомандовал Сай, спуская тетиву.

Первая стрела прошила глазницу ближайшего мертвеца, но когда Даларин с размаху разрубил светящейся рунами секирой второго зомби пополам, из гнилой грудной клетки трупа с глухим хлопком вырвалось плотное, удушливое облако едкого серого пепла, забивая глаза и лёгкие!

Даларин закашлялся, отступая на шаг, а из пепельной завесы прямо к ногам Финнена и Карвика бросились колючие кусты-страшилища, целясь шипами в сухожилия.

И здесь в бой вступил Гутрин.

Друид не стал тратить время на клинки — его зелёное ожерелье вспыхнуло ярким изумрудом, он с силой ударил основанием ладони о каменную мостовую, и по переулку прокатилась мощная, гудящая ударная волна. Воздушный таран разом сдул удушливое облако пепла, а трёх колючих древесных тварей с хрустом размолотил в мелкую щепу о каменный фундамент!

Следом Гутрин выбросил руку к наседающим из проулка мертвецам, накрывая их клубящимся зелёным облаком едкого болотного яда, и перехватил ясеневую дубинку, плечом к плечу с Карвиком и Саем добивая прорвавшихся зомби короткими, хладнокровными ударами по черепам. Орианна одним росчерком огня обратила оставшиеся живые кусты в пылающие факелы, а через минуту последний мертвец рухнул к ногам отряда с двумя стрелами Сая в шейных позвонках.

Единственный дом в западной части деревни, сохранивший целую черепичную крышу и крепкие ставни, прятался под сенью старого, кряжистого ясеня.

Когда Гутрин постучал в обитую железом дверь условным лесным стуком, засов внутри отодвинулся, и на пороге показался худощавый седобородый старик в потёртом плаще из волчьей шкуры и с суковатым посохом в руке.

Рейдот.

Старый друид окинул пришельцев цепким взглядом из-под кустистых бровей, задержавшись на светящихся татуировках и ожерелье Гутрина, и жестом велел им заходить внутрь, быстро запирая за ними дверь на два оборота.

— Шумите на всю округу, как стадо кабанов в буреломе, — проворчал Рейдот, усаживаясь у низкого стола, заваленного сушёными травами и берестяными свитками. — Хорошо хоть пепельных мертвяков у колодца проредили, а то за водой выйти нельзя.

Гутрин шагнул к столу, положив ладонь на край грубо тёсаной доски:

— Братья леса говорили, ты следишь за этими руинами, Рейдот. Мы видели больную землю и слышали запах с холма.

— Больше, чем просто запах, парень, — мрачно кивнул старый друид, глядя на младшего собрата с угрюмым пониманием. — В круглой башне на вершине холма с прошлой луны свил себе гнездо молодой зелёный дракон — Веномфанг. Хитрая, ядовитая бестия. А внизу у подножья, в уцелевшем доме, ещё и шайка каких-то полоумных в чёрных плащах да масках крутится — поклоняются ему, как божеству, подарки носят.

— Мы ищем Замок Каменной Пасти и старые копи Пещер Морского Эхо, — прямо сказал Сай, подходя к столу. — Тётушка Квеллин в Фандалине сказала, что ты знаешь все лесные тропы.

Рейдот прищурился, поскрёб седую щетину и вытащил из-под кипы трав кусок добротного пергамента с углем.

— Знаю я, где этот гнилой замок в чаще прячется — гоблины с багбирами там каждую ночь костры жгут, служат какому-то подземному хозяину, — старик несколькими точными штрихами набросал на пергаменте изгиб реки, лесные засеки и поставил жирный крест в глубине Невервинтерского леса. — Вот вам дорога к крепости Чёрного Паука и старым рудникам. Только если вы сейчас сунетесь наверх к башне — глядите в оба: склоны у подножья облюбовали гигантские пауки, которых приманила драконья падаль.

Перед тем как выпустить их за порог на верхнюю тропу, Гутрин и Рейдот переглянулись.

Молодой друид подошёл к Орианне, чьё тонкое красное платье оставалось самой уязвимой мишенью для клыков и когтей, коснулся своим амулетом её плеча и тихо прошептал слова лесного заговора. Под пальцами полуэльфа по коже и рукавам девушки пробежала тёмно-коричневая рябь: мягкая ткань и открытые предплечья мгновенно уплотнились, обретая фактуру и прочность вековой дубовой коры.

— Держит удар не хуже кольчуги, — коротко пояснил Гутрин. — На час хватит.

Подъём к круглой башне на холме вёл через узкую теснину между двумя разрушенными каменными амбарами.

Сай заметил белёсые канаты в ветвях старых яблонь на шестом шаге, но липкая сеть была натянута хитро — прямо под слоем осыпавшегося со стен плюща и серого пепла.

Шедший впереди с рунной секирой Даларин шагнул через поваленную балку — и его сапоги разом увязли в толстом, пружинящем ковре клейкой паутины! Воин рванулся было назад, но сверху с прогнивших стропил амбара на его плечи и руки тут же обрушился второй липкий полог, намертво спеленав локти и приклеив древко секиры к кольчуге.

И в ту же секунду с крыш обоих амбаров с сухим, дробным перестуком хитиновых лап вниз скользнули четыре огромные чёрные тени.

Гигантские пауки — каждый размером с доброго телёнка, с лоснящимися волосатыми брюхами, гроздьями тусклых чёрных глаз и кривыми серпами жвал, с которых капала прозрачная, маслянистая слюна.

Первая тварь прыгнула прямо на грудь запутавшегося в сети Даларина, но воин яростным рывком выставил вперёд колено и зубами полоснул по паучьей лапе, пока Гутрин сбоку не перехватил зверя ударом дубинки по головогруди, отбрасывая его от командира и перерубая кинжалом липкие нити на руках бойца.

Второй паук метнулся с крыши на Орианну — его острые жвалы со скрежетом ударили девушку в плечо, но не смогли прокусить наложенную Гутрином «Дубовую кору» и бессильно скользнули по затвердевшей поверхности, а в ответ тифлинг в упор сожгла тварь веером огненных нитей!

Сай всадил две стрелы подряд в глазной узел третьего хищника, пригвоздив его к стене амбара.

Но четвёртый паук, бесшумно спустившись по паутинной нити из слепой зоны за углом каменной кладки, атаковал с фланга Карвика.

Вор успел вскинуть оба кинжала и распороть твари брюхо снизу вверх, обдав себя зловонной сукровицей, однако в предсмертной судороге гигантский паук сомкнул кривые серпы жвал на правом предплечье полуэльфа — прямо выше его татуированной монеты!

Хрустнула пробитая кожа. Карвик коротко, сквозь стиснутые зубы вскрикнул, отбивая издыхающую тушу сапогом, сделал два неверных шага назад — и тяжело рухнул в пепел на оба колена.

Сай оказался рядом через два удара сердца, на ходу разрезая ножом рукав куртки вора.

Рана выглядела скверно: два глубоких рваных прокола мгновенно набрякли чернильной, почти чёрной синевой, которая прямо на глазах ползла по вздувшимся венам от запястья к локтю и плечу. Карвик хватал ртом воздух, его зрачки расширились во всю радужку, белозубый оскал свело судорогой, а затылок тяжело запрокинулся на подставленное колено Гутрина. Дыхание становилось поверхностным и рваным — паучий яд парализовывал лёгкие.

— Двадцать секунд до остановки сердца, — жёстко отрубил Сай, зажимая пальцами артерию выше локтя. — Гутрин, Орианна — живо!

Гутрин прижал к ране пучок размятых кореньев из своей сумы, оттягивая первую волну судорог, а рядом на колени в серую грязь прямо перед умирающим вором упала Орианна.

Карвик сквозь мутную пелену бреда увидел склонившуюся над ним девушку-тифлинга, чьи ладони уже разгорались ярким серебристо-золотым светом молитвы. Инстинктивный ужас перед любой магией заставил вора слабо дёрнуться и прохрипеть побелевшими губами:

— Не... не трогай... сожжёшь...

— Молчи, дурак, я не тот маг! — сквозь слёзы злости и упрямства крикнула Орианна и обеими ладонями накрепко обхватила его почерневшую руку, пока Гутрин удерживал плечо плута на земле.

Она вложила в этот призыв к Бахамуту всё, что у неё оставалось.

Сай видел, как по лицу Орианны градом катится пот, как дрожат её покрытые древесной корой руки, пропуская сквозь себя чужую смертельную отраву. Под мягким, пульсирующим светом её ладоней чернильная синева на венах Карвика дрогнула, остановилась у самого плеча, а затем медленно, дюйм за дюймом, начала бледнеть и отступать обратно к проколам, выходя наружу каплями мутной, обезвреженной сукровицы.

Карвик судорожно, во всю грудь всхлипнул, втягивая воздух, и закашлялся. Смертельная бледность сошла с его скул, пальцы на руке снова обрели чувствительность.

Он долго смотрел снизу вверх на тяжело дышащую, осунувшуюся Орианну, которая только что вытащила его с того света той самой силой, за которую он вчера грозился перерезать ей горло, — и впервые не нашёл ни единого циничного слова. Только молча отвёл взгляд к земле и коротко, едва заметно кивнул ей.

Сай поднялся с колена, вытер лезвие ножа и посмотрел вверх по очищенному от паутины склону. В пятидесяти шагах над ними, окутанная клубами ядовито-зелёного пара, возвышалась круглая каменная башня Веномфанга.

Глава опубликована: 20.07.2026
Отключить рекламу

Предыдущая главаСледующая глава
Фанфик еще никто не комментировал
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх