Ронин в Хогвартсе (джен)

Мир смазался в тошнотворную карусель, уши заложило от перепада давления, желудок перевернулся. В следующую секунду под ногами вместо ровного асфальта пригорода оказался грубый камень.

Гермиона шумно выдохнула, запоздало разжимая пальцы и отпуская руку Джинни. Ошалело огляделась.

Удушливая жара Суррея исчезла, сменившись резкой прохладой. Воздух пах иначе — солью, мокрым камнем и йодом. Сквозь толщу стен доносился мерный гул разбивающихся о скалы волн.

Они стояли посреди просторного внутреннего двора самого настоящего средневекового замка. Гермиона задрала голову. Вокруг высились крепостные стены из тёмного гранита. Прямо по курсу темнела арка массивных ворот, створки окованы железом, а над ними хищно скалились зубья поднятой решётки.

Это не стилизация и не причуда архитектора. Настоящая цитадель.

Резкий хлопок аппарации заставил её вздрогнуть.

Рядом материализовалась Саманта, крепко державшая Кирана под руку. Едва ноги коснулись камня, Киран вырвал локоть, согнулся пополам и упёрся руками в колени, тяжело дыша с присвистом. Он побледнел как полотно и боролся с приступом жесточайшей тошноты.

— Какого... Мордреда... — прохрипел он, не поднимая головы. — Я мог бы... нормально перенестись... с эльфами.

Саманта невозмутимо поправила воротник жакета. Наклонилась к брату, и её тёмные глаза грозно сверкнули.

— Заставишь волноваться ещё раз, братец, — проворковала она, — и будешь у меня аппарировать по всей Британии целый день. Пока наизнанку не вывернет. Усвоил?!

Не дожидаясь ответа от по-прежнему тяжело дышащего Кирана, Саманта выпрямилась, театрально развела руками, словно хозяйка на приёме, и её губы тронула уверенная полуулыбка.

— Добро пожаловать в Морган Мэнор.

Гермиона смотрела на неё, и в голове вдруг щёлкнул невидимый тумблер.

Февраль. Ледяной ветер у Чёрного озера. Второе испытание. Высокая девушка в дорогой тёплой мантии сунула ей в руки флакон с обжигающим согревающим зельем, когда Виктор вытащил её из воды.

«Профессор Снейп сварил его для тебя. Пей, не бойся».

Она и тогда такой казалась — милой, заботливой, но со сталью в глазах.

Для Гермионы события последних десяти минут неслись вскачь. Появление Гарри, явление Люпина, дерзкий демарш Саманты... На языке вертелись десятки вопросов, но разум кричал: сейчас не время для допросов. Сначала нужно понять обстановку и перевести дух.

Она повернулась к пожилому эльфу в ливрее, всё ещё стоявшему рядом в ожидании распоряжений.

— Спасибо вам большое, — вежливо сказала Гермиона, слегка склонив голову.

Старый Хок удивлённо моргнул огромными глазами-блюдцами, а затем поклонился так низко, что нос едва не коснулся брусчатки.

— Хок всегда рад помочь мисс Грейнджер, — проскрипел он. — Гостье хозяйки Саманты и хозяина Кирана всегда рады в Мэноре.

— Пойдём внутрь, пока вы не замёрзли, — пригласила Саманта, указывая на высокие двойные двери, ведущие в донжон. — Это Уэльс, климат тут не такой ласковый, как в Лондоне.

Они двинулись по каменным коридорам. Гермиона с жадным любопытством крутила головой. Жилище Морганов странно напоминало Хогвартс — те же сводчатые потолки, гобелены и рыцарские доспехи в нишах, — но куда более миниатюрное и современное. В коридорах не гуляли сквозняки, а вместо чадящих факелов стены освещали стилизованные под старину электрические бра.

Они свернули в Южное крыло.

— Ваши спальни здесь, — сказала Саманта, шагая по мягкому ковру, глушащему шаги. — Эльфы приготовят комнаты через минуту.

Гермиона краем глаза посмотрела на Джинни. Куда-то испарилась дерзкая девчонка, заявившая профессору Люпину, что уходит с незнакомыми людьми. Сейчас младшая Уизли шла, зябко обхватив себя за плечи, и испуганно озиралась по сторонам. Адреналин схлынул, оставив осознание: она только что сбежала от родителей в замок тёмного чистокровного рода, о котором её властная мать отзывалась с содроганием.

Джинни оробела.

— Саманта, — Гермиона шагнула ближе к хозяйке. — А можно нам с Джинни одну спальню на двоих? Нам... так будет удобнее.

Саманта бросила понимающий взгляд на рыжую девочку и пожала плечами.

— Без проблем. Комнаты просторные.

Спустя минуту они остановились у тяжёлой дубовой двери с бронзовой ручкой. Саманта толкнула её, делая приглашающий жест.

— Располагайтесь. Здесь есть электричество, нормальный свет и горячая вода. В крыле с жилыми комнатами мы стараемся колдовать поменьше, чтобы не ломать технику. Отдыхайте. Скоро обед.

Она развернулась к парням. Киран уже выглядел лучше, хотя всё ещё тёр виски.

— А мы пойдём дальше, — Саманта с лукавой усмешкой посмотрела на Гарри. — Ну что, Поттер? Остановишься в комнате Кирана или ты достаточно гриффиндорец и не боишься спать один среди страшных Морганов?

Гермиона уже не слышала, что пробормотал Гарри в ответ — она закрыла дверь, отсекая голоса в коридоре.

Комната оказалась приятной. Просторная, светлая, выдержанная в спокойных бежевых и серых тонах. Никакого зловещего бордо или ядовито-зелёного. Здесь — две большие кровати с белоснежным бельём, современный шкаф-купе и изящный письменный стол. Гермиону забавляло это сочетание: стрельчатые окна с каменными подоконниками и торшер из ИКЕИ в углу.

Она заглянула в приоткрытую дверь ванной и удовлетворённо хмыкнула: блестящая плитка, огромная душевая кабина, большая ванна и набор пушистых полотенец. По уровню комфорта это тянуло на номер в хорошем пятизвёздочном отеле. Никакого сходства с сырыми подземельями Слизерина, рисовавшимися воображением при упоминании тёмных семей.

Гермиона вернулась в комнату. Джинни стояла посреди пушистого ковра, не решаясь сесть. Она смотрела на Гермиону, и в её широко распахнутых карих глазах плескалась смесь ужаса и истерического веселья.

Она сглотнула и тихо произнесла:

— Миона... Что я натворила? Мама же меня убьёт!

Джинни зажала рот обеими ладонями, но плечи затряслись. Истерический смешок, зародившийся где-то в животе, рвался наружу, смешиваясь с паникой и остаточным адреналином. Она плюхнулась на край кровати и наконец рассмеялась — громко, нервно, до выступивших слёз.

— Мерлинова борода, Миона... — пролепетала она, утирая глаза тыльной стороной ладони. — Я же просто сбежала из самой таинственной штаб-квартиры в Британии! Заявила Ордену Феникса, что они могут катиться к троллям, прыгнула к незнакомым эльфам и оказалась... где? В логове тёмного клана!

Гермиона, в отличие от подруги, чувствовала себя на удивление расслабленно. Скинув кроссовки, она забралась с ногами на кровать, откинулась на мягкие подушки и с наслаждением потянулась. Напряжение лондонского утра отпустило.

— Ты оказалась в очень комфортабельном гостевом номере, Джинни, — с улыбкой поправила она. — Поверь, никто нас здесь в жертву приносить не собирается.

— Легко тебе говорить, — Джинни обхватила себя руками, словно пытаясь удержать разлетающиеся мысли. — У меня просто крышу сорвало. Последние недели — это какой-то кошмар. «Туда не ходи», «Гарри не пиши», «Уши не грей». Они обращались со мной и Роном, как с несмышлёными младенцами! А ещё эти постоянные намёки мамы... Мол, Киран опасен, а ты, Гермиона, сбилась с пути истинного. Я так устала от этого вранья и секретов, что когда увидела, как Саманта взяла и заткнула Люпина... я даже не думала. Захотела оказаться там, где не так уныло и лицемерно.

Гермиона сочувственно кивнула.

— И ты всё сделала правильно. Выдыхай, Джинни. Морганы — не монстры. Я давно знаю маму Кирана. Она чудесная, современная женщина, слушает магловскую музыку и разбирается в технике. А Саманту ты видела сама. Резкая, да. Но она же позаботилась обо мне ещё на Турнире, заставила Снейпа сварить согревающие зелья. Даже представить не могу, как ей это удалось. Впрочем, не вполне понимаю, что она там забыла…

Гермиона задумчиво обвела взглядом светлую комнату.

— Мне кажется, вся эта их «тёмная репутация» сильно утрирована. Люди боятся того, чего не понимают, а Морганы слишком независимые. Ну и слегка пафосные, не без этого. В реальности люди редко оказываются такими, какими их рисуют сплетни.

Слова Гермионы, её спокойный тон и светлая, безопасная обстановка комнаты сделали дело. Джинни перестала дрожать. Она глубоко вдохнула, выдохнула и посмотрела на подругу уже осмысленнее.

— Ладно, — сказала она, убирая рыжую прядь за ухо. — Допустим, мы в безопасности. Что нам теперь делать? Какой план? Мы будем шпионить? Искать информацию про Сама-Знаешь-Кого?

Гермиона не выдержала и звонко рассмеялась.

— Джинни, мы не заброшены в тыл врага! — сквозь смех ответила она. — План прост. Сначала пойдём на обед. Потом познакомимся с семьёй. Потом, может быть, погуляем по замку или спустимся к морю с Гарри и Кираном. Отдохнём.

— Просто... отдыхать? — недоверчиво переспросила младшая Уизли.

— Именно. Набираться сил перед учебным годом, — Гермиона лукаво прищурилась. — В конце концов, самое страшное впереди — не Тёмный Лорд и не ритуалы Морганов. Самое страшное — встреча с твоей мамой, когда вернёмся.

Джинни ощутимо вздрогнула и нервно сглотнула.

— Ой, не напоминай. Она пришлёт такой Громовещатель, что даже стены этого замка задрожат.

Гермиона поудобнее устроилась на подушках, скрестив руки на груди.

— Кстати об этом, — она постаралась, чтобы в голосе звучало академическое любопытство. — Расскажи-ка, как давно меня окрестили «врагом светлых сил»? И как долго этот ваш Орден коллективно меня осуждает?

Джинни хихикнула, почувствовав себя увереннее в роли шпионки-информатора.

— Ну, не коллективно. Далеко не все. Сириус, например, всецело на твоей стороне. Они с мамой ругаются из-за этого каждый день. Он считает, что мы молодцы. Но в целом... да. Мама продвигает мысль, что ты «попала под дурное влияние тёмного рода». Что Киран чуть ли не очаровал тебя какой-то чёрной магией, и поэтому ты отказалась приехать в штаб.

Гермиона рассмеялась. Мысль о том, что Киран, стоически терпевший многочасовые походы по магловским торговым центрам, таская её пакеты, очаровывал её «тёмной магией», показалась забавной.

Но смех быстро утих. Она зацепилась за маленькую несостыковку.

«Чем глупее и абсурднее мысль, тем легче людям в неё поверить», — подумала она.

Ей стало не до смеха. Зачем это нужно? Зачем миссис Уизли — или тем, кто вкладывал эти мысли в её голову — стравливать их? Зачем вбивать клин между Роном, Гарри, ею и Кираном? Они вместе многое пережили. Логично было бы держать их вместе, расспрашивать, поддерживать.

Но вместо этого их искусственно разделяли. Гарри заперли у маглов, Рона и Джинни в штабе, её саму пытались оторвать от Моргана, выставляя его врагом. Разделяй и властвуй?

Гермиона нахмурилась, глядя в окно. Это выходит за рамки гиперопеки. Больше похоже на политику и серьёзные попытки рассорить группу друзей, сложившуюся за прошлый год.

От тревожных мыслей её отвлёк тихий стук в дверь.

— Войдите, — отозвалась Гермиона, садясь прямо.

Дверь бесшумно отворилась, и на пороге появился старый эльф Хок. Он почтительно поклонился.

— Прошу прощения за беспокойство, мисс Грейнджер, мисс Уизли. Хозяева просили передать, что обед подадут через полчаса в Малой столовой. Хок с радостью сопроводит вас, когда будете готовы.

Эльф щёлкнул длинными пальцами, и на изящном кресле у окна появились две стопки аккуратно сложенной одежды.

— Хозяйка Саманта также просила передать это. В Уэльсе погода переменчива, а каменные стены замка хранят холод. Эти вещи удобнее для здешнего климата, нежели ваши лёгкие наряды.

— Спасибо большое, Хок, — поблагодарила Гермиона.

Джинни, как только за эльфом закрылась дверь, подскочила к креслу и развернула верхнюю вещь. Это оказался мягкий, красивый свитер из тончайшей шерсти.

— Ничего себе, — пробормотала она, прикладывая свитер к себе и глядя в зеркало. — Если это «тёмное влияние», то, пожалуй, я готова поддаться ему хотя бы ненадолго.

Малая столовая оказалась очередным разрывом шаблона. После монументальных крепостных стен и тяжёлых дубовых дверей Гермиона ожидала увидеть дубовый стол, освещённый факелами, и жареного кабана на вертеле.

Вместо этого они оказались в уютном помещении с большими окнами, выходящими на море. Современная, удобная мебель из светлого дерева гармонично вписывалась в старинную архитектуру, под потолком лился мягкий свет, а из невидимых колонок играла тихая джазовая музыка.

Но ещё больше Гермиону удивил обед, уже расставляемый проворными эльфами. Это не тяжёлая стряпня миссис Уизли с её пирогами и подливками и не изысканные блюда. На элегантных фарфоровых тарелках красовался тартар из тунца с кубиками спелого авокадо, салат со свежим инжиром, карамелизованными орехами и козьим сыром. В качестве основного блюда подавались стейки из лосося с диким рисом и хрустящей спаржей. Рядом выстроились кувшины со свежевыжатыми соками, ледяной водой и кофейники, источающие горьковатый, бодрящий аромат.

— Гермиона, дорогая!

От окна к ним шагнула Элеонора Морган. Мать Кирана и Саманты выглядела безупречно: строгие брюки, кашемировая водолазка цвета слоновой кости и аккуратно уложенные тёмные волосы. Она радостно, по-родственному обняла Гермиону, окутав её лёгким ароматом дорогого парфюма.

— Я так счастлива видеть тебя здесь, — тепло произнесла Элеонора, отстраняясь и с улыбкой глядя на девушку. — Давно хотела пригласить вас в это поместье. Лорда Арика, к сожалению, сейчас нет, его задержали дела клана, но он вернётся завтра к ужину и будет рад познакомиться.

Джинни, стоявшая чуть позади, неуверенно переступила с ноги на ногу. Вспоминая о провале с книксеном у Дурслей, она решила действовать строго по этикету магической Британии. Выпрямила спину, подняла подбородок и произнесла:

— Леди Морган, позвольте представиться. Джиневра Уиз...

— О, брось, милая, отбросим церемонии! — Элеонора рассмеялась, прерывая на полуслове. Шагнула к опешившей Джинни и по-дружески пожала ей руку, а затем повернулась к подошедшему вместе с Кираном Гарри и точно так же, без пафоса, пожала руку и ему. — Для вас я просто Элеонора. Никаких «леди» и реверансов в этой комнате, договорились? Садитесь, пожалуйста, вы, должно быть, проголодались после всех этих... приключений.

Они послушно расселись за круглым столом. Эльфы бесшумно наполнили бокалы.

Гермиона взяла вилку, механически подцепив кусочек инжира, но мысли её занимала хозяйка дома. Элеонора вела себя как простая и радушная женщина. Улыбалась, передавала Гарри соус, шутила с Самантой.

Но Гермионе не давала покоя одна деталь.

Всякий раз, когда Элеонора тянулась за бокалом воды, свет падал на её руки. Тонкие, аристократичные пальцы унизаны старинными серебряными кольцами с рунами, от которых веяло древней магией. И этот взгляд... Какими бы тёплыми ни казались слова, тёмные глаза Элеоноры оставались холодными и цепкими. Она сканировала Гарри, считывала язык тела Джинни, оценивала реакцию Гермионы.

Гермиона никогда не считала миссис Морган простушкой, хоть та и пыталась казаться таковой. Даже в магловском районе Лондона Элеонора казалась необычной женщиной. А теперь, на своей территории, в сердце древней цитадели, диссонанс между образом обычной матери однокурсника и ледяным, расчётливым взглядом очевиден.

«Для кого этот спектакль? — задумалась Гермиона, медленно жуя. — Чтобы не смущать Гарри и Джинни, которые и так на взводе? Чтобы мы расслабились и почувствовали себя в безопасности? Или за этим кроется что-то ещё?»

Тем временем разговор за столом тёк легко и непринуждённо. Элеонора тактично не касалась темы Тёмного Лорда или турнира, расспрашивая о школьных предметах и планах на выбор профессий.

Саманта, сидевшая напротив брата, с аппетитом резала лосось и беззлобно поддевала Кирана.

— Мам, ты бы видела лицо Люпина, — с усмешкой рассказывала она, изящно взмахнув вилкой. — Чуть инфаркт не получил! А Киран отличился — пытался вырваться из парной аппарации. Кого мы воспитали? Никакого уважения к старшим сёстрам.

Киран только мрачно зыркнул на сестру, проворчав, что на гигантских альбатросах над бушующим морем летать приятнее, чем аппарировать с Самантой.

Элеонора издала фальшивый смешок, промокнув губы салфеткой.

— Тебе повезло, что Люпин решил не обострять, дочь. Римусу ты не соперница, не забывай. Кстати, я уже имела удовольствие узнать версию событий Ордена, — спокойно произнесла она, заставив Гарри и Джинни напряжённо замереть. — Альбус Дамблдор прислал письмо, едва вы успели прибыть. Выглядел крайне взволнованным.

Джинни побледнела, выронив вилку.

— И... что вы ему ответили? — осторожно спросил Гарри, будто ожидая, что сейчас в столовую ворвутся авроры.

— То, что и должна была, — Элеонора безмятежно улыбнулась, отпивая кофе. — Я уверила директора, что вы в безопасности, наслаждаетесь морским воздухом и гостеприимством нашей семьи. И что через несколько дней, когда отдохнёте, мы в целости и сохранности лично доставим вас домой. Так что расслабьтесь, дети.

Обед завершился подачей тающего во рту чизкейка с ягодным соусом. Гермиона сделала маленький глоток кофе, чувствуя, как тепло напитка вымывает из тела остатки утреннего адреналина. Напряжение, кажется, отпустило даже Джинни и Гарри, которые наконец выдохнули.

Киран, отодвинув пустую десертную тарелку, прочистил горло. Он поёрзал на стуле, чувствуя себя не в тарелке в непривычной роли радушного лорда-хозяина. В драке с лже-Грюмом или в магловском метро он выглядел куда органичнее, чем за этим изысканным столом.

— В общем, — начал он, смущённо потирая шею и избегая насмешливого взгляда Саманты, — если вы доели, я могу показать замок.

Он обвёл взглядом Гарри, Джинни и Гермиону.

— Предупреждаю сразу: у нас тут нет вычурной эстетики и золотых павлинов на лужайках, как у Малфоев, — Гарри и Джинни презрительно скривились. — Замок строился как крепость, а не как дворец для приёмов. Зато у нас есть огромная библиотека, удобный полигон для практики заклинаний и стрельбы... ну, и зачарованные горячие источники на нижнем ярусе. С панорамным видом на море.

Гарри, заметно оттаявший и переставший ждать удара в спину от каждого эльфа, лукаво прищурился.

— Полигон и источники — это звучит отлично, — хмыкнул он, откидываясь на спинку стула. — Но библиотеку ты назвал первой. Это хитрый план, Морган? Хочешь оставить там Гермиону, чтобы мы могли спокойно пойти развлекаться без контроля и нравоучений?

Джинни прыснула в чашку с соком, а Киран лишь неопределённо повёл плечом, не подтверждая, но и не отрицая обвинение.

Гермиона промокнула губы салфеткой и посмотрела на Гарри с невозмутимым достоинством.

— Я бы нисколько не возражала, — спокойно парировала она. — В древних чистокровных библиотеках хранятся фолианты, которые в Хогвартсе давно перенесли в Запретную секцию или уничтожили. Оставить меня там стало бы самым гостеприимным поступком из всех возможных.

Гарри покачал головой, и на его лице появилась широкая улыбка.

— Знаете, — произнёс он, оглядывая светлую столовую и суровые каменные стены за окном. — Это самый странный день рождения в моей жизни. А мне, поверьте, есть с чем сравнивать. Думал, что переплюнуть тот день, когда Хагрид выломал дверь в хижине на скале и вручил помятый торт на одиннадцатилетие, уже невозможно. Но побег от Люпина с помощью эльфов-домовиков в средневековый замок берёт первый приз.

— О, торт мы тебе тоже организуем, Поттер, не сомневайся, — отозвался Киран. — Раз уж наша изначальная затея поесть бургеров и спеть идиотскую песню с треском провалилась, то отпраздновать по-другому нам точно никто не запретит.

Гермиона просияла, Гарри улыбался. Они вместе, в безопасности, и впереди ещё несколько недель лета.

Она поставила чашку на блюдце, подалась вперёд и, стараясь сделать голос равнодушным, спросила:

— Это звучит чудесно, Киран. Но сначала мы всё-таки посмотрим библиотеку, да?

Гарри не выдержал и фыркнул, пытаясь скрыть смех, а следом за ним рассмеялись и остальные.